Текст книги "Просто моя (ЛП)"

Автор книги: Лора Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

– Да, я понял, – сказал я, но взгляд не мог оторвать от Шарлотты и этого Робби. Он стоял слишком близко, смеялся, и я сжал руки в кулаки.

– Все, народ! Можно идти. Пошли ужинать, – сестра замахала рукой, показывая всем, что репетиция закончена.

Нэн взяла меня под локоть, мама – с другой стороны, и я повел их к зданию клуба. На завтрак и ужин приехали несколько наших теток, дядей и кузенов. Родственники Гаррета тоже пригласили гостей, так что за столом должно было быть человек двадцать пять.

Когда мы вошли в отдельный зал с длинным столом, я еще раз посмотрел, где Чарли. Этот подлиза Робби не отходил от нее ни на шаг, и меня это бесило до чертиков.

Кто, к черту, он такой вообще?

Она встретилась со мной взглядом, и я приподнял бровь, отодвигая для нее стул.

– Я хочу сесть рядом. Нам надо обсудить тосты, – сказал я.

Она улыбнулась, но этот придурок скривился.

– Похоже, рассадка свободная. Я сяду здесь, чтобы мы могли продолжить разговор. Я так хочу услышать еще про этих твоих миленьких детсадовцев.

«Миленьких детсадовцев»?

Да вы издеваетесь?

Этот клоун явно решил выложить весь арсенал.

Она просто улыбнулась и села рядом со мной, а этот присосавшийся болван плюхнулся в свободное кресло по другую сторону от нее.

С другой стороны от меня сидела Нэн, напротив – Джилли, Гаррет и мама. Остальные рассаживались на свободные места.

Нам налили вина, мы быстро выбрали блюда по меню – как завтра. Нэн щебетала мне на ухо, рассказывая новости из своего клуба: там наняли нового инструктора по аквааэробике, по кличке Булл, под шестьдесят, и барышни, кажется, глаз с него не сводят.

Хотел я это слушать? Да ни секунды. Но это была Нэн, и я старался держаться, как будто мне не плевать.

Тем временем этот балабол рядом с Чарли тараторил без остановки, не закрывая рот ни на минуту. Я поднял глаза и увидел, как Гаррет, сидящий напротив, с хитрой ухмылкой наблюдает за мной, попивая вино.

Он наслаждался. Ублюдок.

А ведь я его шафер, черт побери.

Он пожал плечами, поставил бокал и одними глазами передал мне: Делай что-нибудь или прекращай ныть, идиот.

Да, не всем хочется делать «что-нибудь». Но это не значит, что я хочу, чтобы она сидела здесь и слушала этого нытика.

Нам принесли салаты, и, слава Богу, тетя Ширли переключилась на Нэн, обсуждая Булла и его новые упражнения для бедер, которые он ввел сегодня утром.

– Ненавижу прерывать такую захватывающую беседу, – сказал я и положил руку Шарлотте на плечо. – Но нам нужно обсудить завтрашний план. Робби, дашь нам минутку? – я посмотрел на него так, что сомневаться не приходилось.

Он вытер рот салфеткой и кивнул, слава всем святыням, повернувшись к Гаррету и засыпав того вопросами про площадку для церемонии.

– В чем твоя проблема? – прошептала она, не скрывая раздражения.

– В том, что он виснет на тебе.

– И что? Какое тебе дело?

Вот дерьмо. И сама не думает извиняться?

– Он даже не живет здесь, – прошипел я, оглянувшись. К счастью, сестра обсуждала что-то с кузиной Джейни, и шум вокруг заглушал наш разговор.

– Ты тоже, если забыл.

Вот это меня заткнуло. По крайней мере, на минуту.

– Туше. Но я сейчас здесь.

Она закатила глаза.

– Ты ведешь себя смешно.

Мне ненавистно было видеть ее такой отстраненной. Мне нужны были ее тепло, ее взгляд, ее внимание. Я положил ладонь ей на бедро под столом, и она скользнула выше, под край платья. Она резко вдохнула, щеки чуть розовели. Никто бы не заметил, но я замечал все.

То, как у нее появляются ямочки, когда она улыбается.

То, как цвет ее глаз меняется от коричневого к зеленому.

То, как часто она начинает дышать, когда мы рядом.

То, как твердеют ее соски, когда я касаюсь ее.

Моя ладонь поднялась выше. Я смотрел прямо на нее.

Она меня не остановила.

– Леджер, – прошептала она, и я уловил в ее голосе то же, что чувствовал сам. Желание. Тягу. Нужду.

