355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Маргарет Уэйс » Врата смерти. Том 2 » Текст книги (страница 2)
Врата смерти. Том 2
  • Текст добавлен: 3 марта 2018, 13:00

Текст книги "Врата смерти. Том 2"


Автор книги: Маргарет Уэйс


Соавторы: Трэйси Хикмэн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 79 страниц)

ПРОЛОГ

Я пишу эти строки, сидя в сартанской тюремной камере в ожидании освобождения [5]5
  Эта запись сделана на языке людей на обратной стороне тетради, оставленной патрину Грюндли, девушкой из народа гномов. Для патринов характерно употребление меншских языков при записи событий и мыслей, поскольку свои собственные магические руны они считают чересчур мощными для того, чтобы употреблять их без разбора


[Закрыть]
. Это, по-моему, будет не скоро, поскольку морская вода, которая принесет мне свободу, поднимается очень медленно. Несомненно, ее уровень контролируют менши, а они не хотят причинить вреда сартанам, всего лишь желают избавиться от их магии [6]6
  Ссылка на свойство морской воды Челестры уничтожать магическую силу как сартанов, так и патринов. (Смотри «Змеиный Маг», том 4 цикла «Врата Смерти».)


[Закрыть]
. Морской водой Челестры можно дышать, как воздухом, но если вода пройдет по стране волной, то она причинит значительные разрушения. Весьма практичный для меншей подход к решению этого вопроса. Любопытно, однако, как им удалось привлечь змеев-драконов к сотрудничеству…

Змеи Челестры [7]7
  3меи-драконы – меншское понятие, придуманное Грюндли. Сартаны называют этих тварей змеями. В этом томе Эпло в отличие от его предыдущих работ пользуется сартанским словом. Причина очевидна – он не желает путать этих лжедраконов с истинными драконами Четырех Миров. Эпло использует сартанское слово, поскольку патрины, никогда не сталкивавшиеся ранее с этим злом, не имеют слова для его обозначения


[Закрыть]

Я встречался со злом и раньше, – я родился среди зла, я выжил и спасся из Лабиринта. Но никогда я не встречал такого зла. Именно эти твари заставили меня поверить в существование высшей силы – силы, которой мы едва ли можем управлять, силы изначально злой.

Альфред, старое, вечное возмездие мое, ты пришел бы в ужас, читая эти строки. Я прямо слышу, как ты протестующе бормочешь:

– Нет-нет! Есть и противоположная, добрая сила! Мы же оба видели ее!

Действительно ли ты видел ее, Альфред? А если да, то где? Твой собственный народ обвинил тебя в ереси и отправил в Лабиринт. По крайней мере, они угрожали сделать это. А Самах, на мой взгляд, не из тех, кто бросает угрозы на ветер. Что ты думаешь о своем добре сейчас, Альфред, сражаясь за свою жизнь в Лабиринте?

Я скажу тебе, что я о нем думаю. Мне кажется, оно чем-то похоже на тебя – нечто слабое и мягкотелое. Хотя я должен признать, что в нашей битве со змеями ты выступил на нашей стороне, как мы и ожидали, – если, конечно, это ты был тем самым змеиным магом, как утверждает Грюндли.

Но когда настало время постоять за себя перед Самахом (а я готов поспорить, что ты мог бы одолеть этого ублюдка), ты «не смог припомнить заклинания». Ты покорно позволил отправить себя и любящую тебя женщину туда, где ты пожалеешь, что жив, – если ты еще жив.

Морская вода уже начинает просачиваться под дверь. Пес не знает, что делать. Лает, пытаясь прогнать ее. Я понимаю его. Я могу только смирно сидеть, пока эта прохладная жидкость подползает к носкам моих сапог, и ждать жуткой паники, которая охватит меня, когда моя магическая сила начнет исчезать от прикосновения воды.

Морская вода – мое спасение. Я должен об этом помнить. Сартанские руны, которые держат меня в заточении, уже начинают терять силу. Их красное свечение угасает. Как только они погаснут, я свободен. И куда я пойду? Что я буду делать?

Я обязан вернуться в Нексус и предупредить моего повелителя об опасности, которую представляют змеи. Ксар не поверит, – он просто не захочет поверить. Он всегда считал себя самой мощной силой во вселенной. И конечно, у него есть полное право так думать. Смертоносная темная сила Лабиринта не могла сокрушить его. Даже сейчас он ежедневно сражается с ней, чтобы вывести еще кого-нибудь из наших соплеменников на свободу.

