Текст книги "По закону гор (СИ)"
Автор книги: Марина Кистяева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
глава 22
ГЛАВА 22
Янина вытерла руки о полотенце, чувствуя, как под взглядом Касьяна нагревается спина. Она медленно обернулась
Он стоял в дверном проеме со скрещенными на груди руками.
– Где мне спать?
Этот вопрос волновал ее последние пять минут.
– Рано еще. Время девять.
– Я лягу, Касьян.
Он медленно кивнул.
– Как скажешь, – и уже тише добавил: – Может, и правильно. Пошли, покажу, здесь есть гостевая.
Касьян повел ее по коридору, и Янину снова накрыло воспоминанием. Всего несколько недель назад он так же вел ее по их дому. А казалось, вечность прошла…
Тогда у нее ноги подкашивались. Подкашивались и сейчас. Да что она за человек такой? На ее месте другие девушки давно бы сориентировались, не терялись.
Но она не другие, в том-то и дело.
Он шел рядом, и пространство между ними будто искрило и сжималось. Его рука случайно задела ее локоть, и по коже побежали мурашки.
Они поднялись на второй этаж.
– Вот.
Коротко и лаконично.
Янина протиснулась мимо Касьяна. Он специально так встал!
В висках застучало. Добром этот вечер не кончится.
Она шагнула вперед.
Как оказалось, зря.
Потому что он тотчас оказался рядом. За ее спиной.
Сердце Янины колотилось так громко, что ей казалось, он его слышит.
Она упрямо вздернула подбородок кверху. Пусть только попробует тронуть ее. Пусть только попробует…
Тогда почему все замерло внутри от некого предчувствия?
– Спокойной ночи, Янина, – тихо сказал он и сделал последний разделяющий их шаг.
– Не надо, – выдохнула она, разворачиваясь к нему и выставляя руку между их телами.
Касьян замер. Его лицо стало абсолютно непроницаемым, каменным. Он медленно выпрямился, отступил на шаг, его взгляд потяжелел.
У Янины пальцы на ногах подогнулись.
Уходи… Уходи же!
Она должна была сказать эти слова вслух.
Но не сказала.
Он развернулся и вышел.
Она должна была радоваться. Касьян ее не тронул! Ушел…
Тогда почему она стояла истуканом?
Она сделала прерывистый вдох, готовая рухнуть на кровать.
Но тут же дверь снова распахнулась, и огромный мужской силуэт снова заполнил дверной проем. Касьян двинулся к ней так быстро, что она не успела даже вскрикнуть.
Она отшатнулась, но его руки уже впились ей в плечи, прижимая к стене. Он наклонился, прижался лбом к ее лбу.
– Я добьюсь тебя, – надсадно выдохнул Касьян, обжигая ее лицо теплым дыханием. – Ты слышишь меня?
Его слова повисли в воздухе. Касьян не ждал ответа.
Сказал, что хотел, развернулся и повторно вышел.
Янина зажала рот рукой.
Слабачка…
Глаза предательски защипало.
Он же ей тоже нравился. Сильно…
Метель и не думала стихать. Янина честно пыталась заснуть. И ладно бы только это.
Почти в такую же снежную ночь, когда мороз достиг едва ли не максимальной отметки в их крае, за отцом пришли. И она выбежала вслед за полицейскими, умоляя его не забирать.
А потом слегла. Почти на неделю.
И сегодня все те демоны, что терзали ее в болезни, вернулись. Глупо, конечно, но Янину пробрал жуткий страх.
Она даже под одеяло с головой нырнула. Потом разозлилась на себя, откинула его и вскочила.
Она не переодевалась. Не во что было. А с Касьяном говорить про одежду для сна… Что он ей предложит? Свою футболку?
О том, чтобы надеть его футболку, не могло быть и речи.
Хотя…
От мысли, что подобное может произойти, сердце скатилось в живот.
Нет…
Она не выдержит.
Янина вышла из спальни. Дом не спал. Она задержалась на минуту, уперев руки в стену. В висках барабанило.
Она точно решила? Ей это точно надо?
Нет. Но ноги несли вперед, ее точно невидимая сила толкала.
Янина осторожно пошла по коридору, стараясь не скрипеть половицами. Точнее, паркетом.
