Текст книги "Радиоэлектронная война (От Цусимы до Ливана и Фолклендских островов)"

Автор книги: Марио де Арканжелис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц)

Потопление «Бисмарка»

В мае 1941 года, во время знаменитого и драматичного рейда по Атлантике линкора «Бисмарк», удача отвернулась от смелых немецких моряков.

Мощный немецкий линкор, в сопровождении крейсера "Принц Ойген" водоизмещением 10 000 тонн, вечером 22 мая 1941 года оставил норвежский порт Берген и направился в Атлантику, где должен был соединиться с крейсерами "Шарнхорст" и "Гнейзенау", базировавшимися в Бресте, и вместе с ними действовать в качестве рейдерной группы против британских торговых судов.

Эскадра кораблей во главе с "Бисмарком", под командованием адмирала Льюйтенса, оставила норвежский фьорд и пошла Датским проливом курсом между Исландией и островом Гренландия. На следующий день, однако, британский разведывательный самолет обнаружил выход кораблей из норвежского фьорда, и командование британского флота немедленно отдало приказ остановить корабли на входе в Атлантику.

Британские крейсера "Норфолк" и "Саффолк", патрулировавшие у западного выхода Датского пролива, действовали в качестве радиолокационных пикетов (корабли – оснащенные обзорной РЛС и выдвинутые перед основной эскадрой для максимизации ее РЛ-обзора). "Норфолк" был оборудован РЛС типа 286P работавшей на длине волны 1,5 метра, однако ее антенна не вращалось и это сильно ограничивало сектор обзора РЛС. "Саффолк" был оборудован двумя РЛС: типа 279, работавшей на той же самой частоте, что и РЛС "Норфолка", но имевшей вращающуюся антенну, что особенно подходило для наблюдения за воздухом, а также пригодной для наблюдения за поверхностью моря; и новейшей – типа 284MKV, работавшей на длине волны 50 см, дальностью обнаружения 24 км, также имевшей вращающуюся антенну, которая, однако имела слепой сектор с кормы.

С другой стороны, оба немецких корабля, кроме того, что были оборудованы РЛС Seetakt, были оснащены двумя приемниками, радиопеленгатором и новым прибором, который мог перехватывать электромагнитные импульсы излучаемые РЛС противника. Это был Metox, который принимал радиолокационные сигналы, излучаемые на частотах 110 – 500 МГц и был, таким образом, способен обнаруживать присутствие любых кораблей, подводных лодок, самолетов и других носителей оснащенных РЛС работавшими на этих частотах.

Огромным преимуществом СПО, к которым принадлежала Metox, было то, что она была способна обнаруживать РЛС противника задолго до того, как эта РЛС обнаружит противника; это происходит вследствие того, что СПО принимает прямой сигнал излучаемый РЛС, в то время как последняя принимает только отраженный от цели сигнал. Это преимущество означает, что, при нормальных условиях, дальность действия СПО – приблизительно в полтора раза больше чем у РЛС, а в некоторых случаях, может быть почти вдвое больше.

Важность столь совершенного электронного оборудования настолько сильно ценилась немцами, что они даже направили эти СПО Metox подводными лодками на крейсера "Хиппер" и карманный линкор "Адмирал Шиир", которые действовали в Атлантике. Приемники, вместе с необходимым техническим персоналом и операторами, были приняты в море на борт кораблей и сразу же после их установки это дало немецким кораблям возможность постоянного уклонения от охотившихся за ними британских военных кораблей и позволило возвращаться в свои порты невредимыми после потопления множества торговых судов противника.

Вечером 23 мая 1941 года, эскадра «Бисмарка» вошла в Датский пролив. Адмирал Льюйтенс, убежденный, что британцы не имеют РЛС сравнимой с Seetakt, был уверен, что они смогут незамеченными выйти из Датского пролива, особенно в условиях плохой видимости.

Эскадра "Бисмарка", из-за присутствия айсбергов в проливе, была вынуждена следовать узким фарватером, поэтому ее было проще обнаружить с помощью РЛС, но, несмотря на такую удачу для британцев, именно Metox первой обнаружила присутствие противника. При помощи этого электронного перехватчика сигналов, немцы знали не только о том, что британские корабли их ждут, но и о том, что они имеют на борту довольно совершенные РЛС, судя по рабочей частоте.

