Текст книги "Стрекоза (СИ)"

Автор книги: Марина Тетерина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

   Я ещё раз с сожалением вздохнула и присмотрелась к морде змея. Увы, но глаза пропали безвозвратно, вместо них сияли рваные раны авторства вандальной огненной курицы. Что Фоуксу мешало просто хватануть детей и свалить? С его-то запредельными даже для магического существа возможностями? Не-ет, нужно обязательно устроить эпичный махач с пафосным превозмоганием и непонятным результатом, да так, чтоб логика скончалась в бесчеловечных муках. Чтоб вас черти марсианские к рукам прибрали!

   Вырвать змейке зубы, не прикасаясь к ним руками – я же помню про феноменальную стойкость яда, что даже убер вундервафля перед ним пасует! – та ещё задачка на хитровывернутую логику. Но я справилась, распихав трофеи по специальным контейнерам, даже выбитый клык, которым Поттер дневник протыкал, подобрала. А вот дальше дело застопорилось. Содрать с него шкуру? Ну, не смешите меня. Она драконовской по прочности ничуть не уступает, а стоит на много нулей дороже из-за феноменальной редкости. Отодрать чешую – из той же серии, нет, что-то с морды, где чешуйки оказались повреждены ударом, мне удалось немного отколупать, но на этом мои успехи закончились.

   Больше, кстати, в подземельях ничего не нашлось. Неудивительно, если честно. Не сомневаюсь, что Риддл выгреб все выползки, что смог найти, он был маг крайней практичности. Та, что в проходе к женскому туалету, сброшена позже и уже нашла нового владельца. Эту ещё нужно снять. Но это потом, на будущее. А сейчас нужно позаботиться о своих возможных капиталах на чёрный день. Чары стазиса, увы, мне не под силу. Впрочем, ритуалист и рунист, имеющий в запасе время, с задачей справится не хуже. Накопителей у меня достаточно. Я вынула мелок и специальные свечи, расчётливым взором окидывая фронт работ.

   Это будет очередная долгая ночь.

  Глава 17

   И опять потянулись скучные школьные будни, наполненные шебутными магами-недоучками, искренне полагающими себя венцом творения и сосредоточием мудрости. Стандартные подростки, короче. Страдающие завышенной самооценкой. Некоторым не только море по колено, но и дементоры до подмышки. И вправлять мозги этим ущербным приходится нам с Поппи. Хотя, по моему скромному мнению, там и вправлять-то особо нечего, но кто послушает скромную прорицательницу? Уж точно не Минерва, чьи подопечные составляют большую часть личностей, имеющих прорву свободного времени, которое можно потратить на поиски приключений, и являющиеся частыми посетителями нашего тихого Больничного крыла. Тихого, поскольку, в отличие от мадам Помфри, на силенцио я не скупилась, а на возмущённый вопль декана алознамённых беспечно пожимала плечами. Более саркастичная колдомедик заметила, что если дело так и дальше пойдёт, то отвечать перед родителями придётся МакГоннагал и как декану, и как заместителю директора, поскольку статистика врать не станет, и ткнула в раскрытый журнал поступающих учеников. Пострадавшие от «невинных шуток» рыжих близнецов там шли отдельным пунктом, количество которых вводило меня в перманентную ярость и желание увидеть столь ярых последователей Годрика на больничной койке хотя бы на недельку для вправления извилин их крошечного мозга посредством животворящей клизмы, но, увы, чуйка у них работала преотменно, и на нашем с мадам Помфри пути они не попадались.

   Неумолимая статистика произвела неизгладимое впечатление на нашу поборницу правил и нравственности, особенно графа с факультетской принадлежностью, что ни говори, но деканы остальных факультетов мозги заигравшимся подопечным вправляли быстро и качественно, и повторно на поиске приключений на собственную душу заигрывающие с дементорами не попадались. А вот у Минервы руки до собственного факультета не доходили. Ну, это и так всему интернату было известно.

