Текст книги "Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 3 (СИ)"

Автор книги: Максим Шаравин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7

– Хорошо, дуэль, так дуэль. Когда вы хотите её провести и где? – я бросил короткий взгляд на княжича Кутеева, который сидел и самодовольно улыбался, наблюдая за разворачивающейся драмой.

– Сегодня вечером, чтобы вы перед смертью успели написать завещание. Дуэль пройдёт на тренировочной площадке академии. Я младший магистр, мне жаль вас. Но вы недостойны жить дальше, – пафосно заявил княжич Шаховский и вернулся к своему столу, где его по-дружески похлопал по плечу княжич Кутеев, с вызовом посмотрев на меня.

В ресторане разгорелось бурное обсуждение предстоящей дуэли. Студенты перешёптывались, гадая, кто из нас сильнее. Некоторые даже начали записывать что-то в блокноты.

Шёпот и перешёптывания заполнили зал. Кто-то восхищённо обсуждал силу Шаховского, другие, более осведомлённые, переглядывались, вспоминая недавние события с родом Зарацких. Слухи множились, обрастали новыми подробностями, и каждый добавлял что-то от себя.

Официанты, обычно невозмутимые, теперь то и дело бросали любопытные взгляды в нашу сторону. Даже повара, работавшие на кухне, казалось, прислушивались к происходящему в зале.

Кутеев, самодовольно улыбаясь, продолжал подогревать интерес публики, рассказывая преувеличенные версии событий.

Через несколько минут к нашему столу подошли двое молодых парней.

– Простите, но вам придётся занять очередь после княжича Шаховского, – не поднимая глаз, сразу сказал я.

Парни обменялись улыбками, и один из них произнёс тихо, так, чтобы слышали только я и мои спутницы:

– Простите нас, князь Драгомиров, но мы с Гришей не идиоты, чтобы вызывать вас на дуэль.

Во мне сразу проснулся интерес, и я, поставив кружку с кофе на стол, поднял глаза:

– К сожалению, не знаю, как вас зовут, но рад, что во всём этом балагане нашлись разумные люди.

– Княжич Владимир Андреевич Голицын, а это княжич Григорий Григорьевич Одоевский. Позвольте присесть, князь? – произнёс княжич Голицын.

Я кивнул и сделал приглашающий жест. Княжичи присели, и Голицын продолжил:

– Мы учимся последний, пятый курс и в курсе всего, что происходит в Российской Империи, и уж тем более в курсе всего, что творится в академии. И у нас есть к вам предложение – наказать всех этих глупцов.

– Предлагаете мне вырезать всю академию? – я усмехнулся.

– Нет, конечно, – произнёс Одоевский, и княжичи рассмеялись. – Предлагаем организовать ставки.

– Я не силён в ставках, можете мне объяснить? – мне стало действительно интересно.

– Хм… Ну смотрите, допустим, вы поставите тысячу золотых червонцев на свою победу, а десять человек поставят по тысяче, что победит Шаховский. Тогда в случае победы Шаховского каждый получит назад свою тысячу и по сто червонцев сверху. А если победите вы, то получите назад свою тысячу и десять тысяч сверху, если, конечно, кроме вас, никто на вас больше не поставит, – объяснил мне Одоевский.

– А в чём ваша выгода? – я сделал пару глотков кофе.

Княжичи заулыбались.

– Мы организуем ставки и собираем деньги. У нас есть для этого специальный счёт в банке. После окончания дуэли мы выплачиваем выигрыш за минусом пяти процентов нашей комиссии. За это мы гарантируем, что все получат свой выигрыш, – ответил Голицын.

– Ясно, – я улыбнулся. Помимо того, что умные, они ещё и предприимчивые. – А сколько можно поставить?

– Сколько угодно, но чем больше вы поставите, тем больше будет желающих получить ваши деньги. Ведь никто не верит, что вы победите. Шаховский не проигрывал ни одной дуэли, так как он уже младший магистр и считает себя непобедимым. Правда, дуэли до смерти ни разу не было. Но это его проблема, – произнёс Одоевский, посмотрев на Шаховского и покачав головой.

