Текст книги "Бедность и богатство. Руководство православного предпринимателя"

Автор книги: Марина Улыбышева

Соавторы: Сергей Шарапов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глубоко религиозной натурой был творец всей современной бактериологии французский микробиолог и химик Луи Пастер.

Чарлз Дарвин заключил свой многолетний труд словами о том, что основные виды животного мира были созданы Творцом, а естественный отбор создавал лишь разновидности.

Величайший учёный XX века Макс Планк, в 1918 году получивший Нобелевскую премию по физике, говорил: «Религия и наука нисколько не исключают друг друга, как это полагали раньше и чего боятся многие наши современники; наоборот, они согласуются и дополняют друг друга».

Русский профессор Михаил Новиков, награждённый в 1954 году от Гейдельбергского университета золотым докторским дипломом, действительный член Нью-Йоркской академии наук, в своей статье «Путь естествоиспытателя к религии» писал: «Одним из самых поразительных в истории наук оказался тот факт, что физика, эта прочнейшая основа прежнего материалистического естествознания, стала на путь идеалистический».

Альберт Эйнштейн, Карл Юнг – все они были глубоко верующими. К старцу отцу Павлу Груздеву, который жил недалеко от академгородка в Борках, обращались многие его жители – учёные, например Сергей Кузнецов, членкор Академии наук, микробиолог. У старца исповедовались академики Игорь Курчатов, Мстислав Келдыш и Лев Арцимович.

Русский философ Семён Франк в своём труде «Религия и наука» говорил: «Наука изучает мир, религия познаёт Бога. Поэтому истины одной так же мало могут противоречить истинам другой, как мало, например, астрономические истины о строении Солнечной системы могут противоречить, скажем, экономическому учению о законах денежного обращения. Наука как бы изучает середину, промежуточный слой или отрезок бытия в его внутренней структуре; религия познаёт эту же середину в её отношении к началу и концу, к целому бытия или к его целостной первооснове».

ГЛАВА 18

НАУЧНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ – ДАР БОГА

Если окинуть взглядом историю, можно убедиться, что Господь дал России удивительный потенциал. По Eго воле наша страна постоянно рождала (и рождает до сих пор) талантливейших учёных, изобретателей, инженеров, конструкторов, разработчиков, программистов. Не в этом ли вообще замысел Господа о России?

«Встарь богатейшими странами были те, природа которых была наиболее обильна; ныне же богатейшие страны те, в которых человек наиболее деятелен», – сказал английский историк Генри Томас Бокль. Этот афоризм можно дополнить – должны быть богатейшими и те страны, где рождается огромный научный потенциал. Беда только в том, что далеко не все наши учёные и их идеи находят у нас поддержку и воплощение. А ведь остановить «утечку мозгов» на Запад и (теперь уже и) на Восток – это задача национального выживания. Это ли не великое поприще приложения усилий предпринимателей? Господь ничего не даёт просто так, безотносительно к спасению нашей души. Если Россия так обильна талантами, значит, обязательно есть возможность их реализации в нашей стране. Не в этом ли предназначение российских предпринимателей – найти, отыскать эти таланты, помочь им, поддержать, поверить в них? Сначала, быть может, в виде благотворительности, а затем прибыль от таких вложений может превзойти все самые смелые ожидания.

В этом направлении показателен пример почётного гражданина Вологды купца первой гильдии Христофора Леденцова, жившего в конце XIX – начале XX века, которого называют русским Нобелем. Решив заняться меценатством, он сразу чётко наметил себе программу деятельности: «Я не хочу дела благотворения, исцеляющего язвы людей, случайно опрокинутых жизнью, я ищу дела, которое должно коснуться самого корня человеческого благополучия».

Он организовал «Общество содействия успехам опытных наук», заложил в него уставной капитал и выбрал энергичных, ответственных учёных для реализации идей фонда. Дела фонда велись исключительно хорошо, и, несмотря на расходы, доходы его росли. Это общество субсидировало самые перспективные научные программы. При его поддержке была создана лаборатория академика И. П. Павлова в Колтушах, аэродинамическая лаборатория Жуковского в высшем техническом училище, физическая лаборатория профессора Лебедева (будущий ФИАН). Общество оказывало материальную поддержку Алексею Чичибабину в изучении отходов от переработки нефти, в частности получении из них медицинских препаратов; химику-изобретателю московской фабрики «Богатырь» Ивану Остромысленскому, работавшему над проблемой получения каучука и превращения его в резину.

