Текст книги "Только одна ночь (ЛП)"

Автор книги: Лорен Блэйкли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Лорен Блэйкли
Только одна ночь

Информация

Книга: Только одна ночь

Автор: Лорен Блэйкли

Жанр: Современный любовный роман

Рейтинг: 18+

Серия: «Экстравагант» #1 (про разных героев)

Номер в серии: 1

Главы: 22 главы+Эпилог

Переводчик: Ленуся Л.

Редакторы: Анна Л., Катя И.

Вычитка и оформление: Юлия Л.

Обложка: Алёна К.

ВНИМАНИЕ! Копирование без разрешения, а также указания группы и переводчиков запрещено!

Специально для группы: K.N ★ Переводы книг

(https://vk.com/kn_books, https://t.me/kn_book)

ВНИМАНИЕ!

Копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков запрещено!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Глава 1

Иви

Я чувствую на себе его взгляд.

Обычно он смотрит куда угодно, только не на меня.

В конце концов, именно за это ему и платят. Он видит все. Он предвидит. Он знает.

Но в этот момент его взгляд устремлен на меня, и это согревает.

Я, конечно же, не могу этого показать.

Но, с другой стороны, я хорошо умею не показывать, что его темный взгляд делает с моим телом.

Секунду спустя Каллум отводит взгляд и смотрит куда-то в другое место, осматривая окрестности и наблюдая.

Это его работа.

Моя задача – продвигать, общаться, рассказывать о месте, которое люблю. Поэтому я стараюсь сосредоточиться на том, чтобы провести экскурсию для частной группы важных персон, а не на том, чтобы проверять человека, которого наняла, чтобы он был рядом со мной большую часть времени. Каллум Блэквелл регулярно присутствует в моей трудовой жизни. Его присутствие заставляет это меньше походить на работу, а больше на… возможность.

На искры.

На ускоренное биение пульса.

Красные подошвы моих черных туфлей стучат по мозаичному полу. Я указываю на импортный мрамор под ногами.

– Как вы можете видеть, «Белладжио» не сравнится с нами, – говорю я с ноткой гордости в голосе, сопровождая группу на персональной экскурсии по недавно отремонтированному отелю, которым мы с сестрой владеем и управляем.

«Экстравагант» после многих лет беспорядка наконец-то снова оправдывает свое название и наследие роскоши.

Я не могла бы с еще большей гордостью хвастаться ремонтом отеля, превратив его в сияющую жемчужину Стрипа (примеч. Лас-Вегас-Стрип – длинный участок бульвара Лас-Вегас с элитными отелями-казино, освещенный ночью неоновыми огнями).

Этого мы и добивались.

Таким он и должен быть. Драгоценным, великолепным, завораживающим.

Компания важных шишек тащится позади меня, улыбаясь, охая и ахая, время от времени задавая вопросы. Я отвечаю на все. Мы останавливаемся в центре отремонтированного лобби сразу за роскошной стойкой регистрации.

Там установлена гигантская скульптура.

Я указываю на великолепную инсталляцию из стекла ручной работы, изготовленную в виде шкатулки для драгоценностей в натуральную величину, украшенную копиями бриллиантовых ожерелий, сапфировых серег и рубиновых браслетов.

– Наша тематика: красота во всех ее проявлениях. Все в этом отеле должно быть красивым. Это образ, который мы хотим создать в «Экстраваганте», – рассказываю я, стоя рядом с роскошным экспонатом.

Одна из давних членов правления, знавшая еще моих родителей, по-доброму улыбается, заправляя за ухо свои черные как смоль пряди.

– Это в стиле Кармайкл, – соглашается Марджори, и ее слова я ощущаю, словно теплые объятия.

Я сглатываю ком в горле. Воспоминания всегда вызывают во мне бурю эмоций.

– Действительно. Мы с Сейдж рады донести это до нового поколения гостей, – произношу я, – «подбородок вверх, губы накрашены», как сказала бы моя мама.

