Текст книги "Ложные Боги (СИ)"

Автор книги: Луций Корнелий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 19

Значит цель великого похода Ордена не чародеи, а плакальщики. Магов лишь отвлекают с помощью вылазок хазгат, чтобы не мешались. Основной замес же произойдёт недалеко отсюда.

– Главные силы Ордена близко? – спросил я у раненой райдхор.

– Она не знает, – ответила за нее Гелла. – Но если был отдан приказ на уничтожение плакальщиков…

Значит уже близко.

Приказ 66, сука. Только какой смысл мечам вырезать вроде как полезных союзников? Конечно, плакальщики не совсем им подчинялись, но зато сами обороняли довольно неприятный участок границы с Ревущими Пустотами. Они поднаторели в уничтожении здешних монстров. Так зачем ломать то, что работает? Из-за тайного сотрудничества с магами типа меня? Или есть другая причина? Либо это просто естественный процесс экспансии? Кто не с нами тот против нас. И плакальщики выбраны прежде магов как более уязвимая цель? Да плевать. И на Орден, и на их мотивы. Оправдание как дырка в жопе – есть у каждого. Больше волнует то, что теперь придётся пробиваться сквозь заслоны и патрули мечей.

Райдхор по имени Герма тем временем от кровотечения совсем обессилела. Она с бряцанием доспеха опустилась спиной на землю. Сухие листья, сухой пепел. Чем-то покров этого леса навевал воспоминания о клипе на песню «Наши юные смешные голоса». Настроение было соответствующим. Потенциально полезная для нашей миссии Осень мертва. События закручиваются не в пользу отряда.

Гелла осторожно сняла с женщины шлем. Райдхор тяжело глотала пыльный воздух. Где-то на юге опять заревели Пустоты.

– Она же была ничего так… – вздохнул я. – Ничего так для этого сраного мира. Пыталась вам помогать. И что? Вы ее убили.

– Не было… Выбора… – с трудом ответила Герма, смотря на меня снизу водянисто-серыми глазами. – Приказ…

– Приказ… – повторил за ней я, наклоняясь ниже, а дальше говорил уже по-русски.

Точнее напел:

– Но что… если тяга делать зло, станет чуть сильней чем я. Это мне не повезло, не устоять.

И, произнеся последнюю фразу, я странно улыбнулся, нанося первый удар.

'Что, если жажда делать зло

Стала чуть сильней, чем я?

Если в руки взял ружье

Значит будь готов стрелять'.

Когда я закончил, то мои руки как и в ситуации с Эл-Ви пострадали, но не так сильно. И кровь на них была в основном не моя. Чужие кости ломались на удивление легко. Видимо мои сила и ярость заметно вышли за пределы человеческой нормы, если такая норма вообще существует.

Гелла слегка подпела моим мыслям:

– Если в руки взял ружьё, значит будь готов стрелять.

– Глупая песня, – ответил я, поднимаясь над трупом с разбитым черепом и лицом, обращенным в кровавое месиво. – Слишком наивная для этого мирка. Да и для моего прошлого тоже. Но все равно что-то в ней есть. Какая-то глубокая тоска.

– Милый, я, конечно, не критикую ни в коем случае, но ты опять себе пальцы ломаешь. – вздохнула суккуба. – Это непрактично.

– Ничего, – ответил я, используя целебную точку. – До свадьбы заживет. Пошли обратно в крепость.

– Сейчас. Дай руки, я с тебя кровь уберу.

Гелла коснулась моих обагренных костяшек открытой ладонью. Чужая кровь мгновенно вписывалась в бледную кожу суккубы. Исчезала в ней без следа.

– Я пойду обратно в крепость и ты со мной. Что-то мне подсказывает на маскировку можно уже забить.

– Давай сначала найдем Скейла, – вполне разумно предложила Гелла. – В крепость нас могут не пустить и понадобится помощь в штурме. Я чувствую кровь. Не только здесь. Много разных запахов идет со стороны крепости.

Значит и там началась резня.

– Хорошо. Пойдем за Скейлом.

Долго искать Хромого не пришлось. Они вместе с Пузом нашли себе пристанище в заброшенной деревеньке неподалёку. Это место, вероятно, было уничтожено монстром. Несколько домов будто бы на части разметало. Вероятно, после трагедии здесь, плакальщики и их союзники отгрохали более мощную крепость.

