Текст книги "Сделка с дьяволом. Часть 2 (СИ)"
Автор книги: Мариан Маринова
Соавторы: Вита Фокс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)
– Джин, он будет думать, что ты умерла... Мы все сделаем так, что никто даже не будет знать, никто. Главное все сделать совместно. С твоей семьей все будет в порядке, но помимо семьи есть, и ты сама, неужели тебе не хочется свободы, не хочется быть со мной?
Может быть я поступал эгоистично, давя на самое больное, но иначе как еще заставить ее вспомнить о той бунтарке внутри нее? Неужели он настолько обрубил ей крылья, что теперь она не стремится к своей мечте не смотря ни на что?
– Это несбыточная мечта, – тихо и обреченно произнесла она.
– Джин, я не узнаю тебя… Что он с тобой сделал? Где некогда такая пробивная девушка, в которую я влюбился? Где бесстрашная, рисковая, справедливая Джин, которая стремится к своим мечтам? Он затоптал тебя, ты теперь и шаг боишься сделать? И ты собираешься так жить пять лет?
Я давил на нее, пытался воззвать в голосу разума. К ее большому сердцу, к ее боевому, некогда, характеру. Все это закреплялось внимательным взглядом в ее голубые глаза, в которых уже отчетливо читалось отчаяние. Он тушит ее, тушит этот огонек внутри нее. Два человека рядом должны разжигать еще большее пламя между друг другом, а не тушить его.
– Эта Джин думает в первую очередь о дорогих ей людях. О родителях, сестрах, Кер, тебе..., – она чуть тише произнесла. – Я... у меня есть план, но... я не в праве просить тебя ждать меня... я все понимаю...
– Какой план?
Вот, все-таки есть еще надежда, что она борется и будет бороться, только вот что это за план и как долго ему нужно осуществляться.
– Тебе он не понравится, – замялась она.
– Джин, есть что-то большее чем то, что ты в браке с ним и живешь полноценной супружеской жизнью? Поверь, то, что я уже знаю, то чего не могу исправить… хуже уже не будет все равно. Выкладывай, я хочу знать, – я упрямо смотрел ей в глаза, желая продолжения ее мысли.
В любом случае, если мне правда не понравится тот план, который предложит она, я мог бы снова начать давить на свой. Во всяком случае поговорив, у нас уже появились хоть какие-то мысли насчет будущего. Совместные.
Глава 41
Джин
Чем больше я находилась рядом с Дэвидом, тем больше ностальгировала по прошлому. В голове всплывали картинки наших счастливых моментов. Вот он влезает в окно моей комнаты, и мы до утра смотрим сериал, вот мы купаемся за городом, а затем занимаемся любовью прямо в воде, вот он смотрит на меня так, словно я единственное, что ему нужно в этой жизни. И теперь, когда он так рядом, у меня просто щемит сердце. Мне казалось, что чувства притупились и это было действительно так, но стоило увидеть его вновь, поговорить, как все возвращалось с новой силой. Это было одновременно и приятное и мучительное чувство. Интересно, он чувствует тоже, что и я?
Мерфи стал выпытывать из меня информацию касательно брака с Грейсоном. Я прекрасно понимала его. Поначалу я тоже раздумывала о совершенно разных вариантах, попытках избежать всего этого, но, как и раньше, все это было зря. Я мягко говорила Дэйву, что долг слишком огромен и я в любом случае связана контрактом по рукам и ногам. Я видела, слышала, как ему хочется найти хоть какую-то лазейку и мне было больно видеть его таким. Раньше он всегда был веселым, жизнерадостным, встреча со мной изменила его.
