Текст книги "Стрекоза (СИ)"

Автор книги: Марина Тетерина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)

   М-да, кажется, пора завязывать с алкоголизмом.

   Впрочем, собутыльники у меня исключительно эксклюзивные. Я скосила глаза на обнимавшую меня руку: длинные пальцы, как у музыканта, крепкое запястье, взгляд скользнул выше – угольно-чёрная татуировка на предплечье. Миленький образец нательной росписи. Оу, вот ты какая, чёрная метка местного эпика.

   – Налюбовалась? – Хрипловатый голос окатил меня ледяной волной. За своими размышлениями я совсем не заметила, что ритм дыхания прижимавшего меня к себе человека изменился.

   – Нет ещё, – возразила я, нагло призвав в вытянутую руку свои очки.

   Напялив на нос свой стрекозиный артефакт, я вновь уставилась на вышедшую из широкой моды татушку. Снейп демонстративно не убирал руку, хотя я чувствовала, что мой повышенный интерес вызывает у него в лучшем случае просто бешенство. Ну что я могу сказать, Томми Риддл был гением, такое клеймо так просто не обойдёшь, так что Северус – гений не меньший, раз умудрялся водить того за нос. Я медленно скользила кончиками пальцев по абрису магического рисунка, в очередной раз поражаясь крайностям этого мира. Метка была впаяна в энергетику намертво и отметилась по всей ауре, на такое можно согласиться лишь по глупости или от безысходности, хотя я сомневаюсь, что главбосс-радикал рассказывал об особенностях своей метки. Так что вначале он брал своей харизмой и идеями, а с катушек съехал уже потом. Помогли. Откуда такая уверенность, непонятно. М-да...

   – Ну и? – не выдержал зельевар, недовольно ворча мне в затылок.

   – Без шансов. Если не хочешь повторения ситуации в первую магическую, у тебя только один путь: не допустить возрождения своего сюзерена, – грустно вздохнув, выдала я вердикт. Очки полетели обратно на груду сваленной в спешке одежды.

   Мужчина напрягся, как вставшая в стойку борзая.

   – Есть предпосылки?

   – Идиоты найдутся, – усмехнулась я.

   – Это предсказание? – Скепсис в голосе был вполне оправдан, учитывая, что расклад по своему дару я выложила уже давно.

   – Констатация факта, – отрезала я.

   – Вот как? – фыркнул Снейп. – Поясни.

   – Элементарно, Ватсон, – с интонациями Ливанова объявила я. – Кукловод не отпустит так просто свою любимую марионетку.

   Северус молчал долго. Настолько, что мне уже стало страшно, не перегнула ли я палку, оскорбив разом его двух работодателей, если что, отсюда у меня убежать не получится. Моя Прелесть предупредительно заворчала, уловив отголоски моего страха.

   – Допустим, – наконец произнёс он. – А смысл?

   – Старо как мир, – пожала я плечами. – Власть, золото, долголетие.

   Снейп развернул меня к себе, впившись в лицо пронзительным яростным взглядом.

   – С этого момента поподробнее!

   – Да без проблем. То, что дутая слава победителя Гриндевальда скоро померкнет, было известно с самого начала. Полагаю, поэтому он озаботился новым противником заранее.

   – Дутая слава, – зельевар сразу вычленил из моей речи нехарактерный для британцев оборот.

   – Ну да, во-первых, Геллерт был его лучшим другом, во-вторых, думаешь, просто так долькоман безвылазно засел в школе и боится сунуться на материк? МКМ хоть и называется международной, но таковой в полной мере не является. Что-то мне подсказывает, что на месте президента Конфедерации магов его просто терпят, и появляется он там только на заседаниях, впрочем, с таким фамильяром это не проблема. Занятость – только отговорка, в Европе хорошо знают его похождения, а славяне его живым вообще не выпустят. Всё же начинал Гриндевальд вместе с Дамблдором, и у тех к нему накопилось немало вопросов. Волхвы отличаются крайней злопамятностью и мстительностью. Кто владеет информацией, тот владеет миром, Сев, – горько усмехнулась я. – Поэтому запреты, сокрытие, искажение сведений. Я прекрасно понимаю, за что на самом деле боролся Лорд, а с его исчезновением война не закончилась, она перешла в информационную стадию всеобщего отупения.

