Текст книги "Рэдсон (ЛП)"
Автор книги: Лорен Донер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)
– Мех искусственный.
Рэдсон толкнул ее. Холодный воздух овеял тело Эммы, когда он приподнял одеяло, прижимаясь к ее спине своим большим телом. Словно он желал ее раздавить. Эмма перевернулась, чтобы убраться с его пути.
Она пыталась сохранить расстояние между ними, но матрас прогнулся под его весом, из-за чего Эмма скатилась к мужчине. Ее рука коснулась его обнаженной кожи. Она ощутила волосы и отдернула руку.
– Скажи, что это не твои причиндалы.
– Всего лишь нога.
Ее руки сжали в кулаки рубашку на животе. Эмма осознала, что парень был раздет.
– На тебе нет штанов!
– Нет. Я сплю голый.
«Ох, черт. Я в постели с голым парнем».
– Но ведь на тебе есть боксеры или что-то в этом роде.
– Да. Трусы на мне. А теперь спи. Тебе достаточно тепло?
– Да, – она сделала паузу. – Ты солгал мне?
Он тоже замешкал.
– Мех настоящий.
– Я про трусы.
– Я лежу на спине, а ты на боку, отвернувшись. Только не переворачивайся и не клади на меня руки.
Ее сердце бешено заколотилось в груди.
– Животные не пострадали.
– А? – она думала о том, как оказалась в постели с голым незнакомцем.
– Мех остался от моей еды. Либо я выкинул бы шкуры, либо пустил бы в дело. Вероятно, данный факт оскорбляет твою человечность, но ведь тепло, верно?
– Главное, чтобы мех был не от миленьких маленьких кроликов, – обсуждение помогло ей отвлечься от факта его наготы.
– Никаких кроликов, – Рэдсон усмехнулся. – Хотя они раздражают. Кролики вторгаются в мой сад и съедают все овощи. Вредители.
– Дай угадаю. В детстве тебя не навещал Пасхальный кролик. Если бы ты познакомился с ними поближе, то пришел бы в восторг. Разве ты ни разу не смотрел хотя бы один очаровательный мультфильм про кроликов?
Матрас немного дрогнул, когда Редсон пошевелился.
– А ты смотрела?
– Конечно.
– До того, как умерла твоя мать?
– До и после.
Несколько мгновений единственным звуком в комнате было их дыхание. Наконец, он заговорил:
– Ради тебя вампир отмечал человеческие праздники?
– Ага, – внезапно Эмму охватило беспокойство, а на ее глаза навернулись слезы. – Надеюсь с дедушкой все в порядке. Он хороший человек. И мне не нравится, что ты называешь его просто вампиром. Малахай самый лучший дедушка на свете. Кстати, можешь называть его Мэл. Так он представляется людям. Его имя несколько старомодное, а он не хотел вызывать подозрений.
Матрас снова слегка дрогнул. Теплое дыхание овеяло ее щеку.
– Расскажи о нем.
Она улыбнулась в темноте.
– Он забавный. Дедушка пытался дать мне настолько нормальную жизнь, насколько это вообще возможно. Ну, знаешь, за вычетом пикников в парке в солнечные дни.
– Напомни, сколько тебе было лет, когда погибла твоя мать?
– Четыре.
– Как же он заботился о тебе днем?
Эмма колебалась.
– Запирал комнату, чтобы я не сбежала. И спал со мной на одной кровати, что я видела его. Так я перестала бояться. Он был достаточно взрослым и сильным, чтобы легко проснуться даже в светлое время суток. Мы приспособились. Я даже начала спать днем, а ночью бодрствовать. Но перед школой пришлось изменить мой график. Дети удивительно гибкие.
– Запирал в комнате?
– Я была маленьким ребенком. А он отвечал за мою безопасность. Можешь представить, что случилось бы, если бы я вышла поиграть на солнышке и поранилась бы? Он бы просто не смог бы добраться до меня. А если бы рискнул, то получил бы страшные ожоги. Не забывай, что серьёзные раны пробуждают в вампирах голод. Подобная ситуация могла бы закончиться трагедией. Мы жили одни, то есть я была единственным источником крови поблизости. Просто задумайся. Он не хотел рисковать, чтобы когда-нибудь случайно причинить мне боль. Ты же знаешь, что вампиры сходят с ума, когда умирают от голода. Возможно, сам того не желая, он выпил бы мою кровь, чтобы исцелить себя.