Через несколько минут, "Саффолку" удалось обнаружить противника и оба британских корабля на полном ходу бросились на противника. Однако, вынырнув из тумана, на расстоянии всего 8-10 км, они неожиданно столкнулись с немецким линкором поджидавшим их в засаде. "Бисмарк" сделал залп пятью снарядами из своих 381-мм орудий по головному крейсеру "Норфолк", который не мудрствуя лукаво, развернулся и снова скрылся в тумане. Однако, ему удалось удержать радиолокационный контакт и передать сообщение, что противник обнаружен.

Как только эта радиограмма была принята, крейсер "Худ" и линкор "Принц Уэльский", находившиеся ближе всех, немедленно, полным ходом двинулись к цели, в то время как весь флот состоящий из: линкоров, крейсеров, эсминцев и, кроме того, авианосцев, начал смыкать кольцо со всех направлений.

На рассвете 24 мая, "Худ", установив радиолокационный контакт с эскадрой "Бисмарка", совместно с "Принцем Уэльским", вступил в бой с немецкими кораблями. В 05:52, "Худ" открыл огонь с дальности примерно 21 000 метров, и сразу же за ним открыл огонь и другой корабль. В 05:55, оба немецких корабля, также, открыли огонь. Расстояние между противниками быстро уменьшалось и стрельба эскадры "Бисмарка" становилась все точнее и точнее. Третий залп точно поразил "Худ", и мощный крейсер – гордость Королевского флота, взлетел на воздух с оглушительным ревом: его бак разнесло на части, корма и нос взлетели в воздух, а затем исчезли в пучине волн вместе со всем экипажем, кроме трех человек. Затем, эскадра "Бисмарка" начала стрельбу по "Принцу Уэльскому", причинив ему серьезные повреждения, и ему пришлось отойти назад под прикрытие тумана. Однако "Бисмарк", также был поврежден стрельбой "Принца Уэльского" и теперь терял топливо.

Немецкий адмирал отдал приказ кораблям полным ходом продолжать двигаться на юг и, поскольку Metox не приняла ни одного сигнала противника на протяжении последних шести с противником часов, решил, что может без опаски передать радиограмму о бое, в которой Верховному командованию Германии сообщалось об их победе. Радиопередача, которая длилась более получаса, дала британцам прекрасную и неожиданную возможность установить местоположение отходящих немецких кораблей с помощью своих станций радиопеленгации в Ирландии и Гибралтаре.

Об этом сообщили "Норфолку" и "Саффолку", охотившимися за "Бисмарком", и к вечеру это позволило им установить с ним радиолокационной контакт. Примерно в 18:00, немецкий корабль, поняв, благодаря Metox, что он снова обнаружен РЛС противника, внезапно изменил курс и открыл огонь по британским кораблям, которые быстро отошли. Этот внезапный маневр имел последствия, которые предвидел адмирал Льюйтенс: стряхнуть преследователей и позволить "Принцу Ойгену" оставить "Бисмарк" и самостоятельно идти во французский порт Брест.

После этого, "Бисмарк" был обнаружен разведывательным самолетом Королевских ВВС Catalina и атакован торпедоносцами Swordfish с авианосца "Викториос", торпеда одного из которых повредила ему рули, оставив его совсем беспомощным. Тем временем, подошли другие британские корабли и держали его под постоянным огнем до тех пор, пока в 10:40, 21 мая 1941 года, он не затонул с большей частью экипажа на борту. Главнокомандующий британским флотом и экипажи кораблей были восхищены мужеством "Бисмарка" в ходе его боя с превосходящими силами противника.

В свете того, что мы знаем сегодня, однако, следует подчеркнуть, что это стало следствием пренебрежения основных принципов РЭБ, которые вызвали обнаружение и потопление корабля. Решение адмирала Льюйтенса передать длинный отчет Верховному командованию Германии было чрезвычайно серьезной ошибкой, которая имела страшные последствия. Строгое соблюдение радиомолчания, тем более, после того как немецкая эскадра сбросила своих преследователей, могла бы дать "Бисмарку" хорошую возможность ускользнуть от британского флота и отремонтироваться в Бресте как это сделал "Принц Ойген".

Потопление могучего немецкого линкора, с одной стороны значительно упростило проблему защиты торгового судоходства, но с другой, подтвердило превосходство Германии в области РЛС и первых систем РЭБ (СПО Metox). Британцы, после этого случая больше не экономили никаких средств, чтобы устранить разрыв в области использования электроники в военных целях.