Фонд Леденцова поддерживал изыскания В. И. Вернадского по обнаружению первых урановых месторождений в России, материально помогал К. Э. Циолковскому. С началом Первой мировой войны значительную часть средств общество Леденцова направляло на исследование и приготовление остродефицитных медикаментов. Субсидировались и проводимые в 1916–1917 годах опыты по получению новокаина. Из капиталов Леденцова финансировались Московский университет и техническое училище. Финансовые вложения Леденцова в русскую авиацию позволили теоретически и практически заложить фундамент всего будущего воздухоплавания вплоть до освоения космического пространства.

Выиграл бы СССР войну с Германией, если бы не было авиации, если бы не было мецената Леденцова, и были бы мы первыми в космосе? Вряд ли. Идеей Леденцова было создать уникальную выставку достижений науки и техники, и эта идея затем осуществилась в советское время – появилась ВДНХ, павильоны которой, кстати, по архивным документам начинали строиться на национализированные финансы леденцовского фонда. В 1914 году фонд профинансировал разработки учёных по созданию водохранилищ нашей страны. В результате этого грандиозного проекта реки должны были превратиться в источники электрической энергии. Эта идея потом очень понравилась большевикам и была реализована как всем нам известный план ГОЭЛРО.

Дмитрий Павлович Рябушинский, родившийся в 1882 году, был не только представителем крупнейшей купеческой династии, но и крупным учёным в области гидроаэродинамики, основателем Аэродинамического института в Кучино под Москвой. В 1918 году по его же просьбе этот институт национализировали и переименовали в Московский институт космической физики. В дальнейшем он был вынужден эмигрировать, но все годы, проведённые за рубежом, он преследовал главную цель своей жизни – увеличивал русский вклад в мировую науку.

Да, в России были времена, когда правители недооценивали способности и таланты собственного народа, зазывая к себе в страну иностранных купцов, итальянских архитекторов, немецких инженеров. И многие из них славно потрудились на благо нашего Отечества, их имена вошли в ряд имён деятелей, прославивших русскую культуру, стали частью её, за что им огромное спасибо. Но, к примеру, в конце XIX – начале XX века в России произошло то, что сейчас историки называют «Русским экономическим чудом», где во всю мощь проявились творческие, научные, изобретательские дары русского человека.

К середине XIX века стало очевидно, что Россия, имеющая огромные территории, не сможет развиваться без железных дорог. Первая железная дорога, связавшая Москву и Петербург, была построена по воле царя Николая I вопреки мнению большинства его советников и министров. Русские инженеры, проектирующие железнодорожную ветку, сразу сделали её уникальной. Она имела два пути. Кроме того, была спроектирована такой прямолинейной, что сегодня её без труда смогли переоборудовать в скоростную трассу. И тогда же на все дороги страны был установлен единый стандарт колеи, что по тем временам являлось прецедентом, поскольку в европейских странах в то время строились ещё колеи разного размера, что сдерживало развитие этой отрасли экономики. Вскоре в результате постройки линии «Москва – Петербург» в стране буквально произошёл железнодорожный бум, стальные рельсы соединили отдалённые части империи, стало активно развиваться паровозостроение, начался небывалый промышленный подъём.

И в этом деле не обошлось без российских купцов. Например, Пётр Ионович Губонин участвовал в строительстве Орловско-Витебской, Грязе-Царицынской, Лозово-Севастопольской, Уральской, Горнозаводской, Балтийской и других железных дорог. Он прославился тем, что брался за самые сложные участки, за самые невыгодные проекты, и, бывало, они не приносили ему выгоды, но, по всей вероятности, этот человек не всё мерил деньгами в своей жизни. Так же, кстати, как и Савва Иванович Мамонтов: в начале 1890 года было решено продлить участок железной дороги до Архангельска, Савва Иванович взялся за осуществление этого проекта, хотя в нём практически отсутствовала личная материальная составляющая.