Каллум почти незаметно кивает. Он никогда не встречался с моими родителями, но чертовски хорошо знает, что именно из-за них я делаю то, что делаю.

Почему так усердно работаю с утра до ночи.

Худощавый мужчина в очках в роговой оправе прочищает горло, вступая в разговор.

– И какие у вас планы по привлечению новых гостей? – Он еще один из наших давних членов правления сети отелей Кармайкл.

– Это хороший вопрос, Джереми, – говорю я, и ответ довольно прост. Потому что он заключается в том, почему мы с сестрой планировали это изменение, когда переосмысливали перспективы развития флагманского отеля, который унаследовали несколько лет назад. Она – центр бизнеса, легко управляющаяся с числами, в то время как я – публичное лицо, создающее имидж для этого принадлежащего нам обеим небоскреба, который я называю одновременно и работой, и домом. – Красота. Мы планируем подчеркнуть красоту и ее достоинства, – говорю я всем. – И мы сосредоточим наши цели вокруг этого. Позвольте рассказать подробнее.

Я подробно описываю стратегию, ведя их через сверкающее огнями казино, мимо покерных столов, за которыми сидят игроки, и шикарных ресторанов, которые уже привлекают толпы, до конца вместительного зала. Все это время в моих венах пульсирует кровь от постоянного молчаливого присутствия Каллума всего в метре от меня. Осознавать его присутствие сейчас стало почти так же естественно, как дышать. Я чувствую это каждую секунду с тех пор, как год назад он взял на себя обязанности по моей охране.

Никто не проводит со мной больше времени, чем этот мужчина с четко очерченными скулами, точеной челюстью и внимательными темно-карими глазами, которые, кажется, знают меня, видят меня насквозь.

Он словно создан специально для защиты. И поэтому выглядит соответственно. Темный сшитый на заказ костюм облегает его крупное тело во всех нужных местах. Просто идеально обтягивает его руки, бедра и задницу. Иногда такие широкоплечие и высокие мужчины не очень хорошо смотрятся в костюмах, но, несмотря на то, что у него тело, как у Дуэйна «Скалы» Джонсона, Каллум выглядит в нем чертовски хорошо.

И эти губы. Они такие соблазнительные, словно специально созданы для поцелуев.

Выбрось это из головы, Иви.

Я останавливаюсь перед комнатой отдыха для игроков с матовой платиновой вывеской, разработанной местным художником. И отвечаю на несколько последних вопросов.

Наша экскурсия закончилась. Марджори машет рукой, указывая на членов правления.

– Мы надеемся, что раннее внедрение обновленного бренда и дизайна пройдет так хорошо, как вы и планируете. Однако я думаю, что выражу общее мнение от имени всего правления, когда скажу, что нам бы хотелось, чтобы число гостей продолжало расти в течение следующих нескольких месяцев и далее. Есть ли у вас какие-нибудь большие планы, чтобы произвести фурор и привлечь толпы гостей в будущем?

Я улыбаюсь своей лучшей профессиональной «у меня все под контролем» улыбкой.

– На самом деле, есть. Я вношу последние штрихи – из серии «вы должны сами это увидеть» – в организацию мероприятий с участием мировых звезд индустрии развлечений и надеюсь очень скоро поделиться ими с вами.

Она одобрительно кивает.

– Я заинтригована. Не могу дождаться.

– Обещаю, это не займет много времени. И я так рада, что вы все остались в восторге от нового внешнего вида отеля, – говорю я.

Я пожимаю членам правления руки, благодарю и прощаюсь.

Пока они направляются к выходу через казино, я улучаю момент, чтобы насладиться атмосферой «Экстраваганта», впитать красоту роскошной обстановки. Некоторые части отеля были закрыты в течение последних нескольких месяцев, пока проводилась реконструкция. Но теперь мы снова открыты, все девятьсот номеров, двенадцать ресторанов, семь баров и два клуба.

