Текст книги "Маленькая, ты попала! (СИ)"

Автор книги: Марианна Кисс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

13

Как я одевалась!

Никогда в жизни за двадцать шесть лет, я не одевалась так быстро.

Со скоростью кометы, три пролёта по квартире и вот, уже стою перед амбалом во всём вооружении своей неземной красоты.

Вот он шанс! Во – о–от он родимый!

Как же долго я его ждала.

Слова телохранителя, что Марат Васильевич ждет меня, уже включили мотор, а волшебное слово, ночной клуб, произвело магическое действие.

Результат – через две с половиной минуты, полная амуниция сексуальной дивы, в виде обтягивающего платья, которое давно пылиться у меня в шкафу, надето и эластично растянуто по телу.

Фух! Я Готова!

Чувуак, которого Марат за мной прислал, охренел от такой скорости, два раза удивленно дернул головой не понимая, как такое может быть.

Да где ему понять страдания одинокой девушки, которая в ночном клубе была черт знает сколько времени назад. И всё ждёт, хотя бы малой возможности побывать там вновь.

Где ему понять мои одинокие, ночные танцы перед телевизором. С тоской и желанием изгибающееся тело, не получающее достаточных порций настоящего, клубного, подпитанного алкоголем и куревом, куража.

Где ему понять. Он то со своим хозяином каждый вечер по клубам таскается.

А я? Я?

Ну всё, пока своё не отхожу по клубам, Барс меня не остановит.

Слишком долго я страдала.

В машину запрыгнула с восторгом Золушки едущей на бал. Предвкушаю грандиозное удовольствие. Буду отжигать, танцевать. Буду самой красивой, самой сексуальной. Ой, просто не верится.

Не зря я это платье столько лет в шкафу мариновала. Сегодня – его звёздный час.

По ткани дорожки переливами, которые, как утверждала продавщица, в ночном клубе должны порвать зал. Убойный эффект. Вот и посмотрим насколько он убойный. Верю, так и есть.

Подъехали к клубу. Когда водитель, он же охранник, открыл дверь, я вышла из машины… и… оказалась на красной дорожке.

Толпа перед клубом стала расступаться. Все взгляды на меня.

– Кто это? – слышу возгласы.

– Невеста Барса!

– Девушка Барса!

Ох ты, меня уже и в лицо знают. Ничего себе. Ну ладно, я ведь и не против.

Иду и купаюсь во взглядах. Восторженных и не очень.

Слава это такое – стоит в неё погрузиться один раз и ты уже согласен утонуть в её лучах.

Вот и я согласилась сразу.

Вошла в клуб как звезда. Реально такое ощущение появилось, когда сразу два охранника открыли передо мной двери и осмотрели так, как осматривают королеву. Сексуальную королеву. Конечно, я ведь похожа на супер – стар.

Теперь вижу, быть невестой Барса очень даже и неплохо.

Вот блин. Приятно.

Иду на своих типа лабутенах, китайского производства. Топаю, за мной здоровенный охранник.

Входим в зал, а там…

Я в раю!

* * *

Остановился у края и наблюдаю, как моя симпапуля восьмерки задницей выписывает.

Да если бы я знал, что она так танцует, я бы ещё дома заставил. Там, правда не до танцев было. Но теперь вот думаю, нужно будет рабочих притащить и для моей танцовщицы этот, как он там называется, палку эту заказать от пола до потолка.

А что пусть лазает. Репетирует и меня по вечерам развлекает. Да можно и по утрам. Будем играть в стриптизершу и миллионера. Я не против.

В клубе конечно это что – то. Сейчас увидел, слегка прибалдел.

Вот же зараза, что вытворяет.

О, черт! Мать твою!

Откуда эта, типа скромница, такой вульгарщины набралась?

Её движения ничуть не уступают профессионалкам в стриптиз – клубах. Но у них работа требует, а тут сплошная инициатива ноги посильнее раздвинуть.

