Текст книги "По закону гор (СИ)"
Автор книги: Марина Кистяева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
глава 27
ГЛАВА 27
– Шлюха... грязная шлюха...
Эти слова ядом угнездились в сознании Янины. Чужой наглый, пьяный, пропитанный злобой голос еще нет-нет да звучал в голове.
– Отец твой нормальный мужик, наш... а женился на русской... что у вас там такого, а? Поперек, что ли, писька?.. Дай проверю!
Эти воспоминания всплыли сейчас.
В самый неподходящий момент.
Ее триггернуло…
И, как итог, она сорвалась.
А теперь раскаивалась. Зачем она так?
Янина поставила стул к кухонному гарнитуру и, поднявшись на цыпочках, потянулась к верхним ящикам. Мама всегда говорила, что принадлежность к той или иной национальности не определяет человека. Люди везде одинаковые. Добрые. Злые. Янина придерживалась того же мнения.
Но напор Касьяна, его южная горячность, эта стремительность, с которой он все делал, иногда откидывали ее в прошлое.
Глупо, конечно, но как есть.
Пальцы нащупали ручку ящика. Она потянула его на себя. И тотчас на нее повалились пачки с чаем, специями, упаковка с печеньем. Что-то тяжелое угодило в плечо.
Она вскрикнула, потеряла равновесие и с глухим стуком рухнула на пол вместе со стулом. Перед глазами замелькали черные точки.
Вот она шандарахнулась! Боль пронзила все тело. А еще обидно стало… Вдвойне!
Почти мгновенно из гостиной донесся топот ног. Касьян влетел на кухню и рухнул перед ней на колени.
– Ты упала? Ударилась? Где? – Его руки повисли в воздухе, не решаясь прикоснуться, боясь причинить еще больше боли.
Янина сидела не шевелясь, прислушиваясь к себе. Физическая боль в локте и бедре была тупой, отдаленной. Гораздо острее была внутренняя встряска. Стыд за свои глупые страхи, которые чуть не вырвались наружу. Испуг от падения. И дикое, нелепое облегчение от того, что он тут. Что рядом.
Что пришел на помощь.
Она всхлипнула и потянулась к нему.
– Прости…
На его лице мелькнуло удивление.
– Янина…
– Прости, – всхлипнула она.
И, не обращая внимания на боль, молча, порывисто забралась к Касьяну на колени, вжалась в него всем телом. Обвила его руками-ногами, прижалась крепко-крепко.
Он тотчас сжал ее, его рука скользнула по ее спине.
– Вот тебя штормит, – выдохнул Касьян негромко.
Янина кивнула. Кто бы спорил…
Ей надо ему обо всем рассказать. О том уроде, который прошелся по ее судьбе. Объяснить, почему она иногда, казалось бы, без видимой причины начинала чудить.
И как раз сейчас лучшее время.
Она глубже уткнулась лицом в его шею.
Штормит... еще как...
А он снова ее обнимал.
Какая же она глупая! Точно во всем виноват ПМС.
– Ну-ка посмотри на меня. Ты не ударилась? Точно? Я могу тебя осмотреть?
Последний вопрос невольно отрикошетил в Янину.
Вот… Касьян тоже отморозился. Оно и понятно. Она шарахнулась от него, убежала! Что ему о ней еще думать?
Янина лишь энергично замотала головой, не отрываясь от него.
– Не ударилась. Честно. Задницей только припечаталась. И да… – Янина чуть слышно хмыкнула. – Ты можешь меня осмотреть… ее то есть…
Грудь Касьяна колыхнулась. Он явно пытался сдержать смех.
Его руки снова осторожно дотронулись до ее бедер. И помяли ее ягодицы. Осторожно так.
А потом Касьян начал подниматься, крепче прижимая ее к себе одной рукой.
– Я такая дура, Кась, – выдала она все-таки то, о чем думала последние минуты.
И зачем-то всхлипнула.
– Цыц, – шикнул на нее Касьян и вроде даже как улыбнулся. – Сейчас будем разбираться. И по порядку. Договорились?
– Да. – Янина быстро-быстро закивала, обвивая его крепкую шею. – Договорились. Давай поговорим?
– Нам есть что сказать друг другу.
Их глаза были максимально близко. Янина не хотела плакать, сначала одна слеза покатилась. Потом вторая.
– Янина… Бля… Не плачь, а? У меня сейчас к херам грудину разворотит. – Касьян чуть заметно поморщился.
