Текст книги "Город, затерянный между мирами (СИ)"
Автор книги: Мария Гашенева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 32 страниц)
В Самира ударило ледяное пламя. Он успел закрыться, отгораживаясь энергетическим щитом. Лед давил с чудовищной силой. Холод проникал сквозь защитное поле, сковывая тело и замедляя кровь. Самир чувствовал, как мороз обжигает кожу, как иней покрывает волосы, как пар вырывается изо рта при каждом неуверенном вдохе, как горят от напряжения легкие. Боевой маг еще раз попытался атаковать дракона. Заледеневшие пальцы не слушались, энергия вспыхнула и погасла, не причинив никакого вреда. Самир понимал, что попал в ловушку, и единственный способ выжить – бежать. Дождавшись, когда пламя иссякло и дракону понадобилось мгновение, чтобы сделать вдох, Самир сбросил энергетический щит. Собрав остатки сил, он переместился, покинув поле боя.
Прозрачный вихрь, сотканный из воздуха, полетел в синего дракона, магическая энергия метила в крылья, готовилась ломать и калечить. Терна продолжала нападать из укрытия. Серебряный дракон, вовремя подлетевший на помощь к братьям, сумел отразить атаку. Поток раскаленного воздуха с шипением и свистом вырвался из его пасти. Горячий ветер со скоростью урагана понес заклятие прочь, бросая его в самую гущу солдат королевства. Раздались предсмертные крики. Искалеченные тела людей стали падать на землю.
Красный дракон быстро пришел в себя после энергетического удара. Гнев клокотал у него в груди. Глаза вспыхнули, в них отразилось первородное пламя. Он внимательно осмотрелся вокруг. Он видел, как образовывался воздушный поток и пытался поразить Райана. Видел, как вовремя подлетел Айрен, и отбросил магию на их врагов. Он понял, кто-то прячется на самом виду под магической завесой. Как же он ненавидел магов. Огонь устремился вниз из пасти дракона, испепеляя все на своем пути. Оборотни бросились врассыпную, те, кто не успел убежать, вспыхнули словно факелы. Запахло паленой шерстью, горелым мясом и смрадом обугленных внутренностей. Пламя ударило в землю. Затрещали, и стали плавиться камни мостовой. В огненном вихре, ослепительно ярком и горячем стал заметен небольшой энергетический шар, укрывающий магов.
Терна скорчилась от боли, напрягая все тело и перекачивая как можно больше энергии в их защиту. Пламя ревело и бушевало. Воздух стал чудовищно горячим, дышать было тяжело и больно. Сил едва хватало на то, чтобы удерживать неистово льющееся на них пламя. Девушка отчаянно соображала, что делать. Волосы на голове стали плавится и задымились. Кожа покраснела и болела, губы потрескались, глаза щипало, и они слезились.
Вернен сжался в комок, обхватив руками колени, и тихо скулил от страха. Его большие голубые глаза наполнились слезами, которые тут же испарялись от неистового жара. Если бы Терна была здесь одна, если бы не было у нее на шее этого слабого, навязанного королем ученика, шансов выжить было бы больше.
Майло понимал, что должен что-то предпринять. Они с Ротокалией укрылись за завесой недалеко от разыгравшейся битвы.
– Надо что-то делать, они убьют Терну. – Прошептал он, сжимая руки в кулаки. Тело его дрожало от напряжения и бессилия.
– Она справится, мы должны вести себя тихо. – Ответила Рокталия, и вымученно улыбнулась.
– Нет, если бы она могла что-то сделать, то давно бы это сделала! – Майло продолжал спорить.
– Самир вернется. – Рокталия погладила его по голове.
– А если нет! Я достаточно сильный, чтобы дать отпор. Поделись со мной энергией. – Майло протянул к Ротокалии руки. Целительница тяжело вздохнула.
– Будь очень осторожен. – Она обняла парня и сосредоточилась. Жизненная сила от ее рук потекла к нему, холодящим бальзамом разливаясь по телу, наполняя его силой и выносливостью, забирая усталость и страх.
