Текст книги "Временные трудности 4 (СИ)"

Автор книги: Максим Томилко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Девушка взглянула на Поляка и, повинуясь кивку головы, вышла. Юля уселась на её место и с укором в голосе спросила:

– На хрена ты к нам своих придурков послал?

– Обзовись, – недовольно буркнул вор.

– Фартовой кличут, – по её лицу скользнула мимолётная улыбка, но в следующее мгновение взгляд снова стал тяжёлым и колючим. – Так с каких дел, Поляк? На честный куш позарился? Или это Тадэуш у тебя за спиной хороводы крутит?

– Я так понимаю, вы те заезжие каталы? – с видимым облегчением уточнил авторитет. – А я уж было решил…

Он недоговорил и улыбнулся:

– И что дальше? Предъявить мне решили?

– Да как же мы можем спрашивать с такого уважаемого человека? – неприятная гримаса, которая должна была изображать улыбку, исказила её лицо, но взгляд продолжал оставаться жестоким и холодным. – Поинтересоваться хотели, чем это мы заслужили такое отношение. Слышали, ты здесь за порядком смотришь, вот и решили поставить в известность о вопиющем факте несправедливости.

Юля достала из внутреннего кармана пиджака толстенькую пачку сторублёвок, и аккуратно положила её на стоявший рядом небольшой столик с графином, то ли вина, то ли компота.

– Это на нужды общества, – спокойно пояснила она.

– То, что вы о людях помните – это похвально, – усмехнулся авторитет, – а вот то, что пришли сюда незваные, да ещё и с оружием – это очень плохо. Как вам, кстати говоря, это удалось?

– Да мы потихоньку, на цыпочках. Никто и не заметил. Все твои люди живы и здоровы. Конечно, за исключением трёх мальчиков, что к нам без приглашения заявились. Они, увы, мертвы.

– Даже так. Интересно получается. Мало того, что вы к нам на гастроли пожаловали и хрусты стрижёте, не поставив об этом в известность, так вы ещё и моих людей убиваете, а потом имеете наглость заявиться сюда с претензией.

– Это не совсем так, – Юля опять неприятно улыбнулась. – Мы у вас проездом. И не ставили целью нажиться, а просто решили скрасить вечер и приятно провести время за игрой в карты. Ну, а когда к нам вломились какие-то злые дядьки, то мы сильно испугались и пришли к тебе просить защиты. И, возможно, выяснить причину этого, я уверена, досадного недоразумения.

– Хорошая позиция, но так не пойдёт. Вы попали в очень неприятную ситуацию, и боюсь этих денег не хватит для решения проблемы. Думаю, даже всего вашего выигрыша будет недостаточно.

– Ты нас не так понял, уважаемый. Мы не собираемся откупаться, а это, – она кивнула на деньги, – не более, чем жест доброй воли. Проявление уважения к людям, если угодно. Что же касается тех жмуриков – им следовало быть более осмотрительными, раз они отважились на такое рискованное занятие, как грабёж. Ты прав, ситуация достаточна неприятная, но мы здесь как раз для того, чтобы не усугублять её, а уладить ко всеобщему удовлетворению.

Несмотря на миролюбивый тон, взгляд её по-прежнему был холодным и безжалостным.

– В таком случае, у вас должно быть какое-то очень хорошее предложение.

– Есть такое предложение. Как говорится, худой мир лучше хорошей войны. Вы поможете нам, мы поможем вам – и все останутся довольны. А смерть этих парней несложно будет объяснить – вариантов много. Ну, к примеру, парни нарушили ваш приказ и позарились на моё молодое, но такое роскошное тело и понесли заслуженное наказание – опровергнуть мои слова некому. Это я так, навскидку, но можно придумать и что-нибудь более убедительное.

– Это неинтересно. Я ни в чьей помощи не нуждаюсь, – Поляк на секунду задумался и сказал. – Я готов закрыть глаза на некоторые нюансы, но вам придётся всё же расстаться с вашим выигрышем и отработать недостающую сумму.