Он что… так на ее слезы отреагировал?
И тогда ее в очередной раз накрыло.
Невыносимая нежность и щемящая жалость к самой себе смешались в один сплошной комок в горле.
Она впилась в Касьяна сильнее, словно боялась, что он вот-вот испарится. Ее пальцы вцепились в его футболку.
Он был таким сильным. Таким настоящим. Таким невозмутимым якорем в ее внезапно перевернувшемся мире. И он был здесь. Не ушел, не отвернулся, не бросил ее одну.
Она обвила его ногами за торс, как обезьянка.
Не расцепится... ни за что.
Она продолжила плакать.
Слезы текли по его шее, а она прижималась к нему еще теснее.
– Янин, ну пиздец какой… Я сейчас тоже разревусь.
Касьян усадил ее на диван.
Хотел распрямиться, но она не пустила. Она попросту не смогла расцепить руки-ноги.
– Ты шутишь, да?
– А что мне еще остается? У меня уже мозги плывут. Я нихера не понимаю… И вообще. Вот вы, девочки, вам проще же. – Он продолжил в том же тоне. – Что-то идет не так. ПМС там грядет… Взяли и поплакали. Здорово же. Проревелись в подушку. Или перед своим парнем, мужем. Сняли, так сказать, груз с души. А нам?.. Рожу кирпичом держать надлежит, зубы сцепить, и похер, что уже крошатся, и вперед!
– Кася!
– Что? Может, я тоже пореветь хочу?
– Придурок, – по-доброму отозвалась она, наконец, отцепляясь от него.
Касьян выпрямился и направил в ее сторону указательный палец.
– Будешь реветь – я тоже начну.
Она уже почти смеялась.
Растерла слезы ладонями.
– Все, прекращаю.
– Янин… Точно нигде не болит?
Болело… Душа.
– Вроде нет.
– Ладно… Будем выяснять по ходу действия. Я за вином.
– Не надо нам вина.
– Надо. У тебя истерика. Я передавил, да? Тороплюсь…
Его лицо дрогнуло.
У Янины все сжалось внутри.
Красивый... Спокойный...
Сердце облилось кровью.
Он прав – у нее истерика. И пусть кто-то попробует ее в ней упрекнуть!
– Давай вина, – сдалась она. – Чай точно отложим.
– Да уж… Отложим.
Янина подтянула колени к груди, обхватив их руками, и сделала последний порывистый всхлип.
И в этот момент комнату прорезал холодный, гневный голос:
– Что тут, черт побери, происходит?
глава 28
ГЛАВА 28
Земля как-то пошатнулась под ногами Касьяна. Это был не просто пиздец. Это было хуже. Хуже всего, что он мог себе представить в этот момент.
На него смотрели отец и Адам. Холодный, оценивающий взгляд Терлоева-старшего и привычное любопытство брата. Касьян мысленно поблагодарил все высшие силы, что за их спинами не маячила мать.
Истерику Янины она бы истолковала по-своему.
Хотя прибывшая родня и так истолковала ее по-своему.
– Отец…
Батя кинул на него предупреждающий взгляд. Короткий и хлесткий.
Касьян сжал руки в кулаки и сразу же разжал.
Не удостоив сына ни словом, Терлоев-старший решительно направился к дивану, где сидела, сжавшись в комок, Янина.
Каждый его шаг отдавался в натянутой тишине комнаты.
– Янина, с тобой все хорошо? Почему плачешь? – Отец пытался смягчить тон, но вышло не особо.
А значит, отец не просто злился. Он в бешенстве.
И Касьян не мог сказать, что у него не было причин для гнева.
Глаза Янины распахнулись, словно у загнанного зверька. Она замерла, переводя испуганный взгляд с грозного лица отца на Касьяна, ища у него подсказку. И эти ее глаза...
Да блядь...
Касьян смотрел на них и понимал, что не может подобрать ни единого слова, чтобы описать этот взгляд. В нем была вся ее хрупкость, весь ее испуг и беззащитность перед внезапно нахлынувшим миром взрослых.
К Касьяну тихо подошел Адам. Тоже не сказал ни слова. Просто встал рядом. То ли поддерживая, то ли готовясь дать леща первым.
– Я упала со стула. Там… – отмерла Янина и даже указала рукой в сторону кухни. Голос Янины дрогнул, но она сделала над собой усилие, чтобы говорить четко, и продолжила: – Я потянулась за чашкой и не удержалась.
– За чашкой, значит...
