Текст книги "Рождён среди однажды умерших (СИ)"
Автор книги: Луи Круш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)
– Попадая в лёгкие, пыльца и аромат атакуют твою душу изнутри. Прислушайся к своим ощущениям и постарайся её прочувствовать.
Услышав сказанное, Лука не стал сразу же действовать совету, вместо этого схватив край простыни, в которую он был укутан, закрыв ею рот и нос. Теперь ему стало значительно проще противостоять сонливости, однако на этом он не остановился, сложив ткань пополам. Дышать было сложнее, но это показалось парню лишь малой платой за непосильную помощь, которую он получил.
Видя это, Касьян одобрительно кивнув, посчитав, что Лука не настолько уж и беспросветно глуп. Он оставил подростка, так как пора было покушать. Касьян бы с радостью отведал кабанчика, да вот не рискнул попытаться набрать хвороста даже с помощью телекинеза. Кто его знает, может родитель так взбесился, что забудет дышать и рванёт на него со всей дури. Ну а Лука пусть и дальше мается своими делами.
Пока Касьян поедал запасы, подросток то и дело отвлекался от кабана на него. Желудок Луки урчал на всю округу, а после ему начали аккомпанировать поросята, и даже здоровому кабану стало как-то не по себе. Последнему терпеть голод давалось тяжелее остальных, так как его желудок уже давно был насухо прочищен. Все кабаны начали с печалью в глазах пощипывать травку, чтобы хоть как-то унять сосущее чувство.
Плотно покушав, Касьян нарочито громко отрыгнул и, игнорируя грозное хрюканье, посмотрел на Луку, который так и не решился попросить еды. Сжалившись и похвалив выдержку парня, он оставил парочку продуктов перед ним.
– Спасибо, – пробубнил подросток сквозь слои ткани.
Чтобы выразить свою благодарность, Лука посмотрел на Касьяна, только сейчас приметив лёгкое золотое свечение от его ноздрей. Быстро сложив всё в уме, он остался шокирован, ибо изначально думал, что последнему просто нипочём снотворный эффект цветов, а тот вон как хитрил.
Но Касьян не стал обращать на это внимание, оставив подростка наедине со своими мыслями. Вытащив пару стеклянных пузырьков из сумки, он отправился на очередной обход макового поля. В первый раз парень пометил, что изредка здесь встречается Красный Дурман, лепестки которого уже опали, и на их месте сформировалась зелёная коробочка с семенами.
Именно они и интересовали Касьяна. Парень просто неспешно бродил по полю, выискивая среди цветов зелёные коробочки. Находя одну, он делал на ней надрез ногтем и собирал вытекающий млечный сок. Коробочки встречались редко, потому Касьян потратил несколько часов, тщательно обследуя каждый участок, чтобы насобирать три склянки по пятьдесят миллилитров. Он бы и рад был продолжить сбор, однако банально кончилась тара, потому оказался вынужден вернуться к Луке.
Спрятав пузырьки обратно в сумку, Касьян сел на землю и посмотрел на гаснущее солнце. Он думал о своём плане побега, но не был уверен, что тот сработает, ибо не знал, насколько кабан окажется чувствительным к ауре. Но других идей пока что не было, потому и думать о подобном не имело смысла. В любом случае, необходимо дождаться ночи, а там всё станет ясно.
Оставшееся время Касьян с радостью потратил бы на медитацию среди цветов Красного Дурмана, однако в таком случае всё его внимание будет отдано поиску просветления, а подставляться под удар не входило в его планы. Малость полетав в облаках, он снова оглянулся на тужащегося из всех сил Луку. Делать было нечего, потому он решил подсобить подростку:
– Попроси систему усилить твою душу.
