Текст книги "Музыкант и наследница"
Автор книги: Мария Чинихина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Анри открыл дверь квартиры ключом и вошел в темную прихожую. Бросив связку на тумбочку, заглянул в гостиную. В камине горел искусственный огонь. У белого кожаного дивана, в наушниках, сидела Элизабетта. Она печатала текст на машинке. Саша выглядела веселой, а Мэгги уставшей. В паузах между прослушиванием нудной, как она сказала, музыки, девочка смотрела мультики по телевизору. Каждые три минуты Саша снимала наушники и делились мнением с Элизабеттой. Анри подошел сзади. Заметив его, Элизабетта выпрямилась.
– Нужно поговорить, до ужина, – шепнула она во время поцелуя, затем схватила за руку и повела в совмещенную с кухней столовую. Анри забрался на мягкий табурет. У плиты стояла Энни в фартуке и деревянной ложкой в руках. Клаус сидел за барной стойкой и переписывал в толстый блокнот рецепты Розы по указанию жены. Королева приказала администрации Города выделить сыну Эдварда квартиру в соседнем доме. Энни и Клаус жили там постоянно, если Элизабетта не просила занять гостевую спальню.
Анри считал минуты. Он не собирался отказываться от свежеприготовленной домашней еды. Долгий и напряженный день утомил его и посеял суету мыслей в голове. Дневник Маргариты, жалобное письмо Мадлен о беременности Аннет, неудачная репетиция, разговор с молодой, энергичной и воодушевленной Сашей… Запахи с кухни усиливались… Энни бросила ложку в мойку и передала Элизабетте стопку тарелок и желтые с красной каймой салфетки. Анри не удержался и стащил из плетеной корзины кусок свежего хлеба. Пока он наслаждался мягкой коркой, Элизабетта сервировала стол, чем удивила его. Закончив, она предложила вернуться к Саше. Анри согласился. Наблюдать за Энни стало невыносимо. В гостиной Элизабетта передала ему плеер Мэгги. Пришло время слушать очередную пластинку.
– Бабушка волнуется, – сказала она. – Клаус и Энни поживут некоторое время с нами.
Анри неохотно вставил наушник в ухо.
– Тебе интересно мое мнение? – спросил он
– Да. Мне нужен взгляд со стороны. Саша быстро втянулась, мы с ней отобрали несколько записей. Мэгги капризничает и смотрит мультики.
– Зачем?
– Я хочу сделать развернутый очерк о том, что «другая» музыка может быть коммерчески успешна. Петер напечатает статью в следующем номере.
Анри отложил плеер в сторону и сказал, покачав головой:
– Публика с каждым годом становится менее требовательной к качеству. Музыка для головы не интересна массам, и они не смогут понять и оценить задумки композитора, когда их «насильно» приучали в течение десятилетий к легко запоминающимся мелодиям. Включи музыкальный канал, настрой любую радиостанцию – покажется, что за час прозвучала одна длинная долгая песня. Доминирует стиль, а не исполнитель как личность и импровизатор. Мне досадно от того, что мода на доступное стала нормой. И не спорь с Петером… Ему заказали серию статей о Туртанах, их журнал и напечатает в ближайших номерах.
– Энни, мы отлучимся на пять минут! – взволнованно крикнула Элизабетта и за руку потащила Анри через узкий коридор к спальне. Она втолкнула его в комнату и притворила дверь.
– Днем я отправила Петеру заявление… Шеф сохранит за мной внештатную должность.
Анри задумчиво смотрел на Элизабетту, старательно изображая непонимание и нежелание верить, что замыслы королевы испортят трехлетние отношения.
– Я надумала принять предложение бабушки, только молчи, дай мне объяснить! Сегодня случились важные моменты, которые повлияли на мой выбор. Ты вправе сам решить, что будет с нами, только знай, я люблю тебя и давить не буду!
– Что же случилось? – с удивлением спросил Анри
– Я нашла приют, где жили Саша и Мэгги, говорила с мистером Моррисом, директором. Я стану официальным опекуном девочек. Мистер Моррис выслуживается перед бабушкой. Он отослал бумаги в контору мистера Аллену. В обед документы передадут мне. Все складывается в красивую историю… Если бы не Курт и Кэл Калди… Кажется я испортила концовку… Они не намерены отпускать Сашу и Мэгги.
