Текст книги "Религиоведение. Индуизм"

Автор книги: Маргарита Альбедиль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Танцующий бог

История существования другого индуистского лидера, Шивы, ведется с еще более раннего, чем у Вишну, времени, – с периода протоиндийской цивилизации. Его далеким предшественником считают божество, восседающее на троне в окружении зверей, а его имя возводят к древнему дравидскому корню со значением «красный», «краснота», но иногда трактуют и как Благосклонный. Видимо, тогда же определились и основные черты его мифической биографии, вполне хорошо сочетающиеся друг с другом, несмотря на кажущуюся противоречивость: эротизм и аскетизм.

В ведийской мифологии образ Шивы еще почти неразличим в тени яростного и неукротимого Рудры, Ревущего, зловещего стихийного бога, воплощающего разрушительную силу грозы и способного нагнать ужас, но в то же время и целителя, лучшего из врачей, знающего секрет лекарства, что дарует долгую жизнь. Возвышение Рудры-Шивы началось, видимо, со времен упанишад, где его образ расцвечивается яркими красками владыки вселенной, а в эпосе он уже предстает как вполне утвердившийся главный бог, оспаривая пальму первенства у Вишну.

Между богами-соперниками устанавливается некое подвижное равновесие: «И Вишну, и Шива по очереди и по усмотрению авторов признаются главными богами», – пишет голландский индолог Я. Гонда. Впоследствии между богами, как и между их адептами, сложились в целом компромиссно-партнерские отношения, хотя случались и моменты напряженного противостояния – ив мифах, и в жизни, среди их приверженцев.

Двойственность Шивы, видимо, «генетически» заложенная в нем, проявляется во всем. Так, некогда боги хотели, чтобы Шива и Парвати родили сына-воителя, который убил бы докучавшего им демона Тараку: по предсказанию, только он мог это сделать. Но Шива предавался столь глубокому созерцанию, что вывести его из этого состояния было невозможно, как ни усердствовал Кама, бог любви. Зато когда удалось пробудить любовь в его сердце, она приняла необузданные формы, и под угрозой оказалось само существование мира.

Той же двойственностью отмечены и другие образы бога. Часто он изображается в позе йога, пребывающего в глубокой медитации где-нибудь в Гималаях, или в виде странствующего аскета с телом, посыпанным пеплом, в набедренной повязке и с чашей для сбора подаяний. Но от глубокого мистического созерцания ему ничего не стоит перейти к яростному, неистовому танцу. Эта его ипостась так и называется – Натараджа, Владыка танца; считается, что он изобрел сто восемь танцев, среди которых есть и спокойные, медленные, и стремительные, устрашающие. Его приверженцы верят, что мечущийся в танце Шива порождает при этом своей магической силой видимость всех вещей во вселенной, а в конце космического цикла разрушает мир.

Обитает Шива не только в любящих сердцах своих адептов и в храмах, но и в самых зловещих местах: на полях сражений, на площадках для сожжения трупов, на перекрестках дорог, которые считаются небезопасными. Да и некоторые его ипостаси способны внушить скорее ужас, чем благоговение: на его шее надето ожерелье из черепов, его обвивают змеи, в руках он держит трезубец, а его горло посинело от яда, проглоченного во время пахтанья океана. Тогда из воды появлялись не только полезные и приятные вещи, но и страшный яд, несущий смерть всему живому. Спасая мир от гибели, Шива проглотил его, но остановил у себя в горле, и с тех пор он зовется Синешеим.

В своей гневной форме Шива обычно воевал с другими богами, напоминая бурный космический поток, все сметающий на своем пути. Особенно буйствовал он на жертвоприношении Дакши, отца своей возлюбленной супруги Сати. Отношения этих богов с самого начала складывались далеко не лучшим образом, и потому, когда Сати подросла и отец пригласил всех богов на церемонию выбора жениха, Шиву он не позвал. Однако Сати, любившая его еще с предыдущих рождений, ни о ком другом не хотела и думать.

