Текст книги "Морозов. Истинный маг (СИ)"

Автор книги: Максим Мамаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 22

Утром я, как ни в чём не бывало, вышел на службу, однако, когда я покончил с делами, приняв дежурство у стены, меня нашёл Сухарев.

– Лейтенант Морозов, – строго сказал он, – Ко мне в кабинет, быстро.

Неужели я где-то прокололся? Мы не оставили свидетелей, никто не мог знать о том, кто совершил нападение прошлой ночью. Разве что отец Иларион мог что разболтать. Нет, не мог. Не выглядит он болтливым человеком, он предан своим правилам.

Возможно, капитан прознал о случившемся и посчитал, что я в этом замешан. Буду вести диалог, будто ничего об этом не знаю, а там посмотрим. И потом, он может и не знать о том, что произошло: церковь знает своё дело, наверняка все следы подчистили.

Мы прошли по стене из одной башни в ту, где находился кабинет капитана.

– Закрой дверь. – сухо сказал он, не поворачиваясь, пока шёл к своему столу. – Садись.

– Что-то случилось, капитан? – спросил я, садясь напротив.

– Это ты мне скажи, – сказал он, смотря мне в глаза. – Начальство всё утро про тебя расспрашивало. Спрашивали как служишь, чем занят в свободное время, какие характеристики о тебе могу дать. Что ты такого наворотил, что на тебя обратили внимание наверху, Морозов?

– Не могу знать, капитан, – ответил я, пожав плечами. – Я тут не так давно, о моих делах ты знаешь. Ну, был на вылазках с охотниками пару раз.

– То есть с какими-то нападением на склад, из-за которого сектанты забегали ты тоже не связан? – спросил он, – Только не ври мне, Морозов.

– Могу сказать, что я бы поступил так, если бы там было что-то важное для секты. – сказал я. – Но я ещё не обзавёлся связями для получения таких сведений.

– И уже не обзаведёшься, капитан. – сказал Сухарев.

– Капитан, я лейтенант, – сказал тут я.

– Я не ошибся, назвав тебя капитаном. – буркнул он, упёрся локтями на стол и посмотрел в окно. – Тебя повысили. Переводят в командование второй ротой первого батальона в первом полку.

– С чего это я удостоен такой чести? – спросил я, осознавая услышанное. Я встал и прошёл к бару Сухарева. – Капитан, ты не против, если я выпью?

– Валяй, – ответил он, – Вторая бутылка справа, Шустовский коньяк, неси его сюда, и стаканы захвати.

Я взял темную бутылку с печатями рода Шустовых, пару прозрачных цилиндрических низких стаканов с арочными мотивами, какие не раз видел ещё в Барабинске, и вернулся к столу. Сухарев забрал у меня бутылку, одним движением открыл и разлил по стаканам, едва я успел поставить их на стол.

– Знаешь, почему я не рад твоему повышению? – нарушил молчание Сухарев.

– Могу только догадываться. – ответил я.

– Тебя там сожрут с потрохами, – продолжил он. – В первом полку сектантов куда больше чем здесь. Подозреваю, что кто-то на тебя донёс, и теперь сектанты планируют от тебя избавиться.

– Что ж, – ответил на это я, отпил из стакана и продолжил, – Пусть попытаются. Посмотрим, что из этого выйдет.

Сухарев посмотрел на меня, вздохнул и выпил стакан залпом.

– Ты ещё юнец, – сказал он, поморщившись и занюхав рукавом, – Что ж вы все умереть-то торопитесь? Вам, юнцам, ещё жить да жить.

Лейтенант достал из ящика стола какой-то глиняный горшок с металлическими шпажками, от которого исходила дымка холода, открыл крышку и достал оттуда одной шпажкой ломоть солонины.

– Мы не в сказке живём, и ты не Иванушка-дурачок, который и из воды сухим выйдет, Морозов, – продолжил он, – Удача не всегда будет на твоей стороне. – Сухарев взял бутылку и снова разлил по стаканам. – Здесь я бы ещё мог поспособствовать тебе, как своему подчинённому. А там ты будешь сам по себе, каждый твой шаг будет теперь отслеживаться. Так что закончилась твоя борьба с сектой. Я бы тебе порекомендовал бросить эту затею. Или, на худой конец, переждать, до нужного момента.

