Текст книги "Наследники (СИ)"

Автор книги: Марина Акимова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

«Это не одно слово!»

– Ну и семь лет на подходе.

– Что за семь лет? – за сегодня Гин слышал это уже второй раз, но так и не осознал конкретного назначения этого «семь лет на исходе».

– Каждые семь лет меняется и переизбирается руководство академии, так называемый Совет, назначается новая директриса, кого-то могут пригласить даже в Министерство работать, – объяснил Ноа.

«Вот о чем говорила та девушка, с пирсингом в губах. Они хотят во власть?»

– Академия не может заботиться обо всех… мы не вечные студенты… но некоторые наотрез отказываются покидать ее, остаются – преподают для младших, считая, что мир мортов ужасен, с чем я конечно же не согласна, – пояснила быстро Аврора.

– Так натерпится сидеть и в дождь, и снег на крыше какого-нибудь разваливающегося здания забытого города, и охранять сон мортов? – Ноа был категоричен.

Аврора изменилась в лице, вечная улыбка, показывающая ямочки на щеках, девушка опустила подбородок, нахмурила брови с напряженными скулами неотрывно смотрела прямо в глаза Ноа.

Гин поспешил сгладить ситуацию и взял девушку за руку. Ничего не изменилось. Казалось, что Аврора посылала Ноа мысленные проклятья.

«Аврора относится к низшему касту, для многих в академии, сродни человеку, он же обслуживающий персонал, – подумал Гин, поглаживая девушку по руке, – Она не видит в этом чего-то плохого, считает, что выполняет свое предназначение, и думает, что помогает, а возможно и оберегает простых мортов от подобных нам».

– Аврора, – мягко позвал Гин, он приблизился к лицу девушки, – подождешь меня в башне?

Аврора быстро изменилась в лице услышав слова, повернулась к Гину и коротко кивнула в знак согласия. Девушка покрылась ярким румянцем.

Попрощавшись только с Гином, Аврора решила отправиться перед прогулкой к профессору специализирующийся на системе собственной и общественной безопасности. Горгульи должны уметь оберегать себя и тех, кого им поручили защищать; они должны разбираться в мортовских системах и инновациях, иметь острый и аналитический склад ума, быстро ориентироваться в пространстве и информации, а главное быть эмоционально подкованными к стрессовым ситуациям.

Как ни странно, но именно Аврора идеально подходила по всем критериям; ее любили профессора за тактичность и умение правильно выстроить диалог, при этом контролируя эмоции, что, например, не умеют делать сирены, на что Лори и Яэль часто обходят стороной, как самых опасных и весьма нестабильных сознающих.

– Спасибо конечно, но на мне оранжевый галстук, а значит против «синей», я смогу постоять за себя и свою честь, – Ноа, усаживаясь за свой рабочий стол, чтобы подготовить очередной доклад к следующему семинару о существах нижнего мира, и способах борьбы со сглазом, никак не мог найти бумагу для записи.

– Я не тебя защищал, – Ноа поднял на соседа вдумчивый взгляд, – Если все, что о тебе говорят правда, то вот что я знаю: Левиафаны – одиночки, по большей части, сильные, я бы добавил в книжный справочник слово «сильнейшие», те кто считают, что их мнение единственно верное, – Ноа молчал. В первую неделю Гин прочитал много книг о магических существах, и их особенностях практически живя в библиотеке. Но о левиафанах практически ничего не было, все эти слова подходили Ноа, как морту.

– Знаешь про каждого? И о своей сестре уже навел справки?

«Откуда? Лори? Нет, – метались мысли в голове Гина, – Лори не стала бы трепаться о том, что знает нашу семью. Наш клан. Гему! Многие начали бы задавать вопросы, чего мне категорически не хотелось».

– Что ты знаешь? – перешел к делу Гин.

– Ее зовут Гема, что странно для меня, учитывая, что вы среди нас представители в каком-то смысле аристократов… и мортовское имя, – фыркнул Ноа, снова выдавая свое пренебрежение к людям, – Видимо кроме меня и Лори, никто не знает, что вы родственники. Но сейчас это не так важно, – прочеканил парень, – Знаю, например, о том, что она должна была стать следующей главой вашего клана, – Гин вдруг облегченно выдохнул. – Ты разве не знал?