Открыты и готовы, как я надеюсь, к новой волне подъема бизнеса.

Этот проект поглотил меня целиком. Украл мое дыхание, мой разум и мое сердце. Разрушение и восстановление огромного отеля было утомительным, но в то же время заряжало энергией, – а часто и то, и другое одновременно.

И когда последние члены правления исчезают из виду, я снова могу дышать полной грудью.

Наконец-то меня охватывает облегчение, блаженное чувство, что еще один напряженный день заканчивается и впереди меня ждет ночь. Ночь – мое любимое время суток, когда я могу расслабиться и отдохнуть в своем номере за чтением книги, принятием ванны или массажем.

Мои потребности просты и, честно говоря, это все, что я себе позволяю.

У меня мало на что еще остается время и силы.

Хотя сегодня вечером, пожалуй, я выпью коктейль и закину в ванну лавандовую бомбочку.

Однако пока не поднимусь наверх, будем только мы с Каллумом. И притяжение, которое я чувствую к своему телохранителю. Притяжение, которому по стольким причинам никогда не поддавалась.

Отчасти, потому что полагаюсь на него в защите, но также и в… большем.

За последний год Каллум стал моим хорошим собеседником, тем, кому я могу полностью довериться. Он мудр, прямолинеен и никогда ни с кем не церемонится.

Я нуждаюсь в этом.

Я встречаюсь с ним взглядом.

– Итак, скажи мне. Что ты думаешь?

Он пожимает плечами, чешет челюсть, покрытую щетиной, тратя несколько секунд на обдумывание ответа.

– Это было неплохо.

Я хмурюсь.

– О, прекрати.

Каллум обводит рукой лобби.

– Если ты увлекаешься подобными вещами. Шикарный отель, крупные игроки, красивое искусство.

– Это не то, что я имела в виду, – раздраженно произношу я, но улыбаюсь, так как знаю, что он дразнит меня.

– О, правда? – спрашивает он с невозмутимым видом.

Я бросаю на него обжигающий взгляд.

– Ты же знаешь, что нет.

– Могу поклясться, что именно это ты и имела в виду, – возражает Каллум, играя со мной, как иногда делает. Клянусь, он точно знает, как вывести меня.

Возможно, меня и готовили к этой работе с самого рождения. Возможно, я жила в этом отеле еще до того, как научилась ходить. Но я управляю им всего несколько лет и хочу поступать правильно по отношению к своей семье. Хочу, чтобы мои родители, да упокоятся они с миром, гордились мной и моей сестрой.

– Произвести впечатление на совет директоров – нелегкая задача. Удалось ли мне сделать это? Мне нужно знать. Я действительно хочу знать. На этот раз никаких поддразниваний.

Возможно, почувствовав серьезность моего вопроса, Каллум опускает сильную ладонь на мою обнаженную руку, посылая искры по коже. Я сглатываю, пытаясь подавить интенсивность своей реакции на это простое прикосновение.

Мне уже нужно было бы привыкнуть к его прикосновениям. К его руке на моей спине. На моем локте. К тому, что время от времени он обнимает меня.

У меня должен быть иммунитет.

Но его нет. Ни в малейшей степени.

Я опускаю взгляд на его большую руку на моей коже. В голове проносятся образы… образы, которые мне следует игнорировать. Его рука на моей талии. Моей груди. Еще ниже…

Каллум кивает в сторону коридора, показывая «давай пройдемся». У нас это хорошо получается. Ходить и разговаривать. Именно так мы проводим наши дни и вечера здесь, в отеле, пересекая его, переходя от конференц-зала к люксу, от бара к ресторану, поверяя все в здании, и он все время прикрывает мою спину.

Поэтому я стараюсь сосредоточиться на этом, а не на мурашках, бегущих по моей коже от его прикосновения. Провожу рукой по своему черному платью-футляру, будто это избавит меня от тоски по этому мужчине.

Срочные новости: это ни хрена не помогает.

– Ты была великолепна, Иви. Конечно, они впечатлены.