Когда же Мерфи спросил неужели нет вообще никакого выхода, я замялась. Выход был, но я не знала стоит ли рассказывать о нем. Причин было много. Во-первых, рассказывать Дэвиду о том, что я пытаюсь влюбить в себя Ретта было просто жестоко. Он итак прекрасно понимает, что я с мужем не в шашки играю в постели, а тут еще и сказать ему, что я сама играю в любовь... Во-вторых, а что если у меня не получится? Мерфи будет надеяться, ждать, а я лишь снова не оправдаю его надежд. Именно поэтому я молчала, не зная, как лучше поступить. Мое молчание было воспринято с мрачной яростью. Слова об убийстве Ретта меня покоробили. Странно, правда? Почему-то я не желала ему смерти. Да, я хотела, чтобы он испытал ту же боль, что причинил, но я не могла представить этот мир без него. Именно поэтому я сказала, чтобы Дэвид не говорил так. Мне было неуютно от этих жестоких фраз. Но конечно я могла понять и Дэвида. На его месте я бы тоже ненавидела лютой ненавистью такого человека, как Ретт. Мерфи с такой мукой сказал, что Ретт отнял меня у него, что я до боли закусила губу. Это было именно так. Но вместо того, чтобы согласиться с ним, я лишь сказала, что по сути он имеет права требовать компенсации за свои вложенные средства. Да что со мной ей-богу? Такими темпами у Дэвида может сложиться впечатление, что я и вовсе оправдываю Грейсона, хотя это не так! В какой-то момент мы оба замолчали. Мне очень хотелось сказать что-то такое или сделать, чтобы как-то утешить Дэвида, но я не знала есть ли на свете такие слова. Что я могла сказать? Что все будет хорошо? Не будет. Я сама в это не верю.
В какой-то момент Дэвид снова начал говорить и то, что он говорил казалось просто нереальным. Я подняла на него взгляд и мои глаза стали расширяться в размерах. Нет, я никогда не думала о том, что предлагал Дэвид. Такое мне даже в голову не приходило. Выслушав его, я поняла, что Дэвид не понимает насколько Ретт помешан на мне, насколько опасен для своих врагов и какое влияние имеет в обществе. Я боялась даже рассматривать такой вариант, потому что прекрасно знала, если Ретт найдет нас (а он найдет), он убьет нас обоих. Но что уж там греха таить, мне бы хотелось поступить так, как предлагает Мерфи. Отбросить все сомнения, поддаться эмоциям, чувствам и просто убежать с ним.
Как же тяжело лавировать между двух огней! Ретту нужно, чтобы я была покорной, Дэвид удивляется куда делась та самая рисковая Джин. Я чувствовала ладони Мерфи на моем лице и мне хотелось заплакать от безысходности. Почему все так сложно? Почему моя жизнь – это сплошной выбор, который загоняет меня в еще больший угол. Да, я хочу быть счастливой, любимой, свободной. А какая девушка этого не хочет?! Но Дэвид прав, я изменилась. Эти изменения произошли не потому что я хотела этого. Мне пришлось, меня заставили, пусть даже это звучит как-то наивно и по-детски, но я понимала негодование Дэвида. Он не видел всего, что я пережила, не знал, как знает Кер. Ему было сложно понять. Одно в моей голове прояснилось точно. Я решила сказать Мерфи о своем плане. Я мялась, потому что подозревала, что ему не понравится то, что я пытаюсь провернуть. Но потом Дэвид сказал, что хуже уже быть не может и я решилась.
– Мы с Кер подумали, что в моей ситуации надо быть хитрее, – с каждым словом я говорила все тише. – Что если он будет думать, что у нас все взаимно, что если он влюбится в меня. Нужно будет просто подтолкнуть его к разводу. Он сам разорвет контракт.
Я прекрасно понимала, как все это звучит. Раз я пытаюсь влюбить его в себя, то значит, что мы стали намного ближе друг другу. Но как еще мне стать свободной?! Дэвид внимательно смотрел мне в глаза и я стойко выдерживала этот взгляд.
– То есть быть с ним покладистой, давать ему по первому зову, ждать когда он соизволит подобреть?
– Втереться к нему в доверие, запасть в душу, – я пыталась переформулировать тот смысл, что он только что озвучил. – Я говорила, что тебе не понравится...
Наконец, Мерфи разорвал зрительный контакт и посмотрел в сторону. – А если это бесполезно? А если он все равно не клюнет на это? Играя в такие игры можно и заиграться, тебе не кажется?
– Мне кажется, мой план уже работает, – я смотрела в пол.
Боялась ли я сама заиграться? Очень. Но мне казалось, что я смогу этого избежать. Воцарилась тишина и когда она уже стала странной, я подняла взгляд на Мерфи. Как оказалось тот смотрел на меня весьма удивленно.
– Что? Думаешь в меня невозможно влюбиться?
– В тебя очень легко влюбиться, но такой как он, мне казалось, не способен на чувства.
