Текст книги "Исповедь смертного греха 2 (СИ)"

Автор книги: Макс Вальтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

Глава 22
Садись, пять

На Перекрёсток мы прибыли почти одновременно. Все, кроме Дашки. Её нам пришлось дожидаться три дня. Всё это время, чтобы не поплыть от скуки, мы тренировались. Точнее, это я гонял команду, ну и себя вместе с ними. Естественно, мы нервничали, ведь никаких вестей от подруги не поступало. Связь на таких расстояниях если и работает, то с огромной задержкой. Да, можно отправить записанное сообщение, но есть риск, что его могут перехватить. Поэтому мы находились режиме радиомолчания и нервного ожидания.

Но всё обошлось.

Дашка прибыла в посольство и в двух словах описала события, которые происходили на Норд-Прайме после нашего отлёта. В общем и целом всё прошло ровно так, как я и ожидал. Никто не смог вычислить нашу команду. У Дашки было железное алиби, и спустя сутки допросов её отпустили. Однако сразу улететь она не смогла всё из-за той же свадьбы. Молодожёны не стали отменять мероприятие, несмотря на хаос первого дня. А невеста настояла на том, чтобы её внешностью занималась именно наша подруга.

– Она предложила две тысячи за то, чтобы я осталась, представляете? – оправдалась Дашка.

– Ты рисковала, – сухо отметил я. – Это неприемлемо.

– Хочешь поговорить о приемлемом? – Она уставилась мне в глаза. – Хорошо, давай. Ты сам поднял эту тему.

– О чём это вы? – прищурился Саня, который мгновенно уловил изменения в наших отношениях.

– Пусть Грех сам расскажет, – хмыкнула Дашка.

– Да здесь не о чем особо рассказывать, – поморщился я.

– Разве? Думаешь, отключение нанитов в самый ответственный момент не стоит того, чтобы мы волновались?

– Так, стоп! – замахал руками Мишка. – О чём вообще речь? Когда твои наниты отключались?

– Ещё на Монолите, после того, как в меня попал учебный снаряд Карины. И они не отключались, а просто ушли в перезагрузку.

– После чего стали разговаривать с Костей, – добавила Дашка.

– Серьёзно? Твой интерфейс может с тобой общаться⁈ – Мишка выпучил глаза. – Вот это круть! Ай, ты чего⁈ – возмутился он, получив от подруги локтем в рёбра.

– Ничего, – фыркнула Дашка. – Он должен был нам об этом рассказать.

– Простите, но мне не показалось это важным, – повинился я, чтобы закрыть тему.

– Действительно! – Подруга всплеснула руками. – Что здесь может быть важного? Подумаешь, интерфейс вырубился! А если бы он погас на Норд-Прайме?

– Ну не погас же.

– Кость, мы команда, ты сам на этом настаиваешь, – встрял в беседу Санёк. – Дашка права, мы ничего не должны скрывать друг от друга. Нас этому учили, и не просто так. От таких мелочей зависят наши жизни.

– Я ведь уже извинился.

– А я и не обижаюсь, – отмахнулся Мишка.

– Ладно! – Дашка с эдаким прищуром посмотрела на меня. – Но ты дашь мне доступ, чтобы я всё проверила.

– По первому требованию. – Я примирительно поднял руки. – Вопрос закрыт?

– Пока, – многообещающе добавила подруга.

– Хорошо, теперь касаемо операции, – начал я разбор полётов. – Все сработали на отлично, претензий ноль. Это была чёткая, слаженная работа команды. Мы справились, несмотря на непредвиденные обстоятельства. А их на наши головы упало достаточно. Даш, ты единственная, кто отошёл от плана. Не следовало оставаться на свадьбу.

– Ты не знаешь всех обстоятельств, – покачала головой она. – Алиса помогла мне выбраться из застенков службы безопасности. Я не могла просто взять – и сбежать. Это выглядело бы более подозрительно.

– Да, но ты осталась без прикрытия.

– Я знала что делать.

– Хорошо, – не стал спорить я. – Но на будущее постарайся без самодеятельности. Саня, что с промежуточными задачами?

Все дружно покосились на аналитика группы, а затем перевели взгляд на меня.

– Что ещё за задачи? – переспросил Мишка.