– Хорошо, я поставлю на себя десять миллионов. Как только вы дадите счёт, Елена свяжется с банком и сделает перевод, – я не переживал за деньги, эти княжичи были из влиятельных родов.

– Серьёзная сумма, князь, – Одоевский протянул Елене карточку с номером счёта.

Девушка сразу связалась с банком и сделала перевод. Через минуту у Одоевского пришёл вызов из банка, где ему подтвердили поступление денег. Он убрал амулет связи и внимательно посмотрел на меня:

– Князь, всё-таки постарайтесь не убивать Шаховского. Он хоть и туповатый, но парень нормальный, да и в роду он один сын, остальные там дочки. Отец его – хороший князь.

Я никак не отреагировал на его слова, сохраняя невозмутимое выражение лица. Княжичи встали и, отойдя от нашего стола, сделали громкое объявление:

– Князь Драгомиров поставил на свою победу десять миллионов золотых червонцев!

В ресторане началась настоящая суматоха. Студенты повскакивали со своих мест, начали кричать и толкаться, пытаясь первыми подойти к столу, где расположились княжичи Голицын и Одоевский.

– В очередь! Только перевод на счёт в банк, карточки с номером счёта на столе слева. Делаете перевод и подходите к нам, мы проверяем и фиксируем ставку! – прокричал на весь ресторан Голицын.

Одоевский достал амулет связи и тут же начал связываться с банком, чтобы оперативно отслеживать поступления на счёт. Студенты, словно обезумев, толпились у стола, пытаясь сделать ставки как можно быстрее.

Мы же, не теряя времени, встали из-за стола и направились к выходу. Слушать этот гвалт и суету было невыносимо. Елена и Ли Юй шли рядом, сохраняя внешнее спокойствие, но я чувствовал, как напряжение нарастает с каждой минутой. Их руки слегка дрожали, выдавая волнение.

Выйдя из ресторана, мы направились в нашу комнату, чтобы провести время в тишине. По пути я заметил, как студенты перешёптываются и бросают на нас любопытные взгляды. Слухи о предстоящей дуэли распространялись со скоростью лесного пожара.

В коридоре было относительно тихо. Я чуть отстал, любуясь грациозной походкой своих спутниц. Их плавные движения, уверенная осанка и лёгкая походка завораживали. Каждый шаг девушек, каждое движение их тел пробуждали во мне бурю эмоций.

Ли Юй шла впереди, её походка была наполнена силой и уверенностью воина, но при этом сохраняла женственность и изящество. Елена следовала за ней, её движения были более мягкими и плавными, словно она скользила по коридору.

Я не мог оторвать взгляда от их фигур, от того, как их платья подчёркивали каждый изгиб тела. В моей голове уже рисовались картины того, что произойдёт, когда мы окажемся в комнате.

Мы пришли на тренировочную площадку за десять минут до начала дуэли. Все трибуны были заполнены до отказа – собрались не только студенты, но и преподаватели. Ректор и декан Светогоров занимали места в первом ряду, рядом с Голицыным и Одоевским.

Григорий, заметив наше появление, сразу же направился к нам:

– Князь, я оставил вашим спутницам места возле нас. Не переживайте, с ними всё будет хорошо, – с улыбкой произнёс он.

– Я смотрю, вы счастливы, княжич. Можно узнать причину? – поинтересовался я.

– Конечно, ваша дуэль произвела настоящий фурор. Вы не поверите, но против вас поставили все – никто не верит в вашу победу. С учётом ставок преподавателей и некоторых родителей студентов, сумма, поставленная против вас, составила невероятные сорок миллионов золотых червонцев. Я не сомневаюсь в вашей победе, и мы с Голицыным предлагаем вам сразу после боя отметить столь удачный заработок. Наша комиссия составит два миллиона, а вы получите тридцать восемь миллионов, князь. Ресторан мы уже полностью арендовали, чтобы нам никто не мешал, – улыбка княжича стала ещё шире. – Но я вас очень прошу, не убивайте Шаховского, – добавил Григорий уже серьёзно. – Его отец тоже здесь, примчался, как только ему сообщили о дуэли. Пытался заставить княжича принести вам извинения и отказаться от дуэли, но тот упёрся, как баран. Да и те, кто поставил на княжича, начали возмущаться. Если он откажется, это будет считаться поражением и вашей победой. Так что князь ничего не смог сделать. Он прекрасно знает, кто вы такой, на то он и глава рода.