Представляю если с неё стянуть это платье, как будут выглядеть неприличные выгибания Дианы.

Подозреваю что эта малая, будет очень скоро из меня верёвки вить. Её на меня влияние просто безграничное.

И даже не в том дело, что платье всеми цветами переливается и не в том, что шевелюра охренительно колыхается и не в жопе, и не в сиськах, а в чем – то другом сука дело.

Чем – то она меня к себе прямо привязала с такой силой, что даже отвязаться не пытаюсь. Сдался, в полное мной обладание.

А ведь мы с ней только один день трахалась и по всем канонам логических умозаключений, это значит, что мы даже ещё не начинали встречаться регулярно.

А что будет, когда начнем?

Меня заметила и ещё больше выгибаться начала. Сучка. Почувствовала своего уникального зрителя.

Только я ведь долго пялиться не собираюсь. Тем более, смотрю и другие мужики глазками пьяными по сладенькой моей водят. Да не только по жопе, там глазки разбегаются во все пространства моей личной девки.

Пора концерту заканчиваться и перемещаться в отдельный кабинет, для личного разговора с пристрастием.

А Диана моя, как змея извивается у этой скользкой палки. И улыбка такая игривая, бля – я–ядская. Сейчас я ей покажу, возле какой палки потрудится гораздо приятнее.

Я пальцем поманил – типа – поди сюда крошка.

А она – Неа, головой показывает.

Не понял. Она что сюда танцевать пришла?

Так пусть потанцует. Только в другом месте. Не тут же, перед всеми этими слюнявыми типками.

У них тут и так ассортимент богатый и без моего деликатеса разберутся.

Стоял пять минут, смотрел на это извивающееся непотребство.

Потом не выдержал, пошел на середину зала, встал перед малой. Хотел за руку взять, она выкрутила и с улыбкой начала вокруг меня выхаживать. Ещё и лапать начала. Ничё так. Приятно. Я криво улыбнулся.

Смотрю, Ашот с балкона наблюдает, но сильно этим не заморачиваюсь. Все моё внимание сейчас на щупающей меня малышке. Она уже меня прямо мацает. Безнаказанно.

Черт, да она видать опытная в этих делах.

Ещё немного и придется мне со стояком Дианку отсюда вытягивать.

– Всё хватит ломаться, – взял за руку покрепче и потащил в темноту, как тот волк ягнёнка…

* * *

– Отстань! Я хочу потанцевать! Зачем я тогда сюда пришла? – кричу, упираюсь.

– Ещё успеешь, – говорит сердито и тянет куда – то.

Прошли между столиками, в темный коридор.

Что за срочность такая возникла, не дал мне дотанцевать. Может сказать что – то хочет, тогда ладно. Послушаю и снова пойду, потанцую. Сегодня он меня не сможет остановить от развлечений.

Сколько лет я уныло живу, а тут такая возможность. Нет, меня ничто не остановит.

Перестала вырваться, молча иду за Барсом.

Вдруг какая – то дверь и мы словно вошли в пещеру только уютную, полутемную, мягкую. Тут всё приятное для взгляда сине – красно – черное. И приятное наощупь.

Марат подтолкнул, я чуть не упала на диван. Можно сказать упала. Садясь.

На столе накрыто. Закуски, бутылка шампанского в чаше со льдом.

У стены пилон. Намёк что ли?

Марат встал перед столиком, взял бутылку и налил мне в бокал шампанского. Потом себе.

– Ты меня радуешь все больше и больше, – он протянул мне бокал и взял свой.

– Чем это?

– Закончилась моя свободная жизнь. Не придется шариться по шлюхам, – криво усмехается и делает глоток.

– Что? – не поняла я и недовольно скривила лицо.

– Это комплимент вообще – то.

– Ну и комплименты у тебя. Хочешь сказать, что я похожа на шлюху? – тут уже пора обидеться.

– На очень дорогую шлюху.