– Они считают жизнь нашу забавою и житие прибыльною торговлею, ибо говорят, что должно же откуда-либо извлекать прибыль, хотя бы и из зла, – продекламировала Юля, осуждающе покачав головой и резко сменив тон, закончила гораздо более жёстко. – Этот вариант неприемлем. Но у нас есть и другое предложение. Ты дашь нам несколько своих парней. Мы грабим банк и воинский склад на территории Польши, оккупированной немцами. Деньги из банка тебе, а оружие, патроны и медикаменты нам. Помоги только через границу перетянуть, а по-хорошему в Смоленск нужно доставить.

– Тоже не очень интересное предложение.

– Другого нет, – отрезала Юля. – И скажу больше, мы будем настаивать, чтобы ты его принял.

Вор удивлённо посмотрел не неё, вероятно, раздумывая не послышалось ли ему.

– Дети, вы знаете кто я и не боитесь говорить мне такие вещи? Это даже не наглость – я затрудняюсь подобрать нужное слово. Вы хорошо подумали, прежде чем идти сюда? – его глаза сузились, а голос прям налился металлом, но на Юлю это не произвело никакого впечатления.

– Ты бы очень сильно удивился, если б узнал, сколько раз я слышала подобное.

– Да что ты там могла слышать, девочка, – презрительно скривился Поляк.

– Я тебе не девочка, урка! – зло отрезала она. – Старший лейтенант Клочкова. НКВД.

– Ага, – ухмыльнулся он в ответ и кивнул в сторону Егора, – а он генеральный комиссар?

– Почти угадал, – подал голос Егор. – Лейтенант государственной безопасности Иванов.

Вор несколько секунд пристально смотрел Егору прямо в глаза, а потом взглянул на Юлю и произнёс уже совсем другим тоном:

– Слишком молоды вы для своих званий. Хотя способные, так что вполне возможно. Ну и зачем я понадобился НКВД?

– В рамках проведения операции «Эшафот» нам поручено сделать предложение о сотрудничестве, а в случае отказа ликвидировать.

– О сотрудничестве… – Поляк поморщился, обвёл их упрямым злым взглядом и тихо сказал. – Тогда стреляй, начальник.

– Твоё мужество достойно уважения, – призналась Юля, и даже Егор почувствовал, что говорит она очень искренне. Поляк же, в ответ на такую откровенность лишь коротко хмыкнул. Разговор зашёл в тупик. Егор всё же попытался продолжить:

– И ты даже не поинтересуешься, что именно тебе предлагают?

– Это как раз понятно.

– Боюсь, ты не совсем понимаешь о чём идёт речь, – с лёгкой усмешкой сказала Юля и закурила, а Егор, окинув взглядом небольшую спальню, поспешил распахнуть окно.

– Твои мелкие уголовные делишки никого не интересуют. Скажу больше – мы даже поможем тебе с партией изумрудов, на которые ты нацелился, – продолжила девушка и, словно решившись, добавила. – Даже не поможем, а сами исполним.

– Откуда… – начал Поляк, но осёкся.

– Здесь мы задаём вопросы, – не смог удержаться Егор. Это было несколько не к месту, но хорошо укладывалось в роль.

– Нам многое известно, но речь сейчас не об этом, – внезапно она замолчала, пару секунд прислушивалась и сказала: – Сейчас кто-то из твоих людей подошёл к двери. Прикажи им пойти погулять во двор. Это сверхсекретная информация и предназначена только адресату.

Поляк несколько секунд буравил её взглядом, но потом крикнул что-то по-польски. Юля что-то негромко добавила на том же языке и улыбнулась. На этот раз вполне открыто и доброжелательно. Вор, несомненно, уловил произошедшую с ней метаморфозу, но вида не подал. Она же немного помолчала, прислушиваясь, а потом кивнула Егору на дверь. Егор проверил. Никого.

– Вам предлагается создать и возглавить разведывательно-диверсионную группу, – Юля вмяла окурок в пепельницу и внимательно посмотрела на изумлённого Поляка. – Да, вы не ослышались. Именно вам.

Сейчас она говорила подчёркнуто вежливо и официально. Не заметить это было просто невозможно. Но умный и проницательный вор только расхохотался в ответ:

– Да чё за лажа? Какой из меня разведчик? Ваши старшие идиоты? Нашли диверсанта…

– Советую отнестись к моим словам более серьёзно. К тому же ваше непосредственное участие в акциях не требуется. Вы обладаете определёнными организаторскими способностями и умеете хорошо разбираться в людях. Этого достаточно.