– Тебе не нравится салат? – спросил Робби, снова переключившись на нее, и мне пришлось собрать всю волю, чтобы не метнуть вилку ему в лицо.

– Нравится. Я просто говорила о своем тосте, – хрипло ответила Чарли, потянулась за вилкой, а мои пальцы нашли ее влажные трусики. Я провел по ним несколько раз, отчаянно желая прямо сейчас увести ее отсюда. Чтобы остались только мы двое.

Она чуть сильнее раздвинула ноги, пропуская меня, а этот придурок рядом с ней снова завел разговор:

– Ты всегда мечтала стать учителем?

Я сунул палец под ее трусики, и она выронила вилку, потом быстро подняла.

– Да. Да. Да, мечтала, – сказала она. Голос звучал чуть прерывисто, но он ничего не заметил.

– Вот у меня то же самое с бухгалтерией, – он откусил салат и продолжил: – Я люблю цифры. Я парень цифр.

Она кивнула в тот момент, когда я вошел в нее пальцем. Она дернулась, но удержала лицо. Я оглядел стол – все говорили одновременно. Вино лилось рекой, разговоры были громкие, оживленные, а я хотел только одного: довести девушку рядом со мной до дрожи под моими пальцами.

Я прочистил горло и придвинул стул ближе, вводя второй палец. Снаружи казалось, что ее руки спокойно лежат на краю стола, но если присмотреться – она вцепилась в белую скатерть, как будто слушала Робби так внимательно, что аж пальцы сводит.

Я двигал пальцами – сначала медленно, потом быстрее. Чувствовать, как она сжимается вокруг них, делало мой член таким тугим, что я понимал: если она кончит, мне придется посидеть тут еще довольно долго, прежде чем смогу встать. Костяшки ее пальцев побелели, грудь поднималась быстрее, но этот тупица ничего не заметил.

– В школе я выигрывал все математические олимпиады на свете, – гордо заявил он.

– Ммм-хмм, – сказала Чарли, закусив губу, пытаясь не распасться на части, пока я ускорялся. – Очень… интересно, Робби.

С ее губ сорвался тихий стон, голова откинулась на спинку стула.

– Ты в порядке? – спросил он с беспокойством.

Ага. Добро пожаловать на поле, болван.

– Да, – прошептала она, сжалась вокруг моих пальцев и пережила последнюю волну удовольствия и все это, сохранив идеальный вид. Это было самое чертовски горячее зрелище в моей жизни. – Простите. Ногу свело. Нужно секундочку.

Я улыбнулся. Она была чертовски сексуальной. Я скользнул рукой из-под ее платья и положил на колени.

– Хочешь, помну? – промурлыкал я.

Она посмотрела на меня, глаза полные насыщенного, спокойного тепла, и уголки ее губ дрогнули.

– Не нужно. Спасибо.

– Всегда, Божья коровка.

19 Шарлотта

О. Боже. Мой.

Передо мной поставили мое блюдо, а я едва могла прийти в себя, чтобы дотянуться до вилки. Все тело дрожало.

Я только что пережила оргазм на репетиционном ужине Джилли.

От ее братца-ловеласа.

Пожалуй, это абсолютное дно для дружки на свадьбе.

Но мне было наплевать – я расслабилась так, что едва держалась на стуле.

А мужчина по другую сторону от меня все еще разглагольствовал о своем пенсионном плане, и я делала вид, будто слушаю.

А тот, что сидел справа – мистер Оргазм собственной персоной, – отодвинул стул, наклонился к моему уху и прошептал:

– Я сейчас вернусь. Пойду руки помою, хотя, если честно, с удовольствием бы их больше никогда не мыл.

Он подмигнул и ушел.

– Так что, надеюсь, ты откладываешь приличную часть зарплаты на будущее. Если нужен финансовый совет – ты по адресу, – Робби отрезал кусок стейка и выдержал меньше пятнадцати секунд тишины, прежде чем снова повернуться ко мне: – Эй, давай устроим видеозвонок на следующей неделе и поработаем над твоим финансовым портфелем?

Я кивнула:

– Конечно. Можно и так.

Я откинулась на спинку стула, чтобы взглянуть в конец коридора – поискать Леджера. Когда он появился, шагая неторопливо, дыхание у меня перехватило. Высокий. Стройный. Широкие плечи и бешено обаятельная улыбка, которая расползлась по его красивому лицу, когда он встретился со мной взглядом.

Я вернулась к Робби, который как раз спрашивал об акциях моего дома.