– Похоже, план идет вразнос, – вместо приветствия произнес я. – Осень мертва. Ее мечи прирезали. И остальных плакальщиков тоже собираются. Мы вот-вот попадем под большую раздачу.

– Нужно спешить, – кратко ответил Скейл. – Идем.

– Хорошо, хорошо! – оптимистично выдал Пузо, щелкая заостренными зубами. – Надоело сидеть в пыли. Хочу жрать свежее мясо! Да и несвежее сгодится. Лишь бы не сухое!

Ну хоть кому-то повезло.

Вчетвером мы отправились к крепости, врата которой оказались подняты. Внутри обнаружились следы недавнего боя. Несколько трупов райдхор из гарнизона и меченосцев украшали двор. Еще двое местных стояли напротив друг друга, балансируя на одной ноге. Рядом ходил из стороны в сторону Хастл, сверкая металлической улыбкой и размахивая кривой саблей,словно дирижёр.

– О, а вот и остальные, – произнес он, глядя в мою сторону. – Скейл, Пузо, самоучка и его подружка. А у нас тут соревнование, – райдхор указал в сторону двоих балансирующих.

– И что получает победитель? – спросил я.

– Сдохнет быстро, – усмехнулся Хастл.

Ну и характер у него. Даже с моими новыми замашками не скоро догоню. А этих двоих видимо загипнотизировала Ульма.

– Что с плакальщиками? – спросил Скейл.

– Местные вдруг на них ополчились, – пожал плечами Хастл. – Одному голову снесли. Другой сейчас с выпущенными кишками подыхает, если уже не подох.

– Где? – коротко спросил Скейл.

Хастл указал в сторону главного здания форта. Мы направились туда. Внутри лежал ещё один райдхор с глубокой раной на лице и плакальщик Крыло, чья голова была отделена от тела. Единственным выжившим оказался Гайд. Невысокий плакальщик сидел около металлической стены весь бледный. Чуть дрожащей рукой он зажимал с помощью серого полотенца рану на животе. Ткань частично почернела от крови.

– Помоги ему, – приказал Скейл.

Ясно. Ему нужен в отряде плакальщик, который проведет нас до транспортера. Ну хорошо. Редко я спасаю жизни. Как-то повелось, что чаще их отнимаю.

Мне удалось без проблем направить лечебный заряд в тело раненого плакальщика. Он задышал ровнее, а взгляд чуть прояснился.

– Т-ты… – едва шевеля губами произнес вдовец, ссотря в мою сторону. – Уходил с…

– С Осенью. Она мертва. Увы, не успел среагировать на засаду, – в мрачно-спокойной манере ответил я.

– Ты проведешь нас в Ревущие Пустоты, – приказал Скейл. – Мы договаривались о трех проводниках, но ты остался один.

Плакальщик отреагировал на все это относительно приемлемо. Истерики не последовало. Гайд лишь опустил глаза и как-то болезненно ссутулился, будто рана его все еще кровоточила, а не была закрыта магией. Пауза продлилась почти минуту.

– Нужно добраться до храма, – наконец заговорил он.

– Нет, – абсолютно непреклонным тоном возразил Скейл. – Был договор. Ты исполнишь его или мы станем врагами.

– Спорить бесполезно, – добавил я.

Гелла опустилась перед ним на одно колено и, постаравшись заглянуть в глаза, произнесла:

– Всë и все умирают. Это одна из истин, которой учили тебя с детства. Настал ваш черед. Твоих близких и плакальщиков в целом. Тебе этого не изменить, но попытайся принять смерть достойно и смиренно, как учил принимать ее других.

Несколько мгновений Гайд удивленно пялился на Геллу, а затем лицо его прояснилось от догадки:

– Ты перевертыш. Людоед.

– Да, – кивнула Гелла. – Но делает ли это мои слова ложью?

– Не делает, – кивнул Гайд, медленно поднимаясь. – Ведь это не твои слова. Ты лишь взяла их из моей памяти. Это правда с которой жили и умирали мне подобные. Сотни лет. Поколение за поколением после откровения белой богини первым из нас. Я проведу вас, но при одном условии.

