Текст книги "Восходитель. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Марат Жанпейсов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Ньем делает небольшую паузу, наверное, чтобы мы прочувствовали грандиозность Света.

– А вот Тьма является антиподом Света. У нее нет четкой формы, как и у Хаоса, но при этом не разрушает любые системы просто от своего присутствия. Тьма – это с одной стороны лишь отсутствие света, неизвестность, бесформенность и одиночество, однако, именно из Тьмы зародилась вселенная много эпох назад. Тьма покровительствует темным искусствам, многие из которых часто используются со злым умыслом, но Тьма также является купелью спокойствия и невероятной толерантности, которая просто невозможна у Света. Тьма – госпожа-покровительница интриг и заговоров, воров и ассасинов, а еще множества уважаемых философов, ученых и магистров тайных знаний. Таковы шесть глобальных Путей.

Кажется, что Ньем наизусть выучил презентацию всех Путей и уже неоднократно рассказывал это другим восходителям. Думаю, я понял основную суть каждого Пути, но это никак не помогает мне сделать правильный выбор.

– Мой народ солнечных эльфов издревле является последователем Света, поэтому мой выбор довольно очевиден, – произносит Эслинн.

Я киваю, так как у эльфийки действительно всё довольно просто и понятно. Почти все её навыки построены на использовании света, не говоря уже о культуре её мира. Но вот для себя ничего пока решить не могу. По какому критерию мне нужно сделать выбор?

– А это все существующие Пути? Нет каких-либо других? – решаю узнать побольше перед выбором.

– Эти самые большие и могущественные, но Путей на самом деле больше, – отвечает Ньем. – Но они более локальные, поэтому не так-то просто вступить на них. Договор перед вами способен приобщить к вас только к одному из шести озвученных.

– А вы можете рассказать об остальных?

Куратор молчит, словно обдумывает свой следующий ответ.

– К сожалению, нет. Я не слишком хорошо владею этим вопросом, поэтому могу что-то напутать. А это неприемлемо для куратора, все же моя задача в том, что начать постепенное включение восходителей в глобальные события.

Вдруг в эфирном канале нового этажа появляется активность, когда многие божества сообщают о своей заинтересованности относительно моего выбора. Думаю, это обратная сторона известности.

– Боги ведь тоже являются последователями одного из Путей? – я задаю следующий вопрос, не собираясь сильно возбуждать интерес богов.

– Да, многие из божеств действительно официально следуют выбранной стезе. Но могут быть исключения, когда это не так.

– Можно ли быть последователем сразу двух и более Путей?

– Я о таком не слышал, – пожимает плечами Ньем. – Помните, как я сравнил Пути с фракциями? Было бы странно, если бы можно было состоять сразу в нескольких фракциях, особенно при условии, что они соперничают друг с другом. Но с другой стороны Пути – это не какое-то формальное объединение со своими правилами и наказаниями. Скорее это течение: политическое, культурное, религиозное или что вам больше нравится? Вы можете считать себя частью разных течений, но если они конфликтуют между собой, то вы столкнетесь с большими трудностями и неприятием других последователей.

Куратор замолкает, словно собирается с мыслями.

– Если говорить на более понятном вам примере, то допустим вы изучите два навыка, связанных с Порядком и Хаосом, – похоже Ньем действительно решил объяснить доступнее. – Они могут начать получать штраф от нахождения друг с другом даже без активации. То есть ни то, ни другое не будет работать на полную силу. Это просто невыгодно, лучше сосредоточиться на чем-то одном. Если вы опасаетесь сделать сейчас неверный выбор, то я вас успокою, так как есть варианты смены Пути в будущем. Но и беспечно относиться к выбору нельзя, так как за это придется платить, а многие боги могут перестать вас считать надежным или даже вовсе могут объявить врагом.

– А обязан ли я вообще делать сейчас выбор? Боюсь, там нет ничего, что мне интересно. Точнее, интересно вообще всё, но из-за этого выбрать не могу.