   Дамблдор с нравоучениями и напутствиями к свету меня не беспокоил, видимо боясь пережать, чтоб мою неадекватную персону окончательно не сорвало с нарезки, впрочем, и я сидела тихо, как мышь под веником, после своей выходки, боясь показаться под светлы очи. Но директор наш, человек редкой проницательности, прекрасно знал, как медленно и верно третирует меня Люпин, загоняя, словно добычу, морально унижая при каждом удобном случае и кровожадно скалясь, когда никто не видит, постепенно нагнетая обстановку, я и так уже от собственной тени шарахаться начала. Тут ещё и дементоры, крутящиеся около моей башни, любви и взаимопонимания добавляли. Оснований пойти вразнос было хоть отбавляй, но работодатель и благодетель, по своим непонятным личным причинам, вмешиваться не торопился. Полагаю, что и на приватный разговор по тем же причинам не звал, чтоб на его излюбленный вопрос о желании ему что-то рассказать я невзначай на его любимого ручного оборотня не пожаловалась. Тогда пришлось бы окоротить блохастого, чтоб сохранить свой имидж добродетеля и защитника, ну и привязать меня ещё одним долгом. Так что, если я всё правильно рассчитала, то у меня есть некая свобода выбора и пространство для манёвра. Ну, если профессор ЗОТИ перегнёт палку, всегда можно пожаловаться Авроре или Поппи – эти дамочки скоры на расправу, и в проклятиях для отдельно взятого оборотня не поскупятся.

   Уорингтон со своей инициативной группой прочно обосновался в моём классе, и никаких законных методов, чтоб выкурить его прочь, в Уставе школы не нашлось. Ушлый слизеринец правил не нарушал, был предельно вежлив и корректен, а когда моё терпение подходило к концу, очередная сова приносила мне взятку и длинное письмо с витиеватыми расшаркиваниями и благодарностями. Ну и намёками на обширную библиотеку и желанием поделиться со мной эксклюзивной редкостью. Знают, черти марсианские, чем представителей рода Трелони подкупить можно. А под конец ноября Иван-дурак британского разлива вообще отличился. Я неладное почуяла уже тогда, когда он заявился ко мне в одиночестве, без кучи свитков и библиотечных книг, из которых регулярно устраивали свалки в процессе бурных дебатов и обсуждений, ну и на мордашке нацеплен этакий покер-фейс с претензией на деловой настрой. Я только хмыкнула, узрев данные потуги, молод ещё, чтоб декана своего пародировать, может, кого помладше и проймёт, но для меня подвох и подстава крупным шрифтом сверкали над макушкой посетителя. Подозрительно сощурившись, выдала сразу, не дожидаясь оглашения причины столь странного посещения:

   – Мне это не нравится!

   – Вы даже не выслушали, – не стал отпираться слизеринец, присаживаясь напротив.

   Я лишь слегка изогнула бровь, окатив ироничным взглядом, вот только из-за огромных очков мой жест остался незамеченным. Постоянно об этом забываю.

   – Истинный взор пронзает пространство необъятного астрала, и нет для него ничего неизведанного, – туманно ответила я, повелительным жестом отсылая подростка прочь. Уорингтон даже не пошевелился.

   – Видящий истину всегда оценит свою выгоду по достоинству, – покорно склонил свою голову подросток.

   – Истина, – задумчиво покатала слово на языке. – Она всегда где-то рядом. И выгода редко идёт с ней рука об руку.

   – Эта ветреная дама рано или поздно предстаёт во всей красе перед взором ищущего. А выгода, она есть всегда для разумного человека, особенно она ценна в долгосрочной перспективе и благодарностью, не таящей с годами, – с милой улыбкой продолжил он, а вот глаза остались холодными.

   – Хорош, – оценила я старания. – Мозги пудрить умеешь, не профессионально, но какие твои годы. Нет! – отмахнулась и демонстративно указала на люк в полу.