Более не давая поясняющих комментариев, Касьян со скуки решил понаблюдать за Лукой, который так ничего и не ответил, считая, что отчётливо донёс ему свою позицию ранее. Повисла неловкая тишина. Так они и продолжали смотреть друг на друга, пока Касьян, недовольный тем, что Луке вечно всё приходится разжёвывать, добавил:
– Ты правда не можешь сопоставить моё предложение со своей нынешней ситуацией? – увидев, как Лука беспомощно покачал головой, Касьян продолжил. – Твоя душа будет увеличена в два раза. Она станет больше. Это отличная возможность, чтобы прочувствовать её.
Словно молнией ударенный, Лука наконец-то всё понял. Для человека, прожившего в мире без магии, даже телекинез казался чем-то выходящим за грань. Он ещё не представлял, что для смертного, прожившего в мире с магией, такая возможность кажется в сто крат слаще.
Это было тем, от чего Лука не хотел отказываться. А учитывая то, что он уже несколько часов, изнеможённый, пытается освоить его, делало цену значительно ниже. Лука для себя всё решил и был не готов сворачивать назад.
Помня слова Касьяна по поводу цены за усиление на одну смертную душу, Лука открыл панель системы, дабы запомнить количество Благодетели в надежде утереть нос компаньону за то, что тот его так сильно недооценивает.
[Благодетель: 258
Грех: 537]
Выпучив глаза на своё количество очков Греха, уже в который раз нарисовавшихся из ниоткуда, Лука постарался забыть о том, что увидел, дабы не портить себе настроение перед столь ответственным моментом. Собравшись с мыслями, он больше не медлил и попросил систему усиление на одну смертную душу.
Но ничего не произошло. Вернее, так изначально подумал Лука, но, проверив свои очки Благодетели, убедился, что их количество уменьшилось на 114. Значит, что-то да произошло.
И Лука был уверен, что всё-таки он что-то чувствовал, просто упустил этот момент, рассчитывая на совершенно иной эффект от усиления через систему. Подросток считал, что это, как минимум, должно было доставить ему значительный дискомфорт, а на самом деле всё было даже чересчур просто.
Поняв свою оплошность, Лука сразу же попросил о втором усилении. Как бы ему не хотелось тратить заработанные потом и кровью очки Благодетели, однако, будучи уже так близко к истине, он попросту не мог остановиться. Если он не попробует ещё раз, то первая попытка окажется не более чем пустой тратой.
Не желая такого исхода, Лука усилил свою душу, внимательно прислушиваясь к внутренним ощущениям. Казалось, словно мурашки пробежались под кожей, разнося лёгкое тепло, которое почти сразу же улетучилось.
Это было приятное мимолётное чувство, тем не менее, будучи готовым, Лука смог за него ухватиться. Подталкиваемый непрекращающимися атаками пыльцы Красного Дурмана, с каждым мгновением он на шаг приближался к искомому. И постоянно ему казалось, что следующий будет последним.
Но сколько Лука не пытался – всё без толку. Словно он топчется на месте, а тот самый последний шаг проходил через непреодолимую стену. И парень даже понятия не имел, с чем он борется.
Отвлёкшись от бесцельных попыток, Лука решил уделить время, чтобы обдумать свою проблему, даже не смотря на то, что мог успеть позабыть ощущения от усиления души. А на ещё одну смертную душу очков Благодетели ему больше не хватит.
Проведя несколько минут в раздумьях, Лука понял свою проблему. Он попросту не знает, что ищет. Касьян ему, конечно же, сказал, что тот должен ощутить душу. Но для Луки душа была не более чем словом с религиозным подтекстом. Он не осознавал, что это такое.
– Не забывай пытаться двигать фантомной рукой, – напомнил Касьян.
Глядя на задумчивого Луку, он примерно понимал, с какой проблемой тот столкнулся. Однако его душа уже была пробуждена, так что парню нет смысла пытаться познать её. Он может действовать и от обратного, потому Касьян считал, что с его подсказкой у того должно быть достаточно условий для освоения телекинеза.
Понаблюдав ещё некоторое время за Лукой, ему это окончательно наскучило. Касьян начал озираться по сторонам, пока его взгляд не остановился на фигурке Обжоры. Сразу же в его голове проскочила идея, и он покорил себя за то, что не проверил её раньше.
