Текст книги "София: тернистый путь феи (СИ)"
Автор книги: Мари Мэй
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
– Можешь пока погулять! – Даниэль гладит коня, и тот уносится прочь.
– А как обратно? – удивляюсь я.
– Не бойся! Это умный конь. Он находит меня, где бы я не был. Он вернется!
Вокруг раскинулся бесконечный изумрудный ковер, а вода кажется такой спокойной, будто она застыла. Где-то вдалеке кричат птицы, но их даже не видно. Вокруг ни души. Только простор, свобода и бездонное чистое небо.
– И что ты мне хотел показать? – наконец даю волю любопытству.
Даниэль достает из левой перчатки небольшой сверток – вышитый золотыми нитями платок, и становится на колено.
– Здесь, на берегу реки, я прошу твоей руки. София, ты выйдешь за меня замуж?
Мне кажется, что все это происходит не со мной. Я не нахожу слов. Хотя, нужно только одно...
– Да! – отвечаю ему, и он надевает мне на палец золотое колечко с сиреневым камушком, почти таким же, из какого сделан мой кулон.
Мы долго сидим на берегу обнявшись, маленькие облачка будто не двигаются с места. Время замерло.
Неожиданно Даниэль прерывает молчание.
– И все-таки я глупый мальчишка!
– Почему?
– Надо было с собой что-нибудь съестное взять. Ты, наверно, проголодалась?
– Да! – смеюсь от его догадки. И вдруг мне в голову приходит мысль...
– Где твой конь? Скорее зови его. – не успеваю сказать это, а конь уже рядом.
– Куда едем? Назад в замок?
– Нет, туда, где мы познакомились. Нас ждет пирог и чай!
– Ничего не понимаю!
Даниэль забирается на коня и подает мне руку. На этот раз я еду, обхватив его руками за спину.
Когда лес начинает сгущаться, и ехать верхом уже невозможно, мы продолжаем путь пешком. Я веду Даниэля за руку по тайной тропе. Между нами теперь нет секретов, значит, и эту тайну я должна раскрыть.
Вскоре мы подходим к поляне, и Даниэль застывает в изумлении. Увиденное поражает его больше чем туман и светящиеся фиалки.
– София, что это?
– Я должна тебя кое с кем познакомить. Друзья, я пришла!
Мы выходим из чащи леса, и на поляну сбегаются жители маленькой деревни.
– София пришла! – весело кричит Мартин, который бежит впереди остальных.
– Кто это? – голос Даниэля звучит не то испуганно, не то очень удивленно. Уверена, такого он еще не видел.
– Мои друзья! – с гордостью отвечаю я.
Мартин смотрит на меня своими хитрыми глазенками.
– София, а это кто? – спрашивает мальчик.
– Даниэль, мой друг...
– Больше чем друг! – поправляет меня Мартин. – Все сюда! Жених нашей Софии пришел!
Деревенские суетятся, выносят пирог, который приходится разделить пополам. Не обходится и без чая в ведрах.
Пока мы пьем чай, Мартин бесцеремонно забирается на сапог Даниэля и начинает раскачиваться, как на деревянной лошадке.
– А он хороший! – глядя то на Даниэля, то на меня, говорит озорной мальчишка.
Мы хором смеемся, и немного пообщавшись с деревенскими, начинаем собираться в обратный путь. Меня ждут в замке, я обещала вернуться не поздно.
Выбравшись на дорогу, Даниэль подзывает коня. Пока мы шли обратно, он не слова не сказал о том, что увидел.
– А пирог у них был вкусный! И сами они хорошие. – наконец говорит он. – Значит, ты тогда прятала не только оленя?
– Угадал!
– Твои друзья меня одобрили… Теперь уже никто не возражает против нашей свадьбы?
– Остается только твой отец!
Даниэль обнимает меня, и мы приближаемся к замку. Въезжать туда вместе мы не решаемся, и дальше я иду одна. Пока не решится вопрос с женитьбой Александра, нашу помолвку придется держать в тайне. Но это не делает меня менее счастливой!
