Текст книги "Религиоведение. Индуизм"

Автор книги: Маргарита Альбедиль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Великий индийский эпос

В классическом виде индуизм отражен в великих эпических поэмах Махабхарата и Рамаяна, которые также относятся к литературе предания смрити. Именно эта его разновидность укрепилась в статусе государственной религии во время правления династии Гуптов, в III–IV вв. Что же представляют собой названные поэмы?

Древнеиндийский эпос Махабхарата – самый большой по объему памятник мировой литературы. Он состоит из восемнадцати книг, включающих в себя более девяноста тысяч строф, что в восемь раз превышает объем «Илиады» и «Одиссеи», вместе взятых. Созданная на эпическом санскрите, отличном от ведийского, Махабхарата приписывается мифическому мудрецу Вьясе, который будто бы три года подряд поднимался ни свет ни заря, сочиняя эту поэму. Естественно, в реальной жизни она складывалась усилиями многих поколений сказителей в воинской среде где-то на севере долины Ганги.

Ее основной сюжет, занимающий около четверти всего объема, повествует о борьбе за власть между сыновьями двух братьев, Дхритараштры и Панду. Но, редактируя этот текст, брахманы включили в него мифы и легенды о богах, религиозные рассуждения, философские тексты, этические доктрины, нравоучительные наставления и т. п. В результате Махабхарата стала считаться не только священной книгой индуизма, но и законоучительным трактатом.

По главному сюжету сто сыновей слепого Дхритараштры, известные как Кауравы, лишили царства Пандавов, сыновей Панду, своих двоюродных братьев. Как водится, в деле была замешана женщина, прелестная Драупади. На церемонии выбора жениха, устроенной ее отцом, избранником красавицы стал Арджуна, третий из Пандавов. Меткий стрелок, он единственный выиграл состязание, попав из лука в глаз рыбы, глядя на ее колеблющееся отражение в сосуде с маслом. Брачный союз с Драупади заключили все пятеро братьев, однако божественная прелестница перед каждым супругом представала девственницей.

Завистливые и злобные Кауравы не могли ужиться вместе с Пандавами, и мудрый Бхишма, их дед, разделил царство на две части. Пандавы жили счастливо в построенном ими городе Индрапрастхе, а Кауравы исходили злобой. Наконец старший из них, Дурьодхана, пригласил старшего из Пандавов, Юдхиштхиру, на игру в кости. Юдхиштхира, страстный игрок, проигрался в пух и прах, но царь Дхритараштра аннулировал проигрыш. Однако азартный Юдхиштхира снова сел за игру, проиграл свою половину царства, Индрапрастху и был вынужден вместе с братьями и женой отправиться на двенадцать лет в изгнание в лес, и еще один, тринадцатый год провести неузнанными.

Пандавы выполнили все условия, но Кауравы не спешили возвращать им часть царства. Конфликт пришлось решать на поле брани, где произошла восемнадцатидневная битва, описанию которой посвящены четыре книги Махабхараты. Полегли все, кроме пятерых Пандавов и Кришны, возницы Арджуны. Справедливость восторжествовала, Юдхиштхира сел на царство и правил много лет, но, мучимый раскаянием, оправился в мир богов вместе с братьями и общей женой.

В самый напряженный момент, когда Пандавы и Кауравы после долгих лет непримиримого соперничества привели свои армии на поле битвы Курукшетру и замерли, глядя в лицо друг другу, в Махабхаратс звучит Бхагавадгита, «Божественная песнь», которую американский индолог Ф. Эджертон назвал «любимой библией Индии». Арджуна просит своего возничего и друга Кришну поставить колесницу в удобном для обозрения месте, и тот ставит ее так, что Арджуна оказывается напротив своих родственников и учителей. Он потрясен: как он может их убить? Когда Кришна видит, что его ответы не могут до конца удовлетворить Арджуну, он являет ему свой истинный облик великого бога, который ярче тысячи солнц, одновременно засиявших на небе, – образ, вспомнившийся Р. Оппенгеймеру, «отцу атомной бомбы», во время ее взрыва в Лос-Аламосе. Отсюда же и название книги Р. Юнга об атомщиках: «Ярче тысячи солнц».

