Текст книги "Фальтерия. Ветер юга (СИ)"
Автор книги: Мари Лефейр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Арен попытался помочь, правда, в результате его объяснения оказались бесполезны. Выяснилось, что он с рождения применял магию по наитию и никогда не сталкивался с неконтролируемым потоком, который теперь сносил Элемин. Девушка и сама помнила: ничего подобного в детстве она не ощущала. Арен предположил, что всё дело в блокирующих заклинаниях. За долгие годы тело полуэльфийки отвыкло от магии и потому сейчас, столкнувшись с ней внезапно, стало так бурно реагировать. По мнению мага, со временем этот эффект должен был пройти, но у Элемин имелись большие сомнения, сможет ли она вообще дожить до столь прекрасного момента.
Из Сильвии учитель тоже вышел неудачный: слишком уж она отличалась от классических магов Фальтерии. А Ламберт вновь и вновь искоса посматривал на Элемин с выражением “я же говорил”, поэтому лучница упрямо отворачивалась и делала вид, будто бы чувствует себя прекрасно.
На третий день она не стала засыпать, хотя чувствовала себя до невозможности уставшей. В ту ночь дежурил Фарлан. Эльф сидел чуть поодаль от костра и задумчиво глядел на воды ручья, у берега которого они решили устроить привал. Элемин тихо подошла и устроилась рядом. Некоторое время они молчали: для них необязательно было разговаривать, чтобы чувствовать себя комфортно наедине.
– И как только моя мать справлялась со всем…
– Не забывай, она училась этому всю жизнь, а ты столкнулась с магией спустя столько лет. Неудивительно, что телу взрослого сложнее привыкнуть к этой нагрузке.
– Знаю… – Элемин тяжело вздохнула, – вот бы кто-нибудь смог научить меня, как с этим справляться. Как держать всё под контролем…
– А зачем? Магия – уже часть тебя, не нужно ей сопротивляться и пытаться сдерживать. Выпусти силу наружу, и тебе станет проще. Никто из нас не пострадает: у тебя не настолько запредельные способности, чтобы образовался взрыв. Зато ты избавишься от излишков.
– Так просто?.. – удивилась Элемин.
Лучнице казалось, что если она потеряет контроль, то магия сметёт её.
– Арен подобрал хорошее сравнение с потоком воды. Представь реку, на которой поставили неумелую плотину. Вода течёт сквозь щели, плотина дрожит. В конце концов она всё равно дрогнет, и вода снесёт все брёвна. Так не лучше ли избавиться от плотины сразу?
Элемин прикусила губу, глядя на бурлящий ручей перед ними.
– Вспомни, ты ведь не задумывалась об этом в детстве, верно? И никаких проблем не было.
Он был прав.
– Ты боишься своей силы даже больше, чем другие, – Фарлан легонько тронул её за руку, – но эта сила – часть тебя. Ты должна принять её и отпустить.
Элемин сделала глубокий вдох. Тепло его ладоней вселило в неё уверенность, что всё будет хорошо. Вместе они уже не раз справлялись со всеми трудностями, может, и в этот раз следует ему довериться?
Она зажмурилась и… резко расслабилась, освобождая. Почти почувствовала, как растения вокруг неё вздрогнули от невидимой магической волны. Открыла глаза.
– Стало лучше? – Фарлан улыбался.
Девушка осторожно проверила свои ощущения. Аккуратно коснулась их – вдруг ничего не вышло? И с удивлением признала: эльф оказался прав, и гнетущее чувство, давящее к земле, исчезло. Впервые за эти дни она смогла ощутить спокойствие.
Около костра заворочался Арен. Элемин слышала, как маг приподнялся со своего места, по-видимому, огляделся в поисках того, что его разбудило. Не обнаружив причины, чародей лёг обратно.
Чуть помедлив, Элемин положила голову на плечо эльфа. Тепло.
– Кто учил тебя магии? –спросила негромко она. – Отец?
– Нет, сколько себя помню – он всегда был слишком занят работой, – охотно ответил эльф, – нас с Мириэлем обучала сестра.
– Сестра? – девушка удивлённо посмотрела на него. – Не знала, что у тебя есть.
Фарлан усмехнулся.