– Моя мать держит такого рода информацию при себе, – играя незнайку до последнего.

«Может что-то еще?»

– Видел ее однажды здесь.

«Да?»

– Властная, про таких морты говорят «независимая», – Ноа расплылся в улыбке, отвлекаясь от своего доклада.

«Это не новость, – подтягивая подбородок, Гин показывал свою озабоченность, он ждал, – Может в порыве эмоций ты выдашь еще что-нибудь? Желательно то, чего я еще не знаю, – Гин сел рядом с Ноа, – Интересно, как давно это случилось?».

– Она налаживает контакты с академией, чтобы такие как я получили возможность узнать мир чуть шире и найти в нем свое место, – врал Гин.

– Может конечно она и налаживала контакты с академией, – Ноа ухмыльнулся, – в комнате старшего члена Совета, ведь выглядели они весьма… уставшими, – парень постарался сдержать эмоции и отказался от конкретных слов, как никак Ноа говорил, но скорее намекал, на делишки за закрытыми дверьми мамы Гина и одного из самых влиятельных членов правления академии.

«Ноа поэтому относится ко мне настороженно? Если он давно уже сложил два и два. Сделал необходимые выводы. Почему молчал? Думает, что семья с помощью имени и имеющей у нее власти смогла пристроить меня сюда, зная о слабой и доминирующей стороне – человечности? Интересно».

– О ком ты говоришь? – возвращаясь в диалог Гин.

– Как о ком? – Ноа был абсолютно уверен, что имя этого персонажа академии знают точно все, по разным причинам, но точно все, – о профессоре Маоре Оскуро, разумеется.

– Отец Даррена?

«Скажи, что вакханалия в твоей комнате закончилась?» – наконец объявился гневный голос Солея.

Глава 7

Принимая положительное решение, вы привлечете последствия большего масштаба, чем его игнорирование.

Волна настигнет каждого, от нее не укрыться никому в своих комфортабельных пещерах. Закрывая глаза на этот вопрос, вы не поставите под сомнение существование нашего мира и всех сознающих в нем.

(Лори Андерсен «Обращение к суду над сознающими»)

Все приготовления были окончены, мебель стояла на местах, ужин на сотни сознающих приготовлен, раздражающие гирлянды развешаны…

«Настоящий праздник», – огорченно подумала Яэль. Обессиленная, уставившись взглядом в одну точку сидела у окна в своей комнате, раздумывая о платье: элегантное открытое и дерзкое черное или нежное кроткое и мягкое розовое?

«Задачка со звездочкой», – подметила про себя, переводя загадочный взгляд на кожаные брюки, что скомканные валялись в углу.

«Это стиль Гемы, а не мой!».

В дверь постучали. Яэль выдержала паузу смотря в окно, где ночь вовсю обнимала замок. Она занимала бывшую комнату Надии, верховной сестры клана сирен, что совсем недавно решила покинуть свой пост. Комната была крошечная по меркам остальных членов совета, в сдержанных теплых тонах. Девушка здесь часто пряталась. Снова раздался стук в дверь.

«Вдруг уйдет?», – предположила Яэль, чувствуя тяжесть в теле.

Она сложила руки на коленях, покорно выжидая время; девушка нутром чувствовала, что он выбрал не самый подходящий момент.

– Я знаю, что ты там, – приглушенный голос Даррена был уверенным. Яэль молчала, – ты же знаешь, что я не войду без приглашения.

«Джентльмен, – фыркнула девушка, аккуратно пытаясь заплести волосы, – на этот случай нужно было оставить Аврору рядом. Она мастерица».

– И не уйду, Яэль.

Она тяжело вздохнула, смотря на свое отражение; потерла уставшие глаза прогоняя сон.

– Входи, – решилась, махнув рукой. Знала, что этот момент настанет, но молилась, чтобы это случилось, не в самый ответственный день.

Несколько недель Даррен носился с за ней, как собачонка, выполнял приказы и никогда не перечил. Шел и делал.

«Переусердствовала», – вспоминая вспышку, тот самый всплеск энергии, что она не смогла контролировать.

