Текст книги "Сирота для Стража Альянса (СИ)"
Автор книги: Марина Рисоль
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
43
Раздался ещё удар, и в астеробусе сначала моргнул, а потом погас свет. Замигали сигнальные аварийные лампы, система громко сообщала о том, что повреждения критические – разгерметизирован машинный отсек, нарушена работа одного из двигателей, началась потеря топлива.
– Давай, корыто долбанное! – Яра добралась до кресла пилота и пыталась выровнять астеробус, который потерял точку равновесия и начала медленно вращаться вокруг своей оси. Казалось, машина сходит с ума.
После того, как нас тряхнуло в третий раз, я не смогла удержаться и упала. Стукнулась прилично головой о металлический ящик, вскрикнув от боли, а когда коснулась пальцами головы чуть выше виска, обнаружила, что там кровь. Повезло, что не виском приложилась.
– Фина! – Эллиот бросился ко мне и, подхватив, помог подняться.
– Нормально, – кивнула я, пытаясь его успокоить. – Не критично.
Ударилась я, может, и не критично, но от вращения меня уже начинало тошнить. Вестибулярный аппарат испытывал нагрузки и справлялся с трудом. И тут внезапно тело потеряло вес, и мы все, кроме пристёгнутой к креслу пилота Яры, взмыли в воздух.
“Нарушение гравитации, – объявил компьютер астеробуса. – Повреждение систем коммуникации. Перейдите на ручной режим”.
И в этот же момент тело снова налилось тяжестью, и мы хлопнулись на пол.
Теперь у меня не только голова болела, но и ушибленные при приземлении рёбра.
“Запрос на связь. – Снова раздался голос бортового помощника. – Коммуникация запрошена от астеробуса серии Сигма-12”
– Разрешить, – отдала приказ Яра.
– Буссамиры! – в динамиках раздался женский голос, который показался мне смутно знакомым. – Ваш астеробус получил критические повреждения, у вас нет выбора – только сдаться! Если вы предпримите попытку обороны, мы нанесём фатальный удар в головное отделение. Вы под прицелом.
– Буссамиры? – я посмотрела на Эллиота. – Это не за нами погоня.
– Мне кажется, это вообще не погоня, – нахмурился Эллиот. – Не от Альянса. Любой представитель Альянса бы сначала представился, назвав номер знака отличия. Это не Досмотр и не Слуги Альянса. И уж точно не Стражи.
– Повторяю! – раздался женский голос снова. – У вас нет выбора!
– Я знаю, кто это! – внезапно меня осенило.
Я, придерживаясь за поручни, добралась до Яры и попросила подключить меня к переговорной панели.
– Римма! – позвала я. – Это ты?
На том конце возникла пауза, но спустя пару секунд тот же голос воскликнул:
– Фина?! Это ты, Фина?
– Я! – у меня внутри всё задрожало от радости. – Мы угнали этот астеробус у буссамиров! Здесь их нет!
– Обалдеть! Стабилизируйте на стыковку, мы вас вытащим.
Римма отключилась, а я пояснила остальным, откуда мы знакомы. У меня было много вопросов, и я с нетерпением ждала встречу с Риммой. Но Яра не спешила радоваться, она с подозрением нахмурилась. Я понимала, почему, она вообще почти никому не доверяла, но я была уверена, что Римма и те, с кем она была, не принесут нам вреда. Наоборот! Они – наш шанс!
– Вы – это кто? – Яра всё же решила задать вопрос, снова активировав коммуникатор.
– Мы – это те, кто решил надрать этим мудакам, торгующим людьми, задницы. Мы – Аструм.
– Я знаю о них, – негромко сказал Эллиот. – Информация об Аструме засекречена, но кое-что я слышал. Они давно досаждают Альянсу, но раз засекречено – значит, досаждают серьёзно. Раньше я считал, что Аструс нападает на торговые корабли Альянса, но, похоже, они уничтожают пиратов и прочих падальщиков. Прямо перед тем, как мы сбежали, что-то случилось на Шанту – это тоже убрали под гриф “секретно”.
– Что-то типа ополчения? – Яра прищурилась и посмотрела на Эллиота.
– Думаю, да. А девчонку я эту тоже вспомнил. Бойкая. И у неё, похоже, с хозяйкой борделя на Шанту были счёты. Думаю, она у Аструма на хорошем счету. Не удивлюсь, если то, что произошло на Шанту – дело рук этой девчонки и Аструма.