– Да.
Отец повел плечами. Он так всегда делал, когда нервничал.
Пальто отца, парка брата, их волосы... На них еще даже не растаял снег. Они спешили. Сначала сюда, потом в дом.
Значит, дорога минимально открыта. Раз они прорвались.
И Адам… Он-то когда к ним прилетел? Так совпало или что? Отец дернул его в ночи?
Касьян стоял, чувствуя, как на него давит вес молчаливого осуждения отца. Взгляда он не опустил.
Им надо остаться вдвоем. Ему и отцу.
На лице Терлоева-старшего четче обозначились скулы.
Он принимал решение...
Основываясь на том, что видел.
А видел он хреновую, как ни крути, картину.
Как его младший сын стоял в довольно двусмысленной позе, по факту нависая над заплаканной девушкой, поджимающей к себе ноги в беззащитном порыве.
Точно пиздец...
И это еще не учитывая, что они добирались сюда сквозь метель! Едва ли не рискуя жизнями.
Касьян прикрыл глаза. Выдохнул. Открыл глаза.
День обещал быть чертовски длинным.
– Как вы добрались?
Адам хмыкнул.
– Отец куда угодно доберется… Было бы желание.
А желание, надо полагать, было.
– Выехать сможем?
– Да. Дороги чистят.
Янина слышала их разговор. Встрепенулась.
– То есть мы сейчас уедем?
– Да. – Это уже батя.
– Может, чаю?
Отец сто пудово готов был отказаться, его опередил Адам.
– Можно и чая.
– Я приготовлю!
Янина едва не слетела с дивана.
Они все трое кинулись ее страховать.
– Не упади на этот раз.
– Я помогу. – Адам снял парку, кинул ее на диван. И, закатав рукава, направился вслед за Яниной.
Касьян остался с батей один на один. Он прямо посмотрел в лицо отцу.
– Я женюсь на ней, – сразу перешел он к делу.
Отец был осведомлен о его симпатии, но явно не ожидал такого серьезного заявления. Он устало провел рукой по лицу.
– Нихрена мы не меняемся…
– Ты о чем, бать?
– О том. С первого раза… Все. Что отец, что я, что вы. Адам вон, правда, подольше продержался. – Он как-то странно хмыкнул.
– Где подольше-то? Через сколько он к своей Даринке в их зачарованный край перебрался?
То, что они вели разговор на спокойных тонах, – хорошо. Но Касьяна не отпускало. Какой-то долбаный сюрреализм, честное слово! Только они собираются поговорить, как происходит какой-то апокалипсис. Взять тусу у Тёмыча. Ведь договорились с Яниной поехать покататься… Ага, покатались.
Сейчас тоже не ахти вышло.
Поговорить им надо. И детально. У Касьяна складывалось такое впечатление, что он не видел всей картины. Как будто что-то важное от него ускользало.
Мадинка как-то ляпнула, что с Яниной он сам не свой. Не такой, как со всеми. Смотрит «букой». Это дословная цитата. Что-то там про дракона еще было.
Он, может, и понимал свои косяки! Но попробуй тут не потерять башку, когда в грудине все давило.
Почудил он, и хватит.
Хорошо, что Янина от него вообще не отморозилась. Не стала шарахаться, как от прокаженного.
Где-то они свернули не туда… С самого начала.
Но ты же дашь мне еще один шанс, девочка?
Отец подошел к нему ближе.
– Было что-то с Яниной? – уже тише стребовал он без каких-либо обиняков.
Касьян кивнул.
– Значит, точно женишься. Не тяни… И девчонку успокой.
***
Они отправились домой. Мужчины семейства Терлоевых и Янина. Самое удивительное, что и метель прекратилась, будто и не бушевала вовсе, оставив после себя лишь хрустящую, ослепительно-белую тишину. Правда, было много заторов на дороге. Машина пробивалась сквозь сугробы медленно и убаюкивающе.
Янина почти всю дорогу продремала.
Касьян, кстати, сел рядом с ней на заднем сиденье. Он как-то осторожно положил между ними свою руку ладонью кверху. Этот жест показался Янине таким трепетным, что ли. И каким-то просящим.
Точно он протягивал мост между ними.
Она молча вложила свою ладонь в его. Пусть… И ей так спокойнее.
А как ее голова в конечном итоге оказалась у него на плече – тот еще вопрос. Машина-то большая, места между ними было предостаточно
По приезде ее сразу же перехватила Софья Маратовна.