Рождение РЭП

К лету 1940 года Германии оккупировала почти всю континентальную Европу и теперь могла бросить все свои силы на покорение Великобритании, своего давнего врага! Гитлер считал, что единственным способом, позволяющим нанести поражение британцам, является вторжение на их остров. Именно на это и был нацелен план операции под кодовым названием «Sea Lion»(«Морской лев») – в виде высадки, которая должна была произойти где-то в середине сентября того же года.

Первым шагом должно было стать выведение из строя британских Королевских ВВС. Затем, Люфтваффе сковали бы британский флот, а тем временем германские войска пересекли бы Ла-Манш. В распоряжении фельдмаршала Геринга, главнокомандующего Люфтваффе, было приблизительно 2600 самолетов. В состав этой армады входили бомбардировщики: Heinkel Не111, Junkers Ju87 и Ju88 и истребители: главным образом Messerschmitt Bf109 и Bf110. Дата воздушного наступления – знаменитого "Adlertag" ("День орла"), была назначена на 10 августа 1940 года.

Приказ Геринга был прост: сначала, они должны были атаковать все аэродромы базирования истребителей Королевских ВВС, особенно Spitfire и Harricane и вывести из строя истребители и их аэродромы и, во-вторых, парализовать производство самолетов, нанося удары и разрушая все предприятия по их выпуску.

На самом деле, воздушные налеты немцев начались 12 августа. Согласно плану они совершались днем группами по несколько сотен самолетов. Однако день за днем, час за часом, британские истребители систематически занимали более выгодное положение. Взлетев со своих аэродромов, им удавалось к моменту подлета противника, к величайшему изумлению своих жертв, занимать позиции над Ла-Маншем. Обычно, летчики немецких бомбардировщиков не ожидали так скоро встретить противника. " Как им это удается?", спрашивали они себя. Командование Люфтваффе однако, было хорошо осведомлено относительно существования странной и очень высокой антенны протянувшейся вдоль южного побережья Англии, и, наконец, поняло, как британцам удавалось так быстро обнаруживать подлет групп самолетов вторжения.

В 1939 году немецкие разведслужбы сообщили своему Верховному командованию об антенне высотой около 100 метров протянувшейся вдоль побережья Англии, от Саутгемптона до Ньюкасла. Сначала, реальное предназначение этой антенны ускользнуло от понимания немцев, поскольку агентура в Англии сообщала о радиопередающих станциях работающих на очень коротких длинах волн – от 1,5 до 2 м. В действительности, использование излучения на этих длинах волн было простым прикрытием для работы на длине волны 40 м, которая использовалась британцами в их новейшей электронной системе дальнего обнаружения ѕ Chain Home (цепочка РЛС наведения).

Разъяснения секретных служб Германии не сняли подозрений командования, особенно Гитлера, который тоже хотел знать, в каком состоянии находятся британцы в своих приготовлениях к войне, прежде всего, в области РЛС. Так, 2 августа 1939 года, перед самым началом Второй мировой войны, один из последних немецких дирижаблей Graf Zeppelin ("Граф Цеппелин"), взлетел с аэродрома в северной Германии и направился к побережью Англии: его задачей был перехват и запись излучения этих странных антенн с целью анализа их характеристик, что помогло бы выяснить, имеют ли британцы РЛС лучше тех, которые разрабатываются в Германии.

На дирижабле было установлено несколько чрезвычайно чувствительных приемников и других специальных электронных радиоизмерительных приборов. На борту находились и несколько специалистов, а также начальник Signal Corps Люфтваффе, генерал Вольфганг Мартини.

Дирижабль курсировал вдоль антенн, а специалисты различными способами пробовали настроиться на британские частоты, но никаких подозрительных сигналов не обнаружили. Причина неудачи этого полета не известна до сих пор. Одна из гипотез объясняет это тем, что британцы, будучи предупрежденными о неминуемом полете, обнаружили дирижабль с помощью РЛС задолго до его подлета к побережью и немедленно выключить все РЛС. Другая гипотеза говорит в пользу того, что приемники на борту дирижабля не покрывали частотную полосу британцев, особенно коротковолновые диапазоны и, следовательно, не могли обнаружить это излучение. Другие полагают, что приемник на борту дирижабля просто сразу же после взлета сломался, и оператор побоялся сообщить об этом своему командованию!