Но против магической силы злобных змеев – я начинаю думать, что они всего лишь прислужники зла, – Ксар не выстоит. Это зло – смертельная сила хаоса, оно не только могущественно, оно коварно и изворотливо. Оно добивается своего, говоря нам то, что мы желали бы услышать, потворствуя нам, подобострастно прислуживая нам. Оно не унижается, – у него просто нет чувства собственного достоинства, нет чести. Их ложь сильна оттого, что они говорят нам то же самое, в чем мы сами хотим себя убедить.

Если это зло пройдет сквозь Врата Смерти и ничего не будет предпринято для того, чтобы остановить его, я предвижу наступление времен, когда эта вселенная станет тюрьмой, полной страданий и отчаянья. Зло поглотит все Четыре Мира – и Арианус, и Приан, и Абаррах, и Челестру. Лабиринт вопреки нашим надеждам не будет разрушен. Мой народ покинет одну тюрьму, чтобы оказаться в другой.

Я должен заставить моего повелителя поверить мне! Но как? Временами я и сам не слишком верю себе… Вода мне уже по щиколотку. Пес перестал лаять. Он смотрит на меня с упреком, требуя объяснить, почему мы не уходим из этого противного места. Он пытался лакать воду, и она попала ему в нос.

Под окном на улице не видно ни одного сартана. Вода теперь течет по ней широкой спокойной рекой. Вдали я слышу призывный звук рога, – вероятно, менши входят в гавань Чаши, как называют ее сартаны. Это хорошо. Значит, где-то поблизости есть суда – меншские подводные корабли. Мой корабль гномьей работы, который я усилил рунами, чтобы пройти сквозь Врата Смерти, стоит на приколе на Дракноре, острове змеев.

Мне не хочется туда возвращаться, но выбора нет. В этом мире только этот рунный корабль сможет безопасно пронести меня сквозь Врата Смерти. Достаточно бросить взгляд на мои промокшие ноги, чтобы увидеть, как побледнели вытатуированные на моей коже руны. Я очень не скоро смогу воспользоваться своей магической силой для переделки другого корабля. А мое время и так истекает.

Как и время моего народа.

Если мне повезет, я проскользну на Дракнор незаметно, уведу свой корабль и уплыву. Все змеи наверняка горят желанием напасть на Чашу. Но я не видел ни одного из них, и, на мой взгляд, это странный и зловещий знак. Но, как я уже говорил, они изворотливы и коварны, и кто знает их замыслы?

Да, пес, мы уходим. Я уверен, что собаки умеют плавать. Мне помнится, что я вроде бы слышал о том, что все низшие животные могут держаться на плаву.

Это только люди паникуют и потому тонут.

Глава 1. СУРУНАН. Челестра

По улицам построенного сартанами города Сурунана лениво струилась морская вода. Вода медленно поднималась, затекала в двери и окна, мягко перекатывалась через низкие крыши. Поверху плавали обломки сартанской жизни: целехонькая керамическая чаша, мужская сандалия, женский гребень, деревянное кресло.

Вода просачивалась в комнату в доме Самаха, которую сартаны использовали как тюремную камеру. Комната находилась на верхнем этаже и некоторое время оставалась выше уровня воды. Но в конце концов вода проникла под дверь, потекла по полу, стала подниматься по стенам комнаты. Ее прикосновение развеивало чары, уничтожало их, превращало в ничто. Ослепительно горящие руны, чей охотящийся за живой плотью жар не позволял Эпло даже приблизиться к двери, шипели и исчезали. Только руны, оберегающие окно, еще оставались целыми. Вода внизу отражала их яркое свечение.

Оказавшись пленником магии, Эпло сидел в вынужденном бездействии, глядя на отражение рун в морской воде, на то, как они колышутся, дрожат и пляшут в струях и завихрениях воды. Как только вода коснулась рун на окне и их сияние начало мерцать и слабеть, Эпло встал. Вода была ему по колено.

Пес заскулил. У него из воды торчала только голова, и псу от этого было очень плохо.

– Пора, малыш. Уходим.