– Контакты, – пожал плечами Санёк. – Много нарыть не удалось, но если вдруг нас снова отправят на Норд-Прайм, оружие с собой можно не брать. Фургон доставки мы как раз брали через него. Контакт надёжный, достать может всё, что угодно.

– Хорошо. Нам нужно выстроить сеть по всем галактикам. Косой, Даша, к вам это тоже относится. По возможности ищите контакты вех, кто работает по другую сторону закона. Мастера, хакеры, воры… нужны надёжные источники информации и ресурсов. В первую очередь интересуют люди, способные создать документы и достать оружие. Мы не можем постоянно рассчитывать на Монолит.

– Умно, – кивнул Мишка. – Может пригодиться.

– Ладно, собираемся домой, – резюмировал я. – Нужно доложить о выполнении задания. Кстати, поздравляю нас с успешным завершением обучения. Кажется, мы сдали экзамены на высший балл.

* * *

Монолит встретил нас пустым кадетским сектором. Пока мы возились с Гиреевым на Норд-Прайме, наш взвод сдал все зачёты, и ребят уже распределили по заданиям. Было очень странно бродить по пустым коридорам, но больше всего напрягала тишина в казарме. Ровные ряды заправленных по линеечке кроватей вызывали ощущение пустоты и забвения. Хотя, конечно же, это было не так. Вскоре эти места займут новые ученики, которым предстоит пройти кучу испытаний, прежде чем они точно так же отправятся на своё первое задание.

Пустые коридоры гудели вентиляцией. Раньше этот звук тонул в гомоне голосов, топоте ног, хлопанье дверей. Казалось, база медленно, размеренно дышит, словно огромный зверь.

Мы шли по центральному переходу, и шаги разносились эхом под сводами. Стены здесь были голыми, лишь серый бетон, усиленный металлическими рёбрами. Никаких украшений и указателей. На Монолите вообще не тратили ресурсы на эстетику. Да и кому она нужна на военной базе?

Кадетский сектор мы миновали быстро. Дальше начиналась зона ШОКа. Здесь было чуть оживлённее. Двое бойцов в полной броне стояли у входа в арсенал. Ещё один патрулировал коридор, размеренным шагом, без спешки, но цепко оглядывая каждый угол. Увидев нас, он коротко кивнул и продолжил движение.

В столовой было пусто. Только пара офицеров за дальним столом обсуждала что-то вполголоса. Автомат-раздатчик гудел на холостом ходу, готовый в любой момент выдать полноценный обед. Я заказал себе мясной стейк с овощами. Вот уж на чем-чем, а на питании здесь не экономили. Курсанты выкладывались по полной, и рацион был под стать нагрузкам. Всегда свежее мясо, рыба, фрукты, никаких синтетических заменителей.

– Я уже забыл, какая здесь еда, – промычал Мишка с набитым ртом, жуя жаркое.

– Жутковато, – произнёс Санёк, уплетая гороховый суп.

– Согласен, – кивнул Мишка. – Прям как в том фильме, помните? Где корабль с грузом лития потерял управление, и весь экипаж погиб.

– Не смотрел, – буркнул я.

– Оно и к лучшему, – хмыкнул Косой. – Дашка потом три дня спать не могла.

Пообедав, мы отправились обратно в кадетский сектор. В коридоре нам встретился майор Михеев. Он как раз выходил из учебного корпуса и, увидев нас, остановился. Оглядел с ног до головы, будто проверяя: все ли на месте, всё ли в порядке?

– Вернулись, – скорее констатировал, чем спросил он.

– Так точно, – ответил я.

– Исаев ждёт доклада. Завтра в восемь ноль-ноль. Не опаздывать.

– Есть.

Он кивнул и, не добавив больше ни слова, направился дальше по коридору. Михеев вообще был немногословен. Но сейчас в его сухости мне почудилось что-то ещё. Напряжение? Или просто усталость, обычная для человека, который несколько месяцев гонял взвод курсантов, а теперь получил передышку?

Я проводил его спину задумчивым взглядом, помотал головой, отгоняя наваждение, и догнал наших, которые, весело переговариваясь, ушли вперёд.

* * *

Исаев находился в кабинете не один. Он сидел за своим столом, от которого перпендикулярно отходил стол для совещаний. Справа за ним расположился майор Михеев, а слева сидел совершенно незнакомый нам человек. И его поза излучала власть.