Мне тоже так казалось.
– И как по твоему быстро он даст развод? Ты думаешь он так просто возьмет и отпустит тебя? Если он и без того контрол фрик, что уж будет если он влюбится по уши?
Столько вопросов...
– Дэйв. Я не могу утверждать, что будет. Я планирую, но не могу быть уверенной. Одно я знаю точно, если он будет хотеть быть со мной без контракта, я смогу манипулировать им, смогу заставить разорвать его. Может быть я наивна, но какой у меня еще выбор?
Господи, я не была готова сегодня к таким разговорам. Теперь, когда Мерфи задает вопросы, я начинаю сомневаться в целесообразности своего плана. А что если он прав и Ретт в таком варианте и вовсе не отпустит меня?
– Что потом? Вот вы развелись, что дальше? Ты думаешь он оставит тебя в покое?
– Я заранее спланирую отъезд, чтобы он не смог меня остановить.
– Ты сама говорила, что он достанет тебя из-под земли. И будет искать, пока не найдет. Мы снова пришли к моему плану если хотим избавиться от него раз и навсегда. Ну еще как вариант нанять киллера, вообще беспроигрышный.
– Дэйв, скажи мне, что ты не серьезно.
– Извини. Не могу.
– Дэвид, которого я знала никогда бы всерьез не предложил такое.
– У Дэвида которого ты знала украли жизнь.
Я замолчала. Он был прав. Как бы я не пыталась, я никогда не смогу до конца понять, что чувствует он. Я сидела на кровати, теребила пальцами краешек юбки и молчала.
– Я всегда думала, что мы с тобой будем вместе, – надломленным голосом сказала я. – Ты не представляешь, как мне было тяжело уйти от тебя. В тот день мне не хотелось жить.
И это была истинная правда. Казалось, мне становилось легче со временем. Память стиралась, и я уже не чувствовала той сильной боли, что не давала мне вздохнуть полной грудью. Но, стоило Дэвиду оказаться рядом, стоило мне начать вспоминать наше расставание, как боль снова вернулась. Дэвид чуть подался вперед и обнял меня, не позволяя заплакать. Он стал целовать меня в висок, поглаживая за плечи. Я просто вцепилась в пальцами в его плечо, пряча лицо в его широкой груди. Я словно оказалась дома, там, откуда меня силой вытянули.
– Тише… Я понимаю тебя, малышка… Для меня тоже это было огромным ударом, – он замолчал, потом тихо-тихо начал рассказывать то, о чем никогда не говорил ранее. – За месяц до расставания я много работал, ты ведь помнишь это? Ты мне еще постоянно говорила, зачем я так убиваюсь на работе, что тебе все равно на деньги, главное чтобы я был рядом. Я работал не просто так… Я купил кольцо и в тот самый злополучный день хотел сделать предложение. У меня было готово все для этого вечера, только вот с утра ты бросила меня. Все в один миг рухнуло. Абсолютно все, и я остался ни с чем.
Я услышала, как он назвал меня малышкой и сердце вновь сжалось от нахлынувших эмоций. Он всегда будет мне дорог, всегда. Первая настоящая любовь не забывается и если бы Ретт любил когда-нибудь, он бы понял, как это тяжело пытаться отпустить того, с кем делил свое сердце пополам. Когда Дэйв стал говорить о тех днях, когда мы еще были вместе, я закусила губу, пытаясь унять свои мысли. Я слишком хорошо помнила это время, хотя, казалось, воспоминания начали стираться. Вот что значит разбередить старые раны. Они затягиваются, но стоит взять нож и сделать разрез, как все начинает кровоточить и болеть как тогда. Но все это были пустяки по сравнению с признанием Дэвида. Я помнила тот день, но тогда я не придала значению то, как красиво была украшена его комната. Я думала о том, как мне сказать те роковые слова, а теперь я понимала, что в тот день этот человек хотел сделать меня своей невестой. Я в шоке, ужасе, не веря в то, что услышала только что, смотрела ему в глаза. Он собирался сделать мне предложение, а я бросила его! Я даже представить себе не могла, что он чувствовал в тот момент. А потом, он узнал, что через неделю, девушка, которую он хотел видеть своей женой, матерью своих детей, выходит замуж за другого!
– Ты собирался сделать мне предложение?
– Да.