Эпло засунул тетрадь, в которой он писал, за пояс, под рубаху. И тут он заметил, что вытатуированные на его теле руны почти полностью угасли. Благословенная морская вода дала ему возможность бежать, но в то же время она стала его проклятием. Его магическая сила исчезла, теперь он был беспомощен, как новорожденный, только вот не было матери, чтобы утешить его, не было материнских рук, что защитили бы и убаюкали его.

Слабый и бессильный, смятенный душой и разумом, он должен был покинуть эту комнату и броситься в бескрайнее море, чья вода и спасала его, и забирала его силу, а теперь и его самого заберет и унесет в опасное странствие.

Эпло распахнул окно. Замер.Пес вопросительно глядел на хозяина. Очень соблазнительно было остаться здесь, в тюрьме. В безопасности. Где-то там, снаружи, за этими спасительными стенами, его поджидали змеи. Они уничтожат его, они просто обязаны его уничтожить – он знает правду. Он знает, что они такое. Воплощение хаоса.

Именно поэтому он должен идти. Он должен предупредить своего повелителя. Враг более сильный, чем любой другой, с которым им приходилось сталкиваться, более жестокий и коварный, чем любой дракон Лабиринта, более могущественный, чем сартаны, готовился уничтожить их.

– Пошли, – сказал Эпло псу и махнул рукой.

Пес воспрянул духом – наконец-то они выберутся из этого сырого унылого места, – радостно прыгнул в окно и плюхнулся в воду. Эпло глубоко вдохнул – инстинктивно, можно было обойтись и без этого, поскольку морской водой можно было дышать, как воздухом, – и прыгнул следом.

Чаша была единственным неподвижным участком суши в водном мире Челестры.

Построенная сартанами так, чтобы как можно больше напоминать мир, который они разрушили и из которого бежали, Чаша была заключена в защитный воздушный пузырь. Охватывающая его вода создавала видимость неба, сквозь которое волнами проходил яркий свет окруженного водой солнца Челестры. Змеи прорвали этот барьер, и теперь Чашу затопляло.

Эпло нашел какой-то кусок дерева, схватился за него, чтобы держаться на плаву. Он стал грести, оглядываясь по сторонам и пытаясь сориентироваться, и тут с облегчением увидел крышу Зала Совета. Здание Совета стояло на холме, и его затопило бы в последнюю очередь. Несомненно, сартаны спасаются там. Играющий на воде солнечный свет заставил Эпло прищуриться, но все же он смог рассмотреть людей на крыше. Они постараются как можно дольше не намокнуть, чтобы морская вода не лишила их магической силы.

– Не старайтесь! – посоветовал он, хотя они были слишком далеко, чтобы услышать его. – Потом только хуже будет!

По крайней мере, теперь он знал, где находится. Он поплыл вперед, держа курс на торчавшие из воды зубцы городских стен. Стены отделяли сартанскую часть города от того, что раньше было владениями меншей. За ними лежал берег Чаши. А на берегу были высадившиеся на берег отряды и корабль, который отвезет его на Дракнор. На этой истерзанной морской луне стоял на приколе его собственный подводный корабль гномьей работы, с помощью рунной магии переделанный и усиленный для того, чтобы пронести его сквозь Врата Смерти.

Но на Дракноре были еще и змеи.

– Если они там, то, похоже, наше путешествие долго не продлится, – сказал он псу, который отважно плыл рядом с ним. Он работал передними лапами, как заведенный, задние лапы двигались как бы сами по себе, неуверенно, но старательно поддерживая зад на плаву.

Эпло смутно представлял себе, что делать дальше. Вес окончательно прояснится только тогда, когда он ушаст, где змеи… и как от них спастись.

Он заторопился вперед, держась за деревяшку и вовсю работая ногами. Он мог бы бросить доску и погрузиться в море, дыша водой так же легко, как и воздухом. Но ему был отвратителен ужас первых мгновений погружения, когда приходилось заставлять себя тонуть. Тело не желало внимать успокоительным доводам разума о том, что это всего лишь возвращение в материнское чрево, в когда-то привычный мир. Он вцепился в доску и работал ногами до тех пор, пока они не заныли.

Внезапно до него дошло, что доска эта – зловещий признак. Если только он не ошибается, она с одного из гномьих деревянных подводных кораблей. И этот корабль разбит, поскольку оба конца доски расщеплены.

Неужели змеям надоело мирное завоевание Сурунана и они начали истреблять меншей?