– Вы вправе отказаться и прийти сюда позднее, когда определитесь. Но должен предупредить, что приобщение к конкретному Пути дарует восходителю дополнительные силы арканы и способности. Это очень важное подспорье во время прохождения главного квеста этажа и еще важнее на более высоких этажах.

– Ничего страшного, я и так терминатор, – с улыбкой представляю, насколько будет круто справляться с местными задачами без этих баффов Путей.

– Хорошо, это ваше право. В таком случае, – Ньем теперь смотрит на Эслинн, – приступим.

Эльфийка подходит ближе, где на столе лежит полуразвернутый свиток с горящими золотым светом рунами. Я с интересом смотрю со стороны на обряд инициации, если его можно так назвать. Эслинн просто стоит на месте, а волшебный свиток сам поднимается в воздух и раскрывается перед ней. Блики от света свечей соединяются со свечением арканы, а вот руны я понимаю, хотя не могу перевести основной смысл текста.

В воздухе возникают потоки невероятно мощной арканы, появляется спокойная прохлада, как на берегу озера ранним утром. Языки пламени свечей начинают трепетать, а потом золотистый оттенок огня сменяется белым, а вот обстановка темнеет, будто специально, чтобы ярче проявить символ великой силы, чье присутствие теперь так ярко ощущается в зале Кузнечного Храма.

А потом эта сила появляется в зримом облике, приняв форму лучей белого света. Нет, форма даже чуть сложнее простой абстракции, это прямо похоже на стрелу, у которой есть и острые углы, и плавные линии ветра.

Символ горит перед Эслинн, и та протягивает руки, словно принимает его как некий дар. Образ распадается на отдельные лучи, что падают на эльфийку как светящийся снег, который быстро тает и впитывается телом.

Свет приветствует новую последовательницу.

Свет дарует Эслинн прозвище «Стрела света».

В эфирном канале появляется сообщение, но оно выделено не так, как сообщения от богов или администраторов. Вероятно, дело в том, что Пути являются глобальной силой. Но есть ли у них самоосознание? Двигаюсь бочком к Ньему и шепотом задаю этот вопрос, пока Эслинн занята своим восхождением во свет.

– Это спорная тема, – также шепотом отвечает куратор. – Одни считают, что Пути – это просто области измененной последователями арканы. Чем их больше, тем сильнее изменения и тем сильнее сам Путь. Другие утверждают, что у глобальных Путей уже появилось сознание и характер относительно того, что вложили последователи. Но это никто еще не смог достоверно проверить, так что в это просто верят те, кто хочет верить.

– Понятно, – ситуация как с религиями в моем родном мире.

Тем временем всё вокруг возвращается в прежнее состояние, но ощущаю изменения в ауре Эслинн. Она как будто стала ярче, сильнее и объемнее. Не знаю, получила ли она новые способности, но вот её уровень арканы стал заметно выше. Думаю, больше не стоит смотреть на нее свысока. Хотя, пока что счет и так 0:1 в её пользу.

– Поздравляю, – улыбаюсь я ей и спрашиваю куратора. – Что теперь? Еще куда-нибудь поедем?

– Да, конечно. Есть еще дела перед тем, как вы приступите. Я должен показать все важные места, которые вам пригодятся во время выполнения главного квеста. Идемте, – Ньем ведет нас за собой в сторону выхода, а свиток с золотыми рунами вновь лежит на пьедестале в ожидании следующих восходителей, что придут с третьего этажа.

Глава 9

Следующей остановкой в Кузнеграде оказывается квартал ремесленников, которые оказывают услуги для восходителей. Ньем рассказывает, что только эти избранные специалисты могут сделать «инструмент». На мой вопрос о том, как их избирали, куратор уклончиво ответил, что относительно их опыта работы и мастерства исполнения.