Майло вздохнул с облегчением. Блаженная улыбка разлилась по его губам. Он понимал, что сильно рискует. Терна сражалась за свою жизнь, Самир покинул поле битвы. Некому было укрыть его защитным куполом, а сам он еще не научился это делать. Он должен действовать уверенно и быстро, атаковать, отвлечь этих тварей и прятаться.
Он удобнее перехватил копье, направил бурлившую в теле энергию в правую руку и покинул безопасное место.
Поле боя окружило его какофонией всевозможных звуков. Безжалостно ревело пламя, и его жар заполнял все вокруг. Где-то вдали ревели оборотни, кричали люди, лязгала сталь мечей и доспехов. Его обдало потоком горячего воздуха и чуть не сбило с ног. Серебряный дракон, пролетел очень низко над головой, растопырив когтистые лапы и оскалив зубастую пасть. Только чудо позволило Майло остаться незамеченным. Серебряный атаковал солдат. Протяжно завыл ветер, вырываясь из исполинской пасти летающего змея. Страшно закричали люди, умирающие в парах горячего воздуха из драконьей пасти.
Красный дракон продолжал жечь силовой купол, под которым спряталась Терна. Казалось, пламя никогда не иссякнет. Синий кружил рядом, пытаясь отыскать других магов. Он заметил приближающегося парня и устремился к нему.
Майло запустил в дракона копье, вложив в этот бросок огромную силу. Мир застыл. Молодому магу казалось, что все происходит невероятно медленно. Копье, накаченное магической силой, вращаясь, летело по воздуху. Дракон расправил грудь, готовясь выпустить в парня поток ледяного пламени. Пульс стучал в ушах, заглушая собой звуки окружившего их боя. Копье вонзилось в бок, приготовившемуся к атаке дракону. Брызнула кровь, полетели в разные стороны осколки чешуи. Синий дракон завертелся в воздухе. Вместо ледяного пламени из пасти вырвался рев боли. Он стал заваливаться вниз, проломив своей огромной тушей крышу одного из ближайших домов. Майло собрал еще силы, яркие всполохи энергии сорвались с кончиков его пальцев. Молния ударила в Красного дракона. Молодой маг забыл об осторожности, забыл о том, что он без защиты и маскировки, что должен бежать и прятаться. Для него все происходящее казалось сном, ярким, реалистичным, но все же сном.
Дракон, не ожидавший нападения, вздрогнул и захлебнулся от вопля. Пламя перестало бить из его пасти. Он потерянно затряс головой, пытаясь прийти в себя и понять где напавший. Крылья отчаянно били воздух, отрывая от земли пыль и мелкие камешки. Майло переполнял кураж боя. Он копил энергию в руках, готовясь атаковать.
Юркая фигура второго синего дракона подлетела практически бесшумно, на секунду зависла над парнем и молнией устремилась вниз. Мощные когтистые лапы подхватили молодого мага как пушинку. Острые когти впились в плоть, разрывая кожу и ломая кости. Майло закричал от боли и удивления. Кровь пузырилась на губах, воздух с шумом выходил из легких. Он не мог вздохнуть, боль и тяжесть сдавили грудь. В глазах все плыло, медленно наползала темнота и красный туман.
Дракон в полете подбросил его вверх. Тело бесформенной неуправляемой массой закрутилось в воздухе. Голубое небо, земля, охваченная битвой, дома с покатыми крышами, лес в отдалении – все это каруселью пронеслось перед глазами. Ветер шумел в ушах. Майло перестал, что-либо понимать. Острые зубы дракона впились в тело молодого мага, он поймал парня на лету. Вспышка нестерпимой боли пронзила каждую клеточку его тела, последний крик застыл на губах, последний вздох, наполнил разорванные легкие. А потом наступила темнота.
Дракон затряс в зубах уже безжизненное тело, кровавые брызги полетели в разные стороны, окрасив чешуйчатую морду. Челюсти разжались и то, что осталось от Майло с грохотом упало на землю.
Терна поняла, что пламя перестало бить в защитный барьер. Жар отступил, и стало легче дышать. Пахло гарью и расплавленной землей. Кожа болела от многочисленных ожогов. Это был их шанс.