Лет шестьдесят, может, чуть больше. Худощавый, с острыми скулами и глубоко посаженными глазами. Одет не в форму, а в строгий гражданский костюм тёмно-серого цвета, безупречно подогнанный по фигуре. На лацкане пиджака поблёскивал значок совета директоров «Заслона». Серебро и чёрная эмаль.

Я таких, как он, видел только на голограммах, в отчётах. Кабинетные волки. Те, кто никогда не держал оружия, но чьи решения отправляли на смерть тысячи.

Исаев жестом указал нам на свободные места.

– Докладывайте, – проскрипел он.

Мы расселись на свободные места в самом конце стола. Я, как командир группы, взял инициативу в свои руки.

– Задача выполнена, – произнёс я. – В ходе операции возникли небольшие сложности…

– Небольшие? – приподнял брови Михеев. – Да у вас всё пошло через одно место.

– Непредвиденные обстоятельства. – Я пожал плечами. – К сожалению, они были нам неподвластны. Но мы успешно под них подстроились и уложились в отведённый срок. Следов нашего пребывания на Норд-Прайме нет.

– Ну что, молодцы, волчата, – похвалил нас Исаев, что было сродни ордену. – Считайте, что экзамен вы сдали успешно. Теперь вы члены семьи под названием «Заслон».

– Валентин Савельевич, не спешите, – мягким голосом остановил полковника незнакомец. – Я бы хотел знать детали.

– Что конкретно вас интересует? – спокойно отреагировал я, посмотрев в глаза члену совета директоров.

– Расскажите, что конкретно пошло не по плану.

– Сложно сказать. Я могу описать лишь то, что видел. Причины мне неизвестны.

– Разве я просил вас доложить о причинах? – холодным тоном добавил он.

– В ночь перед датой, назначенной на начало операции, на цель было совершено покушение некой группой радикалов под названием «Свободный пояс». Цель в спешном порядке эвакуировали в загородный особняк. Но по счастливой случайности, одна из наших агентов по легенде как раз оказалась по соседству. Мы перенесли операцию на эту локацию. В ходе подготовки снова произошли изменения. Буквально за несколько часов до назначенного часа служба безопасности «Рудкоффа» усилила охрану периметра. Но в рамках нашего плана это было уже незначительное изменение. Операция прошла по плану, без каких-либо инцидентов.

– П-хах, – нервно усмехнулся гость. – Без инцидентов, говорите? А как вы объясните смерть члена попечительского совета из банка «Галактик Инвест»? Его тело было обнаружено на чердаке рядом с винтовкой, которую вы там оставили.

– Случайный свидетель. Он видел меня в тот момент, когда я выходил на позицию. Я не мог поступить иначе.

– Не мог⁈ – Незнакомец буквально взорвался. – Какого хрена это значит? Исаев, чему ты учишь этих щенков⁈ Он, видите ли, не мог! Кто мешал тебе, идиоту, просто вырубить его и связать⁈ Или что, это тоже могло повлиять на ход операции?

– Я не получал приказов оставлять свидетелей в живых, – спокойно ответил я. – В мою задачу входило устранение цели любой ценой.

– Идиоты, – выдохнул незнакомец. – Долбаные солдафоны.

Гость поднялся и принялся вышагивать по кабинету туда-сюда. На некоторое время повисла тяжёлая пауза. Я не понимал что происходит, как, впрочем, и моя команда. Михеев смотрел на нас с осуждением, а вот Исаев… На его лице почему-то блуждала добродушная ухмылка, и в его взгляде читалось полное удовлетворение нашей работой.

– В общем, так, Валентин Савельевич. Я хочу, чтобы вы исправили то, что натворили ваши люди.

– Простите, но некромантов в моём подчинении нет, – развёл руками полковник.

– Для вас это что, шутка? Вы понимаете, что ваш так называемый суперагент уничтожил мой главный актив прямо перед предстоящим голосованием⁈

– Я не понимаю, что вы хотите от меня? – развёл руками Исаев. – Убрать Гиреева было вашей инициативой. Я предупреждал, что в этой операции нет никакого смысла.

– При всём моём уважении, это не вам решать! – Гость снова перешёл на повышенные тона.

– Арсений Константинович, при всём моём уважении, никто не мог знать, что Семирядин станет случайным свидетелем. У наших агентов есть чёткие инструкции на подобные ситуации. Нашей вины здесь нет.

– Это мы ещё посмотрим, – фыркнул гость и нервной походкой покинул кабинет.

Исаев тяжело вздохнул, но улыбка на его лице стала ещё шире. Михеев всё так же смотрел в одну точку на столешнице, будто видел в этом месте ответы на все вопросы.

– Разрешите идти? – спросил я.

– Нет, – вместо полковника ответил Михеев и поднял на меня тяжёлый взгляд. – Вы хоть представляете, кто это был? – Он кивнул в сторону двери, намекая, о ком идёт речь.

– Какая-то шишка из совета директоров, – предположил я.

– Да, какая-то, – хмыкнул майор. – Это Перфильев, главный претендент на должность генерального директора «Заслона». И вы собственноручно убили его главный финансовый рычаг.

– Мы не могли знать…

– Не могли, – вставил своё слово Исаев, – всё верно. И вы поступили ровно так, как вас учили.

– Я не понимаю, Валентин Савельевич… – Майор покосился на начальника. – Что именно вас так забавляет? Вы ведь не хуже меня понимаете, какие это проблемы принесёт нашей программе?

– В случае, если Перфильев займёт кресло генерального, – хитро прищурился полковник. – Лично я, предпочёл бы не менять власть.

Михеев некоторое время молчал, глядя на полковника. Пару раз он словно пытался задать какой-то вопрос, но не решался. Затем, глубоко вздохнув, будто перед прыжком в воду, он всё же высказал то, что крутилось на языке у каждого из нас.

– Я вот одного не понимаю: откуда на Норд-Прайме взялись радикалы из «Свободного пояса»? Да так точно, в самый подходящий момент?

– Намекаешь на моё участие? – Исаев приподнял брови, а его улыбка стала ещё шире.

– Я ни на что не намекаю, – покачал головой майор. – Просто хочу предупредить, что мы лезем в игру не нашего уровня.

Я слушал их разговор, поочерёдно переводя взгляд с одного на другого. И тут до меня начал доходить весь смысл сказанного. Атака на Гиреева не была случайностью. Как и легенда Дашки, которую отправили на свадьбу, проходившую прямо по соседству с корпоративным бункером «Рудкоффа». И я совсем не удивлюсь, если этот самый Семирядин не случайно выглянул в коридор, как раз в тот момент, когда я выдвинулся на позицию. Но как удалось полковнику всё это рассчитать, было за пределами моего понимания.

– Что притихли, волчата? – Исаев переключил внимание на нас. – Я принимаю вашу работу. Ваше обучение завершено. Теперь вы полноценные агенты. Михеев, определи их место жительства, поставь на жалование. Всё, за работу, господа, у нас ещё очень много дел. Да, кстати, Горячев, для твоей команды есть очередное задание. Вводные получите на месте. С этого момента все прямые контакты с Монолитом прекращены. Дальнейшее общение только через связных.

– Разрешите идти? – Я подскочил с места.

– Свободны, – махнул рукой полковник, и мы покинули кабинет.

* * *

Я прекратил рассказ и, прикрыв глаза, откинулся на спинку кресла, намеренно демонстрируя усталость гостю. Всё это время моя команда усиленно работала, и теперь на мой визор один за другим прилетали отчёты.

Первый был от Мишки:

«Кость, я на месте. Тут такое дело… Обычная однушка на окраине, дешёвый район. Мебель есть, но такое чувство, что ей не пользовались. Холодильник пустой, даже не включён. В ванной нет ни зубной щётки, ни мыла, вообще ничего. Постель заправлена, но простыни жёсткие, новые, ни разу не стиранные, как будто на них не спали. На столах пыли нет, однако пахнет так, будто окна не открывали месяцами. Какой-то химией несёт, не пойму чем. И вот что странно: ни одной личной вещи. Вообще. Ни фотографий, ни писем, ни хлама в ящиках. Как будто здесь не живут, а просто ночуют раз в месяц, и то на полу. Или кто-то специально создал декорацию, но забыл добавить в неё человека. Передай Дашке, пусть энергопотребление по этой жилплощади за последний год пробьёт. Если здесь кто-то обитал, счётчик покажет. Если нет – мы имеем дело с призраком».

«Принял. Саня, что у тебя?»

«Куликов Вениамин – такая фамилия действительно существует. Журналист, специализируется на корпоративных расследованиях. В открытых источниках есть несколько его статей за последние три года. Две про нарушения трудового кодекса в колониях, и одна – про финансовые махинации в совете директоров 'Рудкоффа». Ничего сенсационного, но материал добротный, профессиональный.

Теперь плохие новости. Я запросил архивы журналистского реестра. Куликов Вениамин числится, но последняя аккредитация просрочена. И знаешь, что странно? Данные о его редакции. Официально он внештатник, но ни одно издание, с которым он якобы сотрудничал, не подтверждает его контракты. Редакторы его знают, статьи помнят, но договоров нет. Как будто кто-то подчистил базу.

И ещё: у Куликова нет биографии. Совсем. Я имею в виду, нет данных о том, где он родился, где учился, где работал до журналистики. Первое упоминание появляется три года назад, когда вышла его первая статья. До этого момента – пустота. Вот только для человека его возраста это невозможно. Либо он сменил имя и зачистил прошлое, либо Вениамин Куликов – это легенда, под которой работает кто-то другой. Я бы ставил на второе'.

«Даша, что у тебя? Удалось взломать его визор?»

'Кость, слушай внимательно! Этого Куликова отпускать нельзя, ни при каких обстоятельствах.

Я вскрыла его облако. Не спрашивай как… Если коротко, у него стояла военная кодировка, но с дырой в протоколе аутентификации. Такие используют в «Рудкоффе» для внутренней переписки среднего уровня. Уже интересно, да? Обычный журналист такую достать не мог. Значит, либо он сам оттуда, либо кто-то из «Рудкоффа» его снабдил.

Дальше содержимое: У него реально очень серьёзный компромат. Финансовые документы, внутренние приказы, пара слитых протоколов совета директоров. Причём не только на «Заслон», но на «Рудкофф» тоже. Если бы он это опубликовал, полыхнуло бы с обеих сторон. Но он всё это хранит. Зачем? Возможно, ждал чего-то конкретного. Или копил на большой материал. Пока не ясно.

Теперь самое поганое. Я нашла его переписку с источником. Тот, кто сливает ему данные, точно находится внутри Монолита. Я попыталась отследить прямой маршрут, но он использует многослойное шифрование и одноразовые адреса. Профессионально работает. И знаешь что? Очень похоже на то, чему нас учили.

Однако он допустил одну ошибку. В одном из писем крот упомянул деталь, которую не мог знать никто снаружи. Он описал расстановку постов и комнат в кадетском секторе. Не общую схему, а конкретные позиции, с номерами постов и временем смены. Такое знает только тот, кто сам там стоял, или тот, кто учился рядом с теми, кто стоит.

Я подняла даты. Первый контакт этого источника с Куликовым произошёл ровно в тот день, когда наша группа отправилась на первое задание. Источник уже тогда знал твой позывной. Знал, что Грех – это ты. Также в доносах присутствует твоё настоящее имя. Он знал, в каком ты взводе и кто твой командир. Такую информацию нельзя добыть извне. Только если ты сам был внутри. Видел тебя каждый день. Сидел с тобой в одной столовой, ходил по одним коридорам, слушал тех же инструкторов.

Кость, крот – кто-то из наших. Из тех, кто проходил обучение на одном потоке с нами. Я не знаю, кто именно. Но знаю, что он существует, и он до сих пор внутри системы'.

Я молчал. Куликов тоже сидел молча, глядя на меня. Он терпеливо ждал, когда я передохну и продолжу свой рассказ. А я боролся с желанием пустить ему пулю в лоб. Но сейчас для этого было слишком рано. Мы всё ещё не получили ответы на свои вопросы, и этот самый журналист оставался единственной ниточкой к кроту, который засел внутри системы.

Мы и так рисковали, заманивая Куликова в гости на разговор. И если он обладает такими источниками информации, удивительно, как до сих пор ещё не понял, что это моя команда подготовила нашу с ним встречу. Ладно, пока не время раскрывать карты, нужно продолжать копать.

«Работайте, – отправил я в общий чат. – Найдите мне то, за что можно зацепиться. Если он так шифруется, значит, ему есть что терять. Мне нужно его слабое место».