– А ректор на кого поставил? – я наблюдал, как на тренировочную площадку выходит мой противник.

– Ректор и декан отказались делать ставки, хотя это очень странно. Раньше они активно в этом участвовали. У нас тут дуэли происходят стабильно один-два раза в неделю. Но вам пора, князь. Девушки, прошу, – княжич сделал приглашающий жест.

Елена и Ли Юй посмотрели на меня, и я кивнул, давая им разрешение идти с княжичем на трибуны.

Я же направился к своему противнику. Он был обвешан накопителями маны, как новогодняя ёлка, и это зрелище вызвало у меня едва заметную улыбку. Выглядело это действительно нелепо.

– Добрый вечер, княжич. Вы ещё можете передумать и отказаться от дуэли, – я в последний раз попытался достучаться до его разума.

Но он лишь рассмеялся, и я отчётливо чувствовал его эмоции – он был абсолютно уверен в своей победе.

– Князь, это вы можете сдаться мне, и, может быть, я даже оставлю вас в живых, если вы станете моим вассалом!!! – прокричал княжич на всю тренировочную площадку, и трибуны одобрительно загудели.

Княжич активировал свою защиту, и кольчуга заиграла яркими цветами. Да, неплохо. Но слабее, чем у Ли Юй.

Ну хорошо. Я отошёл от него шагов на десять и активировал свою кольчугу на минимальную мощность. Она тускло блеснула в свете последних лучей заходящего солнца.

На трибунах раздался громкий хохот – все решили, что это всё, на что я способен. Но я знал, что это лишь начало. Настоящее представление только начиналось.

Княжич, подбадриваемый восторженными криками зрителей, создал вокруг себя мощный огненный щит и атаковал меня стеной пламени, которая полностью закрыла меня от трибун.

Трибуны взревели, решив, что со мной покончено. Ведь моя кольчуга едва теплилась, а стихийный щит я не ставил. Но скрытый от любопытных глаз, я мгновенно усилил кольчугу до максимума. Шагнув сквозь стену огня, я направился к княжичу.

О, эта восхитительная тишина, воцарившаяся на трибунах! Лишь едва слышный гул от огненного щита княжича нарушал это напряжённое спокойствие.

Я выпустил воздушный серп, который с лёгкостью разметал огненный щит на мелкие, мгновенно затухающие искорки. Лицо княжича вытянулось от изумления. В панике он создал вокруг себя воздушный щит и атаковал меня мощным огненным шаром.

Но пламя бессильно стекало с моей кольчуги, словно капли дождя, затухая, не добравшись до земли. Трибуны разразились криками, отчаянно подбадривая княжича.

Я обнажил свой меч, и оружие заиграло молниями и пламенем. Княжич начал пятиться назад, продолжая атаковать меня, отчаянно чередуя стихии. Воздушные серпы, врезаясь в мою кольчугу, вызывали лишь красивый перелив цветов. Огненная стена бессильно обтекала меня с разных сторон, а воздушное копьё лишь на миг замедлило моё движение.

Напитав меч маной, я лёгким движением ткнул в воздушный щит княжича. С тихим хлопком щит лопнул, словно мыльный пузырь. Заклинание «Анаконда» обвило княжича, а её огненная голова, разинув пасть, нависла над ним.

– Сдавайся, княжич. Дуэль закончена, ты проиграл, – обратился я к Шаховскому.

– Нет! Убей меня – таковы условия дуэли. Я не сдамся, – княжич посмотрел на меня, и я отчётливо чувствовал его парализующий страх.

– Ну что же, ты сам выбрал свою участь, – произнёс я, и голова змеи начала медленно опускаться.

– НЕЕЕТ!!! – раздался отчаянный крик с трибун.