– Ты встречалась с ними?
– Да, я ездила на окраину. Безвкусно обставленный особняк Кэла Калди отпугнет любого. Курт – его заместитель. Они принимали меня в гостиной, в окружении молодых девиц, кто из них жена, любовница, дочь я не разбирала, но когда меня вывели из ужасного дома, я радовалась. Я пригрозила титулом бабушки… Курт не поверил… Кэл Калди предложил свадьбу в качестве компенсации…
– Что ты решила?
Элизабетта подошла к окну, пропустив замечание Анри.
– Эдвард звонил. Бабушка требует, чтобы я переехала в Золотой Дворец к концу недели. Я догадываюсь, о чем будет разговор. Все так запуталось, что жду момента, когда бабушка предложит мне стать наследницей. На это решение меня подтолкнули мистер Моррис, Курт, Кэл Калди, девочки… Я хочу бороться с несправедливостью. Понимаешь? Кто-то должен начать!
– Ты уверена? В своих желаниях? – вдруг спросил Анри. – Неделю назад ты прошла бы мимо Саши и Мэгги и в грозу, и в ясную погоду. Что изменилось в тебе? Во мне? Мы не виделись несколько месяцев и предстоит очередная разлука. Если честно, я думал, что мы проведем эту неделю вдвоем, без забот и объяснений, как жить дальше.
– Ты поддержишь меня? – Элизабетта обернулась к нему лицом, пытаясь прочесть ответ в его глазах. – Хорошо, – сказала она. – Я обещала, что давить не буду, хотя мне больно и неприятно оттого, что ты считаешь меня бесчувственной. Четыре года я искала свое место, выдавая содержательные статьи. Я жалею, что не послушала бабушку, призывающую к действиям.
– Я не считал тебя бесчувственной. Мне не всегда нравилось твое отношение к окружающим людям. За три года ты изменилась и превратилась в молодую уверенную женщину. Это достойно. Согласен, твой дядя поступил подло, но вспомни, какими стали Люк, Софья? Ты хочешь их судьбу?
– Конечно нет! Я не могу отрицать факт, что я одна из них и свою сущность тоже. Встреча с Сашей, беседа с Куртом, Петером, статья о Туртане… Я разобралась в себе. Я хочу, чтобы мои дела приносили пользу.
В дверь спальни постучали. Элизабетта сказала:
– Войдите.
Вошла Энни, вытирая руки полотенцем.
– Ужин на столе, – сказала она. – Девочки ждут.
– Дай нам еще пять минут, – попросил Анри
Энни ушла, закрыв за собой дверь.
Анри обнял Элизабетту. Она прикрыла глаза и на мгновение забыла о выборе, желая сохранить это чувство на долгий срок. Не вышло.
– Я не рассказывал, почему влюбился в тебя? – спросил он.
– Нет. Я приняла твою любовь, как данность.
– Я влюбился в тебя, потому что ты… Ты не похожа на тех, кого я знал до тебя.
Он умолчал о Аннет, заметив у Элизабетты внешнее сходство с женой брата.
– Ты – неземной ангел, озаривший меня три года назад, но очень быстро приземливший мои чувства и желания. Ты не знаешь, каким я был в «прошлой жизни». Я показал тебе мою лучшую сторону…
Она приложила палец к его губам и взглядом просила молчать.
– Мне все равно, кем ты был в «прошлой жизни». Это перевернутая страница,
– Нет, – воскликнул Анри. – Я затронул эту тему, потому что ты меня толкаешь на осознанный выбор,.. которого нет! Я хочу быть с тобой и неважно, что скажет пресса, а репортеры вытащат на свет «грязное белье», какое найдут. Меня не интересует, как к этому отнесется твоя семья, бабушка, что скажут Мон, Фелл, Макс, Бун, Дэн. Друзья хорошенько покрутят пальцем у виска, потому что образ, созданный Билли, не соответствуют объединению с внучкой королевы. По своей натуре мы бунтари, а свадьба с тобой означает подавление моих принципов. И к этому я тоже готов, так как люблю тебя больше, чем внутреннее Я.