Так же осторожно она спустилась вниз.
Касьяна она увидела в той же комнате. Он сидел у камина с початой бутылкой вина. Пил прямо из горла.
А ведь он не пьет. За время знакомства она ни разу не видела его даже за пивом. Точнее, видела, но за безалкогольным.
А тут… Горло свело неприятной судорогой.
Из-за нее все!.. Из-за нее…
А еще он почти сразу отреагировал на ее появление. Услышав ее шаги, повернул голову на звук.
Янину точно снесло невидимой волной.
– Не лучшая идея, Янин.
– Я знаю.
Они оба поняли, про что он.
Янина сделала еще несколько шагов к нему.
Он отвернулся и поднес бутылку к губам.
Она осторожно опустилась на шкуру рядом с ним, соблюдая дистанцию, достаточную, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Но достаточно близко, чтобы ощущать исходящее именно от него тепло.
Янина уставилась на огонь. Пламя плясало, поглощая поленья, и его гипнотический ритм немного успокаивал вихрь внутри.
– Не могу уснуть.
Она это ему сказала или себя оправдывала?
Касьян повернул голову к ней. Она видела боковым зрением его движения.
Чувствовала, насколько он близко…
И это пламя. Этот огонь.
Как в сказке...
А у сказок в большинстве случае счастливый конец.
– Еще не успокоилась? Что-то болит? – отреагировал Касьян.
Вот зачем он так?..
– Нет. – Для пущей убедительности она покачала головой, все еще не в силах встретиться с ним взглядом. – Просто... не люблю метель.
– Почему?
Янина замялась. Огонь давал успокоение, его тепло ласкало кожу.
– Папу в метель забрали.
Касьян не стал комментировать.
Наверное, он знал какую-то часть ее истории. Про то, что отца посадили и он умер в тюрьме – так точно.
Как Янина ни старалась, тоска о близких людях выедала душу. Еще не отболело. Да и отболит ли когда-то.
Касьян сделал еще один глоток вина, его горло двигалось медленно и размеренно.
– Тебе не предлагаю.
Она едва заметно улыбнулась.
– Не надо... я не люблю алкоголь.
Они замолчали. Треск огня и завывание ветра создавали интересный контраст.
Это молчание было странно комфортным, не таким тяжелым, как раньше.
– Расскажи о себе, – нарушил тишину Касьян. – Ты не спешишь раскрываться.
Янина, сама того не замечая, сгребла шкуру.
Вон он, удобный случай! Расскажи…
О тех флешбэках, которые не дают тебе спокойно жить.
Но Янина мысленно поставила блок. Сегодня и так было достаточно эмоций. Куда уж больше.
И это вечер еще не закончился.
– Привык, что девчонки в твоем обществе балаболят без устали? – Янина постаралась не выдать себя, даже улыбнулась.
Она видела, как вокруг него вьются девчонки. Слышала, с какой регулярной частотой его обсуждают.
А он...
Тут сердце пропустило удар.
Он ни разу при ней не проявил интереса к какой-либо другой девочке.
– Нет. – Касьян криво усмехнулся, снова делая глоток. – Я сам не особо разговорчив. Не люблю пустую болтовню.
– Я заметила.
Что-то в нем изменилось. Янина уловила эти изменения на уровне инстинктов. У нее на загривке волосы зашевелились, честное слово!
– А что ты еще заметила?
Пока она лихорадочно соображала, как увернуться от щекотливого вопроса, Касьян пошел ва-банк.
Он, точно делал это десятки раз, развернулся и лег ей на колени, запрокинув голову так, чтобы видеть ее лицо.
Пульс у Янины мгновенно разогнался до немыслимых частот.
– Эй… – протестующе прошептала она.
По ее телу прокатился жар. И огонь тут был ни при чем.
– Тс-с-с...
Он прикрыл глаза.
– Я ничего тебе не сделаю. Давай уже, Янина, рассказывай о себе.
Сердце ударило по ребрам. Адреналин скакнул до десятибалльной отметки. Это было безумием. Чистой воды.
Но мало того что она не скинула его с ног, так ее пальцы, будто живущие сами по себе, сначала осторожно опустились ему на плечо.
Какой же он... твердый. И горячий. Безумно просто.
И мускулы такие... впечатляющие.