– Ты говорила, что ходила в школу. Как он провернул это?
– Нанял двух нянек, которые притворялись моими тетями. А перед школой он усердно занимался со мной, чтобы я не отставала в знаниях от человеческих детей. Одна из нянь приходила перед рассветом, думая, что дедушка очень рано уходит на работу, и отвозила меня в школу. Вторая забирала меня, думая, что дедушка работает допоздна. Таким образом, у меня всегда был тот, кто мог присутствовать на родительских собраниях и прийти за мной при возникновении чрезвычайных ситуаций. Конечно, дедушке приходилось применять контроль над разумом, чтобы предотвратить лишнюю подозрительность со стороны тех женщин.
– Чрезвычайных ситуаций?
– Например, когда я упала с качелей и сломала руку в двух местах. Учитель сразу вызвал мою няню. Позже, когда я перешла в среднюю школу, дедушка нанял обычную домработницу, которая помогала мне, пока он спал. Тогда я могла самостоятельно дойти до школы и обратно, – Эмма повернула голову, но не смогла разглядеть его лица. Разделительная стена полностью закрывала ночник. В итоге она видела лишь более глубокую тень, которая очерчивала его голову в нескольких дюймах от ее собственной. – Дедушка сделал все возможное, чтобы у меня было нормальное детство.
– Тем не менее тебе понадобилась моя защита.
Рэдсон не заявил прямо, но намекнул, что дедушка ее подвел.
– Потому что дедушка вновь позаботился обо мне и отправил в безопасное место, верно? Он очень любит меня. А еще он утверждал, что здесь меня точно защитят. Дедушка остался в том доме, чтобы дать мне время для побега. Вампиры застали нас врасплох, поэтому мне пришлось отправиться в путь. Как только опасность минует, он придет за мной.
– И сколько раз он отправлял тебя к незнакомцу за защитой?
Эмма разозлилась, так как вамп-ликан все время пытался оскорбить ее дедушку. Она повернулась, чтобы лучше видеть его.
– Это произошло впервые. Мы никогда не расставались, помимо пары случаев, но не потому, что мне грозила опасность.
– Например?
Она замялась.
– Я тогда училась в колледже и жила в кампусе. Иногда ходила на свидания. Я ведь не сорокалетняя старая дева, которая живет взаперти со своим дедом. Моя жизнь не настолько ужасна. Я очень даже часто веселилась.
Рэдсон молчал, а Эмма все отчетливее ощущала груз усталости. Наконец-то она оказалась в тепле, а стресс от путешествия остался позади. Рядом с вамп-ликаном Эмма действительно чувствовала себя в безопасности. Может он и постоянно рычал, но все же взял ее в свою берлогу. Забудем о том, что речь шла о ящике под землей, чтобы добраться к которому нужно было потратить гребаную кучу времени. Черт, на самом деле это был не просто гроб, а настоящая крепость.
– Почему он отправил тебя сюда именно сейчас? Потому что не мог сбежать с тобой?
Она ненавидела то, как стеснило ее грудь.
– Я не хочу говорить об этом.
– Эмма, – в его тоне прозвучала настойчивость.
– Рядом с нашим домом было убежище, но дедушка приказал использовать последнее средство. Что-то типа кода, чтобы я бежала к вамп-ликанам. Пока я путешествовала по Аляске, то много думала над произошедшим. Видимо он подозревал, что не сумеет сбежать, поэтому не отправил меня в убежище. Вампиры могли прибегнуть к пыткам и заставить его говорить. Но даже Эдуардо не решился бы преследовать меня на территории вамп-ликанов.
– Сколько? – прорычал он.
– Сколько чего? Вампиров, которые появились у нашего дома?
– Сколько у тебя было любовников?
Резкая смена темы шокировала ее.
– А?
– Сколько любовников побывало в твоей постели?
– Я и словом ни обмолвлюсь, пока ты не скажешь, сколько любовниц было у тебя.
Она ухмыльнулась, полагая, что на этом разговор закончится… Молчание затянулось. Эмма закрыла глаза и начала погружаться в сон.