Мои руки затряслись. Я мелко-мелко заморгала. Эмоции стремительно брали верх и я, прикрыв рот рукой, просто в шоке смотрела на него. После я просто стала сбивчиво просить его прощения. Я находилась в таком эмоциональном стрессе, что сейчас была готова на что угодно. От осознания того, что мы могли стать настоящей семьей, у меня внутри все переворачивалось. Ведь могло все быть по-другому. Если бы мы были женаты Ретт бы не стал нас разлучать. Он бы мог обратить внимание на другую сестру хотя той и не было восемнадцати. Но в таком случае, я бы себе такого не простила. В любом случае, я была именно той, кто должен был расплачиваться за грехи отца.
– Ты не в чем не виновата. Ты не виновата. Думаю, теперь ты понимаешь, почему я хочу, чтобы он отправился на тот свет. Он отобрал у меня все.
Перед ним, именно перед ним я была виновата. Я могла сказать ему сразу, могла выбрать его, а не семью. Это было бы ужасно, да, но именно перед Мерфи я была виновата и это убивало меня. Я достаточно долго пыталась прийти в себя, находясь в его объятиях. Когда же, наконец, я подняла на него взгляд и посмотрела в такие родные и дорогие глаза, что-то во мне оборвалось. В эту секунду мне вдруг стало плевать на все запреты, на все угрозы. В этой комнате были лишь мы. Мне надоело запихивать свои чувства в задницу, надоело делать вид, что мне не больно. Мне было больно, и эта боль никуда не уходила, лишь утихала на какое-то время. Пусть все рухнет после моего поступка, но не сделать его я просто не могу.
Я сама потянулась к Дэвиду и поцеловала его. Этот поцелуй был не нежным, но олицетворял многое. Это было словно мы дорвались друг до друга, словно мы плутали в пустыне и, наконец, нашли оазис, а именно друг друга. Нас разлучили и сейчас, в эту самую минуту, когда все недомолвки между нами исчезли, пали барьеры. Я крепко-крепко обняла Дэвида за шею, целуя со всей страстью на которую только могла. В этот поцелуй я старалась вложить многое. Любовь, благодарность, сожаление и многое-многое, чего просто не передать словами. Возможно, мы совершали ошибку, но кто мы такие. Просто люди. Им свойственно ошибаться.
– Прости меня, – шепнула я в какой-то момент.
Все должно было быть не так. Мы не должны были разлучаться, не должны были бояться этих минут наедине. Мы были созданы друг для друга, но почему-то в какой-то момент судьба передумала и заставила нас пойти по другим дорожкам. Я не знала стоит ли спорить с судьбой и приведет ли это к чему-то хорошему.
Глава 42
Дэвид
У нее был план – это хорошо, она-таки не сидит сложа руки, не смирилась с тем, что имеет, борется в конце концов! Хорошо, что она предупредила меня о том, что ее идея мне не понравится. Видит Бог, если бы предупреждения заранее не было, я охренел бы. Хотя, чего я удивляюсь. Все вполне закономерно, она спит с ним, каждый раз, постоянно, систематически. С ним, а не со мной… Поэтому не удивительно, что она хочет манипулировать им с помощью этого. Она вновь напомнила о том, что их семейная жизнь не такая уж и не полноценная. Тем более. Раз она сказала, что план работает, значит их отношения уже не такие категоричные. Она уже покладиста, уже отдается ему сама, а не под напором. От осознания этого факта стало так гадко на душе. Этот человек получил все, что должно было принадлежать мне. Хуже всего то, что ее план далеко не совершенен. Если он не упускает ее из виду сейчас, то что будет, когда этот мужик станет маниакально одержим ею? Да он с еще большим энтузиазмом будет искать ее и не успокоится никогда! Это был какой-то тупик. Так или иначе мы приходили к тому, что Грейсон найдет ее все равно. Быть может все-таки кому-то правда нужно умереть? Если Джин это нужно было сделать понарошку, то уничтожить Грейсона мне хотелось реально. Она не узнавала то, каким злым я стал, но чего она удивляется? У меня отобрали любимого человека, мою жизнь, счастливую жизнь. Заслуживает ли такой человек как он право на жизнь? Быть счастливым? Нет! Человек рушащий чужое счастье должен страдать.