Янина поджала губы. Она точно не спит? И она точно не попала ни в какую параллельную реальность?
Его штормило. Она знала. Его кидало из крайности в крайность. То, что между ними случилось часом ранее, – такой же выброс адреналина, как и у нее сейчас.
Он испугался за нее. Она это видела. Там, у машины…
А дальше все покатилось, понеслось.
И вот сейчас он лежал у нее на коленях. Дышал через раз. Его грудь поднималась и опускалась неравномерно. Он волновался, так получалось?
Этот вопрос был риторическим.
Она мысленно выдохнула.
И пошла дальше. Сместила руку выше. Пальцы сами скользнули в его короткие, удивительно мягкие волосы и начали их перебирать, ощущая каждую прядку.
Она глубоко вздохнула.
Треск камина успокаивал.
Присутствие Касьяна успокаивало.
– Последние три года были сложными, – начала она, голос все-таки дрогнул. – После папы все рухнуло. Мама тоже не справилась. Они сильно любили друг друга. Она старалась, я видела... Но не смогла. Я иногда думала, что их любовь как лебединая…
Она остановилась. Продолжать было тяжело.
Она почти ни с кем не разговаривала про то свое прошлое. Зачем? Те, кто был вокруг, и так все знали.
Крупное тело Касьяна напряглось.
– Ты хочешь такую же любовь?
Янина улыбнулась и еще плотнее начала всматриваться в огонь.
– Какие интересные ты вопросы задаешь.
– Какие уж есть.
Он вроде бы улыбнулся.
– Я очень благодарна твоим родителям за помощь. Меня же и в институт не хотели брать... там, у себя. Некоторые люди постарались. Мне в глаза сказали, что я вылечу. Что найдут причину.
– Суки…
– Касьян…
– Но ведь суки…
– Не ругайся.
– Ок. Продолжишь?
– Что говорить-то? Так и живу… Иногда кажется, что я все время бегу, но не могу никуда прибежать.
Она говорила, а ее пальцы продолжали нежно перебирать его волосы.
Он даже голову подставлял под ее ласки… Это она потом поймет.
– А у нас?.. Ты адаптировалась?
А это был сложный вопрос. С подковыркой.
– Да…
Она хотела добавить «благодаря тебе», но не решилась.
Они и так перегнули сегодня палку.
Во многом…
– Это хорошо.
Они замолчали. Может, и правильно.
Ей заходила тишина.
С ним…
Казалось, само время замедлило свой бег в этом теплом, оранжевом кругу света.
– Все еще страшно?
Голос Касьяна прозвучал тише обычного.
Можно было подумать, что он задремал. Когда только успел.
Ответить Янина не успела, он вкинул еще один вопрос:
– Настолько боишься метели?..
Янина пожала плечами
– Это как с темнотой. Наверное…
– Монстры, прячущиеся под кроватью?
– Угу.
– И в шкафу.
– И в шкафу.
Она ни за что в жизни не призналась бы, что сейчас, в эту секунду, с его тяжелой головой на коленях, ей не было страшно. Что его присутствие, каким бы угрожающим оно ни было, рассеивало кошмары.
Признаться в этом значило открыть дверь, в которую он тут же ринулся бы. В этом она не сомневалась.
Его рука как бы невзначай сместилась ей на колено. Может, это и на самом деле вышло интуитивно. А может, и нет. Она опустилась, припечатала свой тяжестью.
И это прикосновение жгло.
А потом Касьян начал подниматься.
Медленно, по-звериному хищно. С той самой пугающей ловкостью, от которой отчего-то тяжелел низ живота. Его начинало как-то странно сводить. Касьян поднялся, встал на колени перед ней, оказавшись так близко, что их лица теперь находились в сантиметрах друг от друга.
Его дыхание обжигало ее губы.
Янина осталась на месте. Не двигалась.
Он навис над ней. Большой. И сильный.
Подался к ней…
И снова, как тогда наверху, его губы не поцеловали ее. Он только лишь мазнул по ее лицу…
– Касьян, ты…
Ее голос сорвался, превратился в сдавленный шепот.
Его глаза горели темным, почти черным огнем.
– Что, Янина, вот что, а? – Он выдохнул это с такой интонацией, словно ему самому было невыносимо больно от напряжения, что разрывало его изнутри.