Вот идиот.

– Отлично, – я встала с дивана и поставила бокал на стол, – иди на хрен!

Только шагнула к двери, как он вскочил за мной, схватил и впечатал в эту дверь, отчего она ещё сильнее закрылась.

– Ай, больно дурак! Отстань! – попыталась вывернуться.

Но горячее дыхание обожгло волосы и шепот Барса на ухо пояснил:

– Стой сучка, поиграем в стриптизершу и клиента, – взял меня за волосы, повернул и оттолкну от двери, к шесту. Я схватилась за него, чтобы не упасть.

– Ты что вообще придурок бешеный! Я тебе не шлюха!

– Зачем тогда притащилась? – оскалился похабной улыбкой.

– Потанцевать!

– Ну вот и танцуй.

Он защелкнул замок на двери, прошел и вальяжно упал на диван.

Разложил руки в стороны на спинке дивана, закинул, ногу на ногу.

– Танцуй и раздевайся. Только медленно, – поднял указательный палец.

Несколько секунд я возмущённо смотрела на него. Вся моя воля протестовала против этого. С чего он взял, что я буду…

Но неожиданно для самой себя я подумала – а почему нет?

Это игра и в нее вполне можно поиграть. Ведь мне не нужно от него ничего, я и так его невеста. Сделаю это не за деньги, а просто так потому, что самой хочется именно сейчас, ненадолго, ощутить себя девушкой соблазнительной и дразнящей. Да и немного даже вульгарной. А что такого? Мы же, вроде как, пара.

Его требования вполне законные. Сначала правда взбесили, а потом резко понравились.

Странно конечно, что этого мне захотелось – до, а не после шампанского.

Ну да ладно, успею ещё выпить, а сейчас буду импровизировать.

Музыка как раз подходящая слышна откуда – то из – за стены. И я в роль начала входить. И давай, медленно, сексуально ладонями по телу прошлась. Глянула на Марата томно, из – под пряди волос.

Барсик мой расплылся. Да. Вот такого влияния хочу. Чтоб мой Маратик, а то что он мой с потрохами, сомнений не возникает, так вот, чтобы мой Маратик слюной исходился, глядя на меня.

Чтобы остервенело хотел меня. Чтоб бесился, как зверюга, от одного только на меня взгляда. Чтоб ревновал. До одури. Хватал и любил. Жарко, страстно любил.

Хочу.

И понесло меня. Медленно, дразняще платье приподнимаю. Но не до конца. Ноги открыла, задам повернулась. Схватилась за пилон, палец облизала демонстративно, по пилону провела.

Марат смотрит, головой нервно, натянуто, поворачивает и взглядом стену за мной прожигает. Вот так, да, этого мне и надо…

– Да детка… какая ты… секси… покажи… да вот так… ох, еп…

Я руку между ног засунула и платье впереди почти до самого того места подняла.

Марат тянется к бокалу, потягивает из него и ставит. Губы облизывает. Слышу, как шумно он выдыхает.

Достает сигарету. Глядя на меня неотрывно, засунул её в рот, промазал, сигарета сломалась, достал другую.

А я всё извиваюсь. Всё ломает меня от интимной атмосферы, от музыки и от этого ненасытного взгляда. Повернулась, оперлась об стену и рукой платье сзади задираю. Тяну время, у нас ещё вся ночь впереди.

Томно выгнулась, представляю, как классно я сейчас смотрюсь…

Медленно оборачиваюсь…

Марат что – то оседать начал, сигарета изо рта вывалилась, на пиджак упала.

Я нервно смеюсь.

– Вот идиот, хватит прикалываться…

Подхожу, а он реально глаза понемногу закрывает. Руку поднять хотел, уронил. И всё, вырубился.

Я сигарету, взяла быстро, затушила. Не хватало тут ещё пожар устроить.

Стою перед Барсом, как не пойми что.

И куда мне теперь?