– Я разберусь как-нибудь с этим, Евгений Иванович, – сказал я, выпил залпом достаточно крепкий коньяк, достал ломоть солонины, и закусил. – Не переживай за меня, я не пропаду.

Сухарев снова поглядел на меня с недоверием.

– К слову, куда делся предыдущий капитан второй роты, – спросил я. – Перевёлся куда?

– Пропал без вести – ответил Сухарев. – Мне не докладывали всех обстоятельств, так что ничего сказать об этом не могу. Там, у солдат, разузнаешь. Ступай, собирай свои вещички, – сказал он, допивая стакан. – Я обещал, что к вечеру ты прибудешь в расположение своей роты, казармы первого полка у юго-восточных ворот. Документы я сейчас оформлю, отправлю туда в ближайшее время. Удачи тебе, Морозов. Надеюсь ещё свидимся.

– Спасибо тебе, Евгений Иванович, за доброе отношение, – сказал я, вставая. – Было интересно служить с тобой. – Я встал по стойке смирно, поклонился и начал пятиться к выходу. – Поначалу я думал, ты скверный и неприятный человек, скорее даже из тех подонков, что всё покрывают, но, к моей радости, ты доказал мне как я ошибался.

– Чегоо? – взревел Сухарев, вставая из за стола. Он пытался сделать серьезное лицо, но в глазах бегали задорные искры, говорящие о том, что ему было приятно это услышать. Тем не мене он схватил увесистую статуэтку с гербом Империи со своего стола. – Да я тебя сейчас…

Я пулей выбежал из кабинета, и едва успел закрыть за собой дверь, как раздался глухой деревянный стук воткнувшейся статуэтки с той стороны. Улыбнувшись такому исходу я отправился собирать свои вещи.

Перед тем, как идти к себе я прихватил пару солдат из роты, чтобы помогли мне с погрузкой. Также нашёл прапора, выпросил капитанскую форму.

– Поздравляю вас с повышением, – сказал прапор, открывая ключами склад.

– Не с чем поздравлять, – ответил я, – Это вынужденное повышение.

– Простите, – стушевался прапор, всё ещё возясь с ключами. – Лезу не в своё дело.

– Да ничего, всё нормально, – ответил я.

Дверь, наконец, открылась, и прапор убежал на склад, откуда вынес коробку с формой.

– А старую сдавать будете? – спросил прапор, отдавая коробку.

– Да, позже принесу, – ответил я, уходя с коробкой к себе.

Поднявшись наверх, я быстро переоделся и глянул в зеркало. Форма капитана была мне к лицу, да и прапор угадал с размером, не зря свой хлеб ест, вот только не в таких обстоятельствах я намеревался её надеть.

Пока солдаты выносили мои собранные вещи к выходу, я отнёс старую форму к прапору а потом вывел из конюшен Кошмара, который сперва обрадовался, что мы идём на прогулку, но потом страшно обиделся, узнав, что мы никуда из крепости выезжать не будем. Настолько, что, он и близко солдат к себе не подпускал, а когда я сел на него и пришпорил, он и ухом не повёл, только прижал их, и глядел на меня косо, то и дело фыркая.

– Ну хорошо, Кошмар, – сказал я ему, погладив по шее. – Так и быть, я выведу тебя на прогулку сегодня, как только вещи перевезём. Так тебя устроит?

Он будто понял всё, что я сказал, навострил уши и двинулся с места, бодро зашагав по брусчатке.

– Так-то лучше, – сказал я, похлопав его, – Хороший мальчик.

Казармы первого полка были в противоположной части крепости, куда на Кошмаре я добрался быстро. А по приезду к офицерскому корпусу, я встретил немало наблюдающих за мной взглядов. Привязав Кошмара я отправился было искать местного солдата, отвечавшего за хозяйство в корпусе, однако он вышел ко мне сам, поприветствовав меня по форме.

– Капитан Морозов, я полагаю, – ответил прапор, улыбаясь.

Это был молодой высокий парень лет двадцати пяти, в новенькой солдатской форме, такого вида, что не придерёшься. У меня закралось подозрение, что он сектант.

