Текст книги "Маленькая, ты попала! (СИ)"

Автор книги: Марианна Кисс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

15

Вот оно мне надо? Все, никаких клубов, ну его нафиг.

Чтоб я ещё хоть раз…

Не была пять лет и ещё десять можно не ходить.

– Никаких клубов, никакого шампанского, – бегу трусцой и повторяю.

Пятки болят, колени дрожат. Чтоб его этого Барса, от него одни проблемы.

Темно. На улице ни одной живой души. Правильно нормальные люди давно дома в тёплой постельке, а не шляются по клубам, в непонятных платьях и на непонятных каблуках. Правда о каблуках забыть придётся.

Ничего, Барс обещал, что купит новые… ой, а как же он их купит?

Куда это меня спрашивается, занесло? Оборачиваюсь пугливо, место вообще незнакомое. Но это лучше, чем в подвале у какого – то Ашота.

Черт, что же делать? Только немного успокоилась, что ушла от такой страшной опасности, как тут же снова заволновалась.

Совесть моя, со мной же говорить начала.

Подожди Диана, там же твой жених остался нужно его выручать.

Отмахнулась быстро.

Да какой он мне жених, так, переспали разок или два. И что, я за него теперь должна по всему городу бегать, папашу его искать. Да я даже не знаю где он находится.

Короче, этот Марат сам выберется. Он такой деловой, без мыла куда хочешь влезет. А какой нахальный. Пусть его эти ребята проучат.

Ну стукнут его пару раз и все. Ему же лучше. Мозги на место вставят. А то они у него немного сдвинулись, явно не в ту строну.

Так они почему сдвинулись? От красоты твоей неземной и заработали не так как надо.

Та ну его. Я за эти пару дней честно устала. Отдохнуть хочу от повышенного Барсикового внимания. Я пока поотдыхаю, а он там, в подвале пусть пока посидит.

Вроде успокоилась. Вот реально, о чем я должна ещё заботиться, чтобы Барса не побили? Да пусть бьют, может поумнеет наконец. А я тут вообще не причем.

Иду дальше. Темно. Вышла на дорогу. Времени не знаю. И хоть бы одна сволочь проехала.

Ага, смотри, будут тебе нормальные люди в два часа ночи ездить, тут как раз кто – то из ненормальных может обнаружиться. Отошла немного по тротуару, чтобы не так меня заметно было, в моём клубном, переливающемся платье.

Вдруг подумают… ох ты, черт… глянула на платье… точно подумают, что хожу зарабатываю.

А если полицейские сразу к ним брошусь, типа – помогите, спасите.

Чем дальше иду, тем вообще уже не понимаю, что вокруг и где нахожусь. Главное поскорее домой добраться и закрыться на все замки. Вспомнился мужик с пистолетом. Он же как – то проник в квартиру ко мне, хоть и было всё закрыто. Да и Марат кричал, чтобы домой не показывалась. Предупреждал меня об опасности… беспокоился… а я его оставлю в том подвале, беспомощного.

А что я могу, самой помощь нужна. Пусть выбирается, он мужик или тряпка.

Сам справится.

Подожди, это вообще – то лучший парень, который у тебя был за всю твою жизнь.

Да кто это сказал?

Иду, со своей совестью разговариваю. И пока что побеждаю собственные принципы и наступаю им на горло, только бы ничего не делать, чтобы Барса выручить из подвала.

И самое неприятное во всем этом разговоре меня с собой, что начинаю побеждать собственные общечеловеческие убеждения, вложенные в меня родителями с самого детства.

Ну, хорошо, допустим, хочу я ему помочь, но как это сделаю?

Сейчас, в темноте, ночью, я сама не знаю, где нахожусь. Не знаю где находится поселок, куда мы ездили, не могу идти к себе домой, не могу идти к Барсу домой. Никуда не могу, ничего не знаю. Всё. Вот и ответ.

Из всего вышеперечисленного следует – помогать Барсу не буду, потому что это невыполнимо.

* * *

Еду я в багажнике и тупо понимаю, что везут меня не в нарды играть, и не кто выше подпрыгнет, а просто сука толкнуть с высокого откоса и не дожидаться, что я там буду делать.

Лежу и понимаю вот они последние мгновения и где, в вонючем багажнике дешевого китайского внедорожника. Это что мой последний путь?

Чёт стрёмно братья.

Нет, я могу понять когда на скорости вылупился. Скажут – любил риск. Скажут бесбашеный, но прикольный был чувак этот Барс.