Глава 26
Вернувшись в замок и поблагодарив хозяйку за то, что она разрешила мне прогуляться, я сразу же ушла к себе в комнату. В голове кружилось столько мыслей, так много произошло за день, что я решила не ужинать вместе со всеми, а попросить Герду принести мне что-нибудь съестное. Пришлось наврать про головную боль и усталость. После событий сегодняшнего дня я бы просто не смогла сесть за стол вместе с семьей барона и притворяться, что все как прежде. Мне нужно было время все обдумать, привыкнуть к мысли, что я теперь помолвлена. Даниэль очень жалеет младшего брата, и из-за этого избалованного мальчишки, который никак не может признаться отцу, что женился без его разрешения, и нам какое-то время придется все скрывать.
После легкого ужина я решила немного почитать и, устроившись в кровати с книгой, сама не заметила, как уснула.
Сначала мне снилось что-то непонятное, вроде обрывков воспоминаний: река, лес, высокие башни какого-то замка. Я словно бродила где-то, что-то искала, искала, искала... А следом пришел и другой сон, уже более ясный.
Сон был настолько правдоподобным, что я не могла понять, происходит это наяву или только мне снится.
Вот я иду по дороге от замка к мосту. Светит солнце, весело щебечут птицы. Внезапно передо мной появляется крестная-фея.
– Софи, девочка моя, я пришла предупредить тебя!
– Крестная, в чем дело? У меня ведь все хорошо! Я скоро выйду замуж!
– Я знаю, милая... Но сейчас тебе грозит опасность. Вот, видишь?
Я смотрю на нее и вижу за ее спиной дорогу. Эту дорогу я хорошо знаю. И вдруг столь знакомая мне дорога обретает развилку, делится на две дорожки, уходящие в разные стороны. На одном конце цветут сады, освещенные солнцем, шумит листва, и по чистому лазурному небу парят стайки птиц. А на другом... У меня дыхание останавливается, когда я вижу это. Там царит тьма. Все будто потеряло краски. Небо затянуто черными тучами, солнце померкло, повсюду холод и мрак. Что-то черное, похожее на огромную змею, извивается во тьме...
– Что это? Почему так? – не понимаю я.
– Ты все видела. Перед тобой два пути.
Помни, что я говорила раньше, что говорила всегда... Не ошибись, иначе даже я не смогу тебе помочь!
– Что ты говорила? Про врага? Или еще что-то? Не помню! Крестная! – кричу, почти расплакавшись.
Но ответ я не успеваю получить, потому что внезапно просыпаюсь. Я вся дрожу. Что это было? Стараюсь забыть все, что видела. Нет-нет, ничего плохого не должно произойти! Все будет хорошо!
Едва успеваю встать и набросить халат, слышу крик, доносящийся из соседней комнаты. Бегу туда, громко стучу, но никто не отвечает. Дергаю за ручку и вижу спящую Натали. Она кричала во сне.
– Натали, проснись! Что случилось?
Девушка вскакивает, она вся в слезах, а тело пробивает дрожь.
– Она хочет отнять моего ребенка! Змея хочет отнять моего ребенка! – словно в бреду повторяет девушка.
– Натали, ты в замке! Здесь нет никакого ребенка! И змеи тоже нет! Тебе приснилось!
Она испуганно смотрит на меня и тянется к столику, чтобы, взять стакан воды.
– Софи? Я кричала? Напугала тебя? Прости, мне приснился кошмар!
– Ничего страшного. Вставай, скоро позовут завтракать.
Я возвращаюсь в свою комнату, быстро переодеваюсь, привожу себя в порядок и спешу в обеденную.
Подходя к столу, я замечаю, как лучик света касается моей руки. Кольцо словно вспыхивает, светясь золотом. Кольцо! В этой суматохе я забыла его снять! К счастью, рукава у платья длинные, и я, как могу, прикрываю руку.
– Софи, сегодня в соседней деревне будет ярмарка. Хочешь поехать со мной? – предлагает мадам Айрин.