Ее голос для сирены был силен, даже слишком. Многие на курсе опасались связываться с ней или Лори. Гема решилась. А Даррен, как приклеенный неведомой силой с малых лет таскался за ними и только с возрастом Яэль поняла его истинный мотив, причину по которой он всегда был рядом.

Даррен в строгом костюме и галстуке с красной вышивкой, золотыми запонками приложенными волосами медленно вошел в дверь, будто опасаясь, что в его голову полетит что-то весьма тяжелое или острое; что-то, что Яэль держит рядом для самообороны, помимо голоса.

– Входи, – уверенно повторила девушка, смотря на себя в зеркало, избегая взглядом Даррена.

– Прекрасно выглядишь, – начал Даррен, сейчас Яэль отчаянно не хотела с ним говорить.

«Очередные бестолковые слова»

– Может не совсем бестолковые?

Яэль поморщилась, вспоминая о его приобретенных способностях – телепатии.

– Давай лучше выберем тебе наряд, – легко, с нотками задора Даррен отправился к месту, где в ряд лежали платья, брюки, рубашки, – посмотрим.

Перебирая ткань на вешалках, он отбрасывал в сторону то, что ему не нравилось.

– Надо снять с тебя чары, ходишь, как мальчишка, со своими сияющими глазами, аж тошно, – процедила Яэль, продолжая смотреть в темноту за окном.

– Как тебе это? – бодро спросил Даррен, показывая розовое платье.

– Оно уродливое, – безразлично ответила Яэль, с отвращенным взглядом смотря на платье в его руках.

– Да? А мне кажется очень даже милое.

Он улыбался ей, старался, надеялся, что не придется танцевать с шаманским бубном, чтобы ненадолго поднять ей настроение. Даррен приблизился, взял ее за руку. Заставил встать на ноги. Поставил ее перед зеркалом, поднес платье.

– Посмотри, какая ты красивая, – расплылся он в довольной улыбке, аккуратно поправил ее волосы, – уставшая, но красивая.

Яэль схватилась за живот, ее мутило, а в ногах чувствовалась слабость. Придерживая за руку, он посадил ее на стул, где она сидела, когда он вошел. Она не сдержала слез. Даррен потянулся чтобы убрать их с ее щек.

– Хватит! – приказала она. Но это еще был не голос, пока она только просила.

– Скучаешь по нему? – спросил, поглаживая ее по щеке.

Яэль спрятала лицо, прикрывшись руками.

– Ты не заменишь мне его, – это был не вопрос, скорее констатация факта, что радовала и огорчала одновременно.

– Нет, родная, – он сел к ее ногам, показывая свое подчинение, – а ты не сможешь заменить мне ее.

Яэль повернулась к Даррену, протягивая руки.

– Не нужно, – мягко попросил, от чего ее лицо изменилось, становясь более сосредоточенным.

– Ты так и будешь ходить одурманенный моим голосом?

– Забыла кто я? – Яэль все еще непонимающе смотрела на него. – После той ночи, я нашел способ, в каком-то смысле иммунитет, от вашей песни.

– Нашел или создал? Я никогда не спрашивала тебя, Даррен что ты химичишь в своей лаборатории, но … это… работает? – Яэль одновременно была удивлена и озабочена этой новостью.

– Ваша песня, голос больше не влияют на меня.

– А как же…

– Твой приказ? – она кивнула. Даррен легко улыбнулся. – Я знаю, как тебе тяжело. Ты одна. Ты озлоблена на Лори. Подавлена из-за Тая. Я… вдруг решил помочь тебе, родная… пусть и таким странным способом. Прости меня, – прошептал он, складывая руки у нее на коленях.

– Где ты потерял Даррена которого я знаю? – стараясь справиться с нарастающим отчаяньем и усталостью, заговорила Яэль. – Можешь не отвечать…ты потерял себя, когда влюбился в нее. – Даррен низко склонил голову в ногах у девушки, ее голос надломился, – Хватит сентиментальности! – прочистив горло продолжила, – сегодня ты нужен мне. Всего один вечер. Завтра делай что хочешь и с кем хочешь. Друзья? – спросила напоследок, протягивая ему руку.

– Я буду для тебя тем, кем ты захочешь, но для меня ты всегда будешь семьей.