Или например пулю получить при встрече с врагом, один на один.

Красиво? Красиво.

Или хотя бы умереть как достойному пацану. В драке с тремя гориллами. Достойно же? Не вопрос. Дайте только возможность. Я ведь не ссыкун какой.

А тут, упасть с высокой насыпи… чёт стрёмно. Подумают идиот что ли, чего он туда сука ночью поперся. Обдолбанный или приснилось чего?

Нет, я так не хочу.

Еду в этом чертовом багажнике, удобно так лежу. Даже мягко. И пахнет хорошо, освежителем сука цветочным. И чёто мне так жить захотелось.

Ещё не всё я сказал этому городу, и этому миру, мать его.

А как же дом, сын, дерево?

А как же малая?

Я же, можно сказать только разгон взял, только прицелился, только разобрался где у неё там чего. Да и не разобрался ещё. Там работать и работать. Разбираться долго. Так я и не торопился… вроде.

И в этот самый момент, когда я только нащупал в чём жизненный кайф заключается, в чём суть охренительного траха, с вдохновением, с любовью даже… и чё я должен, вот это сейчас всё покинуть?

Э, нет.

И стал я думать, как мне так судьбу обмануть.

Понимаю – все только в моих руках. Только в моих.

На малую надежды нет. Что она там ночью найдет? Кого? Отца точно не найдет.

Она хоть девка и не тупая, но если чисто вот так рассуждать, это я сейчас уже у карьера окажусь, а она только дойдёт до чего.

А если какие – то придурки её остановят среди ночи? Во блин. Опасно.

И малую подставил, где она там сейчас по городу бродит? Полная короче жопа.

Но у меня жопа по жопистей видимо. Меня то похуже ждёт участь. И вот этой бы участи не случиться.

А чтобы не случилось, буду… короче что – то делать, а что, пока не знаю.

Буду крутиться как червяк в жопе, уворачиваться, хер они меня поймают. Даже руки не связали идиоты.

Этими самыми руками начал я лапать по багажнику, чтобы такое нащупать, чтобы оттянуть момент своего недолгого полёта, со сломанной шеей в самом низу.

Надо же такое, этот лошара, как специально для меня, положил тут несколько удачных предметов – огнетушитель, аптечку и… самое удачное его в этой жизни приобретение набор гаечных ключей. Вот он то и станет набором ключей к моей свободе.

Логика сразу подбросила несколько вариантов открывания багажника и выпускания меня из него. Проработка деталей заняла минуты две.

Всё, считай остальное – дело решенное.

Осталась только подождать, когда откроется крышка.

* * *

Остановились. Я задохликом прикинулся. Лежу не подаю признаков жизни. Типа в отрубе. Пусть думают, так меня кинули, что совсем потерялся.

Слышу, идут, разговаривают. Сам в рукава по ключу сунул. Ну всё, теперь только от меня зависит. Как будет, так значит и будет. Либо я, либо они.

Только у них нет мотивации, а у меня огромная. Жить сука хочется.

Щёлкнул замок.

– Чёто он в отрубе что ли? – один склонился надо мной тупо разглядывает, вот придурок.

– Ну, дай посмотрю.

В лицо полоснул луч фонаря. Я дохляка играю, видать хорошо. Поверили. И багажник прикрыли. Но не сильно.

– Ничё так мы его уделали.

Говорит один из шизиков. Это ж надо, подумал, что кинул меня в багажник и я сразу уделался.

– Тем лучше. Кинем в яму и дело с концом. А тебе не кажется, что Ашот нам за такое задание маловато заплатил. Это как – никак мокруха, а за мокруху обычно десятку зелени платят, а он нам только зарплату, да и то ещё не заплатил за прошлый месяц. Несправедливо.

– Согласен. Какого хрена? Легавые докапываться начнут, экспертизы там всякие, это же к и машине моей могут прикопаться, – голос пыхтяший, видно закурил.

– Реально попасть можно. Ты со своей машиной пойдёшь. И меня ещё приплетут. А потом мы с тобой на кичу, ни за хрен собачий, а Ашот в шоколаде. Как бы ни при чём.

– Хорошо, что ты предлагаешь. Сынка этого куда?

– А я знаю. Ты предлагай.

Помолчали, попыхтели. Козлы вонючие.

– А что если нам его папаше отвезти? Тот нам бала отвалит.