– Ну… цены на жилье в Хани-Маунтин растут, так что какая-то часть у меня точно есть.

– А, ну что ж, беседа все так же захватывающая, – пробормотал Леджер себе под нос, и я тихо хмыкнула. Гарретт встрял в разговор и стал выпытывать у Робби, как лучше продать квартиру, ведь они с Джилли ищут дом, и я была благодарна за передышку.

– Ты в ванной задержался. Все нормально? – я приподняла бровь.

– А ты что, следишь за мной?

Я сделала глоток вина:

– Нет. Просто заметила, что ты пропал дольше обычного.

– Скажем так, у меня тут случилось… небольшое дело. Не хотелось бы сидеть рядом с Нэн с таким стояком.

Я закашлялась, когда шардоне пошло не в то горло, но быстро взяла себя в руки.

– Рада, что ты это уладил. И спасибо за помощь… ну, раньше.

Он расхохотался:

– Всегда рад подставить плечо. И руку. В прямом и переносном смысле.

– Вы тут что, грязные шуточки травите? – прошептала Нэн, наклоняясь так, что ее щека легла Леджеру на грудь. – Мне показалось, кто-то сказал «стояк»?

– Даже если и сказал, ты, конечно, сумела убить весь настрой, грязная ты птичка, – отозвался Леджер.

– Мы говорим о проблемах Леджера с желудком, – я поставила бокал и попыталась скрыть улыбку. – У него там все застопорилось, и он страдает.

– Да, мне определенно нужно облегчение.

Теперь уже я рассмеялась:

– Не сомневаюсь.

Нэн отвернулась, когда мама Гарретта спросила ее о саде, но перед этим успела нам подмигнуть.

– Может, ты и мне поможешь – раз уж я так тебе помог? – тихо сказал Леджер.

– Я бы с радостью, но я обещала обсудить свою пенсию со своим финансовым консультантом, – я поддела его.

Он наклонился к самому моему уху, его губы скользнули по чувствительной коже, и по спине у меня пробежал холодок.

– Он тебе нравится, Божья коровка?

Я пожала плечами – от его близости у меня просто пересохло во рту.

– Потому что ты мне нравишься, – прошептал он.

Я тихо рассмеялась и, подняв глаза, встретилась взглядом с Джилли. Она тут же отвернулась. Напоминание, что мы тут не одни. Леджер тоже, видимо, заметил – выпрямился и занялся своей тарелкой.

Следующий час я слушала, как Робби вещает о пользе ранних инвестиций и о том, что неплохо бы открыть накопительный фонд для детей, которых у меня даже нет. Веки тяжелели. Похоже, меня вырубало от вина, внезапного оргазма посреди ужина и длинной, односторонней лекции о финансах.

Неужели Гарретт правда думал, что это удачное свидание? Я едва вставила хоть слово – впрочем, и не пыталась. Делала вид, что слушаю, и одновременно следила за Леджером Дейном. Мы перебрались в бар, взять коктейли после ужина, и официантка явно проявляла к нему интерес, пока я снова застряла с кузеном Гарретта.

– Робби, извини, что перебиваю, но мне нужно кое-что уладить. Прошу простить, – я поспешила к Нэн, которая беседовала с родителями Гарретта, и прошептала ей в ухо: – У тебя в сумке все еще есть эти жевательные таблетки от изжоги?

Она улыбнулась и расстегнула сумочку:

– Конечно, милая. Нельзя, чтобы тебя где-нибудь прихватило газами.

Отец Гарретта, Даг, расхохотался, пока она давала мне пару таблеток, и, заметив пузырек со средством от диареи, я прихватила и две такие.

Я чмокнула ее в щеку:

– Ты лучшая.

– С этим трудно спорить, – сказала она и снова повернулась к милой парочке.

Я прошла мимо Джилли и Гарретта, которые оживленно разговаривали с его дядей и тетей. Джилли наклонилась ко мне и прошептала:

– Ты уже наслушалась инвестиционных разговоров?

Я приподняла бровь:

– Ты меня отлично знаешь.

– Через пару минут подойду тебя спасать. Поедем домой, сделаем маски?

– Да, пожалуйста. Мне только нужно отдать это твоему брату, а потом я обещала вернуться к Робби. Так что не заставляй меня долго ждать, – сказала я, оглянувшись, чтобы никто не услышал.

Я неспешно подошла к Леджеру, который не сводил с меня глаз, пока я шла к нему. Девушка рядом с ним продолжала болтать, будто ничего не замечала. Последние сорок минут, что мы были в баре, я ловила его взгляд снова и снова.