Взяв статуэтку в руки, Касьян скормил ей один цветок Красного Дурмана. Обжора всосал его в себя, как макаронину, но сколько бы парень потом не тряс фигурку, тот даже не пытался тужиться. В итоге Касьян скормил статуэтке целый сноп цветов, и только после она соизволила выдавить из себя малюсенький кристалл золотого цвета.
Взяв камень в руку, парень внимательно изучил его и поглотил. Сразу же дала о себе знать основная проблема навыка Олицетворения Чревоугодия. Он не подбирал Касьяну подходящую духовную энергию, а лишь выделял нити, которые дублировались с душой парня.
Это была действительно проблема. Получается, что навык полезен лишь для ускоренного набора силы души, а вот по-настоящему развивать душу пользователя он не способен.
Душу можно было представить библиотекой, хранящей в себе все знания владельца в виде духовных нитей. Обучаясь, маг кладёт на её полочки новые книги, статьи и записки. Качество души равносильно разнообразию литературы, а вот сила – банальному весу её содержимого.
Навык Олицетворения Чревоугодия просто составляет каталог имеющихся книг в библиотеке пользователя и выискивает их среди того, что ему скормят. По сути, таким образом можно запросто скопить огромное количество дублирующейся литературы, но вот её разнообразие никак не увеличить.
Эффект был сродни улучшению души с помощью системы. Именно из этого и вытекало презрительное отношение Касьяна к реинкарнаторам. Теперь же он и сам прибегнул к схожему методу.
Для Касьяна данный аспект навыка Олицетворения Чревоугодия был критичен, так как, например, от Красного Дурмана он хотел получить знания об усыплении жертвы, а подобный способ напрочь лишал его этой возможности. Однако освоить что-то новое можно было в любое время, если оно у тебя будет. И грубая сила могла подсобить с этим, потому Касьян не собирался отказываться.
Всё-таки по-другому оно работать и не может, ведь никто не знает душу человека лучше его самого. А если бы навык Олицетворения Чревоугодия делал больше, скорее всего, он бы вредил практику, наводняя душу сводящими с пути знаниями. Одним словом, жаловаться Касьяну не на что.
Так и коротая время, он продолжал кормить Обжору цветами, пока окончательно не стемнело. К этому моменту вокруг него в радиусе пятнадцати метров, кроме торчащих из земли черенков, ничего не осталось. Получив духовный кристалл размером с фалангу пальца, Касьян с печалью посмотрел на оставшиеся цветы Красного Дурмана, переработать которые у него попросту не было возможности.
Согнав тоску, он последний раз мысленно пробежался по этапам плана, после чего собирался окликнуть Луку, дабы тот заканчивал с практикой. И только Касьян заговорил, как подросток сам подорвался с места, радостно вопя на всю округу:
– Получилось! Охуеть! – на лице Луки то и дело менялись местами эмоции шока и радости. – Я волшебник!
Услышав такой ор, не только Касьян, но и десятиметровый кабан косо посмотрел на подростка. Да даже поросята раздражённо захрюкали, ведь некоторые из них уже почти задремали, а Лука, такой гад, нарушил их покой.
Подросток понял, что кричать было излишне и даже готов был принять порицания от Касьяна. Но то, что его отругают даже свиньи, он ожидать ну никак не мог. Смущаясь, Лука посмотрел на свою телекинетическую руку, но ничего там не увидев, снова прокричал:
– А? Что? Где она?!
Глубоко вздохнув, Касьян сменил своё место, сев по-турецки недалеко от участка, где припрятал двоих новичков, напрочь игнорируя жалостливые взгляды подростка. Лука действительно поражал его, выдавая с завидной периодичностью несусветную чушь и редко что-то стоящее.
И сейчас был второй вариант, ибо Касьян успел почувствовать то, что парень действительно использовал телекинез. Эманации оказались слабыми и хаотичными, но иного ожидать от новичка не стоило, так что Лука целиком и полностью достиг своей цели.