– Услови? Ну-ка? – нахмурился я.

– Какова ваша цель? Я должен знать, что вы не приумножите страдания и смерти в мире.

– Страдания и смерти, – недобро усмехнулся я. – Там весь сука двор завален трупами твоих товарищей, убитых твоими же бывшими товарищами. Осени эта баба из гарнизона воткнула кинжал в глаз. Затем я забил её до смерти. А все началось потому, что вы не тому богу молитесь. И ты ещё что-то мне говоришь про страдания? Мы, конченные, мужик. Монстры, колдуны, разбойники. Если местные защитники правды не знают пощады, то чего же ты хочешь от нас?

– Ответа, – спокойной произнес Гайд. – Вы не просто охотники за сокровищами. Поэтому я должен знать не нанесет ли моя помощь вам вред человечеству. Даже людей, которые поддерживают Орден мне следует защитить. Предательство меченосцев не освобождает меня от клятв, которые я давал богине.

Да уж. Рок прав на их счет. Дикари и фанатики. Кому ещё в этом мирке не насрать на человечество.

– Я отвечу на твои вопросы, – заявил Скейл. – Моя цель не опасна для человечества.

Врет. Ну и ничего страшного. Скейл ему сейчас набрешет, Гайд успокоится и будет делать то, что ему скажут. Всем хорошо. А так не уверен, что сам Скейл понимает последствия выполнения нашего главного квеста. Он хочет выпустить кучу робоскелетов, но что они будут делать? Может быть, как Эл-Ви полезут куда не надо и распечатают очередную древнюю угрозу.

Мы с Геллой вышли обратно во двор. Там все еще продолжалось стояние на одной ноге. Загипнотизированные Ульмой райдхор соревновались за быструю смерть. Из соседнего здания вышла Искра, со скучающим видом осмотрев захваченную нами крепость. Стены, мощные арбалеты, башни. Это все возводилось годами, чтобы служить щитом более обитаемых земель от Ревущих Пустот. Ещё десятилетия потребовались чтобы вырастить и обучить гарнизон. А что теперь? Рукоположенная Осень лежала в овраге с выколотым глазом. Труп, в который даже моя магия уже не вернет жизнь. Райдхор, меченосцы, плакальщики, даже слуги – все мертвы.

Человечество здесь пережило апокалипсис, но, нарастив лишь чуток мяса, опять начало пожирать само себя. Выгрызать самые лакомые и ценные кусочки. Новый цикл уничтожения? Возможно.

– Опять уходишь в негатив, милый, – отметила Гелла. – Обычная борьба за власть. Кроме того за спиной Ордена стоят жрецы. Возможно, именно они направляют сейчас мечи фанатиков. А еще мы не так много знаем о плакальщиках. У них вроде бы благие цели, но в основе способностей какая-то древняя магия. Я обследую труп Крыла. Хочу попробовать узнать больше.

– Достать устройство из его левой руки?

– Да.

– Давай. Только аккуратно. Эти ребята же монстров истребляли. Как бы особой защиты на них не было.

Гелла кивнула, а я решил вернуться в комнату, где ночевал. Собрать вещи. Плюс хорошо бы полутать крепость. Возможно, в арсеналах и хранилищах гарнизона будет что-нибудь полезное. Мы сами, конечно, не бедствуем, но пополнить запасы не мешает. Тем более дружелюбных поселений более не предвидится. Раз мечи начали по сигналу из центра вырезать плакальщиков, то дальше нас ждут уже захваченные аванпосты и крепости.

Есть, конечно, и плюсы. Теперь можно забить на маскировку. До Ревущих Пустот придётся именно пробиваться.

Пока я собирал вещи в комнату вошел Рок, который судя по голосу и веселому настроению где-то уже налутал алкоголь.

– Мне почти жаль этих нытиков, – усмехнулся он. – Столько лет уничтожать монстров, чтобы получить удар ножом в спину от людей.

– Ты не удивлен? Не замечал признаки грядущей бойни, когда был в Ордене?

– Да хер знает, – сплюнул себе под ноги бывший меченосец, садясь на кровать. – Мы всегда знали, что плакальщики якшаются с магами. Не раз пытались им намекать, чтоб прекратили. Но ты их видел. Фанатики. Дикари. Им хоть угрожай, хоть убеждай. Ни кусочка не уступят. Маги для них вполне люди.