– Она намного старше нас с Мириэлем и давно уже замужем. Вся в отца – такая же строгая и чопорная. Не терпит беспорядка и считает, будто все должны её слушаться, – Фарлан скривился, – хорошо, что она жила с нами не слишком долго.
– Ты не очень-то любишь своих родственников, – заметила Элемин.
– Как и они меня.
– Но ты дал Мириэлю обещание вернуться, когда всё закончится.
– Если всё закончится. Мы не знаем, получится ли у нас. Каким бы великолепным магом ни являлась Тилль, даже ей будет трудно незаметно пробраться в столицу и выкрасть осколки, попавшие в руки герцогу Лерайе.
Будущее выглядело не слишком радужно.
– Если бы я могла использовать свои силы, то узнала бы, что нас ждёт… Правда, случись там что-то плохое, то я бы предпочла об этом не знать, – призналась Элемин.
– Парадокс, с которым сталкиваются все предсказатели.
– А если попробовать предотвратить что-то плохое из видений будущего? Это возможно? – с надеждой повернулась она к эльфу.
– Винделия считала, что нет. Очень часто именно попытки предотвратить будущее ведут к нему. Ты слышала сказку о торговце, который хотел сбежать от смерти? – Элемин покачала головой, и Фарлан продолжил. – Неудивительно, эту историю в основном рассказывают на юге. Однажды торговца на рынке Кромленса окликнула загадочная мрачная фигура в балахоне. Он признал в ней смерть, испугался и попытался сбежать из города. Выбрав своего лучшего верблюда, торговец возжелал пересечь Золотую пустыню как можно быстрее, и потому не взял никаких припасов. За полдня бешеной гонки у него почти получилось добраться до Тирбейна, однако на самом последнем отрезке пути торговцу стало плохо: палящее пустынное солнце никого не щадит, а у него даже не было с собой ни глотка воды. Тут-то смерть и настигла его. В свои последние секунды он успел спросить у неё, как же так? Почему она обратилась к нему тогда, на рынке? И смерть призналась: она попросту сильно удивилась, увидев его в Кромленсе, поскольку помнила, что они должны будут встретиться в Тирбейне через несколько часов.
– У южан очень странные истории, – проговорила Элемин. – Он ведь мог просто телепортироваться, что в этом такого?
– Ты забыла, что свитки телепортации – крайне дорогая вещь, доступная лишь избранным. Да и не нет их на юге, местные маги слишком слабы, чтобы сотворить такое.
– Всё равно, представлять смерть в виде материальной фигуры в балахоне – это глупо, – настаивала на своём девушка, – видимо, в Кромленсе помешались на сказаниях…
– Да уж, в этом плане они выделяются по сравнению с другими жителями Фальтерии, которых больше привлекает материальный мир, – согласился Фарлан, – но история не об этом, ты же поняла.
Элемин кивнула. Она задумалась над тем, какой же тогда смысл в знаниях о будущем, если его всё равно не получится изменить?
– Кстати, как дела с Ламбертом? – неожиданно спросил эльф.
– Никак. Я не понимаю, почему он так реагирует… Он не должен знать о моей силе, разве что… Нет, не мог же герцог Лерайе открыть ему! Сейчас только у него есть доступ к личным делам всех агентов.
– Кто знает, – многозначительно хмыкнул Фарлан.
– Ты думаешь… – Элемин помрачнела.
– А не могли вас объединить специально? Может, его нарочно поставили в пару с тобой, чтобы он следил?
Поверить в это было трудно. И в то же время девушка с ужасом поняла, что это бы вполне могло объяснить, почему Ламберта так заботит возвращение её магической силы.
Полуэльфийка поспешно поднялась.
– Мне надо подумать об этом, – она замешкалась, вдруг осознав, что столь быстрый уход Фарлан может расценить неверно, – спасибо за историю и… помощь с магией. Наверное, теперь я смогу уснуть.
Эльф добродушно кивнул – не обиделся – так что Элемин с облегчением направилась к своему спальному месту.
И действительно. Сегодня грёзы наконец оставили её, и спасительный сон без сновидений распахнул свои объятия.