***

– Почему ты еще не собран? – спросил Ноа крутясь на пару с Лилой у зеркала, поправляя друг другу одежду и аксессуары. Хитро улыбаясь друг другу.

– Наказан, – быстро ответил Гин, он забрался в верхней одежде и ботинках на кровать; его злила информация о том, что вся академия будет веселиться, что студенты окажутся на виду и будут лично представлены Совету и Министерству. Все будут танцевать, пить шампанское и искать лучшую компанию на вечер, а может и на всю жизнь. А он?

«А ты решил полетать, – хохотнул Солей, – вот умора, Ведьма повеселится, когда я скажу, что у нашего волка появились крылья!»

«Тише!».

«Сам тише!»

– Когда ты перестанешь злить Кой? – хихикнув, спросила Лила.

«Какой разумный вопрос!»

– Я ничего не сделал!

«Прекрати меня доводить!»

«Для этого ничего не нужно делать… сегодня что полнолуние? Ты какой-то весь… на взводе»

– То есть ты наказан не из-за романтического полета с Авророй? – Лила снова, не сдерживаясь захихикала.

Гин отчетливо услышал ее шепоток «горгулья», от которого она скривилась и многозначительно переглянулась с Ноа.

«Ой! ОЙ! Бегите!»

– Знаете, – спокойно начал Гин, – мне абсолютно все равно, что вы думаете обо мне, но не смейте в моем присутствии, в таком тоне произносить ее имя! – с этими словами он уже не пытался сдержать эмоции, в порыве он поднялся с постели и в упор высказал все Ноа. Лила стала серьезнее, ее ухмылка испарилась, увидев горящие глаза Гина.

«Гин, они не хотели тебя и уж тем более Аврору обидеть», – мягко произнес Солей, защищая Ноа и Лилу.

– Не вмешивайся, – гаркнул Гин в сторону коробки с черепахой, от чего все странно на него посмотрели, сведя брови у переносицы.

– Ты говоришь с черепахой? – спросила Лила.

– Почему она? – игнорируя вопрос, с новой волной эмоций выкрикнул парень, – Из-за ее происхождения? Я – человек, не слышал, чтобы ты или твоя подруга говорили в мой адрес что-то пренебрежительное, а Ноа? Почему молчишь?

– Извини, – сухо ответил сосед.

– Извини? Она мне нравится, и да мы не из вашего мирка, у меня нет могущества всей семьи Хайит… – делая тяжелый вдох, Гин замолчал, но решил продолжить уже не смотря на них, – может оно и к лучшему.

Гин пошел к выходу, но дверь открылась; Даррен вошел в комнату.

– Что ты тут делаешь? – строго, смотря сверху вниз, прочеканил парень, —Ты и Аврора должны помогать на кухне.

– Уже иду.

– Гин! – останавливая, – все нормально?

– Превосходно, – бросил короткий укоризненный взгляд на Лилу и Ноа; выйдя хлопнул дверью, с другой стороны.

– Полнолуние что ли? – последнее, что услышал Гин за дверью от Ноа.

***

Двери распахнулись, открывая вид на кружащихся в танце студентов старших курсов: девушки в ярких платьях, парни в строгих костюмах.

Переливающийся яркий свет, поддерживаемый сознающими-магами, кружил под потолком, раздваивался, подчиняясь такту музыки и вновь соединяясь в центре делился на более мелкие, создавая эффект вспышек.

По обе стороны зала нервно ходили вперед-назад те, кто еще ни разу не танцевал, а только искали себе подходящего партнера. В углу на возвышении сидел оркестр, играя ритмичную мелодию, что тут же заставляла тело пускаться в пляс и одновременно нервничать, перед первым публичным появлением перед главами кланов.

У дальней стены расположились члены Совета академии, внимательно наблюдающие за всем происходящим, директриса Кифания Кой во всем черном и строгом костюме сверлила всех взглядом, недовольно раздувая ноздри, если что-то шло не так как она себе представляла. Например, не все танцевали и показывали веселье на своих лицах. Те, кто ловил ее пристальный и суровый взгляд сразу же сливались с толпой делая вид, что весьма увлечены событием. Тут же был и представитель Министерства сознающих, что жил в ближайшем городе Шоар, низкорослый гуль Кану Нубар.