– Ладно, попробуем. Выхода у нас сейчас всё равно нет. Это ржавое ведро не продержится, даже если нас никто не тронет, – кивнула Яра и стала пытаться сбалансировать астеробус для стыковки.
Получилось это у неё не сразу. Это, как она сказала “ржавое ведро” и так, похоже, было не в лучшем состоянии, а после экстремального взлёта и трёх попаданий от Аструма, так тем более.
Но Яра справилась. Астеробус удалось стабилизировать, и через несколько минут челнок Аструма пристыковался. Шлюзы издали шипение, и двери открылись.
– Римма! – обрадовалась я, увидев подругу, которая стояла в окружении ещё нескольких человек. Они были вооружены, но оружие было опущено.
– Фина! – Римма широко улыбнулась и подалась мне навстречу.
Мы крепко обнялись с ней, я действительно очень рада была её видеть.
Но вдруг Римма напряглась и отступила на шаг назад.
– Страж. – Она нахмурилась и посмотрела на Эллиота. – Что он здесь делает?
– Всё в порядке, Римма, – поспешила я её успокоить. – Эллиот больше не Страж, он с нами. Со мной…
Римма сузила глаза, напряжённо посмотрев снова на Эллиота, а потом на меня, а потом вдруг улыбнулась.
– Надо же как неожиданно, – сказала, убрав оружие на пояс. – А остальные кто?
– Это Яра – моя мать. Она, как и я, кроктарианка, – Римма, казалось, удивилась больше, чем новости про меня и Эллиота. Она ведь думала, что я сирота. Да что уж, я и сама так думала. – А это Варен – отец Эллиота.
– Что ж, приятно познакомиться, – кивнула Римма, посмотрев на остальных. – Меня зовут Римма, я – командир звена объединения Аструм. Наше движение вне закона Альянса, как, полагаю, и вы четверо. Мы боремся против тех, кто поддерживает неравенство в нашей галактике, кто де-факто узаконил рабство не только в Хвосте, но даже в отдельных уголках Центра, но не афиширует это. Будем рады, если присоединитесь к нам. А пока добро пожаловать на борт.
44
Астеробус Аструма разительно отличался от челнока буссамиров. После груды металла, в которой никто никогда не убирался, грязи, вони и копоти, на борту астеробуса отряда Аструма было находиться невероятно приятно.
Да и в принципе, это был даже не астеробус, а вполне укомплектованный мини-корабль с боекомплектом, технически хорошо оснащён.
Возникал вопрос, откуда у запрещённой, стихийно образованной организации средства на такие судна?
Не удивлюсь, если существует раскол в высших кругах Альянса, и кто-то очень могущественный спонсирует Аструм или даже является его создателем и руководителем.
– Добро пожаловать на Бэту, – проговорил электронный голос, едва мы прошли фильтрационный отсек и вступили на палубу корабля. – Я голосовой помощник. Римма, какой уровень доступа у наших гостей?
– Уровень второй. Гостевой.
– Принято.
– Бэта, отстыкуй аборджаный астеробус и уничтожь, – добавила Римма и повела нам вперёд по коридору.
Мы прошли за Риммой в центральную каюту с панелью управления и креслами пилотов. Вдоль длинного стола стояли ещё десять членов экипажа, по большей части девушки. Лицо одной из них мне даже показалось знакомым, и я вспомнила, что тоже видела её на Шанту в том публичном доме. В столовой, кажется, когда нас только привезли.
– Это наша команда, – представила остальных Римма. – Мы – одно из подразделений Аструма. Текущей задачей был захват или уничтожение группы буссамиров, которая вела торговлю женщинами, поставляя их в сексуальное рабство и для работы в лабораториях с опасными и вредными веществами. По нашей информации, эти сволочи только за последние три месяца похитили и перепродали до пятисот женщин. До десятка замучали сами и убили.
– Ну, теперь эти ублюдки кормят червей, – сказала Яра. – Особенно быстро разлагается тот, что со шрамами на уродливой роже. Я видела, как ему её разорвало на кусочки от звуковой гранаты, которую я засунула ему в его вонючую пасть.
Яра замолчала и мило улыбнулась, словно она только рассказала про детский праздник с лазерным шоу и воздушными конфетами. У меня аж дрожь по спине пробежала, хотя я всей душой ненавидела тех ублюдков.
– Чудесно, – ответив примерно в той же тональности, расплылась в улыбке Римма. Кажется, они с Ярой сразу друг к другу прониклись симпатией. – Мы вам очень признательны, по сути, вы сделали нашу работу. А мы ведь за этими головорезами гонялись добрых пять недель. Теперь миссия завершена, и мы можем готовиться к следующей.