Какова бы ни была причина, факт остается фактом, после полета немцы стали недооценивать опасность: маршал Геринг был убежден, что им не стоит слишком сильно волноваться относительно британской цепи РЛС и, кроме того, не стоит тратить большие деньги и время на электронные исследования, чтобы разработать новое радиолокационное оборудование. Как считал Геринг, война закончится победой Третьего Рейха очень быстро благодаря исключительной мощи Люфтваффе и Вермахта.

Поэтому, многие из специалистов и инженеров по электронике были переведены из исследовательских лабораторий по РЛС в другие сектора, в то время как в Британии не менее 3000 высококвалифицированных специалистов были заняты исследованиями всех аспектов работы РЛС, а выделенные средства были значительно выше тех, которые выделял Третий Рейх.

Полет дирижабля Graf Zeppelin примечателен главным образом тем, что это было выполнением первой задачи РТР (ELINT), которая сегодня обычна для всех вооруженных сил.

Через несколько дней началась Вторая мировая война. Люфтваффе шли от успеха к успеху в небесах Польши, Норвегии и Франции где не было никаких следов оборудования, способного издалека обнаруживать самолеты противника.

Однако, когда началось Битва за Британию, невидимая электронная стена, воздвигнутая вдоль побережья всей Англии, начала сильно раздражать Геринга. Понятно, что она облегчала Королевским ВВС задачу отражения немецких налетов, поэтому, через два или три дня после начала налетов Геринг приказал атаковать и уничтожить сеть РЛС. Частота, на которой работала Chain Home, к тому времени была точно определена и, прослушивая радиопередачи противника, немцы поняли, что истребители Королевских ВВС наводились операторами наземных центров управления с использованием новой системы обнаружения, глазами которой были, и действительно, эти странные антенны протянувшиеся вдоль всего побережья.

Первый налет был совершен на пять береговых РЛС. Немецкие истребители-бомбардировщики, каждый из которых нес по две больших, 500-кг бомбы на внешней подвеске, совершили молниеносную атаку на антенны и все пять станций были или поражены, или серьезно повреждены. Несмотря на тот факт, что фактически, всего только одна антенна пострадала, все пять мгновенно замолчали.

Однако через три часа после налета британские РЛС снова заработали! На самом деле, это была уловка придуманная британцами, чтобы заставить немцев думать, что Сhain Home была не сильно повреждена; они установили несколько обычных передатчиков для создания впечатления, что поврежденное оборудование все также работает. На самом деле, новое оборудование было не способно принимать ответные сигналы, поскольку это были только передатчики и поэтому, они не могли видеть никаких целей. Немцы, однако, подумали, что повреждения были уже устранены и пришли к выводу, что бесполезно наносить удары по антеннам, поскольку их можно "заставить замолчать" всего не более чем на пару часов. Так, британская тактика принесла успех, поскольку Люфтваффе, находясь под иллюзией неуязвимости Chain Home, с этого момента стали воздерживаться от налетов на нее в течение всей Битвы за Британию.

В течение августа 1940 года, армады из сотен немецких бомбардировщиков и истребителей пересекали Ла-Манш, чтобы нанести удары по аэродромам и ангарам Королевских ВВС. Однако британским истребителям, всего примерно 700 Spitfire и Hurricane, всегда удавалось занимать наиболее выгодную позицию для перехвата самолетов, особенно бомбардировщиков. 26 августа, после всего двух недель боев, Люфтваффе потеряли примерно 600 самолетов, в то время как Королевские ВВС – всего 260. Однако Командование истребительной авиацией Великобритании также испытывало большие трудности, поскольку у него не было достаточного резерва летчиков.

В этот момент вмешался Гитлер и приказал прекратить бомбежки аэродромов противника и вместо этого начать систематические бомбардировки Лондона. Такое изменение цели, с одной стороны, дало долгожданную передышку потрепанным британским эскадрильям истребителей, но с другой, не принесло никакого действенного эффекта. Однако, скоро стало ясно, что немецкие бомбардировщики Не111 и Ju88 имели слишком легкое вооружение, чтобы самостоятельно обороняться и, поэтому, были слишком уязвимы для истребителей Spitfire и Hurricane при дневных налетах. Кроме того, даже наиболее совершенные истребители Люфтваффе – Bf100, не имели достаточной продолжительности полета, чтобы эскортировать медленные бомбардировщики и действовать как истребители-охотники.