– Вернен, дай мне руку быстрее! Это наш шанс, я перенесу нас отсюда. – Терна, протянула руку к своему ученику, продолжая второй удерживать их шаткую защиту. Но парень не реагировал. Он дрожал всем телом и испуганно всхлипывал.
– Вернен! – закричала она отчаянно. Никакой реакции, ученик был так напуган, что потерял связь с реальностью.
– Вернен! – Терна, схватила парня за плечи обеими руками. Защитный барьер рухнул раньше времени, выставляя их на всеобщее обозрение.
Именно в этот момент красный дракон пришел в себя и вновь обратил взор на магов. Терна не успела осуществить перенос. Мощный поток раскаленного пламени вырвался из пасти и устремился вниз. Волосы вспыхнули и истлели за одно мгновенье. Кожа обуглилась и почернела, кровь закипела, воздух испарился из легких. Волна чудовищной, ранее не виданной боли объяла все тело Терны. Она пыталась кричать, но воздуха в оплавленных легких не было, как не было уже и голосовых связок. Она кричала лишь у себя в голове, громко и неистово. Сработал инстинкт самосохранения. Вся жизненная энергия, вся сила, вся магия устремились на спасения тела. Они выталкивали пламя, пытались исцелить разрушающуюся плоть, образовать защитный барьер. Терна боролась с огнем, боролась со смертью. Глаза ее ослепли, обугленное тело пылало, но продолжало жить.
Вернен исчез практически сразу, не успев почувствовать боли, не успев понять, что умирает. Плоть его развеялась серым пеплом, кости обуглились и распались, и вот уже на месте, где был человек, не осталось ничего, кроме черного маслянистого пятна.
Красный дракон прекратил поливать останки магов пламенем и взмыл в небо в поисках новой добычи. Синий дракон выбрался из развалин дома, куда свалился от удара копьем. Оно пробило кожу на боку и впилось в плоть. Рана оказалась не смертельной, но крайне болезненной и неприятной. Дракон поморщился, раздувая ноздри, и оскалил клыкастую пасть. Ухватился зубами за впившееся в плоть копье, выдернул его и перекусил древко, как спичку. Расправил крылья, переступил с лапы на лапу, потянулся, оценивая ущерб, нанесенный раной, и взмыл в воздух вслед за красным, поднимая с земли потоки пыли и пепла.
Ротокалия застыла в своем укрытии. Сердце бешено стучало в груди. Она слышала рев драконов, слышала крики людей, потоками льющиеся с поля битвы. Она чувствовала каждую рану, каждую боль раненых и умирающих, тело зудело, требовало действий. Ее дар рвался наружу, хотел спасать жизни, хотел исцелять. Ротокалия постаралась отгородиться от своей силы, иначе просто можно было сойти с ума. Она обнимала себя за плечи и молилась великому учителю, чтобы они спасли и защитили ее друзей. Она была сильной целительницей, могла заживить очень серьезные раны, практически вернуть человека с того света, могла усилить и восстановить энергию любого мага. Но она не была воином, и помочь в этом сражении друзьям никак не могла.
Она видела, как погиб Майло. И сердце обливалось кровью от осознания, что помочь она уже не может. Она видела, как отвлекся красный дракон, как упал защитный барьер, как Терна схватила Вернена за плечи, и как в них ударило пламя. А потом жуткий крик ворвался в её сознание. И не осталось ничего, кроме этого страшного вопля боли и отчаяния. Мир померк, перестал существовать, тьма застелила все вокруг. Ротокалия лишилась чувств.
Она пришла в себя лежа на земле лицом вниз. Пыль набилась ей в нос и рот, от чего женщина громко чихнула. Она оперлась на дрожащие руки и с трудом села. Голова все еще кружилась, в висках пульсировала боль, глаза слезились. Защитный барьер рухнул, и теперь целительница сидела у всех на виду. Только чудо спасло ее от смерти, никто из врагов на нее не напал, может, не заметили, может, посчитали ее мертвой.