– Нескучная у вас жизнь, – хмыкнул Варен, но Римму это совсем не обидело.
Официальное представление было окончено, и нам предложили обед. Признаться, я была уже настолько голодна и так хотела нормальной еды, что с радостью приняла приглашение, как, собственно, и остальные.
За обедом мы познакомились ближе с командой Бэты. Пятеро девушек, включая Римму, были бывшими узницами публичных домов на Шанту, одна – дочь опального военачальника, которого Альянс казнил за провальную миссию. Эллиот помнил этого военачальника и сказал, что весь штаб Стражей был в шоке, когда его приговорили к казни. Тогда ему показалось это подозрительным, но по долгу службы свои соображения он, естественно, оставил при себе, ибо приказ для Стража – закон, а им было приказано делать своё дело и не думать о политике.
Остальные члены команды были из разных уголков Гидры, и каждого так или иначе зацепило жестокое правление Альянса.
Но в каждом из них читалась особенная приверженность идеям Аструма, вера в то, что они делают и желание покончить с Альянсом. И я себя поймала на том, что желания наши весьма совпадают.
Сначала я хотела одного – выжить. Когда узнала о том, кто я и откуда, главным желанием было вернуться домой на Кроктарс, и чтобы мать, отец, Эллиот и Варен были рядом, чтобы тоже обрели покой и безопасность.
Но… Сейчас, глядя в глаза Риммы, горящие желанием отомстить, вспоминая её в синяках и с кровью на бёдрах, измученную и истрёрзанную после того, как её отдали в руки одного из клиентов дома утех, но не сломленную, с горящим взглядом, я понимала, что во мне просыпалась жажда того же.
Я хотела отомстить.
За себя, за то, что Альянс преследовал меня, хотя я никому и ничего не сделала плохого. Я была просто девочкой, которая ничего не знала о себе, которой было страшно и непонятно, почему за ней послали одного из сильнейших солдат.
За то, что пытали меня.
За тот ужас, что я пережила в баке с водой.
За Эллиота, которого лишили детства и его родных.
За отца, которого уже так долго мучали в тюрьме Гидры.
Я почувствовала, как в пальцы проникала дрожь, а грудная клетка наливалась чем-то горячим и давящим. Сердцебиение участилось, а внутри поселилась уверенность и желание сражаться.
– Уничтожив этих сволочей, вы сделали большое дело, – кивнула Римма. – Аструм благодарит вас и приглашает присоединиться к нам. Такие солдаты, как вы, на вес золота, и очень нам нужны.
– Это не наша война, – Яра отрицательно покачала головой. – Мы хотим домой – в этом цель.
– Я хочу, – говорю, посмотрев сначала на Римму, а потом в глаза Яре и Эллиоту.
– Фина, ты и так пострадала от Альянса, – Эллиот нахмурился и сжал мою руку. – Будет лучше, если ты вернёшься на Кроктарс.
Я почувствовала, как в животе разрастается пустота. Спорить с Эллиотом я не хотела, это было тяжело и больно, но то, что он не поддерживал меня, чувствовалось ещё больнее.
Мы застыли, вглядываясь в глаза друг друга. Он – пытаясь образумить меня, я – ища поддержки своему решению у него.
Мне так важно было, чтобы Эллиот поддержал меня.
Он сглотнул, я видела, как в его взгляде плескался страх за меня. Возможно, это было первое, чего бесстрашный Страж боялся.
Его рука снова сжала мою ладонь, а потом он посмотрел на Римму.
– Мы с вами, – кивнул Эллиот. – Только при одном условии – в тюрьме Реммы держат отца Дафны. Мы должны вытащить его. Я расскажу Аструму всё, что знаю об Альянсе, что мне известно, до какой информации я был допущен, а вы поможете нам вытащить Шейна Роуда.
Римма перевела взгляд на каждого из нас по очереди, как раз когда снаружи послышался звук взрыва астеробуса буссамиров, а потом кивнула.
– Идёт.
45
– Уверена, что хочешь идти завтра? – Эллиот осторожно заправил прядь мне за ухо и нежно провёл пальцами по чувствительному месту чуть ниже на шее.
– Уверена, – я прикрыла глаза, наслаждаясь его прикосновениями, напитывалась ими, наполнялась перед предстоящим сложным днём, с которого мы могли не вернуться.