Потерпев поражение в дневных налетах от вездесущих истребителей Королевских ВВС, немцы решили изменить тактику, и начали ночные бомбежки. Очевидно, что для выполнения этой задачи нападающим требуются соответствующие системы навигации и слепого бомбометания, в то время как защитникам необходимо решить задачу как отразить такой ход противника и защитить свою страну от налетов.

Это стало началом нового этапа воздушной Битвы за Британию или совершенно новым типом войны, которую Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль назвал "Войной магов". В особенности он отмечает средства, которые использовали британцы для нейтрализации радионавигационных средств немецких самолетов. Черчилль писал:

' Это была секретная война, чьи сражения, будь то победы или поражения, остались неизвестными общественности, и она даже сейчас лишь слегка понимается теми, кто не принадлежит узкому научному кругу технических специалистов. Если бы британская наука не оказалась лучше немецкой и, если бы эти странные, зловещие средства были использованы в битве за выживание, мы могли бы почти наверняка быть побеждены, раздавлены и уничтожены.'

(Сэр Уинстон С.Черчилль, "Их лучший час", стр.381-2, Houghton Mifflin Company. Бостон, Великобритания, 1949 г.)

Для лучшего понимания того, как эта секретная война между Германией и Великобританией готовилась, мы должны вернуться на несколько лет назад и посмотреть как первые получили методику бомбометания с бомбардировщиков Люфтваффе с помощью системы радионаведения, а последние – ее обнаружили.

В 1930 году немецкая компания Lorenz разработала и стала производить радионавигационную систему предназначенную для выполнения посадок в условиях недостаточной видимости и ночью. В системе Lorenz траектория полета обозначалась равносигнальным методом, который и сегодня используется во многих радионавигационных системах. Она состояла из двух идентичных направленных антенн размещенных рядом таким образом, чтобы их диаграммы направленности перекрывались. Каждая из антенн была соединена со своим передатчиком, конструкции которых были идентичны, лишь за исключением модуляции их сигнала: один излучал последовательность точек кода Морзе, а другой – последовательность тире. Подвижная приемная станция (т. е. самолет), двигаясь вдоль зоны перекрытия диаграмм направленности антенн, одновременно слышала бы оба сигнала и, поскольку, они дополняли друг друга, то слышала бы непрерывный сигнал или непрерывный звук. Это давало летчику возможность знать то, что он находится на курсе. Если бы самолет отклонился от курса, то летчик слышал бы или последовательность точек или тире и мог, таким образом, легко определить, в какой стороне от равносигнальной зоны находится. Сравнивая относительную интенсивность обоих сигналов, он мог бы также скорректировать свой курс так, чтобы вернуться на курс направлением на передающую станцию (в данном случае аэродром), которая работала как направленный радиомаяк. Изобретенная компанией Lorenz система была немедленно установлена и в гражданских аэропортах, и на военных аэродромах не только в Германии, но также и во многих других странах, включая и Великобританию.

В 1933 году немецкий ученый доктор Ханс Плендл начал исследования по возможности использования системы Lorenz для увеличения точности систем бомбометания в условиях плохой видимости и ночью. Система доктора Плендла, названная X-Gerдt ("X-аппарат"), состояла из нескольких лучей Lorenz, один из которых был основным лучом радионаведения, по которому должна была наводиться авиационная группа, а другие, излучаемые поперек основного луча, пересекали его в определенных местах. Обычно, эти вторичные лучи пересекали основной луч над местами, которые отмечались на навигационных картах, что давало летчику возможность определения своего точного местоположения. Эта система была объединена с "таймером", который автоматически сбрасывал бомбы в том месте, где основной луч пересекался с последним вторичным лучом. Самолеты, имеющие на борту эту систему, ночью, сбрасывали на цель бомбы с исключительной для того времени точностью. Сразу же после оккупации Франции и Бельгии, немцы построили сеть X-Gerat систем на северном побережье этих стран.