Тут я ухо вытянул. Правильно придурки, папаше меня тащите. Он вам точно отвалит, я у него единственное в жизни богатство.

– Ты думаешь, Барсук старший отвалит нам бабла, а если по голове настучит?

– Надо пробовать. А так нам, никто ни за что не заплатит. Ни Ашот, ни папаша.

Верно рассуждают. Но папаша мой точно не заплатит. Он скорее их в бетон замешает, чем бабло отстегнёт.

– Слушай, а может нам сынка у себя где – то спрятать и папаше предложить выкупить. У меня на хате есть угол.

– Дело говоришь. Толково.

– Тогда сейчас что?

И вот направление их беседы мне уже совсем не понравилась. Меня куда – то к батарее пристегнут, а у папаши бабки качать. Нет, так мы не договаривались. Хочу домой, сегодня и сейчас. К малой хочу, под тёплую сиську.

Пришлось импровизировать.

Простонал я как раненая птица. Парни затихли. Прислушиваются.

– А ну смотри, не прибили мы его, а то и папаша нихрена не отломит.

Снова щелкнул замок багажника и тут я уже не ждал, толкнул со всей силы, на какую способен. Одному по носу.

– Ай, б***! – он отскочил.

Другой от неожиданности встал охреневший, а я из багажника как пружинка разжался и выскочил. Ключ на двадцатку не меньше из рукава в руку скользнул, второй ещё увесистее в ладонь нырнул.

– Ну что, кто первый давай, подходи! – я в стойку встал, осклабился.

– Эй, ты это давай…

Взгляды испуганные. Не ожидали от меня задохлика такой прыткой прыти.

– Что тебе давай?! – чувствую своё превосходство в позиции.

Первый на меня рыпнулся, но я ключом ему в скулу протянул. Он упал. Что за шизиков послали, они же драться не умеют. Тот, что с носом, всё ещё за нос держится.

Я к первому подбежал он, только встать хотел, я ногой придавил.

– Быстро ключи от машины, сука!

– А – а–а, у меня нет, они в зажигании! – я его ногой толкнул, отбросил, он даже закрылся, чтоб я его не стукнул.

– Во придурки!

Пошел я к машине, сел на водительское.

– Эй, а мы! – кричит тот, что за нос держится.

– Я что тебя ещё и подвести должен? – высунулся я, крутанул ключ.

Машина завелась. Я поставил ногу на педаль, потом в окно выглянул на этих двух придурков.

– Передайте Ашоту, чтобы валил из города. Тут ему жизни не будет, – и нажал педаль газа.

* * *

Долго я шла по пустынным темным улицам. Устала страшно.

Впереди замаячила автобусная остановка. В такое время делать на остановке нечего, кроме как нарываться на неприятности.

Вот и думаю, если встану и буду ждать, все кто проедет мимо, примут немедленное и однозначное решение – меня подвезти.

Ехать это главное, а вот в какую сторону дело другое.

Ночь – время маньяков. Я, как бы, боюсь. Вот так найдётся добрый человек, с добрым лицом, а он может прожженный маньячело. Что тогда буду делать?

Резко, на горизонте свет фар. Вот – первый.

Я с перепуга за остановку спряталась.

Машина едет прямо сюда, ко мне. На меня. Туда где стою.

Вжалась в стену. Не дышу. В этих черных джипах одни придурки и маньяки. А то и по двое по трое. Ой, фу…

Стою я, жду, когда с другой стороны машина проедет. Но не тут – то было…

Машина сбавила скорость и поехала очень медленно. Я приткнулась к стене, не дышу. Сердце в пятки ушло, дыхание сперло. Позвоночник… упал в трусы.

Машина остановилась. Всё… конец, капут, крышка.

Если побегу – себя предам, не побегу, подумают – никого нет.

Может люди вообще не по тому поводу остановились. Просто спросить направление… ага, в три часа ночи им срочно понадобилось направление.

Слышу, дверь открылась, шаги… все! нужно бежать.

– В супермаркет тортики привезли! Малая, хватит прятаться, твоё платье за километр видно, даже из – за угла!

Ой! Барсик что ли!

Вот в этот момент я была не то что рада, а счастлива. У стены так и прилипла не веря в подобную удачу. Улыбнулась. Жду.

Он вышел из – за угла. Лицо довольное. Высокий красивый… почти родной… и немного даже любимый.

– Ты жив?

– А ты чего хотела?