   Северус замолчал вновь, надолго задумавшись, судя по его затуманившемуся взгляду, витает он где-то сейчас в астрале в невидимых для меня далях. О политике Лорда – да и Дамби – он знает побольше меня, я-то вообще строю предположения и догадки, но, по моему разумению, серьёзные люди (а представители древних родов иными быть не могут, и мой коллега тому подтверждение) никогда бы не пошли за безумным фанатиком. Чтобы поднять элиту на гражданскую войну, пусть и назревающую постепенно, нужна недюжинная сила, и не только личная, а также дьявольские мозги, политическая программа и план вывода страны из кризиса. Как показывает окружающая действительность, у Ордена любителей цыплёнка табака ничего такого не было, я понимаю, что безграмотными и запуганными людьми управлять легче, но в случае кризиса они подспорьем не станут. Для этого мы не в той стране живем. Как ни крути, магическое общество сословное, я бы даже сказала кастовое, а Дамблдор своими действиями подвёл его к очередной точке напряжения: аристократия против вторженцев, новый взрыв неминуем. Историю пишут победители – это общеизвестный факт. И Снейпу об этом известно не хуже меня.

   – Какое ко всему этому отношение имеешь ты? – очнулся он наконец.

   – То же, что и ты. Я одна из пешек в подготовке Избранного к его великой миссии.

   – Куда ни плюнь, везде Поттер, – прошипел не хуже змеи зельевар. – Он-то здесь при чём?

   – Когда Тёмный Лорд многоразового использования вернётся, МагБритании нужен будет спаситель, самостоятельно биться она уже не может. А за ним с отеческой улыбкой будет стоять и направлять великий и светлый. Вот только, как показывает история, судьба спасителей незавидна.

   – По-твоему, мальчишка обречён? – Ох, вот теперь это голос смертельно уставшего человека.

   – А ты считаешь иначе? После того, как ребёнка выбросили из магического сообщества и сейчас он вообще не в курсе реалий мира, в котором живёт? Его лишили всех близких ему людей, которые хоть как-то могли позаботиться о его достойном воспитании. После одержимого Квиррелла и крестового похода в защиту подделки, истории с василиском в прошлом году?

   – Что ты от меня хочешь, Сибилла? Чтоб я воспылал любовью к поганцу или признал свою вину, что позволил отдать его маглам?

   – Нет, – тяжело вздохнув, я откинулась на подушки и слепо уставилась в потолок, – взбрыкни ты тогда, сразу бы оказался в камере по соседству с Блэком, а сейчас ты единственный, кто его защищает.

   – К чему этот разговор? – В мужчине вдруг проснулась слизеринская подозрительность.

   – Не знаю, – отозвалась я. – Просто наболело. Я в своё время тоже не решилась на активные действия.

   Я с грустной улыбкой посмотрела ему в глаза. Бровь Снейпа взметнулась в знаменитом жесте, выражая удивление.

   – Это ты о чём?

   – А, – отмахнулась я. – Была у меня нелепая идея украсть ребёнка и сбежать в Большой мир. Вот только тогда я была неспособна бесследно раствориться среди шести миллиардов маглов, а сейчас западня уже захлопнулась более двух лет назад.

   Северус коротко хохотнул, выражая своё отношение к моим словам.

   – Не представляю, честно.

   – Я тоже, – усмехнулась я, – Вот и кукую столько лет в башне.

   – А знаешь, – вкрадчиво начал он. – Что-то наш разговор свернул не в ту степь.

   Ой, что-то слишком подозрительные интонации в его речи, ему нужно было в оперу идти, заворожить голосом он сможет любого. Северус опасно блеснул глазами в ответ на мой настороженный взгляд, и в следующий момент меня резко вдавили в подушки. Вот говорила же мама, нельзя вести серьёзные разговоры с мужчиной в постели.