– Спасибо за поддержку, – сказала Элизабетта и крепче прижалась к нему, пока он не передумал. – Я не умею готовить, из меня выйдет ужасная хозяйка и я могу только обещать, что титул бабушки станет для меня работой, а семью я хочу обычную, уютный дом и детей!
– С гастролирующим мужем вряд ли мечта о нормальной семье осуществится, но я что-нибудь придумаю, как это сделала ты.
– Нужно идти, иначе Энни будет ругаться, все ждут только нас…
– Хорошо, – Анри ногой открыл дверь и держа за руку, вывел из комнаты.
Они шли по коридору, не отрываясь друг от друга, а когда что-нибудь предстояло сказать, то останавливались и, немного задержав дыхание, говорили:
– Рано радуешься, дорогой, столько хлопот предстоит, не устать бы друг от друга до официальной церемонии.
– Мы поженимся осенью?
– Дата свадьбы не зависит от наших желаний…
После ужина Анри предложил выйти на балкон. Стояла ясная погода и Элизабетта подняла голову, пока он закутывал ее в шерстяную накидку. Она увидела ночное небо с мерцающими звездами и жалела, что влюбленность превратится в привязанность. Полгода назад, когда она приехала к Анри на гастроли, они почти не виделись. Он пропадал на стадионах, она в одиночестве гуляла, осматривая достопримечательности. После выступлений им было не до наслаждения или каких-либо чувств, они встречались, потому что хотели проявить внимание друг к другу.
Эдвард с суровым выражением на лице открыл дверь гостиной для приемов. Элизабетта растерялась. Во взгляде телохранителя бабушки чувствовалась неприязнь, которую показывать по статусу не полагалось, но сдержаться Эдвард не сумел. Королева сидела в кресле у окна и задумчиво смотрела в мелкую точку на стекле. Мистер Джаилс раскладывал на столе официальные письма и документы. Королева отвлекалась от обзора парка в окне и подписывала бумаги, не читая. Появление внучки удивило ее. Она приподнялась, приветствуя Элизабетту. Затем приказала Эдварду и секретарю оставить их наедине.
Как только дверь гостиной закрылась, Элизабетта заняла позицию на красном ковре. Она стыдилась за никому не нужный порыв, понимая, что через две минуты последует наказание за риск. Мысль о том, что она отправилась в особняк защищать Мэгги и Сашу не оставляла Элизабетту и оправдывала вчерашние действия.
– У меня две новости для тебя, – начала разговор королева, когда они присели на диван в углу гостиной. – Хорошая – Члены Большого Совета согласились восстановить тебя в правах наследования. В пятницу мистер Смолл проведет официальную церемонию. Тебе вернут права на владения Маргариты и титул наследницы. Подумай и ответь честно, готова ли ты принять долг?
– Да, – уверенным голосом ответила Элизабетта. – Я хочу стать наследницей, бабушка.
– Вот и отлично, – королева взяла внучку за руку. – Полагаю, конфликт с мистером Калди помог разобраться и сделать выбор?
Элизабетта невинно подняла глаза на бабушку:
– Возможно… Как ты узнала об этом?
– Мистер Калди осмелился отправить официальное письмо на мое имя. Обсудим мошенника в другой раз. Я пригласила тебя, чтобы объяснить…, – королева задумалась, затем продолжила. – Получить власть легко, а удержать намного сложнее. Ромен не оставит притязаний на титул и начнет ответную войну… Мистер Калди потребовал разобраться с тобой. За три дня, Элизабетта, ты успела перейти дорогу многим. Поэтому я подписала распоряжение – ты переедешь из городской квартиры в Золотой Дворец. Роза выделит положенный новому статусу штат прислуги, а выезжать на официальные мероприятия предстоит в сопровождении охраны, которую возглавит мистер Клаус. И, конечно же, работа, тебе придется оставить ее. К этому ты готова?
– Да. Вчера я отправила Петеру заявление. Он обещал мне внештатную должность. Пока. Реакция дяди меня не волнует, я возвращаю титул, который принадлежит мне по праву рождения.