– Чтобы ты был жив, – я к нему потянулась сама и почувствовала как в уголок глаза набежала слеза.

– Да чтоб Марата Барса уделать, ещё такой герой не родился, – он обхватил меня за талию, придавил к себе и вот сейчас честно, стало так хорошо. Я прильнула к нему, обхватила.

– Я просто испугалась за тебя

– Не нужно маленькая, если ты со мной, можешь ничего не бояться, – сказал и в темноте вспыхнул огнём его взгляд, а губы приблизилось к моим.

– Я просто…

– Заткнись малышка, – и затянул меня в сладкий поцелуй, из которого выхода нет.

Черт, а я ещё его спасать не хотела. Как я могла?

Долго, долго, наши губы ненасытно терзали друг друга. Я уже не помню, когда такое было, чтобы так сильно я хотела кого – то целовать. Не думала что сегодня, после этой странной пугающей и опасной ночи, при встрече с Маратом, я почувствую притяжение, от которого у меня по – настоящему начнут подкашиваться ноги.

Прикосновение его губ будет самым желанным именно сегодня. Не понимаю что со мной, но то что происходит сейчас это удивительно.

Я не могу насытиться. Хотелось стоять тут на улице и обнимать, и гладить. Он держит меня, почти выгибает. Смелые ладони, не стесняясь, передвигаются по моему телу. А губы жгут, они не отпускают. Сочно, страстно… нахально.

Чуть не задохнулись от такого поцелуя. Еле отлипли друг от друга.

Взгляд Марата говорит красноречиво. Сейчас будет что – то, чувствую, прямо здесь посреди улицы…

– Нет, сначала дела, – сказал, как будто самому себе, отстранился и потянул за руку, – Пошли.

А я довольная и немного счастливая поскакала за ним босиком. Запрыгнула на сидение рядом с водительским, глянула на Марата, а он осмотрел меня довольным взглядом.

– Ты малая, сегодня меня, чуть не потеряла. Валялся бы тихонько сейчас в карьере.

– Но ты же выбрался, потому что ты – мой герой.

Он глянул, ещё больше довольный

– А ты думала я кто? Конечно я – твой герой.

16

Рулю, а краем глаза на малышку поглядываю и реально чувствую себя героем.

Ну все, пора кончать этот букетно – конфетный период. Пора подумать о более конкретных позициях. Я тупо сверху, а потом она сверху, а потом снова я.

Потом сзади… б***, о чем я мечтаю?

Только что какие – то хмыри замочить меня хотели, нужно нестись к отцу и все ему выкладывать, по горячему принимать сука меры. А я как эту стройнягу увидел, волос запах вдохнул, забыл вообще чего это я хотел.

Она своими пальчиками в мою спину когда вцепилась, у меня просто мозг отказался все остальное воспринимать. Что такое девка эта делает, что при виде нее при ощущении, при касании я становлюсь абсолютно тупым, зависимым человеком.

Проехали недолго. На развилке дорог, где уже нужно было поворачивать к отцовской вилле, я остановил машину.

Повернул голову и смотрю на малышку. Неужели я так страдал, чтобы в конце этих страданий не получить что – то уникальное в качестве приза?

Отец подождёт ещё минут пятнадцать, а вот член мой уже совсем ждать не хочет. С ним творится что – то неладное. Бьется, словно пёс на выгул, просится.

– Слушай, я бы хотел, чтобы мы с тобой…

Тяну руку к ее щеке, трогаю, только касаюсь, а меня уже примагничивает. Типает от желания схватить, сдавить, затащить.

– Что? – говорит она тихо, а в глаза не смотрит.

– Хочу, чтобы ты стала моей…

– Я ведь и так твоя невеста, – улыбнулась.

– Я думал это просто шутка.

– Я тоже так думала.

– Тогда что? – я как тот дурак.

– Ты скажи что, – глянула и снова серьёзное лицо.

– Походу это реально серьезно. Я тебя когда вижу, у меня встаёт. А когда трогаю… тоже встаёт. Короче давай через два дня идём типа это…заявление подавать.

– Это как? – она на меня глазками своими зыркает.

– Вот так. Не могу терпеть, хочу жениться.

Чтобы вы понимали, я слова эти произношу, как будто кто – то за меня моим ртом шевелит. Губами шамкаю. И выдаю уникальный текст.

Никогда бы не поверил, что по доброй воле и трезвом уме, такое какой – то девке говорить буду. Да я бы свою руку положил, любому кто это мне бы навязывал, сказал бы – На, руби, а таких слов не произнесу. Положил бы, отвечаю.