Все как на подбор, наигранно улыбались, Нубар и Кой обменивались, как они думали, колкими фразочками, мотив которых понимают только они сами. Соблюдая этикет и поддерживая правила академии, все были в черных мантиях, отличающиеся покроем и цветовой гаммой нити на окантовке.

– Ты довольна? – спросил Даррен, беря Яэль под руку. Она молча остановилась у большого зеркала в коридоре, внимательно рассматривала свое отражение и платье: приталенное нежно-персикового цвета. Ее волосы были аккуратно сплетены из десятков косичек и собраны на макушке в причудливую форму. – Ты похожа на пирожное из кондитерской тетушки Ведьмы, – с улыбкой добавил парень, видя, как она волнуется, поправляя каждую прядь, легкими движениями рук, думая, что оно недостаточно хорошо на ней «сидит». Услышав Даррена – посмотрела, собирая брови у переносицы, тут же нахмурилась.

– Может хотя бы на стройный эклерчик? – Яэль понимая, что он пытается ее отвлечь, и старается сделать так, чтобы она не думала о предстоящем. – Не обижай мою фигуру.

– Не в коем случае, она шикарна, – играя бровями, показал, что он действительно так думает.

Даррен считал, что подобная процедура в виде наигранного праздника, фальшивого бала, только вредит сознающим; некие, пробившиеся к власти оценивают и решают судьбы других сознающих. Сильных, возможно в будущем их же конкурентов.

Парень поправил галстук и одарил девушку широкой и доброй улыбкой, легко кивая в знак общего дела, выставляя вперёд локоть, для ее собственной уверенности и комфорта. Не решаясь взять Даррена под руку, девушка замерла.

– Послушай, – уверенно начал он, смотря прямо в глаза Яэль, – ты самый сильный студент и умный профессор всей этой чертовой академии. – девушка тяжело вздохнула, закрыла глаза, качая головой, не веря в его слова. – Яэль? – позвал Даррен, заставляя ее открыть глаза, – Яэль Илсия – сильнейший сознающий своего клана. Ты боишься их? Кой, что известна своими законами и монографиями, которых сжечь давно пора. Маор, что никак не перестанет играть в главу академии, зная, что никто ему не подчиняется. Более того он знает, что для сознающих он никто. Только имя на бумаге.

– Там глава Министерства… – не успела договорить Яэль.

– Кану Нубар? Глупый низкого происхождения коротышка, что не обладает никакой власти, – пренебрежительно фыркнул, – он подчиняется другим, – Даррен положил руку на талию Яэль, чуть подталкивая ее сделать шаг и снова повернутся к зеркалу. – Все они, должны подчиняться тебе, лебезить и уговаривать остаться. Стать главой академии. Следующие семь лет станут расцветом во главе которого будешь стоять ты.

– Кой этого не допустит, – парировала Яэль, отражению Даррена в зеркале.

– Кой никто не спросит, – он мягко провел ладонью по ее щеке, заправил локон, не прекращая широко улыбаться. – Пойдем, и покажем им, как нужно веселиться!

***

– Ну и обстановка, – Ноа не сдержался от высказываний под пристальным взглядом директрисы, – это не бал, а скорее цирк.

Он внимательно наблюдал за тем как пары двигались: легко и непринужденно. Расхаживая вдоль стены устремил взгляд на Маора, по спине вдруг пробежали мурашки, когда они встретились взглядом.

«Он оценивает нас», – заметил парень, поправляя пиджак. Отвернулся ища свою спутницу, что на один танец решила его покинуть.

Музыка стихла. Все друг другу поклонились, соблюдая древние традиции, похлопали в ладоши и отправились в разные стороны, кто куда, давая себе и другим отдохнуть.

Ноа одарил Лилу улыбкой и кивком:

– Прекрасный танец, – подтвердил он словами.

Девушка светилась от счастья; ее щеки пылали румянцем, улыбка не сходила с лица. Она покрутилась вокруг себя, показывая свое роскошное красное платье с пышной юбкой и узорчатым верхом.

Заиграл триумфальный звук, под который раскрылись высокие и толстые двери. Все, кто находился внутри зала разошлись и выстроились в шеренгу создавая коридор, ведущий к директрисе Кифании Кой, Маору Оскуро и Кану Нубару.