Я не собирался убивать княжича – лишь сильнее напугать его. Поэтому заклинание «Анаконды» лишь ограничило движения Шаховского, причиняя ему боль при малейшей попытке шевельнуться. Голова змеи застыла в воздухе. Княжич стоял неподвижно, расходуя ману из накопителей на поддержание своей кольчуги и не отрывая взгляда от раскрытой огненной пасти.

В этот момент с трибуны ко мне бежал седой крепкий мужчина, а за ним следовали несколько охранников в форме рода Шаховских. Я мгновенно создал вокруг себя мощный воздушный щит и повернулся к новым противникам, готовый к любым неожиданностям.

Седой мужчина остановился на почтительном расстоянии и приказал своим людям отступить к трибунам.

– Я глава рода, князь Шаховский, прошу, не убивайте моего сына, князь, – произнёс он срывающимся голосом.

– Ваш сын отказался сдаваться, у меня нет выбора, – ответил я, не опуская щита.

Князь опустился на колени прямо передо мной, и трибуны ахнули. На арене воцарилась мёртвая тишина.

– Я, глава рода, князь Шаховский, признаю поражение своего сына в честной дуэли по правилам, установленным моим сыном княжичем Шаховским. И хочу выкупить его жизнь у вас, князь Драгомиров. Я отдам всё, что вы скажете. Если хотите, мой род станет… – князь на мгновение замолчал, но тут же продолжил, бросив взгляд на сына. – Если вы скажете, то мой род станет вашим вассалом. Только пощадите моего сына, князь.

Я смотрел на князя, поражённый силой его отцовской любви. Он был готов обречь свой род на вечное подчинение ради спасения единственного сына.

Развеяв «Анаконду» и убрав свой воздушный щит, я подошёл к князю и протянул ему руку:

– Встаньте, князь. Мне не нужен ваш вассалитет. Забирайте сына и объясните ему, что прежде чем вызывать кого-то на дуэль, надо разобраться в ситуации, а не идти на поводу у сомнительных друзей.

– Опять этот Кутеев? – спросил князь, опираясь на мою руку и поднимаясь с колен.

– Не знаю, как насчёт «опять», но да, это княжич Кутеев распустил обо мне недостоверные слухи, а ваш сын, не разобравшись в ситуации, вызвал меня на дуэль до смерти, – я посмотрел на княжича, который уже подошёл к нам. – Обратитесь к ректору или к декану Светогорову, они вам расскажут правду.

– Я прямо сейчас это сделаю, князь. Хочу, чтобы сын запомнил этот урок: своим поведением он чуть не обрёк себя на смерть, а род – на вечный вассалитет, – князь Шаховский смотрел на сына с явным гневом, но любовь к нему по-прежнему светилась в его глазах.

– Если у вас всё, князь, то я, пожалуй, пойду, – произнёс я и уже начал разворачиваться, когда князь Шаховский сказал:

– У нас нет с вами союза, ваше сиятельство. Но вы всегда можете рассчитывать на наш род. Я считаю теперь наш род вашим официальным союзником и доведу это до всех на Совете Великих Родов. И ещё, если это возможно, князь, ответьте: какой у вас уровень силы? Я видел атаки моего сына, которые легко выдерживала ваша кольчуга, вы даже не удосужились поставить стихийный щит. А мой сын – младший магистр.

Снова повернувшись к князю лицом, я посмотрел ему в глаза:

– Недавно я ответил другому человеку, что те, кто знают это, либо мои верные люди, состоящие в роду, либо те, кто принёс мне клятву стихий. Я не могу ответить на ваш вопрос, князь.

Я развернулся и направился к девушкам и княжичам Голицыну и Одоевскому, которые уже ждали меня на выходе с тренировочной площадки. Их лица светились от восторга и уважения, а в глазах читалось восхищение.

Толпа на трибунах ещё не разошлась, обсуждая поединок и свой проигрыш. К нам попытались подойти несколько студентов, но Одоевский и Голицын быстро усмирили желающих, сказав, что следующая дуэль будет с ними.