И тут смотри, всего пару часов не видел этого сладкого розового ротика и уже готов говорить, самостоятельно причём, чёрти что, которое мне даже не подходит по восприятию.

А она повернулась, на меня глазками своими смотрит, чисто девственница. Ресничками тямкает, и я мать его, от этого всего прихожу в какое – то дурное состояние.

Глазами своими, взглядом раздевающим всю её облапал.

Рот, губы, шею, грудь и снова рот. Боже…

Хочу поцеловать, аж дрожу.

Ладонь завожу за шею милахи, тяну к себе. Легко упирается, но все же поддается.

Поворачиваюсь, нависаю над ней, смотрю сверху вниз.

Что за…

Это не она, это воздух вокруг нее. Аромат и тепло тела. Не понимаю почему и тянусь, наваливаюсь, подминаю.

Сжимаю пальцами волосы. Уже не так как вчера. Не ради забавы, не ради спорта и интереса. А ради чего, не понимаю мать его, ради чего. Но, уже не так как вчера.

Хочу ее. В своей постели, в машине, в квартире.

Каждый день постоянно.

– Девочка, – выдыхаю, – ты делаешь меня монстром…

Мощный поток в моей голове… да нет, в какой голове.

Хватит говорить красиво… в головке мощным потоком, в самих яйцах! бешеной рекой, ринулись все мои сперматозоиды в эту всесносящюю волну.

И не знаю, они ли, или какая другая хрень по науке, запустила этот механизм, но черт, член мой точно резиновый надулся, выпрямился во всю свою длину, прямо сука в джинсах.

Если бы это было вовремя – хорошо… а сейчас вообще не в тему.

В багажнике то я пока ехал, немного притух, припотел так сказать и красиво доставать вот такое все тухлое, чёто как – то не айс.

Нарушать зарево очуменных ароматов малышки реально неохота. Она хоть и бегала по городу босиком, но всё равно благоухает, а вот благоухают ли мои яйца после потения в багажнике это ещё вопрос открытый.

Вернее закрытый и открывать его прямо сейчас желание чёто пропало.

А будущей своей жене ведь не скажу как той шлюхе – отшлифуй до блеска.

Решил я до дома отца потерпеть.

Оттолкнул малую, чтобы не портить впечатление и принял занятой вид, типа, что секс совсем сейчас не из самых важных дел.

Трудно конечно. Они то стучат, они то хвостатые на свободу просятся, распирают.

– Марат, – говорят, – пусти задыхаемся! Похер нам твоя эстетика, нам бы на воздух!

Орут до одурения. А я что могу. Ничего.

Смотрю, малая улыбнулась краем губы. Неужели так заметно, что моё потное хозяйство выперлось и вот – вот разорвётся.

Темно вроде. Главное поудобнее сесть и не сломать ни в каком месте. Тяжело. Но доставать, чтоб от моего потного члена окна запотели, не буду. Портить репутацию альфа – самца последнее дело.

Дианка отшлифует, но потом, после душа и джакузи. Долго придется шлифовать, потому что стресс то снимать надо.

Ладно, потерплю уж как – нибудь. Вот доедем до места, а там уже малой придется заняться блеском моих яиц.

Короче сел я, успокоился немного, только потянулся рукой к зажиганию, смотрю, пара машин мимо проехала и такие типа машинки, которые не намекают на хорошее, а скорее предупреждают о плохом.

Ёкнуло где – то, член мгновенно успокоился, вспомнил о делах насущных.

Я на педаль нажал, к дому отца руль выворачиваю, а там сука, ворота нараспашку.

Тут я и притих. Потом дернулся, взвился, из машины выскочил.

Мать его, во двор забежал. А тут сука…!

Остановился я и охренел малость. По двору мусор какой – то валяется. Охрана на траве катается, побитая. Я к одному подлетаю, кричу:

– Какого сука хрена тут творится?!

Он стонет:

– Забрали хозяина.

– Чё б***, как сука забрали?!

Трясу со всей силы охранника, а он толком сказать ничего не может. Кинул я его побежал в дом, а там… погром, какого я жизни не видел. Сам погромы делал, у меня делали, но чтобы так как здесь, реально не видел.

Побежал по комнатам искать матушку. Нашел в спальне, сидит, фотографию рассматривает. Смотрю, я там маленький под елочкой стою.

Мама меня увидела, кинулась.