Не увидев возлюбленного на собрании богов, она подкинула свой обручальный венок вверх, призывая Шиву. И тот неожиданно появился с венком на шее. Дакше ничего не оставалось делать, как признать его своим зятем. И все бы обошлось, если бы строптивый Шива оказал подобающие почести тестю, но он этого не сделал. Самолюбивый Дакша проклял его, сказав, что не получит Шива своей доли в жертвоприношении. Шива рассвирепел и сотворил невиданное тысячеголовое, тысячерукое и тысячеглазое огненное существо престрашного вида, вооруженное копьями и дубинами.

Оно породило из себя тысячи других таких же мощных и грозных существ, и они учинили страшный погром: перевернули жертвенные котлы, разбросали посуду, осквернили еду, жадно заглатывали сметану, мясо, сласти, мед, зерна и выпили приготовленный для богов священный напиток. Потом они накинулись на оцепеневших от ужаса богов и стали над ними измываться и бить их. Хуже всех пришлось Дакше: вконец обезумевший Шива отсек ему голову. Правда, потом он пришел в себя и стал оживлять мертвецов. Но голова Дакши куда-то закатилась, ее так и не нашли и приставили взамен козлиную.

Однако Шива не всегда сражался с богами; чаще он все-таки воевал с демонами, противниками богов и людей. Одно из самых знаменитых его деяний – уничтожение Трипуры, Тройной крепости, или Троеградья. Его – золотой град на небе, серебряный в воздухе и железный на земле – даровал асурам Брахма в награду за их подвижничество. Те безмерно возгордились и объявили богам войну. Боги оказались на грани гибели, но Шива спас положение.

Он приготовился к бою, и ни у кого во всей вселенной не было такой превосходной боевой колесницы, как у Шивы. Основой ее была земля, сиденьем – гора Меру, осью – гора Мандара, солнце и луна – ее колесами, а небесная твердь – передком. Четыре веды стали конями в той колеснице, а дугами – четыре юги, мировых периода; поводья же заменил огромный змей Дхритараштра. Луком Шиве служил год, отмеряющий время, стрелами – ядовитые змеи наги, а тетивой – страшная Каларатри, ночь конца мира, сестра бога смерти Ямы. Дождался Шива, пока три града, двигавшиеся как планеты, не сблизились и не оказались на одной линии, и пронзил их своей стрелой, и сверкание ее слилось с лучами солнца. С той поры ко множеству божественных имен Шивы прибавилось еще одно – Трипурантака, Разрушитель Трипуры.

Шива многократно и разными способами доказывал свое превосходство, и одолеть его не удавалось никому. Противники его веры насылали на него грозного тигра, но Шива содрал с него шкуру ногтем мизинца и завернулся в нес, как в легкий шелковый шарф. А подосланного к нему огромного змея обернул вокруг шеи, как ожерелье. Бывали и другие колоритно описанные в мифах и легендах эпизоды, которые не оставляли никаких сомнений в превосходстве Шивы в глазах его почитателей.

Неистощимую животворную силу и неиссякаемую энергию Шивы воплощает его главный символ – лингам (фаллос). Он почитается по всей Индии, и его можно увидеть не только в шиваитском, но и в любом другом индуистском храме страны. Часто его изображают весьма реалистично, и он вызывает вполне конкретные ассоциации, тяготеющие к сфере плодородия и чадородия. Но при этом он может быть и совершено абстрактным символом, уводящим в глубины духа или интеллекта. Как писал М. Элиаде, лингам заключает в себе «тайну жизни, созидания, плодоносности, которые проявляют себя на всех космических ступенях», и делает возможным «религиозное усиление через образ и символ».

При таком широком диапазоне смыслов лингам имеет самое разнообразное применение в религиозной практике. Так, бездетная женщина будет почитать его и осыпать цветами, надеясь получить помощь божества и забеременеть; тот же самый жест шайва-бхакта выразит бесконечную преданность любимому божеству, а йог или отшельник, прикоснувшись к лингаму, погрузится в медитацию.