Я смотрю на его профиль, на легкий изгиб улыбки.

– Ты так думаешь? – Я не могу скрыть ни своего волнения, ни своих нервов. – Мне хотелось показать все изменения. Знаю, что они видели новое лобби и так далее, но я хочу, чтобы они были поражены нашим видением, тем, как все сошлось воедино.

– Они были совершенно точно поражены. – Его голос такой обнадеживающий, уверенный.

– Надеюсь. Я бы хотела, чтобы «Экстравагант» понравился им так же, как нам с Сейдж, – говорю я.

– Ты прекрасно продолжаешь поддерживать наследие семьи Кармайкл, – отвечает он.

У меня дрожат руки. Я отчаянно хочу, чтобы это место соответствовало наследию сети отелей семьи Кармайкл.

Каллум переводит взгляд на мои подрагивающие руки. Он с любопытством выгибает бровь.

– Что тебе нужно, Иви? Я вижу, что ты все еще напряжена. Хочешь, я попрошу Вайлет прислать тебе массажистку? – спрашивает он, упоминая мою помощницу.

– У нее выходной на оставшуюся часть ночи. Я в порядке. Клянусь, я в порядке. – Делаю глубокий, успокаивающий вдох, желая, чтобы это было правдой. А правда состоит в том, что онлайн-йога не помогает. Медитация со мной не работает. Реконструкция этого места натянула мои нервы до предела. Я хочу, чтобы этот отель стал великолепной жемчужиной в короне города, бриллиантом в городе блеска.

Но я еще не добилась этого. Мне так много нужно доказать – совету директоров, этому городу, но, прежде всего, самой себе.

Что я достойна этого. Что я могу закончить то, что начали мои родители.

Каллум прищуривается, но не называет мою ложь чушью. Вместо этого говорит:

– У меня есть идея. Покажи мне новый бар. Мы только что прошли мимо него, но не зашли внутрь.

Я улыбаюсь.

– Ах, потому что я не хотела искушать их. Напитки настолько восхитительны, что они могли бы захотеть «Любовь на расстоянии» или «Фиолетовые снежные шары», – говорю я, называя некоторые из фирменных коктейлей. – Я закажу один и возьму с собой в номер.

– Хороший план. Но сначала покажи мне это место, – говорит Каллум тем глубоким, рокочущим голосом, который скользит по моему телу, оставляя после себя покалывания на коже. – У нас есть несколько минут. Проведи для меня личную экскурсию по бару. – Он говорит это так интимно, будто все, чего ему когда-либо хотелось, – сопровождения в «Спикизи».

– Я думала, ты уже все видел, – поддразниваю я, когда мы проходим мимо кассиров, обменивающих деньги на фишки. Он внимательно смотрит по сторонам, даже позади нас, а затем на меня.

– Мне хочется посмотреть на это твоими глазами, – отвечает он, останавливая свой взгляд на моих губах.

Даже задерживаясь на них.

Я стараюсь не облизывать губы и не покусывать их. Но это трудно из-за того, что он смотрит на них дольше, чем обычно. С тех пор, как Каллум возглавил мою охрану, во мне вспыхивают искры. Хочется думать, что и он тоже их чувствует, но я не строю бизнес на предположениях, так что и личную жизнь на этом строить не буду.

Каллум смотрит на меня, потому что это буквально его работа. Вот почему я наняла его. Потому что последняя охранная фирма, к которой я обращалась, облажалась.

Каллум не оставляет меня уязвимой для преследователя.

Каллум не подпускает ко мне не тех людей.

Каллум дает мне ощущение безопасности такое, какое мне нужно.

И когда ты проводишь с кем-то так много времени, этот кто-то узнает о тебе кое-что новое. Например, как сильно ты задерживала дыхание, пока реконструкция не подошла к концу.