   В гостях я провела три дня. Даже не представляла, что такое возможно. Снейп и в домашних условиях оказался донельзя невозможным типом: едким собеседником и саркастичным хамом, не стесняющимся показать своё интеллектуальное превосходство. Кого другого он, несомненно, довёл бы до истерики в рекордные сроки, а вот у меня иной склад ума, и на его язвительные высказывания я только хохотала, вгоняя его в когнитивный диссонанс. Что поделаешь, моё чувство юмора обряжено в мрачные тона. Всё равно он большую часть времени пропадал в лаборатории.

   А потом наша идиллия была нарушена взъерошенным глазастым почтальоном, недовольно ухающим и скребущим мутное стекло. Злобная сова с вензелем Гринготтса принесла письмо на моё имя. Я несколько удивилась, все желающие поздравить профессора прорицаний отписались дежурными фразами уже давно, а больше со мной никто в переписке не состоял. Однако всё оказалось проще: приглашение на семейный ужин от дальних родственников, что ежегодно шлют мне подобные открытки, на которые Трелони отвечала вежливым отказом. Но она не я.

   Письмо я показала Северусу с предложением прокатиться и развеяться на материк, на что мужчина демонстративно хмыкнул, закатил глаза и исчез в недрах личной лаборатории. Ну и ладно, его право. А меня ждёт Италия.

   Одно посещение своего любимого поверенного, и вот я уже резво мчусь в аэропорт с приличной суммой магловских денег, документами и заветным билетом. В дамской сумочке под чарами стазиса дожидается своего часа великолепный монструозный шедевр от Фортескью, шоколадные новинки из «Сладкого королевства», навеянные близким соседством с дементорами; неплохо было бы захватить и клюквенную настойку, но соваться в Хогвартс я не рисковала. А всё остальное оперативно доставили в банк. Красота!

   Уже в Италии меня догнала записка от Снейпа. С перечнем ингредиентов, кто бы сомневался! Угу, половина из них запрещена для ввоза в Британию, спасибо, сносочку с пояснением сделал, ага, для неразумных! Вот же, черти мои марсианские, его ближайшие родственники! И как я это протащу? Впрочем, воспользуемся хорошими отношениями с Гринготтсом и гоблинами в частности. Филиалы банка есть если не повсеместно, то, по крайней мере, во многих уголках нашей планеты. А ещё гоблины хитрые. Помнится, Хагрид что-то втирал Поттеру про глубину залегания его сейфа под уровнем моря, что-то про сотни миль. Так вот, как образованный человек, заявляю, что земная кора под Британскими островами составляет порядка тридцати километров, а если и больше, то ненамного. А под землёй в толще базальта и гранита у гоблинов прячутся не только сейфы, но и целый подземный город. Гоблины, знаете ли, крайне многочисленны и плодовиты, то-то войны с ними протекали тяжело и невероятно проблемно. В общем, учитывая чрезвычайно нескромные размеры вотчины воинственного народа и то, что в подземном городе довольно прохладно, если не сказать, что жутко холодно, до мантии земной коры далековато. А под Лондоном столько места нет. Но среднестатистические маги такую сказочку скушали и не подавились. Они вообще крайне падки на сказочки из области нелогичного и невероятного.

   И что-то мне подсказывает, что я вполне при желании и милостивом разрешении гоблинов могла спуститься в свой сейф в Англии, а вот подняться на поверхность уже в Милане. Но зачем же так подставлять этих милых и очаровательных разумных? Прибережём секретик до лучших времён.

   Пара дней, на которые я рассчитывала, плавно перетекла во время до конца каникул. Учитывая кучу достопримечательностей, которую я просто жаждала посетить, и списочек, написанный нервным, убористым почерком Снейпа, которым я озадачила никогда не виденных ранее родственников. Семья моя, разной степени отдалённости родства, насчитывала всего пять человек и поголовно работала на гоблинов, что слегка меня удивило, но свои мысли я оставила при себе. Впрочем, удобно. И посылки друг другу передавать, и всякие запрещённые материалы доставать и прятать. Конфиденциальность и надёжность – девиз гоблинского банка. А разрушители проклятий – это очень даже престижно, особенно если это семейная традиция. В общем, родственники мне понравились, время я провела просто великолепно – так, что даже не хотелось возвращаться в промозглые шотландские горы. Но, увы, нет в жизни совершенства.