– Двенадцать.
Число удивило ее. Почему-то Эмма полагала, что ликаны, даже полукровки, были бабниками. Тот факт, что он был наполовину вампиром, также вел к мысли о веренице любовниц. Вампиры любили заниматься сексом во время кормления. Эмма слишком долго жила с дедушкой, поэтому знала все о его привычках. Он часто приводил женщин на одну ночь, чтобы прокормиться.
– Сколько?
Она прикусила губу, открыла глаза, глядя в темноту, и вздохнула.
– Двое.
Молчание снова затянулось, и она расслабилась.
– Почему только двое?
Эмма стиснула зубы.
– Почему только двенадцать? Ты парень и старше меня.
– Я разборчив и не уезжаю далеко от дома.
– Маленький городок, выбор невелик, – пробормотала она.
Рэдсон тихо зарычал.
– Нет, не так. Я не прикасаюсь к женщинам в клане. Однажды я, возможно, найду свою пару. Как она будет жить среди моих любовниц?
Эмма заинтересовалась его суждениями.
– Ну и что?
– Тебе понравилось бы жить в городе, в котором каждая вторая женщина спала с твоим мужем?
Теперь она поняла. Было довольно мило, что Рэдсон принимал во внимание чувства женщины, которую никогда раньше не встречал. Здоровяк был полон сюрпризов.
– Значит, ты спал только с теми, кто живет в городе?
– Да. Меня никогда не привлекали незамужние женщины в клане.
– Та женщина в магазине была красивой.
– Дело не в красоте. Мой клан очень сплоченный. Все женщины для меня больше, как семья, нежели будущие пары. В Хоул редко заглядывают незамужние девушки. А те, кто все-таки заехал, были проверены мной на совместимость.
– Но как же та девушка, о которой ты упоминал? – Эмму съедало любопытство.
– Она не моя девушка в человеческом понимании. Периодически она приезжает, чтобы повидаться с семьей, которая является частью клана. Ну и мы хорошо проводим время вместе. Так как никто из нас до сих пор не нашел пару, мы стали обсуждать вероятность совместного проживания.
– А как ты узнаешь, кто твоя пара? Мой дедушка редко рассказывал о ликантропах. Вампиры подвержены вожделению, которое приводит к одержимости. Поэтому они берут компаньонов.
– Ликаны, а не ликантропы, – поправил он. – Ты не ответила на мой вопрос. Почему только двое?
Эмма замешкала.
– Я хреново разбираюсь в мужчинах. Двух больших ошибок было более чем достаточно. Урок усвоен.
Матрас дрогнул, когда он снова сменил позу на кровати. Его горячее дыхание овеяло ее шею, а мужская нога потерлась о бедро Эммы. Она догадалась, что вамп-ликан полностью повернулся на бок, чтобы смотреть ей в лицо.
– Объясни. Я ответил на твои вопросы. Мне любопытно. К тому же ты разбудила меня. А я тяжело засыпаю.
Эмма вздохнула.
– В старших классах я казалась немного странной другим детям. Никаких вечеринок с ночевкой, поскольку ни один родитель не отправил бы свою дочь ночевать к подружке, которую воспитывал старший брат. Такую историю мы рассказывали окружающим, чтобы объяснить, почему мой дедушка выглядел таким молодым. Когда я достигла подросткового возраста, то он уже не мог представляться моим отцом. Внешне он выглядел лет на двадцать, ну, может на тридцать. Плюс я никогда не уходила от него ночью, потому что нас могли найти вампиры. Значит, я не участвовала в чужих вечеринках. В общем, я не могла похвастаться обилием друзей. Мне приходилось быть скрытной, чтобы защитить дедушку. И ни разу не поделилась ни с кем подробностями своей жизни. Первый парень у меня был в колледже. Я прожила в общежитии несколько месяцев, прежде чем познакомилась с ним. Тогда мне казалось, что это была любовь. Но парень был обыкновенным придурком.
– Даже так? – в его голосе прозвучало удивление.