========== Глава 9. Не один ==========
По мере продвижения от гор на север, к Гаруму, друзья стали встречать всё больше беженцев, которые покидали обжитые места, спасаясь от войны. Люди собирали все ценные вещи, садились на телеги и отправлялись как можно дальше от побережья, где должен был разразиться бой. Нападение Объединённой Магической армии ожидалось в Гаруме со дня на день.
К счастью, друзьям в большой город и не было нужно – путь их пролегал на запад. Сильвия предложила пополнить запасы провизии в родном для неё Окфилде, и никто не стал с ней спорить.
Деревенька оказалась маленькой: не больше десятка домов. Правда, народу здесь скопилось необычайно много, и одна из причин тому – полк армии Фальтера, остановившийся лагерем неподалёку. Солдаты шныряли по Окфилду, и Элемин ощущала себя неуютно, время от времени чувствуя на себе их взгляды. Она натянула капюшон поглубже, хотя Фарлан заранее использовал на ней заклинание иллюзии, так что теперь лучницу было сложно узнать из-за длинных светлых волос и слегка подправленного лица. Во время странствий по югу страны Элемин практически забыла о преследовании Крадущихся, которое мог организовать Герцог Лерайе, поскольку там отслеживать положение сбежавших агентов было проблематично. Теперь же, когда они с Ламбертом вернулись в центральную часть страны, где власть Фальтера всё ещё сильна, следовало быть настороже.
Постоялый двор был переполнен, так что друзья остановились на нём лишь пообедать и узнать последние новости. Все отдельные столы в трапезном зале оказались заняты, поэтому им пришлось устроиться за длинным общим столом. Не желая привлекать лишнего внимания своим странным видом, Элемин откинула капюшон, и тут же к своему неудовольствию уловила, с каким интересом на неё воззрились солдаты из-за соседнего стола. В тот же момент Фарлан – он скрыл свои остроконечные уши, поскольку эльфов в этих краях не жаловали – мрачно опустился рядом, и мужчины с кислыми лицами отвернулись, осознав, что у девушки уже есть спутник. Через несколько минут они продолжили громкий разговор, то и дело прерываемый смешками и громкой отрыжкой.
Этот гогот необычайно раздражал Элемин – она уже пожалела, что они решили пообедать здесь. Тем не менее, жаркое оказалось неожиданно приятным на вкус, и лучница постаралась успокоиться, ведь шанс поесть горячее выпадал редко. Сильвия и Фарлан, кажется, тоже были довольны едой, в то время как Арен капризно кривил нос, а Ламберт наслаждался своим излюбленным пивом, по которому он истосковался за долгие дни странствий. Элемин попыталась его остановить, когда заметила, что он уже заказывает третью кружку, в результате чего бывший агент лишь отмахнулся от неё:
– Не мешай наслаждаться единственной радостью в моей жизни!
Девушка неодобрительно покачала головой: с тех пор, как магия к ней вернулась, Ламберт всегда был такой и игнорировал все попытки девушки поговорить начистоту. Между тем солдаты неподалёку начали обсуждать последние новости, и Элемин стала прислушиваться к ним внимательнее.
– Проклятые маги, и чего им на севере не сидится! Обязательно надо показать всем, какие важные… Ишь чего удумали – восстание против Фальтера поднять! Так мы их, – мужчина с пышной чёрной бородой резко поднял и сжал руку в кулак, – легко сметём, не первый раз с таким сталкиваемся. Натренировались уже за годы на этих лесных выродках.
– Верно, ушастые чего только не чудили! – поддакнул ему второй. – И ловушки в лесу оставляли, и засады готовили, и магию эту свою эльфийскую применяли, а нам всё нипочём.
Бородатый презрительно сплюнул:
– Крысы они, вот кто! Боятся в нормальном сражении столкнуться с нами! Все они такие, магические твари… Что они могут без своей силы? Ничего! – он грохнул по столу пустой кружкой и потребовал у служанки принести ему ещё пива.
Отпив немного, бородатый утёр рукавом пену с усов и продолжил:
– Мне вот командир недавно рассказывал, что остроухие тоже к магам присоединились. Только не наши – те совсем дикие, никого не терпят кроме своих – а высокомерные, с северо-востока.