– Бред какой-то. У вас армия, наверное, целый миллион. Что среди них не нашлось более подходящего человека? – Поляк грустно усмехнулся. – К тому же, я ни при каких обстоятельствах не стану сотрудничать с властями. Я думал, вам об этом известно.

– Во-первых, об этом сотрудничестве будут знать всего пара высокопоставленных сотрудников из центрального аппарата. Во-вторых, вы не будете никому подчинены и станете действовать автономно, исходя лишь из оперативной обстановки и целесообразности. В-третьих, вы далеко не единственный из уважаемых и авторитетных людей, которые уже задействованы в этой операции. Мы ведь не заставляем никого сдавать или совершать другие гадские поступки. В-четвёртых – это шанс изменить свою жизнь. Ваш Пилсудский когда-то тоже грабил поезда и занимался террором, а потом вошёл в историю. Ну, и в конце концов, у вас просто нет другого выхода. Если нам не удастся найти общий язык, то мы вас просто завалим и договоримся с тем, кто займёт ваше место. В общем, решайте сами. Никто вас уговаривать не станет.

Раздумывал Поляк недолго.

– Ладно, граждане начальники, я согласен. Надо теперь решить, как это всё моим парням преподнести. Да и выпить не помешает. Не самое простое решение было. Вы что предпочитаете?

Юля лишь улыбнулась в ответ:

– Боюсь, вы нас недооцениваете. Повторюсь, мы не впервые ведём подобные разговоры, и ещё никто не отказался. Так что берите бумагу, чернила и пишите: Начальнику ГУГБ НКВД СССР комиссару государственной безопасности…

Вор смерил её долгим пронзительным взглядом, но Юля спокойно выдержала его и «успокоила»:

– Это не провокация твоего Тадэуша или других воров. Эта бумага сегодня же уйдёт спец-бортом в Москву.

– Да после этой бумаги я окажусь у вас в руках, и все ваши обещания уже не будут иметь никакого значения.

– Решать вам. Эта бумажка лишь гарантия нашей безопасности, – безразлично пожала плечами Юля.

– Да не буду я ничего писать, граждане начальники. Не купились, ну и ладно. Стреляйте – и дело с концом, – вор тяжело вздохнул и быстро перекрестился на католический манер.

Юля встала, вынула ствол, передёрнула затвор и упёрла ему в голову. Поляк закрыл глаза. Прошло несколько секунд, и девушка опустила пистолет.

– Ты только посмотри на него, Егорушка, – Юля улыбнулась и покачала головой явно одобрительно. – Гвозди бы делать из этих людей. Он ведь и вправду готов!

– Достойно, – согласился Егор. – Я про такое слыхал, конечно, но самому видеть как-то не доводилось. Измельчали у нас жулики, что тут скажешь.

– Ну не валить же его в самом-то деле, – задумчиво протянула Юля. – Он нам тогда здорово помог, хоть и не бесплатно…

– М-да, Юлия Андреевна. Не в огорчение, но вербовщик из тебя, как из говна пуля, – не выдержал Егор. – Батыр с Мотылем тебя кинуть хотели, а с Поляком этим вообще херня какая-то получается.

– Сам бы попробовал, раз такой умный, – разозлилась девушка. – А то стоять с умным видом и языком в заднице каждый может. Это вообще не мой профиль, не учили нас этому.

Поляк открыл глаза и удивлённо уставился на них. Юля немного успокоилась и ответила на его немой вопрос:

– Да, было дело. Мы тогда с тобой договорились, думаю, и сейчас найдём понимание. Присаживайся, Егор, хватит маячить – история длинная…

Вопреки обещанию, Юля кратко, в общих чертах, выдала смесь правды вперемежку с откровенным вымыслом, опуская все несущественные детали и скользкие подробности. Авторитет слушал, не перебивая и никак не проявляя своих эмоций. Надо признать, у него это неплохо получалось. Когда Юля умолкла, он немного помолчал и вынес вердикт:

– Очень интересно, конечно. Я б даже сказал увлекательно, но настолько неправдоподобно… что придётся поверить вам, на слово. Так как доказательств, насколько я понял, у вас никаких.

– Только косвенные, – улыбнулся Егор. – Уверен, ты за всю свою жизнь второй такой красотки не встречал.