Элизабетта выпрямилась.
– Расскажи мне все, – попросила она бабушку. – Почему Большой Совет пересмотрел решение и поддержал меня, отвергнув достоверные доказательства Ромена?
– Справедливость восторжествовала, Маргарита – старший ребенок в семье… Твой отец, как выяснилось, уважаемый человек, к тому же он являлся официальным мужем Марго. Я представила Большому Совету соответствующие документы в качестве доказательств…
– Ты знаешь, кто он? Мой отец! – спросила Элизабетта, радуясь за надежду познакомится с близким человеком и заполнить пустоту от одиночества.
– Ты познакомишься с ним в пятницу. Я пригласила его на закрытый прием с минимальным числом журналистов, – королева сжала руку внучки и улыбнулась. – Твой отец просил сохранить его тайну. Инкогнито – основное условие визита твоего отца в Страну Королевы.
– Тайну?
– Дело в том, что в силу неких обстоятельств, он не может признать тебя официально. Встретившись с ним, ты поймешь почему.
– Замечательно! – воскликнула Элизабетта и встала, чувствуя подвох в убеждениях бабушки. – Почему ты раньше мне не рассказала о нем? Боялась потерять контроль? А теперь, дорогая внучка, получай все – титул, мужа, наследство и отца! В очередной раз за меня все решили! Через два года советники дяди отыщут не стыковку, докажут, что свидетельство о браке родителей составлено не по форме, или моему тайному отцу хорошо заплатили! Все повторится по прежнему сценарию. Случай с Сашей подтолкнул меня к выбору, но теперь я сомневаюсь в нем!
– Ты все сказала? – повелительно спросила королева. – Сядь и слушай. Дождись пятницы и встречи с отцом. Он объяснит…
– Как прикажете, моя королева, – Элизабетта учтиво поклонилась. – Интересно, сколько кабельный канал заплатит за сюжет?
Королева сердито стукнула рукой по подлокотнику.
– Перестань паясничать! Я предельно точно сообщила пожелание твоего отца и запрещаю говорить с ним подобным тоном, велика цена того, что мы с ним сделали!
– Что ты знаешь о мистере Кэле Калди? – Элизабетта специально сменила тему.
– Он въедливая заноза Страны Королевы, – ответила бабушка. – Поселился без спроса на территории Города, которую выбрал сам и никакие угрозы со стороны местной власти на него не действовали. После двухгодичных споров и разбирательств пришли к соглашению – мистеру Калди в собственность отошел район на окраине. По документам за ним закрепили статус магната, исправно платящего налоги.
– Ты в курсе того, что он творит и как зарабатывает несметные капиталы? Кэл Калди эксплуатирует маленьких детей! – возмутилась Элизабетта.
– Бороться с ним бессмысленно, однажды он заявил – если я или члены Большого Совета станут мешать, то он найдет, как захватить Город и Золотой Дворец. Пойти на такой риск я не могу. Кэл Калди богат и имеет влияние на других магнатов. Представь, если они объединятся против семьи? Ромен – мошка по сравнению с ними!
– То есть ты не станешь на него давить?
– Это невозможно. Почему ты интересуешься Кэлом Калди?
– Я стала опекуном девочек, которые работали на него! Я встречалась с ним…
– Что? – воскликнула королева. – Ты ездила к Кэлу Калди? Куда смотрит Клаус? В письме сказано, что ты угрожала ему, но я не думала, что ты нанесешь ему личный визит!
Королева вздохнула. Решительность и бесстрашие Элизабетты пугало ее. Внучка не умела играть на публику, манипулировать, держать мнение при себе. Мистер Смолл спрашивал до заседания Большого Совета о личных качествах Элизабетты. Королеве пришлось солгать…
– Клаус исполняет мои приказы! Он отвез меня в особняк, потому что я так захотела!
– Кэл Калди опасен! Ты стала его врагом! О! Не думала, что ты пожертвуешь борьбой за титул ради спасения оборванок из Парка! Кэл Калди узнал, что ты из Золотого Дворца и прислал мне письмо-напоминание, представителям власти лезть в его дела запрещено! Только Эдварду удалось решить проблему с Большим Советом, ты умудрилась залезть в то же болото! Твоя глупость и беспечность может стоить тебе титула!