– А им-то чего не сидится в своём Ол.. Ал… Да демон с ним, с этим названием, – махнул рукой товарищ бородатого, – у них денег и так навалом, зачем им воевать? Или тоже власти в стране захотели?
Перестав есть, Фарлан внимательно прислушивался к их разговору.
– Видимо, – пожал плечами бородатый, – правда, ходят слухи, что судьба уже наказала ушастых за гордыню: отравили одного из их полководцев. Молодой был, неопытный, ну кто таких посылает на войну? Хотя если в магическом сборище все такие неумехи, то нам даже лучше. Ух, демоны бы их всех задрали, эльфов этих проклятых.
Эльфийский полководец? Элемин насторожилась, однако разговор солдат ушёл в другую сторону, и они начали обсуждать свои былые подвиги. Девушка осторожно покосилась на Фарлана, который без былого аппетита продолжал ковырять жаркое ложкой. Наверняка сейчас мечник думал о том же, о чём и она: не был ли тем самым полководцем Мириэль? Конечно, это было маловероятно, но мало ли… Судьба часто преподносит самые невообразимые сюрпризы. Элемин решила, что обязана разузнать всё подробнее ради Фарлана.
Первыми обед закончили Сильвия с Ареном, хотя в отличие от наёмницы маг практически не притронулся к пище. Они вдвоём отправились обсуждать покупку провизии с хозяином таверны, который оказался давним знакомым Зефир. Ламберт ушёл, желая починить ремень для ножен, лопнувший в дороге. Элемин не хотелось отпускать его одного – Крадущийся явно перебрал со спиртным – и всё же сейчас ей предстояло дело поважнее. Погружённый в свои мысли Фарлан угрюмо сидел над тарелкой и даже перестал имитировать интерес к еде, и лучница решила его пока не трогать.
Наконец бородатый солдат встал из-за стола и, махнув рукой сослуживцам, побрёл к выходу. Элемин выждала, пока он скроется за дверью, а затем незаметно последовала за ним, стараясь выглядеть непринуждённо. Оказавшись на улице, огляделась: так и есть, пристроившись в углу двора, мужчина справлял нужду. Когда он закончил, Элемин подошла ближе.
– Так сильно впечатлена? – солдат расплылся в пьяной улыбке, которая заставила девушку поморщиться.
– Меня интересует вся информация об эльфийском полководце, которого ты упоминал за столом, – она взяла себя в руки.
– Хм… – мужчина притворно задумался и окинул взглядом её фигуру, – тощая, конечно… Хотя сейчас не время привередничать. Пожалуй, я бы мог рассказать тебе подробности, окажись мы наедине в более подходящем месте.
Губы солдата искривились в ухмылке, и он потянулся к девушке. Элемин отшатнулась. Рефлексы, выработанные за годы тренировок Крадущихся, требовали, чтобы она ловко выкрутила ему руки или защитилась кинжалом, и лишь разум удержал лучницу от этого. Улица вокруг не была пустынной – ненужные свидетели то и дело сновали вокруг. Вдобавок теперь Элемин наконец могла поступить иначе и получить все ответы гораздо проще.
Отбросив брезгливость, она ухватила мужчину за плечо и приказала:
– Расскажи мне всё, что знаешь об отравлении того эльфа.
Это был подходящий момент для тренировки. Полуэльфийка попыталась вложить в вопрос всю силу своей дремлющей магии. Ощущения были странными и непривычными. Солдат вылупился на неё остекленевшими глазами, и Элемин поняла, что перестаралась. Применять такой напор с первого раза оказалось ошибкой. Девушка взволнованно потрясла солдата:
– Ну же, отвечай! – в этот раз подтолкнула магией слабее, надеясь экспериментальным путём выяснить правильную интенсивность воздействия.
Лишь после этого он заговорил. Голос мужчины был тихим и безэмоциональным.
– Командующий говорил, что эльфа зовут Бело… Белара… Беланарис, вот! И что Объединённая Магическая армия необычайно ничтожна, ведь военачальники там даже грызутся друг с другом. Когда отравили эльфа, другие не слишком расстроились, потому что он пытался у них какие-то свои порядки ввести.