По пути сюда Ньем еще раз рассказал о том, что получение «инструмента» крайне важно, так как это по сути становится продолжением тела игрока. Личное оружие или артефакт, с которым будет настроена тесная магическая связь. К этому вопросу нужно подойти очень ответственно, так как на высоких этажах твое новое оружие или доспехи смогут спасти тебе жизнь. Понимаю, что это очень похоже на «Черный скат», который я получил еще до официального начала восхождения. Тоже оружие, которое неоднократно мне помогало, а также послужило истоком моего прозвища.

За окнами кареты проплывают грязные улочки, а потом мы въезжаем в квартал, в котором имеют право работать только избранные ремесленники. В глаза сразу бросается первый цех, из которого валит пар, а внутри строения вращаются огромные шестерни. Сразу хочется спросить, что это такое, но сейчас Ньем рассказывает кое-что другое и более важное.

– Вы должны были это уже видеть, но еще раз напомню: услуги ремесленников платные, а валютой являются денарии. Это основная и официальная валюта Башни Испытаний.

Ну, это я уже знаю от сестры Доритан, но пока что не знаю, как эти денарии получать. Не знаю, но догадываюсь, а Ньем догадку подтверждает.

– Чтобы заработать необходимую сумму, нужно выполнять задания, которые можно брать в соседнем районе, туда мы приедем под конец, – продолжает куратор. – Во время событий прошлого, после которых мы оказались частью Башни Испытаний, наш народ долгое время скрывался под землей, поэтому за века были выстроены поистине титанические подземелья, доходившие порой до ядра планеты. Сейчас часть тех подземелий до сих пор доступна, но стала очень опасной.

– И восходители за деньги спускаются туда, чтобы что-то сделать? – говорю догадку вслух.

– Абсолютно верно, – щелкает металлическими пальцами Ньем. – Туда наш народ спускал однажды всё ценное, чтобы сохранить, а теперь мы хотим поднять назад, но сейчас подземелья наводнены монстрами, как биологического, так и механического происхождения. Множество сокровищ мехалитов там осталось, множество утерянных даже Коллегией Малеатор знаний… Соответственно, мы теперь сотрудничаем с восходителями в этом плане. К тому же, все самые ценные материалы и чертежи не найти в Кузнеграде, только в глубинах подземелий под нами.

Собеседник указывает на пол кареты, и я уже представляю, как буду бродить по руинам мехалитов где-то очень глубоко. Звучит интересно, всегда мечтал посетить настоящие подземелья. А раз там опасно, то так еще лучше. Могу даже смело помечтать о том, что все монстры будут сильнее меня или хотя бы на одном уровне. А то в Кодэн Хошт, как правило, или очень слабые или сверхсильные, что только «караул» кричи.

Мы выходим из кареты и направляемся вдоль домов, в каждом из которых открыта ремесленная лавка. Одни лавки выглядят очень скромно, предлагая дешевые материалы, за которыми даже не нужно спускаться в подземелья. Но это явно не то, чего бы мне хотелось. Другие же места даже лавкой назвать язык не поворачивается. Это целый кузнечных цех с огромной печью на внутреннем дворе и конвейерной лентой. Десятки мехалитов под присмотром главного мастера бьют по раскаленному металлу или выполняют более тонкую работу, например, прикрепляя драгоценные камни на рукоять меча.

– Мы можем прийти к любому ремесленнику с деньгами, чертежами и материалами?

– Ну, теоретически к любому, но не у каждого мастера может оказаться свободное время. Согласно договору с администраторами, мехалиты не могут отказаться выполнять работу, но могут установить максимальное количество восходителей, для которых в конкретный момент изготавливают «инструмент». Так что прошу отнестись с понимаем, если конкретный ремесленник не сможет принять ваш заказ. Однако свободные мастера есть всегда, чаще всего заняты самые знаменитые.

– Ну, логично. А они ведь все отличаются не только опытом и мастерством?