– Да, с удовольствием. – сразу соглашаюсь, ведь мне очень хочется купить несколько отрезов ткани и сшить себе новое платье, а лучше – два.
Завтрак проходит спокойно, но Натали кажется мне неестественно бледной. Я понимаю ее. Они здесь уже не первый день, а ее муженек так и не решился поговорить с отцом.
После завтрака все расходятся, мадам Айрин уходит отдать распоряжения насчет кареты, а я остаюсь, чтобы помочь Симоне убрать со стола. Когда она уходит с горой тарелок в руках, в дверях появляется Александр.
– Софи, Натали забыла здесь свою шаль. Ты ее не видела? – спрашивает он.
Тонкая, почти воздушная, вязаная шаль лежит на стуле.
– Вот, отнесите ей, пожалуйста. – подаю ему шаль и замечаю, что он взглядом впился в мою руку.
– Откуда у тебя это кольцо?! – он буквально краснеет.
– Оно мое. – как можно спокойнее отвечаю на бестактный вопрос.
Я же не украла его! Почему я должна отчитываться?!
– Я спросил! Где! Ты! Взяла! Кольцо! – каждое его слово похоже на удар грома.
– Мне его подарили!
– И кто же подарил прислуге такое дорогое кольцо? Я видел его у ювелира в соседнем городе, но не смог купить. Откуда же оно у тебя? Тебе в жизни на него не заработать!
– Во-первых, я не прислуга! Я гувернантка твоей сестры! – остатки спокойствия улетучиваются, и я чувствую, как во мне закипает обида. Обращаюсь к нему на "ты", хотя, все эти дни говорила "вы". – А во-вторых... Я не обязана перед тобой отчитываться!
– Ты скажешь, откуда оно у тебя, иначе я позову отца.
– Хорошо, зови. Я скажу правду. Это кольцо мне подарил твой старший брат. Я его невеста!
– Что? Так вот почему его так привлекло тогда это кольцо... А потом он уезжал... – Александр на мгновение замолкает. – Так, значит, ты решила, что тебе достанется состояние, если ты за него выйдешь?! Хочешь заполучить наши деньги?
– Кто дал тебе право оскорблять меня? – уже не могу сдержать злости.
– Я позову отца, и он сейчас же вышвырнет тебя из дома!
– Если только он не вышвырнет тебя раньше, узнав, что ты женат!
– Александр, ты женат?! – из коридора доносится голос хозяйки, а затем звук падения.
Мадам Айрин лежит в дверях без сознания.
– Посмотри, что ты натворил! – кричу на Александра.
– Матушка! Матушка, что с вами? Вам плохо? – голос Александра сразу меняется, делается тихим и напуганным. Он берет мачеху на руки.
– Нужно позвать лекаря! – горю ему, помогая усадить мадам в кресло.
– Не нужно! Натали-и-и! – громко кричит он.
Растрепанная рыжеволосая девушка вбегает в комнату.
– Что случилось? Мадам, что с вами?
– Мама упала в обморок. У тебя же есть что-нибудь, чтобы помочь ей? – спрашивает Александр у жены.
Натали кивает в ответ и убегает. Уже через минуту она возвращается с маленькой сумочкой и достает нюхательную соль.
– Это должно помочь. Батюшка дал мне.
Побледневшая мадам Айрин наконец открывает глаза.
– Александр, Натали, это правда? Вы женаты?! – первое, что она говорит, придя в себя.
Натали испуганно смотрит на мужа, но он молчит.
– Да, матушка, правда. – с трудом отвечает он, и тут же добавляет, – А вот эта! Она собралась замуж за Даниэля. Втерлась к вам в доверие и...
– Софи, это правда? Ты невеста Даниэля? И ты от меня скрывала?! – мадам становится еще более бледной, а глаза болезненно блестят.
– Я даже не знала, кто он! – пытаюсь оправдаться, но слезы мешают мне сказать все, что накопилось в душе.