– Тогда я покажу тебе «Спикизи», – соглашаюсь я. В своих фантазиях я соглашаюсь на все, о чем он просит. Уже несколько месяцев. – «Спикизи» раньше был спортивным баром. Знаешь ли ты, что в нем раньше часто зависал Фрэнк Синатра? В наши дни здесь можно увидеть «Джонас Бразерс».

Игриво приподняв бровь, Каллум оглядывает столы.

– Разве это не Ник вон там?

– О, ты знаешь «Джонас Бразерс». Очаровательно.

Он рычит на меня, прищурившись.

– Я слежу за музыкой.

Я толкаю его локтем.

– За бойз-бендами.

– Я знаю разную музыку, мисс Кармайкл. На самом деле, думаю, в нескольких столиках от нас кидает кости Леди Гага.

– Ты так говоришь, потому что знаешь, что я люблю Гагу.

– Любишь? Вот это новость, – дразнит он, когда мы проходим мимо «Раптур» – нового ночного клуба с пульсирующими низкими ритмами и красивыми двадцатилетками, раскачивающимися в такт техно-музыке.

– Ха-ха. Это всего лишь моя мечта – заполучить ее для шоу «Только одна ночь». Или кого-то столь же очаровательного.

– А я и не знал.

Мне хочется стукнуть его. Он такой саркастичный. Ростом метр девяносто, и сложен как стена. Стена мускулов и мужества, смелости и инстинктов.

Я точно не смогу стукнуть его.

Мы доходим до «Спикизи» и останавливаемся снаружи. Внезапное прозрение поражает меня. Мне не хочется просто показать ему этот бар. Я хочу сесть там. Хочу расслабиться и окунуться в джазовую, сексуальную атмосферу. И хочу быть здесь с этим мужчиной. После года ремонта и напряжения я хочу просто расслабиться с кем-то, кто понимает меня… И Каллум понимает меня. И, может быть, еще немного играет роль то, что от одного взгляда на него каждая частичка в моем теле начинает вращаться по спирали. Он – идеальный отвлекающий маневр.

Я останавливаюсь перед баром, судорожно сглатывая от нервов.

– Выпьешь со мной здесь?

Это вопрос. Я хочу провести больше времени с ним и хочу этого сегодня вечером.

Или, может быть, это необходимость.

Та, что нарастала весь последний год.

Глава 2

Иви

Каллум смотрит на часы «Вашерон Константин» из нержавеющей стали, которые я подарила ему на Рождество, а затем снова на меня (примеч. Vacheron Constantin – швейцарский производитель часов. Данная марка часов считается одной из самых дорогих, престижных и традиционных марок).

– Я на дежурстве.

– Ты на дежурстве со мной. – Я использую свой лучший настойчивый тон. Тон генерального директора.

Только на Каллума это не действует. Он непоколебим, когда дело доходит до правил. Так было всегда.

– Я не пью на работе, – произносит он четким и сдержанным голосом. Сталь, содержащаяся в нем, разжигает внутри меня огонь. Я хочу, чтобы он использовал этот голос со мной другим способом. Столькими многими другими способами.

– Никогда?

Каллум качает головой.

– Я никогда не нарушаю это правило. Нарушение не спасет тебя. Но присоединюсь к тебе и выпью воды. Я хочу, чтобы ты наслаждалась жизнью, Иви. Немного расслабилась.

Фыркаю, словно это величайший компромисс, но, по правде говоря, я с удовольствием любым доступным мне способом проведу с ним несколько лишних минут.

Украдкой, даже если на публике.

Но я приму то, что смогу получить. Год тоски по одному мужчине и не такое может сотворить с женщиной. Может заставить жаждать малейшие крупицы большего.

Я одариваю его улыбкой.

– Я слышала, что в «Спикизи» потрясающая вода, – говорю, пока мы идем к новому бару. – Как и все коктейли. Они не только потрясающе вкусные, но и красивые, на них приятно смотреть.

– В конце концов, это тематика этого места. Красота, – говорит Каллум, и я клянусь, мне кажется, он добавляет: «Как ты».