– О да, – куратор явно рад моему интересу, а я рад, что хоть на этом этаже кто-то не прочь всё объяснить. – Каждый мастер имеет свой почерк и пристрастия. Некоторые принципиально не делают оружие, а другие только на нем и специализируются. Одни делают уклон на техномагию и работу механизмов, а другие больше склоняются к чисто магическим наукам. Выбрать нужного мастера можно даже на основании Пути. Например, ваша спутница может обратиться к мастеровым, тоже следующим Пути Света и изготовляющим подходящее вооружение.

– Можете кого-нибудь посоветовать?

– Конечно, давайте повернем здесь.

Понимаю, что мне придется пройтись по всем, чтобы сделать какой-нибудь выбор. Несмотря на то, что у меня уже есть отличный пистолет, он явно не учитывается в рамках здешнего главного квеста, поэтому мне тоже нужно будет придумать, что именно хочу для себя. А пока что можно помочь с этим Эслинн, ведь мы теперь команда.

– Здесь, например, живет и работает Афи́нн, – произносит Ньем, указывая на вход в лавку.

С улицы не видно, что находится внутри, как в других местах с открытыми прилавками, но взгляд цепляется за магические кристаллы, ярко освещающие по контуру дверь. Не думаю, что Ньему есть смысл давать плохую рекомендацию, поэтому смотрю на эльфийку, которая мне кивает. Похоже, мы начинаем понимать друг друга без слов.

Внутри лавки не оказывается других посетителей, что нам на руку, поэтому остается сразу подойти к прилавку, за которым находится фигура этого Афинна. Вокруг светло из-за больших ламп, поэтому легко можно рассмотреть мехалита, который в свою очередь очень внимательно смотрит на лучистый магический кристалл в руке. Свечение отражается от металлической маски цвета золота, но я обращаю внимание на вполне человеческое ухо, что довольно странно выглядит в окружении механизмов.

– Да осветит вам Свет дорогу, – ремесленник кладет кристалл в шкатулку на столе. – Рад тебя видеть, Ньем.

– И я тебя рад видеть. Я привел с собой двух восходителей, они только что прибыли в Кузнеград. Юная леди встала на Путь Света, поэтому я подумал, что ты сможешь ей помочь.

На самом деле я не был бы так уверен насчет того, что Эслинн можно назвать юной. Дело в том, что эльфы ведь долго живут относительно людей, вроде меня. Несмотря на то, что она молода и красива, ей вполне может быть лет сто или пятьсот. Хотя, Ньему тоже может быть пару тысяч лет, его механическое тело не может ведь стареть, только изнашиваться и ломаться.

– Здравствуйте, меня зовут Эслинн, а это Север, – девушка подходит ближе к прилавку.

– А меня можно звать Афинном, – кивает мастер. – Вижу, ты из народа солнечных эльфов. Связь со Светом тебе действительно очень подходит.

«Ого, а как он понял, откуда она? У солнечных эльфов есть отличительная черта, которой нет у других эльфов? И как он что-то видит без глаз?» – в моей голове разом проносятся вопросы, но пока что приберегу их.

– Да, я действительно солнечный эльф. Как думаете, я смогу найти что-то для себя подходящее?

– Разумеется, – кивает Афинн. – В этом ведь суть вашего главного испытания в Кузнеграде. Не знаю, рассказывал ли вам Ньем, но наш народ в прошлом был не самым последним. Мир наш никогда не был отсталым, мы пользовались арканой, а наши торговые маршруты проходили через множество миров и измерений. В подземельях можно встретить не только наследие нашего народа, но также интересные вещи и знания из совсем других миров. Сейчас я свободен, поэтому могу стать вашим ремесленником, который поможет изготовить «инструмент».

– Думаю, я согласна, но Север еще не выбрал себе Путь, поэтому он ремесленника пока что не выберет, ведь так? – Эслинн оборачивается и вопросительно смотрит на меня, пока я разглядывал клинок на стенке, причем, лезвие оружия будто сделано из чистого белого света.