– Сынок!

Ох, мать твою! Чёто я такого поворота вообще не предвидел.

Матушку рыдающую прижимаю, смотрю по сторонам глазами офигевшими.

Это получается чё за тема, если бы чуток раньше я сюда заявился, меня бы вместе папашкой моим под белы руки скрутили бы?

Во блин…

* * *

Стоило ненадолго расслабиться, как снова волнение. Стою скромно в уголочке, чтобы меня никто не видел, пока Марат носится по дому, хватает охранников, трясет и выясняет что случилось.

Из всего, что я поняла – какие – то люди увезли его отца.

В доме все грустно. Разбросанная по полу мебель, вещи. Разбитое стекло. Что – то налито, рассыпано. Жуть.

Барс в бешенстве. Метает взгляды – молнии. Все на него смотрят глазами полными страха. Его явно тут боятся. Я теперь начинаю понимать почему.

Вот никогда бы не подумала, что этот сексуально озабоченный парнишка, с супер – сексуальным телом, превратится в монстра, стоило на горизонте замаячить реальной, даже смертельной опасности.

Он – и есть монстр. Только не я ввела его в такое состояние, как хотелось ещё десять минут назад.

И что я понимаю, именно таким злым и бешеным, он мне вообще начинает нравиться. Всё больше и больше.

Теперь я действительно чувствую, что мне достался – лучший, первый, исключительный. Самый, самый. Альфа.

Наблюдаю за ним и в эти мгновения просыпается в моём сердце новое чувство. Те все шуточки, что были раньше, отходят на второй план. Пробуждается новое, гордое чувство собственницы владеющей чем – то чего у других нет.

Этот мужчина – мой мужчина. И он совсем не избалованный великовозрастный мальчик. В критической ситуации из него выскочил властный мужик. Лидер.

И только сейчас я увидела, что у Марата есть ещё какие – то интересы, кроме моей скромной персоны.

– Так, собирай всех, звони пусть едут сюда! Будем решать, как быть дальше и кто это такой смелый решил захватить наши территории! – тычет пальцем в грудь, здоровенного бугая. А тот только моргает и кивает.

– Марат, не пори горячку, – в комнату вошёл Прохор.

Марат повернулся и смотрит на Прохора, грозно и подозрительно.

– Где ты был? – тон с надвигающейся опасностью.

В преддверии новой, страшной бури гнева после немного утихшего урагана.

– Я искал тебя у Ашота, но мне сказали, что ты с малой уже уехал, – Прохор как камень валун, не сдвинуть никаким усилием.

– Вот скажи, нахрена ты мне нужен, если меня зашить не умеешь? Нахрена ты мне сдался, мать твою?

– Виноват, признаю, протупил, – мощно, молодец Прохор уважаю таких мужиков.

– Протупил? Да я сейчас должен на дне карьера валяться, а ты меня у Ашота ищешь! – скривил Марат нехорошую улыбку.

– Но я же не знал Барс.

– Ладно, – Марат резко отстранился от Прохора, явно поостыл, – давайте решать что дальше. Папашу вызволять надо. Матери дал успокоительного, но сука, того кто это сделал, порву на мелкие куски.

Вошёл ещё один человек, теперь уже пятеро мужчин в комнате и я притихшая в углу.

– Барс, бери управление. Иначе анархия начнется. Барсука то старшего все боялись…

– И меня будут, – оскалился Барс.

– Надеюсь, – сказал мужчина справа, но как – то неуверенно. Слабо.

– Чёто я не понял, – Барс подошёл к нему вплотную, – ты считаешь, что меня не будут бояться?

Мужик притих. А потом быстро кинул, явно чтобы Барса задобрить:

– Я думаю, тебя будут бояться даже больше чем твоего отца.

– Правильно говоришь, – ответ Барсу понравился, – я им житуху приукрашу! Они у меня все поголовно кровью ссать начнут. Я им сука жопы на рожи натяну, чтобы не улыбались. Они сука меня в страшном сне будут видеть, как я трахаю их сука…

Он говорил это так, как по телевизору говорит маньяк или психопат. Никогда не видела, чтобы люди так говорили.

Может он и есть… ой нет, не буду так думать, а то можно надумать что – то не то.

И он словно почувствовал, что я об этом именно сейчас размышляю, резко повернулся и глянул на меня как на первую свою жертву.

– А ты малая, будешь здесь, со мной.

Ого – го, вот это я влезла…