– Вот и они, – шепнул Ноа внимательно смотря на двери. – С этого самого момента, они перестанут быть для нас друзьями, наставниками или соседями по комнате. Они наследники. Элита элиты, – выделил Ноа. – Те, на кого весной возложат ответственность за всех сознающих нашего города.

Первые сознающие выпускники уже появились, – Тимэйн и Лэйна, брат и сестра, близнецы, что носят с крошечного возраста красный галстук. На девушке было платье, вышитое золотом, а на брате, черно-золотой костюм, что сливались с их русыми волосами, выделяя черные глаза.

– Ифриты, – подтвердила Лила, восхищенными глазами смотря на первых претендентов.

– Самые сильные и самые опасные. Одно дуновение ветерка и тебя не станет.

– Они же просто исполняют желания…

Ноа чуть хихикнул, не веря, что это говорила Лила.

– Берегись своих желаний и никогда не спрашивай о них у других, – Лила только кивнула.

– Если Ифриты такие опасные, почему они могут стать частью правления или даже получить место в Министерстве?

– Законы сознающих. Мы все имеем право, если получаем выдающиеся навыки при рождении и поддерживаем их успехами в академии. Все должно быть во благо нашего мира.

– Почему ты не с ними?

– Ты совсем меня не слушала, – с укором произнес Ноа. – Вспомни ту часть про рождение.

– Никто не знает, кто твоя мать, но отец…он же…про него все знаю.

– Да! – Ноа напрягся, обдумывая ответ, – Надеюсь во мне больше от матери, каким бы сознающим она ни была.

– А если она человек? – парень в ответ чуть улыбнулся.

– Возможно, тогда моя жизнь станет легче.

С новой силой заиграл следующий сигнал, приглашающий войти другую пару. Все захлопали, приветствуя Даррена и Яэль. Кто-то даже подвывал от восторга.

– Яэль пользуется любовь у студентов, – констатировала Лила, внимательно рассматривая ее наряд, – в этом платье она сливается со шторами.

– Она отличный наставник, – быстро ответил Ноа и поддался всеобщему ликованию. – Тимэйн и Лэйна чужие для нас и нашей академии, их прислали, эта грозная парочка из северного города – Сумэн, маленькое поселение для других сознающих, основанное совсем недавно. Посмотри, на них даже никто не обратил внимание. Яэль строгая, требовательная, но наша, во всех смыслах.

– Может она пользуется силой сирены, чтобы ее все любили?

– Даже если и так, ты видишь несогласных? – в довольной и широкой улыбке расплылся Ноа.

– Мы можем быть под чарами, не осознать это, – фыркнула недовольно Лила. – Ужасно!

– Эта же святая Яэль, ты разве не знаешь? – Лила покачало головой. – Она ни разу не запела с тех пор как умер Тай, ее большая и кажется единственная любовь. Поэтому ее все так называют – «святая». Она была самой послушной на курсе, училась и закончила с отличием, поэтому и получила золотую нить на мантии. Мало кто верил, что она действительно сирена. Они вспыльчивые, устрашающие, когда выходят из себя или поют. Но она совсем не такая, не идеальная, – вспоминая перепалку Яэль и Даррена в их комнате, когда она приказала подчинятся. – Иногда я думаю, что вы могли быть родственниками.

– Ха-ха, – иронично выдала Лила, смотря только на Яэль. – Что насчет Даррена?

– Тут проще некуда…он сын своего отца, – Ноа кивнул в сторону Маора, который надменным взглядом оценивал Даррена.

Он обернулся через плечо, показывая, что он явно слышит Ноа, и тот покорно прикрыл рот пока процессия, связанная с их парой, не закончится.

Даррен и Яэль поклонились, и отправились по правую сторону от главных сознающих города и академии.

Новый звук. Новая пара.

Лила сжала руку Ноа.

– Да, Паль и Пада, – будто огрызаясь заявил он. Девушка тяжело сглотнула подступивший комок в горле. – Инкуб и Суккуб. Дьяволы нашего выпуска. Единственные из сознающих, что совсем не по возрасту стоят перед Советом.

– Им точно нельзя отдавать власть, они всех сведут с ума своим демоническим началом. – Ноа согласно кивнул. – Разве можно брать кандидатов из студентов? Они еще не закончили обучение.