– Если так, – пробормотал Эпло, – то виноват в этом я.

Он работал ногами все сильнее и быстрее, ему отчаянно необходимо было выяснить, что происходит. Но вскоре патрин устал, ноющие мускулы стало сводить. Он плыл против течения, против устремившейся в город морской воды. Потеряв магическую силу, Эпло ощущал необыкновенную слабость. Он уже знал это ощущение из прежнего горького опыта.

Течение несло его к городским стенам. Он ухватился за башенку, взобрался на нее, собираясь передохнуть и оглядеться, чтобы выяснить, что творится на берегу. Пес попытался подплыть к нему, но течение пронесло его мимо. Эпло нагнулся, рискуя упасть, схватил собаку за загривок и потащил наверх. Пес заскреб лапами, пытаясь найти опору. Эпло рывком втащил его к себе на балюстраду.

С этого наблюдательного пункта было прекрасно видно сурунанскую гавань и лежавший за ней берег. Эпло посмотрел и угрюмо кивнул.

– Нам нечего беспокоиться, малыш, – сказал он, похлопывая собаку по мокрому косматому боку. – По крайней мере, они целы…

Флот меншских подводных кораблей выстроился в гавани более-менее стройной линией. Из воды высовывались солнечные охотники. Менши выравнивали носы кораблей, указывая куда-то руками, кричали, перевешивались через поручни, прыгали в воду. Многочисленные лодочки курсировали между берегом и судами, видимо, перевозя не умеющих плавать гномов. Люди и эльфы, чувствовавшие себя в воде более уверенно, управляли работой нескольких огромных китов, которые толкали грубо сработанные, тяжело нагруженные плоты в гавань.

Рассматривая плоты, Эпло бросил взгляд на доску, которую он втащил с собой наверх. Вот зачем они сломали корабли. Менши перебирались в Чашу.

– Но… где же змеи? – спросил он пса, который лежал, тяжело дыша, у его ног.

Вроде бы их нигде не было видно. С одной стороны, его подхлестывала необходимость вырваться из этого мира и вернуться в Нексус, чтобы предупредить своего повелителя, но он всматривался насколько мог долго – вернуться надо было живым. Осторожности и терпению трудно научиться, но Лабиринт великолепный учитель.

Он смотрел, не вынырнет ли где змеиная голова, но ничего похожего не было видно. Может быть, они все сейчас под водой, дырявят основание Чаши, и через эти самые дыры и льется морская вода.

– Я должен выяснить это, – сокрушенно сказал сам себе Эпло. Если бы змеи знали, что он на свободе и намеревается бежать с Челестры, они остановили бы его, если бы могли.

Он прикинул возможности. Если он будет разговаривать с меншами, то задержится, рискуя открыть им свое присутствие. Они с радостью вцепятся в него, захотят использовать его силу. Нет, у него нет времени возиться с меншами. Но если он не выяснит, что делают змеи, то задержится еще дольше. Возможно, навсегда.

Он выждал несколько мгновений, надеясь увидеть хоть какой-нибудь признак присутствия змеев.

Ничего. Не может же он вечно сидеть на этой чертовой стене!

Эпло решил отдаться на волю случая и прыгнул в воду. Пес, яростно гавкнув, плюхнулся рядом с ним.

Эпло поплыл в гавань. Цепляясь за деревяшку и погрузившись в воду, он старался держаться подальше от фарватера. Менши хорошо знали его в лицо, и он хотел как можно дольше не попадаться им на глаза. Держась за доску, он пристально всматривался в гномьи корабли. Ему пришло в голову поговорить с Грюндли, если удастся ее найти. Она была разумнее прочих меншей. Она, несомненно, начала бы шумно хлопотать вокруг него, но из ее горячих объятий он мог бы высвободиться без особых трудностей.

Однако он ее не нашел. И по-прежнему – ни следа змеев. Но зато он наткнулся на стоявший на приколе маленький подводный ботик, который использовался для спасения упавших в воду гномов. Эпло подплыл поближе, внимательно рассматривая его. Вокруг никого – похоже, ботик бросили.

Плот, который тянули киты, как раз подошел к берегу. Вокруг собралась толпа гномов, готовясь разгружать его. Эпло понял, что команда этого ботика тоже там.