Впервые за долгое время мы говорили так откровенно друг с другом. Говорили правду, какой бы болезненной она не была. Я рассказал Джин то, что она должна была знать. Пусть будет в курсе, какой ублюдок ее муж. Наверное, из-за того, что Джин сейчас принадлежит другому я виню именно его, а не отца, из-за которого вообще все это произошло. В этой ситуации у меня свои виноватые и переубедить меня очень сложно. Мы так и сидели, обнимая друг друга, прижимаясь будто это вообще последний раз, когда мы можем себе это позволить. Моему удивлению и счастью не было предела, когда в определенный момент, Джин потянулась ко мне и поцеловала меня. Я опешил, не ожидая такого, но после ответил на ее поцелуй. Мои руки скользили по ее спинке, талии, а после к лицу, которое я так бережно держал. Наши губы слились в страстном поцелуе, в который каждый из нас вкладывал всю любовь, которая все это время так рвалась из груди. В этот раз не было охраны, не было никого, кто бы мог нам помешать, во всяком случае я на это надеюсь, и именно поэтому, мы не сдерживали себя, а отдавались во власть момента.
– Я так по тебе скучаю…, – шептал я между поцелуями. – Он не заслуживает тебя…
Это было действительно так. Я скучал, до безумия. Мне хотелось забыть все как страшный сон и выйти с ней на улицу, держа за руку, будто ничего не было. Но это невозможно. Она повязана с другим, не только браком, но и обязательствами перед семьей. Как бы я не хотел сейчас перейти черту, прямо здесь и сейчас овладеть ею, но моя ревнивая натура взбунтовалась. Я разорвал поцелуй, тяжело дыша, все еще держа ее за лицо. Мой лоб коснулся ее лба, а после я тихо прошептал:
– Если мы переступим эту черту, я вновь почувствую счастье от того, что ты можешь быть моей, но при этом ты его жена… Я боюсь, что захочу его убить. Джин, я очень изменился за это время, я схожу с ума от того, что не могу целовать тебя, да, о чем это я, я даже разговаривать с тобой не могу нормально.
Я встал с кровати и стал нервно расхаживать из стороны в сторону.
– Я никогда не прощал измен и не хочу этого делать. Либо девушка моя, либо нет. На данный момент резко все изменить мы не можем, а это значит лишь одно… Я обещаю, что мы будем вместе, мы дадим друг другу шанс, закрыв глаза на все, когда ты бросишь его. Желательно как можно более изощренным способом. Его нужно уничтожить, сломать карьеру, лишить этой власти, денег. Кто он без денег и власти? Да никто! Он ничего не сможет сделать, будучи обычным человеком.
Для чего я это делал? Все просто, если не давать Джин того, чего мы оба хотим, но при этом дать надежду на то, что все может случиться… У нее будет стимул. У нее будет выбор между мной и Реттом, а учитывая все наше прошлое, она явно выберет меня. Сейчас она боится, потому что не знает, что делать, но когда план ее дальнейших действий будет чем-то мотивирован, все пойдет намного быстрее. Это в какой-то мере манипуляция, но иначе она не станет действовать более кардинально. Присев напротив нее на корточки, я взял ее руки в свои ладони и поднес к губам, целуя.
– Милая, по отдельности, мы мелкие пешки в этом мире, а вместе мы сильны и можем что-то сделать. Я готов ждать, но при условии, что в итоге ты будешь только моей и нам никто не помешает. Воплоти свой план в действие, а после мы уничтожим его, чтобы в последствии он ничего нам не сделал, лиши его этой власти, и мы станем счастливы. Найди какую-то грязь на него, достань такой компромат, я уверен, что он у него есть, и я помогу обнародовать его. Мы убьем сразу трех зайцев: он выплатит долг, дав развод, мы отомстим ему за наше расставание, за избиения и насилие, а также будем счастливы снова. Это реально, к этому нужно стремиться.
Эта ситуация сделала меня более бессердечным, ведь откуда у человека с разбитым сердцем доброта? Только беспощадность, желание отомстить, да и только. Я не поступаю жестоко просто так, я хочу ответить ему той же монетой, я хочу, чтобы справедливость восторжествовала. Джин мне поможет в этом, ведь на кону счастье, которого нас лишили, но появилась призрачная надежда все вернуть и жить именно им.