– Ты так обрадовался, что потерял контроль над душой, – дал наставление Касьян. – И до сих пор так рад, что не в состоянии сконцентрироваться.
– Мне постоянно придётся концентрироваться, чтобы использовать телекинез? – сей факт мигом вернул Луку с небес на землю, отчего парень малость поник. – Я помню, что и у тебя есть задержка, но она совсем незначительна. Как?
– Незначительная? Это только тебе так кажется, – Касьяна малость позабавила столь искренняя наивность несведущего, но данная эмоция была мимолётной, и он быстро вернулся к серьёзному тону. – Практика. Тренируйся до тех пор, пока не выработаешь рефлексы. Тогда телекинез для тебя станет дополнительными конечностями и будет крайне тяжело воздержаться от его использования.
– Спасибо.
Вновь переполненный энтузиазмом, выбившим из Луки всю накопленную физическую и ментальную усталость, парень попытался вернуться к практике, но Касьян ему этого не позволил.
– На это нет времени. Мы скоро уходим.
Эта новость буквально на мгновение сбросила с Луки груз страха за собственную жизнь, но тот очень быстро вернулся. Примерно поняв элементарную задумку Касьяна, он скептически спросил:
– Ты действительно рассчитываешь, что этот здоровяк нас не заметит в темноте?
Посмотрев по сторонам, Лука понял, что хоть сейчас и близилась ночь, видимость всё ещё была достаточно неплохой. Можно сказать, что только краски окружения потускнели, но силуэты оставались всё такими же чёткими. Ну а в близи Лука мог замечательно видеть Касьяна, так что данный план ему казался совершенно ненадёжным. В лучшем случае, когда наступит ночь, это позволит выиграть пару минут, прежде чем кабан определит, куда они убежали.
– Доверься мне, – сказал Касьян, показав парню большой палец, после чего взвалил тушу кабана себе на плечи. – Собирай вещи и готовься в любой момент выдвигаться.
Примерно представляя, что если он не согласится, то может оказаться попросту брошенным, Лука послушно кивнул. Подойдя к вещам, юноша удивился пополнению, сразу же спросив, что с ними делать.
– Кинжалом и ботинками можешь пока что попользоваться, но потом обязательно вернёшь, – на последнем слове Касьян особенно акцентировал внимание.
Лука очень даже обрадовался столь щедрому предложению и не стал задавать лишних вопросов, даже когда почувствовал странный гнилостный запашок от обуви. Приодевшись, юноша накинул сумку на плечи, взял Обжору под подмышку, а правой рукой прижимал ткань к лицу, держа в ней же и свой первый ножик, надеясь хоть так не разозлить Касьяна.
Относительно новенький кинжал его порадовал, ибо теперь Лука хотя бы мог представить, как воюет с таким оружием. А вот ботинки оказались маловаты, но понимая, что в ближайшее время ему не придётся бегать на своих двоих, парень проигнорировал неудобство. Закончив со всем, Лука сел на корточки, готовый сорваться с места в любой момент.
Увидев, что юноша готов, Касьян закрыл глаза и мысленно обратился к самому себе:
«Помоги, пожалуйста.»
Открыв веки, Касьян увидел перед собой лежащего на боку и заложившего руку под голову десятилетнего мальчика, облачённого в чёрную рясу с высоким воротником. Она плотно облегала худой торс ребёнка, имея свободный подол. Одна нога мальчика была согнута в колене, позволяя увидеть узкие чёрные штаны и такого же цвета закруглённые туфли.
У мальчика были русые волосы с аккуратно зачёсанной чёлкой, которые не скрывали его заострённые уши. Своими карими глазами, поблескивающими в темноте золотым светом, он смотрел на Касьяна, вовсе не интересуясь тем, что творится в округе, а на его губах играла лёгкая, по-детски наивная улыбка.