– Яниночка… Девочка… Да что же это такое! Ну мальцы! Устрою я им нагоняй… Уши-то поприжимаю!
Прежде чем уйти с мамой Касьяна на кухню, Янина натолкнулась на его взгляд.
Спокойный… слишком спокойный.
На кухне пахло свежей выпечкой и травами. Тетя Соня, не говоря ни слова, обняла ее. Крепко, по-матерински.
– Извини моего сына и его… кхм… друзей, – выдохнула она, грустно улыбаясь. – Молодые, дурные… Может, и влюбленные к тому же.
Янина почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки.
Влюбленные?.. Тетя Соня серьезно?
И что-то такое царапнуло изнутри.
А может, в этом все дело? А?
Поведение Касьяна…
То самое, пугающее, вводящее в ступор. Когда она не понимала, что с Касьяном… что с ней не так!
Сердце ударило о ребра. Остановилось и затарахтело с новой силой. А могло такое быть, что у Каьяна сработал тот самый пресловутый «детсадовский» режим – буду дергать за косичку, потому что нравишься, а подойти никак?.. Вот никак, и все тут.
И она! Тоже хороша! Почему с ним ни разу не поговорила? Не объяснила?!
Не рассказала…
– Тетя Соня, вы что… Какие извинения. Это я должна просить прощения за хлопоты. То одно, то другое. Из-за меня ваш сын…
Она замолчала, а тетя Соня крепче сжала ее ладони.
– Все, что происходит с Касей, не то чтобы норма… Дурковал последнее время. Но кто из мужчин не дурковал по молодости?
Душная теснота в груди исчезла.
– Давайте я вам помогу с ужином.
– Давай.
Но не прошло и пары минут, когда тетя Соня снова остановилась напротив нее.
– Янина… Валид сказал, ты плакала. Скажи честно, это Касьян тебя обидел?
Янина инстинктивно сжала руки женщины, как будто ища в ней опору или пытаясь остановить дрожь в собственных пальцах.
– Нет, – прошептала она, и это была правда. Обиды не было. Была буря, смятение и жутковатая, манящая неизвестность. А еще некое откровение. – Нет, он… он не обидел.
Мама Касьяна засуетилась с новой силой, громко поставила чайник, начала лихорадочно доставать чашки и тарелки с пирогами.
– Знаешь, – заговорила она вдруг, будто меняя тему, но Янина чувствовала – это не так. – Год назад я начала активно искать невесту своему старшему сыну Адаму. А он у нас законченным холостяком был. Так он, представляешь, от моей кандидатуры убежал прямиком в тайгу!
Она хохотнула.
– И с ней же там, в тайге, в итоге и познакомился. Со своей Судьбой.
– С Дариной?
– Угу.
– Тетя Соня, а к чему вы мне это рассказываете? – насторожила она.
Хозяйка дома вздохнула, как будто сбрасывая с плеч тяжесть. Она обернулась, и взгляд ее стал серьезным, проникновенным.
– Я как мать желаю счастья своим сыновьям. Всей душой. Но и бесчестье покрывать не буду. Ни свое, ни их. Касьян тобой увлечен. Сильно. А когда мужчины увлечены, они способны на глупости… мог и напортачить…
Ее взгляд был слишком внимательным, слишком понимающим. Он точно видел насквозь.
Янина опустилась на стул.
Что-то много всего на сегодня…
– Увлечен?
– Конечно! Янина, только не говори, что ты этого не замечала…
Она помотала головой, а потом прижала ладонь ко рту, боясь, что снова разрывается.
Ну точно ПМС.
– Да как я замечу, тетя Соня. У меня не было никакого опыта… И я…
Она замолчала, как-то беспомощно посмотрев на хозяйку дома.
Софья Маратовна побросала все и подошла к ней. Снова обняла.
– Я с ним поговорю. И с его друзьями. А ты давай-ка приходи в себя. Вдохни. Выдохни хорошенько. Думаю, вечер еще не закончился.
глава 29
ГЛАВА 29
Янина сидела в глубоком кресле на утепленной веранде, завороженно наблюдая за снежным хороводом за панорамными окнами.
Ужин прошел в довольно позитивной атмосфере. Адам много шутил, рассказывал про то, как обживается на новом месте. Старшие Терлоевы посетовали, почему он прилетел один. Адам клятвенно заверил, что в следующий раз привезет и Дарину.
Старший сын Терлоевых был более открытым. Он производил приятное впечатление. А еще все мужчины были похожи друг на друга. Сыновья своего отца.