– Я еще слишком мягко выразилась в отношении парня с настолько испорченной моралью. Наверное, застенчивость выдавала мою девственность. Он поспорил с друзьями, что сумеет уложить меня в постель. Я и не догадывалась, что он притворялся, пока мы не оказались в одной койке, – при воспоминании о случившемся унижение все еще жгло ее грудь. – Он растрепал всем в округе, что между нами произошло. Мне пришлось уйти из колледжа. Я думала, что он любит меня. Просто все выглядело так правдоподобно, что… В общем я была всего лишь способом для достижения популярности…
– Я слышу боль в твоем голосе, – Рэдсон опять начал рычать.
– Я стала посмешищем. Некоторые девушки были откровенно злыми. Он разбил мне сердце. А я просто пошла домой к дедушке. Он хотел убить парня, но я попросила его забыть. Потом я долго избегала любого внимания мужчин.
– Ты упомянула двоих.
– После тридцати, а это знаешь ли тяжелый порог для женщины, я решила еще раз попытаться завести отношения. Мне удалось сойтись с одним, но ублюдок изменил. Вероятно, ему сошло бы все с рук, но у меня обостренное обоняние. Я была уверена, что он спутался с другой женщиной. Он стоял и лгал, хотя был полностью пропитан ее запахом. Сукин сын даже не удосужился принять душ после секса и переодеться.
Эмма решила вернуться к своему вопросу:
– Как ты узнаешь, кто твоя пара?
Он колебался.
– Совокупность влечения, чувств и дегустации.
Она заинтересовалась.
– Дегустации?
– Сначала возникает сильное влечение, но наверняка мы узнаем только тогда, когда пробуем кровь друг друга.
У нее отвисла челюсть.
– Ты пьешь кровь? Почему-то я считала, что в тебе больше от ликана, нежели от вампира.
– Иногда мы кусаемся во время секса.
– Ого, – она кивнула в темноту. – Ясно. Можешь не продолжать. Однажды я случайно застала своего дедушку с женщиной. Вернувшись с репетиции группы, я услышала громкие звуки из его комнаты, поэтому побежала наверх, ведь дедушка мог быть ранен, – она усмехнулась. – Даже не знаю, кто был смущен больше. Наверное, я. Хорошо, что та женщина никогда не вспомнит данный инцидент. Очень неловко, поскольку Линда жила по соседству, и мы часто встречались.
– Он не убил ее?
– Мой дедушка не убийца. Он берет лишь необходимое для выживания, – Эмма немного обиделась. – Не применяй к нему свои познания о вампирах. Дедушка не какой-то одержимый кровью дьявол, который убивает своих жертв. Он стар и могущественен. Женщина по соседству откровенно клеилась к нему. Однажды ночью дедушка был по-настоящему голоден, из-за чего его защита ослабла. Одно привело к другому. Он занялся с ней сексом и покормился, а затем заставил женщину обо всем забыть. Пока он был в ее голове, то внушил ей, что ее больше не влечет к нему. Дедушка был хорош в гипнотических штучках. В итоге Линда стала встречаться с почтальоном.
– Что ты увидела, когда вошла в спальню?
Она сморщила нос, вспоминая.
– Дедушка был сзади и брал кровь из ее шеи, – Эмма сделала паузу. – Линда, кажется, не возражала, – она прочистила горло. – Я бы тоже хотела забыть это зрелище. Мои подруги считали дедушку очень привлекательным, поскольку он выглядел таким молодым, но для меня он был… моим дедушкой.
– То же самое делают вамп-ликаны. Иногда мы кусаемся во время секса, но только когда возникает желание. Такое случается крайне редко. И мы никогда не кусаем друг друга одновременно. Вернее кусаем, но в момент спаривания и незащищенного секса.
Эмма обдумала новую информацию.
– Зачем? Тебе нужна кровь?
– Нет. Если секс действительно хорош, то мы хотим укусить на инстинктивном уровне, – он сделал паузу. – У тебя, должно быть, вообще нет вампирских черт.
– Нет.
– Так я и понял, когда ты рассказала всего о двух любовниках.
– Пояснишь?
– У тебя ведь не было горячки? Ликаны любят секс. Они буквально жаждут секса. Вампиры тоже испытывают вожделение, когда чувствуют жажду крови.
Его тон ей не понравился.
– Ты говоришь так, будто моя человеческая сторона отвратительна. Я не хочу пить кровь или отращивать хвост. Как по мне, то мои черты идеальны. Конечно, не без недостатков, но все же.