Эта, так называемая система «слепого» бомбометания получила боевое крещение в ночь на 14 ноября 1940 года при бомбежке города Ковентри. Две группы, приблизительно из 450 немецких бомбардировщиков, взлетели в середине ночи с аэродрома Ваннес в оккупированной Франции. Почти все бомбардировщики были оборудованы новым прибором доктора Плендла и благодаря лучам наведения X-Gerдt достигли своей цели – центра города, фактически стерев его с лица земли. Эта ночь ознаменовала огромный шаг вперед, в когда-либо еще предпринимавшемся неразборчивом использовании бомбардировщиков против беззащитного гражданского населения, за которым последовали бомбежки Лондона, затем различных немецких городов и, наконец, Хиросимы.

Этот метод ночного бомбометания, принятый на вооружение немцами, не был, однако, полной неожиданностью для британцев. 4 ноября 1938 года, британский военно-морской атташе в Осло получил от немецкого гражданина секретную папку, утверждавшего, что он " благоразумный ученый". Из документов явствовало, что немцы создают целый ряд новых, секретных средств оружия, таких как ракеты, реактивные бомбы и магнитные мины и то, что они разрабатывают электронную систему на основе радиолучей, которые позволят самолету измерять расстояние до специальных наземных станций. Также, упоминалось и о сверхсекретных исследованиях ведущихся на острове Уседон в Балтийском море, в небольшом городке под названием Пенемюнде. Большая часть данных, о которых говорил таинственный немецкий ученый, была совершенно нова для британцев, но то немногое, что они уже знали о немецком оружии, полностью совпадало с тем, что содержалось в документах.

Естественно, что документ вызвал большие разногласия между разведслужбами, военными и учеными, которые вели исследования и разрабатывали новое оружие. Некоторые были убеждены, что это дезинформация, предназначенная ввести в заблуждение британских разработчиков или пропагандистская мера, нацеленная на разубеждение Великобритании от объявления войны Германии; другие утверждали, что немцы хотели ввести в заблуждение британских ученых и специалистов и подтолкнуть их в сторону безрезультатных исследований. Однако, одна из групп посчитала, что было бы мудрее исследовать подробности этого драгоценного кусочка информации более тщательно: среди них был и Уинстон Черчилль, который сразу же после начала войны и угрозы неизбежных бомбежек с использованием средств электронного наведения, написал: "Если эти факты соответствуют действительности, то это представляет смертельную опасность".

Он немедленно образовал комитет ученых для исследований не только того, что содержалось в документах из Осло, но также и для исследований возможности использования прикладной электроники в военных целях, на использовании которой Черчилль все больше и больше настаивал.

А тем временем, немцы решили усовершенствовать свой метод электронного бомбометания, поскольку при его использовании было выявлено два серьезных недостатка. Прежде всего, бомбардировщикам, имевшим на борту эту систему, приходилось лететь вдоль луча радионаведения слишком долго и почти неминуемо подвергнуться опасности атаки британскими истребителями, которые к великому удивлению немцев, всегда оказывались рядом с курсом полета их самолетов. Во-вторых, система Lorenz была довольно сложна и для летчиков, и для операторов, которых приходилось долго обучать. По этим причинам немцы начали исследования по более простой, усовершенствованной системе радионаведения и вскоре ее испытали.

Опасения того, что немцы будут использовать электронные системы для ночных бомбежек Англии, подтвердились после допросов пленных летчиков Люфтваффе и анализа электронного оборудования найденного среди обломков немецкого бомбардировщика, сбитого над британской территорией.

21 июня 1940 года все сомнения относительно существования таких электронных систем испарились, когда летчик Королевских ВВС Ансон выполняя обычную ELINT-задачу услышал в своих наушниках нечто, чего никогда не слышал прежде: последовательность очень чистых и отчетливых точек, передаваемых кодом Морзе, за которым вскоре последовал непрерывный сигнал (или свист). Затем, продолжая полет тем же курсом, он начал слышать в наушниках последовательность тире кода Морзе. В действительности, Ансон пересек радиолуч, излучаемый немецкой радиостанцией для наведения немецких бомбардировщиков на цели. Это событие еще больше подтвердило правильность того, что сообщалось в тех таинственных документах переданных британскому атташе в Осло.

После этого случайного открытия, британцы начали исследовать все возможные способы противодействия немецкой системе с тем, чтобы уменьшить или, если возможно, нейтрализовать ее эффективность. Такие системы называются системами РЭП.