Потом Янина помогла убрать со стола. Спать не хотелось. Не до сна как-то было.
Она поднялась к себе, походила по комнате. Потом прихватила ноут и пошла на веранду. Она места себе не находила. Хотела позаниматься, но какое там. Ни одна строчка не откладывалась в голове.
Она ждала…
Касьяна.
И он пришел.
Вошел и встал в дверном проеме. Янина не стала таиться и делать вид, что не видит его.
Волнение резко подскочило.
– Привет. – Янина решила, что Касьян заслужил, чтобы она сделала первый шаг.
– Привет. – Он мягко улыбнулся.
И все…
Почему… Ну почему он раньше так ей не улыбался!
А еще он в руках держал плед.
Ничего не говоря, Касьян прошел и накинул плед ей на ноги и бедра. Сам присел на корточки.
– Спасибо, – негромко выдохнула Янина и быстро добавила: – Отец сильно ругался?
– Нет. Больше за тебя испугался. Янина, я не знал, что пацаны задумали твое похищение. Они как-то говорили об этом, но я думал, они больше прикалывались.
– Забыли, Кась. Но при встрече я им выскажу.
– А я добавлю.
Они говорили как два заговорщика – полушепотом.
Потом Касьян поменял положение. Встал на стопу полностью и нашел руки Янины. Сжал их. Он смотрел прямо в глаза, и в его темных зрачках плясали отсветы снега за окном.
– Янина, послушай, пожалуйста, что я тебе скажу. Я, черт побери, настоятельно попросил Адама никого к нам не пускать. Телефон оставил в спальне. Потому что, как только мы с тобой собираемся поговорить, что-то да случается.
– Я тоже это заметила.
– Ты на меня не сердишься? Янина, не отмораживайся от меня. Пожалуйста…
По его лицу прошла едва заметная рябь. Точно внутри него бушевала стихия, а он ее сдерживал титаническими усилиями.
Янина замерла в смятении. В груди стало тесно. Жгло там! И одновременно трепетало. Близость Касьяна опьяняла, голос проникал прямо в душу, а руки на коленях ощущались как единственная твердая точка в колеблющемся мире.
– Меня штормило… Там, в горах. Я вела себя неадекватно. Извини.
– Это я вел себя как неандерталец. Да что говорить, Янин… Я с первого дня веду себя по отношению к тебе так. Как придурок конченый.
– Кась…
– Я серьезно. Как увидел в аэропорту, так и завис. И отвиснуть не могу. – Его губы чуть дрогнули в кривой усмешке. – А, оказывается, видишь, еще ничего… Могу как-то разговаривать.
– А до этого… не мог?
Ком встал в горле Янины.
Они разговаривали! Понимаете?..
– Не мог, Янин. Серьезно. Только смотрел.
Его слова привели Янину в смятение. Откуда такие откровения? И почему именно сейчас?
На эти вопросы не было ответов. Все шло от сердца. Значит, именно сейчас пришло время.
– Я не понравилась тебе в аэропорту, чего уж. – Янина тоже решилась.
В конце-то концов!.. Сколько можно, вот честно.
Если и сегодня не поговорят, она съедет. Как-то выкрутится, может, займет у тети Сони. Та ее поймет. Но так больше невыносимо.
У Касьяна брови поползли кверху.
– Не понравилась? Янин… Я только что сказал тебе, что влюбился в тебя с первого взгляда.
Теперь пришла очередь Янины зависнуть. Причем так капитально. Она прямо чувствовала, как ее глаза распахиваются. Шире и шире.
– Влюбился?
– Угу. А ты не поняла?
– Нет, конечно! Откуда?..
– Я как тот мальчишка детсадовский, что дергает девчонку за косичку, потому что иначе не может никак выразить свои эмоции. Янин… Ну прости дурака.
Кажется, Терлоевы сегодня слишком часто говорят это слово. В горле Янины запершило, в глазах запекло.
– Прекрати. Какие извинения. Ты мне стольким помог! Кась…
– Я обижал тебя.
– Когда?
Она не могла адекватно смотреть ему в лицо. Оно расплывалось из-за предательских слез, все-таки выступивших на глазах.
– Ты плачешь, что ли? Янин…
– Нет-нет…
– Янин! – Его голос тоже дрогнул странным образом.
– Обними меня, Кась.
Он тотчас подался к ней. Она с радостью нырнула в кокон его рук.