Ротокалия огляделась и замерла от ужаса, взирая на обгоревшее тело Терны. Поднявшись, пошатываясь на ватных ногах, она неуверенным нетвердым шагом побрела к подруге. Опустилась перед ней на колени. От тела шел дымок, пахло горелой плотью. Ротокалия протянула руки к подруге, чтобы выразить свое почтение и попрощаться и с ужасом и радостью обнаружила, что та жива. Ротокалия собралась с силами, сделала глубокий вдох. Не спеша, плавно она стала водить ладонями над обгоревшим телом, вливая в него энергию, исцеляя его. Женщина не торопилась, по крупицам восстанавливая плоть. Повреждения были чудовищны, а целительница устала и измучилась.
Она стояла на коленях и лечила, казалось, целую вечность. В таком положении ее и застал Самир.
Он переместился, убегая от ловушки Синего дракона. Немного отдышался и огляделся по сторонам. Несмотря на раннее утро на улице было светло, как днем. Замок переливался белым мерцающим светом, его очертания поблекли, и стали постепенно растворяться. Легкая зыбь бежала по воздуху. Ритуал шел к своему завершению, и надо было спешить. Самир принял решение отправиться в замок и помочь Орофену. Раз ритуал не был остановлен, значит, у верховного мага возникли сложности. «К черту приказ, к черту солдат капризного короля». Самир уже сконцентрировался для очередного перемещения, как вдруг чудовищный крик боли зазвучал в его сознании, ослепляя и оглушая. Он упал на колени, схватился руками за голову и тоже заорал. Время застыло, стало густым, вязким, затягивающим. Мир замер, остановился. Когда крик затих, превратившись в легкий фантомный шум на периферии сознания, а реальность постепенно стала обретать ясные очертания, все опять понеслось с бешеной скоростью. Самир понял, что Терна попала в беду, больше никто из магов не мог послать такой мощный ментальный сигнал. Он забыл о намерении помочь Орофену, забыл о ритуале, забыл обо всем что происходит. Сейчас мужчину не волновало больше ничего, корме судьбы подруги. Самир поспешил обратно, его гнал страх, и поддерживала надежда.
Ротокалия склонилась над голым обезображенным телом некогда красивой молодой женщины. Теперь ее кожу испещряли уродливые шрамы от ожогов. Волосы сгорели, но со временем они должны были отрасти. Самое главное, что Терна была жива, она дышала глубоко и ровно, хотя все еще была без сознания.
Самир опустился на колени.
– Я сделала все, что смогла, – тяжело дыша, прошептала Ротокалия – Ее ожоги чудовищны, я не представляю, как после такого можно выжить. Этот парень, ее ученик, все время забываю, как его зовут…
– Вернен – пустым, лишенным эмоций голосом ответил Самир
– Да, да Вернен, он вообще испарился, от него ничего не осталось. А она выжила. Я подлечу ее еще потом, ты не переживай. Большинство шрамов я уберу, только сил надо набраться. Волосы у нее отрастут. Главное жива. Жива. – Лепетала Ротокалия. Крупные капли пота стекали по ее изможденному побелевшему от напряжения лицу.
– Где Майло? – Спросил Самир, создавая вокруг них защитный купол. Оставаться у всех на виду было небезопасно, и, хотя битва сместилась к границам города, их все равно могли увидеть.
– Дракон убил. – Ротокалия замотала головой. – Он смелый был, сильный, он Терну спасти хотел, но драконов было трое, а он не осторожный… – ее голос сорвался, и она всхлипнула.
– Не надо было совету идти на поводу у короля и навязывать нам солдат. Сразу всех арестовать он хотел, конечно! Только вот его армия оказалась ни на что негодной, если только как пища для вампиров и оборотней! Надо было всем перемещаться в замок, остановить ритуал, а затем уже разбираться с драконами. Главное, чтобы они все остались в Валиане. Им все равно больше некуда было бы бежать и негде прятаться. Но Орофен… – Самир ругался сквозь сжатые зубы.
– Ничего еще не потеряно, главное мы живы. – Ротокалия попыталась улыбнуться.
И тут над ними зависла тень дракона.