Поляк встал с кровати, подошёл к двери и, приоткрыв её, громко крикнул что-то по-польски. Юля ухмыльнулась и перевела для Егора: «Сибор, гитару принеси».

– У нас вечер шансона намечается? – удивился Егор.

– Шансон, соколик, это французская лирика, а нас тут русские-народные-блатные-хороводные. Ща я как исполню на выдохе! Он у меня на плече рыдать будет, – рассмеялась девушка и, обращаясь к Поляку, попросила. – Скажи, чтоб чаю заварили покрепче.

Вор обернулся на них, смерил Юлю недовольным взглядом, скривился и приглашающе махнул рукой:

– Топайте за мной. Всю спальню мне прокурила.

Друзья спустились вниз по лестнице в ту самую комнату, где проходила их первая аудиенция. Двое крепких парней переглянулись, но остались стоять на месте, переминаясь с ноги на ногу и не зная, как им реагировать на появление незваных гостей. Поляк уселся за стол и жестом предложил им располагаться. Егор улыбнулся, а охранники успокоились и их лица мгновенно приобрели сонное безразличное выражение.

Появился парень с гитарой. Поляк кивнул в сторону Юли, и гитара оказалась в её руках. Она быстро пробежалась по струнам, исполняя какую-то замысловатую зарисовку в стиле техно, и слегка поправила колки. При первых же звуках гитары безмятежное спокойствие охраны сменилось явным интересом. Наверняка вор тоже удивился такой музыке, хотя вида опять не подал.

Принесли чай и небольшую вазочку с какими-то каменными сушками. Егор попробовал одну, и тут же оставил эту затею. Он совсем недавно пообещал себе беречь зубы.

А потом Юля запела. К удивлению Егора, никакой лагерной романтикой здесь и не пахло. Неизвестный автор явно служил в морском спецназе, может быть даже в одно время с Клочковым. По крайней мере, боевые пловцы, выныривающие из глубин реки Потомак и штурмующие здание Капитолия, как и множество довольно специфических терминов, говорили именно в пользу этого предположения. Потом была ещё какая-то военная песня, потом ещё одна…

Слушая про «… горящий Смоленск и горящий рейхстаг. Горящее сердце солдата…» Егор опять ощутил подкативший к горлу комок и решил завтра же сходить к врачу – слишком часто в последнее время он стал испытывать это неприятное ощущение. Надо бы обследоваться, пока ещё есть такая возможность.

Число зрителей незаметно пополнилось ещё парочкой мужиков с хмурыми, неприветливыми физиономиями. Они молча слушали этот импровизированный концерт, не решаясь подойти к столу, и их неприятные лица с каждой песней всё больше мрачнели. Юля прервалась ненадолго, закурила и, окинув зрителей быстрым взглядом, сказала:

– Ну, чё приуныли, бродяги? Прорвёмся, – она звонко ударила по струнам и выдала что-то из совсем другого репертуара: весёлое, залихватское, уркаганское.

Может эта песня и была им ближе по духу, но на фоне предыдущих смотрелась как-то жалко и неуместно. Да и они, похоже, это почувствовали. Егор не был уверен, что все здесь владеют русским на должном уровне, но Поляк точно всё понял. Дождавшись окончания песни, вор встал из-за стола:

– Пойдём.

Он повёл их совсем в другую комнату, вероятно, предназначенную для гостей и, усевшись на одну из кроватей, сказал:

– В общем, так, граждане начальники, переночевать можете здесь, а мне подумать нужно. Ни о каком сотрудничестве с властью речь не идёт, но и мешать я вам не стану. Завтра решим, как нам жить дальше.

Юля молча распахнула окно, и в комнату сразу же ворвался прохладный ночной ветер.

– Тогда завтра и увидимся. Тронешь Егора – на живую расчленю. И не напивайтесь тут без меня, – она подмигнула Егору и, ловко вскочив на подоконник, исчезла в темноте.

Поляк проводил её долгим задумчивым взглядом и посмотрел на Егора.

– Тебя как называть? Егор? Не по званию же, да и фамилии у нас не в ходу.

– Можно Пионер, – он уже собрался было протянуть ему руку, но наткнувшись на ироничную ухмылку, передумал.