– Дэйв, я так не могу. Я не такой человек.
– Джин, по-другому и не получится... неужели ты не понимаешь, что он не оставит нас в покое?
Он смог изнасиловать тебя, бить, разрушил нас.
– Дэвид, я... я не могу отвечать злом на зло. Я хочу показать каково это, когда теряешь самое дорогое, но рушить его карьеру? Шпионить? Я не смогу...
Это очевидный факт – он от нас просто так не отстанет, не отпустит. Он как болезнь, чума, свалившаяся на наши головы. Он медленно, но верно отравляет наши жизни, и кто знает, сколько еще таких жизней было сгублено им. Как этого не понимает Джин? Как она после всего может еще жалеть его? Злом на зло порой нужно отвечать, потому что иначе человек не поймет ничего. Ну бросит Джин его, даже влюбив в себя, он со временем найдет другую и какое же это наказание? Нужно ударить максимально сильно, с последствиями, которые будут преследовать его до конца его дней, исправить которые он будет не в силах.
– Джин открой глаза. Он тебе жизнь разрушил. Если бы не он, может у нас уже дети были бы, мы были бы счастливы, вместе. Я не прошу злом отвечать, я прошу тебя помочь справедливости восторжествовать. Он заслуживает того, чтобы тоже чего-то лишиться... Тебя он не отпустит, как бы ты не хотела верить в это.
– Я исчезну, затеряюсь. Он не найдет меня
Интересно она сама хоть на секунду верит в то, что говорит? Когда у человека развязаны руки, а сам он любыми способами добивается своих целей для него нет преград. Возможно будь у меня деньги я был бы таким же, кто знает. Я попытался объяснить Джин что это бессмысленно. Он все равно будет рядом, всегда, как напасть, как опухоль излечить которую невозможно, но можно вырезать.
– Ты думаешь я такой человек? Что после всего я смогу спокойно просыпаться по утрам? Я не он, Дэвид.
Я глубоко вдохнул, внимательно глядя в ее голубые глаза. Ума не приложу, как после всего что было она может оставаться такой человечной, доброй даже к тем, кто этого не заслуживает. Я все еще держал ее руки в своих, а взгляд мой был умоляющим.
– Джин, милая... Ты слишком добра и наивна. Хватит жалеть того, кто этого не достоин. Открой глаза, этот человек не поймет ничего, ну влюбишь ты его в себя, ну бросишь и тут два варианта: либо он пострадает и забудет, найдя себе другую жертву и будет так же измываться над ней, либо он будет копать землю, рыть, пока не найдет нас. А как ты думаешь, что будет, когда он найдет нас? А он найдет, пока у него есть связи... Он убьет нас, понимаешь? И все то добро, что ты проявила к нему будет потрачено впустую. Не будь черт возьми так наивна, пойми наконец, что за счастье нужно бороться и это уже не просто борьба, это война, Джин. Я хочу быть с тобой, хочу забыть все что было и не жить в страхе, что нас могут найти, не вздрагивать от каждого шума, а ведь будет именно так. Пока у него есть власть, никто не находится в безопасности. Я не прошу тебя это делать, я все сделаю сам, мне нужно просто чтобы ты нашла его максимально грязное белье и передала мне. Любую документацию, незаконную, что-то что он больше всего скрывает от чужих глаз. Я уверен, такого компромата на этого человека очень много.
Я хочу максимально надавить на нее, воззвать к голосу разума, поэтому глядя в глаза я нежно провожу пальцами по ее лицу.
– Я так хочу быть свободным с тобой... Хочу чтобы наше «мы» было сильнее всяких ублюдков, помоги мне... Неужели только я этого хочу?
Да, я сам понимаю насколько изменился, либо я изначально был такой, но с Джин стал добрее. Грейсон побуждает всех стать жестокими, так почему я должен жалеть его? Я никогда не пожалею его и если он будет подыхать лежа передо мной и у меня будет шанс спасти его, я просто плюну в него и уйду. Вот чего он действительно заслуживает.
Я понимаю, как хорошей, благоразумной, справедливой Джин сложно решиться на этот жестокий шаг. Но она должна понимать, что это все во благо. Мы разве не достаточно настрадались ради того, чтобы быть вместе? Разве мы не можем постараться один, последний раз для нас? Да, это навредит человеку, но этот человек – животное. Он заслуживает всего этого.