– Думаешь, все дело только в этом?

– Раньше их терпели. Теперь что-то изменилось. Думаю, жрецы подсуетились. Они готовы давать Ордену все больше игрушек. Уже не только препараты. Управляемых тварей тоже. Но у всего как водится есть цена.

Ага. И Орден готов её выплатить. Плакальщики же со своей дикарской преданностью догмам оказались слишком негибкими, чтобы адаптироваться к новому миру.

– Гайд отправился закапывать жену, – дополнил Рок. – Скейл послал с ним двоих наших в качестве охраны. Хотя не думаю, что он сбежит. Разве что повесится и то вряд ли. Им белая богиня не велит.

На последнем предложении бывший мечник усмехнулся. А я даже немного завидовал непробиваемости убеждений плакальщика. Если бы сам потерял жену, то, наверное, уже взбесился бы и ломал все до чего мог добраться. Кажется, теперь так я реагирую на сильный стресс. Впрочем, именно подобные жесткие догмы привели их организацию к истреблению.

Через минут двадцать вернулась Гелла.

– У него в левой руке был небольшой имплант. Это устройство работало как посредник между его нервной системой и магией. Костыль для тех, кто не прошел посвящение.

То есть плакальщики не видят точки, но что-то приколдовывать могут.

– Каким бы не было заклинание, которое ему помогало, но к импланту оно не привязано. Улетучилось после смерти плакальщика.

Ладно. Чтобы это ни была за магия, я не смогу ее использовать. Остается пошариться по крепости в поисках полезных припасов.

В итоге взяли побольше сушеного мяса, чуток медового напитка, сыр. Также тут нашлись какие-то особо удобные спальники, сшитые из шкур неизвестного мне зверя.

Кроме Гайда к нашему отряду присоединились двое слуг, выживших во время резни. Проорденские райдхор не успели до них добраться.

Когда народ собрался во дворе крепости, Скейл объявил наши цели на ближайшее время:

– Не доходя до главного храма плакальщиков, мы спустимся под землю. Через заброшенный тоннель, о котором никто не знает, выйдем на границу Ревущих Пустот. Затем нужно пересечь умеренно опасную открытую местность с небольшим количеством руин.

– Прошу прощения, – встрял Гайд. – Заброшенный тоннель это, полагаю, Черный Треугольник. Так мы его называем. Он хорошо известен и за последние несколько лет там поставили множество ловушек.

– Сможешь нас провести?

– Да, – кивнул плакальщик. – Но тоннель уже могли взять под контроль меченосцы.

Черт. Судя по этому разговору Скейл ходил здесь несколько лет назад. Тут могло все поменяться. Хорошо, что хоть один плакальщик выжил, иначе пришлось бы вслепую ломиться через руины и пустоши.

– Значит все равно идем через тоннель, – подытожил Скейл. – Потом открытая местность. Там пустыня, но воду я вам обеспечу. Припасов придётся взять как можно больше. Затем транспортер. Он находится в подземной части руин, которые люди сейчас называют Стеклянный Город.

– Последние две группы оттуда не вернулись, – «обрадовал» нас Гайд. – Их отряды были слабее и не включали магов, но они брали у нас проводников. Ощущение, что в Стеклянный Город перебрался кто-то из более опасных мест. Мясной лорд, либо выжигатель, либо что-то чисто магическое.

– Выжигатель? – поинтересовался я.

– Древняя боевая машина, – пояснила Гелла на русском. – Легкий фланкер типа Дозорный. Так их называли раньше. Ре-Лик Таар на языке ушедших магов.

Что-то зашевелилось в памяти Касаара. Мне представилась какая-то машина размером с автобус и по очертаниям, напоминающая Звёздный Разрушитель из Лукасовской эпопеи. Он мог летать высоко, но в основном скользил над самой землей. Мысли мои прервал Хастл:

– А может Заночуем здесь разок, – вальяжно поинтересовался смуглый райдхор. – Выкинем за стену трупы, распечатаем погреба. Кто знает, когда мы в следующий раз найдем приличное место? Да и буря приближается.

– Нельзя терять время, – лаконично ответил Скейл, одной рукой с помощью цепи поднимая ворота.