Поляк кивнул на окно:

– Я смотрю, у вас она главная. Шустрая девчонка, а так и не скажешь.

– Ты её получше узнаешь – вообще охренеешь, – улыбнулся Егор и уселся на вторую кровать.

– Да я уже слегка, – хмыкнул вор и, резко сменив тему, спросил: – Дальше, что делать будете?

Егор немного помолчал, прикидывая, стоит ли откровенничать с ним, но всё же ответил:

– Сделаем документы. Подыщем людей. Потом оборудуем тренировочный лагерь в лесу и начнём обучение. Это будет страшная и долгая война – надо подготовиться к ней по максимуму. Время пока есть.

– Я вам зачем понадобился?

– Ты же слышал. Нужен коридор на сопредельную территорию. Возьмём там пару складов и банк какой-нибудь. Нам очень много всего понадобится. Будем запасаться.

– Нравится воевать?

Егор пожал плечами. Глупый вопрос, хотя есть и такие, конечно…

– Нет. Я вообще не понимаю тех, кому нравится.

– Тогда зачем вам всё это? – Поляк постарался, чтобы его вопрос прозвучал равнодушно, но Егор смог уловить заинтересованность. Да и взгляд уж слишком внимательный для такого безразличного тона.

– Сложно объяснить. Скорее всего, те зверства, что здесь будут твориться, не дают остаться в стороне. Если бы ты такое знал, то, наверное, тоже… Хотя, может, и нет. Ты человек совсем другого склада.

– Расскажи. Интересно узнать будущее.

– Это неинтересно. Скорее страшно, – Егор немного помедлил, собираясь с мыслями, а потом выдал всё, что только знал об ужасах предстоящей войны.

Но, судя по бесстрастному лицу Поляка, на него это не произвело особого впечатления. Он лишь уточнил, как и когда закончится война, да спросил какие страны не будут принимать в ней участия.

– Отдыхай, Пионер, поздно уже. Завтра поговорим, – с этими словами вор встал, погасил свет и вышел из комнаты, а Егор, сбросив ботинки, не раздеваясь, вытянулся на кровати.

«Всё пошло совсем не так, как задумывали. Сначала тройное убийство, потом не смогли договориться с местным авторитетом. Юля куда-то сбежала, не сказав ни слова. Да и Коргин, судя по всему, не торопится нас искать…» – Егор немного поворочался, пытаясь уснуть, но за окном раздался неясный шорох и тёмная фигура, на миг заслонив собой яркий свет луны, ловко влезла в его комнату и тут же обматерила какой-то гвоздь, порвавший ей пиджак.

– Нагулялась? – недовольно спросил Егор, хотя очень обрадовался её появлению.

– Вы б тут ещё дольше тележили. Я весь зад себе отсидела.

– Ты где была?

– Да здесь неподалёку.

– А зачем уходила?

– Надо было дать вам поговорить. Поляк же, наверняка, войной интересовался, а ты, Егорушка, по своему обыкновению, о жертвах фашизма живописал очень красочно и убедительно.

– Это ты от Арацины нахваталась? – спросил Егор и тут же пожалел о своём вопросе. Но Юля лишь грустно улыбнулась:

– Нет, мой юный друг, это – азы психологии. Всё несложно, особенно зная тебя и то, что подружка Поляка – еврейка.

– Откуда ты знаешь? – удивился Егор.

– Ну ты за мной в лесу как-то увязался, а потом прилип, как банный лист.

– Я про неё!

– Так по ней сразу видно. Ты что, не заметил?

– Да я как-то не приглядывался, – смутился Егор, до этого момента и не подозревавший о каких-либо внешних отличиях. – И на что ты рассчитываешь?

– Стать богатой и знаменитой, – отрезала она. – Отвернись.

– Да и так темно, ни хрена не видно.

– Ты чё, соколик, инстинкт самосохранения где-то потерял? А то я не знаю, что у тебя глаза привыкли.

Егор тяжело вздохнул и отвернулся. Он и не собирался подсматривать. Ну, может, так, одним глазком, любопытства ради…

Глава 7.