– Матушка, она специально! Она все продумала! Она хочет завладеть нашим богатством! – словно капризный ребенок, визжит Александр.
– Мне не нужны ваши деньги! – не в силах больше выслушивать оскорбления, выскакиваю из комнаты.
Бегу по лестнице вниз и, спустившись на первый этаж, сталкиваюсь с Элизой.
– Мадмуазель София, куда вы? Не ходите, пожалуйста! – кричит девочка мне вслед, но я не останавливаюсь.
Хлопаю дверью, переступая порог этого дома. Бегу, сама не зная, куда.
Обида острой занозой засела в душе. За что они со мной так? Разве я сделала им хоть что-то плохое? Почему?
Александр лучше бы подумал о своей жене! Ему в голову не приходила мысль, что Натали вышла за него из-за денег?! Почему он думает так обо мне?! Если я сама зарабатываю себе на хлеб, значит, по его мнению, меня и за человека можно не считать? Ненавижу его!
Душу царапает злость, заставляя снова и снова вспоминать то унижение, что мне пришлось пережить.
Бегу по дороге, часто всхлипывая и вытирая слезы. Пыль улеглась по обочинам, все словно притихло в ожидании чего-то. Слышу, как в траве что-то шуршит. Присмотревшись, замечаю что-то похожее на тонкий лоскут ткани серебристо-черного цвета. Странно, он кажется мне очень знакомым, будто я когда-то держала такой в руках.
Лоскут начинает двигаться, и я понимаю, что это змея. Она поглядывает на меня злобными зелеными глазками, словно смеясь надо мной. Змейка шипит и вскоре скрывается в траве, а я продолжаю путь. Решаю дойти до деревни, погулять на ярмарке и немного развеяться.
Подходя к мосту, замечаю вдали что-то похожее на шатер. До деревни идти не меньше получаса. Кто же поставил свой шатер здесь?
Подхожу поближе, чтобы посмотреть. Цветастый красно-желтый шатер так и зазывает покупателей. Прилавок ломится от разнообразных тканей, тесьмы, бусин, цепочек, ниток. Надо же, какая удача! Ткани, одна прекраснее другой, сияют вышивкой и переливаются всеми цветами радуги, сверкая на солнце. Такое великолепие! Меня привлекает светло-голубая шелковая ткань с вышивкой. Прекрасная работа!
А рядом с ней черная, как уголь, расшитая золотом. Я осторожно переворачиваю отрез, чтобы лучше его рассмотреть.
Как из ниоткуда появляется торговка. Загорелая седовласая старуха в тюрбане на восточный манер. Лицо у ее сморщенное, словно земля пустыни, высохшая и выгоревшая под лучами палящего солнца. Массивные серьги из темного металла с камнями цвета ночи выглядывают из-под тюрбана. Она одета во все черное, шитое золотом и отделанное парчой.
– Что? Понравился тебе мой товар? – скрипит она.
– Да, все очень красивое!
– Ну, коль понравилось, так покупай!
Я стою, растерянно глядя на нее. Кошелек я с собой не взяла...
– Что смотришь? Понравилось, так покупай! – шипит старуха, прищурив свои зеленые глаза.
– У меня с собой нет денег. – опустив глаза, отвечаю ей.
– А что ж ты все руками-то хватаешь, если денег нет?!
– Кошелек забыла, к сожалению.
– Так и нечего тогда мой товар трогать! Вот! Ткань помяла, испачкала! Нищенка! Оборванка!
– Я не нищенка! – обида и злость вновь вспыхивают в душе, заставляя слезы выступить на глазах.
– Ты мне ткань попортила! Как я ее продам? Плати за то, что испачкала!
– У меня руки чистые, я ничего не пачкала!
– А откуда ж тогда это?!
На черно-золотом отрезе действительно грязь, но еще минуту назад он был чистым, и испачкать его я не могла.
– Не знаю. Может, вы сами его испачкали!
– Это все ты, нищая оборванка! Ты все испортила! Забирай теперь этот хлам себе! – торговка швыряет ткань мне в лицо.