С глубокой древности почитали и другой символ Шивы – быка Нанди, его ездовое животное. Его статуя обязательно есть в каждом шиваитском храме.

Лики богини-матери

Шиву и Вишну часто изображают как любящих супругов, вместе с их божественными «половинами», которые символизируют женственные аспекты человеческой природы. Число богинь в индуизме не поддается исчислению. Среди них есть и почитаемые во всей Индии, например Лакшми, богиня счастья и процветания, а есть и сельские богини-матери, чья известность не перешагнула границ маленькой деревушки, затерянной где-нибудь в глухом лесу. На юге Индии, например, популярна богиня Минакши, Рыбоглазая, которой посвящен огромный храм в городе Мадурае, привлекающий к себе множество паломников. Самое интересное, что индуистские богини до сих пор «появляются на свет», ревниво оберегая тайну своего рождения. Так, в конце прошлого века один индийский исследователь культов богинь увидел на североиндийском базаре изображение не известной ему прекрасной четырехрукой богини по имени Шрама-Девата, Богиня тяжелой работы, у которой оказалось много почитателей, от профессоров колледжей до неграмотных крестьян.

Постичь все лики богинь, как и узнать все их имена, совершенно невозможно. Она может быть благостной и умиротворенной, как Парвати – Горянка, Сати – Добродетельная или Гаури – Белая, а может быть гневной и устрашающей, как Кали – Черная, Дурга – Неприступная или Чанди – Лютая. Она может насылать страшные болезни и в то же время исцелять от них; может требовать кровавых жертвоприношений и обильных возлияний пальмовым вином, но может предпочитать душистые цветы и ароматические благовония. «Биографии» одних богинь известны адептам вплоть до мельчайших подробностей, других знают лишь по именам.

Образ богини воплощает черты то преданной супруги, то любящей матери, то страстной любовницы, то исступленной демоницы, то великой шакти – творческой и созидательной энергии своего мужа. Ее изображения встречаются и в величественных храмах, и на проселочных дорогах, и в лавках ремесленников. Их отливают из бронзы и других металлов, ваяют в камне, пишут на холсте, тиражируют лубочные картинки с изображениями богинь. Они могут скромно таиться и в маленьких земляных холмиках где-нибудь в лесной глуши, вдали от шумных городов.

Так или иначе богини неизменно присутствуют в жизни каждого индуиста, сопровождая его от рождения до погребального костра; опекая его самого или его семью, клан, касту или даже целый город.

Неисчислимых и вездесущих, вечно юных или старых и никогда не бывавших молодыми, жестоких и благостных, карающих и милосердных, их почитают в самых разнообразных ритуалах, от пышного многодневного храмового праздника до скромной домашней молитвы; для них всегда найдется место и в укромном уголке в сердце пожизненно преданного почитателя. Но в какой бы ипостаси ни являлись богини и какой бы облик ни принимали, они всегда связаны с вечными темами жизни и смерти и с извечным противостоянием женского и мужского начал.

Подобно тому как Шива почитается в форме лингама, так и богиня почитается в форме своего детородного органа, йони, установленных во многих святилищах, иногда в соединении с лингамом.

Некоторые образы богини раскрывают природу любви во всей ее неисчерпаемой глубине. Они особенно выразительны в шактизме и тантризме. В шактизме богиня воспринимается как олицетворение всемогущего женского начала, как Матерь мира, Джаганматри, указывающая путь к освобождению от сансары. Она полностью доминирует над супругом: «Шива без Шакти – бездыханный труп», – говорится в одной из пословиц.