Орофен и его ученики оказались в широком холле замка. Все вокруг заливал яркий свет, он тек по потолку полу и стенам, мерцал и переливался, дезориентировал. В центре зала в кругу на коленях, бормоча слова заклинания, сидели ведьмы. Вор без сознания лежал неподалеку, уткнувшись лицом в холодный камень. Орофен подавил сильное желание прикончить мерзавца на месте, у него были сейчас более важные дела. Черного дракона нигде не было видно.
Что-то засвистело в воздухе. Такманы, притаившиеся за сваленной у стен мебелью и на лестницах, начали стрелять. Стрелы отскакивали от энергетического барьера, не причиняя Орофену никакого вреда.
Миргон удивленно вскрикнул, и пошатнулся, что-то с силой ударило его в грудь. С глухим звуком лопнул защитный барьер. Две стрелы вонзились в плоть. Парень застонал. Удивленно, не веря в случившееся, он посмотрел вниз. Кровь заструилась по ученическому костюму, окрашивая коричневую ткань яркими красными пятнами. Миргон перевел взгляд на учителя, в глазах отразились боль, ужас и непонимание. Молодой маг пошатнулся, ноги его подкосились, и он свалился на пол, распластав в стороны руки.
Мицелла закричала от ужаса и хотела броситься на помощь к молодому человеку, но отец удержал ее. Злость и отвращение отразились на лице верховного мага. Орофен сжал руку в кулак, собирая как можно больше энергии. На коже вспыхнули символы. Направленная магическая волна, высвобождаясь, наполнила помещение. Тела такманов, задергались, оружие выскользнуло у них из рук. Подвижные шрамы вращались, пытаясь отразить магическую атаку, но тщетно. Одно за другим уродливые тела стали взрываться. Кровь и ошметки плоти полетели во все стороны, оставляя на полу и стенах причудливые узоры, неправдоподобно яркие в белом неестественном свете.
Алабья не раздумывая, выскочила из защитного поля и побежала к распростертому на полу Миргону. Дар целительницы гнал ее вперед, заставляя забыть об осторожности. Что-то промелькнуло в воздухе. Легкий ветерок всколыхнул волосы девушки. Она остановилась рядом с раненым и обернулась. Никого рядом не было. Быстрая и массивная черная тень схватила целительницу и утянула ее из зала.
Алабья даже вскрикнуть не успела. Сильные руки крепко держали ее за плечи стальной хваткой. Пальцы болезненно впивались в плоть. Ноги девушки болтались в воздухе, не доставая до земли. Всхлипнув, целительница подняла взгляд. На нее смотрел Черный дракон. Его лицо было спокойным, на нем не отразилось ни злости, ни неприязни, скорее любопытство. Темные кудрявые непослушные волосы, падали на лоб крупными локонами. Вот только глаза его, стали угольно-черными. Сначала на кристально чистой поверхности бирюзы появились черные разводы, будто кто-то капнул чернила в озерные воды, а потом темнота заполнила их до предела, не оставив места чистоте и свету. Но смотрели эти глаза неправдоподобно ласково и нежно. Он улыбнулся, тепло и приветливо. Алабья непроизвольно улыбнулась в ответ. Он показался ей очень привлекательным, даже красивым. Страх отступил, сердцебиение стало успокаиваться, она расслабилась.
Черный туман медленно потек от его пальцев и заскользил по коже целительницы. Острые иглы впились в плоть. Холод и онемение сковали ее тело. Алабья выгнулась и захрипела. Она хотела закричать, но голоса не было. Жизненная сила и энергия вытекали из ее тела. Алабья пыталась вырваться, билась в его руках, но ничего не могла сделать. Она слабела. Сердце стучало быстро-быстро. Волнами накатывала слабость и тошнота. Ее плоть усыхала. Кожа темнела, истончалась, морщилась. Жизнь утекала, наполняя дракона силой. И вскоре вместо хрупкой молодой девушки осталась высохшая сморщенная оболочка. Черный дракон разжал пальцы, и тело рухнуло на каменный пол, рассыпаясь в пыль и труху. Демиан отряхнул ладони и, перешагнув через мумифицированные останки, направился в холл.