В ресторане нас уже ждал накрытый стол, и мы с девушками решили воспользоваться гостеприимством княжичей, чтобы поужинать. Голицын и Одоевский обсуждали бой, пытаясь втянуть меня в разговор, но я отказывался обсуждать эту тему.

В итоге первым не выдержал Голицын:

– Какой у вас уровень силы, князь?

Я засмеялся:

– Княжич, вы уже второй за последний час, кто задаёт мне этот вопрос. Я думаю, вся академия мучается этим вопросом, да и не только академия. Я прав, княжичи?

– Правы, правы. Наши отцы уже просили нас выяснить ваш уровень, но никто не знает. Мы даже у ректора пытались выяснить, но он отправил нас к вам, сказав, что сам не знает, – ответил Одоевский.

– Я, конечно, могу вам сказать, но толку от этого не будет, – смеясь, я положил себе ещё кусок нежного поросёнка.

– Это почему же? – удивился Голицын.

Я посмотрел на него и серьёзным голосом произнёс:

– Вам придётся дать мне клятву стихий. А значит, отцы от вас ничего не узнают. Вообще никто не узнает.

Голицын, улыбаясь, посмотрел на Одоевского.

– Согласен, ты выиграл. Заберёшь себе из моей доли десять тысяч, – он тоже заулыбался.

– И на что же вы спорили? – мне стало любопытно.

– На то, что вы расскажете свой секрет, но надо будет принести клятву стихий, а Гриша считал, что вы и так скажете, – ответил Голицын.

Я засмеялся, как и девушки.

– Вы всегда на что-то спорите? – спросила Елена.

– Только когда наши мнения расходятся, а это бывает часто, – заулыбался Голицын.

Мы ещё поговорили какое-то время про академию, когда Одоевский вдруг посмотрел на Голицына и серьёзным голосом произнёс:

– Миллион.

– Гриша, ты уверен? Нам придётся принести клятву стихий, чтобы узнать правду, – Голицын внимательно смотрел на Одоевского.

– Владимир, я уверен на сто процентов. И ставлю миллион из моей доли, – ответил Одоевский.

Голицын посмотрел на меня долгим взглядом:

– А может, ты и прав, Гриша. Может, и прав. Сегодня мы видели с тобой стихию Воздуха и Огня. А тот солдатик, не помню, как его там зовут, уверял нас, что видел стихию Земли, Огня и Воды. Если князь владеет и пятой стихией… Да, Гриша, это невероятно.

Я молчал, внимательно слушая и поглядывая на княжичей. А они не так просты, как хотят казаться.

– Любопытно, и к каким умозаключениям вы пришли? – спросил я.

– Мы точно уверены, что вы владеете четырьмя стихиями, значит, вы, как минимум, Владыка стихий, хоть это и невероятно. А спорить мы хотели из-за пятой стихии. Если вы владеете стихией Духа, то вы Архимаг или скоро им станете, – ответил Голицын.

Похоже, скоро все, кому надо, вычислят меня, как минимум, что я владею четырьмя стихиями. Сколько я смогу скрывать свой секрет – неясно. Эти княжичи оказались не только предприимчивыми, но и весьма проницательными.

Глава 8

В этот момент к нам подошёл администратор ресторана и негромко произнёс:

– К вам желает пройти князь Шаховский и его сын княжич.

– Почему сразу не пустил? – удивился Голицын.

– Князь сказал, что он не будет врываться на банкет, как варвар, без разрешения, – ответил администратор.

Я на мгновение задумался. Ситуация была необычной – Шаховские, проигравшие дуэль, снова хотели встретиться.

– Проси, – коротко ответил я.

Через пару минут в зал вошли князь Шаховский с сыном. Вид у княжича был понурый, а его отец, напротив, держался с достоинством.

– Ваше сиятельство, – князь Шаховский поклонился, – позвольте ещё раз выразить вам наше почтение и благодарность за проявленное милосердие.

– Присаживайтесь, – я указал на свободные места за столом. – Разговор будет долгим?