   Подросток молча выложил на столик передо мной туго свёрнутый свиток. Глянув на него и оценив переплетение наложенных чар, я снова удивлённо дёрнула бровью. Дорогая бумажка. Мой контракт на такой же. Пристально сверля недовольным взглядом слизеринца, развернула свиток. «Школьный кружок прорицания и актёрского мастерства» – золотым готическим шрифтом было выведено сверху, не менее вычурные строчки складывались в пункты договора.

   – Засмеют, – вынесла вердикт я.

   – Пусть попробуют, – губы подростка исказились в кривой улыбке, а тон не оставлял пространства для недопонимания.

   Откуда же вы такие берётесь, борзые да ранние, спорим, Риддл вёл себя аналогично. Впрочем, сейчас в школе подобных личностей, собирающих свиту и считающих возможным вести беседу с преподавателями в подобном тоне, не один десяток наберётся. Хотя, я расчётливо глянула на Уорингтона, окорачивать его и ставить на место у меня не было ни малейшего желания. Тем более что от него, что от его инициативной группы пользы хватало. Всю организацию квестов для младших учеников они взяли на себя, только проекты приносили на утверждение мне, Авроре, Флитвику, Вектор. Помона с Северусом приняли деятельное участие в нашем марафоне. Проекты шли по разным направлениям, вопрос с курированием тоже разрешился сам собой, ну и отчёты о результатах с подробным описанием и предложением о начислении баллов участникам поступали в срок. В целом, детки провернули просто гигантскую работу, умудрившись отладить механизм и поставить процесс на поток. Это достойно уважения.

   А подобные кружки были практически у всех профессоров, предусмотрено Уставом и контрактом. За Септимой бегали хвостиком любители точных расчётов, фанаты древних языков и рунисты чинно заседали у Бабблинг, кто не помнит знаменитый Клуб Слизней бывшего декана Слизерина или кружок хорового пения декана Равенкло? У Трелони кружков никогда не было, да и организовывать подобное ни я, ни предшественница не желали, а поди ж ты, сами прибежали, да уже с готовыми документами, проработанным порядком приёма и требованиям к кандидатам, внутренним уставом и распорядком. Угу, и шикарным названием. Какое прорицание, к чертям марсианским? Дар присутствует у единиц, да и то на уровне раскладывания пасьянсов из карт Таро. Впрочем, сидящий передо мной ситуацию не хуже меня знает, а значит, подразумевает что-то другое. Я задумчиво откинулась на подушки, внимательнее вчитываясь в строчки, разыскивая подвох, полностью игнорируя посетителя, который даже бровью не повел, давно знакомый с некоторыми гранями моего мерзкого характера.

   Если вдуматься, кружки по интересам преследуют совсем иные цели, нежели озвучено в их названии. Нет, не сомневаюсь, что у Флитвика замечательный и слаженный хор, вот только от правильного произношения заклинания много что зависит, сама недавно на этом споткнулась, силясь произнести непривычное звучание, Спраут тоже явно не только садоводством с детками занимается, про Снейпа вообще молчу – он берёт только слизеринцев. Уорингтон просто решил узаконить наши посиделки, которые вроде и Уставом не запрещены, но и не санкционированы, что возводит их к рангу неблагонадёжных собраний в глазах администрации школы, учитывая подобравшийся состав. Мда.

   – Надеюсь, что вы отдаёте себе отчёт, что я припишу сюда несколько пунктов, которые станут обязательны к исполнению и обсуждаться не будут? – Я качнула свитком, испытующе глядя на собеседника.

   – Разумеется, – согласно кивнул он.

   – И то, что заместитель директора костьми ляжет, но не пропустит кружок под моим руководством? – уточнила я, чтобы не давать напрасной надежды.

   – Это предсказуемо. Мой отец напишет претензию в Совет Попечителей школы. Согласно Уставу, пункт...

   – Ты не один читать умеешь, – раздражённо прервала его. – Оставим радикальные меры на крайний случай. Список желающих? – на столе возник ещё один список. Как и следовало ожидать – инициативная группа полным составом. – Свободен!