Орофен видел, что Алабья исчезла. Он метнул молнии, но они пронзили пустоту, попали в каменные стены, высекая искры. Миргон был все еще жив, он лежал на спине, и тяжело дышал. Лужа крови расплывалась под ним.
– Отец! – Мицелла схватила Орофена за плечо.
– Самое главное круг, помоги мне, сейчас все закончится! – маги объединили усилия и направили энергию на стоящих на коленах женщин.
Электрический разряд прошел сквозь тела ведьм, обугливая и испепеляя. Их кожа покрылась ожогами, сморщилась и почернела, волосы задымились и вспыхнули, точно факелы. Короткий вскрик, и ведьмы, корчась в предсмертных судорогах, попадали на пол. Осталась только одна. Рыжая Амира, сжимала в руках магический амулет и шептала защитное заклинание. Молнии обходили ее стороной, били в пол, дробя камень. Стены замка тряслись и дрожали. Яркий свет продолжал изливаться, воздух мерцал. Маги приготовились к еще одному удару. Как вдруг крик чудовищной боли ворвался в голову Орофена. Он потерял концентрацию и упал на колени. Крик вырвался из груди, в голову вонзились острые иглы боли. Орофен потерял драгоценные минуты.
Амира поняла, что на нее больше никто не нападает и опустила амулет. Ее сестры, найденные и обученные с таким трудом и упорством, теперь лежали на полу мертвыми обугленными телами. Захотелось кричать от боли и бессилия. Или бросится на ненавистного мага, и выдрать ногтями ему глаза. Но ведьма не могла позволить себе эту слабость, только не сейчас. Ритуал был практически закончен, оставалось по несколько символов в каждом из секторов круга и один главный в самом его конце. Амира понимала, что одних ее сил будет недостаточно для благополучного завершения ритуала. Делая все в одиночку, она могла полностью исчерпать жизненную энергию и умереть. Но в мертвых телах еще оставалась кровь, и она могла стать хорошим проводником. Для начала Амира собрала чаши, их содержимое расплескалось по полу, но оставшегося и прилипшего к стенкам должно было хватить. Затем ведьма направилась к мертвым телам своих подруг и стала перетаскивать их к самому последнему из магических символов. Обугленная плоть обжигала пальцы, но женщина не обращала внимание на боль. Сейчас от ее успеха зависели жизни многих. Когда тела заняли положенные места, ведьма подползла к одному из них, и вонзила нож в живот трупа, выпуская наружу внутренности. Руки стали липкими от крови, нож скользил и вырывался из непослушных пальцев. В воздухе стоял тошнотворный запах горелой плоти.
В крови скрыта самая сильная магия, когда бесполезны заклинания, не срабатывают амулеты, кровь может быть последней надеждой, на удачный исход. И в распоряжении Амиры ее было в избытке. И сейчас она пыталась подменить энергию живого тела, на энергию, сокрытую в крови. Ведьма не знала, получится ли у нее задуманное, но готова была идти до конца. В новом мире ее ждала безопасность и его любовь.
Орофен достаточно быстро пришел в себя. В голове еще звенело, и немного тошнило. Что-то страшное случилось с Терной, только она могла послать такой мощный ментальный сигнал. Как же все не вовремя. Как много ошибок он уже сделал, и сколько еще предстоит совершить. Орофен поднялся на ноги. Единственная оставшаяся в живых ведьма пыталась в одиночку закончить ритуал. Дочери рядом не оказалось. Орофен вытянул руку, магическая сила стала собираться на кончиках пальцев.
– Не спеши, старый маг. Тронешь Амиру, и я убью твою дочь! – голос был приятный, бархатистый и вкрадчивый. Орофен отдернул руку и уставился на говорившего мужчину. Демиан стоял в нескольких шагах от него, удерживая его дочь. Одной рукой он обнял ее за талию, а другой слегка касался шеи. Лицо мицеллы покраснело. Глаза блестели от ужаса. Крупные слезы бежали по щекам.
– Отпусти ее дракон, она здесь не причем! – прокричал Орофен, щурясь от яркого света.