– Да, это я, – ответил я, поднимаясь на крыльцо. – Здравствуй. А тебя как звать?

– Дима Потапов, ваше благородие, – ответил прапор. – Ваша квартира уже подготовлена к вашему приезду, пойдёмте, я вам её покажу.

С этими словами молодой прапор направился к лестнице.

– Ваша квартира находится на третьем этаже, напротив лестницы. – продолжил парень, – Квартиру прошлого капитана, что находится в башне, не удалось убрать к сроку, на это понадобится некоторое время, потому пока вам подготовили другую. Как только всё будет готово, вы сможете перебраться туда, простите за неудобства.

Мы поднялись на третий этаж, где парнишка остановился перед крепкой дверью черного цвета, обитой металлом и позолотой. Парнишка достал ключи и ловко открыл её.

– Прошу, – сказал он, пропуская меня внутрь.

Я переступил порог квартиры и был приятно удивлён: эта квартира была обставлена и оформлена мебелью получше той, что у меня была совсем недавно.

– Вот ваши ключи, – сказал Потапов, протягивая три ключа в связке, видимо от двери, второй двери в спальню и от письменного стола.

Не понимаю какой в этом смысл, если я вместо ключей чаще пользуюсь печатями в последнее время, а впрочем, зачем прапору или кому-то ещё об этом знать.

– Спасибо, Потапов, – сказал я, забирая у него из рук ключи, – Можешь идти, дальше я сам разберусь. Да, вот ещё что: где я могу найти комбата?

– У него отдельный дом с черной крышей, за вторым солдатским корпусом, – ответил парень. – Вас проводить?

– Нет, не надо, – ответил я, – Сам найду, можешь идти.

Потапов слегка поклонился, развернулся на каблуках и зашагал к лестнице. Я подошёл к окну и открыл его, оглядел окрестности. Здесь выше, без лишнего шума с земли уже не будет так просто забраться. А ещё в этой квартире всего одно окно без металлической решётки, в спальне, что также будет доставлять свои неудобства, ну хоть убежать сумею, если придется бежать в чём мать родила. Надеюсь до этого не дойдёт. И всё же, предпочту какое-то время спать в одежде.

Тут письменный стол из красного дерева, не из дешёвых. Я бы оценил его по достоинству, но очень сомневаюсь, что вообще буду за ним сидеть. Что ж, пора заносить вещи.

Тут до меня донеслось рычание Кошмара. Я поспешил к лестнице и спустился вниз. Поодаль от него стояло три солдата и прапор.

– Вы чем тут заняты? – спросил я, проходя к гибриду.

– Простите нас, капитан, – учтиво ответил Потапов. – Мы хотели помочь вам, отнести наверх вещи, но ваш гибрид явно не хочет подпускать кого-то кроме вас.

– Не надо мне помогать, – сказал я, не оборачиваясь, погладил морду Кошмара и принялся снимать с него поклажу. – Я сам со своими вещами разберусь. Не хватало ещё, чтобы в первый день мой гибрид кому из вас голову откусил. В следующий раз думайте, прежде чем без моего ведома что-то делать.

На самом деле я больше опасался, что мне что-то подкинут к вещам, например, артефакт, с которым меня можно будет выследить. В моём мире были такие. Самым популярным из них, не смотря на немалую цену, был фонарь фей. Одеваешь перчатку с намазанной пыльцой, и хватаешь в любом месте ей свою цель, а потом перчатку снимаешь. Позднее с фонарём этого человека несложно найти, чем ближе ты к цели, тем ярче он начинает светить. Эти фонари оформлялись как карманные часы с крышкой, так что свечение несложно было спрятать, достаточно было закрыть циферблат крышкой, одним движением пальца. Этим часто пользовались сыщики Империи.

Разобравшись с вещами, я поставил в квартире печати на окна и дверь, а с наружи, для посторонних глаз и ушей, присутствие которых заметил давно, закрыл дверь ключом, после чего вернулся к своему гибриду и отправился верхом в сторону дома комбата, который ещё нужно было найти.