   Мда, вот они минусы бытия профессором учебного заведения-интерната, и не отмахнёшься. Как же всё это не вовремя. Я ещё даже с попаданием собственным не разобралась, а уже вылезла необходимость срочно интегрироваться в объективную реальность. Вот ведь подстава! Магических сил практически ноль, знаний об окружающем мире ещё меньше. Я их вообще чему научить смогу? Это не на уроках прорицания пафосно поболтать туманными фразами и по учебнику карты пораскладывать, что-то посерьёзнее, и всё – спалилась на простейшем незнании матчасти. Дела... И посоветоваться не с кем. А почему это не с кем? У меня целый поверенный имеется!

   Банк снова встретил меня тишиной и умиротворением, так недостающим всем здравомыслящим лицам в Хогвартсе, а также маньячным оскалом Кровохлёба с довольным прищуром маленьких глазок.

   – С чем пожаловала, Шахерезада моя? Чем сегодня порадуешь своего позабытого поверенного? – Нет, точно кто-то сдох: тон гоблина был слишком довольным и он явно был рад моему присутствию, в отличие от предыдущих посещений. Нет, что-то здесь не чисто, однозначно. Где этот чёртов договор с гоблинами?!

   – По делам, – сухо отозвалась я, протягивая свиток.

   – О! – уважительно отозвался он, разглядев пергамент. – Это ты по адресу пришла! Наконец-то начала вести дела правильно, а не как придётся. Сейчас посмотрим. – И он с интересом зарылся в строчки, читая просто с феноменальной скоростью. – Так... Ага... С этим я согласен. А вот это противоречит контракту – вычеркнуть! – Вынув красивое перо, отливающее металлическим блеском, из чернильницы, гоблин принялся размашисто вычёркивать непонравившийся пункт. На волшебном пергаменте вычеркнутые строчки растаяли в небытие, а текст вновь стал слитным. Чудеса, блин. – Ага, это ты молодец, что уточнила, мы ещё добавим. – Перо вновь бешено застрочило. – Ну и ещё пару пунктов. Идеально. Мне нравится эта идея, можешь соглашаться!

   Я изумлённо смотрела на гоблина, трясущего пергамент в воздухе, чтоб чернила быстрее просохли. Довольно скалящегося гоблина, разве что лапки не потирающего, и то по причине занятости.

   – Ну что ты так на меня смотришь? Чем прочнее твоё положение в обществе, тем больше прибыль. А такие вещи, – он кивнул на пергамент, – сквозь года проносятся, да ещё и имеют тенденцию наследственности. Благодарность, связи. Ты ещё и их деток учить будешь. Нет, от таких вещей не отказываются. Держи! – Он всунул мне туго свернутый пергамент, перевязанный золотой ленточкой. – А теперь, раз ты пришла, у меня подготовлен ряд вопросов. – На стол грохнулась взявшаяся прямо из воздуха стопка бумаг, исписанная мелким убористым подчерком, улыбка поверенного стала ещё более кровожадной.

   Я обречённо застонала.

   В Хогвартс я вернулась поздно, в очередной раз поздравив себя за хорошие отношения с Филчем, который молча и без лишних вопросов пускал меня внутрь, каждый раз открывая дверь не дожидаясь стука, словно заранее знал точное время, когда я вернусь. Откуда такие чудеса предвидения, я не спрашивала, как и он не спрашивал, где я шлялась, лишь молчаливой шаркающей тенью провожал меня до покоев. В ответ я старалась при любой возможности принести ему или миссис Норрис какой-нибудь гостинец или презент в знак своего хорошего расположения и совершенно не обращала внимания на откровенно мерзкий характер старика.