В отличие от многих лидеров физической нагрузки робоскелет не стеснялся. Отключенные эмоции мешали ему понять, что пахану не по масти самому тяжести тягать.

Отряд уже собирался на выход, но сквозь нарастающий гул Ревущих Пустот я услышал знакомый звук. И ещё до того, как он был опознан, все во мне напряглось. Первая ассоциация – опасность. Я рванул в ближайшую башню крепости, быстро взлетел по металлическим ступенькам, пригибая голову в низком помещении. Но вот надо мной облачные небеса и можно стоять в полный рост. Приглядываюсь. Над горизонтом заметны две кружащиеся точки. А это звук – вопли летающих тварей жрецов. Такие же сопровождали отряд мечей около руин Касаара.

Вслед за мной на башню вышла Гелла.

– А ты скольких видишь или слышишь? – поинтересовался я.

– Семнадцать штук в радиусе нескольких километров.

– Млять…

Кажется, большая война ближе, чем мы надеялись.

Глава 20

Наше путешествие превратилось в бегство.

Хлопанье черных крыльев сопровождало нас на этом неприятному пути, то и дело сменяясь свистом отравленных костяных шипов, которыми пуляли твари жрецов. Благо боезапас у них был не большой. Четыре штуки на тварь. Но вот самих крылатых дронов в небе было уже около двадцати.

Отсиживаться в крепости Скейл не хотел. Он увлекал нас за собой в сторону леса, только вот там было не спрятаться от клювастых перодактилей жрецов. Деревья здесь к сожалению не чета густому криволесью. Их поднятные наверх ветви легко пропускали костяные иглы. Буквально за пару минут появились первые раненые. Один из новых слуг, Арайт и смуглый райдхор из людей Хастла. Меня пока выручали броня и Гелла. Ульму активно прикрывали железнозубый и Скейл.

Отстрелявшись, большая часть тварей улетела. При нас осталось штук пять.

– Они наведут пехоту, – мрачно произнес я. – Часть улетела за подкреплением, а эти будут следить.

– К-как же жжет, – ныл один из слуг, пока Гайд пытался оказать ему первую помощь прямо на ходу.

Скейл не желал останавливаться. Робоскелет упрямо шагал навстречу набирающему силу ветру. Небо потемнело. Воздух снова наполнила взвесь сухой пыли, от которой страшно. чесалось горло. Я шел вперед, пока легко успевая за Скейлом. Но на сердце было погано. Я понимал, что теперь мы в режиме постоянного превозмогания. Безопасных мест больше не будет. Сперва нужно прорваться сквозь кордоны ордена, а потом проложить путь в Ревущих Пустотах.

Райдхор Хастла кричал от боли, но шел вперед. Арайт справлялся лучше. Ему помогала болезнь бессмертия.

– Ты мог бы исцелить их? – спросил Гайд, нагоняя меня после оказания первой помощи слуге.

– Мог бы, но не хочу тратить точки, – честно ответил я.

– Они ведь обновляются?

– Да. Следующее обновление будет примерно через час. Тогда я смогу потратить заряды. Израсходую их перед самым обновлением.

– Раненые могут не протянуть так долго.

– Жить хотят – протянут! – огрызнулся я. – Не собираюсь рисковать собой или Искрой.

Возможно, бы Року я помог. Слишком уж ценный он боец. Но Арайт справится сам, а до остальных мне дела нет.

Ещё повезло, что с нами вместе были Скейл и Пузо. По ним летучие твари тоже стреляли, зря расходуя боекомплект. С робоскелетом все ясно, а мутанта яд совершенно не брал.

– Ты не можешь их сжечь⁉ – перекрикивая ветер, спросила Игла. – Птиц этих сраных.

Черные птицы слетают с Луны. Черные птицы – кошмарные сны.

Я оглянулся по сторонам. Поднял голову к небу. Пять тварей мелькали среди ветвей, не подлетая слишком близко. Пронзительные крики время от времени слышались с разных сторон. Я не был настолько виртуозным магом, чтобы точно использовать огонь по таким целям. Слишком далеко и деревья мешают.

– Только зря потрачу заряды, – признался я. – Эта гадость от нас уже не отлипнет.