Проснувшись, Егор около получаса валялся в постели, разглядывая небогатую обстановку комнаты и спящую на соседней кровати девушку. Она выглядела такой невинной и настолько беззащитной, что он даже слегка растрогался. На негромкий стук в дверь это юное создание отреагировало молниеносно. Резко выдернула из-под подушки пистолет в направлении двери, открыла глаза, опустила оружие, широко зевнула, смешно сморщив нос, повалилась обратно в кровать и сонным голосом распорядилась:

– Гони всех на хер. Спим ещё.

Егор улыбнулся и открыл дверь. На пороге стоял очередной крепыш.

– Завтрак. Пошли.

Говорил он с жутким акцентом и, вероятно, помогая себе, указал пальцем, куда именно следует идти.

– Хорошо, – чётко сказал Егор и подкрепил слова утвердительным кивком.

Довольный состоявшимся диалогом, крепыш кивнул в ответ и удалился неспешной походкой уверенного в себе человека, а Егор, закрыв дверь, обнаружил Юлю уже в брюках и рубахе. Она быстро и деловито заправляла свою кровать выверенными, оточенными до автоматизма движениями. Школа – ни единой складки. Понимая, что так ловко у него всё равно не получится, Егор нарочито неторопливо оделся и постарался привести свою кровать в порядок.

Она критически обозрела результат его трудов, иронично хмыкнула и сокрушённо покачала головой:

– М-да… главного старшины Хвостова на тебя нет.

– Да что мне ротмистру и графу в придачу какой-то там старшина? Пусть даже главный, – улыбнулся Егор, но Юля шутку не поддержала:

– Ты, фраерок, вяжи тут титулом козырять. Стуканёт кто – потом доказывать вспотеешь.

– Так-то ж я так… – смутился Егор, в душе признавая правоту её слов.

– Угу. Я тебе верю. Ты же знаешь. Пошли быстрее, а то всё самое вкусное без нас сожрут.

За простым деревянным столом пили чай несколько человек: Поляк, виденная вчера молодая девушка и парни из охраны.

– Присаживайтесь, – кивнул на свободные места хозяин дома и представил их присутствующим, – Пионер и Фартовая. Руту вы знаете, а с ребятами ещё познакомитесь. Завтракайте. Скоро Тадэуш подъедет – о делах поговорим.

Женщина неопределимого возраста в белом фартуке принесла им яичницу-болтунью с аппетитно пахнущими колбасками и картофельные драники, щедро сдобренные сметаной. Стараясь не привлекать внимания, Егор украдкой рассматривал сидящую напротив него девушку. Довольно симпатичную, надо признать.

«Эх, сейчас бы в Инете глянуть, а то совсем непонятно, чем же она выделяется», – подумал Егор и перестал поглядывать в её сторону, решив, что Поляку это может очень сильно не понравиться.

За столом говорили по-польски, и если Юля чувствовала себя вполне комфортно, то Егор всё время молчал. Общение с Вацлавом не прошло для него даром, и он уже кое-что понимал, но из-за мизерного словарного запаса, суть разговора постоянно ускользала.

Вскоре приехал Тадэуш. Егор видел его всего один раз, но сразу же вспомнил. Рута и пара охранников вскоре ушли, а все сидящие за столом как по команде закурили. Егор, малость ошалевший от такой атаки, поспешил встать из-за стола и подойти к открытой форточке. Его проводили удивлёнными взглядами, а после длинной фразы Юли оглушительно заржали. Егор даже не хотел знать, что она сейчас сказала. Можно было не сомневаться – что-то очень язвительное и обидное. Но потом она ещё что-то сказала, и смех мгновенно стих. Теперь на него смотрели с явным уважением.

«Надо бы разузнать поподробнее, что там она за очередную байку придумала», – решил Егор.

Поляк встал из-за стола и пошёл к выходу. Юля тоже поднялась:

– Пошли, Егор, прогуляемся.

Они вышли во двор и облюбовали себе небольшую уютную беседку в саду, укрытую от посторонних взглядов свисающими почти до самой земли ветвями густой раскидистой ивы. Пауза затягивалась. Наконец, Поляк закончил магнетизировать их взглядом и сказал:

– Вы заставили меня пережить не самые приятные ощущения в жизни, но я, как ни странно, не в обиде. Слишком уж сытая и спокойная жизнь сильно расслабляет, и подобная встряска периодически нужна. Да и ваши слова несколько изменили мои планы. Признаюсь, я уже довольно давно ожидал чего-то подобного, и то, что вы оказались ненастоящими легашами, суть дела не меняет.