Он подплыл к ботику. Слишком удачный случай, чтобы не воспользоваться. Он угонит его, отправится на Дракнор… Но если змеи там… посмотрим, когда дойдет до дела…

Что-то большое, живое, гладкое толкнуло его. У Эпло упало сердце. Он хлебнул воздуха пополам с водой и подавился кашлем. Оттолкнулся, рванулся назад, прочь от этой твари, пытаясь вздохнуть и готовясь к бою.

Прямо перед патрином вынырнула из воды блестящая голова с парой глазок-бусинок и широко раскрытой смеющейся пастью. Еще две головы высунулись по бокам от него, четверо других созданий плавали вокруг, весело резвясь, обнюхивая его и толкая носами. Дельфины. Эпло, тяжело дыша, отплевывался от воды. Пес попытался яростно залаять, – дельфинов это очень позабавило, а собака чуть не утонула. Эпло затащил его передними лапами на доску, и пес лежал там, тяжело дыша и свирепо глядя на дельфинов.

– Где змеи? – спросил Эпло на человеческом наречии.

Прежде дельфины не желали с ним разговаривать или иметь с ним какие-либо дела. Но это было тогда, когда они, причем с достаточным основанием, считали, что он заодно со змеями. Теперь их отношение к нему изменилось. Они начали возбужденно пищать и свистеть, а некоторые собрались было плыть прочь, чтобы первыми принести меншам весть о том, что человек с кожей, покрытой голубой татуировкой, появился вновь.

– Нет! Постойте! Не говорите никому, что видели меня, – поспешно сказал он. – Что тут творится? Где змеи?

Дельфины запищали и затараторили. За несколько секунд Эпло узнал все, что хотел, и многое сверх того.

– Мы слышали, что Самах схватил тебя…

– Змеи притащили тело бедной Элей к назад…

– Родители убиты горем…

– Змеи сказали, что ты…

– … и сартаны…

– Да, ты и сартаны виноваты…

– Ты обвел вокруг пальца…

– Предал своих друзей…

– Трус…

– Никто не поверил…

– Нет, поверили…

– Нет, не поверили! Ну, может; – совсем на чуть-чуть…

– Короче, змеи с помощью своего колдовства проделали дырки в Чаше…

– Гигантские дыры!

– Огромные!

– Чудовищные!

– Шлюзы.

– Открылись все сразу… стена воды…

– Приливная волна…

– Ничто не устояло… сартаны смяты!

– Раздавлены…

– Город разрушен…

– Мы предупреждали меншей о змеях и о том, что они проделывают дыры…

– Грюндли и Девон вернулись…

– Рассказали правду. Ты герой…

– Нет, не он. Того звали Альфред.

– Я просто хотел как вежливей…

– Менши встревожились…

– Они не хотели убивать сартанов…

– Они боялись змеев. Гномьи корабли отправились разведать…

– Но змеев нигде не видно…

– Гномы открыли шлюзы, и как раз тут их разнесло…

– Тихо! Заткнитесь! – завопил Эпло, добившись наконец, чтобы его услышали. – Что значит «змеев нигде не видно»? Где они?

Дельфины начали спорить друг с другом. Некоторые говорили, что змеи вернулись на Дракнор, но сошлись на том, что змеи заплыли сквозь дыры и атакуют сартанов в Сурунане.

– Нет, – сказал Эпло. – Я только что из Сурунана. В городе спокойно. Насколько я знаю, сартаны в целости и сохранности сидят в Зале Совета и пытаются не подмокнуть.

Казалось, эта новость разочаровала дельфинов. Они не желали вреда сартанам, но какая была бы великолепная история! Сейчас они пришли к единому мнению.

– Змеи, наверное, вернулись на Дракнор.

Эпло вынужден был согласиться с этим. Змеи вернулись на Дракнор. Но почему? Почему они столь внезапно оставили Сурунан? Почему они отказались от возможности уничтожить сартанов? Отказались от планов посеять хаос среди меншей, натравить их друг на друга?

Эпло не мог на это ответить, с горечью подумав, что это уже не имеет значения. Значение имело то, что змеи сейчас на Дракноре, и его корабль тоже.

– Полагаю, никто из вас не побывал на Дракноре, чтобы выяснить это? – спросил он.

Дельфины тревожно завизжали и выразительно замотали головами. Никто не хотел приближаться к Дракнору. Это было ужасное место, полное зла и страданий. Сама вода вокруг него была ядом, убивающим все живое.