– Дерьмо! – в сердцах воскликнула девушка, а затем полухриплым голосом добавила, – Эта железка нас всех угробит.

Скейл вероятно слышал ее, но не обращал внимания на такие слова. Однако, если Игла перейдёт к действиям, то быстро разделит судьбу брата.

Стремительно темнело, а мы все шли да шли под крики летучих тварей и стоны раненых. Затем я использовал целебные точки и стало чуть проще. Волновался только, что неправильно рассчитал время, но все сошлось. Точки обновились. Я запомнил этот момент, посмотрел на часы телефона. Они показывали 7:11. Раннее утро. Собирался бы сейчас на работу, если бы не ковид и мертвый маг по имени Касаар.

Они пришли за нами ночью. Отряд как раз начал располагаться на привал. Мы раскладывали спальники и натягивали тенты, предвкушая полные уши пыли утром. Однако отдохнуть после перехода не удалось. Нас таки настигла вражеская пехота. Как я понимаю, это изначально были два разных отряда человек по двенадцать, которых летучие твари свели вместе.

В пыльной буре и на фоне рокота Ревущих Пустот даже Гелла услышала приближение врага довольно поздно.

– Всем занять оборону! – объявил металлический голос Скейла, который тоже засек опасность за пару минут до подхода мечей.

Мы повскакивали с мест. Собраться в одну кучу не успели из-за темноты и общей атмосферы недоверия. В итоге наш отряд был разбит на три части:

Мы с Роком, Иглой, Геллой, Искрой и Арайтом. Скейл, Пузо, Гайд. Ну и тусовочка Хастла отдельно.

Я стоял, прикрывая Искру и Рока. Тыл должны были держать Гелла и Арайт. Именно им первым пришлось вступать в бой. Сзади я услышал как с треском ломается древко чьего-то оружия. Надеюсь, это Гелла подловила кого-то из врагов. Я бы повернулся и помог им, но на нас уже тоже наседали.

Пятеро. Лица закрыты платками по самые глаза. Это от пыли. Впрочем, подробнее я разглядеть противников не мог. Мешали темнота и буря. А вот они кажется, прекрасно меня видели.

Сразу же получил укол копьем или чем-то другим древковым в район подбородка. Пришлось отшатнуться и задействовать точку. Опасность раны сложно было оценить. Вдруг ещё кровью истеку.

Теперь я старался держаться прямо за Роком. Обозначил несколько уколов в темноту и едва не лишился оружия. Кто-то из противников резко сбил мое древко вниз своим, а другой попытался заблокировать его, прижав к земле краем щита. Ощущение, что враги видят в темноте намного лучше меня.

Порыв ветра и сухая пыль обжигает горло. Очень сейчас жалею, что не нацепил платок как оппоненты.

Ещё укол в район ключиц. Хорошо, что не успел снять броню. Справа слышен звон и мелькают искры. Рок там с кем-то не на шутку зарубился.

Ситуация как-то паршиво складывается. Врагов больше, они явно видят в темноте и я сейчас практически бесполезен. До обновления целебных точек ещё минут сорок. Получу несколько ранений и придётся тратить последний заряд. Лучше действовать на опережение. Раскошелиться таки. Души меня жаба, но я использую огненную точку. Главное не жахнуть по своим. Так что взрыв надо будет сконцентрироваться за спинами у атакующих. Все лучше, чем махать копьем в темноте.

Я выделил одну из красных точек, перевел в 3D, направил примерно за спины к атакующим и…

Пламя озарило кромешную ночь. Огненный взрыв поглотил фигуру одного из атакующих, но… других лишь слегка задел. Ощущение, что магия сработался заметно слабее, чем обычно. Однако надо было не теряться. Пусть огненная точка внесла меньше импакта, чем хотелось бы, но она на несколько мгновений осветила врагов.

Я тут же совершил длинный выпад, удерживая копье на вытянутых руках. Целился в лицо щитоносца, который пытался наседать на Искру. Про меня гад уже забыл. Слишком уж тихо я сидел последние несколько секунд. Поэтому враг не среагировал. Наконечник копья погрузился в платок, закрывающий лицо.

Тут же рванул копье назад, отшатнулся. Немного не успел и вражеский наконечник таки пропорол щеку. Кое-кто из противников обо мне помнил.