Она чувствовала, как земля уходит из-под ног. Разум кричал об опасности, сиренами визжал о том, что они подошли к какой-то окончательной, необратимой черте. Переступишь – и назад дороги не будет.
– Не знаю, – прошептала она.
И это была чистая правда. Она ничего не понимала. Ни в его внезапных перепадах, ни в своем собственном отклике на них, ни в этом странном чувстве, что крыло ее с головой. Сводило с ума. Тревожило. Било.
Касьян провел рукой по лицу.
– Если ты останешься здесь еще хотя бы на минуты, я тебя трахну.
– Ты пьян, Терлоев.
– Пьян.
Несмотря на слова, взгляд Касьяна говорил об обратном.
Наступила тяжелая пауза. Он изучал ее, его глаза скользили по ее лицу, по ее сведенным плечам.
– У тебя был парень? – выдал он через минуту.
Вопрос был настолько неожиданным, что Янина на секунду опешила.
– Что?
Касьян пошел еще дальше.
– Ты девственница?
Теперь он прищурился. Его кадык дернулся.
Возмущение накатило на Янину одной ослепляющей волной. Щеки вспыхнули багровым румянцем.
– Это не твое дело! – Она попыталась оттолкнуть его и подняться, но Касьян оказался быстрее.
Его рука молниеносно сомкнулась вокруг ее запястья, держа крепко, но не причиняя боли. Он не тянул ее на себя, не пытался даже удержать силой.
Он просто смотрел. Смотрел. Смотрел. Точно выжигая на ней невидимые следы… Или прикосновения.
Янина тоже не спешила вырывать руку. Хотя надо было бы.
Секунды растягивались в вечность. Она видела каждую черточку его лица, каждую ресницу, отбрасывающую тень на скулы, легкую щетину, темнеющую на щеках.
И потом, так же внезапно, как и схватил, Касьян разжал пальцы. Напряжение в его плечах усилилось. Но он позволил ее руке упасть.
глава 23
ГЛАВА 23
Янина, словно очнувшись от транса, вскочила.
Надо уходить… Надо. Хватит.
Ноги были ватными, но она заставила их передвигаться. И еще как! И вот она снова поднималась по лестнице в гостевую комнату.
Спиной же она чувствовала тяжелый, пристальный взгляд Касьяна. Он не отпускал ее. Примагнитился.
А дальше и вовсе послышался шелест движения.
Касьян тоже поднялся.
И тоже пошел за ней.
Лицо у Янины горело. Кожа горела. Она вся горела!
И это было только начало. Она же это понимала?
Да.
Вот да, и все тут.
Тяжело сглотнув, Янина вцепилась в перила. Ей необходима опора, иначе… Мысль где-то оборвалась на полуслове, потому что Янина отчетливо поняла – Касьян не даст ей упасть. Ни за что в жизни.
Шум в ушах нарастал. Янина шла не оборачиваясь. Боясь увидеть подтверждение тому, что чувствовала каждым нервом. Ее шаги по скрипящим ступеням казались ей оглушительно громкими.
Шаг. Еще шаг.
Он шел за ней...
Не догонял, не торопил. Просто неотступно следовал, как тень, как предначертанная судьба, от которой не убежать. Янине казалось, что все это происходит не с ней, а с какой-то другой девушкой, бесстрашной и готовой на безумства. А она лишь зритель в собственном теле, парализованном страхом и странным, щемящим любопытством.
Она дошла до гостевой, рука сама потянулась к ручке.
Шагнула внутрь.
Дверь же не закрыла.
Сердце не просто колотилось в груди. Оно сходило с ума.
Как и она сама.
Что она творит... Что... Мысли путались, превращаясь в хаотичный вихрь.
Касьян вошел следом, мгновенно заполнив собой пространство комнаты.
Янина встала как вкопанная посреди комнаты, не в силах пошевелиться. Касьян приблизился. Встал вплотную к ней.
Он обнял ее со спины. Прижал к своей груди, сковав движения. Его губы коснулись ее уха.
Мгновение било по нервам нещадно.
Касьян, шумно выдохнув, зашептал, и от этого шепота по коже побежали мурашки:
– Я буду нежен, обещаю...