– Нам вскоре присвоят звания. Могу поспорить на пятьдесят тысяч. А кое-кому, возможно, и повыше, – Юля подмигнула Егору, но тот безразлично пожал плечами.

– А почему не на сто? – улыбнулся Поляк.

– Первое правило: играй только на то, что в кармане, ну или лежит рядом с тобой.

– Разумно, – одобрил вор, – но спорить я не стану. Думаю, с такими талантами вы вполне сможете сделать там карьеру. А пока вы не сотрудники НКВД, то можете рассчитывать на некоторую помощь в обмен на ответную услугу.

– О чём идёт речь? – деловито поинтересовалась Юля.

– Мне надо, чтобы вы обучили несколько человек, преданных лично мне. Взамен я обеспечу вас документами и договорюсь с контрабандистами о переправке вашего груза.

– Отлично, – улыбнулась Юля.

– Нет! – решительно сказал Егор.

– Ты чё, соколик? – обернулась к нему девушка. – Какие проблемы?

– Я не буду тренировать бандитов.

– Да что ты говоришь… – ухмыльнулась она, – Не будет он… Так я тоже бандит, если ты не забыл.

– Ты – другое дело. Я за тебя жизнь отдам, а их тренировать не буду.

Юля насупилась и замолчала. Поляк с лёгкой улыбкой наблюдал за их диалогом. Наконец, Егор не выдержал:

– Ты же мне сам рассказывал, что после войны большинство уголовников взялось за старое. А эти воевать и не думают – сразу грабить и убивать побегут. А кто их потом ловить станет? Они уже убийцы, а после твоей дрессуры вообще в зверей превратятся!

– Полегче, Пионер, – нахмурился Поляк.

– А что, я не прав? У большинства из вас руки по локоть…

– Зря ты так думаешь, – усмехнулся вор, – я, например, за всю жизнь никого не убил.

– А скольких приказал? – не унимался Егор.

– Завидую я тебе, Поляк, – тихо сказала девушка, – ей-богу завидую…

Опять повисла длинная пауза. Молчание нарушила Юля.

– Прав ты, Егор, – нехотя признала она. – Это у меня уже деформация. Слишком долго по ночам бегал. Без обид, Поляк, нет возможности.

– Странные вы, – удивился вор. – Сначала сами мне предлагали людей собрать, а потом отказываетесь.

– Эта группа должна была Родину защищать, а твои… – Юля поморщилась и замолчала.

– Благодарим за гостеприимство, – Егор встал из-за стола, подавая пример, и Юля тоже поднялась следом:

– Береги себя, Поляк. Бог даст – свидимся, – Юля протянула ему руку, и вор нехотя пожал её, раздумывая, судя по всему, о чём-то своём.

Друзья успели отойти от беседки буквально на несколько шагов, когда услыхали: «Вернитесь». Юля тихо хмыкнула себе под нос и, спрятав улыбку, повернулась.

Поляк кивком предложил им присесть обратно. Они спорить не стали и уселись на свои места.

– Вы без меня ничего через границу не перетянете. Да и в Смоленск свой тоже. Людей я соберу, но никто из них с вами не поедет. Наш дом здесь. Тут и будем воевать. И не за русских, не за врагов нашей свободы, а за великую Польшу, что от моря до моря. Оружия в руки я не возьму, но ты прав – организовать всё сумею. А командиры и без вас найдутся.

– Ты, уважаемый, насчёт врагов свободы даже не заикайся. Насколько я помню, за время оккупации немцы шесть миллионов поляков истребили, а русские вас от них освободили. И жизней своих при этом не жалели. Так что враг моего врага, как говорили древние, мой друг! – жёстко сказала девушка. – И насчёт Польши от моря до моря – тоже можешь забыть.

Поляк нахмурился, но промолчал.

– То, что решил воевать – похвально, конечно. Я так и думала, что не станешь ты в стороне сидеть. – улыбнулась Юля, – Да и не получилось бы. Законопатили б тебя немцы в лагерь, и всё. А Руту твою и подавно.