Однако ситуацию мне удалось переломить. У врага более не было численного перевеса. На одном из орденских горела одежда. Это давало возможность хорошо видеть его очертания. Я принялся наносить уколы, стараясь самому не подставляться. Понимаю, что едва ли попаду, но надо отвлекать внимание, чтобы Рок и Искра сумели добить врага. Однако все закончилось проще.

С металлическим лязгом из темноты появилась фигура Скейла. Два удара страшной силы обрушились на оставшихся орденских. Один мгновенно убит, пара оставшихся бросилась наутек.

Я наконец-то мог выдохнуть. Черт! Эти орденские отлично дрались. Не чета тем патрулям, что мне попадались раньше. Да ещё и магия сработала явно слабее. У кого-то из врагов была глушилка колдовства? Вероятно.

Рядом зажглось несколько магических кристаллов. Бой был окончен.

– Потери есть? – спросил подошедший Хастл.

Оказалось, чтобы была серьёзно ранена Игла. Удар копьем в живот. Я решил таки потратить точку. Где-то тридцать минут с хвостиком осталось до обновления зарядов.

– Надеялся, что твоя подруга легко избавится от меченосцев, – обратился я к Хастлу. – Могли бы после этого и нам помочь.

– Пошли, самоучка. Покажу тебе кое-что, – недовольным голосом, но пока без вызова предложил Хастл.

Мы с Геллой пошли туда, где билась с меченосцами банда смуглого. Там обнаружилось всего два трупа орденских. Щитоносец и копейщик. Оба сильно изрублены, будто райдхор никак не могли остановиться, добивая врагов. Один из трупов был прикрыт окровавленным, изодранным плащом.

– Так долго возились всего с двумя? – удивился я.

– Рвач, покажи ему, – приказал Хастл.

Зубастый подошел и приподнял с трупа плащ. Передо мной открылась не аппетитная картина тела относительно молодого парня, которому вскрыли живот и грудину. Все было проделано грубо. Явно не патологоанатомом работал. Несколько мгновений я не мог понять, что Хастл пытается до меня донести. Подсказала Гелла:

– Приглядись к легким.

Я пригляделся. Мдэ. Белые, окровавленные воздушные мешки ярко выделялись в свете фонаря. Все три. Размер, форма и расположение тоже не подходили под стандарты обычных людей. Чем больше я приглядывался, тем больше находил странностей и различий. Это последствия биомодификаций? Хрен знает. Возможно, этот голубчик уже родился мутантом.

– На глаза его ещё глянь, – предложил Хастл.

Зрачки не кошачьи как у ведьмаков, но что-то с глазами было не так. Слишком яркие. И цвет… Алый с переходом в желтый к центру.

– Голос Ульмы на них не сработал, – произнёс Хастл. – А дрались ублюдки покруче многих бывалых райдхор, хоть с виду и сопляки.

– Не работал голос? – удивился я.

Мне ответила сама голубоглазая ведьма.

– Если я не могу им приказывать, значит они ещё меньше люди, чем мясные звери.

Хм. Возможно, Кто-то из наших противников тоже был мутантом и у него имелась встроенная глушилка магии, как у жрецов Корнерога.

– Четверо из нападавших – нелюди, – подытожила Гелла, осмотрев тела и попробовав кровь на вкус. – Думаю, они уже родились такими. Остальные наглотались какого-то зелье, повлиявшего на ночное зрение. Но образца у них при себе нет.

Жрецы перешли от усиления людей стероидами к выведению сверхчеловеков, защищенных от магии. Это уже серьёзная заявка на победу в грядущей войне с чародеями. Значит, плакальщики только лишь репетиция. Обкатка новых военных технологий в боевых условиях.

Ночь прошла относительно спокойно, не считая воплей тварей. С утра опять был налет шипострелов. На этот раз к нам пожаловало штук тридцать. Начался массированный обстрел. Шипы летели со всех сторон. Белые, как голубиные кости, и острые, словно наконечники стрел.

Меня кое-как выручали мощная броня и помощь Геллы. Но одна штука таки попала под колено. Пришлось использовать точку.