Паразит, которого я закинул в стан фанатиков, скорее всего, уже отжил своё время, если судить по тому, что от него давно нет вестей. Этого стоило ожидать, поскольку я первый раз проворачивал такое в этом мире, и моих сил пока было недостаточно, чтобы призвать более сильного Малонгу.

Тем не менее, я узнал достаточно. Надеюсь комбат не из числа тех лиц, что я видел через паразита.

Дом комбата я нашёл быстро: среди домов с чёрной крышей у входа одного из них красовалась табличка " Командир первого батальона Резников Валерий Юрьевич".

Спешившись, я привязал гибрида к столбу, забежал на крыльцо и громко постучал. Мне открыл пожилой мужчина во фраке, видимо, дворецкий комбата. А Валерий Юрьевич хорошо тут устроился.

– Добрый день, капитан, – поставленным четким и, в тоже время, учтивым голосом произнёс дворецкий. – Могу я узнать цель вашего визита?

– Передай командиру, – сказал я, – Что капитан Михаил Морозов прибыл в расположение и готов к службе, ждёт указаний.

– Подождите, пожалуйста в гостиной, – сказал он пропуская меня в дом. – Я доложу господину о вашем визите.

После этих слов дворецкий поднялся наверх. Гостиная и весь дом были оформлены в белых тонах, даже мебель была белого цвета. Занятно было видеть такое у военного человека. Тут я заметил, что одна стена внизу была исписана цветными мелками. Надо же, похоже комбат живёт здесь с семьёй. В моём поместье детишки также разрисовывали стены, на что частенько сетовали служанки.

– Морозов? – услышал я голос спускающегося командира. – Уже перебрался?

– Да, Валерий Юрьевич, – ответил я, отсалютовав двумя пальцами. – Рад знакомству с вами.

Мне действительно полегчало. Его лица не было среди сектантов. Однако он выглядел весьма озабоченным чем-то и не был рад моему визиту, более того, он поначалу посмотрел на меня таким взглядом, словно увидел призрака или мертвеца.

– Быстро, хвалю. – сказал, как ни в чём не бывало комбат, – Одно не пойму: какие к чёрту указания? Сам разберись что тебе делать, как дитё малое, ей богу. Найди свою роту, да познакомься со всеми, у лейтенантов узнаешь график заступления на дежурство. Со вчерашнего дня очередь твоей роты, к слову, так что сегодня со всем разберись, не откладывай. Всё, свободен, Морозов, у меня и без тебя дел по горло. Аркадий, проводи капитана к выходу.

Я ничего не ответил, только поклонился по форме на прощание, комбат же кивнул в ответ и стал подниматься по лестнице обратно к себе.

– Я вас провожу. – сказал дворецкий, направился к выходу, открыл дверь и добавил, пропуская меня. – Простите моего господина, он сегодня не в духе.

– Да ничего, Аркадий, со всеми бывает. – бросил на ходу я и тут же направился к Кошмару.

Выезжая из крепости я обдумывал то, что увидел. Если я правильно понял ситуацию, комбату указывают что делать через угрозы его семье. Возможно его семьи давно нет в доме.

Выехав из крепости я отъехал подальше и спешился. Гибрид удивлённо посмотрел на меня, подняв уши.

– Нет, Кошмар, я не настроен сегодня ездить верхом, – сказал я ему, и слегка хлопнул его по крупу. – Иди сам погуляй, я тебя здесь подожду.

Уговаривать его долго не пришлось, он тут же рванул с места, оставив за собой клубы пыли. Я же напитал маной руку, собрал из земли небольшой куб, и уселся на него. Наблюдая за тем, как гибрид страдает ерундой, прыгает, скачет, забирается на деревья, пытаясь схватить зубами какую-то птицу, я стал думать что делать дальше.

По хорошему нужно выработать какой-то план, обезопасить себя, но это как собрать часы, не имея всех деталей, слишком много неизвестных обстоятельств, чтобы можно было что-то спланировать.

Но, если посмотреть на это с другой стороны, у меня появился шанс собрать с нуля свою обученную роту, в которой не будет сектантов, если удастся избавиться от уже присутствующих. Пожалуй мне стоит связаться с Артёмом уже в ближайшее время и выпросить этот осколок короны, он мне скоро пригодится.