– Да заберите вы свое сокровище, мне ничего от вас не надо! – горечь обиды и злость захлестывают меня.
В гневе кидаю ткань обратно на прилавок.
Сверток касается прилавка, раздается грохот, похожий на раскаты грома, и в небо поднимается огромное черное облако, которое тут же спускается вниз, накрыв мне с головой. Я пытаюсь закрыть лицо руками, защищаясь от него, но я не в силах. Тьма застилает все от неба до земли.
Громко смеясь, старуха подбегает ко мне и срывает с шеи кулон. В растерянности я опускаюсь на колени, все еще пытаясь закрыться от нависшей надо мной тьмы.
Поднимаю глаза и смотрю на старую торговку. Ее лицо меняется и будто молодеет. Я узнаю в нем знакомые черты.
Ее глаза. Злые змеиные глаза! Как я могла забыть их!
– Я ведь говорила тебе, фея! Ты ошибешься! Видишь, на этот раз моя взяла, я победила!
Мадам Ивонн! Еще мгновение, и она становится такой, какой я видела ее прежде.
Все мое тело пробивает дрожь. Совершенно без сил я сижу на дороге, глядя на ведьму. Она продолжает хохотать, и шатер вместе со всеми богатствами превращается в пыль.
– Твоя сила – то, что мне нужно! А тебе вовек не избавиться от заклятия! Теперь никто! Никто не услышит и не увидит тебя! Тебе ведь нравилось становиться невидимой? И к людям ты вернуться не сможешь, все дороги для тебя закрыты! – она злобно хохочет и, развернувшись, исчезает в черной дымке.
Я поднимаюсь и пытаюсь отряхнуть с себя пыль. Оглядываюсь по сторонам. Все как прежде, только мир будто потускнел. Иду по дороге, но не дойдя до моста, останавливаюсь. Передо мной стоит незримая преграда, и преодолеть ее у меня нет сил. К замку мне не пройти! Разворачиваюсь и иду в сторону деревни, где должна проходить ярмарка, но и туда попасть не могу. Мимо проезжает телега, и я понимаю, что извозчик меня не видит. Кричу, но все тщетно…
В отчаянии сворачиваю в лес, сажусь под деревом и горько плачу.
Крестная говорила мне, предупреждала! Я не должна была позволить гневу взять над собой верх! И мадам Сусанна говорила мне о том же. И теперь я жестоко наказана!
Я одинока и отрезана от всего мира, и никто не может мне помочь! Во всем виновата только я сама.
Не знаю, сколько времени проходит, но я засыпаю под деревом. Проснувшись, вижу, что солнце уже почти село и приближается ночь.
Вдруг за деревом что-то шуршит. Я испуганно прислушиваюсь.
– Кто там? – спрашиваю, хотя знаю, что меня не услышат.
Из-за дерева выглядывает маленькая девочка... Нет, это девушка, жительница маленькой деревни. Я знаю ее. Она похожа на цыганку.
– София! – зовет она.
– Как? Ты слышишь и видишь меня?
– Да, тебя не видят только люди. А мы видим.
– Друзья, я всегда вам помогала! Помогите мне! – уже не пытаюсь сдержать слезы.
– София, мы тебя никогда не бросим, иди за мной. В нашей деревне тебе всегда рады, что бы ни случилось!
Глава 27
Над лесом сгущаются сумерки, небо темнеет, и вот-вот на землю опустится ночь. Небо затянуто плотным покрывалом облаков, луна прячется в тумане, а звезды так и не появляются. Лес затих, птицы уснули, и только сова зловеще ухает у реки.
– София, не отставай! – кричит мне Зарина, освещая перед собой дорогу маленьким фонарем. Внутри стеклянной чаши теплится крошечный огонек, который едва может осветить лесную тропинку.
Черноволосая девушка без остановок бежит по дорожке, а я следую за ней, постоянно цепляясь за кусты. Подол платья уже порван в клочья, я падаю на землю, поскользнувшись на мокрой траве, но встаю и продолжаю путь.