   Мрачный готический замок, по недоразумению называющийся детской школой, встретил меня по всем канонам жанра: отвратительной погодой, парящими дементорами в раздуваемых шквальным ветром грязных драных саванах, стремящихся подлететь поближе, чем крайне нервирующих Мою Прелесть. Окна замка были темны и пугающи, во внутреннем дворике ветер уныло возил разнообразным мусором по каменной брусчатке, крылатые кабаны, тёмными громадами выделяющиеся в подступающих сумерках, пристально сверлили голодными взглядами спину. Двери противно заскрипели и распахнулись, на пороге показался скрюченный Филч с масляным фонарём, зажатым в руке.

   – Заходи уже, нечего на пороге стоять, – проворчал он, щурясь от холодного ветра и горсти острых снежинок, что непогода с радостью бросила ему в лицо.

   – И я рада вас видеть, – улыбнулась я, спеша воспользоваться приглашением. Завхоз резко закрыл за мной дверь.

   – Мяу! – требовательно раздалось под ногами.

   – И тебя, миссис Норрис, я рада видеть, – наклонившись, я погладила кошку, довольно задравшую хвост трубой и ластившуюся к рукам, выпрашивая вкусняшек. – Естественно, я привезла вам гостинцев.

   – Мяу! – Довольный вопль выразил благодарность за себя и хозяина, уже давно ушедшего вперёд. Из широкого коридора раздавались шаркающие шаги в такт мельтешению света от покачивающегося фонаря, отбрасывающего гротескные тени на стены. Волшебные факелы, закреплённые на стенах, не горели.

   В Большом зале ужинали профессора и немногочисленные студенты, наплыв детей ожидался только завтра с прибытием Хогвартс-экспресса. Блудную прорицательницу, сверкающую радостной широкой улыбкой, встретил недовольный взгляд МакГоннагал. Привычно поджимая и без того тонкие губы, заместитель директора всем своим видов выражала недовольство и неодобрение, но была непривычно молчалива. Северус был угрюм, и только на миг его глаза посветлели, встретившись с моими, хотя, скорее всего, это была просто игра света. Поппи красовалась в новой шляпке, Аврора хитро подмигнула, очаровательно улыбнувшись, новая мантия из последней коллекции миланских модельеров великолепно оттеняла цвет её глаз. Я путешествовала налегке, поэтому все подарки коллегам отправляла почтой. Септима и Батшеда ещё не прибыли, а Филиус и Помона не сочли нужным демонстрировать свои презенты, но, судя по доброжелательной улыбке декана Хаффлпаффа и отсалютовавшему мне кубком полугоблину, я угадала с гостинцами. Дамблдора, что характерно, не было, но я не сомневалась, что традиционные итальянские сладости ему пришлись по вкусу, а Минерва обойдётся кофе, который я отнесу в учительскую.

   – Ну и где же ты соизволила пропадать, Сибилла? – Молчания Маккошки хватило ненадолго, стоило мне сесть за своё место и окинуть голодным взглядом предлагаемое меню, как меня настиг её раздраженный голос. – Ты даже не удосужилась никого предупредить.

   – Рождество – семейный праздник, Минерва, – ещё более радостно улыбнулась я, пододвигая поближе салат.

   – Да? Я думала, у тебя больше не осталось родственников после смерти Кассандры, – искренне удивилась она.

   – А всего знать невозможно, – отрезала я, не желая развивать тему. – Аврора, дорогая, твой загар великолепен!

   – О! В Шотландии вечно не хватает солнца, – защебетала подруга, – в следующий раз тебе обязательно стоит присоединиться...

   Я слушала Синистру, разливающуюся соловьем о чудесах заморских стран, и думала о своём. В частности о том, как незаметно выловить Снейпа и обрадовать его известием о посылке, до поры до времени надёжно спрятанной в недрах Гринготтса.