Лука также неотрывно смотрел на Касьяна, ожидая от того команды, но никаких изменений не приметил. Для него здесь кроме них двоих никого не было. Он не видел никакого ребёнка, да и не мог, но будь всё иначе, Лука точно бы приметил сходство между ним и Касьяном. Мальчик, в принципе, выглядел как тринадцатилетняя версия последнего, с учётом того, что казался старше из-за роста.
Молодой Касьян прождал некоторое время, пока его взрослая версия скажет что-нибудь. Однако тот сидел молча, и только взгляд выдавал в нём искреннюю просьбу.
Поняв, что Касьян так и не собирается что-нибудь сказать, мальчик сразу же изменился в лице. Его гримаса стала неприглядной, явно демонстрируя презрение к собеседнику. Показательно сплюнув в бок, ребёнок сказал:
«Ты и сам справишься».
Глава 16: Беззвучный туман в ночном лесу
«Мой план попросту невозможен без использования твоей магии иллюзий», – мысленно произнёс Касьян.
«Моя?» – уточнил мальчик, задрав бровь. – «Сколько можно притворяться?»
«Понятия не имею, о чём ты», – небрежно ответил Касьян, возвращаясь к тому, с чего и начался этот разговор. – «Так ты мне поможешь? Пожалуйста».
«Ты совсем дурачок?» – всем своим видом мальчик выражал лишь презрение к своему собеседнику.
Но столь пренебрежительное отношение к себе со стороны младшего нисколечко не задело Касьяна. Им приходилось не в первой работать сообща, так что он прекрасно знал, как можно запросто уговорить мальчика:
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…» – раз за разом мысленно проговаривал Касьян.
Лицо ребёнка стало ещё непригляднее, однако тот даже не попытался перебить своего собеседника, понимая, насколько это тщетно. Кто-кто, а Касьян всегда достигал своих целей, ведь никогда не ставил перед собой невыполнимых задач. Посверлив парня взглядом ещё некоторое время, мальчик окончательно сдался:
«Так уж и быть, я тебе помогу, но ты будешь мне должен!»
После этих слов мальчик сразу исчез без следа, словно его здесь никогда и не было. Касьян даже после такого никак не изменился, внешне оставаясь по-прежнему совершенно спокойным. Для Луки же и вовсе ничего не произошло. Всё это время он смотрел на парня, но чего-то странного так и не заметил.
Не став терять время, Касьян снова закрыл глаза и сконцентрировался. От его ног появились тонкие телекинетические нити, которые сразу же ушли в землю, дабы остаться незамеченными. Их появление прошло мимо Луки, не говоря о кабане, который находился значительно дальше.
Под землёй телекинетические нити проследовали прямо к месту, где мирно спали два новичка. Там, поднявшись на поверхность, они уже не были золотыми. Цвет нитей изменился на тёмно-зелёный, и никакого свечения они больше не излучали. Словно змеи, подражающие стеблям цветов в округе, они приблизились к ничего не подозревающим подросткам.
Нити начали увеличиваться в размерах, получая подпитку от Касьяна, укутывая собой одного из спящих новичков. При этом процессе телекинез постоянно менял свой цвет, постепенно увеличивая количество прожилок цвета кожи, пока они не слились воедино, оставив лишь полосы тёмно-зелёного.
Спустя пару минут подросток оказался полностью покрыт слоем телекинеза Касьяна, словно завёрнутый в кокон, который в следующий же миг начал стягиваться, повторяя каждый контур и изгиб его тела. У парня словно появилась вторая кожа, которая отлично скрывала его среди цветов, превратив в подобие человека-хамелеона.
Далее со стороны головы и плеч кокон начал вытягиваться и видоизменяться, отращивая дополнительную пару длинных и тонких рук. Теперь силуэт подростка выглядел так, словно поверх него выросла часть Касьяна. Парень превратился в четырёхрукое нечто, но на этом ничего не закончилось.
От дополнительной пары рук начали отходить тончайшие телекинетические нити, связавшие их с настоящими конечностями на запястьях, плечах и локтях, после соединив подобным образом и подвижные части головы. Теперь конструкция начала походить на марионетку, и любое действие кукловода более-менее отразится на кукле.