К концу XIX века в России были построены и спущены на воду три первых в мире теплохода с дизель-моторами. И произошло это потому, что выходец из Швеции, российский нефтяной магнат Эммануил Нобель заключил контракт с немецким изобретателем Рудольфом Дизелем на пуск в производство изобретённых им двигателей. Но Нобель смотрел далеко вперёд. Тут же к изучению двигателя Дизеля были подключены русские умельцы, они модифицировали двигатель, перевели его на питание сырой нефтью. Впоследствии усовершенствованный в России дизель получил всемирное распространение. Кстати, с тех пор дизель-мотор называют русским двигателем.

Россия вырвалась тогда вперёд и в отрасли самолётостроения. Самолёты конструктора И. И. Сикорского со звучными названиями «Илья Муромец» и «Русский витязь» по дальности полёта и грузоподъёмности превосходили все иностранные модели.

В то время Д. И. Менделеев совершил уникальные открытия в химии, Е. А. Яковлевым сделан первый отечественный автомобиль, Д. А. Загрязжским изобретён первый гусеничный движитель, В. Г. Шухов соорудил первые отечественные доменные и мартеновские печи и нефтяные насосы, А. С. Попов изобрёл радиоприёмник, П. М. Голубицкий – телефон, А. Н. Лодыгин – вертолёт с электрическим двигателем. А вот перечень научных открытий уже XX и XXI веков: кабельная телеграфная линия, оптический прицел, ранцевый парашют, водолазный аппарат, синтетический каучук, электросварка, искусственный спутник, лазер, персональный компьютер, телевизор… Всё это – изобретения русских учёных. Всё это «выросло» не на пустом месте, а на фундаменте, заложенном в дореволюционной России. Да, образование в дореволюционной России было платным, но сегодня даже трудно представить, сколько существовало благотворительных стипендий для одарённых учеников в совершенно различных областях науки и искусства.

Сегодня российские учёные продолжают поражать мир своими открытиями. Но российская наука ныне переживает не лучшие времена. Существенно снизилось её финансирование, что привело к оттоку талантливой молодёжи в более прибыльные секторы экономики. Но она не утратила способности генерировать новые идеи и получать превосходные результаты. Поддержка научных кафедр, талантливых студентов, оснащение научных лабораторий, финансирование перспективных научных проектов может дать удивительные результаты. И всё это будет возможно, особенно если в этом мы будем следовать словам святителя Филарета Московского: «Просвещение приносит благие плоды обществу только тогда, когда основанием ему служит вера».

Нужно понимать, что будущий век станет веком генной инженерии и различных биотехнологий. Возможно, мы стоим на грани совершенно нового мира. Готовы ли сегодня православные люди вообще и предприниматели в частности к новым вызовам будущего? Вот в чём вопрос.

ЧАСТЬ IV

ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО

ГЛАВА 1

СУЩЕСТВУЕТ ЛИ ИДЕАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ ОБЩЕСТВА?

Вопрос о том, каким должно быть идеальное человеческое общество, издавна волнует людей. Но построение общества – не постройка дома; дом и то построить непросто, а уж построить идеальное общество и подавно, это зависит от огромного количества факторов. Все их учесть настолько трудно, что когда люди начинают придумывать идеальные модели общества, иногда получается что-то совсем противоположное или неосуществимое.

Поэтому не случайно некоторые модели идеальных обществ получили название «утопия» (в переводе с греческого – «место, которого нет»). И кстати, хорошо, что – нет, потому что когда читаешь об идеальном обществе Томаса Мора или о «Городе солнца» Томмазо Кампанеллы, то волосы встают дыбом от «идиллических картинок» такого человеческого «счастья». Как хорошо, что Господь не попустил этому «счастью» сбыться (разве что отчасти они воплотились в социалистической России).

Вспоминается басня Ивана Андреевича Крылова «Лягушки, просящие царя» про то, как жительницы болота были недовольны обществом, в котором жили, и всё хотели чего-то лучшего. Сначала им показалось «не благородно» жить при демократии, и им в цари послали осиновый чурбан. С таким «милостивым и добрым» царём им показалось скучно, вскоре они утеряли перед ним всякий пиетет и вновь стали просить другого. Как известно, допросились они до того, что их царём стал журавль, поедающий лягушек. То есть зачинщики переустройства общества, к сожалению, чаще всего сами не знают, чего хотят.