   Мне не спалось, несмотря на то, что Кровохлёб вымотал меня морально, в очередной раз откровенно изнасиловав мне мозг. Мысли о свалившемся мне на голову кружке не давали мне покоя. Маккошку я слишком хорошо знаю, как и её неприязнь ко мне, она принципиально валит любые мои начинания, и если обычно мой голос теряется в слаженном хоре нашего женского коллектива по интересам, то сейчас это будет исключительно моя инициатива. В конечном итоге, Уорингтон реализовал мою идею, избавив меня от кучи муторной работы, отнимающей слишком много времени, так что по справедливости и курировать весь этот бедлам мне. Другое дело, как это провести официально? Я ещё раз глянула на список; группа подобралась, можно сказать, интернациональная. Отметились все факультеты, кроме Гриффиндора, даже пара полукровок затесалась, что характерно, обе девочки. Да, обязательно нужно написать родителям деток, мало ли они не одобрят подписания всяких контрактов на зачарованных пергаментах – я бы напряглась, – и копию на ознакомление, чтобы не было вопросов и недоразумений впоследствии. Одно дело – просьба присмотреть за чадами, чтоб не покалечились в процессе, и совсем другое – то, что замутили сейчас. Кстати, непременно нужно указать, что это их идея. Далее нужно заранее заручиться поддержкой деканов, Филиус и Помона мне не откажут, уверена, и Северус поддержит, учитывая, что это инициатива его змеек. Так, значит, идём к Авроре, а она поможет составить мне приглашения трём деканам на наши вечерние посиделки. Договоримся.

   Вопрос подняли на следующем педсовете, предсказуемо у заместителя директора нашлось много аргументов против, которые она не постеснялась высказать, порой даже в более резком ключе, чем следовало. Претензий ко мне у неё за годы моей работы в тесном коллективе Хогвартса накопилось немало, и не сказать, что все упреки были несправедливы.

   – Таким образом, учитывая её моральный облик и попытки запугивания детей, мы просто не можем позволить подобного. Да и как Сибилла может нести ответственность за детей и дисциплину, если она фактически... – МакГоннагал резко осеклась, и слово «сквиб» не было произнесено, но отчётливо так повисло в воздухе.

   Дамблдор резко потерял добродушный вид и вежливую заинтересованность, бросив острый взгляд на свою верную помощницу. Интересно, а она сейчас поняла, что сделала? Учитывая, что наш директор усиленно пропагандирует всеобщее равенство, а она яро его поддерживает. Всегда говорила, что она ханжа.

   – Договаривайте, Минерва, чего уж там, – мило улыбнулась я. – Все знают про ваши двойные стандарты. Может, мне и на общих трапезах к мистеру Филчу к дверям переместиться, да и на педсоветы вы его не приглашаете, а он ведь наш коллега, отвечающий за хозяйственную и воспитательную часть.

   – Неправда, – сурово поджала губы Минерва. – Мистер Филч сам решил...

   – Да ну, а ты его вообще спрашивала? – позволила себе усомниться Поппи, насмешливо глядя на МакГоннагал. – Что-то мне подсказывает, что ты явно переутомилась.

   – Я согласен с профессором МакГоннагал, – подал голос Люпин в то время, когда остальные преподаватели молчали, сверля заместителя директора холодными осуждающими взглядами.

   – Ваш протест отклонён, мистер Люпин, как и ваш, Минерва, – холодно заметила я. – Если следовать вашей логике, то я и преподавать не могу. По тем же причинам.

   Вот это её проняло. Бросив растерянный взгляд на директора и только сейчас заметив недовольные выражения лиц всего педагогического состава, Маккошка начала понимать, что несколько увлеклась и невольно подставила директора. Демонстративно. Перед всеми.

   – Поппи права, Минерва, ты переутомилась. Лимонную дольку? – ласково улыбнулся директор. – Я не вижу ничего плохого в том, чтоб занять учеников делом. Это ведь они организовали эти квесты? Какое интересное, новое слово, – задумчиво пробормотал директор.

   Я согласно кивнула.

   – Да, я прошёлся по паре маршрутов, очень оригинально, – Дамблдор снова включил добродушного и довольного результатами работы непутёвых внуков дедушку. – Они согласовывают варианты с вами, Сибилла?