Один из рассматривавшихся британскими учеными способов противодействия, должен был заключаться в излучении непрерывного шума генерируемого электрической машиной на той же самой частоте, на которой работала система Lorenz. Медицинский прибор для термокоагуляции оказался наиболее подходящим устройством для выполнения этой задачи и, немедленно начались консультации по поводу его использования с крупнейшими госпиталями Лондона! Электрические разряды создаваемые этим аппаратом мешали бы немецким радиопередачам настолько сильно, что это позволило бы сделать их систему наведения бесполезной. Другим способом получения того же самого результата было бы размещение микрофона вблизи вращающегося винта самолета и излучения этого шума на той же самой частоте, на которой работала система Lorenz – (200–900 кГц).

Однако, эти методы постановки электронных помех системе Lorenz имели и серьезный недостаток, поскольку противник понял бы, что интерференция была преднамеренной и, следовательно, что система Lorenz обнаружена. Затем, они бы придумали какой-то другой дьявольский метод, который, без сомнения, привел бы даже к еще более серьезным последствиям для британских городов, которые к этому времени стали основными целями ночных бомбежек Третьего Рейха.

Чтобы избежать этого, британские ученые нашли способ обмана немецких летчиков, излучая сигналы аналогичные тем, которые они хотели слышать, но содержащие преднамеренные искажения (направление прихода). Эти сигналы не только вводили их в заблуждение, но при этом не вызывали даже малейших подозрений. Эту систему пришлось ввести в действие немедленно, поскольку, немцы уже применили свою систему радионаведения при бомбардировке Ковентри и безжалостно использовали ее каждую ночь при бомбежках Островов.

После интенсивного периода исследований, британцы, в конце концов, нашли противоядие системе Lorenz, которое назвали Meacon (Замаскированный маяк). Этот способ противодействия заключался в переизлучении предварительно искаженного сигнала системы Lorenz. Приемник и передатчик расположили на юге Англии на расстоянии примерно 6 километров друг от друга. Приемник принимал сигналы системы Lorenz и посылал их по кабелю на передатчик, который немедленно их переизлучал с помощью направленной антенны с намного большей мощностью. Антенна излучала радиолуч в слегка отличном направлении от настоящего луча системы Lorenz. В определенной точке немецкие летчики, летевшие вдоль радиолуча, начинали бы слышать два сигнала: настоящий – становившийся более слабым и переизлученный – более сильный. Автоматически, они обращали бы свое внимание на более сильный сигнал, который изменял бы их курс полета и уводил бы подальше от реальной цели бомбометания.

Попавшись на эту уловку, немецкие летчики, вместо бомбардировки городов выполняли бомбометание в "открытом поле" и во многих случаях теряли ориентировку до такой степени, что им не оставалось ничего большего как совершить посадку в Великобритании. Через некоторое время, немцы поняли, что их система Lorenz полностью нейтрализована британским РЭП и немедленно модифицировали свою навигационную и бомбардировочную систему радионаведения.

Новая система, названная немцами Knickebein («Головная боль»)состояла из двух взаимосвязанных передатчиков, которые излучали последовательность точек и тире. Отличие новой системы от прежней системы Lorenz заключалось в том, что вместо множества пересекающихся лучей, имелся только один, который пересекал основной луч точно над городом-целью. Будучи более простой, новая система кроме того была намного точнее, поскольку непрерывный сигнал излучался в секторе 3 градуса, что давало ошибку менее одного километра.

Сразу же после внедрения новой системы, немецкие бомбардировщики начали достигать лучших результатов. Однако британцы узнали о существовании Knickebein за несколько месяцев до ее применения, когда нашли в обломках бомбардировщика Heinkel Не111 документ, озаглавленный: "Руководство по навигации", в котором упоминалась и о Knickebein, и содержались данные о времени, месте, маршрутах и т. д. Допросы пленных немецких летчиков и тщательное исследование каждого из радиоприборов, найденных в обломках сбитых немецких бомбардировщиков, скоро выявили основные характеристики Knickebein (особенно ее рабочие частоты, наиболее важной из которых была частота 30 МГц). И вскоре британцы придумали свой Aspirin ("Аспирин") – электронное противодействие для "Головной боли". Они усилили один из двух излучаемых немцами сигналов (точку или тире) и переизлучали его с намного большей мощностью, так, что в итоге, основной луч немного отклонялся или вправо, или влево, и таким образом уводил немецкие бомбардировщики с курса.