А еще его сердце так бешено колошматилось рядом с ее рукой.
Он переживал! Сильно-сильно…
– Последние дни были… впечатляющими, – пробормотала она, внезапно осознав, что едва не целует его шею. Жилка билась прямо рядом с ее губами!
И Янина не удержалась, прижалась.
Кася мгновенно одеревенел. Его сердце забилось еще сильнее!
– Так ты на меня не сердишься? – выдохнул он, целуя куда-то ее в затылок.
В его голосе было столько нежности, что она точно еще немного – и не выдержит.
– Ты повторяешься…
– И что?
И правда…
– Касьян… Ты и твоя семья дали мне столько всего, что… – У нее дыхания не хватало. Она хапнула воздух вместе с запахом Касьяна, голова еще сильнее закружилась. – Пусть, как ты говоришь, ты только молчал. И флюидами своими тестостероидными швырялся…
– Чего-о?
– Молчи. Дай скажу… Хорошо?
Он кивнул. Они то ли сидели, то ли стояли. Вцепились друг в друга, отлеплялись, чтобы заглянуть в глаза, и снова прятались друг в друге. Так надо. Именно так в этом моменте.
– Но ты меня возил в универ. Ты не ставил никаких преград мне в доме, то есть ты безоговорочно принял меня. Да, иногда мне казалось, что я лишняя. Но это же нормально! Плюс ты ввел меня в свое окружение, а это… – Она сильнее прижалась к нему. – А теперь что было в горах. Я сначала испугалась, потом разозлилась. Потом мне снова нужен был ты. И это вообще из-за меня тебя сослали в ссылку и… Мы дураки, да?
– Угу.
Он скуповато улыбнулся, ожидая продолжения ее сумбурных объяснений.
Но Янина молчала. Она сказала то, что требовала душа. Остальное потом.
Ей всегда нравились глаза Касьяна. Темные, выразительные. В них запросто можно было утонуть. Или смотреть часами. Янину переполняла невысказанная нежность.
– Я намерен за тобой ухаживать. – Касьян понял, что она выговорилась, и выдал этакое резюме.
Янину внутренне затрясло.
– Прямо ухаживать?
– Прямо ухаживать. Завтра идем в кино.
– Кася…
Он быстро нахмурился.
– Говори. Или… – Он весь подобрался. – Не идем?
Янина поняла, что за, казалось, довольно простым вопросом про кино кроется куда как большее.
Ответ на то, о чем Касьян говорил ранее.
Янина снова себя чувствовала наивной дурочкой. Все у нее не как у людей. Нет чтобы порадоваться и броситься к Касьяну на шею. Открыться. Ежится, кукожится…
Но по-другому Янина не могла. Она училась открываться людям!
– Конечно, идем.
Всего два слова, а как они могут поменять атмосферу в комнате. Касьян расслабился. И ей дышать стало легче, точно путы, что все это время стягивали грудь, не просто ослабли – они исчезли.
***
– Дай угадаю, у нас с тобой последний ряд?
Касьян с довольным лицом кивнул:
– Естественно, ты во мне сомневалась?
– Ай-яй-яй, Терлоев, ну нельзя же быть настолько откровенным?
Она сейчас с ним кокетничает? Так выходило?
Реально кокетничает!
И... ничего!
Никаких сомнений в душе!
– Почему это нельзя? Мы будем вести себя прилично.
Их взгляды встретились, Янина поцокала языком, типа она поверила.
У них обоих было какое-то лихое настроение, точно они долгое время сдерживали себя, а сейчас все эмоции вырвались наружу. Янина сразу же отметила, как блестят глаза у Касьяна, каким расслабленным выглядит его лицо. И довольным.
Внутренне она шутила: для того чтобы они оба пришли к такому результату, надо было ее похитить. Увезти в горы, где с ней случилась истерика. Потерять девственность и отбить задницу.
В фойе кинотеатра было многолюдно. Они прошли к раздевалке. Касьян помог ей снять куртку.
– Давай сюда.
Он передал куртку контролерше.
– На одну повесьте.
За ее курткой последовала его парка.
Янине нравилось то, что он носит именно парку. С его ростом идеально.
– По попкорну? – предложил Кася, опуская руку на талию Янины.
По коже потекло тепло.
– Давай.
Касьян встал в более-менее свободную кассу. Янина отошла чуть в сторону, чтобы не мешать. Она проверила телефон.