Кришна наставляет Арджуну в истинном знании – оно и составляет содержание Бхагавадгиты, своего рода «божественное откровение». Он объясняет, что смысл жизни – не в войне и не в завоеваниях царств. Все эти дела совершаются на поверхности жизни, а в глубине душа должна оставаться незамутненной ненавистью и исполненной любви. Как тигр не отвечает за то, что он рожден тигром и должен питаться мясом, так и воин должен выполнять свой долг на поле брани. Получается, что, следуя божественному промыслу, Арджуна должен выполнить долг, идти и убивать своих родственников и учителей. Заодно Кришна объясняет Арджуне устройство мироздания и место человека в нем.

Бхагавадгита, необычайно сложная и многозначная, по-разному воспринималась в разные эпохи и породила обширную комментаторскую литературу. Дж. Неру писал: «Все школы мышления и философии обращаются к ней и толкуют ее каждая по-своему. В период кризиса, когда разум человека мучат сомнения и терзают противоречивые обязанности, он все более обращается к Гите в поисках ответа и руководства… В прошлом к Гите было написано множество комментариев; они продолжают неизменно появляться и сейчас. О ней писали даже современные властители дум и действия – Тилак, Ауробиндо Гхош, Ганди, – причем каждый давал ей свое толкование. Ганди обосновывает на ней незыблемую веру в ненасилие; другие оправдывают с ее помощью насилие и борьбу во имя правого дела». В самом деле, убийца Ганди, брахман Натхурам Годсе, был вдохновлен той же Бхагавадгитой.

Она хорошо известна на Западе. Американский философ-экзистенциалист Генри Торо писал: «По утрам я погружаюсь умом в грандиозную и космогоническую философию Бхагавадгиты, по сравнению с которой наш современный мир и его литература кажутся ничтожными и пошлыми». Знакома она и широкому российскому читателю, причем не столько благодаря популяризации научных индологических знаний, сколько усилиями наших отечественных неокришнаитов, распространяющих книгу под названием «Бхагавадгита как она есть».

Вторая эпическая поэма, Рамаяна, также зародилась в устной традиции примерно в V–IV вв. до н. э., но не в северной, а в южной части долины Ганга. Ее легендарным автором считается мудрец Вальмики. В семи ее книгах повествуется о подвигах царевича Рамы, справедливого и мужественного наследника Дашаратхи, правителя государства Айодхьи.

Подзуживаемый злобной второй женой Кайкейей царь отправил Раму в изгнание и передал трон Бхарате, сыну Кайкейи. Вместе с Рамой в изгнание отправились его верная жена Сита и преданный брат Лакшмана. Во время их жизни в лесу царь демонов-ракшасов Равана похитил Ситу. Долго искал се Рама и наконец нашел на острове Шри-Ланка. Вместе с надежными помощниками – хитроумной и бесстрашной обезьяной Хануманом, сыном бога ветра Вайю, и обезьяньим войском – он переправляется на Ланку, убивает Равану, возвращается в Айодхью и занимает трон, утверждая идеальное «царство Рамы».

Как и Махабхарата, Рамаяна считается священной книгой индуизма. В отличие от вед они были доступны широким слоям населения, приобретя статус «пятой веды». Обе поэмы неоднократно перелагались на новоиндийскис языки; они и сейчас остаются неисчерпаемым источником поэтического вдохновения. В Индии по Махабхарате снимаются многосерийные телевизионные сериалы, а индийские дети с упоением играют в ее главных героев.

Европа познакомилась с ней не только в поэтических переложениях отдельных фрагментов. В 80-е гг. прошлого века знаменитый английский режиссер Питер Брук поставил спектакль на сюжет из Махабхараты и снял две версии фильма – шестичасовой для телевидения и трехчасовой для кино.