– Отличились.

Паль и Пада с ярким красным макияжем, и эффектными нарядами красного цвета поклонились, смотря прямо на главу Министерства. Даррен и Ноа снова обменялись, теперь тяжелыми взглядами, Лила поймала их многозначительные легкие кивки в стороны и прикусила губу; всем стало не по себе.

Пугающая парочка прошла на левый край, ближе к директрисе. Официальное представление было окончено.

Маор вышел вперед, протягивая руку, приглашая Яэль на следующий танец. Ноа и Лила охнули.

***

– Не ходи, – шепнул Даррен, задерживая Яэль рукой.

Все замерли в ожидании.

Маор на глазах у студентов и самых почтительных сознающих стоял, вытянув руку. Это был вызов. Это был знак его благосклонности в ее сторону. Отказываться значит оскорбить, отвергнуть и лишится надежды на любую карьеру и должность среди сознающих. Может и на нормальное существование.

– Не ходи, прошу тебя. Он что-то задумал. Я не могу забраться к нему в голову, но его энергия…она тяжела и темна.

– Даррен на нас все смотрят, – шептала она в ответ.

– Ну и пусть. – огрызаясь, сквозь зубы произнес парень, – Ты сама просила быть твоим другом, быть опорой и поддержкой. А теперь сопротивляешься?

Яэль подняла на него свои темные глаза.

«Ты слышишь сейчас меня?»

Даррен легко кивнул.

«Ну так слушай! Если все начнет выходить из-под контроля – ты первый об этом узнаешь».

Он все еще старался удержать ее легким касанием.

– Передумай! Прошу тебя, одумайся и передумай…он ужасен. Он зло.

– Он твой отец, Даррен.

– Не ходи.

Яэль отвернулась от него, расправляя плечи.

«Преподам тебе мастер-класс по дипломатии и возможно коварству»

Даррен наблюдал за тем, как она медленно уходит, грациозно шурша своим платьем, принимая и отвечая согласием на протянутую руку Маора. Заиграла музыка, все двинулись по кругу в спокойном ритме танца.

– Попытайся дышать. Так ты быстрее научишься самоконтролю, – обратился Ноа, подходя с бокалами полными светлой жидкостью с пузырьками, – а пока вот, держи.

Не раздумывая он принял, и в несколько глотков осушил бокал.

– Только спокойнее, – порекомендовал друг, – Яэль умная, она знает, что делает.

– Она бесстрашная и отважная, – ответил, чуть оглядываясь по сторонам.

– Вечер только начался, а ты уже с пустым бокалом, Даррен? – никто не обратил внимание на ехидный и самый знакомый их всех сознающих голос; Даррен ощутил, как Лори в ярком желтом платье пристроилась по другую сторону от Ноа.

Даррен втянул воздух и бросил на нее короткий взгляд, быстро рассматривая: распущенные рыжие кудри, платье до пола, с глубоким вырезом и разрезами на юбке до самых бедер с двух сторон. Ткань плотно повторяла контуры ее изгибов. Она выставила одну ногу вперед, позволяя ткани открыть ее светлую кожу. Даррен тяжело сглотнул ком в горле, с трудом отворачиваясь.

– Нарок[1], помоги мне, – взмолился парень.

Ноа постарался сохранить невозмутимое лицо, но раздутые ноздри его выдавали.

– Заткнись! – бросил Даррен.

– Я молчал!

– Зато думал.

«Даррен», – тихо позвала Яэль с другой части зала, продолжая кружиться в танце, наигранно улыбаясь Маору.

– Где Гин? – спросила Лори, беря бокал шампанского.

– Он наказан, – коротко ответил Ноа.

– Что этот человечишка опять сделал?

– Ничего, что нельзя решить, – уходил от конкретного ответа Ноа.

– Разве вы не подружились? – бросил Даррен, сам не понимая откуда взялся этот вопрос.

«Это что ревность?»

– Пусть он сам тебе все расскажет, – напоследок добавил Ноа, чтобы она точно его поняла.

«Даррен», – вдалеке повторился зов Яэль.

– Между вами опять черная кошка пробежала? – всхлипнул Ноа.