В основе тантризма как особой формы индуизма лежит обычно шокирующее европейцев безоглядное обожествление женщины и признание женского начала верховным божеством и источником энергии. Символом скрытой энергии человека считается змея, свернувшаяся кольцами у основания позвоночного столба. Она пробуждается специальными ритуалами и техниками (позами, дыханием, концентрацией внимания и т. п.), которые должны ее разбудить и направить вверх, по центральным энергетическим каналам, на которые как бы нанизаны центры-чакры. Проходя по ним, энергия преображает все процессы в теле, точнее, в телах: по учению индуизма, у человека их несколько, и помимо видимого, материального, есть еще несколько тонких, невидимых.

По представлениям тантристов, физическое тело человека может послужить совершенным инструментом для преобразования личности, но только при одном условии: при обоготворении женщины. Так что женоненавистникам в сторону тантры лучше даже не смотреть. Вряд ли они смогут увидеть отблеск божественного сияния в обычной земной женщине, а ее тело воспринять как образ всего мироздания.

Боги не главные, но любимые

С главными богами индуизма связаны многие второстепенные божества. Особенно любим по всей Индии, от Гималаев на севере до Каньякумари на юге, Ганеша – добродушный и пузатый толстячок с короткими ножками и головой слона, у которой только один бивень. Его ездовое животное – крыса, или точнее, бандикут, хотя представить слона верхом на крысе довольно трудно. Сын Шивы и Парвати, он почитается как создатель и устранитель препятствий, и потому ни преуспевающий бизнесмен, ни писатель, ни строитель, ни простой ремесленник – никто не начнет ни одного дела, не помолившись Ганеше, который может подарить успех, но может и обречь на поражение.

Его круглую фигуру можно увидеть повсюду: в посвященных ему храмах и при входе в святилища других богов; в домашнем алтаре и над входом в туристический отель. Изображают его то сидящим, то стоящим, то танцующим; иногда с двумя, а иногда с десятью руками. В них он может держать топорик и крюк, которым погоняют слона, лакомство модак, а порой даже свой собственный бивень. По некоторым легендам, он сам отломал его, чтобы записывать с его помощью Махабхарату.

Вообще мифов и легенд по поводу Ганеши, как и других богов, существует множество. В них рассказывается о том, как этот необычный бог появился на свет, почему у него голова слона и о многом другом.

Другой сын той же божественной четы и брат Ганеши – Сканда, или Картикейя. Его очень любят на юге, особенно в Тамилнаде, где, известный под именем Муругана или Субрахманьи, он является почти национальным символом.

Этот бог войны и бесстрашный предводитель небесного воинства, передвигающийся на павлине, был рожден для того, чтобы победить демона Тараку. Его вскормили своим молоком Критики – шесть звезд созвездия Плеяд, и потому у него шесть голов и двенадцать рук. С демоном Таракой он справился безо всякого труда, а потом предался безудержному разгулу с женами всех богов, так что оскорбленные мужья пришли жаловаться к его матери Парвати.

Отношения между братьями всегда были проникнуты соперничеством. Однажды дело дошло до того, что они оба захотели жениться на сестрах Сиддхи и Буддхи. Родители объявили им свою волю: сестер получит в жены тот, кто первым сумеет обогнуть Землю. Простоватый Картикейя тут же во всю прыть помчался вокруг Земли, а хитрый Ганеша обошел вокруг родителей, показав, что приравнивает их ко всему миру. Когда незадачливый Картикейя вернулся, с трудом переводя дух, он застал новую счастливую семью. Во многих индуистских святилищах и просто на улицах почитается Хануман, обезьяний царь, преданный слуга Рамы. Считается, что он был наделен не только невероятной силой, позволяющей ему вырывать с корнем деревья, но и способностью менять свои размеры и становиться невидимкой.

Когда Рама, победив Равану, вернулся в родную Айодхью, он спросил Ханумана, какое вознаграждение тот хотел бы получить за свою верную службу. Хануман будто бы ответил, что хочет жить до тех пор, пока люди будут помнить о подвигах Рамы. Так он обрел бессмертие, потому что индийцы никогда не забудут об этих славных подвигах.