– Не причем? – Демиан улыбнулся – А может вы все здесь не причем?
– Вы пришли ко мне домой – его голос стал ледяным – нет, не пришли, вломились. Вы стали убивать моих людей, стали вмешиваться в мои планы. Мы просто хотим уйти, найти новое безопасное место, подальше от ваших несправедливых законов и самодурства королей.
– То, что вы делаете незаконно! Наказание смерть! Тем более, за то, что сделал Вор. – Орофен собирал силы.
– Не законно? – Черный дракон холодно улыбнулся. – А кто решает, что законно, а что нет! Почему, то, что говорите вы – это закон, а то, что говорю я нет! Я тоже король, король своего народа, народа, который вы пытаетесь истребить, почему мои законы для вас ничего не значат?
Орофен ничего не ответил, лишь презрительно скривил губы.
– Стой на месте маг, не вмешивайся, и я не трону твою дочь. Даю тебе слово, а мое слово нерушимо, ты должен об этом знать. – Демиан крепко сжал горло Мицеллы. – Отступись. Забирай своих магов и солдат короля и уходите. Мы не станем вас удерживать. Мы не станем вас убивать.
– Пожалуйста, папа. – Прошептала девушка одними губами.
У Орофена заныло сердце. Он смотрел в широко распахнутые заплаканные глаза своей единственной дочери, которая молила его о спасении. Он любил ее, любил больше жизни. Она была такая красивая, добрая и совершенная. Она обладала мощной, еще не до конца развившейся силой, ее ждало большое будущее.
Ведьма завершила ритуал, и обессиленная растянулась на полу. Свет стал ослепительно ярким. Воздух замерцал миллионами переливающихся искр. И все вокруг стало растворяться, покидая существующую реальность.
– Прости. – Одними губами прошептал Маг. И направил всю свою силу, что еще оставалась в теле вниз. Прозрачные серебристые нити змеились вокруг него. Он вцепился своей магией в этот клочок земли, удерживая его на месте не давая ускользнуть. Огромная сила тянула мир назад. Жилы на теле Орофена вздулись, кровь отлила от лица, придав ему восковую бледность, мышцы лопались от невыносимой нагрузки.
– Это твой выбор. – Укоризненно произнес дракон. Черные щупальца тумана окутали его руки и поползли по лицу и шеи Мицеллы. Девушка застонала, глаза ее вылезли из орбит. Она хотела закричать, но не могла. Ее жизненная сила с невероятной скоростью стала перетекать к дракону. У Демиана не было времени на сентиментальность и жалость, он знал, что девушке нестерпимо больно. Он выпивал ее быстро и грубо. Плоть Мицеллы мгновенно съежилась и усохла. Истлевшее тело, застыло в руках дракона. Он отбросил его в сторону и направился к магу.
Орофен завыл от напряжения и горя. Силы покинули его, и кусочек мира, вырвавшись из цепких лап мага, поплыл дальше, покидая действующую реальность. Все растворилось в сиянии белого света.
Самир посмотрел вверх, надежно укрытый защитным куполом, он мог без опаски разглядывать дракона. Тот кружил низко и ветер от его крыльев поднимал в воздух пыль. На боку у синего дракона кровоточила рана, именно туда попало копье отважного Майло. Это был шанс. Свет вокруг становился все ярче, этот клочок земли в любую минуту мог исчезнуть. Самир успокоился, выровнял дыхание и сосредоточился. И когда дракон заходил на новый круг, маг направил в него всю собранную энергию, целясь в рану от копья, и попал. Сила ворвалась в тело дракона, буравя и сжигая плоть. Маленькая рана расширилась и задымилась, кровь брызнула на землю. Дракон взревел, энергично замотал крыльями, пытаясь улететь, спастись. Сила боевого мага продолжала испепелять его тело. Хрипя и задыхаясь, огромный ящер рухнул на землю. От удара задрожали стекла в соседних домах и треснули камни мостовой.
Самир опустил руки. Купол растаял, держать его не было сил, но это уже не имело значение. Мир сдвинулся и поплыл. Свет вспыхнул ослепительно ярко, а потом наступила темнота.