Метод был не самым лучшим, однако и требования в нынешней ситуации не столь велики. Всё же Касьян намеревался обмануть животное, а не человека. Он даже не стал добавлять подвижность пальцам, просто сжав их в кулак.
Когда каркас был завершён, финальным штрихом Касьян добавил очертания одежды, ножен с мечом на спине и, конечно же, тушу кабана, которую тот держал позади на отходящей от левого плеча телекинетической руке. Всё это было лишь иллюзией и вообще не могло хоть как-то повлиять на материальные предметы, потому преспокойно покоилось под землёй, а не торчало над цветами. Нынешний силуэт новичка почти идеально повторял очертания своего создателя, чем последний был весьма доволен.
Закончив с первым, Касьян сразу же перешёл ко второму, попутно продолжая понемногу подпитывать маной свою четырёхрукую копию, дабы та не распалась преждевременно. Но вот с подделкой Луки вышла заминка. Своё-то тело он знал на отлично, а вот юношу особо и не разглядывал.
За последние полчаса Касьян впервые открыл глаза, пробежавшись взглядом по Луке, после чего опять закрыл. Так он повторял несколько раз, даже заставив подростка встать и покрутиться на месте.
Когда это произошло впервой, Лука подумал, что Касьян вот-вот скажет, что пора бежать, но тот лишь мельком глянул на него и снова закрыл веки, так ничего и не произнеся. Теперь же, кружась на месте, он даже предполагать не хотел, чем таким тот занимается.
Но Касьяну не было дела до мыслей Луки, так как он направил всю концентрацию на попытку повторить облик юноши. Провозившись ещё час, с горем пополам у него вышло что-то, лишь издали напоминающее подростка, благо простынь, закрывающая пол лица, хоть немного облегчила ему работу. Да и парень имел при себе много вещей, что не даст сконцентрироваться на чём-то одном.
Закончив с самой сложной частью работы, Касьян не подорвался с места, по-прежнему продолжив подпитывать обе марионетки, чтобы заклинание продержалось хотя бы десять минут, прежде чем развеется. Вот с этим этапом у парня имелись серьёзные заминки, потому он провозился до самой полуночи.
Несмотря на столь позднее время суток, луна светила достаточно ярко, чтобы можно было увидеть отчётливый силуэт вдалеке. Но Касьяну так даже было лучше, ведь при подобном раскладе заметить подмену станет только сложнее, особенно когда он сделает последний штрих, который напрочь отбросит все сомнения.
– Выдвигаемся, – прошептал Касьян.
Увидев, что компаньон вновь открыл глаза, Лука подумал, что его снова заставят заниматься какой-то ерундой, отчего малость опешил, услышав сказанное. Подросток собрался с мыслями лишь увидев скрывающуюся в цветах спину Касьяна, тут же поспешив за ним. Напоследок он оглянулся на кабана, и их взгляды пересеклись.
– Эмм… – начал Лука, похлопав Касьяна по плечу, дабы привлечь внимание. – Он смотрит.
– Так и надо, – совершенно спокойно ответил парень.
Касьян на это и рассчитывал, потому, выбрав направление, которое примерно соответствовало изначальной цели их путешествия, он отправился к краю поля, пройдя рядом с двумя спящими в новой одёжке новичками. Ненадолго остановившись около них, парень повернул подростков ногами в противоположную своему маршруту сторону, только теперь перестав подпитывать маскировку маной и направив все усилия на укрепление телекинетической связи между ними.
Сейчас от обоих стоп Касьяна отходило по одной тонкой нити, скрытых под землёй, которые в самом конце разделялись пополам, распределяя каждую половинку на подростка. В итоге одна нить так и осталась подключена к коконам, а вторая, будучи ещё тоньше первой, проникла ребятам прямо в душу, будучи готовой в любой момент передать в их сны образ, какой только пожелает Касьян.