– Нет ну нормально, набухался, а мне теперь что делать? Короче спи тут, пойду потанцую.

Чего, зря я сюда тащилась, смотреть на его пьяную рожу.

Открываю замок, только шаг сделала, и передо мной, как из – под земли два амбала. И так спокойно, даже по – доброму один говорит:

– Стоять куколка, куда собралась?

14

Что за… Что за херня?

Резко открыл глаза, схватился за голову. Лежу на полу, холодном, грязном, вонючем. Вокруг темно, ничего не разобрать.

Вообще нормально. Это чё такое происходит?

Последнее воспоминание, это как я смотрю на красотулю, положил руку на яйца, почесал, а потом всё как отрезало… Во блин…

Действовать! Причём мгновенно, одним быстрым броском…

Ринулся встать, рукой уперся, но снова рожей уткнулся в пол. Сплюнул.

– Какого хрена, суки! Я же… я же сейчас всех вас порешаю! Всех до одного, сука! Сейчас тут такой замес устрою! Прохор сука, ко мне!

– Ага, размечталсяа – а–а!

Тихий вой похожий на плачь, совсем рядом.

Лапнул рукой в сторону, наткнулся на тепленькое.

– Малая, ты что ли?

– Ыхы – хы – хыыы!

– Чё за хрень, мы где? – ещё лежу.

– В подвале – е–е!

– Хватит выть. Что мы тут делаем, зачем ты меня сюда притащила? – моргаю, чтобы присмотреться.

Она снова завыла.

– Да заткнись ты. Самому тошно.

В ответ Диана всхлипнула пару раз.

– Нас сюда привели какие – то люди, – говорит плаксиво.

– Что за люди? – попытался встать, но бардак в голове поскользнул меня и я упал на бок.

– Ох, ты ё! Что тут за дерьмо? – рука куда – то влезла.

Реально пахло дерьмом. Или крысиным помётом. Не сильно я разбираюсь в категориях разного рода дерьма.

– Откуда я знаю, это не я! – возмущённо выкрикнула малышка.

– Ну, понятно – не ты, а что это за хибара?

– Я не зна – а–ю – ю–ю – ю!

– Хватит выть, – я снова сделал попытку встать и вроде получилось, но шатаясь я сразу схватился за голову.

– Черт. Я не пил столько, чтобы башка, так болела.

– Они тебе в шампанское что – то подсыпали, – пояснила Диана.

– От суки, а чё хотят, не сказали?

– Пугать отца твоего, а тебе пальцы отрезать, а меня – в раcхо – о–о – од!

– Да заткнись ты? Реально башка раскалывается, а тут ещё ты ноешь.

Теперь взгляд начал привыкать к темноте, и я увидел на полу, у стены стройный силуэт моей красотки.

– Ну Ашот ну сучек, я же ему сам лично, яйца к тротуару прибивать буду. Вот же сука. Это все значит подстроили? Козлы вонючие…

– А я не хочу – у!

– Чего ты не хочешь? – стою, чешу репу.

– Сидеть тут на каменном полу. Я на это не подписывалась. Я домой хочу!

Я подошёл к ней, присел на корточки, тронул подбородок и рассмотрел в полутьме мокрое от слез лицо.

– Девочка, ты – моя невеста, теперь это твой диагноз. Куда я, туда и ты.

– Отстань! – толкнула руку, – я пока ещё согласия не давала и может уже не дам. Не хочется остаться вдовой в молодом возрасте.

– Эй, полегче, какой вдовой? Я вообще – то собираюсь отсюда выбираться.

– Интересно знать каким образом? Через вентиляцию? – съязвила она.

Я потянулся, разминая ноги и остановился посреди этой каменной коробки.

– Стоп, а ведь правда, ты голова.

Полапал карманы.

– Вот уроды, все вытащили.

В грудном кармане неожиданно нащупал зажигалку.