   – Не только со мной, – продолжала улыбаться я, скрывая ярость. И протянула директору ещё один свиток, который быстро набросала накануне и согласовала с деканами трёх факультетов, тем самым узаконив деятельность организаторов квестов.

   – А по-моему, пустая трата времени на развлечения, им стоит больше времени посвятить учебе, ЖАБА не за горами, – недовольно отозвалась МакГоннагал.

   – Не согласен с тобой, Минерва. У них очень замечательные логические задачки, что стимулирует младшекурсников к учёбе, да и отвлекает от тлетворного влияния дементоров. Несмотря на защиту замка, напряжение и ужасающая аура всё равно чувствуются. А неокрепшие дети гораздо более подвержены их влиянию. – Флитвик был суров и непреклонен, словно к кружащим на границе восприятия тварям у него был личный счет. Как и к тем, кто не сильно протестовал против их присутствия.

   – Тебе журнала посещаемости Больничного крыла не достаточно? – ласково, практически на парселтанге, прошипела Поппи. – Так мы с Северусом смету на зелья и ингредиенты можем через тебя Альбусу передавать, чтоб ты прониклась. Третью уже.

   – Спокойно, коллеги, – вмешался директор, доставая перо. – Дементоры влияют на всех, исподволь подтачивая нашу волю, но это не значит, что мы можем выпускать нашу агрессию, тем более по отношению друг к другу. – Размашистая подпись украсила пергамент квеста для инициативной группы. – Я считаю, что это идёт на пользу школе.

   Я довольно улыбнулась, подтягивая резко ставшую официальной бумагу ближе. Куратором группы я назначила себя, а также оставила за собой право начислять баллы за работу по собственному усмотрению. Учитывая, что гриффиндорцев среди ребят не было, то по концу года будет щелчок по носу Минерве, пусть и слабый, но даже такая мелочь греет душу.

   – А насчёт школьного кружка...

   – Тут даже название неуместное, – перебила Минерва директора, не желая просто так сдаваться. – Причём здесь актёрское мастерство?

   – Ну как же, – искренне изумилась я, наивно хлопая глазами. – Вы же сами пару раз назвали меня шарлатанкой, по-моему, как раз в тему! – И улыбаемся, улыбаемся.

   – Тем не менее мы не можем решать такие вещи. Я ни в коем случае не дам своего согласия, пока не увижу разрешения от родителей! Разгребать жалобы от Совета Попечителей на самоуправство Сибиллы у меня нет ни малейшего желания, – вставила свои пять копеек заместитель директора, желая оставить последнее слово за собой. Тем приятнее было видеть её выражение лица, когда я вынула пачку писем по числу фамилий, указанных в списке.

   – Что же, коллеги, – подвёл итоги директор, довольно усмехаясь и явно наслаждаясь представлением, – решением большинства кружок утверждаем?

   Дамблдор дождался согласных кивков от Флитвика и Спраут, сверкающих удовлетворёнными улыбками, Снейп полуприкрыл глаза, когда внимание работодателя сместилось к нему, что, по его разумению, должно было сойти за согласие, МакГоннагал упрямо поджала губы, но отрывисто кивнула, остальные профессора выразили поддержку аплодисментами. Люпин в единственном числе олицетворял партию воздержавшихся, но на его кислую физиономию никто не обращал внимания. Ещё один росчерк пера, переливающаяся гербовая печать с символами Хогвартса, и я довольно прячу в широкий рукав заветный пергамент. Что ж, можно праздновать победу. Хм, судя по хитрому жесту Авроры и задорному блеску глаз Флитвика, одним спасибо я не отделаюсь. Не страшно, благодаря предприимчивым родителям моей инициативной группы – теперь уже действительно моей, – мой бар заметно расширился и пополнился некими эксклюзивными экспонатами.