Тут я услышал хлопок пушки на стене и стремительно приближающийся рёв снаряда. Я оглянулся и увидел, как пылающий яркими красками быстро вращающийся огненный шар с приличной скоростью приближается в мою сторону.

– Ах вы ж гниды! – вырвалось у меня из уст.

Такими снарядами массового поражения мы обстреливали орды нечисти в Тюменцево, они были крайне эффективны для зачистки, и использовались только в чрезвычайных ситуациях. Зная, что за снаряд ко мне несётся, я вложил ману в создание эфирного доспеха, ускорение и не долго думая рванул в сторону, выхватил палаш, прошептал заветные слова, пространство вокруг меня утонуло в почти черной синеве дымки фазового рывка, затем я сделал ещё один и ещё, когда позади раздался грохот и гул разорвавшегося снаряда, следом же догнал и звук свистящих во все стороны осколков, а за ними стал догонять прерывистый рокот пламени огненной волны, что догоняла меня не смотря на все мои усилия…

Глава 23

Но тут, к моему удивлению, меня догнал Кошмар, бежавший наперерез, он схватил меня за руку зубами и закинул к себе на спину, я же, ухватившись за него, применил усиление тела гибрида, и он побежал быстрее. Вскоре звуки огненной волны стали стихать, что означало, что мы сумели выбраться из зоны поражения. Я оглянулся и увидел гриб черного дыма на фоне выжженной дотла земли и пеньков солидного куска леса уничтоженного волной.

– Спасибо, старина, – сказал я, похлопав Кошмара по шее, – Выручил.

Гибрид что-то зарычал в ответ, словно хотел сказать что-то в роде «не за что, друг». Надо бы купить ему за помощь какого-нибудь мяса отменного качества, заслужил.

Я пришпорил Кошмара и понёсся к крепости, пока работало его усиление. Надо разобраться с теми, кто вздумал настолько грязно со мной играть. Но найду ли я этих ублюдков? Сейчас я не знаю кто в графике отвечает за пушки, да и на каждом участке стены пушек куда больше, чем в Тюменцево, выстрел мог произвести кто угодно, а сектанты точно станут выгораживать своих. Только сейчас мне до того плевать, что я готов отправить под удары плетью любого, кто ответит мне «не знаю». Давно я не жаждал крови и мести, как сейчас. И лучше бы им ещё раз выстрелить, пока я не добрался до ворот.

Однако второго выстрела не последовало. Или потому что они поняли, что это достаточно привлекло внимание караулов с других стен, или это было лишь предупреждение мне, чтобы я понимал, чего от этих гнид ждать.

– Открывай! Живо твою мать! – заорал я, приближаясь к воротам. – Быстрее, сукины дети!

Едва они успели немного раздвинуть створы ворот, как я тут же влетел в этот проём, так, что стражникам пришлось разбежаться кто куда, чтобы не попасть под лапы гибрида. Не слезая с седла я направил Кошмара прямо к ближайшей лестнице заехав прямо на стену.

Но, забравшись наверх к участку стены, откуда стреляли, я обнаружил мертвых солдат. Я спешился, сказав Кошмару стоять где стоит, применил восприятие и огляделся. Все караульные на стене были убиты, тут их около двадцати. Пока я прогуливался с Кошмаром здесь развернулся нешуточный бой. Очень странно, что на такой шум к ним не стянулось подкрепление. Если только это не случилось в несколько мгновений, в таком случае могли и не заметить. Но куда смотрел лейтенант? А сержанты?

Под восприятием я услышал как кто-то кашлянул, я поспешил туда. У выхода из башни я разглядел мундир лейтенанта, кажется он был ещё жив. Я подбежал к нему, напитал маной руки и применил магию исцеления, более высокого уровня, чем мог применять раньше. Бесцветная магия обволокла рану у шеи, с которой фонтаном била кровь, не смотря на попытки лейтенанта остатками маны её остановить. У него это бы не получилось, на рану наложен эффект вытягивания крови, а по венам на лице уже расползались чёрные паучки проклятия сектантов. Он только и мог, что прижимать рану у шеи и смотреть на меня немигающим округлившимся взглядом. Половины брюха у лейтенанта также не было, однако моя нынешняя магия всё исправит, так что я расширил действие магии на всё его тело. Пусть это не высшее исцеление, но смертельно раненного уже спасти сможет, в пределах разумного, конечно.