– Я попробую...
Не знаю, возможно мне и самому уже мало верилось в то, что мы и правда будем вместе, но желание отомстить играло перед глазами яркими красками. Нет, это ни в коем случае не значит, что отомстить я хочу больше, чем быть с Джин. Просто наши отношения так или иначе не будут как раньше. Она трахалась с Реттом, а это меня убивает. Я хочу забыть, но забуду лишь тогда, когда этот человек сдохнет, ну или хотя бы станет на мое место не имея ни цента за душой, когда каждый доллар нужно отрабатывать потом и кровью, а не сидеть в кресле, раздавая указания, носить дорогие костюмы и брать в жены того, кого захочешь. Все не так легко, когда у тебя нет власти, хочу, чтобы он ощутил это.
– Это ради нас, детка.
На моем лице заиграла улыбка и после этого я подался вперед, целуя ту, кого любил больше жизни. Время не лечит, оно притупляет память, но стоит этой волне снова накрыть нас с головой, как я понимаю, что дико по ней скучал. Я целую ее, сладко, как никогда ни одну женщину не целовал. Весом своего тела я придавливаю ее, а после понимаю, что я только что требовал от нее воплотить в действие наш план и что все будет лишь тогда, когда над нами не будет коршуна по имени Ретт Грейсон.
Мне хотелось пойти дальше, хотелось заняться с ней сексом, наставить Ретту рога, но умом я понимал, что получив свое она не будет иметь такой стимул действовать. А если наоборот, это подстегнет ее?
– Как бы мне сейчас не было больно, но продолжим мы когда он будет уничтожен.
– Ты шантажируешь меня? – тихо спросила Джин. – Что-то тебя это не беспокоило, когда я доводила тебя до оргазма на паре.
– Потому что я не знал, что будет дальше, а это стимул для нас двоих.
– Мы и сейчас не знаем, что будет дальше, но сейчас мы здесь, одни и...
– Ты хочешь этого сейчас? Пообещай, что ты сделаешь все, чтобы быть вместе. Я со своей стороны обещаю... твоя очередь.
– Слов о том, что я постараюсь для тебя не достаточно?
– Обещай!
Вместо того, чтобы дать мне это чертово обещание, она оттолкнула меня со всей силы так, что я еле успел схватиться за край кровати, чтобы не упасть.
– А ты изменился... Я сказала, что постараюсь, но я не буду давать пустых обещаний. Как-то ты обещал, что мы будем вместе всегда и вот к чему мы пришли...
Она уже хотела уходить, но теперь мне было что сказать, я резко подошел к ней и развернул за локоть, после чего довольно громко и яростно заговорил:
– И все это из-за него, а ты жалеешь его! Не моя вина, что твой отец задолжал, не моя вина, что Грейсон платит ваш долг, со своей стороны я делаю все, чтобы свое обещание сдержать, я готов в лепешку расшибиться, идти по головам ради этого обещания! Я жизнью рискую сейчас, чтобы быть с тобой, а ты трусливо убегаешь обвиняя меня в том, что я не держу своих обещаний?! Я хотя бы пытаюсь что-то сделать не смотря на то, что ты трахаешься с ним! Я готов принять тебя обратно, а ты продолжаешь быть доброй. Время сейчас не то, чтобы жалеть кого-то, когда ты наконец поймешь это? В данном случае либо он нас сожрет, либо мы его! Мы снова приходим к тому, что он причина всех бед и его нужно уничтожить, но тебе и этого недостаточно!
В голову приходит дикая мысль, но как бы ни было больно, я решаюсь ее озвучить, потому что других причин ее доброты к нему я не вижу.
– Может просто все дело в том, что он тебе стал небезразличен?
Я поджимаю губы и смотрю ей прямо в глаза. Хочу услышать или увидеть правду, какой бы она ни была.
– Может ты влюбилась в него? Если это так, то я разочарован, а если нет, то докажи, что это не так и дай то чертово обещание!
Представляю, как блестели от ярости мои глаза, быть может я и сам сейчас был похож на чудовище, но ничего удивительного – мою счастливую жизнь разрушили, так назовите мне хоть одну причину, по которой я должен быть добрее. Ни одной? Тогда идите к черту со своей добротой и справедливостью!