В несметное число божественных персонажей входит и огромная армия сельских богов и богинь, называемых грамадэвата. Во время болезней и других несчастий, а также в дни эпидемий, засух или наводнений обращаются именно к этим, близким богам, а не к великим и могущественным, но далеким Шиве или Вишну. Были обожествлены и мудрецы-риши, древние провидцы, авторы вед. Попали в божественную семью и некоторые люди, отмеченные особыми религиозными заслугами, как, например, средневековые поэты – бхакты, воспевшие богов в великолепных экстатических гимнах. Как богов почитают и предков: их культ существует в Индии с глубокой древности.

Особо следует сказать о священных животных индуизма. Можно без всякого преувеличения утверждать, что у индуистов благодаря их религии великолепно развито экологическое сознание. В самом деле, как будет относиться к растениям, животным и ко всему окружающему миру человек, с детства знающий, что в одном из рождений он и сам был или будет существовать на земле в обличье слона, орла или лошади? И который не уверен, что лежащая на улице корова не воплощает дух его умершей родственницы, а растущее во дворе дерево не было в прошлом его дядей… Трава, цветок, коза, звезда – все они равные представители божественного мира, а потому занимают свое место в религиозной практике. Благодаря Хануману ореолом святости окружены в Индии и обезьяны, которые часто ведут себя в разных ситуациях как полноправные хозяева.

С глубокой древности почитают там и змей. Более того, индуисты убеждены, что змеи – сверхъестественные существа, обладающие необыкновенными качествами и во многих отношениях превосходящие людей. Считается, что они обитают в подводных дворцах, на дне рек и колодцев и хранят жизненную энергию, заключенную в этих водных источниках. Стерегут они и драгоценности морских глубин – жемчуга, кораллы и раковины, а также оберегают входы и служат «хранителями дверей», и поэтому их часто изображают на портиках святилищ.

Поклоняются змеям и как божествам, которые отвечают за плодородие полей и богатые урожаи: ведь змеи связаны с водой, а для земли и растений вода – это самое главное.

Роль змей в жизни людей очень велика, и на этой основе к ним в Индии издавна выросло огромное уважение и бережное отношение к их жизни.

Каменное изваяние кобры – покровительницы селения можно встретить где-нибудь под деревом почти возле каждой деревни. Сюда приходят люди, молятся и приносят змеям жертвы – молоко, рисовые шарики, цветы. А если рядом находится змеиная нора, то к ее отверстию женщины обязательно принесут молоко и попросят кобру не жалить детей, не заползать в дом и вообще быть снисходительной и милосердной к людям. Ну, а если змея все-таки встретится на пути, то никому и в голову не придет ее убивать: ведь вполне может статься, что в ней воплотился дух того или иного предка, а разве поднимется у кого-то рука на собственного прапрапрадедушку, пусть даже и в обличье змеи? Нет, змею будут умолять уйти добровольно и не причинять вреда живым.

Под опекой и присмотром такого количества богов индуисты чувствуют себя в любых ситуациях почти беззаботно: если не один, то другой бог обязательно поможет!

Глава 4
ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ ВЕЧНОЙ ДУШИ

Что такое дхарма?

На одном из барельефов в храме Кайласанатха в Эллоре изображена игра божественной четы Шивы и Парвати в кости. У каждой стороны кости свое название: с четырьмя очками – крита, с тремя – трета, с двумя – двапара, с одной – кали. Так же называются космические эпохи, юги. Слово «юга» (буквально «ярмо», «упряжка для скота») означает определенный временной период, использующийся в мифологии для исчисления не человеческого, а божественного времени. В его основе лежит представление о циклическом времени и отождествление его с кругом как наиболее совершенным пространственным образом.