– Не теряй сознание лейтенант! – заорал я, когда увидел как его взгляд мутнеет, но он меня уже не слышал, – Чёрт!

Я правой рукой сплёл ментальную магию и зарядил ей ему прямо в лоб. Через пару мгновений лейтенант открыл глаза и даже чуть было не попытался вскочить.

– Лежи смирно, дай закончить, твою мать! – заорал на него я. – Кто на вас напал?

– Чернолицые, – прохрипел лейтенант. – Сюда пришёл один, в балахоне. Половина караульных напала на своих, стоило ему появиться. Он напал на меня, пока они заряжали пушку снарядом со склада.

Тут он закашлялся, перевёл дух и продолжил, всё ещё тяжело дыша, хриплым голосом.

– После того как они выстрелили, их главный улыбнулся и ушёл, оставив меня умирать, а караульные с такой же улыбкой казнили себя, словно они жили только ради этого момента.

Лейтенанту становилось лучше, но в глазах его промелькнула скорбь.

– Я знал этих людей, капитан, – сказал он. – У одного из заряжающих месяц назад родился сын, вместе праздновали его рождение. Что с ними стало? Во что секта их превратила?

– Оставь эти вопросы на потом, лейтенант. Я закончил. Сможешь встать? – сказал я, протягивая ему руку.

– Попробую, – сказал он, ухватился за меня и встал. Его шатнуло в сторону, видимо кружилась голова от потери крови.

– Как тебя звать? – спросил я.

– Игнат, – ответил лейтенант. – Баранов Игнатий.

– Вот что, Игнат, – сказал я. – Бей тревогу в роте. Созывай всех, пусть обыщут нашу часть стены и окрестности, нам надо найти эту мразь. Но будь готов к тому, что предатели всё ещё среди нас. Сумеешь это сделать?

– Так точно, капитан, сумею. – ответил он.

– И вот ещё что, мне нужно сформировать совет из тех в роте, кому ты точно доверяешь, – продолжил я. – Ты уже видел, что фанатиком может быть кто угодно, так что осторожно выбирай слова. Я буду ждать в кабинете прошлого капитана этим вечером, когда покончим с этим. А там уже выясним, кто сектант а кто нет.

– Сделаю, – ответил лейтенант. Судя по виду, он чувствовал себя уже лучше, хотя ещё недавно валялся тут в ожидании скорой кончины. – Разрешите идти?

– Иди, – сказал я. – А я осмотрюсь.

Когда лейтенант спешно ушёл к башне, я прошёлся вдоль тел, осматривая восприятием следы. Следов маны тут в достатке, и от пушки, и от боевой сектантской магии, что осела на каменной кладке стены. К сожалению, мне это ничего не даёт. Но вот прана…след праны этого ублюдка был необычайно ярким. Похоже он подошёл к ранненому Игнату и какое-то время постоял перед ним. А выбоина на стене говорит, что он всадил увесистый клинок в стену, зацепив лейтенанта, тем самым нанеся ту самую рану, с заклятием кровотечения и проклятием. Он явно упивался тем, что делает, желал, чтобы Игнат умирал в страданиях. Знал я таких гнид, и знаю как они думают. Пожалуй это уже что-то. Кто знает, может мне удастся найти его, используя его жажду к изощрённым убийствам, посмотрим.

Закончив осмотр места преступления, я снял с караульных экипировку и предал огню, прямо на стене. Стоило бы некоторых похоронить с почестями, но в Зоне не принято никого хоронить, итак хватает в округе бродячих мертвяков.

Знаю, рота не найдёт этого ублюдка, так сектантами и было задумано, но выстрел наверняка заметили другие роты. Мне стоит доложить об инциденте комбату, желательно до того, как об этом начнут расспрашивать и докладывать другие. С этими мыслями я вернулся к Кошмару, запрыгнул на него и верхом сбежал по ступеням со стены, провожаемый недоумевающими взглядами стражников у ворот.

Уже подъезжая к дому комбата, я заметил, что к дому направляются другие офицеры, капитан и два лейтенанта.