Эпло не стал напоминать, что он сам плавал в этой воде и остался в живых. Он не мог винить этих добрых созданий в том, что они не хотят приближаться к Дракнору. Он сам не радовался перспективе вернуться на эту искалеченную морскую луну. Но у него не было выбора.

Сейчас прежде всего надо было отделаться от дельфинов. К счастью, это было просто. Им нравилось чувствовать себя важными персонами.

– Мне нужно, чтобы вы, рыбки, передали от меня весть предводителям меншей. Эту весть надо передать каждому члену королевского рода лично, с глазу на глаз. Поняли? Это чрезвычайно важно.

– Мы будем только счастливы…

– Ты можешь положиться…

– Безо всякого…

– Рассказать всем…

– Нет, каждому…

– Только королевского рода…

– Каждому, говорю тебе…

– Я уверен, что он сказал…

Как только Эпло сумел вклиниться в их разговор, он передал им сообщение, позаботившись о том, чтобы оно было запутанным и туманным.

Дельфины внимательно выслушали и поплыли прочь, как только Эпло закрыл рот.

Уверившись в том, что дельфинам до него больше нет дела, он вместе с псам подплыл к подводному суденышку, забрался на борт и отчалил.

Глава 2. ДРАКНОР. Челестра

Эпло так и не сумел как следует освоить гномью навигационную систему, которая, по словам Грюндли, ориентировалась по звукам, издаваемым самими морскими лунами. Сначала он беспокоился, сумеет ли отыскать Дракнор, но вскоре понял, что эту морскую луну легко обнаружить… Слишком легко. За змеями тянулся грязный вонючий след. И вел он к мрачным водам, окружавшим истерзанную морскую луну.

Тьма охватила его. Эпло вплыл в пещеры Дракнора. Он ничего не видел и, опасаясь сесть на мель, замедлил ход подводного суденышка, так что оно едва продвигалось вперед. Если бы пришлось, он поплыл бы в этой зловонной воде, – такое он уже проделывал раньше. Но патрин надеялся обойтись без этого.

Эпло закатал мокрые рукава, и его руки уже высохли. Руны были очень бледны, но все же заметны. И хотя сейчас у него магической силы было не больше, чем у патринского ребенка, это все же подбадривало его. Ему не хотелось вымокнуть снова.

Нос судна царапнул по камню. Эпло быстро направил его вверх, облегченно вздохнув, когда оно беспрепятственно продолжило свой путь. Наверное, берег уже близко. Эпло решил рискнуть и вывести судно на поверхность…

Руны на запястьях! Голубые. Бледно-голубые. Эпло остановил судно, пристально глядя на знаки. Бледно-голубые, бледнее, чем вены под кожей на внутренней стороне руки. Странно. Очень странно!

Знаки, хотя и бледные, должны были бы полыхать, реагируя на опасность, исходящую от змеев. Но знаки не пылали как раньше, и он осознал, что и остальные его инстинкты тоже молчат. Эпло был слишком занят управлением судном, чтобы заметить это раньше. Когда он прежде подбирался так близко к логову змеев, ужас, исходящий от этих чудовищ, лишал его сил, и он был едва способен двигаться и размышлять.

Но Эпло не боялся, – по крайней мере, уточнил он, боялся не за себя. Страх таился глубже, сводя нутро холодом.

– Что такое, малыш? – спросил он пса, который скуля жался к его ногам.

Эпло успокаивающе потрепал собаку. Он и сам не отказался бы от того, чтобы его успокоили. Пес снова заскулил и прижался теснее.

Патрин опять запустил машину. Судно стало подниматься. Он смотрел то на все более светлевшую воду, то на знаки на коже. Руны не менялись.

Судя по реакции его тела, змеев на Дракноре больше не было. Но если они не на Дракноре и не вместе с меншами, если они не сражаются против сартанов, то где же они?

Судно вышло на поверхность. Эпло окинул взглядом берег, нашел свой корабль и удовлетворенно улыбнулся, увидев, что тот цел и невредим. Но, хотя знаки на коже не давали ему повода для страха, страх охватывал его все сильнее.

Тело короля змеев, убитого таинственным «змеиным магом» (может, Альфредом, а может, и нет) лежало наверху на скалах. Ничто не указывало на то, что тут были и живые змеи.