– Ага, мне еще нужно будет походить, подумать, прикинуть, – я улыбаюсь, думая про себя о том, что еще и Кузнеград может стать местом, которое я переверну с ног на голову.

– Вероятно, вы просто не нашли отклик с шестью глобальными Путями. К счастью, мироздание достаточно велико, в нем есть силы и направления развития, которые не имеют такого же размаха, что Свет, например, – кажется, Афинна не смутила моя ситуация.

– Очень на это надеюсь, но пока что готов заняться сбором материалов для Эслинн.

– Очень хорошо. Тогда… – Афинн смотрит на нашего куратора.

– Тогда мы отправляемся в Вестибулум, – кивает Ньем. – Это предпоследняя наша остановка. Именно там происходит взятие заданий и спуск в подземелья.

На этом остается попрощаться с Афинном и снова сесть в карету, чтобы механические скакуны отвезли нас в так называемый Вестибулум, в который нам часто придется наведываться, пока мы заняты прохождением четвертого этажа. Ньем рассказывает, что выдаст нам карту города, чтобы мы не терялись, но предупреждает, что лучше не бродить где попало.

– Для восходителей выделен целый квартал, где есть всё необходимое. Оттуда стоит посещать только квартал ремесленников и Вестибулум. Когда вы закончите главный квест, я снова вас найду и проведу до дверей на следующий этаж.

– А почему не стоит посещать другие места? Это запрещено?

– Запрета, как такового, нет, мы рады восходителям, но Кузнеград не такое безопасное место, как могло показаться. Пускай это неприятная тема, но, как куратор, я обязан её коснуться. Наш народ пережил чудовищные события, так еще в процессе потерял человечность. Не всем это понравилось, не все смогли адаптироваться к новому, поэтому в городе можно встретить силы и явления, которые опасны и для мехалитов, и для гостей Кузнеграда. Ничего точнее сказать не могу, просто постарайтесь свести к минимуму пребывание вне обозначенных мною мест, ведь там городская стража держит усиленные патрули.

Если Ньем хотел разжечь мое любопытство, то у него, блин, получилось! Теперь мне еще сильнее хочется закончить экскурсию и приступить не только к исследованию подземелий, но и изучению города на поверхности. Попасть в неприятности – это самый лучший способ экстремального туризма, а иного в Башне Испытаний не ожидаешь.

– Добро пожаловать в Вестибулум! – Ньем, кажется, в хорошем расположении духа. – Это самое важное место для восходителей, так как здесь вы встретитесь с испытаниями этого этажа. Ну, во всяком случае отсюда начнете.

Карета привезла нас к большому многоуровневому зданию, словно это местный торговый центр. В этой части Кузнеграда действительно как в современном мегаполисе есть разные по высоте дороги, которые могут привести к одному месту, но окажешься на разных уровнях. Мы входим через платформу третьего этажа, так что внутри Вестибулума оказываемся на том же уровне.

Нас встречает огромный холл с мехалитами и другими восходителями, что явно заняты своими делами. До этого я не видел ни одного некоренного жителя Кузнеграда, а теперь их много. Очевидно, что здесь находятся все те, кто успешно справился с прохождением леса фей, значит, они тоже официально являются теперь восходителями, а не просто претендентами на восхождение.

Металлические колонны поддерживают высокий потолок, а вдалеке видны три огромные шестерни, стоящие одна над другой. Наверное, какая-то инсталляция, ведь остаются неподвижными. Куратор ведет нас по этажу в сторону местного бюро восходителей, как он это называет. Фактически это очень похоже на стойку координатора фей в Кодэн Хошт, только здесь полузакрытые кабинки, где за стеклом находится мехалит, к которому можно обратиться по любому вопросу, связанному с главным квестом.