Но это всего лишь моя разыгравшаяся фантазия. Всего лишь мечты и желания.

Каллум бы так не поступил. Он бы такое не сказал.

Мой телохранитель весь день может блуждать по мне взглядом, но это легко можно списать на то, что он просто выполняет свою работу. Я не могу позволить себе представить, что мужчина, которого я безумно жажду, тоже желает и хочет того же.

От быстрого просмотра меню в баре в винтажном стиле у меня идет кругом голова. Все выглядит очень аппетитно, но я так устала думать. Поэтому, вздохнув, опускаю руку на плечо мужчины.

– Ты сделаешь заказ за меня? Я не хочу думать. Потом мы поболтаем. Хочу узнать, что ты обо всем этом думаешь. Ты же знаешь, как я ценю твое мнение и верю, что ты честно выскажешь его мне.

Каллум пристально смотрит мне в глаза.

– Я всегда честен с тобой, Иви.

То, как этот мужчина смотрит на меня, посылает волну жара в мою грудь, которая затем распространяется вниз по телу и собирается прямо между ног. Он не отводит взгляда, и мне становится душно, жар под моей кожей растет. Я не знаю, случайный ли это взгляд. Или один напряженный, интенсивный год кипящего желания повлиял и на него тоже.

– Я тоже честна с тобой, – говорю я, у меня немного перехватывает дыхание от его горячего взгляда.

Это правда, за исключением одной мелочи.

Я фантазирую о нем. И я не честна в этом.

Представляю, как он делает со мной очень плохие вещи. Бросает меня на мою кровать королевского размера, связывает, прижимает к себе, жестко берет меня.

Так много раз, что я не могу сосчитать.

Я не честна с ним в этом. Или в том, что он бурно кончает в этих фантазиях.

Нет необходимости говорить Каллуму, что по ночам он делает со мной грязные вещи, о которых стыдно говорить вслух. Я должна держать свои самые темные, сокровенные мысли при себе. В конце концов, именно там им и место.

Тем не менее, я вздрагиваю, когда образы проносятся в моем сознании, хотя изо всех сил стараюсь отогнать их, пока Каллум подает сигнал бармену.

Мужчина с козлиной бородкой в считанные секунды сокращает расстояние, обращая на меня взгляд своих серых глаз.

– Что я могу предложить вам, мисс Кармайкл?

Каллум опирается локтем на стойку бара.

– Она будет «Любовник на расстоянии», – говорит он мужчине, но смотрит на меня. Боже, слово «любовник» в устах Каллума звучит греховно. И произносит его так, будто я – то, что он хочет выпить.

Или, может быть, у меня снова разыгралось мое порочное воображение.

Это будет не в первый раз.

– А для вас?

– Сделай чай со льдом, – произносит Каллум.

– Сейчас сделаю, сэр, – отвечает бармен с козлиной бородкой, затем улыбается мне. – Рад видеть вас, мисс Кармайкл. Это будет лучший «Любовник на расстоянии», который вы когда-либо пробовали.

Я одариваю его радостной улыбкой.

– Не сомневаюсь, Генри, – отвечаю я.

Взгляд бармена загорается, он явно рад, что я знаю его имя. Что ж, бейджики с именами действительно помогают.

Мужчина разворачивается, чтобы смешать напиток, в то время как мы занимаем тихую кабинку в углу, окруженную двумя стенами. Это в стиле Каллума. Он никогда не оставляет меня на виду. Вот как сталкер смог подобраться ко мне год назад. Слишком близко, чтобы я могла чувствовать себя комфортно, говорил что-то о моей семье, моих родителях, словно это они сами рассказали ему обо мне. Содрогаюсь при воспоминаниях о той ужасной ночи, но искренне благодарна, что с тех пор он больше тут не появлялся.

– Итак, какие планы на сегодня, после того как ты закончишь работать? Что-то должно быть поздней ночью, раз ты перешел на чай со льдом.