Это все, что он сказал.
Наверное, больше и не требовалось.
Шум в ушах Янины усилился.
Она завела руки за голову… коснулась Касьяна…
И все. Спусковой крючок сорвало.
Дальше он начал целовать ее шею сзади. Его поцелуи были медленными, исследующими, почти благоговейными. Он не торопился, словно вкушая каждый миг, каждую ее содрогающуюся реакцию.
Она зажмурилась, внутри нее бушевала война. Страх сжимал горло ледяными пальцами, умолял вырваться, убежать. Но было и другое. Глубокая, непонятная потребность в нем, пьянящее головокружение от его прикосновений, от его силы, которая одновременно пугала и притягивала.
Касьян легко, почти без усилий, подхватил ее на руки и понес к кровати.
Она не сопротивлялась, лишь вцепилась пальцами в ткань его рубашки, уткнувшись лицом в его плечо.
Мир плыл, теряя очертания. Он уложил ее на прохладное белье, не отпуская, не разрывая контакта.
В его глазах застыли решимость и та самая нежность, которую он обещал.
Касьян замедлился:
– Янина, я могу еще уйти. Останови меня.
Пауза.
И шум в ушах…
Янина молчала. Точно в замедленной съемке подняла руку и дотронулась до его колючей скулы. Оброс… Не брился…
Темнота в комнате была не абсолютной. Свет луны пробивался сквозь щели в шторах, ложился полосами на пол и на кровать.
– Не бойся, хорошо? Если что-то пойдет не так, – он шумно сглотнул, и его кадык нервно дернулся, – говори. Поняла меня?
Она быстро-быстро кивнула.
Вот так у них во всем. С первого же взгляда. Противоречия и безумное притяжение. Из одной крайности в другую.
Его руки, упертые в матрас по обе стороны от ее головы, были двумя опорами ее нового, сузившегося до размеров этой кровати мира. От Каси пахло горным воздухом, деревом, теплой кожей и чем-то острым, мужским.
Тем, что рождало тяжесть внизу живота.
Она хотела его.
Касьяна.
Пусть он будет ее первым.
Пусть он будет ее… единственным?
Блажь, конечно, но какая верная в моменте!
– Я не боюсь, – выдохнула она.
Она не врала. Она не боялась. Его так точно. Не здесь и не сейчас.
Да и если вспомнить… Хотя бы раз Касьян сделал что-то, что причинило ей физический вред или повлекло нечто нехорошее?
Нет. Тысячу раз нет…
Касьян склонился ниже, его дыхание стало осязаемым. Оно коснулось ее щеки. Скользнуло к шее, заставив Янину непроизвольно сглотнуть.
И, наконец, достигло губ.
Янина чувствовала его всем существом, каждым нервным окончанием. Тело выгнулось в немом, древнем порыве, и, прежде чем она осознала это, она уже тянулась к нему навстречу, сама, без каких-либо мыслей, повинуясь жгучему магнетизму.
Их губы встретились. Снова. Сначала неуверенно, вопросительно. Потом жажда взяла верх. Они целовались. Еще и еще. Губы к губам. Его язык скользнул в ее рот, и у нее перехватило дыхание. Исчезло все. Абсолютно. Было только его вкус и тяжелое тело, нависшее над ней.
Руки Касьяна скользили по ее бокам, обжигая кожу даже через ткань. Он касался ее плеч, спины, талии, бедер. Каждое прикосновение было будто маленьким открытием, новым законом, который он писал для ее тела. Она тонула в этом, теряла границы, переставала понимать, где заканчивается она и начинается он.
– Раздену тебя? – Хриплый голос Каси прозвучал прямо у ее уха, и от этой хрипотцы ее снова пронзила сладкая дрожь.
– Да.
Кася приподнялся, и холодок ночного воздуха коснулся ее кожи. Он снял с нее свитшот одним точным движением. Потом взялся за пряжку на джинсах. Металл звякнул в тишине, молния распахнулась с резким звуком. Он стянул джинсы с ее ног, не спеша, не делая лишних суетливых движений. Янина ему за это была отдельно благодарна.
Страх нет-нет, а пробирался внутрь.
Ее первый раз… С ним…
Она пыталась рассмотреть его лицо. Более того! Ей хотелось… Но света было все-таки ничтожно мало.