– Именно здесь вы будете получать заказы на зачистку подземелий или выполнение других заданий, в процессе которых будете искать себе материалы и чертежи. И заодно зарабатывать за работу денарии. Максимальное время нахождения на этаже не ограничено, так что рекомендую не спешить и постепенно наращивать сложность заданий. Чем глубже спускаться, тем опаснее будут подземелья, вплоть до тех, которые еще никто не зачистил. Смотрите туда, – Ньем указывает на первый этаж, заставленный лифтами.

Я вижу, как некоторые восходители заходят в лифты и спускаются, а другие наоборот возвращаются. Царит куда более деловитая атмосфера, чем это было в мое первое прибытие в лесной город фей. Похоже, мехалиты не видят смысла сильно усложнять жизнь игрокам, как это сделали феи.

– Именно на этих лифтах можно спуститься на подземные уровни, откуда уже другие подъемники ведут в разные части обширных подземелий Кузнеграда.

– Только Кузнеграда? – уточняет Эслинн.

– Да. И я настоятельно рекомендую ограничиться Кузнеградом, как и не спускаться ниже сорокового уровня. Подземелья вне города… Очень опасны из-за нестабильной природы. И сверхглубокие уровни не лучше. Не буду скрывать, что уже много восходителей не вернулось из экспедиций, а спасательные операции мы не проводим. Если вы попадете в беду где-то внизу, то рассчитывать вам придется только на себя, товарищей и удачу. Даже шанс встретить других восходителей не так высок, так как площадь для исследований огромна, а вот спускающихся не так уж много.

– А сколько здесь восходителей примерно? – теперь спрашиваю я.

– Где-то между восьмью сотнями и одной тысячей. Кто-то приходит, кто-то уходит на пятый этаж, только сотрудники канцелярии Коллегии Малеатор знают точное значение. Кстати, если вы являетесь членами какого-либо клана, то я могу подсказать, где вы можете найти соклановцев.

– Нет, мы сами по себе.

– Хорошо, – Ньем, похоже, даже не удивился, либо не показал виду. – Теперь пойдемте посмотрим на бюро.

Куратор ведет к первой кабинке, где за стеклом сидит другой мехалит, у которого восемь визоров, как у паука, да и верхних конечностей больше двух. Ньем говорит, что мы новички, после чего сотрудник бюро начинает стучать по клавишам стимпанковского компьютера, только без визуального интерфейса, после чего начинают вращаться шестерни и где-то что-то тихо загудело. Потом другой аппарат выплевывает две карточки, на которых есть мое и Эслинн имя.

– Вот это ваши удостоверения личности и ключи одновременно, – продолжает Ньем. – С помощью этих карточек вы сможете попасть в ваши апартаменты в жилом квартале, куда я вас в конце отвезу. Также с помощью этих карт вы сможете вызывать лифты в подземельях, а также регистрировать прохождение глубоко внизу. Еще эти карточки являются средством оплаты, они сихронизированы с денариями в инвентаре. Этой картой можно расплатиться за всё в Кузнеграде.

– Понятно. В моем мире тоже есть банковские карты, – я смотрю на Эслинн, для которой это, похоже, является чем-то новым, раз вертит и пристально разглядывает.

– Вот и славно. И да, карточку лучше хранить в инвентаре, чтобы не потерять. Но если вдруг случится так, что потеряете, то нужно будет как можно скорее вернуться сюда, чтобы выпустить новую карту, а старую заблокировать.

Это мне тоже ясно, вероятно, планета Земля и родина мехалитов имеют много общего из-за принадлежности к человеческой расе. И пускай здешних жителей уже с трудом можно назвать людьми. Убираю предмет в инвентарь, после чего куратор ведет нас обратно к карете, на которой мы направляемся на последний пункт сегодняшней экскурсии, а именно в жилой квартал, где рекомендуется жить восходителям. Что интересно, фабричных труб здесь меньше раза в два.

Мне и Эслинн досталась личная квартира на последнем шестом этаже одного из однотипных домов с двумя раздельными спальнями, кухней и ванной. Даже есть балкон, с которого можно разглядывать оживленную улицу, правда, через улицу кладбище, я не вру.