– Будет непросто. Слишком много вводных, и я не уверен, что мы справимся, Фина. Я бы предпочёл, чтобы ты осталась в безопасности. Мне страшно за тебя.
– Мне тоже страшно, Эллиот, – я повернулась к нему и открыла глаза, посмотрела прямо в его. – Бояться – нормально. Раньше тебе это чувство было недоступно, поэтому сейчас, возможно, пугает. Но бояться не значит не делать. Что по-настоящему страшно, так это представить, что там происходит с моим отцом.
Мой Страж свёл брови на переносице и на мгновение задумался. Ему и правда сложно справиться с чувствами, которые он раньше не испытывал. Страх, сомнения, выбор. Он был лишён этого всю свою жизнь, с тем пор, как его – ещё совсем ребёнка – похитили с родной планеты и сломали волю, внедрив в голову чип.
– Ты права, Фина, – его палец скользнул по моей скуле, очертил её и переместился на подбородок, а потом мягко прижал нижнюю губу. – Я не умел бояться. Это чувство мне было неведомо. Всё казалось проще, когда ты просто идёшь к цели, совсем не заботясь ни ком и ни о чём. Только цель волнует тебя.
Он немного помолчал, скользнув взглядом по моим губам, и вдохнул глубже, словно ему внезапно стало не хватать воздуха.
– Но когда моей целью стала ты… даже с чипом в голове и с маской Стража всё изменилось. Я чувствовал себя странно, Фина, и впервые засомневался в том, что делаю. Эта мысль просто возникла, огорошив меня. Ты… ты вернула мне возможность чувствовать.
Он подмял меня под себя и навис сверху, заставив задрожать от тяжести его тела. Я видела, что в его глазах плескалось желание – невероятный коктейль огня и нежности. Эллиот смотрел в глаза, а проникал в самую душу.
Его близость – всё, что мне сейчас было надо. В нём заключался весь мой мир.
– Поцелуй меня, – попросила я, сглотнув.
– Именно это я и собирался сделать, – прошептал мой Страж. – И не только это…
Он склонился и мягко прикоснулся своими губами к моим.
Большой, сильный, опасный… Он знал лишь только о том, как применять силу, чтобы добиваться целей. Так откуда в нём было столько нежности? Столько трепета и заботы во взгляде?
Поцелуй захватывал всё больше и больше, накачивая тело желанием, наполняя теплом от предвкушения близости. Эллиот целовал меня так, будто не мог насытиться, словно жаждущий напиться воды. Целовал то с особенной нежностью, то со страстью, едва сдерживая порывы.
А я совсем и не хотела, чтобы он сдерживался. Тяжесть его тела, его прикосновения, его обжигающее дыхание сводили с ума, лишали воли, выталкивая из реальности.
Мне казалось, что если сейчас он отстраниться, если я вдруг перестану чувствовать его тепло, запах его кожи, то я просто умру. Перестану существовать.
Мы растворялись друг в друге, слившись в единое целое. Словно половинки сложного пазла встали на место – так, как должно было быть. И это было невероятно правильно и нужно мне.
И потом, после близости, когда Эллиот уснул, я ещё долго лежала, рассматривая его умиротворённые, расслабленные черты. Не сразу поняла, что по моим щекам текли слёзы.
Я была счастлива.
И слёзы эти текли от счастья, отдавая горчинкой предстоящего дня.
Я прекрасно понимала, что завтра может стать нашим последним днём – уж слишком широко мы замахнулись. Но уйти и оставить отца мы не могли, страшно было представить, что ему в тюрьме Гидры пришлось пережить. Я и день едва выдержала, а он… он там уже давно.
Да, мне было страшно. Очень. Страшно было не только умереть, но и потерять кого-то. Но это был другой страх, совсем не такой, который охватывал меня, когда я бежала от Стража. Я тоже училась чувствовать и принимать чувства в их широком спектре – когда они не только обо мне и моей жизни, а о тех, кто мне дорог.
Но тем не менее, я была готова. Ко всему готова. И благодарила космос за каждую секунду, которую он подарил мне рядом с моими дорогими людьми, ведь именно этого я была лишена и поняла, насколько это ценно. Быть одной – плохо. Тяжело.
Ты словно… не существуешь…
Но теперь я была не одна.
Я прижалась к Эллиоту и прикрыла глаза. Несмотря на непределённость того, что принесёт завтрашний день, я почувствовала себя умиротворённой. Спокойствие окутало меня, и я уснула под звук биения сердца любимого мужчины…
Проснулась же в абсолютной тишине.