Неужели пропустили или специально оставили? Достал, чиркнул… и отшатнулся от малой, с лицом с размазанной тушью.

– Ох, мать моя…! Ты это… макияж перед сном снимать нужно.

– Пошел ты!

Я осмотрел помещение. Кирпичные стены подвала. Из отверстий, только плоское, прямоугольное окно почти под потолком. Старая фрамуга внушала надежду на открытие.

– Так, вставай, – протянул руку Дианке.

– Зачем?

Ну и лицо у неё, в черной туши, ночью присниться не отмахнешься. Зомби.

– Будем искать пути не свободу, – говорю и к окну её тяну.

– Какие пути. Ты считаешь, нас просто возьмут и вы пустят? Ты совсем глупый?

– Нет, не просто. Сначала отрубят мне все пальцы, а тебя, – я осмотрел ее быстрым, довольным взглядом, хороша девка, – А с тобой ничего не сделают, просто изнасилуют и убьют, а тело в озере утопят.

– Ты что совсем сдурел? – лицо скривила, как выжатый лимон.

Я даже увидел, какая она будет в старости. Ничего такая, задорная старушка. Только сиськи придется периодически подкачивать, чтоб не сдулись в тряпочки и задницу соответственно.

– Не понимаю, как ты собираешься отсюда выйти? – энтузиазм у Дианы проклюнулся после профилактического запугивания.

– Да очень просто. Вон окно, я тебя подсажу, ты раму толкнешь, она откроется. Все – свобода

– Как это интересно я ее толкну? Я – вот где, а рама – вон где.

– Так встанешь мне на плечи куколка.

– Я не акробатка, – она испуганно попятилась.

– Вспомни, что с тобой сделает Ашот. Он не то что я, ему минеты каждые пять минут подавай.

– Ладно, давай свои плечи. Залезу как – нибудь.

– Другое дело детка. Сейчас мы с тобой таких делов натворим.

Я подошёл к двери, прислушался, нет ли кого за дверью. Не шелестит ли страница порножурнала, не стучит ли палец о сенсор телефона, не ржет ли кто – то с тупой комедии, пока нас охраняет.

За дверью тишина.

Пошел я к стене, становиться в удобную позицию…

* * *

Нет, нет, это не со мной. Это не я.

Мамочки, что теперь будет?

Когда меня бросили в подвал и я почти упала на потерявшего сознание Марата, в тот момент четко поняла, на какую какашку ступила.

Не в прямом, а в переносном смысле. Но тут так воняло, что прямой смысл обязательно обеспечен.

В этом подвале то ли издохла крыса, то ли… ой лучше не думать, кто мог тут…

Сначала я пыталась разбудить Марата, хлопала по щекам, но он в полном отрубе. Бесполезно.

Потом я походила туда – сюда в ожидании. И когда поняла, что толку от моего хождения нет никакого, притулилась у холодной стены.

Стало жалко себя, слёзки закапали. Как я могла влезть в такое, извините за выражение, дерьмо.

Взгляд привык к темноте и когда я рассматривала лежащего без сознания Барса, что – то екало внутри. Теплое такое. Доброе, душевное и какое – то родное.

Ещё вчера я этого человека не знала, не хотела знать, отбрыкивалась и пыталась убежать от его навязчивого внимания.

А сегодня, смотрю на него и в душе происходят странные вещи.

Что это такое?

Я чувствую, что он мой, а я его…

И тут он начал просыпаться.

…

– Давай, иди сюда, я присяду, а ты становись на меня и толкай окно. Когда откроется, вылезешь наружу.

Я подошла, он присел. Я задрала, ногу сначала поставила ему на спину…

– Ай, б***! Каблуки сними, чуть спину не проткнула!

От испуга я отпрыгнула.

– Я не могу их снять, как же я пойду?

– Ты что совсем дура, а как ты собралась вылазить в окно, на этих копытах.

– Они – мои любимые.