Эпло причалил. Осторожно, с оглядкой он открыл люк и выбрался на верхнюю палубу. Оружия у него не было, хотя он и обнаружил на корабле тайник с боевыми топорами. Тело змея можно было поразить только клинком, усиленным магией, а Эпло был сейчас слишком слаб, чтобы передать силу своей магии металлу.

Пес следовал за ним, предостерегающе ворча. Его лапы напряглись, шерсть на загривке стала дыбом. Взгляд его был прикован к пещере.

– Что там, малыш? – спросил, подобравшись, Эпло.

Пес дрожал всем телом и смотрел на хозяина, умоляя позволить ему сорваться с места и броситься в атаку.

– Нет, песик. Мы идем на наш корабль. Нам надо убираться отсюда.

Эпло спрыгнул с палубы на смердящий, покрытый слизью песок и начал медленно пробираться вдоль берега к своему покрытому рунами кораблю. Пес продолжал ворчать и лаять и с неохотой пошел за Эпло только после того, как тот несколько раз повторил команду.

Эпло был уже на расстоянии вытянутой руки от своего корабля, когда уловил краем глаза какое-то движение у выхода из пещеры.

Он остановился, выжидая. Парин был насторожен, хотя и не слишком волновался. Он был достаточно близко к кораблю, уже под защитой его рун. Ворчание собаки перешло в рык, верхняя губа задралась, открывая острые клыки.

Из пещеры вышел человек.

Самах.

– Спокойно, малыш, – сказал Эпло.

Глава Совета Сартанов вяло брел, опустив голову в глубокой задумчивости. Он прибыл не на корабле, – на берегу больше не было ни одного судна. Значит, с помощью магии.

Эпло посмотрел на знаки на руках. Руны стали немного ярче, но они не полыхали, как обычно, при приближении врага. Из этого Эпло сделал логический вывод о том, что Самах, как и он сам, утратил свою магическую силу. Вероятно, подмочил. Сартан ждал, отдыхал, набирался сил для возвращения. Он не представлял угрозы для Эпло. Как и Эпло для него.

Так ли? Оба равно лишились своей магической силы, но Эпло был моложе и сильнее. Драка была бы грубой, неблагородной, прямо как у меншей, – оба катались бы по песку, молотя друг друга кулаками. Эпло представил себе это, вздохнул и покачал головой.

Он слишком устал.

К тому же Самах выглядел так, словно его уже избили.

Эпло спокойно ждал. Самах, погруженный в свои тревожные раздумья, не поднимал взгляда. Он мог бы и мимо патрина пройти, не заметив его. Пес, припомнив прежние обиды, не сдержался и предостерегающе гавкнул, – сартан подошел слишком близко.

Вздрогнув от резкого звука, Самах поднял голову, но, похоже, вовсе не испугался, увидев пса и его хозяина. Сартан поджал губы. Он перевел взгляд с Эпло на качавшийся на волнах у него за спиной подводный корабль.

– Возвращаешься к своему хозяину? – холодно спросил Самах.

Эпло не счел нужным отвечать. Самах кивнул, – он и не ждал ответа.

– Тебя, верно, обрадует, что твои прислужники уже в пути. Они опередили тебя. Несомненно, тебя встретят как героя, – ядовито проговорил он. Глаза его потемнели от ненависти, прикрывавшей страх.

– Уже в пути… – Эпло уставился на сартан а и внезапно все понял.

Понял, что случилось, понял, почему его мучил этот беспричинный страх. Теперь он знал, где змеи… и почему.

– Ты, кровавый безумец! – выругался Эпло. – Ты открыл Врата Смерти!

– Я предупреждал тебя, патрин, что мы сделаем это, если твои меншские прихвостни нападут на нас.

– Это тебя предупреждали, сартан! Та девушка из гномов сказала же тебе о том, что ей удалось случайно подслушать! Змеи хотели, чтобы ты открыл им Врата. Они всегда этого хотели! Ты что, не слушал, что тебе говорила Грюндли?

– Так что мне теперь – слушать советы всяких мен-шей? – глумливо усмехнулся Самах.

– Похоже, у них ума побольше, чем у тебя. Ради чего ты открыл Врата Смерти? Для того, чтобы бежать? Нет, это не входило в твои планы. Помощь. Ты искал помощи. После того, что рассказал тебе Альфред. Ты до сих пор не веришь ему. Самах, почти весь твой народ им мер. Только горстка на Челестре – вот все, что от вас осталось, если не считать живых мертвецов Абарраха. Ты открыл Врата, но прошли сквозь них змеи. Теперь они разнесут зло по всем Четырем Мирам. Я надеялся, что они задержатся поблагодарить тебя!