Особую разновидность текстов смрити представляют собой пураны – древние предания, своды мифов, легенд, генеалогических списков, описания космических циклов, истории главных правящих династий, сведения из области теогонии, философии, басни и другие фольклорные жанры, факты реальной жизни и т. п. Пураны, как и эпос, свидетельствуют о том, что индуизм в первые века новой эры развился в мощное религиозное течение. В свою очередь эпические и пуранические традиции пронизали собой весь последующий индуизм.

Самая яркая черта средневекового индуизма – движение бхакти, т. е. преданности божеству. Возникнув на дравидском юге в VII–XI вв., оно распространилось по всей Индии. В его основе лежал новый способ богопочитания, предполагающий поклонение единому Богу, проникнутое беззаветной любовью и истовой верой; отказ от сложного брахманского ритуала и посреднических услуг брахманов; провозглашение равенства перед Богом всех слоев населения и обоих полов и использование для общения с Богом не санскрита, а родного разговорного языка. Движение бхакти в основных чертах завершило становление индуизма в его современном виде.

В новое время индуизму пришлось пережить столкновение с чуждой западноевропейской цивилизацией. Ответом на этот «вызов» стал ряд перестроечных явлений в XIX – первой половине XX в., получивших названия реформации, ренессанса, обновления. В условиях колониальной зависимости индуизм окончательно утвердился как национальная религия Индии, незыблемая основа национальной традиционной культуры и мощный культуротворящий источник.

Так веками складывался индуизм. Он умело примирял крайности и вознаграждал свои потери, противился любым причинам разрушения и облекал свои идеи в самые причудливые формы, возрождаясь из самого себя.

Глава 3
БОГИ БЛИЗКИЕ И ДАЛЕКИЕ

Сколько богов в индуизме?

Вопрос: «Верите ли вы в бога?» в Индии могут задать только иностранцу. Отрицательный ответ вызывает ужас, скорбь, оживление – любые чувства, кроме доверия. Как можно не верить в бога? Это все равно что не верить в солнце на небе! Впрочем, реакцией на вопрос может быть и воодушевление: всегда остается надежда на то, что атеиста еще можно обратить в истинную веру.

А вот вопрос: «В какого бога вы верите?» – можно задать индуисту, но при этом важно не запутаться самим. Дело в том, что количество богов в индуизме сосчитать невозможно. Никто не возьмет на себя смелость назвать хотя бы приблизительное их число, четко и однозначно обозначить их функции, определить, какой бог чем «заведует», и установить иерархию. Весь их сонм нельзя даже перечислить; он поистине необъятен, и это в полной мере соответствует всеохватывающей природе индуизма, хотя технический прогресс неизбежно вносит унификацию в необычайно пестрый и неоднородный индуистский материал. Так, показ по телевидению сериала (девяносто три серии!) по Махабхарате индийского режиссера Р. Чопра, как и другая аудио– и видеопродукция, способствует выработке однотипных образов мифологических и эпических героев, которые в прежние времена воспринимались по-разному в разных районах Индии.

Но и сейчас почти в каждой местности имеются разные наборы главных и второстепенных божеств. Вариации их имен бесконечны, а их неповторимая «индивидуальность» непостижима. Один из западных путешественников, прибыв в небольшое индийское селение, насчитал там около двух десятков почитаемых божеств. Каково же было его удивление, когда в соседнем селении он обнаружил не меньшее, если не большее количество богов, которых тоже почитали, но под другими именами. А таких селений, городов, деревень в Индии множество, и во всех обитают боги. В качестве божественных созданий почитают также горы, деревья, звезды, планеты, расселины в скале, реки, коров, обезьян – да все что угодно! Это уровень массовой, народной религии, практически недоступный всеохватывающему наблюдению и полному, доскональному описанию.