Солнце уже давно выплыло из-за горизонта и теперь полноправно царствовало на небе. День должен был быть жарким. Легкий ветерок шуршал в траве и кронах деревьев. На месте города теперь была пустота. Черное пятно, рассекало небо и землю. Сама ткань реальности была нарушена, и сложно было сказать, сможет ли мир залечить такую рану. Все исчезло и замок, и дома, и маги, и драконы, осталась лишь тишина наступившего дня.
***
Сознание возвращалось медленно. Сначала проступили звуки, отдаленные, неясные, размытые. Затем пришла ноющая боль, тело было тяжелым, неподъемным, уставшим. В голове гудело, в висках стучали молоточки боли. Сквозь плотно сомкнутые веки, он видел мерцание яркого света. В горле першило. В нос набилась пыль, очень хотелось высморкаться, но не было сил. Ленд облизал пересохшие губы. На зубах заскрипел песок.
Кто-то бесцеремонно перевернул его на спину и стал трясти за плечи. Знакомый голос звал его по имени. Приходить в себя не хотелось, хотелось и дальше тонуть, погружаться в томящую пучину беспамятства. Голос стал настойчивее. «Отвали!» – мысленно обратился к нему Ленд. Пощечина с резким хлопком обожгла его лицо. Он ойкнул, судорожно вдохнул воздух и открыл глаза. Попытался подняться, но не удержался и опять растянулся на полу.
– Приходи в себя, ты мне нужен! – над ним склонился Демиан, на лице его было странное, непривычное выражение. Испуг, неуверенность, парень разобрать не смог.
– Не могу. – Прохрипел Ленд и закашлялся.
– Придется смочь! – продолжал настаивать черный дракон.
– Получилось? – отплевываясь, спросил Ленд.
– Не совсем. – Демиан выглядел потерянным.
– Но мы больше не в Валиане? – прищурив один глаз, спросил Зеленый дракон.
– Нет!
– Замечательно! – Ленд с довольным видом растянулся на полу.
– А где? – немного помолчав, продолжил он. Поведение Черного дракона начало его беспокоить.
– Я не знаю, нигде. – Демиан немного помолчал. – Ничего кроме нашего города здесь нет.
Ленд приподнялся на локтях, морщась от боли в мышцах.
– Мы можем выбраться? – тон его стал серьезным, все веселость ушла из голоса.
– Я думаю да. Если ты сможешь кое-что сделать. Поднимайся, пойдем! – Черный дракон был серьезен. Он протянул Ленду руку и помог ему подняться. – Тебе понадобиться много энергии. Я забрал жизненную силу двух девчонок магов, должно хватить.
Глаза Демиана почернели, на ладонях появились завитки тумана.
– Нет! – Ленд, отшатнулся, глаза его округлились. Его передернуло от отвращения. – Нет, я справлюсь без такой помощи.
– Не справишься. Все очень серьезно. – Черный дракон был не приклонен.
– Блин. – Ленд сжал губы. – Хорошо. Но у меня условие. Ты мне должен. Это уже третий раз, когда я совершаю невозможное. Ты должен мне три одолжения, брат.
– Нет, не должен. Одолжений не будет. Но я готов трижды простить тебя, когда ты ошибешься. А ты обязательно ошибешься. Это же ты. Среди драконов у тебя есть недоброжелатели. Некоторые просили убить тебя, когда ты станешь не нужен. Я же обещаю тебе три шанса. Ни я, никто другой тебя не тронет. Даю слово. А ты знаешь, что значит мое слово.
– Ладно, вот как все вышло, меня предупреждали, но я поступил, как поступил. – Зеленый дракон поморщился – Давай сюда энергию мертвых девочек, надеюсь, она нужна на благо.
Демиан прикоснулся ладонью к груди Ленда. Черные щупальца тумана потекли из его рук, наполняя Зеленого дракона жизненной силой. Боль отступила, мышцы расслабились, глаза загорелись ярко. Ленд глубоко вздохнул и непроизвольно улыбнулся.
– Ну что, король нового мира, веди меня, покажи, что надо сделать для нашего спасения!