Индуисты убеждены, что мы живем в калиюге – времени всеобщего распада и помрачения. Она началась будто бы в 3201 г. до н. э. (точнее, в полночь с 17 на 18 февраля), когда произошла братоубийственная битва между Кауравами и Пандавами, описанная в эпосе Махабхарата, и будет продолжаться тысячу двести божественных лет, а каждый год богов равен тремстам шестидесяти годам человеческим. Калиюга считается последней из четырех эр.

Чтобы понять, как страшно и фатально разваливается мир, надо вернуться к началу времен, к золотому веку критаюге. Он длился один миллион семьсот двадцать восемь тысяч земных лет, и все это время Дхарма, бог долга и справедливости и в то же время мировой закон, прочно стоял и «передвигался на четырех ногах»: правдивости, почитании старших, сострадании к ближним и приветливом обращении друг с другом. Люди вели праведный образ жизни, были здоровы и благополучны и не знали болезней, злобы, зависти, страха, ревности и иных негодных чувств, им не грозили никакие беды и несчастья. Они питались плодами земли, и им не нужно было что-нибудь выращивать, а тем более покупать или продавать.

Вслед за этим наступила третаюга, продолжавшаяся один миллион двести девяносто шесть тысяч земных лет. Это время было менее счастливым, чем предыдущее, и у Дхармы осталось «три ноги», а добродетелей стало на четверть меньше. Хотя праведных людей все же было больше, чем нечестивцев, и люди в целом соблюдали долг, в их действиях появилась корысть, стали возникать распри и ссоры.

Бог долга продолжал терять устойчивость и в следующей двапара-юге. Он стоял уже только «на двух ногах», добродетель людей истощилась наполовину, они стали злобными и фальшивыми, и все чаще возникали ссоры и обман. И вот, наконец, калиюга, наше время, когда Дхарма едва держится всего лишь «на одной ноге», а слабые и порочные люди погрязли в спорах, утратили добродетель и достоинство. Они становятся орудиями своих страстей и соблазнов, и потому их не покидают несчастья, но другой участи они и не заслуживают. Одна за другой следуют природные катастрофы, люди истребляют друг друга в жестоких войнах, а недостойные правители без зазрения совести обманывают и угнетают подданных.

Близится конец мира, и он, по предсказаниям, будет страшен. Вот одно из леденящих душу описаний, приведенное в Махабхарате: «…Обитающие на земле живые существа, изголодавшиеся и немощные, гибнут одно за другим, о владыка земли! Семь пылающих солнц выпивают всю воду морей и потоков, о властитель живущих! И дерево, и трава, и сухое, и влажное – все обращается в пепел. Затем, на мир, иссушенный солнцами, с вихрем обрушивается пламя конца света. Разоряя землю, проникая в саму преисподнюю, оно вселяет великий ужас в богов, демонов данавов и якшей. Сжигая мир демонов-змеев и все, что есть на земле, о хранитель земли, огонь в один миг губит подземное царство.

Безжалостный ветер и это пламя конца света уничтожает пространства. и это повторяется сотни, тысячи раз. Сильный пылающий огонь пожирает вселенную вместе с богами и асурами, гандхарвами и якшами, демонами-змеями и ракшасами». Мировой дух Брахма поглотит богов и людей и погрузится в сон, плавая в лотосе в водах первозданного океана. Все погрузится в состояние хаоса, пралайи до начала нового творения-сришти.

Итак, мир неизбежно меняется и становится все хуже. Почему же он так несправедливо устроен? Конечно, есть в нем плохие люди, но мы-то почему незаслуженно должны терпеть горе, обиды и всякие мучения? Казалось бы, такие вопросы возникают закономерно. Но нет, никогда подобных сетований от индуистов не услышишь: им и в голову не придет упрекать этот мир за его пороки. Их религия заставляет обратиться прежде всего к самому себе. Ну, а мир – это вполне гармонически упорядоченное целое, это благоустроенный космос, который следует всеобщему вечному закону-дхарме, сохраняющему и удерживающему этот порядок. Главное – его не нарушить.