Немногим лучше обстоят дела и с официальной, брахманской религией. Ведущие боги современного индуизма – Вишну и Шива, давшис имена двум его главным направлениям, вишнуизму и шиваизму. У богов есть супруги, почитаемые и как самостоятельные богини, и как шакти, т. е. божественная энергия. Ближайшее окружение главных богов индуизма составляют их верные помощники, ездовые животные, свита, сопровождающие лица и т. п. Боги состоят в разнообразных, иногда родственных или иных отношениях.

Кроме этих богов есть множество других, местных, почитаемых в том или ином штате или даже городе: Джаганнатх, Минакши, Муруган, Кхандоба и несметное множество других. Боги, полубоги, духи, демоны асуры, ракшасы, пишачи, бхуты, преты и другие, полу-змеи – наги, якши и якшини, киннары – люди с конскими хвостами; апсары – небесные танцовщицы; гандхарвы – небесные музыканты и певцы и многие другие, неповторимые или дублирующие друг друга – им несть числа. Демоны и вообще «нечистые» существа, но тоже имеющие божественную природу, в индуизме не воплощают абсолютное зло, как дьявол в христианстве. Да, их облик отталкивающ, их поступки отвратительны, а поведение порочно, но разве и люди такими не бывают?

«Обширный континент Индии давал широкий простор чудесной способности человека создавать богов и закоренелой склонности к политеизму. Боги и духи, имевшие власть наносить людям вред и ущерб, а также приносить им блаженство и славу, управляли жизнью народов», – писал индийский философ С. Радхакришнан. В самом деле, богов в индуизме такое несметное количество и порой грани между ними так размыты, что поневоле задумываешься: а что же такое, наконец, бог? Аллегории внешних природных явлений? Или обожествления древних царей и героев? Или результат страха людей перед естественными силами природы? А может быть, как утверждает политическая теория или теория обмана, боги – надзиратели за делами людей? Впрочем, индуистские боги даже при не слишком близком знакомстве способны полностью опровергнуть любую теорию: они не вмещаются в рамки ни одного кабинетного вымысла.

Как тут не вспомнить И. В. Гете! Когда он познакомился с индийскими богами, они вызвали у него чувство благородного негодования, ибо сонмы их, «числом в несколько тысяч, притом не подчиненные друг друг>', но одинаково абсолютно всемогущие… еще больше запутывают жизнь с ее случайностями, поощряют обессмысленные страсти и благоволят безумным порывам, словно высшей степени святости и блаженства». Что же касается индийского учения, то оно не просто разочаровало его, а возмутило как «ни на что не годное».

Что бы индиец ответил Гете? А вот что: «То, что для западного сознания – миф и игра воображения, здесь – действительность, часть нашего внутреннего бытия, то, что там воспринимается как прекрасная поэтическая фантазия и философское умозрение, здесь нечто постоянно осуществляемое и ощущаемое», – писал Ауробиндо Гхош.

Как бы ни пугал безбрежный океан индийских божеств, в нем все-таки можно найти некие организующие координаты хотя бы для того, чтобы составить самое общее впечатление. Считается, что демаркационная линия, отграничивающая собственно индуизм от предшествующих ему ведизма и брахманизма, была обозначена прежде всего возникновением триады богов. Совокупный образ тримурти (троеобраз) вобрал в себя универсальный принцип троичности: Брахма – создатель мира, Вишну – его хранитель и Шива – разрушитель. Однако этот «союз» оказался непрочным и быстро распался на трех соперничающих и «одинаково абсолютно всемогущих» богов. Впрочем, Брахма быстро отошел в тень своих более энергичных соперников, и его культ не получил большого распространения, а число святилищ, построенных в честь него, невелико. Самый значительный храм Брахмы, один из совсем немногих, находится в Аджмере, в штате Раджастан.