– Ох, б***, брось их на***! Когда выберемся, я куплю тебе самые лучшие и самые дорогие.

– Ну, хорошо.

Мне про такое обещания два раза повторять не нужно. Я быстро скинула псевдолабутены и радостно полезла на плечи Марата, с мечтой о настоящем бренде.

Когда встала на плечи Барс начал медленно, осторожно подниматься.

– Стой спокойно, не шатайся, – говорю, держась за стену.

Чувствую, как коленки его трясутся.

– Ага, выпей херни которую мне намешали, я посмотрю, как ты не будешь шататься. Вообще – то я сильный, как ты уже успела заметить, – хвастовство их ушей лезет.

– Если грохнусь, твоя сила не поможет.

– Ты давай, окно открывай, много разговариваешь.

Он встал, уперся вроде ногами и больше не трясётся.

Я начала толкать засохшую от старости фрамугу. Но не тут – то было, она зараза не поддаётся никак.

– Не получается, засохла, – давлю, упираюсь, кулаком бью тихо, чтоб не шуметь.

Марат держит меня за ступни, прижимает к своим плечам, даже как – то нежно. Я глянула вниз.

– Засохла.

Он поднял голову.

– Ох, б**, у тебя там, что стринги что ли, или вообще ничего нет? Если у меня сейчас, по ошибке мой хер встанет, придётся тебе малая что – то с этим делать.

Я представила, как мы трахаемся в этой вонючей комнате и что – то совсем не захотелось этого делать. Натянула платье посильнее, если это поможет.

– Давай мой туфель, каблуком попробую.

Марат вместе со мной на плечах, в раскорячку присел, нащупал рядом туфлю и подал мне. Я взяла свою любимую сексуальную туфельку, глянула на неё в последний раз перед её гибелью, видно судьба её была предопределена. Родилась эта туфля на китайской фабрике подделок, чтобы спасти меня из плена. Я вздохнула и ковырнула шпилькой раму, она скрипнула и поддалась.

– Что ты там копаешься, хочешь увидеть волосатую грудь Ашота.

Нееее!

Жажда свободы взыграла сильнее и я своим, позавчерашним только, маникюром впилась в приоткрывшуюся щель, стукнула туфлёй ещё раз и окно со скрипом открылось.

– Черт, кто – то идет! – прошипел громким шепотом Марат.

И вот тут в меня вселился реактивный двигатель страха.

– Толкай меня, – испуганно выдохнула я.

Уж не знаю, как у него это получилось, но прямо как в цирке, он схватил меня за ступни и начал поднимать. Я ухватилась за край окна и Марат почти сам вытолкнул меня.

– Сразу беги к моему отцу, – торопливо говорил он, – домой не иди, там скорее всего поймают. Сразу к отцу. Больше никуда.

– Нет, давай руку, – шепчу сверху.

Легла на бетон и протянула ему руку, глянула в его глаза, но в этот момент услышала, как дверь со стуком распахнулась и кто – то закричал:

– Сука, она уходит! Быстро на улицу! Ах ты, барсук недорезанный, сейчас я тебе…

Всё – сверхзвуковой режим!

Я вскочила на ноги и, не разбирая дороги, побежала.

* * *

– А ну стой, сучка!

Один бросается к окну, другой ко мне.

Но я – то не тот лошок, на которого они надеялись, и радостно встречаю мудилу прямым в челюсть. Чувак отлетел на метр. Мозг я ему надолго прочистил. В ближнем я виртуоз.

К другому поворачиваюсь, жестом подзываю:

– Давай, давай на меня! Очканул сука! Борзый да, борзый?!

Парень хоть и здоровый, а малость завтыкал. Боится сука, наслышан о моём убойном хуке. Я думал он из – за этого тормозит, а он ждёт пока дружок его глаза в кучу соберёт, чтоб меня лучше видеть.

Второй пока обернулся, пока сориентироваться я уже первому левым хуком с разворота, хотел по печени, но тот повернулся некстати, получилось в живот.