– За неё не беспокойся – она будет в безопасности, – с неожиданной злостью сказал Поляк, а затем удивлённо уставился на Юлю, – Я в тот раз тебе что-то рассказывал?

– В общих чертах, – почему-то смешалась Юля.

– А он знает? – кивнул вор на Егора.

– Нет.

– Чем же ты так смогла заслужить моё доверие? – снова удивился Поляк.

– Да мы тогда почти подружились, – усмехнулась Юля. – Но воевать ты в тот раз отказался, а её увёз куда-то вглубь страны.

– Оставим это. Ну так что, граждане будущие начальники, берётесь моих парней подучить?

– Нет, Поляк. Это бессмысленная трата сил и времени. Что б их потом по чьей-то глупости всех положили? А насчёт командиров, ты прав – их много. Есть и толковые, не спорю, только у партизанской войны своя специфика – это не в штыковую бегать или с шашкой наголо по полю скакать. Если не найдёшь хорошего специалиста, то толку будет немного, а ребят своих, скорее всего, погубишь.

Поляк задумался. Егор с интересом наблюдал за ним. Он уже несколько раз ошибся в этом человеке. И постоянно думал о нём хуже, чем тот оказывался на самом деле. Было очень интересно, какое решение он примет на этот раз.

– Давай так, вы будете готовиться вместе с нами в Смоленске, а перед вторжением вернётесь к себе, – предложила Юля.

– Годится, – тут же согласился вор, и Егор почувствовал облегчение. Он был уверен, что с его возможностями им будет гораздо проще.

– Значит, договорились, – подытожила Юля.

– Давайте, детки, прикинем план действий, – предложил Поляк. – Документы я вам сделаю получше, чем тот старый пёс. Есть у меня человечек. Это займёт несколько дней. Пока можете жить здесь, если хотите, а нет – найдём хорошую квартиру. Я к вам верного человека приставлю. Это не потому, что не доверяю – просто вы люди в городе новые и мало ли…

– Не вопрос, – безразлично пожала плечами Юля. – Только обращение «детки» несколько напрягает. Я всё же, молодой человек, старше тебя лет на двадцать, а то и побольше.

– Как скажешь, дедушка, – ухмыльнулся авторитет. – Что-то ещё нужно?

– Нужны люди со знанием немецкого. И не в рамках школьной программы, а чтоб как на родном ботали. Мужчины средних лет. На первых порах понадобятся несколько единиц немецкого стрелкового оружия: пулемёт МГ 34, пистолет-пулемёт МП 38 и карабин Маузера для обучения личного состава. Ну а наши образцы потом изучим. Там вообще много всего нужно будет: мины, гранаты… По-хорошему, обучить бы всех вождению мотоцикла и грузовика. Хотя бы азам. У нас в прошлый раз с этим проблема была.

– Вот ты со старта задачи ставишь, – почесал макушку вор, – где ж я тебе людей с немецким-то возьму. Ну есть один, но он точно не согласится – идейный. Из наших, может, и знает кто…

– Это для ограбления нужно. Предлагай своему идейному, а там посмотрим. Может и переобуем со временем, а нет, ну и ладно. В Смоленске есть один паренёк – очень способный. Когда ксивы будут готовы, Егор за ним съездит, – Юля на секунду задумалась. – Но уговорить его ограбить банк будет очень непросто. Воинские склады –это одно, а банк – совсем другое. Он, как ты говоришь, идейный.

– У него семья есть? – ухмыльнулся Поляк.

– Нет, он сирота, – покачала головой Юля. – А даже если бы и была семья, то это не вариант. Он наш близкий, и так поступать с ним мы не будем. Обойдёмся твоими парнями. Да там и делов-то…

– Я смотрю, ты, дедушка, такой самоуверенный. Работал по банкам? – поинтересовался Поляк.

– Всё получится, – проигнорировала его вопрос Юля. – Лишь бы потом удалось вывезти.

– Можешь не переживать. Ты главное, возьми, а остальное –моя забота, – успокоил её вор. – Ладно, пока всё понятно. Я озадачу, кого надо. А вы с парнями моими пообщайтесь по поводу охраны.

– Сделаем, – кивнула Юля. – Ты нам повозку свою дашь покататься?

– Куда?

– Да пацана хочу найти. Друг наш, мы у него жили. Он сейчас у какого-то Бартоша прячется.