– Ты не можешь долго дружить с людьми.
– Верно, – Эмма вспомнила всех, с кем прощалась за эти годы. – Они начинают замечать, что я не старею. Плюс, они все пытаются соблазнить моего дедушку. Он поклялся не встречаться ни с кем из моих подруг и никогда не нарушал слова.
– Он не брал кровь у твоих друзей?
– Нет.
– Тогда как он питался? Лишь от женщин, с которыми встречался?
Она замялась.
– Дедушка немного старомоден. Он нанял несколько домработниц, которые убирались несколько раз в неделю и выполняли разные поручения. Вот от них он и питался. Сотрудники получали хорошее жалование и никогда не вспоминали о случившемся. Дедушка стирал им память. Но он только кормился, никакого секса, поэтому ему все же приходилось периодически ходить на свидания.
– У него нет компаньонки?
– Нет. Я жила с ним, поэтому вариант с человеческой компаньонкой его не интересовал, – ее наполнило чувство вины. – Дедушка не хотел рисковать. Она могла бы в любой момент предать его. Рассерженные женщины опасны и могут начать мстить. Раб крови тоже не рассматривался. Все равно, что встречаться с роботом. Большинство вампиров, у которых есть кровавые рабы, – это эгоистичные засранцы с полным отсутствием сострадания. Дедушка ценит человеческую жизнь. Женщину-вампира тоже нельзя было приглашать в дом, ведь я была лакомым кусочком. К тому же когда вампир находит компаньона, то разделяет с ним свою собственность, чем я и являлась.
– То есть, она имеет право укусить любого сотрудника, живущего в доме?
– В значительной степени. Вампирские штучки. Если в доме живет человек, значит вампир считает его своей собственностью. Дедушка противник подобных взглядов. Но компаньонка была бы другого мнения.
Между ними снова повисло молчание. Эмма чуть не заснула. Тут Рэдсон вновь заговорил:
– У тебя когда-нибудь была горячка?
Вопрос шокировал ее.
– Эм, нет.
– Уверена? – его голос стал глубже.
– Я бы заметила.
– Ты спала только с людьми?
– Ага. Мы сторонились общества других вампиров. К тому же их больше интересовала бы моя шея, чем личность. А ликаны не переносят, когда на их территории появляется вампир. Если на меня дважды смотрел незнакомец, то мы сразу переезжали. Поскольку за нами охотятся, мы решили не обращаться к вамп-ликанам, потому что дедушка не хотел подвергать кого-либо из вас риску.
– Призвав клятву крови.
– Да. Это было последнее средство.
– Тебе когда-нибудь раньше приходилось убегать из его гнезда?
– Нет, но мы часто переезжали. Дедушка отправил меня сюда одну, потому что вампиры, которые пришли в наш дом, были из Совета вампиров. Значит, Эдуардо добрался до серьезных людей. Кроме того он, вероятно, беспокоился о пытках и выдаче местонахождения убежища.
– Совет может подключить на твои поиски все гнезда.
– Знаю. Поэтому я оказалась там, где нет гнезд. Хоть дедушка и не уточнял, но я обо всем догадалась.
Рэдсон вздохнул.
– Спи, Эмма.
Она еще плотнее закуталась в одеяло, наслаждаясь теплом и пытаясь забыть, что спит с обнаженным парнем. Прошло десять лет с тех пор, как она делила постель с мужчиной. Впрочем, не стоило сравнивать эти ситуации. Тогда речь шла о романтических отношениях.
Мысль о сексе с Рэдсоном казалась немного пугающей. Вамп-ликан выглядел грубым… и не был человеком. А еще он имел склонность к физической активности. Он наверняка постоянно тискал бы ее.
Был бы он настойчивым любовником? Брал бы ее в любой момент, когда пожелает?
Концепция казалась странно привлекательной.
«О чем я думаю? Он не в моем вкусе. Мне нравятся податливые, добрые парни в костюмах, которые открывают двери и говорят красивые слова».
Она искренне сомневалась, что у Рэдсона было что-то большее, чем потертые джинсы. Парень был слишком приземленным, чтобы заботиться о внешности… И имел огромный недостаток в лице отсутствия социальных навыков.