А может, и к лучшему. Потому что теперь она лежала в одних белых хлопковых трусиках, чувствуя себя невероятно обнаженной и уязвимой под его пристальным взглядом, который она даже не видела, но ощущала физически.
А Кася?.. Он что-то видел?
Его пальцы зацепили резинку на ее бедрах. И тут инстинкт, древний и неконтролируемый, заставил ее судорожно вцепиться в его руку.
Он замер. Не оттолкнул, не настаивал. Просто замер. В темноте она услышала, как он тяжело дышит.
А потом он снова наклонился, и его губы нашли ее в полумраке. Его губы успокоили ее.
Правильно. Так и надо.
– Продолжай, – шепнула она.
Ее рука каким-то образом оказалась на его груди. И прямо под ее ладонью ударило его сердце.
Боже.
Боже!..
– Приподними бедра, – попросил Касьян. Его голос было не узнать.
Он тоже волновался, да?
Этот сильный и такой красивый парень.
Ее парень…
Пусть не завтра и не навсегда. Так далеко Янина не хотела заглядывать.
Но сегодня он ее.
Его ладонь легла на ее лоно поверх тонкой ткани. Он не давил, просто положил, и жар от его руки мгновенно растекся по телу, заставив вдохнуть глубже. Затем он начал гладить, медленно, плавно, задевая край трусиков, и каждое круговое, ласкающее движение распространяло по ее коже огонь, сжигающий последние остатки страха. Она застонала в его рот, и ее пальцы разжали свою хватку.
Он снял трусики.
Они оба на мгновение замерли.
Тишину комнаты разрывало только его дыхание. Тяжелое, прерывистое, надсадное.
А еще он снова смотрел на нее.
Янина, наверное, никогда не привыкнет к его взглядам.
К его вниманию. К тому, что она едва ли не центр его вселенной.
Она чувствовала его взгляд на каждой клеточке своей обнаженной кожи, и это было пыткой и блаженством одновременно.
– Раздеваюсь? – снова уточнил Касьян.
– Да…
Точно для подтверждения своего окончательного решения, Янина закивала. Снова закрыла глаза, не в силах вынести интенсивности этого момента. Она слышала, как зашуршала его одежда, как упал на пол ремень. Потом матрас прогнулся под новой тяжестью, и его горячая обнаженная кожа коснулась ее ноги.
Янина ахнула. Касьян лег рядом, не накрывая ее собой сразу, а просто притянув к себе, прижавшись всем телом.
Его руки снова заскользили по ней, но теперь уже без преград, изучая каждый изгиб, каждую выпуклость и впадину. Его ладони были везде. Снова и снова.
Он касался ее груди. Ее живота. Трогал.
В какой-то момент Янина выгнулась, не в силах лежать неподвижно.
И потянулась к нему…
К его силе. К его теплу. Они снова целовались.
– Янина.
Собственное имя казалось инородным в той вселенной, в которой Янина сейчас оказалась. Был только Касьян. Его руки. Губы. Он сам.
Она тонула в ощущениях. Голова действительно шла кругом, пульс стучал в висках, в горле, в самых сокровенных местах.
Она сама начала трогать его. Сама целовать.
Их движения становились все более хаотичными, требовательными.
Еще… Да, еще.
Янина потерялась. Она все сильнее прижималась к Касьяну. И ей нравилось!.. Ей, черт побери, так нравилось… Чувствовать его большое, крупное тело рядом. Его жар… Да-а, его тепло – это вообще отдельный фетиш Янины.
Она им дышала, она куталась в него. И хотела делиться своим.
Мир перестал существовать. Остались только эта темнота, лунные полосы на простыне и Кася. Его руки, его губы, его дыхание.
Он переместился чуть ниже. Развел ее ноги в стороны.
Замер.
Внезапно тишина в комнате зазвенела. Янина откинулась на простыню и уже сама развела ноги шире.
– Кася… Кася…
– Я тут… Можно же, Янин? Мне можно?..
Ему можно было все. Он дотронулся ладонью до ее горячего лона. Осторожно. Даже трепетно. Янина через стиснутые губы втянула в себя воздух.
К ней там прикасались пару раз… Насильно. Когда заставали врасплох и умудрялись зажать так, что ей не всегда удавалось вырваться.