– О да. Я готовлюсь к вечеринке.

Я смеюсь, потому что это совсем не вяжется с ним.

– И под «вечеринкой», полагаю, ты подразумеваешь поход в боксерский зал? На стрельбище? Занятие крав-мага (примеч. индийская система рукопашного боя)? – спрашиваю я, поддразнивая, но не совсем. Он стремиться поддерживать все свои необходимые рабочие навыки.

Каллум снова смотрит на часы.

– Вообще-то я встречаюсь с другом.

Другом? На меня накатывает дикая волна ревности. У Каллума есть кто-то? Уходит ли он ночью домой к женщине? Как я могу не знать этого? Он знает обо мне почти все, а я только теперь узнаю, что у него есть друг.

– С другом? – спрашиваю я, и слова звучат сдавленно.

Он кривит губы. Это ухмылка. Озорная, дерзкая ухмылка. Каллум придвигается чуть ближе.

– С приятелем. Из далекого прошлого.

Я выдыхаю с видимым облегчением.

– Хорошо, – говорю я, прежде чем осознаю, что это слово сорвалось с моих губ.

Он приподнимает бровь.

– Почему это хорошо?

Я пытаюсь легкомысленно свести свою оплошность к шутке, но легкомыслие превращается во флирт.

– Это значит, что я владею всем твоим вниманием.

В его глазах светится озорство.

– Ты уже это сделала, Иви.

Бармен приносит мой напиток и чай со льдом для Каллума, и я благодарю Генри, затем делаю глоток, наслаждаясь смесью джина и лимонада.

– Потрясающе. Некрепко. Немного сладковато, но с легкой терпкой ноткой.

– Похоже на тебя, – замечает Каллум. Он определенно тоже флиртует.

Может, сегодня что-то этакое витает в воздухе.

– Итак, почему ты выбрал для меня «Любовник на расстоянии»? – спрашиваю я, а затем на мгновение отвлекаюсь на сцену, разворачивающуюся через несколько кабинок от нас.

Великолепную рыжеволосую девушку в облегающем изумрудном платье окружают двое мужчин.

Один запускает руку ей в волосы, поглаживая локоны. Другой опускает ладонь ей на ногу.

– Наверное, на твоих губах он еще вкуснее, – говорит Каллум, и намек в этих кокетливых, потенциально грязных словах оседает на моей коже, как секс, пока я продолжаю смотреть на трио.

Бесстыдно.

Я должна прекратить смотреть.

Они мои клиенты, и так пялиться на них некрасиво.

Но смотреть так приятно.

И так сексуально.

Потому что она наслаждается собой на публике, позволяя чувствовать себя обожаемой двумя сильными мужчинами, которые выглядят очарованными ею.

Когда его слова доходят до меня, я начинаю ерзать на своем месте и на долю секунды отвожу взгляд.

– О, правда? – улыбаясь ему, игриво интересуюсь я. Этот момент становится значимее благодаря компании, за которой я наблюдала, и этому мужчине рядом, который заставляет меня чувствовать все. И я ничего не могу с собой поделать. Мне нужно еще раз взглянуть.

Она… в центре внимания. Ее глаза закрыты. Один мужчина что-то шепчет ей на ухо.

Я сглатываю. Мой разум захлестывает новая волна образов. Представляю, что они делают с ней, как возбуждаются с ней, для нее, на ней.

Я пытаюсь отодвинуть картинки в сторону, но игнорировать их слишком сложно. Поэтому делаю еще один глоток.

– Думаю, тебе нравится твой напиток, – говорит Каллум понимающим голосом.

Я встречаюсь с ним взглядом.

– Мне очень нравится.

Даже для собственных ушей мой голос звучит так, словно я нахожусь в туманном трансе.

Я и чувствую себя так.

И думаю, что мой телохранитель знает.

Думаю, ему это тоже нравится.

И мне вот интересно, понравятся ли ему другие мои извращенные фантазии. Или придется продолжать держать их при себе.