– Не очень, – ответил князь, усаживаясь. – Я поговорил с ректором в присутствии сына. И теперь мой сын хотел бы принести вам свои извинения за необдуманные действия.

Княжич Шаховский, покраснев, встал и произнёс:

– Князь Драгомиров, я действовал необдуманно и под влиянием эмоций. Прошу простить мою дерзость и глупость.

– Принято, – коротко ответил я. – Надеюсь, этот урок пойдёт вам на пользу, княжич.

– Отец уже назначил мне наказание, – вздохнул Шаховский-младший. – И поверьте, оно будет суровым.

– А теперь к делу, – князь Шаховский перешёл к сути визита. – Я хотел бы обсудить возможность союза между нашими родами.

– Я уже говорил вам князь, – перебил я, – что не нуждаюсь в вашем вассалитете и мне не нужен официальный союз с вашим родом. Но дружба между родами возможна.

– Это больше, чем я ожидал, – искренне улыбнулся князь. – Я в любом случае объявлю на Совете Великих Родов, что мы будем выступать вашим союзником, даже не имея взаимного договора. Позвольте тогда задать вопрос: когда вы планируете посетить наше родовое поместье? Мы были бы рады принять вас в качестве почётного гостя. Мои дочери, очень хотят с вами познакомиться.

Ли Юй и Елена переглянулись и посмотрели на меня с явным интересом.

– Подумаю над вашим приглашением, – уклончиво ответил я. – А теперь, думаю, вам пора. Не будем затягивать эту встречу.

Князь Шаховский и его сын попрощались и ушли. Я посмотрел на Голицына и Одоевского, которые с интересом наблюдали за этой сценой.

– Вот это поворот, – прошептал Одоевский. – Кто бы мог подумать, что из дуэли выйдет такой результат.

– Жизнь полна сюрпризов, – усмехнулся я. – А теперь давайте продолжим наш ужин. У нас ещё много тем для обсуждения.

– Знаете, князь, – задумчиво произнёс Голицын, – а ведь вы сегодня не только обогатились, но и приобрели влиятельного союзника. Даже если формально союза нет, слово князя Шаховского на Совете весит немало.

– Это верно, – кивнул Одоевский. – И теперь все увидят, что вы умеете не только побеждать, но и проявлять милосердие. Это добавит вам очков в глазах высшего общества.

Я лишь улыбнулся, понимая, что события этого дня перевернули многое с ног на голову. Одно можно было сказать точно – будущее обещало быть интересным.

Разошлись мы через два часа. За это время мы успели обсудить жизнь в академии, все её прелести и недостатки. Княжичи оказались отличными собеседниками, способными не только вести дела, но и поддерживать увлекательную беседу.

Голицын и Одоевский лично проследили за переводом моего выигрыша – внушительной суммы в тридцать восемь миллионов золотых червонцев, добавив к ней мои первоначальные десять миллионов ставки. Деньги поступили на мой счёт в банке, и теперь я мог быть уверен в их надёжности.

Кроме того, княжичи преподнесли мне неожиданный сюрприз – их отцы передали через них ценные документы с информацией, которая могла оказаться крайне полезной в будущем. Эти документы содержали сведения, способные помочь в решении многих вопросов, связанных с политикой и экономикой империи.

Прощаясь, мы договорились поддерживать связь. Голицын и Одоевский выразили желание продолжить наше знакомство и развивать деловые отношения. Их предприимчивость и острый ум делали их ценными союзниками.

Когда мы с девушками вышли из ресторана, небо уже потемнело. Городские огни зажглись, создавая волшебную атмосферу. Впереди нас ждали новые испытания и приключения, но сейчас я был полон сил и уверенности.

Вернувшись в нашу комнату, мы с Ли Юй и Еленой обсудили события дня. Каждая из них по-своему переживала случившееся, но все были довольны исходом дуэли и новыми перспективами, открывшимися перед нами.

Уснули мы поздно. Девушки, пребывая в возбуждённом состоянии от прошедшего дня, устроили мне несколько часов нежности и ласки. Они были полны энергии и желания поделиться своими чувствами, а я с удовольствием принимал их внимание.