Во множестве мифов и легенд о богах повествуется о том, как каждый из них доказывал свое превосходство над другими. Согласно одному из повествований, спор на эту тему между Брахмой и Вишну был прерван появлением рядом с ними столба ослепительно яркого света в виде огромного лингама, воплощения Шивы. Решив узнать, где начало и конец этого столба, Брахма принял облик лебедя и взмыл ввысь, а Вишну превратился в вепря и стал рыть землю. Их заинтересованное расследование продолжалось тысячу лет, но оказалось безрезультатным: они так и не нашли концов гигантского лингама.

Впрочем, противостояние богов далеко не всегда принимало мирные формы. В одном из мифов рассказывается о том, как в результате обострения отношений между Брахмой и Шивой тот оторвал Брахме пятую голову. За это он был наказан и обрел свой отталкивающий облик Бхайравы, Ужасного – гневного божества со спутанными красными волосами и торчащими клыками. Череп Брахмы, прилипший к его руке, заменил ему чашу для сбора подаяний. Он сам отлепился, лишь когда Шива пришел в священный город Бенарес, – это было знаком, что он освобожден от наказания.

Этой и подобными легендами шиваиты подкрепляют превосходство Шивы, а у вишнуитов есть свои столь же неопровержимые аргументы. Шипа и Вишну поделили между собой приверженцев таким образом, что Шива стал более популярным на дравидском юге, а Вишну – на арийском севере, но при этом их культы постоянно проникали друг в друга и влияли друг на друга.

Зачем Вишну спускается на Землю?

Для вишнуита, почитателя Вишну, нет бога ближе. Индуистский Вишну «вырос» из малозаметного ведийского божества, соратника Индры, которому в Ригведе посвящено всего лишь пять гимнов. Истолкование единственного деяния, прославившего его тогда, – трех шагов, которыми он охватил вселенную, – до сих пор остается предметом научных споров. С тех пор он именуется Широко шагающим, и в его шагах обитают все живые существа. Других заслуг за Вишну тогда не было замечено, но, тем не менее, он оказался достойным претендентом на роль верховного божества, хотя его путь к этим высотам был долгим и непростым.

Как бы то ни было, позиции Вишну неуклонно упрочивались, и в конце концов его стали почитать как всеобъемлющее божество, начало, середину и конец всего мира и т. п. Со времен упанишад его связывали с идеалами освобождения от тягот бытия: «высшей обителью Вишну» называли конец земного странствия людей. Вишну на протяжении веков вбирал в себя множество самых разнообразных культов, в том числе и местных, неарийских, обрастая плотной оболочкой мифов и ритуалов, благодаря чему вишнуизм укоренился весьма прочно и на долгие века.

С наиболее почитаемыми образами Вишну связаны многочисленные мифы, легенды, сказания. Считается, что обычно он обитает в Вайкунтхе, одном из райских миров, в небесном золотом дворце, восседая на ослепительно сияющем лотосоподобном троне. Но когда усиливается зло и миру грозит опасность, он облачается в «костюм» какого-либо живого существа и нисходит на землю. Эти нисхождения называются аватарами. Их стандартный набор, закрепившийся к VIII в., включает в себя десять фигур: рыба Матсья, черепаха Курма, вепрь Вараха, человеколев Нарасимха, карлик Вамана, герой Парашурама, Рама, Кришна, Будда и Калки. В других, более поздних списках число аватар может доходить до двадцати четырех или двадцати девяти. Первые четыре аватары принадлежат животному миру. Облик рыбы Матсья Вишну принял во время всемирного потопа, спасая от верной гибели Many, который стал потом прародителем индийского человечества. Сострадательная рыба спасла от потопа также семерых мудрецов-риши и священные тексты вед, оказав тем самым неоценимую услугу будущим поколениям.

Во второй раз Вишну спустился на землю в облике Курмы, черепахи, когда во время потопа оказались утерянными многие сокровища, в том числе напиток бессмертия амрита, без которого боги рисковали состариться и умереть, как простые смертные. Озабоченные, они обратились к Вишну за помощью, и тот, став исполинской черепахой, погрузился на дно космического океана, а боги водрузили ему на спину гору Мандару, обернув вокруг нее, как веревкой, змея Васуки. Боги взяли змея за хвост, демоны-асуры за голову и вместе принялись пахтать океан, бросив в него волшебные травы, а черепаха поддерживала гору, чтобы та не провалилась в болотистое дно.