Наконец мы добираемся до поляны.
Издалека замечаю огоньки в окнах. Фонарь в руках Зарины, свет в окошках домов – все это напоминает мне о Даниэле, о том вечере, когда он показал мне волшебные огоньки.
Сажусь посреди поляны, бессильно опустив руки. Деревенские выбегают из своих домов и подходят ко мне.
– Мне стыдно! Мне так стыдно! Я совершила непоправимую ошибку! Мне и самой стыдно людям на глаза показаться! – опускаю голову на колени и плачу. – Почему вы не предупредили меня? Вы могли знать заранее!
– Мы могли знать заранее, но не могли ничего изменить! – отвечает Анна. – Это был твой выбор, ты сама решала, как поступить. Мы не могли вмешаться, ведь тебя уже предупреждали.
– София, ты ошиблась, но не все еще потеряно! У тебя еще будет шанс все исправить! – Мартин стоит совсем рядом со мной.
Я привыкла всегда видеть его веселым, но сегодня его глаза полны грусти.
– Я уже ничего не могу исправить! – плачу навзрыд.
– София, почему ты не веришь мне? Разве я хоть раз ошибался? – мальчик забирается ко мне на колени.
– Мне так грустно, так плохо, так одиноко! Никто меня не слышит. Я совсем одна!
– Но у тебя есть мы! – Мартин пытается меня обнять, широко раскинув руки.
Я глажу его рукой по голове, и на душе становится спокойнее. Тревоги отступают. Все-таки я не одна. У меня есть друзья.
Мне приносят ведерко с чаем и маленький хлебушек. Разве я могу отказаться? В замке я успела только позавтракать.
После ужина мои друзья подвозят на телегах большие стога сена и укладывают рядом со мной. Я сворачиваюсь клубочком и, подложив под голову перину, по моим меркам больше похожую на подушку, засыпаю. Сон кажется мне спасительным, но и во сне мне спастись от ужаса, свалившегося на меня.
Я вижу крестную-фею. Ее плащ развивается на ветру, а высокое небо затянуто черными тучами.
– Софи, девочка моя, что же ты наделала?! Ты сама подпустила к себе зло! Я очень хочу тебе помочь, но не могу! Не могу! – крестная плачет, глядя на меня.
Проснувшись утром, я так надеюсь, что все изменилось. Вот бы проснуться и понять, что все было лишь страшным сном. Так хочется, чтобы следом за ночью ушли и все страхи.
Я просыпаюсь, но ничего не меняется. Небо остается хмурым, высоко в ветвях галдят вороны, а ветер злобно подвывает. Роза подаёт мне маленькую расческу, которой я пытаюсь пригладить волосы, а затем и зеркало.
Смотрю в него и на серебристой глади не вижу ничего! Какая злая ирония! То, что было моей силой, стало моей слабостью. Теперь меня не видит никто...
Мир потерял краски, стал тусклым и даже бесцветным. Серое небо, темные силуэты деревьев, холодный злобный ветер. Небо совсем потемнело и в любую минуту готово расплакаться дождем.
Одиночество – вот цена одной ошибки. Друзья дали мне пристанище, и эта деревня – единственное место, где я могу обрести хоть какой-то покой. Я не в силах вернуться туда, где жила раньше. Рядом с маленькими жителями деревни я забываю о том, что отрезана от всего мира и своей прежней жизни.
Жизнь в деревне течет тихо и размеренно. Мои друзья работают в полях, косят траву, пасут коров. Я помогаю им, как могу. Полощу в ручье белье, мою посуду и шью. Шитье отвлекает меня от грустных мыслей. Для Зарины шью темно-зеленое платье с фартуком, а для Розы и Анны – юбки. Во время покоса помогаю перенести сено, ведь поднять огромную (для жителей деревни) копну мне не составляет никакого труда. Так проходит несколько дней. Сколько точно, я даже не могу сказать, ведь каждый новый день похож на предыдущий. Серое утро ничем не отличается от вечера, и я уже не могу понять, когда кончается день и начинается новый. Солнце ни на минуту не показывается из-за темного покрывала, но и дождь не начинается. Все замерло, застыло, остановилось.