Собираясь уходить, парень немного замешкал, будто не мог на что-то решиться. Спустя пару секунд метаний, Касьян всё же приказал Луке вытащить из сумки два пузырька с млечным соком Красного Дурмана. Ему было жаль тратить его, однако чрезмерная осторожность пересилила жадность.
Откупорив ёмкости, с помощью телекинеза Касьян вытащил всю белую жидкость до последней капли, после чего поместил по порции в заранее подготовленные полости внутри иллюзорных голов спящих новичков. Хоть он и рассчитывал, что времени, которое выиграют подростки, ему хватит для побега, однако никто не мог предсказать, насколько стремительный рывок совершит кабан. Пусть будет на всякий, но всё же не маловероятный случай.
Расставшись с млечным соком, на сбор которого он потратил несколько часов, Касьян двинулся дальше, а Лука последовал за ним, так и не поняв, к чему потребовалась остановка. При таком слабом свете, да с маскировкой, подросток не заметил две странные фигуры, скрытые от него за цветами. Лука не задавал лишних вопросов и молча следовал дальше за Касьяном, не желая потерять того из виду.
Они передвигались чуть ли не ползком, стараясь лишний раз не потревожить цветы, однако кабан всё равно отчётливо видел две тени, раздвигающие перед собой заросли. Когда парни стали заметно ближе к одному из краёв поля, зверь сдвинулся с места и побежал вокруг, дабы перехватить цель на выходе.
Со своей высоты ему было всё неплохо видно, однако животный интеллект не понимал сложных действий и уж тем более не мог связать их в длинную последовательность. Да и по большей части, несмотря на довольно-таки неслабую душу, слишком сильно полагался на инстинкты.
Будь иначе, кабан бы догадался затаить дыхание и прорваться сквозь Красный Дурман, но первое знакомство с цветами напрочь отбило желание лезть туда ещё раз. Это был страх, вызванный непониманием, ставший непреодолимой преградой для животного.
Вот и сейчас, добежав до примерного места появления своей цели, кабан остановился и начал наблюдать за двумя приближающимися тенями. Но всё же ему хватало ума ожидать какого-нибудь подвоха, ибо сам он никогда бы не полез на рожон. Поэтому кабан и не верил, что парни выскочат из кустов, однако был готов к такому, ведь те могли в конец отчаяться.
Но Касьян вовсе не унывал, даже наоборот, с улыбкой на лице шагал на встречу к зверю. Остановившись в паре десятков метров перед дожидавшимся их кабаном, он, наконец, был готов действовать. Схватив Луку, он усадил его перед собой, сказав:
– Закрой глаза и не открывай, пока не скажу. Ночью в лесу очень страшно.
Сидя спиной к зверю и услышав предложение закрыть глаза, Лука моментально разнервничался. Ему действительно стало очень страшно. Но боялся он не самого леса, а остаться одному. С таким страхом все прочие опасности становились незначительными, да даже кабан, дышащий ему в спину, отошёл на второй план.
Это оказалась самая жестокая проверка на доверие, какую парню довелось повстречать за обе жизни. Лука начал активнее дышать, отчего в глазах поплыло, а на лбу выступили капельки пота. Но всё же он закрыл глаза.
Лука доверился, но не столько Касьяну, сколько факту, что последний видел в нём выгоду. По сути, они были друг для друга незнакомцами. Лука даже не был уверен, что тот всё ещё помнит его имя. А потом он понял, что все вещи Касьяна при нём, и окончательно успокоился.
Видя, что Лука лишь немного поломался, прежде чем закрыть глаза, Касьян одобрительно кивнул. Он бы в подобной ситуации и сам закрыл глаза, но только для виду, разогнав все свои прочие чувства на максимум. А вот Лука так не мог, что на мгновение показалось ему даже странным.
«В сторону посторонние мысли», – сказал себе Касьян. – «Нам пора действовать», – добавил он. Тоже себе.
Закрыв глаза, с помощью двух заготовленных телекинетических нитей, достигших своего предела и готовых вот-вот порваться, Касьян начал воздействовать на подростков. Через самую тонкую нить парень сперва спроецировал к ним во сны визг разъярённого кабана, что было не сложно, так как он его совсем недавно слышал.