Значит, это всё-таки был Мириэль. Поражённая открывшейся правой Элемин невольно ослабила хватку, и мужчина освободился. Поморгав, он быстро пришёл в себя. С ужасом посмотрел на девушку:
– Ведьма! – вдруг завопил он.
Мужчина сделал неуверенный шаг назад, запнулся о собственную ногу и полетел в грязь. Тем не менее, он тут же вскочил и помчался прочь, не оглядываясь. Ужас на его лице неприятно кольнул Элемин: в памяти всколыхнулись воспоминания о детстве, когда дети убегали от неё так же резво.
Она опомнилась – крики мужчины наверняка привлекли к ней ненужное внимание – и поспешно огляделась. Несколько людей шли по улице напротив, но никто из них даже не смотрел на странную девушку, вызвавшую такой ужас у бывалого солдата. Не успев удивиться, Элемин обернулась и увидела Фарлана, замершего на пороге постоялого двора. По его побледневшему лицу лучница поняла, что он всё прекрасно слышал.
– Прости, я должна была удостовериться, что…
Он покачал головой:
– Не оправдывайся. Ты всё сделала правильно.
Элемин с недоумением раз посмотрела на прохожих.
– Они не среагировали…
– Потому что я прикрыл вас иллюзией и заглушил его крик. Но нам лучше уйти отсюда поскорее, вдруг он решит привести остальных.
Вместе они поспешили к краю поселения. Оказавшись в молодой рощице, они двинулись шагом. Фарлан молчал, задумчиво глядя на голубое небо, по которому скользили пушистые облака. Он вновь надел свою излюбленную маску ледяного спокойствия, и Элемин было больно видеть его таким.
– Фарлан… – неуверенно начала она, – может, он всё же ошибся… Или сведения недостоверные.
Утро было тёплым, солнечным и свежим. Светлый весенний день обычно вселяет в людей воодушевление и веру в лучшее, поэтому в это время особенно трудно поверить в смерть того, кого ты давно знал.
– Как он мог ошибиться? Он достаточно чётко произнёс нашу фамилию, – горько проговорил Фарлан, – не думал, что отец отправит Мириэля на войну… Удел моего брата – балы и светские приёмы, он никогда не желал становиться воином. В этой войне на его месте должен был быть я…
Поддавшись порыву, Элемин, схватила его за руку и прижалась к плечу.
– Даже ты не смог бы противостоять яду, – тихо заметила она.
– По крайней мере, это бы спасло Мириэля… Извини, – эльф мягко высвободился из её объятий, – мне надо побыть одному. Встретимся позже на том месте, где договорились с остальными.
Фарлан уходил, а Элемин чувствовала: она обязана как-то поддержать его, ободрить. Но что ему сказать? Раньше девушке всегда казалось, будто эльф не слишком любит старшего брата, а сейчас, впервые увидев друга настолько разбитым, она не могла подобрать верных слов. В один миг все они показались бесполезными.
Лучница не знала, каково быть в семье не единственным ребёнком. Ведь брат или сестра – это совсем не то же самое, что другие родственники. Это близкий человек, который будет с тобой на протяжении большей части жизни, даже когда ваши родители уже оставят этот мир. Пусть отношения между братьями и сёстрами часто не идеальные – как у Фарлана с Мириэлем – ты всегда знаешь: в этом мире ты не одинок.
Учитывая специфику работы своего отца, Элемин знала, что рано или поздно получит известие о его смерти. Разумеется, когда ей сообщили о гибели Денталиона, она была в отчаянии. Однако свыкнуться с тем, чего заранее ждёшь, гораздо проще, чем внезапно сталкиваться с новостями о гибели того, в чьей безопасности ты раньше не сомневался.
Элемин сделала глубокий вдох и, решившись, всё же побежала за Фарланом – тот ещё не успел уйти далеко. Догнав его, она на мгновение замерла, увидев недовольное лицо эльфа:
– Я же просил…
Испугавшись того, что под его холодным взглядом она сейчас передумает – раньше Элемин предпочитала не вмешиваться в чужие проблемы – девушка поспешно шагнула вперёд и порывисто обняла Фарлана. Эльф замер.
– Я знаю, тебе сейчас тяжело. Честно говоря, даже не представляю, какие слова могли бы тебя ободрить… – она боялась поднимать на мечника глаза, поэтому уткнулась лицом в его плащ. – Понимаю, ты привык сам справляться со всеми трудностями. Но теперь в этом нет необходимости… ведь ты уже не одинок.