Общества складываются исторически. Но тем не менее человеческие идеалы, представления о справедливости, счастье, свободе очень влияют на то, каким обществу быть, только не впрямую, а опосредованно. Собственно, Господь даёт людям именно то общество и такой политический и экономический строй, который им наиболее «полезен», или, иначе сказать, соответствует духовному, нравственному состоянию конкретного общества. На каком-то этапе человеческой истории возможно жить только по закону «око за око, зуб за зуб», на другом уже можно подняться до понимания заповедей, высказанных Спасителем в Нагорной проповеди.

Из Библии мы знаем, что общество может находиться в таком состоянии, когда им напрямую управляет Бог или Его пророки, и в таком, когда Бог говорит, что от «идеалов» этого общества не останется камня на камне. Господь наш Иисус Христос неоднократно пресекал попытки втянуть Его в политические разборки и переустройства существующих обществ. Царство Моё не от мира сего (Ин. 18, 36), – подчёркивал Он. …Кесарево кесарю, а Божие Богу (Мк. 12, 17), – отвечал Он на лукавые вопросы фарисеев. (Кстати, евреи были единственным народом империи, который добился разрешения на чеканку монет без изображения на них кесаря – так называемых «храмовых шекелей». Эти монеты иудеи жертвовали в сокровищницу храма, отдавая «Богу Божие». А изображение и подпись кесаря на монете были знаком его права собственности на эту монету. Христос велел показать именно ту монету, которой платится подать.)

Спаситель как никто другой понимал, что, пока не изменится сознание членов общества, не исцелится греховная природа человека, не поменяются представления о том, что такое истинное добро и настоящая справедливость, преображение общества невозможно. Вместо того чтобы менять внешние формы систем, в которых живут люди, Он призывал к перемене каждого человека в отдельности. «Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся», – так сформулировал этот принцип русский святой Серафим Саровский. Церковь считает, что все переустройства людей, общества и мира в целом нужно начинать только с себя. Гениально сказал об этом Фёдор Михайлович Достоевский: «Диавол с Богом борется, а поле битвы – сердце человеческое».

Почему с себя? Потому, что грехи и страсти искажают не только природу самого человека, но и его представления о мире. Подверженный грехам человек видит мир как в кривом зеркале, не понимая богоустановленных связей и отношений между вещами и явлениями. Стараясь исправить мир по своим искажённым представлениям, он только делает хуже. Вынь прежде бревно из твоего глаза, – учит Христос, – и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Мф. 7, 5).

Но такая позиция вовсе не означает совершенной пассивности человека в деле устроения общества. Надо сказать, что вообще пассивность, которую ошибочно принимают за христианское смирение, не имеет с последним ничего общего. Пассивность – это безразличие, равнодушие. Позиция же христианина никогда не может быть безразличной, потому что именно различение добра и зла и выбор добра – его сознательная установка. Причём выбор добра совершается им не просто теоретически, а практически, на деле: Вера без дел мертва (Иак. 2, 20). Именно потому положительные качества христианина и называются добродетелями: добродетель – это потребность делать добро, деятельно выполнять заповеди Божии, а не на словах.

Православный христианин не может оставаться равнодушным к несправедливости и злу, царящим в обществе. Но ему надо иметь огромный запас мудрости, кротости и любви, чтобы действовать в любом обществе на благо, а не наломать дров.

Капиталистическое общество не идеально, но не идеально и общество социалистическое, недостатки которого привели к тому, что в нашей стране, как потом говорили, был поставлен глобальный эксперимент по построению коммунизма. Эксперимент неудачный. Оказалось, что общество «всеобщего равенства» не может быть справедливым, потому что от природы, а точнее – от Бога, все имеют разное количество талантов и, следовательно, равенства в принципе быть не может. Социалистическое общество с его уравниловкой очень быстро породило тунеядство и нежелание работать. Жизнь показала несостоятельность таких мечтаний.

Вот что писал об этом отец Сергий Булгаков в своей работе «Христианство и труд»: «Это беснование (имеются в виду деяния большевиков – Прим. авт.) было вскормлено безбожием капитализма, поставившего наживу единственным законом бытия и превратившего рабочий люд в материал для эксплуатации. Грехи капиталистического своекорыстия, безжалостное угнетение масс, разложение семьи, привлечение на фабрику женщин и детей, изнурительный и одуряющий труд, непомерно низкая плата – все эти грехи организованной корысти, или капитализма, и подготовили почву для социализма, а до известной степени делают понятным и правым его гнев и негодование». Да, всё это было, несмотря на то что были и капиталисты – благодетели и меценаты. Было всё. Кто взвесит и на каких весах, чего было больше?