В нашей спальне царила особая атмосфера – приглушённый свет свечей создавал романтическое настроение, а лёгкий аромат благовоний наполнял воздух. Ли Юй и Елена, словно две грации, двигались по комнате, их движения были плавными и завораживающими.

Каждая из них старалась подарить мне незабываемые моменты, проявляя всю свою любовь и страсть. Их прикосновения были нежными и трепетными, а поцелуи – горячими и искренними. Мы растворялись друг в друге, забывая обо всём на свете.

В эти часы я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Их тела, такие разные и в то же время такие совершенные, дарили мне неземное наслаждение. Мы создавали свой собственный мир, где существовали только мы трое, где царили любовь и гармония.

Постепенно возбуждение сменилось умиротворением, и мы погрузились в глубокий, спокойный сон. Завтра нас ждали новые испытания и приключения, но сейчас можно было позволить себе отдохнуть и набраться сил.

Первые лучи рассвета застали нас спящими, обнявшись и прижавшись друг к другу. Новый день обещал быть не менее интересным, чем предыдущий, но мы были готовы к любым испытаниям, ведь теперь у нас было всё, что нужно для счастья – любовь, дружба и вера в будущее.

После сытного завтрака мы направились на занятие по артефакторике. Вел его профессор Мельников, которого студенты за глаза называли просто «Мельник».

Профессор был невысоким сухоньким старичком с длинной седой бородой и вечно прищуренными глазами, будто видел что-то недоступное другим. Его морщинистые руки с длинными пальцами, украшенными старинными перстнями-артефактами, двигались с удивительной ловкостью, когда он демонстрировал работу с магическими предметами.

Аудитория, где проходили занятия, была наполнена различными артефактами. На стенах висели старинные щиты, в стеклянных витринах покоились древние амулеты, а на полках стояли загадочные приборы, назначение которых знали только посвященные.

– Доброе утро, мои юные артефакторы, – проскрипел профессор, когда мы вошли в класс. – Сегодня мы поговорим о создании защитных артефактов. Но прежде чем мы приступим к теории, позвольте напомнить вам о важности правильного обращения с магическими предметами.

Профессор достал из ящика стола небольшой кристалл и начал демонстрировать его свойства, объясняя, как правильно распределять ману при создании защитных оболочек.

Ли Юй и Елена внимательно слушали лекцию, делая пометки в своих тетрадях. Я тоже старался не упустить ни одной детали – знания в области артефакторики могли пригодиться в будущем.

Занятие пролетело незаметно, и к его концу мы уже работали над созданием простейших защитных амулетов. Профессор ходил между партами, давая индивидуальные рекомендации и поправляя ошибки.

– Неплохо, князь, – неожиданно похвалил он мою работу. – У вас природный талант к артефакторике. Продолжайте в том же духе, и вы достигнете больших высот.

Его слова придали мне уверенности. Возможно, именно здесь, в этих стенах, я найду ключ к разгадке многих тайн, которые окружали мою жизнь.

– Хочу вам всем сказать большое спасибо за хорошую работу, – начал профессор, когда вернулся к своему столу и повернулся к аудитории. – Сегодня вы все показали отличные результаты, особенно в создании базовых защитных амулетов.

Его глаза по очереди останавливались на каждом студенте, словно оценивая их потенциал.

– Также хочу всем напомнить, что для создания действительно мощных артефактов вам необходимо изучать рунологию. Это фундаментальная наука, без которой невозможно достичь высот в нашем искусстве.

Профессор обвёл взглядом аудиторию, проверяя реакцию студентов на свои слова.

– Если вы ещё не выбрали её в качестве дополнительных занятий, то я настоятельно рекомендую это сделать всем, кто планирует в будущем серьёзно заняться созданием артефактов. Без знания рун и их правильного применения вы будете ограничены в своих возможностях.

Он сделал паузу, давая студентам время осмыслить его слова.

– Руны – это не просто символы, это ключи к пониманию древней магии, к созданию действительно уникальных и мощных артефактов. Кто-нибудь хочет задать вопрос по этому поводу?