   Остался ещё один вопрос, что не терпит отлагательств. Диадема Равенкло. Такой вещи не место в школе. Актуальность и срочность вопроса подстёгивается ещё и тем, что я неосмотрительно показала Поттеру Выручай-Комнату, мало того, склад потерянных вещей. Это я сильно не подумав сделала, в малодушном желании избавиться от обнаглевшего ребёнка. А могла бы сообразить, просто обязана была, но, по-видимому, гриффиндор головного мозга передаётся воздушно-капельным путем. Вот что мы будем делать, если два крестража притянутся? Или вспомнить феноменальное поттеровское везение, а также магнетизм на неприятности и приключения? Вот и я в ужасе с момента, как всё это осознала. Не просто так я экстренно за василиском в подземелья сунулась. Всё же моя ошибка, мне и исправлять. Только уничтожать такие вещи в школе нельзя, во избежание. И мне известен только один объект, защита которого может сравниться с хогвартской.

   С гоблинами договориться оказалось на удивление просто. Иногда их политика невмешательства в дела волшебников бывает очень кстати. Нет им дела до того, что за артефакт ты собираешься уничтожить и как на это смотрит Министерство. Если есть средства для аренды ритуального зала Высшей рунной защиты класса ХХХХ Гринготтса, то милости просим. Главное, отказ от претензий в случае летального исхода при проведении ритуала по всей форме заполните. Бюрократы. Экранирующую шкатулку для выноса диадемы из школы я взяла в аренду там же. Да, да, я помню о пунктике хитровывернутой мысли гоблинов по продаже изделий собственного производства. Так что я сразу договорилась насчёт кратковременной аренды. Дешевле, и после возврата они её обязательно почистят – очень брезгливая раса в плане общения с магами. Поэтому в случае чего с этой стороны концы спрятаны надёжно, что я притащу в банк, не уточнялось, но по косвенным признакам и так понятно, что запрещённый тёмный артефакт. А конфиденциальность оговаривалась отдельным пунктом и, к неудовольствию гоблинов, скреплялась магической клятвой. Мне тоже бюрократия не чужда.

   Оставалось самое сложное. До этого момента к диадеме я даже не совалась, убедилась издали в её наличии, и всё. Ну не верила я, что директор не знает о существовании Выручай-комнаты, сам же в неё ползал, правда, за ночными горшками. Уверена, прячь свой крестраж сам Лорд лично, то тайник бы был в гнезде василиска, а не в аналоге проходного двора, совмещённого с барахолкой. Выводы очевидны. Дар предвидения, в наличии которого я сильно сомневалась, молчал в тряпочку, моя родная интуиция орала благим многоэтажным матом и требовала бежать и тихариться на другой конец света ещё с момента осознания попадания с полным погружением в глючную реальность, так что на неё надежды тоже мало. А закон подлости ещё никто не отменял. Мне позарез нужна жидкая удача. Поэтому, собрав нервы в кулак и резко вдохнув как перед прыжком в прорубь, я поползла в мрачные подземелья.

   Сказать, что декан Слизерина был удивлён моему визиту, это значит вообще ничего не сказать. Но лицо держал. Даже предложил даме стул и уставился нечитаемым взглядом.

   – Не уверен, что рад тебя видеть, Сибилла. Надеюсь, не очередное предсказание?

   Так и знала, он догадался, что я его как малолетку на слабо развела. Дважды. Теперь бесится.

   – Нет, – очаровательно улыбнулась я, Снейпа передёрнуло. – Сегодня я по твоему профилю. Мне нужен Феликс Фелицис.

   Коллега слегка приподнял бровь, демонстрируя своё удивление и лёгкий интерес. Я в очередной раз удивилась его способности к выразительной мимике при общей холодности и невозмутимости. Молча выставила на стол небольшую шкатулку. Северус хмыкнул и с деланным безразличием приоткрыл её. Маска равнодушия дала заметную трещину. Ещё бы, чешуя с морды василиска – это вам не кот чихнул. Жаль, глаза пришли в негодность, но у меня под стазисом целая туша, я с ним ещё лет сто на уникальные зелья торговаться смогу.

   – С чего ты взяла, что у меня есть подобное? – Природная осторожность всё же взяла верх, хотя я видела, как вспыхнули глаза зельевара при виде редкого ингредиента.