В чате, где была она, Катя и Мадина, висело несколько сообщений. Девчонки желали хорошего просмотра и еще наприсылали кучу смайликов с огнем.
Без намека так. Ага.
Увидев, какие пакеты купил Касьян, Янина покачала головой.
– Это же ведра, Кась!
– Схомячим, не заметишь как.
Он ей подмигнул.
– Ладно, давай сюда мое ведро.
Их зал находился на втором этаже. Они поднялись, здесь уже было меньше народа, многие сидели на небольших диванчиках, дожидаясь начала сеанса.
– У нас пятый зал.
– Я помню, ты говорил.
Свободной рукой Касьян перехватил ее руку. Их пальцы сплелись.
Они почти подошли к залу с цифрой пять, когда позади них послышалось:
– Янина!
Голос был смутно знаком.
Интуитивно нахмурившись, Янина обернулась.
И обомлела.
К ним в форме контролера спешила Ленка Ялдышева. Та самая Ленка, которая ей звонила некоторое время назад. Одноклассница, единственная, кто продолжил с ней общаться.
– Лена?
Янина не скрывала своей радости. Высвободив руку из ладони Касьяна, прижимая ведро с попкорном к груди, она поспешила навстречу к знакомой. Они обнялись:
– Блин, вот так встреча!
– И не говори.
– Вы в кино?
– Да, мы на фильм.
Янина обернулась и посмотрела на Касьяна, тот наблюдал за ними с легкой улыбкой.
– Надо было мне написать, я бы достала вам бесплатные билеты. – Лена лучезарно улыбнулась.
Янина совершенно не поняла смысла сказанного. И дело не в билетах. Зачем ей надо было писать Лене? Тем более она не знала, что та тоже приехала в этот же город. Странно. Янина мысленно отмахнулась. А-а, ерунда. Мало ли что показалось.
Лена стрельнула взглядом в сторону Касьяна.
– Я одноклассница Янины – Лена. Правда, классное совпадение, что мы вот так вот встретились?
– Одноклассница? – тотчас заинтересовался Касьян. – Я Касьян.
– Клево! Приятно познакомиться. Я недавно в городе и пока мало кого знаю, хорошо вот сразу удалось устроиться на работу.
Янина старалась не выказать удивления. Лена осталась в их регионе. Каким образом она оказалась именно здесь? Непонятно.
– Да, хорошо. Лен, я позвоню тебе завтра.
Ялдышева улыбнулась. Янине показалось или улыбка у нее вышла натянутой?
– Конечно.
Подошли еще люди, они стояли у них на пути, преграждая дорогу.
– До встречи.
– До созвона тогда.
Рука Касьяна легла на талию Янины, туда же переместился и взгляд Лены. Она, продолжая улыбаться, махнула рукой, вроде как прощаясь.
У Янины же в голове отчего-то вспыхнули красные флажки и море вопросов. Но они тотчас вылетели из головы, когда они с Касьяном прошли в зал.
По якобы случайному стечению обстоятельств весь последний ряд пустовал. Янина скептически оглядела пустующие места.
– Касьян, только не говори, что ты выкупил весь ряд.
Тот сделал вид, что ее не понимает:
– Не скажу.
– Покажи билеты, – стребовала она.
– Вот, пожалуйста.
Он открыл приложение.
И очень быстро его закрыл.
– Касьян...
– Садись давай уже.
– И куда?
Она обвела рукой все кресла. Парень хмыкнул.
– Выбирай любое.
– Вот ты и прокололся.
Он пожал своими богатырскими плечами и плюхнулся аккурат посередине. С довольной моськой похлопал по соседнему сиденью.
Янине ничего не оставалось делать, как опуститься на него.
– Хочешь признание? – сказала она, устраиваясь удобнее
– Конечно, хочу.
– Я первый раз в кино.
Янина не смотрела на Касьяна, но почувствовала, как ее щеки вспыхнули.
И от признания, и от его взгляда.
– Серьезно, что ли, Янин?
– Ага, серьезно, у нас в городке нет кинозала. Так что...
Вскоре погас свет и пошли анонсы будущих премьер. Они честно пытались смотреть фильм, Янина даже старательно сосредоточилась на сюжете. Но все это продлилось недолго. Точно что-то щелкнуло в воздухе.
Они синхронно посмотрели друг на друга. Интимный полусвет давал хорошую видимость. Пусть Янина не видела глаза Касьяна. Она видела его лицо.