В аудитории воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим шорохом перелистываемых страниц тетрадей. Студенты обдумывали слова профессора, понимая важность его совета.

– Хорошо, – продолжил профессор, видя, что вопросов нет. – Тогда переходим к следующему этапу нашего занятия. На следующем уроке мы начнём изучение базовых рун и их применения в артефакторике. Откройте, пожалуйста, учебники на странице двадцать три… – он дождался, когда все откроют учебники.

Профессор внимательно следил за тем, как студенты листают страницы, пока все не оказались на нужной.

– Вы должны выучить первые двадцать простейших рун и как они применяются при создании артефактов. Ещё раз напоминаю, что без знания рунологии вы получите у меня только общее понимание, как создаются артефакты. Те же, кто будет посещать рунологию, смогут познать всю силу артефакторики. А сейчас занятие закончено.

Студенты начали собираться, укладывая вещи и выходя из аудитории. В этот момент я заметил, как Ли Юй и Елена обмениваются взглядами – видимо, Елена тоже задумалась о дополнительных занятиях по рунологии.

Когда большинство студентов покинуло аудиторию, я услышал голос профессора:

– Князь, у нас с вами сейчас следующее занятие. Некромантия.

Я улыбнулся и кивнул. Поцеловав Ли Юй и Елену в подставленные губки, я пожелал им удачи на занятиях по боевой магии. Девушки улыбнулись в ответ и, обменявшись со мной тёплыми взглядами, направились в сторону тренировочных залов.

Профессор Мельников, заметив моё движение, стал собирать свои вещи для перехода в другой класс.

– Следуйте за мной, князь, – произнёс он, направляясь к выходу. – Некромантия – наука непростая, но крайне интересная. Уверен, вам понравится.

Мы прошли по длинному коридору главного здания академии, свернули налево и вышли через боковую дверь на улицу. Ветерок приятно холодил лицо после душной аудитории. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву небольшого сада, создавали причудливую игру света и тени на брусчатой дорожке.

Профессор Мельников уверенно шагал впереди, его длинная седая борода слегка колыхалась при ходьбе, а потёртый плащ шуршал при каждом движении. Мы прошли около двадцати метров по вымощенной брусчаткой дорожке, огибающей небольшой сад с редкими растениями, чьи листья мерцали в лучах солнца.

Старое здание, к которому мы направлялись, заметно отличалось от остальных корпусов академии. Его стены были сложены из тёмного камня, который, казалось, впитывал в себя весь свет. Окна имели причудливую форму с витражными вставками, отбрасывающими разноцветные блики на землю. Над входом виднелась вывеска с надписью: «Аудитория некромантии», буквы которой словно пульсировали слабым зеленоватым светом.

Профессор достал старинный ключ и отпер массивную дверь, украшенную рунами. Внутри помещение оказалось гораздо просторнее, чем можно было предположить снаружи. В центре зала располагался большой рабочий стол, окружённый различными приборами и артефактами, от которых исходило едва заметное мерцание. Вдоль стен тянулись полки с древними книгами и свитками, а в углу виднелся небольшой алтарь, покрытый вековой пылью.

– Добро пожаловать в мою скромную аудиторию, князь, – произнёс профессор, жестом приглашая меня войти. – Здесь мы будем изучать тайны жизни и смерти.

Я переступил порог, чувствуя, как по спине пробежал лёгкий холодок предвкушения. Некромантия всегда казалась мне одной из самых загадочных и могущественных ветвей магии, и сейчас я был готов погрузиться в её изучение. Хотя сам мог поднять множество мёртвых, не используя все эти артефакты и прочие атрибуты, я понимал ценность практического обучения и систематизации знаний.

Профессор закрыл дверь, и мы остались наедине с древними тайнами, хранящимися в этих стенах. Воздух здесь казался густым и тяжёлым, пропитанным эманациями множества экспериментов, проведённых за долгие годы существования этой аудитории.

– Присаживайтесь, князь, – профессор указал на стул перед рабочим столом. – Начнём наше занятие с основ. Некромантия – это не просто искусство управления мёртвыми. Это глубокое понимание самой природы жизни и смерти…