– Мощь – Врат должна задержать этих тварей! – тихо ответил Самах, сжав кулаки. – Змеи не должны были пройти сквозь Врата!

– Как менши не могут пройти без твоей помощи? Ты что, до сих пор не понял, сартан? Да эти змеи куда могущественнее и тебя, и меня, и моего повелителя, и всех нас, вместе взятых! Им не нужна помощь!

– Но они ее получили! – резко отпарировал сартан. – Им помогли патрины!

Эпло открыл было рот, но решил, что не стоит спорить. Пустая трата времени. Зло распространялось. Теперь необходимость вернуться и предупредить повелителя стала еще более острой.

Покачав головой, Эпло направился к кораблю.

– Идем, песик.

Но тот снова залаял, не желая двинуться с места. Пес смотрел на Эпло, насторожив уши.

«Разве тебе больше не о чем спросить, хозяин?» И тут Эпло осенило.

– Что случилось с Альфредом?

– С твоим дружком? – с издевкой спросил Самах. – Его отправили в Лабиринт. Таков приговор всем, кто впадает в ересь и тайно сговаривается с врагом.

– Разве ты не понимаешь, что только ему под силу остановить это зло?

Это на миг даже рассмешило Самаха.

– Если этот Альфред так могуч, как ты говоришь, то что же он позволил отправить себя в темницу? Он вполне смиренно принял свое наказание.

– Да, – тихо промолвил Эпло, – это уж точно.

– Если ты так дорого ценишь своего дружка, патрин, так что же ты не возвратишься в свою тюрьму и не попытаешься вызволить его оттуда?

– Может, я так и сделаю. Нет, малыш, – добавил Эпло, перехватив плотоядный взгляд пса, устремленный на глотку Самаха. – Тебя полночи тошнить будет.

Он вернулся на корабль, отдал швартовы, втащил в люк все еще рычавшего на Самаха пса и захлопнул крышку. Очутившись на борту, Эпло сразу же бросился к окну в рулевом отсеке, чтобы присмотреть за сартаном. Есть ли у него магическая сила или нет, Эпло ему не верил.

Самах неподвижно стоял на песке – в мокрых и грязных белых одеждах, подол вымазан слизью и кровью убитых змеев. Плечи поникли, лицо серое. Казалось, он вымотан так, что того гляди упадет, но, видимо, сознавая, что на него смотрят, он продолжал стоять, выпрямившись, выпятив челюсть и скрестив руки на груди.

Убедившись, что враг не опасен, Эпло занялся рунами, выжженными на дереве внутренней обшивки корабля. Он еще раз мысленно начертал каждую из них – руны защиты, силы, руны, которые снова понесут его в странное и страшное странствие сквозь Врата Смерти, руны, которые будут защищать его, пока он не доберется до Нексуса. Он произнес нужное слово, и знаки мягко засветились в ответ.

Эпло глубоко вздохнул. Теперь он был под их защитой, в безопасности. Впервые за долгое, очень долгое время он позволил себе расслабиться. Убедившись, что руки высохли, патрин взялся за штурвал корабля. Он тоже был усилен рунами. Этот механизм был менее мощным, чем рулевой камень, который он использовал на «Драконьем Крыле». Но и «Драконье Крыло», и рулевой камень лежали сейчас на дне моря, если, конечно, у моря Челестры есть дно. Рунная магия штурвала была грубой, сделанной наспех. Но она пронесет его сквозь Врата Смерти, а остальное значения не имеет.

Эпло повел корабль прочь от берега. Он обернулся посмотреть на Самаха. Чем шире становилась полоса разделявшей их черной воды, тем меньше казался Самах.

«Что ты теперь будешь делать, Самах? Сам пройдешь сквозь Врата Смерти, разыскивая свой народ? Вряд ли. Ведь ты напуган, сартан, верно? Ты понимаешь, что совершил ужасную ошибку, которая может привести к разрушению всего, что ты сумел построить. Веришь ли ты в то, что змеи есть воплощение высшей, злой мощи или нет, они – сила для тебя непостижимая и тебе неподвластная.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю