Текст книги "Изумрудная тропа фениксы (СИ)"

Автор книги: Людмила Вовченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 22.

Глава 22. Пламя над звёздами

Небесные палаты Сварога не имели стен. Они парили над бесконечной чёрной бездной, расшитой серебром звёзд и вспышками далёких галактик. Потолок представлял собой живую ткань времён: он менялся с каждым вдохом, показывая сцены из прошлых и будущих жизней.

В самом центре – трон, выточенный из чёрного обсидиана, полыхающий в центре солнечной кузни. На нём восседал сам Сварог – высокий, статный, с серебряной бородой, а в глазах отражались и восходы, и гибель миров. Его руки кутили не металл – судьбы.

Грохот молнии разорвал космос. В зал ворвался Перун. Волосы цвета стали развевались в вихре бури, а за его спиной вздымались облака и грозы. В каждой руке он сжимал сверкающее копьё, от которого дрожала сама ткань реальности.

– Ты позволил?! – рявкнул он. – Ты знал об этом и ничего не сделал?

Следом, словно дуновение весны, появилась Лада. Цветы распускались в её след, волосы струились золотом по плечам, а взгляд был решительным.

– Я действовала, когда вы молчали, – сказала она. – Фениксы вымирают. Роду радужного пламени грозило исчезновение. Я нашла душу. Она откликнулась. Я не украла – я спасла.

– Из другого мира! Без Совета! – ярился Перун. – Это против воли Сварога!

Сварог наконец поднял взгляд. Его голос был тяжёл, как удар молота:

– Вы оба переступили границу.Лада, ты вмешалась, не посоветовавшись.Перун, ты вложил пророчество, не указав пути.Теперь мы пожинаем огонь.

Он поднялся, и от его шага осыпались искры, взметнувшиеся в небытие.

– Лада, на один небесный круг – один год – ты лишена права наблюдать за Раисой. Ты сможешь лишь участвовать в ритуале союза, чтобы благословить их союз, не более. Это – наказание и милость. Ты согласна?

– Согласна, – тихо сказала богиня, склоняя голову.

Перун отвернулся, стиснув зубы:

– Нельзя смешивать род радужного феникса и изумрудного. В этом мире так не было! Это нарушит равновесие стихий!

– Не было? – Лада усмехнулась, как весна, возвращающаяся назло зиме. – Так пусть станет. Она – душа, что назвала свой род. Она не из этого мира. Её огонь – радуга, вспыхнувшая в пепле.

– Это всего лишь легенды. Радужный род – сказки.

– И что? – голос Лады стал мягким, почти шёпотом. – Разве не ты однажды сказал: «Сила богов – в том, чтобы сделать легенду явью»?

Сварог опустил руки в пламя своей кузни и выковал символ. Кольцо, сплетённое из света и пепла, в котором сияли три нити – огненно-радужная, изумрудная и тень звёздного серебра.

– Это будет печать нового союза. Это знак, что союз трёх сердец не нарушает пророчество, а исполняет его. Огонь прошлого, пепел настоящего и свет будущего – едины.

– Пророчество... – выдохнул Перун.

Сварог взглянул в ткани времён, и его голос стал эхом древнего знания:

«Когда чужая душа обретёт пламя среди погибших,и два сердца станут одним огнём,и третий – под покровом древней формы —тогда забудется раздор,и возродится род, давно канувший в тень.Из искры разгорится заря нового пламени —и станет пепел началом жизни...»

Перун молча кивнул. Его гнев улегся, как ураган, исчерпавший силу.

– Ты создал лазейку, Сварог. Если так – мы больше не враги. Только знай: если она откажется, всё погибнет.

– Она не откажется, – твёрдо сказала Лада. – Она уже выбрала их.

Сварог протянул символ, и тот исчез – отправившись к Раисе, как зов судьбы.

А Лада, уходя, остановилась у порога небес и обернулась:

– Она станет Праматерью Обновления. И знаете, почему? Потому что мы позволили. А значит – не она нарушила правила. Мы их изменили.

Глава 23.

Глава 23. Три огня и один выбор

Когда небо над лагерем прорезал серебряный метеор, оставляя в воздухе сладковатый запах раскалённого воздуха, Раиса сразу поняла – что-то изменилось.

Земля под ногами задрожала на мгновение, будто кто-то провёл по ней ладонью, успокаивая. А в глубине души Раисы – там, где когда-то был страх и сомнение – вспыхнул огонь, но не тот, что жжёт. Тот, что зовёт.

Она подняла голову. Из зарослей показался Ильер, следом – Бой, с привычно хмурым, но сейчас подозрительно задумчивым видом. За ними шёл домовой, возмущённо покряхтывая:

– Ну-ну-ну! Сколько раз объяснять?! Фениксы не ревнуют! У них бывает двое, трое мужей – и никто не ссорится, все ритуально обраслечены и довольны! А вы тут как коты под забором!

Бой бросил косой взгляд на Ильера:

– То-то я смотрю, этот косоглазый уже улыбается, как будто брачный обряд прошёл.

– Завидуешь, глыба, – хмыкнул Ильер. – Я-то хоть цветы дарю, а ты ей только мох оттираешь с камней.

– Это был лечебный мох! – взорвался Бой, и домовой замахал руками:

– Хватит! Вас сейчас не Раиса, а Сварог покарает, если не угомонитесь.А ну-ка, на колени! К богам с мольбою! Браслеты-то вы где потеряли, брачные?

Оба мужчины переглянулись. Глаза – в пол.

– Утеряны, – пробурчал Бой.

– С боем сняли, – пожал плечами Ильер. – Рабство, корабли, цепи… не до браслетов было.

– А теперь? – домовой прикрыл глаза. – А теперь, чтобы обраслетить, вам нужно не просто железо – вам нужно благословение.

Он ударил палкой по земле. Взметнулось пламя – синее, изумрудное и переливчатое, как крыло райской птицы.

Над костром зависли три кольца света, скрученные в знак: огонь, перо и звезда.

– Это боги ответили, – прошептал домовой.

В этот момент Раиса вышла к ним. Её глаза светились изнутри. На запястьях – блестели браслеты, которые в следующую секунду вспыхнули светом и исчезли, оставив на коже узоры, словно выжженные древним языком. Татуировки браслетов, из переливов золота и бирюзы, теперь стали частью её.

– Она приняла нас... – выдохнул Ильер.

– ...И благословлена богами, – добавил Бой, медленно склоняясь на одно колено.

Раиса шагнула вперёд, глядя на них обоих. Её голос был спокоен, но в нём звучала сила:

– Хватит ругаться. Я не вещь, не трофей. Я огонь, и вы оба – мои крылья.Если кто-то будет третьим – это будет моё решение.Но сейчас... – она протянула им руки, на которых сияли татуированные браслеты, – сейчас вы оба – мой выбор.

Домовой смахнул слезу, притворно хрюкнув:

– Охомутала... ой, то есть... обраслетила. Ну, и слава богам!

Где-то в небе сверкнул гром, и тонкий женский голос, почти неуловимый, прошептал в ветре:

– Ты не одна. Я с тобой. До ритуала – я буду рядом...

Раиса обернулась. На мгновение ей показалось, что среди пламени мелькнул лик прекрасной женщины, вся из света и цветов. Лада.

Но следующее мгновение она исчезла, оставив только тепло в груди.

Глава 24.

Глава 24. Сон и пророчество

Той ночью Раиса спала крепко, как давно уже не спала. Но сон её был странен: будто реальность дрожала, как отражение в воде, а голос внутри звал её по имени.

Она очутилась в саду, где небо переливалось всеми цветами радуги, а воздух был наполнен ароматами цветущих деревьев. Среди ветвей порхали огненные птицы – фениксы, но ни один не был похож на другого. У одного крылья сияли синим, у другого – золотом, у третьего – всеми оттенками сразу.

На каменной скамье под цветущим деревом сидела женщина в платье из света, с волосами, в которых играли переливы зари. Это была Лада – богиня любви, рода и душевного тепла.

– Привет, солнышко, – улыбнулась она и похлопала рядом. – Присаживайся, поговорим по-женски.

Раиса опустилась рядом, чувствуя странный покой, будто находилась в объятиях матери, сестры и самой весны одновременно.

– Это… это всё ты сделала? – прошептала она. – Мой приход в этот мир?

Лада кивнула, не отводя взгляда.

– Да. Не должна была. Но я мечтала... о Легенде. О роде, которого никогда не было.Радужные фениксы – сказка, которую рассказывали детям. Но я подумала: почему бы не сделать сказку былью?

Она подмигнула, прижав палец к губам:

– Только никому из богов не говори, что не одна ты такая. Ещё парочка «радужных» уже родились. Потихоньку, по капельке, создаём. А ты – первая, и самая сильная.Ты не просто пришла – ты потянула за собой род. Даже не осознала, как уже притянула одного. Он ведь изумрудный, да… но с искрой радужной магии внутри. Его душа узнала тебя.

Раиса хотела что-то сказать, но Лада прижала её ладонь к груди:

– Не бойся. Ты не обязана искать радужных. Они сами найдут тебя.Таков закон: подобное зовёт подобное. Ты – Жила Рода. Свет. Магнит. И ты не одна.Но… – её голос стал чуть грустнее, – меня наказали.Сварог запретил мне выходить с тобой на связь на год. Только в ритуале я смогу появиться, чтобы благословить союз.

Она сжала ладонь Раисы в своей и шепнула:

– Но я буду следить. Везде. Всегда. Даже когда ты не видишь меня.

Раиса кивнула, и сердце её наполнилось уверенностью.

В это же время, в глубине лагеря, Бой и Ильер смотрели в огонь. Им снился один и тот же сон: древнее поле, небеса, разрываемые молниями, и голос – мощный, как шторм, мудрый, как сама вечность.

Это был Перун.

– Пророчество моё свершилось. Но вам предстоит пройти три круга, чтобы род возродился...

– Первый – союз с Жилой Рода. Через огонь и клятву свершится узел судьбы.

– Второй – пробуждение крови. Среди вас есть тот, кто ещё не знает себя. В нём спит магия Радуги.

– Третий – принятие. Легенда станет былью только если род примет себя и станет единым. Без зависти. Без страха. С любовью и силой.

– Так заповедано. Так будет. Свершайте – и Я не стану препятствием.

И с этими словами молнии утихли. Их место занял восход.

–

Утром, когда Раиса проснулась, её щека была влажной – как будто кто-то поцеловал её на прощание. На коже остался след – еле заметный, сияющий лепесток. Лада была с ней.

– Началось, – прошептала Раиса, глядя в горизонт.

И сердце её знало: первый круг – уже пройден.

Глава 25.

Глава 25. Круги судьбы

Проснувшись с первыми лучами рассвета, Раиса почувствовала странную лёгкость. Казалось, сама земля под ней стала мягче, а воздух – гуще и ароматнее. Лагерь ещё дремал, но в центре его – прямо над Истоком – плясали тонкие нити света.

– Кто-нибудь тоже видит радугу… вверх ногами? – сонно пробормотала Ильер, вылезая из палатки с лицом, ещё не решившим, проснулось ли оно полностью.

– Либо у нас завтрак из грибов, либо у богов хорошее настроение, – хмыкнул Бой, подтягиваясь с ленцой.

– Надеюсь, это не твой способ объяснить, почему ты вчера снова забыл воду выключить в умывальнике. – Ильер ткнула его пальцем в грудь, но тут же прищурилась, всматриваясь в воздух. – Подожди-ка… это не радуга. Это… кристаллы света?

Нити, словно живые, сплетались, создавая арку над Истоком. Пульсация шла от самой земли, из глубины, где родился новый магический узел – объединение трёх стихий: огня феникса, энергии воды Истока и сияния неведомой силы.

Раиса вышла к арке, не чувствуя страха. В глазах её светилось то же, что и в небе. С ней рядом остановились Бой и Ильер.

– Ну что, выкупаем судьбу? – усмехнулась она, подмигивая обоим.

Арка раскрылась, и из света, шагнув мягко, как лепесток на воду, явилась Лада. На ней было платье, сотканное из утреннего тумана и первых солнечных лучей. Глаза – как озёра, в которых тонуло небо.

– Я пришла, пока мне позволено, – тихо произнесла она. – Чтобы благословить то, что должно свершиться.

Она положила руки на плечи Раисы и Боя, затем – на Ильера. Лёгкий свет сошёл с её пальцев, коснувшись их браслетов. И те – вспыхнули, превратившись в тонкие, сияющие татуировки: символы рода, огня и радуги, сплетённые в один узор.

– Отныне не просто союз, – прошептала Лада. – А зачатие рода. Радужного. Пророчество… исполняется.

И она, оглянувшись на небо, добавила чуть виновато:

– Сварог не в восторге. Перун спорит. А я… я верю. Простите, что оставлю вас. Мне запретили вмешиваться. Но я буду рядом. Всегда.

Она исчезла так же мягко, как и пришла. А следом – вспышка молнии, и небеса содрогнулись.

На дальнем краю лагеря раздался грохот – из разрушенного корабля-аукциона вырвался силуэт. Тонкий, высокий, с плащом из теней. Один из работорговцев, уцелевший маг. Он протянул руки, шепча заклятие на древнем языке.

– И вот тебе праздничный торт, – фыркнула Ильер, выхватывая клинок. – Сюрприз с привкусом гадости.

Бой не стал ждать – рванул вперёд, активируя свой браслет. Сила, пробудившаяся в нём, смешивала пламя и нечто переливчатое, как нефрит в луже звезд. Маг вздрогнул – его щит треснул от удара, усиленного… радужной магией.

– Он… он светится! – воскликнула Раиса. – Бой, ты...

– Ага, поздравьте меня, я теперь разноцветный. Как павлин на стимуляторах, – пробормотал он, вырубая врага. – Чую, мне теперь мантии шить из шёлка и преподавать в какой-нибудь Школе Чудес. Твоей, например.

– Школа будет. И ты в ней – старший по огнеопасности, – хохотнула Раиса.

Когда пыль улеглась, небо снова засияло. Прямо над лагерем, между облаками, появился огромный силуэт феникса – переливчатого, как само небо после дождя. Он пронёсся над головами, оставив за собой всплеск энергии, и Раиса вдруг ощутила тепло… и лёгкую тоску.

– Он ищет меня? – прошептала она.

– Нет. – Голос Боя был уверен. – Он откликнулся на тебя. Как и я.

Ильер улыбнулась, отступив на шаг, давая им пространство.

– Значит, пророчество началось. Что дальше? – спросила она, озираясь на лагерь, где свет уже вплетался в узоры повседневности.

Раиса подняла взгляд к небу, где исчезал последний свет феникса.

– А дальше… мы станем Легендой.

И откуда-то, будто шёпотом ветра, донеслось:

"…Легенда станет былью, если род примет себя. Без страха. С любовью и силой…"

Глава 26.

Глава 26. Испытание Легенды

Ветер стих. Впервые за долгое время ночь на новой планете была почти безмолвной. Раиса спала неспокойно – под веками у неё плясал свет, переливающийся всеми цветами радуги.

Во сне она очутилась в храме, построенном из огня и света. Воздух дрожал от магии. Перед ней стояли трое – Сварог в огненном плаще, Перун с молнией в глазах и Лада, окутанная сияющей вуалью из цветущих трав и капель росы. Они спорили.

– Ты нарушила круг перерождений, Лада, – голос Сварога звучал, как гул кузнечного молота. – Ты вытащила душу из чужого мира без совета с нами.

– Но ведь ты сам создал этот мир! – возразила Лада, высоко вскинув голову. – И ты позволил роду фениксов почти исчезнуть! Разве не ты завещал нам беречь огонь жизни?

– Это был не твой выбор! – взревел Перун. – Ты смешала два рода, Радужный и Изумрудный. Ты знаешь, чем это грозит. Их дети могут не унаследовать ничего…

– Или всё сразу, – шепнула Лада и повернулась к Раисе. – Но она выбрала. Она откликнулась на зов. Это её огонь – и её путь.

Сварог стиснул кулаки, но медленно выдохнул:

– Ты не выйдешь на связь с ней в течение года. Но тебе позволено благословить союз. А пророчество… я подумаю, как его переписать.

Перун вздохнул и пробормотал:

– Всё равно это моя вина. Я сам заложил это проклятое пророчество…

И храм исчез. Раиса очнулась в своей постели, с мокрыми от слёз глазами.

–

Утро встретило её незнакомыми запахами. Баюн и Арвен тащили мешок с каким-то древним пергаментом и кристаллами.

– Мы нашли записи про испытания фениксов! – торжественно воскликнул Баюн. – Ильвар чуть лапу не сломал, пока лазил в пещере.

Ильвар фыркнул:

– Я пытался быть героем. А этот рыжий мошенник хотел съесть светящийся мох, потому что думал, что это сыр.

– Это был СЫРНЫЙ мох, – оскорблённо произнёс Баюн. – Так вот, Раечка, вы – радужный феникс. Вам положено пройти Испытание Света.

Раиса усмехнулась:

– А что, если я не пройду?

– Не беспокойся, – раздался за спиной голос Ардена. Маг стоял, как всегда безупречно красивый: длинные светлые волосы падали на плечи, глаза сияли холодным небом, а мантия отливала жемчугом. – Я уже подготовил защиту. Даже если ты упадёшь – мы поднимем тебя.

Ильвар зашипел. Баюн сощурился. Они переглянулись.

– Новый план: срочно найти брачные браслеты, – прошипел Баюн.

– Мы же их потеряли! – взвыл Ильвар.

– Значит, идём молиться Сварогу, – угрюмо сказал Арвен. – Лучше молиться, чем потерять её этому гладиатору магии.

Баюн театрально перекрестился лапой:

– И пусть нас ведёт брачная магия, браслетная судьба и кулинарные подвиги.

–

Позже, когда Раиса стояла на вершине скалы, окружённая стихиями, и перед ней разверзся небесный круг из огня, воды, ветра и света – она поняла: это не сон. Испытание началось. Радужный феникс внутри неё просыпался.

Её пламя взвилось, не красное и не золотое – оно переливалось всеми цветами: синим, зелёным, розовым, фиолетовым. Это был танец легенды, которая решила стать былью.

И где-то, очень далеко, Лада улыбалась и шептала:

– Радужные притягивают друг друга сами. И пусть одна легенда уже пробудилась… ещё несколько ждут своего часа.

И пусть меня не будет рядом, Раечка… я всегда буду рядом. Просто тише.

В глазах Раисы на миг отразилось небо. А в её груди пульсировал зов: свет, ритм, пламя. И имя, которое теперь было больше, чем имя – Радужный Род.

Глава 27.

Глава 27. Испытание Радужного Пламени

Сквозь туманный рассвет поселения пронеслась волна невидимого напряжения. Раиса, проснувшись от тревожного жара в груди, медленно поднялась с ложа. Воздух казался плотным, словно ткань мира натянулась, вибрируя от чего-то грядущего. В груди пульсировало – не сердце, а зов.

– Ну вот, опять тебе неспокойно, – зевнул кот Баюн, вывалившись из своей шкуряной норы и небрежно лизнув лапу. – Это либо прорыв магии, либо тебе наконец-то подарят тёплые тапки с рюшами. Надеюсь, второе.

Раиса кивнула коту, но на губах уже играла полуулыбка. Она чувствовала, как в её жилах вновь зашевелилось радужное пламя, откликаясь на древний зов – зов рода, которого до неё в этом мире попросту не было.

Снаружи её уже ждали. Ильвар, напряжённый и сосредоточенный, сдержанно кивнул. Арвен, напротив, фыркнул и уронил на землю ожерелье из трав – якобы оберег, который «обязательно поможет, если ты вдруг забудешь, кто ты». Домовой, пыхтя, подкладывал угощения в сумку Раисы: блины, варенье, сушёных мухоморов (для настроения) и почему-то банку с огурцами.

– Испытание Радужного Рода, – произнёс Ильвар. – Это то, что ты должна пройти. Только тогда пророчество Перуна свершится.

– Слава Сварогу, хоть не прыгать через горящие кусты, – проворчал Баюн. – А то у меня шерсть не огнеупорная.

Они вышли на каменную равнину за пределами поселения. Там, среди древних валунов, выстроился круг из хрустального кварца, переливающегося всеми цветами радуги. Легкий ветер трепал волосы Раисы, и она чувствовала, как огонь в ней пробуждается… нет, оживает.

С неба донёсся гул. Словно небеса сами наблюдали. Молния разрезала облака, и в воздухе возникли три силуэта: огонь, вода и воздух, заключённые в фигуры животных. Лев с пламенной гривой, водяная змея с лунными глазами, и орёл из чистого ветра. Испытание началось.

Раиса шагнула в круг – и почувствовала, как её тело начинает дрожать. Сначала лёгкое жжение в груди, потом яркая вспышка за глазами – и она уже не человек. Она – птица, переливающаяся всеми цветами радуги. Огонь её крыльев не сжигал, а согревал. Под лапами расцветала трава.

– Феникс, – прошептал Ильвар, – радужный феникс. Род-легенда ожил…

Но с небес спустилась ещё одна фигура. Мужская, окутанная ледяным пламенем. В нём чувствовалась магия воды, воздуха и… тайна. Это был ещё один феникс, но из другого рода. И Раиса почувствовала отклик. Не как к возлюбленному, а как к звенящей ноте в её собственной песне.

Арвен мгновенно напрягся. Уши прижались к голове, взгляд стал колючим.

– А вот и второй жених пожаловал, – съязвил Баюн, потирая лапки. – Осталось только шутом поселения его сделать. Или гусляром. Ну хоть не дураком.

Домовой застонал: – Да объясняю вам: по традициям рода фениксов можно максимум двое! Или у вас бабы в голове, а не браслеты!

– А у нас браслетов нет! – рявкнули в унисон Ильвар и Арвен.

– Так сходите к Сварогу, может, даст! – отмахнулся кот. – Или хоть к Ладе, она там сидит под арестом, но советы раздаёт исправно.

Раиса, стоявшая в центре круга, наконец расправила крылья. С неба посыпались искры, ветер поднялся с новой силой. И в воздухе зазвучал голос, глубокий и мужской:

– Рожденная в пламени, ты – начало нового рода. Радуга не знает границ. Прими тех, кто зовётся тебе по зову души. Сердце – твой компас. Любовь – твой огонь. Верь себе.

Это было пророчество. Прямо с небес.

Раиса медленно опустилась на землю. За ней с трепетом наблюдали оба её феникса. И оба знали: испытание началось не сейчас, оно только начинается.

Глава 28.

Глава 28. Радужные Зовут. Тайное Признание и Тень Древнего Врага

Ночь была тиха, но в воздухе витала странная дрожь, как будто само пространство затаило дыхание. Раиса спала неспокойно, и когда лунный свет скользнул по её щеке, она увидела сон.

Она стояла в саду – дивном, цветущем, неведомом. Цветы пели, их лепестки искрились как капли росы, а в небе висела радуга, не исчезающая, живая. Из её середины спустилась женщина – богиня. Лада. Но не такая, какой Раиса её видела раньше: в этот раз она была серьёзна, с усталостью в светлых глазах.

– Здравствуй, Раиса. Или, как тебя называет судьба – Живая Песня. Я пришла попрощаться… на время.

– Что?.. – растерялась Раиса.

– Меня наказали. Сварог, – с тенью улыбки призналась богиня. – Я вмешалась без разрешения, привела душу из другого мира, дала жизнь новому роду... Но я не жалею. Радужный род – он будет. Ты – его начало.

Раиса попыталась заговорить, но Лада коснулась её губ.

– Тсс. Послушай. Ты уже пробудила одного – Ильвара. Он изумрудный, но с радужным откликом. Он твой. Арвен – другой. В нём сила горячая, но дикая. Он должен пройти испытание. А ещё трое пробудились. Они сами тебя найдут. Не ищи их – радужные сами тянутся к своему огню.

Она коснулась груди Раисы, и в руке той появилось светящееся перышко.

– Пусть оно будет напоминанием. Я не смогу говорить с тобой год, но я буду рядом. Всегда.

Лада исчезла в радуге, оставив за собой аромат цветущей яблони.

...

Наутро Раиса проснулась с перышком в руке. Оно не исчезло. Оно пульсировало, как сердце. Арвен смотрел на неё настороженно, Ильвар – с лёгкой улыбкой. Баюн прищурился:

– Ну, началось...

...

В тот день трое пришли сами. Юный дроу, которого спасли с аукциона. Ребёнок-лис с разноцветными глазами. И молчаливый оборотень, всегда сторонившийся всех. В их глазах было узнавание. Они преклонили колени перед Раисой, и воздух вокруг окрасился лёгким светом радуги.

– Живая Песня, – произнёс дроу. – Мы чувствуем Зов. Мы ваши.

Раиса растерялась.

– Нет-нет, я никому не хозяйка...

Но Ильвар мягко поддержал её за плечи:

– Просто прими. Это не подчинение. Это – родство.

...

В ту же ночь магические защитные круги поселения дрогнули. Камни на границе почернели. Баюн встал дыбом и заворчал:

– Кто-то древний проснулся. Кто-то, кто помнит, как жёг радужных. Кто-то, кто охотился на них. Мы теперь пахнем как пир на крови.

Арвен проснулся с криком. Ему снился кошмар: фениксы горели в небе, а их крик был похож на детский плач. Он смотрел на Раису как на единственный якорь реальности.

...

Чтобы отвлечься, Ильвар и Арвен устроили между собой негласное соревнование. Один принёс Раисе ожерелье из звёздной пыли. Второй – магическую рыбу, что меняет вкус по эмоциям.

Баюн тихо пробурчал:

– Хозяйка, ты только не пылай сразу на троих, а то мне хвост сгорит от смущения.

Раиса засмеялась. Смех прозвучал как новая нота в песне мира.

...

Но где-то в глубине земли древний глаз открылся. Он помнил радугу. Он её ненавидел.