Новички сразу же нарисовали себе образ дикого животного, а знание из жизни о том, что злой зверь равняется опасности, заставило существо побежать на них. Подростки испугались, но не появление кабана стало причиной возникновения страха, а наоборот.
Они на инстинкте ринулись прочь, правда, размер зверя был ну уж слишком обычный, да и бивни как-то не внушали своей длинной, но это легко поправимо. Касьян открыл ненадолго глаза, спроецировав образ десятиметрового кабана. Зверь получился как настоящий, потому что парень передал в сон подростков не то, что нафантазировал, а то, что увидел.
Это поддало новичкам волшебного пенделя, и те начали с дополнительным усердием перебирать ногами, но вот наяву-то они по-прежнему спали, хоть и начали ворочаться во сне. Однако и на эту проблему у Касьяна было заготовлено решение.
Более сны подростков в его помощи не нуждались, потому он разорвал первую телекинетическую нить, сконцентрировав всё внимание на второй. Через неё он активировал заклинание, которое готовил несколько часов, и в центре поля появился яркий золотой свет.
Как только вспышка закончилась, цвета коконов изменились по заранее заготовленному Касьяну шаблону. Теперь подростки выглядели очень похоже на свои прототипы, хоть копии обезглавленного кабанчика и Луки имели множество недостатков. Однако в темноте это было не критично.
В тот же момент, как появился свет, Касьян со всей силы расправил телекинетическую нить, резко подняв подростков на ноги. Та, будучи и до этого на пределе, не смогла выдержать нагрузки, порвавшись, но свою последнюю задачу выполнив. Касьян совсем не переживал из-за этого, так как дальше всё произойдёт само собой, и его вмешательство попросту не потребуется.
Яркая вспышка в ночи привлекла внимание кабана, ненадолго ослепив его. Когда его зрение немного восстановилось, первым, что увидел зверь, оказались спины двух высоких парней, вставших из зарослей мака в самом центре поля.
Тот, что был повыше, тащил за собой на излучающей золотой свет телекинетической руке безголовую тушу кабанчика. Увидев её, десятиметровый кабан взревел, словно это его режут.
Хоть подростки и оказались на ногах, оставалась последняя проблема – они спали, поэтому парни сразу же начали падать. Именно на такой результат и рассчитывал Касьян. Как только подростки начали заваливаться и их тела ощутили падение, сработал первобытный рефлекс, и во снах под ногами парней разверзлась пропасть.
Это был последний толчок, и, конечно же, оба невезучих подростка одновременно открыли глаза, но раздавшийся позади кабаний визг, уже ставший до боли знакомым, не дал им возможности перевести дух и понять, что за чертовщина здесь творится. Грань между сном и реальностью размылась, и парни, быстро восстановив равновесие, ринулись в противоположную источнику шума сторону.
У них даже не было возможности приметить странные пары рук, которые вторили их движениям по бокам от головы. И на то, что их собственные конечности исчезли, парням тоже не было никакого дела. Иначе они бы увидели, как по контору их рук пространство под действием преломления света исказилось, стягивая область вокруг в сплошную линию, идущую вдоль костей.
Однако страх сыграл с ними злую шутку. Но даже заметь они это, проигнорировали бы, так как в ситуации между жизнью и смертью приоритеты расставляются сами собой. Все мысли просто улетучиваются. Что уж говорить, парни даже забыли, как дышать, хотя могли бы просто повалиться наземь и спать дальше, вплоть до того, пока не умрут.
Огромный кабан, увидев, что фигуры начали отдаляться от него в противоположную сторону, заверещал пуще прежнего. Он лишь мельком глянул на то место, где совсем недавно были их силуэты, но так ничего и не заметив, ринулся вдогонку за убегающими. Вскоре подставные Касьян с Лукой скрылись в лесу, потом и десятиметровый кабан, ну а следом за ними похрюкали поросята.