Я села на постели и скользнула взглядом по каюте. Эллиота в ней уже не было, его одежды тоже. Наверное, все уже встали и собирались, а он решил мне дать поспать ещё немного времени.
Умывшись во вмонтированном в стену небольшом рукомойнике, я собрала волосы и надела одежду, которую нам вчера выдала Римма, а потом вышла из каюты и направилась в центральный отсек, где, наверное, уже собрались все.
Но в центральном отсеке никого не было. Ни Яры, ни Эллиота, ни Варена, ни Риммы или членов её экипажа.
– Бэта, гостевой доступ активируй, – позвала я бортовой помощник.
– Бэта на связи, – отозвался тот. – Гостевой аккаунт Дафна Роуд. Чем могу быть полезна, Дафна?
Странно было впервые услышать своё полное имя, но сейчас это было второстепенным.
– Бэта, где все?
– Команда Бэты и гостевые индивидуумы отстыковались на посадочном модуле один час четырнадцать минут назад. Чем ещё могу помочь, Дафна?
Я застыла, забыв вдохнуть.
Отстыковались?
Без меня?
– Бэта, ты уверена? – голос начинал подводить, а в груди раскрывала крылья паника.
– Абсолютно, Дафна. Посадочный модуль был отшвартован один час пятнадцать минут назад и направился в сторону Реммы. Ошибка исключена.
– Кто ещё на борту? – во рту пересохло, а руки начали дрожать. Я не хотела верить в очевидное.
– Только ты, Дафна, – безэмоционально ответил голос бортового помощника, а я осела на диван, потому что мои колени подкосились.
Они не могли! Не могли так со мною поступить!
Ни Яра, ни Эллиот, ни Римма! Не могли!
В груди затопило жаром. Голова закружилась, а к горлу подступили слёзы.
– Бэка, соедини меня с Риммой.
– В доступе отказано.
– Соедини с кем угодно из команды или гостями.
– В доступе отказано.
Я вскочила на ноги и заметалась по каюте. Голова горела – в ней просто не укладывалось всё это.
– Бэка, подготовь второй посадочный модуль, – отдала приказ я и рванула с хранилищу с лётными костюмами.
– В доступе отказано.
– Что? Почему?! – выкрикнула я, чувствуя, как меня топит яростью.
– Установлена программа контроля и полёта корабля через сорок восемь часов вдоль оси Хвоста Гидры по заданным координатам вне зависимости от возвращения экипажа.
Я застыла и прикрыла глаза, ощущая, как по щекам текут горячие слёзы.
Они всё же не взяли меня на операцию и попросту заперли на корабле, запрограммировав его улететь, если они не вернутся.
46
– А где Дафна? – вскинув брови, Яра посмотрела на Эллиота, когда тот зашёл в отстыковочный отсек, застёгивая на ходу пояс с оружием. Он выглядел хмурым и даже немного бледным. Губы были сжаты в тонкую полоску, между бровей пролегла складка.
– Решила остаться на корабле, – буркнул он, не глядя Яре в глаза.
Все уже прошли на борт посадочного модуля, оставались только Яра и Эллиот. И Дафна, которой с ними сейчас не было.
Яра тоже нахмурилась и остро посмотрела на Эллиота.
– Ты её запер, что ли? – спросила она. Выглядела не особенно довольной, но, как показалось Эллиоту, спорить с ним в этом вопросе не стремилась. – Уверен, что выживешь после этого? Если, конечно, выживешь в бою сначала.
– В бою, наверное, будет больше шансов, – усмехнулся Эллиот.
Он понимал, что Фина будет очень злиться на него. Возможно даже не простит. Не подпустит больше к себе. Прогонит, посчитав это предательством, ведь он прекрасно знал, как она хотела прийти на помощь своему отцу.
Но у него была веская причина так поступить, и иначе он не мог. Не мог допустить, чтобы с ней что-то случилось.
– Она беременна, – сказал Яре, когда за ними закрылся корабельный шлюз и открылись двери в посадочный модуль после паровой обработки. Слово прошлось по его языку ярким вкусом, а сердце в груди ответило острым, ощутимым ударом. – Я не могу позволить ей так рисковать собой, Яра. Есть высокий процент того, что мы не вернёмся. Очень высокий.
Яра взволнованно вздохнула и облизала губы. Сжала руки в кулаки и покачала головой. Всегда собранная и сосредоточенная, она сейчас почувствовала такую горячую волну в груди, с которой, чтобы справиться, ей потребовалось целых несколько секунд.