Жизнь с дедушкой возлагала на нее большие надежды. Черт, ее воспитывал вампир возрастом более четырехсот лет. Он открывал двери для женщин и обладал безупречными манерами… короче, был настоящим джентльменом. Конечно, парень, лежащий сейчас с ней в постели, не мог похвастаться тем же.
У Рэдсона тоже были клыки… и этот рык… но он был слишком грубый.
«А еще у него есть девушка», – напомнила она себе. Хотя это была не настоящая девушка. Они всего лишь хотели немного пожить вместе, пока не найдут настоящие пары.
Другая мысль пришла ей в голову. Какая она, та самая пара?
«Даже не думай о нем в таком ключе», – приказала себе Эмма. Если она влюбится в Рэдсона, то лишь разобьет свое сердце. Сложность, которую стоило избегать. Жизнь и так была полна разочарований и боли.
Рэдсон не был человеком. Даже если бы они полюбили друг друга, то в какой-то момент в игру могла вступить сама природа, подкинув ему настоящую пару.
Глава 4
Рэд проснулся из-за каменного стояка, вызванного ароматом Эммы.
Он замер, молча оценивая ситуацию. Во сне девушка повернулась к нему лицом и уютно прижалась к его боку. Ее пышную грудь от его тела отделяла лишь тонкая материя. Голова Эммы покоилась у него на плече, а его рука каким-то образом обвилась вокруг ее спины. Каждый вздох девушки дразнил его горло. При желании, он мог бы легко дотянуться до ее губ.
Член дернулся под одеялом. Одна нога Эммы была согнута в колене и лежала слишком близко к члену. Вторая нога вытянулась вдоль его тела, из-за чего женская пятка находилась рядом с его икрой. Напоминание о том, что он был намного выше и крупнее ее.
Рубашка, которую Эмма натянула на ночь, задралась, поэтому он отчетливо ощущал мягкость ее кожи. Одна из ее ладошек покоилась на нижней части его живота… опять же, слишком близко к члену.
Было так просто перекатиться, подмять девушку под себя, рывком сорвать с нее нижнее белье и окунуться в рай. Он мог бы оказаться внутри нее еще до того, как она проснется.
Член вновь сильно дернулся. Вот только его смущала миниатюрность Эммы… не говоря уже о том факте, что она была по большей части человеком. Вероятно, она не обрадуется, если обнаружит Рэда сверху… но ведь она уже была в его постели, на его территории, возле его тела. И Эмма первая начала прижиматься к нему…
«ЧЕРТ!»
Он зарычал и оттолкнул девушку, откатившись в другую сторону и избавившись от теплого одеяла. В комнате было прохладно. Рэд услышал, как изменилось ее дыхание. Встав, он обрадовался, что Эмма плохо видела в темноте. Иначе она бы заметила торчащий член.
Закрыв дверь, он пожалел, что не установил в берлоге замки. Хотя навряд ли Эмма проследовала бы за ним. Оставив свет выключенным, Рэд сжал ствол члена одной рукой, чтобы хоть как-то облегчить боль, а второй рывком открыл зеркало и нашел смазку.
Смазка была приобретена на всякий случай… и вот ее звездный час настал. В противном случае Эмма рисковала быть оттраханой во всех мыслимых и немыслимых позах. Лежа на спине, нагнувшись перед ним, у стены… Как же ему хотелось, чтобы она оказалась рядом в данную секунду. Лоно девушки ощущалось бы гораздо лучше, нежели рука.
Холодная смазка едва утихомирила опаляющую похоть. Рэд яростно задвигал рукой, запрокинув голову. Стиснув зубы, чтобы не издавать никаких звуков, он дал волю воображению.
Обнаженная Эмма… полностью обнаженная и раскрытая… утопающая в горячке. Черт, он мог только мечтать. Не существовало ничего сексуальнее, чем женщина, стонущая и умоляющая мужчину о сексе, длиной в несколько часов. Ее киска была бы насквозь влажной, горячей и набухшей.
Рэд представил, как член проталкивается в лоно. Страсть сжигала его заживо. Ему придется действовать медленно, чтобы не испугать Эмму своим напором. Он был готов поспорить, что она спала с мужчинами, которые в подметки не годились ему.