– Доброго вечера, уважаемые офицеры – поприветствовал я их, кивнув и придержав поводья. – Что привело всех вас к дому комбата в такое время?

– А вы разве не слышали? – ответил капитан. – Был произведён выстрел из пушки, оборонным снарядом. Удар был наверняка слышен даже отсюда. Хотим убедиться, что это не нападение очередных вывертов из врат.

– О, нет-нет, это не нападение, – ответил я. – Нет повода для беспокойства, господа, скорее проступок солдат, которые, уверяю вас, будут наказаны. Я как раз еду с докладом об инциденте.

– Постойте, уважаемый, – сказал тут капитан, когда я спешился, и повёл привязывать гибрида к столбу. – Сейчас вторая рота дежурит на этом участке стены. Разве не Фёдоров ей командует?

– Федоров? – спросил я, покончив с поводьями. – Наверное, так звали прошлого капитана второй роты. Я слышал он пропал без вести, подробностей мне не докладывали. Могу сказать только, что с сегодняшнего дня второй ротой командую я, – я подошёл к капитану, поглядел ему в глаза и протянул руку. – Капитан Михаил Морозов, будем знакомы.

Капитан протянул руку в ответ.

– Никитин, Александр, – ответил он, – Печальные новости вы мне поведали, капитан Морозов. Когда-то Фёдоров был моим сослуживцем. Надеюсь он всё же найдётся, такого человека не так просто на тот свет отправить.

Вон оно как. А что если тот ублюдок и был Фёдоров? Впрочем к чему гадать, домыслы ни к чему не приведут.

– Разделяю ваши надежды, капитан. – ответил я. – Что ж, мне пора к комбату. А об инциденте можете не беспокоиться, я с этим разберусь.

– Воля ваша, Морозов, – сказал он, намереваясь уходить. – Так всегда бывает, стоит куда-то перевестись, как наступает крещение огнём. Поздравляю с переводом. Если будет желание – заглядывайте, выпьем вечерком, может помогу каким советом.

– Спасибо, – ответил я. – Я учту ваше предложение, как-нибудь загляну. Уверен, что такой повод однажды появится. А сейчас, прошу меня простить, дела не ждут.

– Да, конечно, – сказал он разворачиваясь и уходя, – Удачи, Морозов.

Лейтенанты, всё это время молчавшие, попрощались со мной по форме, один отправился за капитаном, а второй отправился в противоположную сторону. Капитан его роты, видимо, не посчитал нужным выяснять что случилось. Может потому что он сектант, а может потому что ему глубоко на это плевать.

Я постучал в дверь и стал ждать. Через некоторое время дверь открыл Аркадий.

– Снова здравствуйте, капитан, – учтиво поприветствовал меня дворецкий и склонил голову в знак уважения. – Валерий Юрьевич уже ждёт вас, кабинет наверху.

Сердце бешено забилось. Я не мог понять, что происходит в этом доме. С глубоким вздохом и словами благодарности дворецкому я решительно направился наверх, где увидел дверь, покрытую старинными узорами. Пока я поднимался, я чувствовал на себе странные внимательные взгляды, которые словно следили за каждым моим движением, а моё предчувствие опасности застряло комом в горле.

Я постучал два раза и открыл дверь, а после вошёл внутрь, поприветствовав комбата по форме. В кабинете Валерия Юрьевича меня встретила непривычная обстановка: он был оформлен в старинном стиле с массивным дубовым столом в конце комнаты и книжными полками, уставленными старинными томами и свитками, а в углу стоял старинный магический костер, в виде фонарной металлической узорчатой конструкции с дымоходом на трёх ногах, испускающий тепло и приятный аромат трав.

Валерий Юрьевич сидел за столом, глядя на меня отрешённым взглядом. Его усталый вид и безмятежное выражение лица в совокупности с его шрамом и военной формой создавали странный контраст.

– Я так понимаю, ты ко мне с докладом пришёл, – сказал он, таким тоном, словно ему всё равно что сейчас говорить, лишь бы что-то сказать. – Выкладывай, что случилось.

Я думал рассказать о сектантах, но прекрасно понял, что нет никакого толку докладывать об этом комбату или кому либо ещё из командования.