– Ах да, это действительно можно назвать кладбищем, – произносит Ньем, когда я спросил про это место. – В городе есть места, которые Коллегия Малеатор решила не сносить и оставить в качестве материального памятника прошлому нашего народа.

Я продолжаю смотреть на огороженный парк с большим количеством весьма древних надгробий. Мне на самом деле плевать, что я буду жить напротив кладбища, мне просто интересно послушать еще какую-нибудь историю от Ньема.

– Мы, как вы можете догадаться, больше не умираем в привычном смысле слова. Наши тела могут сломаться, например, выйдет из строя важная внутренняя деталь. Но это не означает окончательную смерть, пока цело ядро внутри нас. У каждого мехалита есть внутри особое магическое ядро, что раньше могло быть мозгом и душой разом. Пока цело ядро, мы можем вернуться к жизни просто в другой оболочке. Правда, мы все равно не относимся к этому, как к бессмертию, ведь Коллегия Малеатор не будет тратить ресурсы на восстановление тела того, кто не представляет большой ценности… В общем, не забивайте себе этим голову, лучше сосредоточьтесь на выполнении главного квеста. Насколько я слышал от других восходителей, здешние испытания порой оказываются сложнее и опаснее всего, что они видели до этого.

– Понятно. Вы не умираете, но при этом и не рождаетесь?

– Боюсь, это так, – опускает голову Ньем. – Дар появления новой жизни утерян нами вместе с человечностью. Можно сконструировать новое тело мехалита, но создать его ядро из ничего не могут даже величайшие кузнецы Коллегии, поэтому мы так рады восходителям, которые рискуют жизнями вместо нас в подземельях. Надеюсь, это не прозвучало слишком надменно.

Мехалит издает звук, похожий на смех.

– Обижаться на правду не буду, – улыбаюсь в ответ. – Есть что-то еще, что я должен знать?

Ньем молчит, будто перебирает пункты списка в голове.

– Пожалуй, что нет. Я показал все важные места, теперь вы их найдете без моей помощи. Но даже если нет, просто спросите встречных мехалитов или восходителей. Идентификационную карточку вы получили, как и жилье. Я по-прежнему остаюсь вашим куратором, но мы скорее всего не встретимся до того момента, когда нужно будет показать вам проход на пятый этаж.

– Хорошо. Тогда у меня остался еще вопрос. Есть ли какие-то важные законы этого места, которые не стоит нарушать ни при каких обстоятельствах?

– Мы хотим, чтобы гости Кузнеграда чувствовали себя как дома, поэтому не накладываем никаких жестких правил пребывания. Однако, агрессивные действия против мехалитов, города или Коллегии Малеатор могут быть трактованы, как преступные. Тогда мы вправе потребовать вмешательства администратора Башни Испытаний или заняться проблемой самостоятельно.

Про агрессивные действия против других восходителей Ньем не сказал ни слова, но что-то такое я ожидал услышать. Я не льщу себя надеждой, что здесь-то игроки не будут друг другу волками. Но вдруг именно этот этаж станет местом, которое я просто «пройду» вместо того, чтобы устраивать хаос и революцию?

«Да не, чушь какая-то. Обязательно что-нибудь наворочу, нужно только придумать, что», – для меня это уже вызов, а найти то, что стоит изменить, у меня всегда получится.

Куратор Ньем на этом прощается и оставляет нас. Когда за ним закрывалась входная дверь, я смотрю на Эслинн и спрашиваю, что она думает про Кузнеград.

– Тут очень грязно и воздух неприятный, – отвечает эльфийка. – Поэтому задерживаться не хочется.

– Согласен, о Стрела Света, ха-ха, – я вспоминаю, что при вступлении на светоносный Путь, ей даровали прозвище.

– Я не просила о таком, – отворачивается девушка. – А почему ты не захотел выбирать из тех шести Путей? Тебе совсем ничего не подходит?