Чтобы мы не повторяли наших исторических ошибок и не наступали на те же грабли снова, мы сегодня должны читать и перечитывать слова отца Сергия из той же книги: «Делом христианского долга, любви и справедливости поэтому является всяческая забота о ближнем: должны быть омыты и перевязаны гноящиеся раны Лазаря, и он не должен питаться одними крохами псов. Следует прилагать всяческую заботу со стороны всех тех, кто призван к тому своим положением, и прежде всего имущих и богатых, к исполнению своего долга перед ближним, о нём спросится с каждого из нас на Страшном Суде Господнем. Если бы имущие поступали по-христиански, то и не было бы той правды обличения социализма, которую ныне нельзя отрицать. Церковь не связывает себя с теми или иными практическими средствами социальной помощи и любви, они изыскиваются человеческим разумом и подсказываются опытом жизни, но она благословляет всякое братолюбивое делание и призывает к нему каждого в своём звании». То есть недостатки любого общества могут покрываться христианской любовью и милосердием.

Но каково же всё-таки должно быть это братолюбивое делание? И к какому обществу следует стремиться? Если нельзя придумать и расписать такое общество до мелочей, то хотя бы стоит иметь верные ориентиры. Православие, как всегда, такие ориентиры нам даёт.

С православной точки зрения не могут приветствоваться никакие мечты о благосостоятельных обществах потребления. Если сытая жизнь в довольстве, стремление к внешним благам не могут дать смысла жизни отдельному человеку, не могут они дать смысла и обществу людей, коллективно стремящихся к этим же целям. Стремления к производству ради производства, к власти ради власти, к равенству ради равенства и даже к счастью ради счастья представляют извращения нормальной жизни и являются источниками зла, порабощения духа вещами преходящими.

ГЛАВА 2

ЧЕЛОВЕК – МЕРА ЛЮБОГО ОБЩЕСТВА

Размышляя о различных теориях развития общества, прежде всего, мы должны помнить о человеке. Ведь ничто иное, а именно он – мера любого общества. Человек задуман Богом как венец творения, как личность, призванная к обо́жению. Человеческое призвание чрезвычайно высоко. Это призвание вообще выводит его за земные пределы, за грань этой временной жизни. Оно не ограничивается только тем, чтобы немного духовно возрасти, нравственно развиться и сделать себя самого и мир вокруг себя несколько лучше, чем есть. Призвание человека – превзойти самого себя, возвыситься над собой и над миром, стать небо-земным существом, стать не просто в той или иной мере лучше, но сделаться совершенным, подобно всесовершенному Богу, в конце концов, стать богами по благодати.

Бог есть наш Творец. Значит, как говорит нам учебник по нравственному богословию, мы найдём своё высшее благо, когда будем стремиться к развитию своего самосознания и силы самоопределения. Без этого развития наша человеческая личность затеряется в потоке телесных или животных потребностей и страстей.

Повреждённый грехом мир пытается сделать из человека не цель, а средство, сделать человека либо материалом для эксплуатации, либо винтиком в машине прогресса. На человека смотрят как на потребителя товаров и услуг, оценивая при этом его кошелёк и способности «переварить» то, что ему предлагает навязчивая реклама. Но человек не может быть функцией, он – личность. И поэтому целью любого общества по большому счёту должны являться не какие-то характеристики этого общества, а сам человек. Общество будет тем лучше, чем больше у каждого человека будет возможностей раскрыть и реализовать дары, данные ему Богом. То есть счастливым можно было бы назвать общество, в котором для каждого его члена есть равенство возможностей реализации его личности, чтобы никто не чувствовал себя в обществе «человеком с ограниченными возможностями».

Христианское общество – общество свободы и равенства возможностей реализации каждой отдельной личности, где под свободой понимается в первую очередь неотъемлемое право человека на свободу от греха. Но для этого мы должны повернуться лицом к человеку, лицом друг к другу. Человек должен стать мерилом всех преобразований общества.