– Саша и Мэгги – поданные Страны Королевы, как и другие жители Города! Девочки входят в круг избранных – они сбежали из приюта мистера Морриса, а насколько я знаю, они имеют некие привилегии над остальными?
– Не усугубляй! Я прикажу Эдварду договориться с Кэлом Калди, но сделаю это ради общей цели! Если он не сможет уладить проблему, обещай мне, что откажешься от затеи с удочерением!
– И не подумаю, мистер Аллен прислал мне документы на девочек. Если не поможешь ты, я пойду к Главному судье и добьюсь справедливости.
Элизабетта упрямо отвернулась к окну. Королева оставалась в том же положении. Элизабетта чувствовала ее суровый взгляд и боялась выдать страх и отчаяние.
– Судья! – усмехнулась королева, подняв глаза к потолку. Глупость внучки раздражала. – У мистера Калди устная договоренность с органами власти Города, – сказала она. – Никто не рискнет пойти против него.
– Я найду способ остановить его, но для этого мне нужны полномочия. Дай мне должность в Большом Совете. Я хочу учиться играть в политику и искать справедливость! – капризно заявила Элизабетта, не меняя положения. Королеве казалось, что она говорит со стеной.
– Ты не можешь необдуманно бросаться в огонь, искать правду и отстаивать ее. Ты должна учиться оценивать ситуацию и осуществлять те действия, которые приведут к меньшему числу жертв.
– Даже если придется рискнуть жизнью другой жертвы? – воскликнула Элизабетта, удивляясь ее бездушию и расчетливости во всем, даже судьбы близкого человека.
– Да, именно так, – ответила королева. – В твоих руках зависнет жизнь каждого жителя Страны Королевы, и если ты перестанешь трезво и разумно мыслить, то посеешь хаос. Твои поданные превратятся в зверей, которым закон не нужен.
– Ты дашь мне должность в Большом Совете? – не унималась Элизабетта.
– Да, я буду ходатайствовать об этом, как только мистер Смолл объявит о твоем титуле. В понедельник мистер Джаилс даст официальные комментарии журналистам. Предупреди музыканта, он должен сделать предложение дважды – в пятницу – на официальном приеме, и в понедельник – на камеры. Красивую речь желательно скрепить десятиминутным поцелуем, чтобы в вашу любовь поверили все.
– Обязательно выставлять наши отношения напоказ? Я не уверена, что Анри понравится игра на камеры.
Элизабетта заметила, как бабушка спокойно держит руки на подлокотниках дивана и не спешит прижать к себе и обнять. Сомнения устрашали ее. Она боялась развернуться и посмотреть ждущей реальности в глаза.
– Музыканту не привыкать к излишнему вниманию со стороны прессы. Я предупредила его о публичности ваших отношений. Музыкант пообещал сделать все, что потребуется. Для начала выдержим паузу месяца на три, нужно вести интригу. Осенью отпразднуем свадьбу, через год ты подаришь Стране Королевы наследника. Один раз поссоритесь, публично. Через год помиритесь. Делом музыканта станет вести за собой молодежь, твоим – социально незащищенные слои общества.
– Ты так красиво распланировала мое будущее, что и сказать нечего!
– А ты что думала? – удивилась королева. – Общественность узнает о тебе и тут же поверит справедливость благодаря стараниям и бесполезной поездке в особняк Кэла Калди и ему подобных? Чтобы оставаться популярной среди масс, нужно удерживать внимание ежедневно, иначе они забудут и выберут нового лидера. Сознание людей меняется с каждым десятилетием, мы должны подстраиваться, чтобы передать в наследство потомкам поля, луга, леса, города, ресурсы, промышленность.
– Я не понимаю…, – Элизабетта надула губы и немного съехала вперед, заметив недовольный взгляд бабушки. Она все еще не решалась заглянуть ей в глаза. – Кому интересны игры в любовь на камеру?
– Людям нужно говорить о чем-то после трудового дня. Пусть обсуждают меня, свадьбу, войну с Роменом за титул, предательство музыкантом идей Группы…
– Хорошо, в субботу Анри улетит на гастроли. В каком месяце нам жениться?