Касьян протянул руку, накрыл ее затылок, подался вперед. Их губы встретились. Они начали целоваться. И только в этот момент Янина осознала, что Кася не прикасался к ней с самых гор!
Она выгнулась в поясе, желая быть ближе к нему.
Мешало все.
Подлокотники между кресел, сами кресла…
Касьян что-то пробормотал ей в губы и убрал подлокотники.
Так намного лучше.
Можно еще ближе. И еще. Вот так. Да-а, сейчас идеально.
– Спасибо за цветы, – прошептала Янина, кутаясь в запахе Касьяна и щурясь от счастья.
Оказывается, от него можно тоже щуриться.
Сегодня она получила свои самые первые в жизни цветы. Для каждой девушки это событие. Самое что ни на есть настоящее.
Приехал курьер, и тетя Соня поднялась с дивана, выразительно посмотрев на мужа. Тот вскинул кверху руки:
– Я ни при чем. А жаль, кстати…
Тетя Соня направилась к двери и вернулась с огромным букет.
– Янина! А это тебе…
Янина, которая сидела вместе с четой Терлоевых в гостиной, удивленно вскинула голову.
Как она поняла, Касьян каким-то образом в универ оформил документы, прикрывающие его пропуски. Она тоже пропустила пару дней. Это нехорошо… Касьян дал понять, что прикроет ее тоже. Но ей необходимо подготовиться. Этим она и занималась. Девчонки скинули ей конспекты. Сегодня занятий не было, воскресенье, поэтому почти все находились дома.
Янина даже сначала не поняла, о чем тетя Соня. Дядя Валид часто дарил цветы жене. Но в основном лично. А тут курьер.
Сначала была реакция на сам букет. Красивый такой… Бело-зеленый. А потом уже и пришло осознание, что он для нее.
Янина не заметила, как переглянулись Терлоевы.
– Янина, ты так и будешь сидеть? – улыбнулась тетя Соня. – Принимай букет давай.
– Это точно мне? – недоверчиво переспросила она.
– Тебе-тебе. Тяжеленный какой, зараза…
И тут Янина точно вышла из коматоза. Подскочила и бросилась к тете Соне.
– Осторожнее! Упадешь же…
Она, естественно, не упала. А то, что споткнулась, – почти не считается. Пунцовая, встревоженная и до невероятности довольная, Янина приняла букет.
– И правда тяжелый, – прошептала она, отчего-то стесняясь смотреть на тетю Соню.
Та с улыбкой наблюдала за ее реакцией.
Янина держала букет и не знала, что делать.
– Там записка есть, – подсказала тетя Соня. – Ты пока посмотри, а я за вазой… Наверное, напольная нужна. И пообъемнее.
Тетя Соня ушла, а Янина еще некоторое время стояла и смотрела на букет. На лепестки роз, на бутоны.
Потом достала небольшую карточку.
«Сегодня у нас первое свидание. В 19-30. Буду ждать».
Янина и тогда знатно протупила. Первое свидание?!.. У нее встреча с Касьяном! И да, в 19-30…
И лишь тогда до Янины ка-ак дошло! Кровь прильнула к щекам. Счастье – тоже.
Она на этот букет не могла налюбоваться. Смотрела снова и снова. А как не смотреть? Как не ждать вечера?..
Волновалась она больше, чем когда собиралась на вечеринку к Артему. Еще тщательнее укладывала волосы, расчесывала их минут пять, потом утюжком проводила, чтобы они блестели. А вот на лицо нанесла минимум макияжа. Ей не хотелось казаться вульгарной. Из одежды выбрала широкие удобные джинсы и объемную кофту, которую потом сменила на черную блузку с широкими рукавами.
Касьяну понравилось то, что он увидел. Он тихо присвистнул.
– Не свисти, – тотчас одернула она его.
– Тараканы заведутся? – Он прижал ее к себе и быстро чмокнул в лоб.
Большее в доме они себе не позволяли.
Зато сейчас отрывались.
– Тебе понравились?
– Очень…
Она не стала говорить, что и букет – тоже первый в ее жизни.
Они целовались и целовались. И едва не рассыпали попкорн. В последний момент Касьяну удалось перехватить ведро.
– Уф!
Янина зажала рот рукой, чтобы не рассмеяться.
– Мы бы натворили дел, – тихо прошептала она.
Если бы кто-то ее спросил, понравился ли ей фильм, она бы не задумываясь ответила, что очень. Она потрясающе провела время. Кайфанула от души. А то, что щеки пылали и губы пощипывало, – это другое…