Фарлан молчал, и эти мгновения были для Элемин мучительны. Неужели она ошиблась? Наверное, ей всё же стоило оставить его в покое… Размышлять об этом было поздно, а отстраниться она не решалась: слишком страшно было увидеть гнев мечника.
Вдруг Фарлан наклонился и заключил её в ответные объятия.
– Спасибо, – прошептал он, уткнувшись носом в волосы девушки.
Элемин обомлела, удивлённая не только его поступком, но и тем, как хрипло прозвучал его голос. В нём была скрыта неимоверная боль, и потому девушка крепче прижалась к Фарлану. Больше не один.
***
Покидая постоялый двор, Ламберт едва мог скрыть свою злобу. Спиртное подействовало на него расслабляюще, и теперь ему было трудно сдерживать свои истинные эмоции.
Почему Элемин бросила его?
У Ламберта никогда не было любящей семьи. Леонхарт стал для него почти что отцом, в то время как Крадущемуся всегда хотелось иметь нечто большее – дом, куда он мог вернуться. С Элемин его многое связывало, и, хотя Ламберт часто недооценивал девушку, иного партнёра он не желал. Обучение в Академии сблизило их, раньше мужчине казалось, что лучница понимает его как никто иной. Да, он мог флиртовать с другими, но ведь всё это не всерьез! Демон побери, ради неё он даже предал Крадущихся! Чего ещё ей не хватает? Почему она выбрала этого проклятого эльфа?
Мир вокруг покачнулся, и Ламберт схватился за лоб: кажется, последняя кружка пива была всё-таки лишней. Чтобы не упасть, он прислонился спиной к стене дома и задрал голову, всматриваясь в небо.
Почему Элемин больше его не слушает? С каких пор мнение эльфа для неё теперь важнее? Неужели она забыла всё, что они пережили вместе? Ламберт помнил. И то, как они, перемазанные в крови, едва выдержали финальное испытание для молодых Крадущихся; и то, как вдвоём крали письмо у эльфийского посла; и то, как он принёс Элемин известие о смерти её отца. Как же так? В какой момент она выбрала иного? Конечно, герцог Лерайе говорил ему… предупреждал, что этой девушки надо опасаться. А Ламберт не верил. Считал, что Элемин его не предаст. Проклятая магия! Все проблемы из-за неё.
Ламберт ненавидел волшебство. Оно уже забрало у него Леонхарта – наставник погиб в результате магического взрыва – и Крадущийся хорошо представлял опасность, которую оно представляет. Только как объяснить это Элемин, если она не желает его слушать? Ведь все её новые друзья уверены, что магия – это благо.
Мужчина сжал руку в кулак и бессильно ударил по стене дома. Он почувствовал боль, и заметил, что разбил костяшки пальцев – тёплая кровь медленно потекла по ладони. В голове немного прояснилось. Ламберт вспомнил, кто он, и зачем он здесь. Всё это к лучшему. Так ему будет проще. Довольно уговоров, Крадущийся сделал всё, что было в его силах.
– С вами все в порядке? – в его мысли вторгся чей-то испуганный голос.
Ламберт медленно повернул голову и увидел деревенскую девушку. В руках у той было ведро с водой, и она взволнованно поглядывала на мужчину.
– Лучше не придумаешь, – ухмыльнулся он.
***
Арен с любопытством следил за тем, как Сильвия торгуется с хозяином таверны. Для него было привычно использовать в таких ситуациях магию, поэтому, когда девушка заявила ему, что справится без всяких заклинаний, он с лёгкостью согласился заключить пари. Магу нравилось наблюдать за отчаянной жестикуляцией Зефир, решительными нотками в уверенном голосе наёмницы, хотя он с предвкушением ждал грандиозного провала: слишком уж невыгодными были условия продажи продуктов для хозяина таверны.
Тем более неожиданным для него оказалось, когда сияющая Сильвия подошла к нему спустя пару минут:
– Ты проиграл, – сообщила девушка, – он продаст нам всё необходимое за десять серебряных монет.