– Дату свадьбы назначит Большой Совет. На специальном заседании мистер Смолл оценит, как жители Страны Королевы восприняли предстоящие перемены и примет решение…
– Я больше не принадлежу себе, бабушка?
Да! Она заглянула в ее глаза и тут же отвернулась.
– Нет…
Королева отвлеклась и не ответила внучке. Вошел Эдвард и передал конверт. Она его тут же распечатала и попросила проводить Элизабетту, которая сама искала повод, чтобы уйти. Разговор с бабушкой затянулся. К тому же не терпелось посоветоваться с Анри. Утром он уехал на репетицию, пообещав прослушать Сашу с Группой. Элизабетта не понимала, как бабушка смогла уговорить его?
Моя крошка… Бетти… я смотрю в ее широкие бирюзовые глаза, ясные как у Берта, и представляю взрослой… После того, как мой муж сбежал, получив за два года обещанное мамой вознаграждение, я переехала с дочкой в Золотой Дворец. Элизабетте, как наследнице, выделили отдельный дом, но я не отпускаю мою девочку от себя, мне тяжело переживать разлуку с ней. Бетти – единственное сокровище, которое осталось у меня от него… Он не знает о ее существовании и не посмеет забрать…
Моя дочь быстро растет, она рано заговорила и первое слово, которое она произнесла – папа…. Мама полюбила Бетти с первого взгляда. Я помню день, когда королеве представлял Люка и Софью мой брат. Мама строго смотрела на внуков, дети Ромена стояли, не шевелясь и рассматривая бабушку. Элизабетта рассказала смешной стих, который придумала на ходу, поблагодарила бабушку, как я ее научила, за внимание и показала, что она обычная девочка, просто живет в Золотом Дворце.
По вечерам Бетти приходит в комнату с роялем. Я играю любимые мелодии и иногда пою для нее, дочка внимательно слушает и подпевает…. Я сбиваюсь с нот, и мы обе смеемся… У меня нет такой привязанности к маме, как у Бетти ко мне. У нас с мамой всегда были холодные и натянутые отношения. Она любит меня, об этом я уже писала, помогает мне, но всегда держит дистанцию, не впуская меня в свой внутренний мир, а я ее в мой.
С каждым годом моя дочь удивляет меня. Она учится познавать наш мир. Уютная детская заставлена игрушками и книгами. Я наблюдаю, как спит мое сокровище… Поздними вечерами я читаю Бетти сказки. Дочке нравится слушать мой голос. Она плачет, когда меня заменяет Эва… Бетти полюбили в Золотом Дворце, она – девочка, не обремененная печалями и заботами, и мне казалось, что моя дочь будет счастлива всегда… Если бы не мой брат. Ромен узнал мою тайну: я вернулась из Страны Короля беременной и мужа мне купили. Кто ему сказал? Я задаю себе этот вопрос и не могу найти ответ. Мама не могла рассказать ему. Она видит меня наследницей и прекрасно понимает, что правда уничтожит мой образ и наследство у меня заберут. Бетти перестанет быть всеобщей любимицей…
Брат шантажирует, предлагает добровольный отказ за сохранение репутации. Я вспомнила о гордости и верю, что Большой Совет оставит притязания Ромена на титул без внимания. Или будущее Элизабетты не заботит меня?… Он пришел… Я кричу на Ромена, он возмущается и уходит. Я закрылась в комнате и не покидаю ее, приказав Розе никого не впускать, даже дочку, так как не хотела, чтобы Элизабетта видела меня потерянной и беспомощной.
Вчера я рассказала маме о шантаже Ромена. Она отказалась помогать мне, объяснив, что брат поведал и ей о хитром плане и пообещал скомпрометировать ее перед Большим Советом и жителями Страны Королевы, если она вмешается. Ромен с пятнадцати лет мечтает стать королем при живой матери. И он добьется титула любой ценой, даже разрушив нашу маленькую семью, отношения в которой сложно назвать крепкими и доверительными…
У меня возникло желание написать Альберту и рассказать ему о дочке, о том, в какое положение мы попали, но рука выводит первую строчку: «дорогой Берт, прости…» и письмо летит в корзину. Поздно осознавать ошибки молодости, он «официально» женат, у него растет сын, наследник.