– Ты понял это через метку? Сама Дафна не знает ещё?
– Да, именно так, – кивнул Эллиот. – Думаю, она пока не поняла этого. Но я не уверен.
Понимание пришло к Эллиоту в ту их последнюю близость этой ночью. Каким-то шестым чувством он вдруг понял, что их больше не двое. Мысль прошло пришла, возникла в его голове. Была такой яркой, словно вспышка, почти осязаемой. А стоило ему подумать о ребёнке, метка сильно запульсировала, подтверждая предположение.
Волна радости тут же захлестнула Эллиота, но вместе с ней сердце сжало в тисках тревоги, ведь утром они должны были отправиться на сложную операцию. Возможно, на верную смерть. Уж Эллиот как никто понимал всю мощь Альянса, его возможности и вероломство. Их поступок мог стать героическим, но последним. То, что вернутся с задания не все, Эллиоту было понятно, ясно как белый день.
Но кто не вернётся?
Он не считал Фину самым слабым звеном команды. Уж он точно знал, на что способна эта хрупкая, тонкая девчонка – хитрая, юркая, умная, как никто способная выживать. Но, во-первых, эта вылазка предполагала именно силу и молниеносное действие, что, объективно, не являлось сильной стороной Фины, а во-вторых, она была беременна.
Эллиот не мог допустить, чтобы с его женщиной что-то случилось, тем более, что под сердцем она теперь носила его дитя. Он ведь вообще даже не мечтал о детях и семье, Стражам было не положено. А когда мысли вдруг возникали в голове, давил их жёстко, не позволял себе проваливаться в это. Теперь же он просто не мог позволить чему-то помешать рождению его дитя.
Сделав вид, что уснул, Эллиот дождался, пока Фину, уставшую после их любви, тоже забрал сон, а потом встал и долго ходил по комнате, смотрел на спящую девушку, её разметавшиеся по подушке белоснежные волосы, на подрагивающие ресницы и нежные стройные бёдра. Ходил и думал.
И в конце концов принял решение – она не идёт. Хочет она этого или нет, но он не позволит ей. Риск слишком велик.
Эллиот был готов принять её гнев, только бы вернуться…
Вспомнив ясные голубые глаза Фины, бывший Страж решительно пристегнулся к креслу. Римма отдала приказ, системы модуля провели герметизацию, прошла отстыковка от корабля, двигатели загудели, и они взяли направление к Ремме.
Снижение не заняло много времени. В атмосферу планеты модуль вошёл с тёмной стороны. Тревога не поднялась, потому что предположение Риммы оказалось верным – у защитной системы “Купол” были прорехи. Точнее, это были “слепые пятна”, и оставлены они были намеренно, чтобы буссамиры могли нелегально доставлять людей и руду на столичную планету галактики.
– Не знал, что Аструму доступны такие технологии, как стелс, – проговорил Эллиот, когда они сели, а модуль ушёл в камуфляж. – Я думал, что подобные разработки хранятся в строжайшем секрете.
– Так и есть, – усмехнулась Римма. – Но Аструм не просто повстанческий корпус, Страж. Мы имеем доступ туда, куда ты даже представить не можешь. Поверь, режиму Альянса скоро крышка.
Они приземлились на небольшом острове, подобном тому, с которого улетели на челноке буссамиров. Римма посадила модуль в глухом лесу – так было безопаснее. И, надо сказать, посадила мастерски.
Эллиот удивлялся, как обычные девушки так быстро обучаются тому, чему солдат учат и натаскивают годами?
Наверное, дело тут в мотивации. Они подвергались издевательствам по вине или с разрешения Альянса, Эллиот ведь видел глаза этих запуганных и истёрзанных рабынь на Шанту в публичных домах, на рудниках на Астре и Кроре. И теперь они готовы были мстить. А месть не знает ни страха, ни жалости.
– Исходя из пористой коры Реммы в ночном секторе, думаю, с большим островом этот кусочек должен соединяться естественными пещерными подводными ходами, – Варен достал небольшой планшет, который ему выдали на Бэте. – Анализ плотности грунта и воздуха даёт возможность предположить, что ходы расположены в северной части островка.
– Значит, идём туда, – кивнула Яра.
Группа направилась туда, куда указал Варен. Им предстояло найти подводный тоннель к большому острову, на котором и была расположена тюрьма, где содержали Шейна Роуда – отца Фины. Они должны были вызволить его, и Эллиот твёрдо запланировал себе – он обязательно сообщит Роуду, что тот скоро станет дедом.