– Так она и не уходила, – заверил Даррен, искоса смотря в сторону Лори и ее точеной талии. Он снова сглотнул, задерживая взгляд.

– Сегодня все шутят, – вскидывая руки ответила Лори и уставилась прямиком на чуть опьяневшие глаза Ноа.

«Даррен, сукин сын!».

Парень поднял глаза ища в толпе Яэль и Маора. Она выглядела беззаботной, улыбалась, практически кокетничала с отцом Даррена.

«Мне что почудилось? – на мгновение засомневался он, – я отвлёкся… или увлекся. Необходимо успокоиться, сейчас есть дела поважнее».

«ДАРРЕН! Самое время услышать и спасти меня!», – почти криком раздалось в его голове среди сотен других голосов.

_______________________

[1] Покровитель удачи

***

На небе не было ни одной звездочки. Гин протянул руку Авроре, стоя на крыше, что негласно считалось их местом, они ощущали вибрации празднества из большого зала.

– Позволите пригласить вас на танец? – наиграно вставая на колено, спросил Гин.

«Бя!» – Солею было скучно, все оставили его одного в темной комнате, и с каждой минутой он старался привлечь внимание своего хозяина.

«Детям пора баиньки», – весело ответил Гин.

«Ты что такое говоришь, волк! – Солей был возмущен, поведением и словами мальчишки. – я уже служил великим ведьмам, когда твоя мать еще не родилась».

– Нам нужно возвращаться на кухню, – пролепетала Аврора, разминая крылья.

«Умная», – оценил Солей.

– Еще немного, – взмолился Гин, приплясывая.

«Сгинь!»

Они несколько часов только и делали, что полировали бокалы, мыли бочки для еды и напитков, разносили тарелки, складывали салфетки и еще много чего, от вида и уж тем более от запаха кухни уже воротило и всеми силами Гин старался задержаться на морозном воздухе как можно дольше.

– Ладно, отдых нам не повредит, – быстро сдалась Аврора, парень одарил ее улыбкой, не скрывая своего ликования, – только ненадолго, – более строго добавила она.

Мелкими шажками они закружились по узкой крыше в такт музыке из зала. Они оба ее отчетливо слышали.

– Давай сбежим? – вдруг выпалил Гин.

«Тресни мой панцирь, тебе в лазарет пора, малыш!», – конечно же Солей не удержался от комментария.

– От резкого перепада между кухней и свежим воздухом, твоя голова совсем одурела? – восторженно объявила Аврора.

«Хоть кто-то из вас умный»

– Все на балу, показывают, что они достойные наследники… никто не заметит! – не отступал парень.

«Ты действительно влюбился, дурной человек», – упрекнул его Солей.

«Сгинь!»

«Я не брошу тебя на произвол судьбы»

– Нет! – коротко ответила Аврора.

«Я в хороших руках, тебе не о чем волноваться»

«Начнем с того, что ты в когтях…ты что творишь?», – Солей практически кричал в голове у Гина, стараясь остановить его, по его мнению, от опасного поступка.

Гин покружил Аврору. Наклонил, уверенно держа девушку в своих руках он подался вперед.

– Эй, вы! – позвал их грубый голос, и они отпрянули друг от друга, – Бездельники! А ну спускайтесь! – Гин и Аврора переглянулись, – Гора посуды ждет вас!

– На три? – предложила Аврора.

– Сейчас!

Разбежавшись они прыгнули вниз, на ходу сцепившись. Аврора расправила свои крылья и взлетела, держа Гина за ворот рубашки в своих цепких и острых когтях унося их прочь от замка.

– Откуда такая преданность к … людям? – не решаясь в ее присутствии говорить слово «морт».

Они шли вдоль замерзшего озера, медленно вдыхая морозный воздух.

«Я и есть морт!»

«Ты – Хайит!», – уже не в первый раз твердил ему Солей.

– Не знаю. Может это в нашей природе? – неуверенно ответила девушка, медленно спускаясь за Гином.

– Или в хозяине? Семья Даррена.

– Даррен хороший! – быстро возразила, – по крайней мере был им. Он никогда со мной не обращался, как со слугой. Иногда я ловила себя на мысли, что я могла быть его другом…но это невозможно.

– Почему?

– Ни одна сторона не позволит. Ни Маор. Ни мой отец.