Но что мы видим сегодня? Проблемы людей с ограниченными возможностями вообще можно в данном контексте оставить за скобками, в нашем обществе очень трудно реализоваться и нормальному человеку. Человек не может себе найти работу по душе. Учёный не может воплотить свои открытия в жизнь, он даже не способен их сделать, потому что вынужден зарабатывать кусок хлеба другим трудом. Художник, вместо того чтобы написать бессмертный шедевр, пишет на заказ поделки для невзыскательной публики. Писателю невозможно издать своё произведение; парадокс ещё и в том, что в большинстве случаев он не только не может претендовать на гонорар, но и сам должен платить за публикацию. Мать, воспитывающая детей, не в силах дать им образование и жильё, инвалид не имеет возможности найти в этом мире достойное место, педагог бросает школу, чтобы промышлять для тех же учеников репетиторством, врач покидает больницу и практикует на дому и так далее и так далее. И всё это потому, что все они вынуждены выживать и выискивать более-менее приличный заработок любыми способами. Такое положение дел ненормально. Культура, наука и образование не могут организовываться наподобие мелкого самоокупаемого кооператива, и, если их ставят в такие условия, они обязательно скатятся до ширпотреба. Вот поэтому-то тот, кто имеет возможность создать для других условия реализации их способностей, протянуть им руку помощи, воплотить в жизнь творения людей науки и искусства, должен делать это, видя в этом свой долг.

Исследуя социальные слои современного общества, следует сказать, что предприниматели сегодня – это одна из наиболее творческих, способных и плодотворных частей общества, которая может сделать для этого общества очень много. Но и им в обществе поставлено чрезвычайно много преград. А ведь именно они могли бы решать многие проблемы общества.

Кандидат исторических наук Наталья Николаевна Зарубина, говоря сегодня о проблемах взаимоотношения бизнеса и общества, отмечает: «В современной России проблема взаимоотношения бизнеса и общества встала весьма остро: на фоне процветания крупных корпораций и внушительного числа российских бизнесменов, вошедших в списки самых богатых людей планеты, социальные программы всё больше сокращаются, а отечественные искусство, образование, наука, медицина и т. д. уповают на поддержку и гранты иностранных фондов. Пока возродившийся российский деловой мир не явил ни нового Саввы Морозова, ни собственного Сороса. Социальная деятельность предпринимательства – как крупного, так и среднего – также пока не проявилась в значимых для общества масштабах, и отдельные пиаровские акции не могут прикрыть безразличия бизнеса к проблемам общества».

Сегодня всё больше и больше предпринимателей понимают, что от проблем общества, в котором они живут, невозможно укрыться. При нарушении баланса интересов членов общества, при общем упадке здравоохранения, культуры, образования, науки крупный бизнес в России вместо развития общества рискует стать для него деструктивным элементом.

Народы, отрицавшие значимость духовной жизни, исчезли с исторической сцены. Экономика и рост благосостояния хороши тогда, когда имеют высшее предназначение – служить материальной основой для духовного роста личности.

По мнению архиепископа Иоанна (Шаховского), человеческое общество разделяется не на сословия и не на классы: «В мире не два лагеря – капиталистов и пролетариев, – как то хочет представить внешнее сознание. В мире три лагеря: 1) безбожные бедняки, 2) безбожные богачи и 3) бедные и богатые (материально) христиане. Такова этическая карта мира. Христиане не делятся на „бедных“ и „богатых“, ибо бедные осознают преимущества своей бедности, богатые – стеснительность своего богатства и, во всяком случае, его непрочность и оттого – незначительность. И все остаются на своём пути, несут своё служение... Для этих третьих только и может быть, в собственном смысле, „социальная проблема“. Для первых она не существует и не может существовать, ибо там действует принцип борьбы и решительной непримиримости, т. е. либо войны, либо чисто дипломатического, не имеющего никакой реальной силы, мира. Третья группа, конечно, наименьшая в мире, ибо небесно-почётная принадлежность к ней есть выражение не словесной и даже – считаем нужным подчеркнуть – не идеологической, но духовно-реальной, конкретной христианской веры. Только из этой подлинной реальности духа может вырастать идеология общественной христианской жизни».