Неприятные воспоминания пронеслись и испарились.
Потому что был Кася! И его прикосновения.
Теперь Янина выдохнула… Если кому она и доверяла, то только ему. Безоговорочно. Себя доверяла…
Его пальцы несли мелкие электрические разряды. Приятные. Они будоражили и усиливали ощущения внизу живота. Еще как усиливали!
Янина снова обняла Касьяна. Провела руками по его спине, отметив, что она в испарине. Он настолько сдерживал себя, так получалось?
Он немного сместился. Она чувствовала его напряжение, его готовность. Сердце ушло в пятки, но назад пути не было. Да она и не хотела назад.
– Готова?.. Янина, я больше не могу…
– А презерватив…
– Черт… Нет у меня его.
Они оба зазвенели.
Янина прикрыла глаза. Да, она дура…
– Ты же выйдешь?
– Да.
Одной рукой он приподнял ее бедро, другой навел себя. Она чувствовала прикосновение, горячее и влажное, у самого входа в себя. Все ее тело напряглось в ожидании.
– Расслабься. – Кася снова поцеловал ее, и начал входить.
Боль была острой, режущей, совсем не такой, как в романтических книгах. Она вскрикнула, коротко и глухо, и ее ногти впились ему в плечи. Он замер, весь как струна, дрожа от усилия сдержаться.
– Прости, – выдохнул он.
Он не двигался, только губами гладил ее лицо, шептал что-то бессвязное, бессмысленное.
– Янина… Девочка… Потерпи… Пожалуйста, потерпи….
И правда, острая боль начала отступать, превращаясь в глухое, ноющее распирание. Кася был больше, чем она могла предположить, и он заполнял ее всю, казалось, едва ли не до самого горла.
Не было ни одной мысли, ни одной клеточки, которая не чувствовала бы его.
Он начал двигаться. Медленно, осторожно, все время следя за ее дыханием, за малейшим движением ее тела. Каждый его толчок отзывался новым витком странных ощущений. Боль еще была там, на дне, но поверх нее накатывало что-то другое. Что-то теплое, тяжелое, приятное. Тяжесть, которая росла внизу живота, с каждым его движением становясь все плотнее, все сладостнее.
Янина обняла Касьяна за шею, прижалась к нему, точно ища спасения. Ее тело начало подстраиваться под его ритм, отвечать ему какими-то своими, еще неосознанными движениями. Она слышала его стоны, чувствовала, как вздуваются на спине мышцы под ее ладонями.
И тогда это случилось. Тяжесть, что копилась внутри, вдруг накрыла Янину. Волной тепла, разлившейся от самого центра вовне, к кончикам пальцев. Спазмом, который заставил ее вскрикнуть и впиться в плечи Касьяна еще сильнее.
После чего Янина обмякла. Прижалась к Касьяну. Лишь бы не отпускал!.. Лишь бы был рядом!..
Он толкнулся максимально глубоко... Максимально! Янина чувствовала его всего. Обняла интуитивно.
А он, выругавшись, ринулся назад, вышел из нее и быстро заработал рукой, кончив на простыню.
Янина притихла.
Офигеть...
Они переспали...
Она переспала с Касьяном!
Пульс шпарил по крови. Надо как-то собраться. Руки, ноги... Но какое там.
Касьян рухнул рядом всем своим весом, заставив пружины кровати жалобно скрипнуть, и в следующее же мгновение притянул Янину к себе. Сильно, почти до хруста в костях. Прижал спиной к своей груди, к еще влажной от пота коже.
Его большое тело согрело ее, накрыло. Его руки обвили ее, одна легла на грудь, ладонью прикрывая ее сердце, другая на живот. Ниже, чем в данный момент требовалось. Почти на лобок. Но Янина и не думала сопротивляться.
Пусть…
Ей нужно тепло Касьяна.
Ей нужен он сам.
Сильно-сильно.
Касьян тяжело дышал прямо ей в волосы. Его губы касались ее затылка. Почти невесомо… Но Янина чувствовала! И это было так интимно, что голова невольно закружилась.
Они так лежали, почти не шевелясь, несколько минут. Тишину нарушало только их выравнивающееся дыхание и бешеный стук сердец.