Искра взяла трофейный треугольный щит у меченосцев. Пыталась закрываться им, прижимаясь к деревьям. Особой меткостью твари в эту ветреную погоду не отличались, но они очень старались. Брали количеством.

Жертвами утреннего обстрела стали слуга из бывших людей плакальщиков и Рвач. Последний словил сразу три шипа один за другим. Затем у него пошла пена изо рта, глаза закатились и начались конвульсии.

Гайд подошел, чтобы спросить насчет лечебных точек.

– Уже потратил, – соврал я.

На самом деле одна оставалась, но до обновления ещё почти два часа. Не хочу рисковать. Тем более, ради того, кто поднимал против нас оружие. Пусть его Хастл спасает. Но тот не захотел или не смог. И Рвач остался лежать в пыльном овражке, куда забился во время конвульсий, а мы пошли дальше, сопровождаемые пронзительными криками летучих тварей.

Теперь их над нами кружило уже около десятка. Шансов вырваться из под их опеки не было. Нас будут вести с помощью этих био-беспилотников пока не раздавят.

Весь день мы шли и шли, иногда подвергаясь обстрелам, но уже не таким массированным как утром.

– Наш маршрут предсказуем, – пожаловался Арайт. – Вражеская разведка в небе. Думаете, мы вырвемся? Скажите, Рок. Вы ведь столько лет были в ордене.

– Это уже не тот орден, в котором я был, – зло ответил бывший меченосец.

– По нашим следам идут уже три отряда, – сообщила Гелла. – Ветер приносит мне их запахи. Враги поняли насколько мы опасны. Теперь они не полезут к нам без должной подготовки. Но когда орден соберет достаточно сил, то устоять будет очень непросто. Я чую не только человеческие запахи.

– Этих новых мутантов ещё? – спросил я.

– Их тоже. Ещё здесь жрецы Корнерога. Не один и даже не два.

Проклятье!

Жрецы плюются ядом, выпускают насекомых, ослабляют магию, а ещё очень и очень физически сильные. От этих тварей нас даже Скейл не факт, что защитит.

Хромой сам уже похоже осознавал всю опасность ситуации. Он то призывал ускориться, то менял направление движения, то приказывал выбросить что-то из вещей. Кажется, Скейл пытался проскользнуть мимо вражеских облав. Однако это было сложно сделать, когда над нами день и ночь висела вражеская аэроразведка.

Где-то к полудню мы, пыльные с ног до головы и уставшие, вышли на открытое пространство. Это была широкая, абсолютно безжизненная просека, заполненная темно-серым песком с вкраплениями черных камней. То были останки сильно разрушенных руин.

После долгого хождения по лесу от вида большого открытого пространства захватывало дух. Особенно сильное впечатление производили желто-серые облака пыли, время от времени озаряемые красными вспышками. Ревущие Пустоты были совсем рядом. Но, кроме постапокалиптического величия мертвых земель, мы заметили ещё кое-что, сулящее нам беды. В метрах трехстах, на другой стороне просеки находилось трое всадников. Меченосцы. Лица закрыты темно-красными платками, стандартные орденские шлемы. Скакунами им служили странные, лошадеобразные существа без шерсти. Длинные вытянутые морды тварей напоминали о коняшках Слаанеш из Вахи. Очередные кракозябры жрецов на службе ордена. Прекрасно!

В небесах всадников сопровождали две крылатые твари, а на земле четыре каких-то типа пса или скорее зерглинга. Ну полный набор мутантов. Похоже, что жрецы уже подготовили для этого мирка переход с постапока в биопанк. Процесс начат. И лично мне, по мнению жрецов, в этом новом мире места нет. Меня будут утилизировать вот такие всадники, а также пехота, птички да прочие мутанты.

Удавка на нашей шее затягивалась все крепче.

Всадники не стали вступать с нами в бой. Лишь немного сопроводили на почтительном расстоянии наш марш обречённых.

Когда сменилось направление ветра, то Гелла загробным тоном произнесла:

– Врагов вокруг становится больше. Особенно их много на западе.

– Сколько их там? – уточнил я.

– Не знаю… – нервно усмехнулась Гелла и в ее голосе сквозило отчаяние. – Очень много. Сотни, тысячи. Я не могу даже приблизительно понять. Люди, новые мутанты, жрецы, разные твари. Это армия.