Арен потерял дар речи. Цена была в два раза ниже, чем он ожидал.
– Видишь, необязательно всюду использовать магию, – самодовольно ухмыльнулась Сильвия, – так что с тебя теперь желание… Ладно, пошли.
– А провизия? – только и смог удивиться маг.
– Попозже заберём, – отмахнулась от него Сильвия.
Они покинули постоялый двор.
– Раньше ты наоборот была против, когда я всюду за тобой ходил, – заметил Арен.
Сильвия закатила глаза:
– Вот именно, ты ведь всё равно увяжешься. Кроме того, я уже поняла, что тебя нигде нельзя оставлять одного: обязательно влипнешь в очередную историю.
Арен пожал плечами. Независимо от причин он был не против с ней прогуляться. Конечно проигранное желание слегка уязвило его самолюбие, но теперь магу было даже интересно, на что Сильвия решит его потратить.
Они вышли за пределы деревни и очутились в царстве природы, возрождающейся после зимнего сна. На деревьях набухали почки, молодая трава пробивалась сквозь прошлогоднюю опавшую листву, а в воздухе стоял запах свежести. Магу нравилась та лёгкость, которую он ощущал вокруг. За долгие годы, проведённые в башне, он почти забыл, какими прекрасными могут быть времена года. Климат на севере отличался: дыхание весны там почти не чувствовалось.
– Куда мы идем? – спросил он и не дождался ответа.
Они пересекли пролесок и оказались на широком поле. Сейчас оно выглядело серым и пустынным, а меньше чем через месяц здесь будут колоситься растения и летать насекомые. Пока Арен разглядывал первые зелёные ростки, Сильвия успела нарвать букет каких-то первоцветов. Маг пригляделся к круглым белым соцветиям с сиреневой сердцевиной. Они выглядели знакомо, и название вертелось на языке, но чародей никак не мог вспомнить.
– Подержи, – девушка вручила букет магу и достала лютню, – доверься мне, ладно?
Арен знал, что пускать Сильвию в свой разум опасно. Ему до сих пор не были известны пределы магии Зефир – наёмница с кровью демона могла внушить ему что угодно. Маг помедлил, и девушка заметила его нерешительность.
– Видимо, ты всё-таки чему-то научился, – одобрительно кивнула она, – не переживай. Я не собираюсь делать ничего плохого, обещаю. Пусть это будет моим желанием.
И Арен поверил ей. Впервые в жизни он разрешил постороннему человеку воздействовать на свой разум. Даже сестре он не позволял такого.
Сильвия заиграла. Её музыка, казалось, отражала весеннее настроение: словно молодая трава находит себе путь в плодородной почве под звон капели и журчание тающего снега. Арен прикрыл глаза и расслабился, отдаваясь ей. Разрешая мыслям погрузиться в сладостный поток.
Когда мелодия закончилась, маг принялся озираться, пытаясь понять, что изменилось. Безрезультатно: всё вокруг было таким же. Тогда он заглянул в себя, оценил свои ощущения, но и тут его ждало разочарование. Арен вопросительно посмотрел на наёмницу.
– Всему своё время, – загадочно ответила она, забирая букет, – не отставай.
Они пересекли поле, после чего спустились в низину. Здесь было влажно, где-то поодаль журчал ручей, и к неудовольствию Арена им пришлось преодолевать бурелом. Он уже понял, что спрашивать Сильвию бессмысленно, поэтому лишь молча следовал за ней, гадая, к чему это приведёт.
Спутники поднялись из оврага, и чуть поодаль, на холме, Арен заметил дом, к которому направлялась Зефир. Вокруг раскинулся сад. Чародей с уважением присвистнул: цветочные заросли у подножия его башни и в подмётки не годились этому великолепию. Забора вокруг не было, да и необходимости в нём тоже. Судя по всему, об этом месте мало кто знал, потому что оно находилось достаточно далеко и от деревни, и от торговых трактов. Маг с наслаждением втянул сладковатый запах цветов, различив в нём лёгкий запах гари: из трубы шёл дымок. Сильвия решительно прошла к крыльцу, так что Арену оставалось лишь последовать за ней. Тут в нос ему ударил запах пирогов, и он невольно сглотнул слюну, вспомнив, какой ужасный обед ему предложили в таверне.