В один из дней я понимаю, что больше не могу сидеть на месте. Как бы ни заботились обо мне друзья, я все равно тоскую по Даниэлю. И по дому тоже. Старый замок за это время стал для меня домом...
Мне приходит мысль попросить кого-нибудь из деревенских доставить письмо моему возлюбленному, но я понимаю, что это слишком опасно. Лишившись моей защиты, они могут пострадать. Недавно Анна прибиралась в доме старосты и заметила, что мешочек с волшебным туманом опустел. Я потеряла силу...
Мой посыльный может просто не вернуться домой, попав в руки нечестным людям. Нет, я не могу подвергать их такому риску!
В отчаянии решаюсь вернуться к тому мосту. Меня, как и прежде, тянет туда, хотя я и не знаю причину.
Пробираюсь сквозь чащу, ветки бьют по лицу, но я продолжаю путь. Выбившись из сил, наконец понимаю, что добралась. Вдалеке темным холодом блестит река. Зачем я сюда пришла? Зачем? Мне ведь не вернуться!
– София! София, где ты? – слышу голос Даниэля.
Мое сердце готово разорваться! Он здесь, он рядом, он ищет меня! Но... Он не сможет меня увидеть!
– Даниэль, я здесь! Услышь меня!
Он стоит у леса на противоположной стороне моста. Мне нужно лишь пересечь этот мостик, чтобы встретиться с ним, но я не могу. Неведомая сила не дает мне сделать ни шагу. Я смотрю на черную гладь воды и не вижу своего отражения. Как жестока судьба!
Я опускаюсь на колени и горько плачу. Слезы падают в воду, растворяясь в темной мгле. Даниэль наклоняется к реке и касается рукой воды. Быть может, хочет умыться? В воздухе невыносимый зной, хоть и нет солнца. Так душно, что кажется, нечем дышать.
Едва коснувшись воды, он тут же поднимает глаза и внимательно смотрит туда, где сейчас нахожусь я, пытаясь что-то разглядеть. В его глазах столько печали и растерянности! Я понимаю, что он не видит меня.
– София, любимая, я знаю, ты здесь! Я чувствую это! Где ты? – в отчаянии кричит он.
– Я здесь! Здесь! Здесь! – мой голос срывается.
Даниэль медленно идет по мосту, закрыв глаза. Он держится рукой за перила и приближается ко мне, а я не могу сделать ни шагу навстречу. Когда глаза не в силах помочь, путь укажет сердце!
Я тоже закрываю глаза, выносить эту муку я более не в силах.
Внезапно чувствую тепло его объятий.
– Я нашел тебя любимая, нашел! – я понимаю, что он плачет.
На секунду открываю глаза. На воде покачивается наше отражение. Река будто посветлела, и я вновь вижу себя. Вижу нас!
– Даниэль! Любимый! Ты был прав! Любовь сильнее любой магии! – я тоже плачу, но на этот раз от счастья.
«Любовь сильнее любого заклятия, если это настоящая любовь!» – вспоминаю слова Элизы.
– София, что с тобой произошло? Я места себе не находил! Искал тебя повсюду, чувствовал, что ты где-то здесь, но не мог найти. Ты пропала, прошла неделя... В замке решили, что ты сбежала. Александр приходил ко мне. Он очень сожалеет о своем поступке!
– Даниэль, я сама во всем виновата. Я позволила той ведьме взять верх... Я проиграла и потеряла силу. Мадам Ивонн отобрала у меня мой кулон! – снова плачу.
– Не плачь, любимая! Ты думаешь, это имеет для меня значение? Я люблю тебя, а все остальное не важно!
Рядом с Даниэлем я наконец чувствую себя в безопасности, кошмар, что обрушился на меня, позади!