– Случайный выстрел из пушки, командир. – ответил я. – Никто не пострадал, солдаты, которые произвели выстрел наказаны. Это случилось до моего знакомства с ротой, я не был в курсе происходящего.

– Вот как? – сказал Резников, таким тоном, словно он сам всё знал и не поверил моему рассказу, однако ему было плевать, что я говорю. – Впредь не допускай таких инцидентов в роте.

Ощущение опасности заставило меня повернуться в сторону двери. Комбат же сидел на месте, на его лице не дрогнула ни одна из эмоций. В это мгновение в коридоре раздался странный шепот, который заставил меня подготовиться к бою и напитать маной сапоги, чувствуя приближающуюся угрозу. Мгновение спустя дверь кабинета с треском распахнулась, и в комнату ворвались фигуры сектантов в балахонах, с чёрным гримом на лицах, несущие в своих руках сверкающие белым светом клинки, а руки окружали загадочные символы зелёного цвета. Я не успел сделать ни шагу, как один из них бросился на меня, выкрикивая странные заклинания и изгибаясь в полёте словно змея, но я уклонился техникой шагов, поднырнув под него, затем уклонился от второго, готовясь нанести удар в ответ, в то время как второй прыгнул на стену просторного кабинета, уйдя из-под моего удара, и в ответ начал набирать заклинание, сплетая свои пальцы в сложную узорную фигуру, после чего прыгнул ко мне навстречу.

– Пронзание. – тихо произнёс я, и уже было нанёс удар, но широкий белый луч со стороны двери вынудил меня уйти с линии огня фазовым рывком в другой угол комнаты.

Луч столкнулся с защитой комбата в виде полусферы и отскочил в потолок, который также оказался зачарован и поглотил весь урон, разойдясь фиолетовой мозайкой поверху, точно так же как удар противника, которого я бы уже обезвредил, зелёными лезвиями ушёл в пол и был поглощён. Я рванул в сторону ближайшего ублюдка, напавшего на меня первым, пока действует простое незатейливое но эффективное заклятие, однако что-то схватило меня и пригвоздило к стене. Так вот как они тогда одолели сержанта. Так, значит тут двое магов ближнего боя третий сковывает, и ещё один с белым посохом работает на расстоянии. Эдакий карательный отряд. Двое рванули ко мне, заряжая свои клинки, чтобы пробить мою защиту, что я применил не себя.

– Ну давайте, гниды, – сказал я, сплетая заклятие прямо из ауры.

Слабой болью кольнуло края ауры в груди и в последний момент, когда они были уже рядом белое пламя вырвалось из меня, заполнив всё пространство, заставив отпрянуть моих врагов. Звоном падающих монет зазвенело зачарование комнаты, а сфера комбата, который не собирался ничего делать, заурчала всплесками воды. Оковы отпустили меня, я рванул в другой угол, пока в белизне пламени меня не видят, и тут же принялся сплетать заклятие, надеясь, что мне дадут мгновение на это.

– Бумба хавата. Двадцатый уровень бездны. Чёрный ад. Проклятый клинок непоколебимости.

Я успел, как раз к тому моменту, как моё пламя стало проигрывать их натиску. Клинок палаша стал чёрным, раздался знакомым чёрным дымом, после чернота поглотила и всего меня. Я почувствовал, как знакомая лента слов проклятия змеёй поползла от руки, а после обвила и мою шею. Белизна пламени пропала, и гниды не заставили долго себя ждать, зелёные лезвия полетели в мою сторону, а после и луч, сверкнул своей белизной, но я отразил все атаки клинком, не боясь магических атак. Третий попытался снова схватить меня своими оковами, но его заклятие не сработало, отчего он чертыхнулся и призвал клинок, откуда ему было знать, что его призванный клинок рассыпется, едва коснувшись моего дыма, однако он не стал нападать, и пока двое медленно приближались ко мне, прощупывая почву, осознав, что мой новый облик не для грозного вида, он принялся поднимать мебель и бросать в мою сторону, я разрубил небольшой столик, но от кресла пришлось увернуться, однако, когда сектант попытался метнуть полки с книгами, комбат хлопнул по столу, пригвоздив полки и мебель к своим местам.