Сильвия меж тем будто совсем позабыла о своём спутнике. Не оборачиваясь, она устремилась вглубь дома. Уверенно свернула по коридору направо, и перед ними предстала кухня, наполненная аппетитным запахом еды. Девушка замерла на пороге, из-за чего Арен не сразу увидел женщину, трудящуюся в глубине помещения.
– Привет, мама, – поздоровалась Зефир.
Потрясённый словами Арен не придал значения тому, как в конце фразы голос девушки дрогнул. Он и подумать не мог, что Сильвия так быстро приведёт его для знакомства с матерью! В полумраке коридора у него даже не было возможности убедиться в своём надлежащем внешнем виде. Зеркальце лежало недалеко, в кармане плаща, однако заклинание огонька привлекло бы внимание. Несколько мгновений чародей мысленно метался, а потом глубоко вздохнул, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Он принял уверенный вид, желая выглядеть достойно.
– Сильвия! – женщина радостно кинулась обнимать Зефир. – Я и не думала, что ты сегодня заглянешь! Ой, а это кто?
За спиной дочери она наконец увидела Арена, и маг невольно приосанился, собираясь произвести хорошее впечатление. Мать Сильвии была невысокой и со светлыми волосами, затянутыми в пучок. В них уже начала поблёскивать седина, которая отнюдь не вредила красоте женщины. По всей видимости, Зефир пошла в отца, с матерью у неё было мало общего. Разве что очертания полных губ схожи.
– Моё имя Арен, госпожа. И я… близкий друг вашей дочери.
Он собирался сказать «жених», но, заметив убийственный взгляд Сильвии, вовремя исправился. Сейчас главное понравиться её матери, а дальше он уже объяснится.
– Ох, как чудесно, – женщина приветливо заулыбалась, – она ещё ни разу не приводила друзей. Садитесь! Вы наверняка проголодались с дороги?
Она захлопотала на кухне, а гости устроились за столом.
– Значит, я первый удостоился такой чести? – прошептал сияющий Арен.
– Я же сказала: оставлять тебя без присмотра – ещё хуже, – негромко отозвалась Зефир.
– Сильвия, дорогая, опять ты берёшь на себя слишком много забот, – беззлобно проворчала миссис Астельер, громыхая посудой, – лучше расскажи, как у тебя дела? Чем сейчас занимается госпожа Тилль? Мы стольким ей обязаны…
– Мама, ты же знаешь, – Сильвия вздохнула, – мне нельзя.
– Ну и что, попытка не пытка.
Женщина поставила перед гостями тарелки, на каждой из которых возвышалось по огромному куску пирога.
– Кушайте, кушайте! Захотите добавки – просите, не стесняйтесь, – подбодрила она, – я пока чай заварю.
Арен любил хороший чай, хотя в данной ситуации не отказался бы и от чего-нибудь покрепче. Они приступили к трапезе. Ягодный пирог был потрясающе сочным, в его начинке маг опознал малину. Ему понравилось. В отличие от Сильвии, которая ковыряла угощение как-то неохотно и почти ничего не съела. Мать постоянно расспрашивала девушку о каких-то простых вещах, которые интересны только близким родственникам: хорошо ли Сильвия ест во время путешествий, не слишком ли Тилль нагружает её новыми знаниями. Поначалу Зефир отвечала достаточно подробно, но постепенно перешла односложные ответы вроде «да» или «нет».
Арен проникся этой уютной атмосферой дома, где все счастливы. Пусть маг и не участвовал в разговоре, он не ощущал себя лишним: настолько радушной была хозяйка. Съев два больших куска пирога, чародей к своему удивлению заметил, что голод всё ещё остался. Возможно, он просто слишком быстро всё проглотил? Решив, что чувство насыщения появится немного позже, Арен с удовольствием отпил терпкий травяной чай и блаженно прикрыл глаза, различив в смеси холодящий вкус мяты. Он с недоумением посмотрел на Сильвию, которая за последние несколько минут стала необычайно грустной. Для человека, встретившего мать впервые за много дней разлуки, это было по меньшей мере странно. Чародей уже собирался спросить её, что не так, но в этот момент она резко встала.