Не то, что у меня. Спокойствие и счастье я обретаю, обнимая мою малышку. Мы доживаем последние дни в Золотом Дворце… На конец недели назначено заседание Большого Совета, на котором обещал выступить Ромен и решить судьбу титула… Я целую Бетти в лобик и думаю о том, как мы будем жить дальше. Я переживаю, что на мою дочь будут указывать пальцем, что из-за моих ошибок она станет изгоем. Она могла бы счастливо жить со своим отцом и быть наследницей двух Стран. Бетти стала бы звеном, который примирит маму и короля. Почему понимание приходит, когда твоя жизнь зависит от заявлений… родного брата? Я не перестаю надеяться на лучшее и знаю – Бетти достойна счастья… Я искренне верю в благополучие и сейчас, когда пишу эти строки…
…Что-то произошло… С каждым днем чувствую себя хуже, мне сложнее вставать с постели, два раза я вызывала врача, который не нашел признаков болезни, объясняя мое состояние усталостью. Я перестала выходить в свет в ожидании заседания Большого Совета. Я общаюсь с мамой и Бетти по часу в день… Я мечтаю о том, чтобы заснуть. Спать мне хочется и сейчас…
Я сижу за роялем… Хочу сыграть пьесу, которую люблю… Фортепианные переборы заставляют верить в чудо и наделяет оптимизмом. Что-то пошло не так… Моя голова упала… Я вижу только темноту впереди, холод и пустоту…
Анри перевернул последнюю страницу и разорвал дневник на части, которые полетели в мусорную корзину. Он не мог осуждать Маргариту, так как чувствовал, что не вправе оценивать ее поступки. Фелл и Макс помогали Рони настраивать гитары, а к Дэну пришла девушка. Они разговаривали и обжимались на лестнице. Анри наблюдал за Сашей. Она сидела на краю сцены и перебирала классические последовательности на простейшей гитаре. По дороге на репетицию Саша призналась, что мечтает не только о карьере вокалистки.
– Я хочу научиться играть гитарные соло, чтобы у поклонников на концерте дух захватывало. Фелл поможет мне? – спросила он. Анри не спешил разочаровывать девочку – придумать идеальное соло, не копируя других, сложно и требует упорства.
Он задумался и не заметил, как со сцены спустилась девушка, одетая в темно-синие джинсы и серую футболку, завязанную в узел на талии. Карие глаза сверкнули, изучая его растерянный вид. Анри обратил внимание на открытые туфли на платформе, синий ободок в каштановых волосах, черную папку в руке и стакан с горячим кофе, который передала незнакомка.
– О, – воскликнула она, заметив удивление на его лице. – Я не представилась… Я Веста, ассистент Группы, меня пригласил Билли на место ушедшей Кристи, вы помните?
– Конечно, – произнес Анри, заметив, как Саша, оставив попытки разобраться с гитарой самостоятельно, отправилась просить помощи у Рони. Разговоры с Билли о внешности ассистенток не заботили его. Девушки, нанятые бывшим другом, отличались цветом волос и шириной бедер до которых Анри не было дела после закрутившихся отношений с Элизабеттой.
Веста, не дождавшись приглашения, заняла соседнее кресло и положила папку на колени.
– Билли по-прежнему в нашей команде? – поинтересовался Анри, сделав пару глотков из стакана и похвалив Весту осведомленность. Она потратила время, чтобы переговорить с Рони и Феллом, выясняя его привычки. Кофе оказался крепким и с минимальным количеством сахара, как он любил. Веста ошиблась в одном – после первого перерыва он никогда не пил кофе.
– Билли подъедет через пару минут. Он просил предупредить, что в корпорации согласились на все условия Группы, касающиеся творческой самореализации, а за новый контракт Льюис Пен даст неплохую цену.
Веста передала Анри папку с документами. Он бросил на девушку недовольный взгляд и брезгливо сказал:
– До Билли не дошло в прошлую встречу? Повторюсь, я не намерен подписываться на заманчивые предложения Льюиса Пена, и Группа поддержала меня. Так ему и передайте.