Представил ее широко раздвинутые бедра. Представил, как пробует ее киску. Чертовски вкусная. Сладкий мед, который он слизывал бы до тех пор, пока Эмма не взмолилась бы о пощаде. И Рэд уступил бы. Стал бы медленно входить в нее, чтобы девушка приспособилась к его размеру, а затем начал бы трахать ее жестко и быстро.
Его яйца напряглись. Рэд не смог сдержать стона, когда стремительно кончил. Возможно, было немного неловко, но непрошенные эмоции быстро прошли, так как дверь была закрыта. Эмма никогда не узнает. Его тело сотрясалось от силы оргазма, который отказывался стихать. Он выпустил член и схватился за насадку для душа.
Холодная вода заставила его выругаться. Рэд резко крутанул кран, делая струи теплее и замер, не спеша мыться.
Он не знал, как защищать женщину, для которой был самой большой угрозой… Как же он хотел ее.
На самом деле Рэд понял, что нажил проблему, как только увидел Эмму. Дело было в чертовски красивых голубых глазах, в пухлых маленьких губках и в гребанной беспомощности. Каждый защитный инстинкт пробудился к жизни, когда он осознал, кто она и почему приехала.
Он поклялся защищать ее до тех пор, пока опасность не минует. Впервые Рэд молился, чтобы кровососы все же пришли в их город. Тогда он бы выместил всю свою неудовлетворенность на вампирах, а саму Эмму отправил бы восвояси. Вот только навряд ли его желание сбудется в ближайшие дни.
Рэд еще немного постоял под душем и выключил воду, пытаясь вытереться полотенцем в тесном пространстве. Обычно он сразу шел в спальню и там уже вытирался, но вряд ли Эмме понравится его обнаженный вид. Он обернул полотенце вокруг талии и открыл дверь.
Свет на кухне был включен, а кровать пуста. Он ошеломленно уставился на нее.
Эмма застелила постель.
Было даже приятно.
Запах кофе дразнил его нос. Сюрприз. Заметив краем глаза движение, Рэд повернул голову и обнаружил выглядывающую из-за холодильника Эмму. Девушка сменила футболку и трусики на толстовку с длинными рукавами и джинсы. Рэд испытал разочарование… Эмоцию, которую сразу возненавидел, потому что был не прочь немного полюбоваться ее голыми ножками.
– Не возражаешь, если я приготовлю завтрак? Тут есть пара банок тушенки и томатная паста.
Его брови поползли вверх.
– На завтрак?
Она пожала плечами.
– Вкусно же.
– Обычно я ем подобное на обед.
Ее губы скривились в милой гримасе, привлекая его внимание.
– У тебя нет яиц. Только полдюжины стейков. Ты ждал гостей?
Рэд покачал головой.
– В теплые месяцы я провожу здесь выходные. Соответственно пополняю запасы раз в неделю, привозя продукты из города. Кстати, скоро мне опять придется уехать в город.
В голову Рэдсона пришла неожиданная мысль, заставившая его поморщиться.
– Что случилось?
Эмма заметила. Он прочистил горло, удерживая ее взгляд.
– Тебе нужны какие-нибудь женские штучки? Ну, эм… женские штучки? Чтобы помочь во время определенного периода раз в месяц?
Она покачала головой.
– У меня нет месячных.
Рэд удивился.
– Почему? Ты же говорила, что тебе всего сорок. Люди впадают в такое состояние лишь в более старшем возрасте.
– Ты имеешь в виду менопаузу? – в ее голубых глазах промелькнул смех.
– Ага. Ее самую.
– Я живу с вампиром. Поэтому месячные рассматриваются как проблема. Вот я и позаботилась об этом несколько лет назад.
Рэд пришел в ужас.
– Ты прошла стерилизацию?
– Нет! – она покачала головой. – Каждые три месяца я делаю гормональный укол. Правда, скоро действие закончится, но не волнуйся. Я не планирую задерживаться здесь. К тому же у меня всегда с собой одна доза на случай, если вампиры обнаружат убежище и нам опять придется бежать.
– То есть, тебя не нужно везти к врачу?
– Не забывай, что дедушка умеет управлять сознанием людей. Он, эм, уговорил врача выдать мне запас лекарств, а затем стер ему память. Так что у меня есть заначка на целых два года. Лучше так, нежели заниматься бумажной волокитой и создавать новые медицинские файлы каждые несколько месяцев. Я стараюсь оставлять как можно меньше цифрового следа… За нами охотились. Эдуардо и другие вампиры из гнезда.