Через сотню лет, наконец, появился вожделенный напиток в белом сосуде, и боги с демонами бросились к нему. Демоны опередили богов, но между ними завязалась ссора: каждый хотел первым испить божественного нектара.

Тут на помощь богам опять пришел Вишну, принявший на этот раз облик пленительной красавицы Мохини. Очарованные ею демоны забыли обо всем на свете. Ну, а Мохини рассадила отдельно богов и демонов и дала испить амриту богам. Когда же очередь дошла до демонов, внезапно и красавица, и сосуд с напитком исчезли. Обманутые и разъяренные демоны бросились на богов, но те, подкрепленные волшебным напитком, одержали верх в этой неравной битве.

В третий раз Вишну спустился на землю, когда демон Хираньякша магическим путем добился того, что его не смог одолеть ни бог, ни человек, ни зверь. Но, перечисляя в заклинании животных, он забыл упомянуть вепря. Обретя необоримую силу, Хираньякша стал хвастаться ею, притеснять богов и людей и дошел в своем неудержимом самохвальстве до того, что столкнул землю в глубины мирового океана. Тогда гигантский вепрь – а это был Вишну – разодрал заносчивому демону брюхо страшными клыками, одним клыком поднял землю и водрузил ее на место.

В четвертый раз Вишну опять пришлось иметь дело с демоном, на этот раз с Хираньякашипу. Этот хитрец добился у Брахмы обещания, что его никто нс сможет победить: ни бог, ни зверь, ни человек, и что одолеть его нельзя ни днем, ни ночью, ни в доме и ни снаружи. Обеспечив себе таким образом полную безнаказанность, Хираньякашипу стал беззастенчиво преследовать богов и людей, заставляя почитать в своих владениях только себя одного. Притеснениям подвергся даже его собственный сын, царевич Прахлада. Как-то раз, спасаясь от разъяренного царя, он воззвал к Вишну, и зов его не остался без ответа. На закате (т. е. ни днем, ни ночью) из колонны на пороге дома (т. е. не в доме и не снаружи) вышло невиданное существо – Нарасимха, получеловек-полулев (т. е. не бог, не человек и не зверь) и в клочья разодрало надменного и вконец зарвавшегося Хираньякашипу.

В пятый раз Вишну спустился на землю в облике карлика Ваманы, когда власть над миром захватил демон Бали. Он тоже добился невиданного могущества с помощью аскетических подвигов, и ему стали подвластны все три мира вселенной – небо, земля и подземный мир, а также всемогущие боги. Боги в очередной раз обратились к Вишну за помощью. Вишну-Вамана отправился к Бали будто бы просить у того милостыни. Чего только нс предлагал ему демон! И золото, и серебро, и каменья драгоценные, и коней быстроногих, и слонов могучих. Но Вамана от всего отказался и попросил только немного земли: ровно столько, сколько он, карлик, сможет отмерить тремя шагами.

Нс подозревающий подвоха Бали согласился: много ли карлику надо! Но тот вдруг начал расти на глазах и превратился в огромного великана. Сделал он один шаг, и покрыл им небо, сделал второй – и покрыл землю. А вот от третьего шага Вишну отказался и оставил подземный мир во владение Бали, разрешив раз в год навещать потерянное царство. Кстати, жители штата Керала в Южной Индии верят, что во время ежегодного праздника онам их правитель Бали и в самом деле приходит к ним в гости, навестить своих бывших подданных.