Анри вернул папку Весте и вручил ей стакан:
– Спасибо за кофе, вкусный, горячий с минимальным количеством сахара. Вам на будущее, мисс… После первого перерыва я никогда не пью кофе.
Веста улыбнулась. Во взгляде девушки промелькнула загадочность, взволновавшая его. Анри замечтался и очнулся от странного звука. Веста выбросила в корзину пустой стакан и черную папку с контрактом.
– Я согласна с вами, полностью, – сказала она. – Я не фанатка Группы и пришла работать, а не хвастаться подружкам фотографиями Фелла. У меня юридическое образование, и я уверяю, что, подписав новое соглашение, Группа продолжит работать на Льюиса Пена двадцать долгих лет на прежних условиях. Билли приказал юристам корпорации изложить основные пункты контракта в менее понятной формулировке. Вместо одной пластинки за два года с Группы потребуют выпустить три. Первую для хит-парадов и расширения аудитории, вторую – с не вошедшим в первый релиз материалом для увеличения прибыли. А третью пластинку, для души, скупят многочисленные поклонники Группы, думая, что последняя похожа на первые. Количество концертов увеличится вдвое, вам придется прибегать к выступлениям, используя фонограмму. Связки… моральная и физическая усталость музыкантов… вы меня понимаете. Льюис Пен задумал вернуть не только вложенные в Группу банкноты. Он хочет получить прибыль в пятикратном размере, в качестве неустойки за долгое несогласие с его принципами.
– Я должен поблагодарить вас не только за кофе, но и за спасение от рабства? Чего вы хотите? Признавайтесь?
– Самую малость…, – сказала Веста и прищурилась.
Анри подумал, что должность ассистента девушку явно не интересует. Веста продолжила:
– Работать корпорацию вы отказались. Фелл рассказал мне, что зимой вы планируете открыть студию. Дайте мне должность менеджера Группы и той молоденькой девочки на сцене. Вы заинтересовались ей? Что я скажу – мило, привлекательно и свежо. Льюис Пен исказит наивный образ Саши до неузнаваемости, вы же сделаете ставку на ее индивидуальность.
– Вы проницательны, – сказал Анри и прислушался к переборам Саши по струнам. – Я смогу помочь Саше раскрыться творчески, а в организационных делах ничего не смыслю. Дни Группы расписаны по часам, я следую заранее намеченному графику, который составляет Билли. Работа ваша.
– Спасибо, – поблагодарила его Веста. – Вы не пожалеете, обещаю.
– Время покажет.
– Привет, – Анри узнал голос Элизабетты и обернулся. Она спускалась к сцене по ступенькам, а когда подошла, обхватила руками его шею и заняла кресло соседки Анри. Веста, конечно же уступила его, испугавшись, что наглая девица раздавит ее. Она махнула рукой и поднялась на сцену к Рони и Саше.
– Кто она? —спросила Веста. – Поклонница?
Рони помог Саше натянуть струны и бросил взгляд на Элизабетту. Веста напряглась.
– Я не знаком с девушкой, как и все в технической группе, но мне известно, что Анри встречается с ней больше года. Она приходит на репетиции и навещала на гастролях.
– Ясно, – сказала Веста и отошла в сторону, чтобы не мешать. Она видела, как девица улыбнулась, запустила руку в волосы Анри и осмелилась на виду у Группы и технической команды не дружески поцеловать его. Веста покачала головой. Русая блондинка ей не нравилась, возможно, из-за расстроенных планов. У Элизабетты возникло аналогичное чувство неприязни к Весте. Едва переступив порог репетиционной базы и приметив брюнетку рядом с Анри, она вспомнила, как больно, когда у тебя что-то или кого-то отбирают. Спотыкаясь и не думая о шнурах под ногами, она спустилась к первому ряду. Когда брюнетка поднялась на сцену Элизабетта осмелилась на «демонстративный поцелуй», чтобы потенциальные кандидатки знали свое место и не принимали попыток флиртовать с ее парнем. Анри отстранился, когда Фелл подстроился под звучание Саши. Это было нечто.