– Думаю, что так. Интуиция мне подсказала, что там не было ничего, что действительно мне подошло. Я лучше вступлю на менее сильный и широкий Путь, но лишь бы он подходил мне. Наверняка должен быть Путь, связанный со псионикой.

– До Башни я даже не слышала о псионике. Наш народ всегда использовал только магию и поклонялся Свету.

– Понятно. Тогда давай искать чертеж и собирать на него материалы. Правда, я пока что не понимаю, как именно будет происходить этот поиск в подземельях.

– Тогда давай проверим, – предлагает Эслинн, взглядом указывая на дверь. – Вернемся в Вестибулум и возьмем первый заказ.

– Ты прямо читаешь мои мысли! Ты же не устала?

– Нет, мы же просто ездили по городу. И почему ты так улыбаешься? – эльфийка косо на меня смотрит.

– Просто рад, что мне, наконец, не нужно в одиночку пускаться в неизвестность.

– Ты не поверишь, но я тоже рада, что больше не одна.

– Почему же, охотно верю. Погнали на встречу приключениям!

Раз уж никто из нас не нуждается в отдыхе, а любопытства много, то мы выходим из квартиры и возвращаемся в Вестибулум. Я предлагаю пройтись пешком, чтобы получше изучить город, в котором оказались. Нас встречают шумные улицы, по которым бродят восходители и мехалиты.

Первых очень легко отделить от местных жителей за счет биологической природы тела, многие из них ходят командами, которые наверняка сформировали на предыдущем этаже. При этом на нас, как на новичков, мало кто обращает внимание, можно было и не ожидать, что кто-то из других игроков будет встречать нас, как это делали Стальные Гривы на первом этаже.

Все, кто оказался в Кузнеграде, уже не являются обычными людьми. Аркана дарует силы и выносливость, какую многие восходители никогда не имели до Башни. Я еще ни разу не проверял свои текущие чисто физические показатели, но, думаю, что под усилением псионической энергии легко подниму над головой свой вес, умноженный на пять. А то и на десять. А с телекинезом смогу поднять машину и швырнуть в стену дома.

Как раз мимо нас по улице тарахтит автомобиль мехалитов, собранный явно на использовании пара, так как грубоватое механическое средство передвижения имеет движущиеся поршни, соединенные с крутящимся валом, который, в свою очередь, приводит в движение шестеренки металлических колес, обитых каким-то смягчающим материалом. Не похоже, что мехалиты используют покрышки для колес, из-за чего их транспорт сильно стучит на камнях и трясется.

«Думаю, к шуму Кузнеграда я скоро привыкну», – после тихого леса фей тут действительно несколько шумновато.

Мы проходим мимо очередной фабрики, где на широком дворе перепачканные мехалиты лопатами загружают что-то похожее на каменный уголь на движущиеся ленты. Да, это наверняка кокс, хотя на Земле я более привычен к бензину и электричеству.

– Интересно, что они здесь производят в таких количествах? – я смотрю на металлические стены большой фабрики и на дым из огромных труб.

– Может, спросим? – предлагает Эслинн, указывая на местного охранника, наверное, что бродит за забором.

– Отличная идея! – я начинаю привлекать внимание мехалита, который сразу направляется к нам.

– Добрый день, восходители. Чем могу вам помочь? Вы заблудились? – андроид в вертикальными прорезями металлической маски очень вежливо обращается к нам.

– Здравствуйте. Нет, мы хотели спросить, что именно производится на этом заводе? Мы только сегодня прибыли в Кузнеград, поэтому многое очень интересно. Надеюсь, это несекретная информация.

– Нет, никакой тайны тут нет. Мануфактория Селла-4 производит трубы различного диаметра для использования с водой и паром. Внутри цехов производственная линия, где раскаленный металл закатывается трубы. На самом деле ничего интересного для вас, я думаю.

Да, это действительно не так интересно, как местные подземелья, но кое-какие вопросы остались.