Первый чудило остановился было, но быстро сориентировался и снова на меня. Я хотел с ноги, но тут второй оклемался.

– Да что ж вы, суки живучие такие!

Этот здесь, тот там. С обеих сторон подвалили. Короче, схватили сука меня за руки. Крепко схватили. Как смогли, до сих пор не понимаю. Обычно я ловкий, а тут немного тромознул.

– Держи его Вован! – первый радостно вцепился мне в плечо.

– Что ж вы суки творите! – уже и не рыпнуться.

– Стой гнида! – провонял надо мной второй.

– Ай! Больно сука!

– Потерпишь!

– Я вас запомнил, вы ещё кровью умоетесь! – кричу, как бы не хочется сдавать позиции, а чувствую – всё, крепко держат, не вырваться.

Если только будет удобный момент, когда кто – то из них ослабит хватку.

– Давай свисти. Это тебе крышка пришла Барсук. Сегодня прощайся с пальцем или с зубом. На твой выбор.

– Вы очумели, с каким зубом?! – что за нововведения.

– А это у босса новая фишка – не пальцы отрезать, а зубы рвать.

– Нет, я на такое не согласен! Я стоматологов с детства не перевариваю! – упираюсь сильнее. Неприятная информация реально добавляет сил.

– Это братишка, не стоматолог тобой займётся, это наш Валек руку набивает.

Ведут меня куда – то. Вывели на улицу. Кругом темно, только над дверью грязный фонарь светится.

У двери Ашот. Докурил. Чинарик об стену смял. Глянул гордо. Усмехнулся.

– Это ты мудило волосатое все замутил? – хотел кинуться я, но держат суки крепко, – Хочешь, чтобы весь твой годюшник на воздух взлетел? Ты знаешь, мой отец не будет долго разбираться.

Ашот глянул, улыбнулся, прищурился.

– Зачем так говоришь? Марат дорогой, я вам как верный всегда был. Вот честно достали вы уже все со своими процентами, вот веришь, как достали – он показал на горло, – Так что извини, не я один, ещё есть люди, которым ты и твой папа дорогу давно перешли. Много вам Марат надо. Очень много. Жадность Марат, это такое нехорошее слюшай.

– Так мы же не за красивые глазки берём, забыл?

Что – то мне тон его спокойный совсем не понравился. Слишком уж тихо, без злости, а это ещё хуже. Мой папашка, все свои черные приказы с добрым лицом отдает. Поэтому я точно знаю, не к добру в таких делах спокойные лица, ох не к добру.

– Так вы чего, меня грохнуть решили? Это за что? – навожу справки.

Может показалось. Пугнуть то пугнуть меня хотят, но вот насколько сильно?

– А за то, что если на место отца своего встанешь, нам тогда честным бизнесменам, совсем тяжело придется, – Ашот отвечает.

– Тебе честному, наркотой торговать значит можно? Шлюх разводить?

– Так это и есть наш бизнес и сюда лучше бы ты не совался со своим папашей, а ему тоже недолго осталось, не волнуйся. Сразу всех и уберём.

– Всех не перебьете, вместо нас другие придут. При нас хоть стабильность. Это – вечная борьба, Ашот.

– Да, но если не бороться совсем тоже не очень хорошо, – он глянул на часы и отмахнулся от меня, как от чего – то надоевшего сильно. – Ну все, забирайте его.

Посмотрел на здоровяка, что держал меня и отдал приказ:

– На карьер везите. Несчастный случай. Упал с высоты, сломал шею. Никакая экспертиза не докажет.

– Ну, я тебе это припомню Ашот.

– На том свете, Марат, на том свете.

Одна горилла толкнула меня в спину, другая открыла багажник.

– Не волнуйся, отвезём с комфортом, – оскалился один.

Второй подтолкнул, намекая, чтобы я забирался в багажник.

Черт. Попадалово серьёзное.