Она не могла забеременеть.
Член сразу откликнулся на данный факт, поэтому Рэд быстро сменил тему. Иначе полотенце, обернутое вокруг его бедер, могло раскрыть реакцию.
– Сколько вампиров в гнезде?
Эмма пожала плечами.
– Мы не знаем, сколько вампиров в управлении Эдуардо. При дедушке в гнезде было всего лишь шестеро особей. Обычно численность гнезда составляет от трех до десяти вампиров. Зависит от местоположения, личности мастера и способности прокормиться, не привлекая внимания.
– Насколько я помню, твой последний дом окружили вампиры, из-за чего дедушке пришлось остаться, верно? Сколько было врагов?
Она напряглась, вспоминая.
– Как минимум десять. Дедушка предупредил меня, с помощью нашей связи, что Эдуардо не имеет никакого отношения к созданию этих вампиров. Они были присланы Советом. Видимо Эдуардо просто увязался следом.
– Вашей связи?
– Эм… такая вампирская фишка. Я с детства живу с дедушкой. У моего разума еще не было никакой естественной защиты, поэтому он научил меня улавливать и посылать мысли.
– То есть ты можешь мысленно общаться с ним? – открытие ошеломило Рэда. – Подобная способность есть у пар.
– Пар? – ее губы скривились. – Фу-у-у! Я не спала с дедушкой.
– Видимо играет роль родственная связь, – исправился он. – А сейчас ты можешь связаться с ним?
– Нет. Только когда мы находимся в непосредственной близости.
– Насколько непосредственной?
– Даже не знаю. Мы разговариваем друг с другом дома. Но дедушка не может отправить мне сообщение, если я, например, в магазине. Типа купи пакеты для мусора или что-то в этом роде.
– Очень похоже на спаренную пару. Ты чувствуешь, что он делает?
– Вообще-то нет, если только это не сверхсильная эмоция. Я ощутила, как он испугался за долю секунды до того, как я убежала из дома.
– Я имел в виду физические ощущения. Типа боли от травмы?
– Нет. Лишь сильные эмоции, например, злость или испуг.
Он улыбнулся.
– У пар связь прочнее. Через связь они передают не только чувства, но и физические реакции.
– Серьезно? – она выглядела удивленной.
– Между парой особенные отношения, которые никогда не будут у обычных людей.
– Отлично, – пробормотала она, отворачиваясь. Затем Эмма прошептала: – Еще один.
– В смысле еще один?
Эмма тихо выругалась, прежде чем снова повернуться к нему лицом.
– Я забыла, что у тебя слух такой же хороший, как и у дедушки. Знаешь ли, очень утомляет, что со мной обращаются как с неполноценной, потому что я такая нормальная. По крайней мере, я могу наслаждаться солнцем, не превращаясь при этом в пепел. И у меня нет хвоста.
Она явно обиделась. Рэд видел это в ее глазах и слышал в голосе.
– Я не хотел задеть тебя.
– Конечно, – Эмма пожала плечами. – Как скажешь. Итак, ты будешь тушенку? Могу начать готовку? Я всегда умираю с голоду, когда просыпаюсь.
– Буду. Или дай мне несколько минут одеться. Тогда приготовлю я.
– Я справлюсь, Рэдсон, – она исчезла из его поля зрения. – У меня есть пара полезных качеств, – пробормотала Эмма.
Рэд знал, что женщины были чрезмерно эмоциональны. Каким-то образом он только что ее разозлил. Тихо зарычав, он решил одеться. В помещении трудно было найти укромный уголок, поэтому ему пришлось забыть о чувствах гостьи. Повернувшись спиной, он сбросил полотенце и натянул джинсы.
***
Несмотря на гнев, Эмма поставила сковороду на маленькую конфорку. И почему она думала, что Рэдсон станет относиться к ней как к равному. Дедушка, пусть даже не намерено, постоянно напоминал ей о человеческом происхождении.
Возможно, она была настолько расстроена потому, что чувствовала влечение к вамп-ликану. Мужчина был невероятно сексуальным… и недоступным.