В шестой раз Вишну принял облик Парашурамы, т. е. Рамы с топором. Он был сыном брахмана-подвижника Джамадагни и царевны Ренуки, отличался воинственностью и никогда не расставался с боевым топором. По приказу своего отца и духовного наставника он без малейших колебаний обезглавил собственную мать, заподозренную в нечистых помыслах. Однако главным его деянием стало убийство тысячерукого царя Картавирьи, захватившего власть над миром и притеснявшего Джамадагни. Сыновья Картавирьи убили Джамадагни, и Парашурама, мстя за смерть отца, трижды семь раз истреблял всех мужчин их сословия и наполнил их кровью пять озер на Курукшетре.

Из всех аватар Вишну сейчас в Индии, пожалуй, особенно почитают Раму, справедливого правителя Айодхьи, примерного семьянина, главного героя древнего эпоса Рамаяна. Во время жизни в лесу он уничтожил немало демонов, нарушавших покой подвижников и местных жителей. Но главным его подвигом стала победа над демоном Раваной, похитившим его жену Ситу, которую Рама освободил после долгой и кровопролитной войны.

В наше время образ эпического Рамы обрел черты высокого идеала, которому стремятся подражать не только в Индии, но и в других странах Азии, а Сита стала эталоном супружеской верности. В самой же Индии верующие устремляются в небольшой городок Айодхью, отождествляемый с одноименным мифологическим городом, где родился и потом воцарился Рама. Другие легендарные места его пребывания также неизменно привлекают индуистских паломников. В 1980-е годы иконографический образ Рамы был широко растиражирован по всей Индии с голубого экрана, вытесняя многочисленные образы местных версий.

К числу самых почитаемых относится и следующее воплощение Вишну – Кришна, т. е. Черный, пастух-герой, некогда живший недалеко от города Матхуры на берегу священной реки Джамны. Его образ окружен таким плотным кольцом мифов, легенд, сказаний и поверий, что невозможно пересказать и самую малую их часть. В них повествуется о том, как в незапамятные времена в Матхуре правил злой и жестокий царь Канса, двоюродная сестра которого, Деваки, была матерью Кришны. Кансе было явлено пророчество, будто суждено ему умереть от руки восьмого сына Деваки, и он вознамерился уничтожать всех ее детей. Но Кришну спас его отец по имени Васудэва и отдал на воспитание пастуху Нандс и его жене Яшоде.

Кришна вырос, вступил в единоборство с Кансой и одолел его, а также совершил немало других героических и чудесных поступков. Многочисленные повествования о маленьком шаловливом ребенке и о любовных похождениях Кришны в юности показывают, что он, пожалуй, не без оснований стал любимым богом женщин, затрагивая в их душах самые сокровенные струны. Своим преданным почитательницам он близок и как сын в облике ребенка, и как божественный возлюбленный, и как отец, и как старший брат, и, наконец, как герой, всегда способный прийти на помощь.

Девятой аватарой Вишну стал Будда, основатель древнейшей мировой религии. Он родился якобы для того, чтобы разубедить демонов-асуров, вечных врагов богов, в святости вед и тем самым лишить их силы. Так индуизм «вежливо» обошелся с религией-оппонентом, включив в свой культ первоначально враждебную веру.

Наконец, последняя, десятая аватара Вишну, Калки, всадник на белом коне, относится к будущему времени. Его приход ожидается в конце нашей недоброй и мрачной эры, когда на земле окончательно возобладают бесстыдные негодяи и в сердцах людей угнездится пагубное безверие. Кажется, ждать осталось недолго.

Воплощения Вишну относятся не только к мифологическому времени или отдаленному будущему. Случалось, его аватарами объявлялись и реальные исторические личности, как, например, бенгальский поэт-мистик Чайтанья, религиозный реформатор и проповедник кришнаитского бхакти.

Все перечисленные аватары объединены идеей спасения и охраны миропорядка, и современному человеку при знакомстве с ними могут прийти разные ассоциации, например, из области экологии. Не случаен и порядок аватар: в нем можно усмотреть и отражение процесса эволюции на земле, и результат особого восприятия времени, и свидетельства о постепенном совершенствовании человека, который должен сочетать стойкую героику с высокой духовностью.