   – Статус, Северус, твой статус. Я, конечно, могла обратиться к гоблинам или нелегальным поставщикам, но непонятную гадость пить не хочу.

   – Допустим, – согласился он. – Но если...

   – Северус, я похожа на дуру? – мягко перебила его, выслушивать угрозы мне совершенно не хотелось.

   – Я уже затрудняюсь ответить, на что ты похожа, неведома науке зверушка, – устало потёр переносицу Снейп. – Когда тебе нужен Фелицис?

   – Сейчас.

   Зельевар злобно на меня посмотрел. Но, видимо каким-то шестым чувством уяснив, что я и совесть никогда не были представлены друг другу и вообще живём в параллельных мирах, со вздохом пошёл потрошить свои личные запасы.

   Жидкая удача не подвела. Через пару дней директор отлучился из школы, о чём мне радостно поведала Аврора. Выпроводив учеников с последнего урока, я вынула заветный пузырёк. Редкостная гадость. Это нормально или Снейп в очередной раз отличился? Все зелья его приготовления отличаются отменно омерзительным вкусом.

   Но эффект... В теле появилась непривычная лёгкость, захотелось танцевать, невероятная ясность мыслей и непреложная уверенность в своих действиях вдохновляла. Я точно знала, что и когда нужно делать. А также то, что подобным методом я никогда более не воспользуюсь. Моя магия не принимает даже таких сомнительных конкурентов, но сегодня я в ударе.

   Через час я, всецело готовая к любым неожиданностям, покинула свои покои, полностью экипированная, подхватив зачарованные контейнеры. На моём пути до восьмого этажа никто не встретился, ни ученики, ни призраки, даже портреты сверкали пустыми рамами. Я играючи обходила все сигналки директора на входе в Выручай-комнату, мимолётом подивившись сладко спящим троллям, надёжно закрывшим обзор придавленному Варнаве Вздрюченному. Путь к диадеме через многолетний хлам поражал не меньшим количеством следящих чар, я и не представляла, что магический аналог сигнализации можно подвесить даже на воздух! Вот только белобородый дедушка не был знаком с великим искусством паркура, я, конечно, тоже не большой знаток, но для профессиональной пулдэнсерши, под завязку накачанной жидкой удачей, прыжки под потолком по рассохшейся мебели в обнимку с парящей метлой не доставили проблем. Хорошо, что прежняя Трелони всегда держала себя в отличной форме.

   Похожую диадему из подручных средств и пожертвованных на благое дело камешков из семейного сейфа я трансфигурировала заранее ещё месяц назад, чтоб, когда пропажи хватятся, ещё больше запутать следствие. Думаю, с магловскими детективами мой дражайший работодатель не знаком, несмотря на активное ратование за сближение миров. Мелкие детали подогнала на месте, а затем аккуратно перенесла следящие нити на подделку, в очередной раз вознеся хвалу предкам за столь замечательный фамильный артефакт. Не видать мне карьеры элитной воровки древностей без моих стрекозиных очков. А теперь ходу, ходу. Гоблины, сволочи зеленокожие, за продление аренды ритуального зала ещё больше галеонов сдерут.

   Меня ждали. Безмолвствуя, проводили от чёрного хода извилистыми и запутанными катакомбами вглубь подземелья банка. Замшелые камни, иссечённые древними рунами, впечатляли, ониксовые накопители и алтарь из цельного куска чёрного мориона с кровостоками довершали мрачный антураж. Что-то терзают меня смутные сомнения, что в сердце Гринготтса может попасть любой, кто в состоянии внести определенную сумму золотом. Мелкие проходимцы пытаются заработать себе очки, демонстрируя расположение и высокое доверие, видимо, зря я о василиске заикнулась, да и изучение рынка высоких технологий по моей наводке дало свои результаты. Старайтесь, дорогие мои, старайтесь, всё равно раньше подведения итогов Мирового чемпионата по квиддичу я с вами деловые переговоры вести не буду.