Говоря об обществе, к которому нужно стремиться, следует коснуться и вопроса о том, какими должны быть отношения человека с обществом и общества с человеком. В обществах, где развит крайний индивидуализм, человек начинает ставить свои личные интересы выше общественных, изолируется от социума, перестаёт интересоваться жизнью общества, становится антисоциален и эгоистичен. В конечном итоге индивидуалисту становятся неинтересны ни мир, ни страна, ни люди, нуждающиеся, быть может, в его помощи. В обществах, где правит коллективизм (антитеза индивидуализму), обычно господствует большинство, которое перемалывает человека, не вписывающегося в общепринятые рамки. И индивидуализм, и коллективизм, как показала история, приводят к деградации человеческого сообщества и не могут рассматриваться как идеал.

А существует ли этот идеал вообще? К чему должны стремиться люди, желающие идеального общества? Одного точного слова, которое бы описывало этот идеал, пока не найдено. Назовём его сейчас соборностью. Вообще соборность – понятие богословское, его обычно применяют к характеристике Апостольской Церкви, которая и строится по принципу соборности, имея перед глазами прообраз – Святую Троицу, где три ипостаси Бога соединяются «нераздельно и неслиянно». Соборность – это не просто коллективизм, это единство членов Церкви между собой и со Христом, освящённое благодатью Святого Духа. Соборность – это цельность, внутренняя полнота, множество, собранное силой любви в свободное и органическое единство. Церковь представляет собой единое мистическое тело, некий организм, состоящий из отдельных, но соединённых между собою, членов. Об этом говорит в Первом послании к Коринфянам апостол Павел: Ибо как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, – так и Христос. Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеи или Еллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом. Тело же не из одного члена, но из многих (1 Кор. 12, 12–13). То есть, уверовав в Единого Бога, став членами единой Церкви, все мы соединяемся во Христе новыми высшими связями, соединяемся единым Духом, единой Любовью. Мы причащаемся на литургии Тела и Крови Христовых, и таким образом Господь пребывает в нас, а мы в Нём. И все мы составляем единое тело и единый дух. Во Христе мы соединены со всеми апостолами и пророками, со всеми святыми. Во Христе мы едины с апостолом Павлом и преподобным Серафимом Саровским, святителем Николаем Чудотворцем и преподобным Сергием Радонежским и даже с Самой Пресвятой Богородицей. В таком сообществе не может быть членов негодных и ненужных. В таком сообществе каждый уважает свободу другого, видя в нём образ Христов. Если нога скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не рука, то неужели она потому не принадлежит к телу? И если ухо скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не глаз, то неужели оно потому не принадлежит к телу?.. Бог расположил члены, каждый в составе тела, как Ему было угодно. А если бы все были один член, то где было бы тело? Но теперь членов много, а тело одно. Не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; и также голова ногам: вы мне не нужны. Напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее… Бог соразмерил тело, внушив о менее совершенном большее попечение, дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге (1 Кор. 12, 15–22, 24–25), – говорит апостол Павел.

Личная духовная жизнь в христианском понимании органически связана с жизнью соборного человечества и мира. Но можно ли в обычном, не церковном, обществе если не воплотить, то хотя бы приблизиться к идеалу соборности? Над этим размышляли наши русские религиозные философы. Семён Франк, Николай Бердяев, Алексей Хомяков, Пётр Лавров писали об этом в своих статьях, пытаясь найти этому понятию новый адекватный термин. Франк называл такую соборность солидарностью, а Бердяев – коммюнотарностью, или общинностью. «Человеческая жизнь во всех её областях… есть необходимое и имманентное выражение глубочайшего онтологического всеединства, лежащего в основе человеческого бытия», – утверждал Франк. Он выделял три формы соборности: соборность в брачно-семейных отношениях, соборность в религиозной жизни и соборность в жизни определённого множества людей, объединённых общностью судьбы. В этой, третьей, соборности заключается важная для общественной жизни роль прошлого и культурно-исторических традиций. А практическим выражением соборности является служение: служение ближнему, служение Богу, служение обществу и служение самого общества единым целям, а также ответственности не только за себя, но и за свой народ и свою страну в целом. И с этой точки зрения, невозможно отделить заботу о личном спасении от участия в деле духовного преображения всего мира, к которому призвано соборное христианство в его земном историческом пути.