– Привет, – сказала я. – Прости, что вмешиваюсь.

– За такое не извиняются, Божья коровка.

Женщина рядом со мной одарила меня ледяным взглядом – ясно было, что она не разделяет его мнения.

– Я просто знала, как у тебя все плохо с поносом, и волновалась. Прими две штуки и, надеюсь, через час тебя не накроет, – я протянула таблетки, и он, вместо того чтобы раздраженно скривиться, расплылся в широкой, наглой улыбке. Как будто наслаждался каждой секундой.

– Ты обо мне все время думаешь, да?

– Не сказала бы. Просто сидела рядом за столом и, скажем так, ты не очень-то скрывал свои мучения, – я махнула ладонью перед носом, и женщина хмыкнула, пробормотала, что оставляет нас, и ушла.

– Думаю, ты не особо страдала, сидя рядом со мной, – тихо сказал Леджер. – Не пойму почему, но кажется, я сегодня очень… скрасил тебе вечер.

Я запрокинула голову и расхохоталась. Мне так хотелось его поцеловать, что почти физически болело.

– Извини, но сегодня я не смогу отплатить тебе тем же.

– Но хочешь, правда? – он смотрел прямо на меня. Я свела бедра вместе – не могла не реагировать на него.

– Хочу. – Я шагнула еще ближе.

– Вот ты где. Я уже забеспокоился, – Робби встал между нами.

– Ох, прости, – сказала я, отступая на шаг, отдаляясь от Леджера. Я уже совсем потеряла голову рядом с ним. Мы ведь ни разу не оказывались в толпе вместе с тех пор, как начали… что бы это ни было. Я отвыкла от того, что нельзя коснуться его или поцеловать, когда хочу. Но это был полезный холодный душ: после завтрашнего дня мне этого все равно не светит.

– У Леджера разболелся живот, так что я пошла за лекарством, – добавила я.

– Очень предусмотрительно. И практично. Вместо того чтобы покупать таблетки по дороге, Леджер, она сэкономила тебе честно заработанные деньги, – сказал Робби.

– Она у нас вообще очень заботливая, – Леджер улыбнулся как раз в тот момент, когда Джилли подошла и положила ладонь мне на плечо.

– Гарретт готов отвезти нас домой. Ты тоже готова?

– Конечно.

Глаза Джилли встретились с глазами ее брата, хотя говорила она с кузеном Гарретта:

– Прости, что уводим ее, Робби.

– Без проблем. Завтра я буду в полном вашем распоряжении на свадьбе, – сказал Робби, сделав какой-то королевский жест: чуть поклонился, пригнул голову и помахал мне рукой. Он правда милый парень, но между нами никогда бы ничего не вышло. Не при живом Леджере в той же комнате. И в моих мыслях.

И, если честно, в моих штанах.

– Завтра у нее дел полно. Она вообще-то подружка невесты, – проворчал Леджер, и я почувствовала, как у меня вспыхнули щеки.

– Все ее обязанности закончатся довольно рано, – сказала Джилли, просунув руку мне под локоть. – Спокойной ночи, господа.

Мы прошли через бар, быстро попрощались со всеми и вышли на улицу – ждать, пока Гарретт подгонит машину.

– Ты правда думала, что эта «свалка» сработает? – спросила Джилли.

– Ты шутишь? Нет. Он милейший человек, конечно. Но чтобы выдерживать этот бесконечный финансовый треп, нужна невероятная выдержка. В прошлый раз, когда он приезжал, я заснула за кухонным столом. Но Гарретт считает его гением и обожает тебя, так что он хотел как лучше.

Я рассмеялась:

– Тогда давай не будем разбивать ему сердце. Робби здесь не живет – спишем все на расстояние.

– Ты отличная подруга, – она поцеловала меня в щеку, как раз когда подъехал Гарретт, и мы сели в машину.

Всю дорогу домой он ни словом не обмолвился о Робби, и это меня удивило. Он вообще не упоминал кузена уже неделю. Мог и забыть.

В конце концов, завтра у него свадьба.

Когда мы подъехали к моему дому, я оставила их попрощаться на улице, а сама пошла внутрь и поставила завариваться чай – для нас с Джилли.

Она вошла следом и закрыла дверь. Мы пили чай и обсуждали всех персонажей, что были на репетиционном ужине.

– Кажется, дедушка Гарретта флиртовал с Нэн.

Я ахнула:

– Правда? И как она?

– Как кошка в течке. Весь свой шарм выложила. Флиртовала, как последняя дурочка.

Я тихо рассмеялась:

– Я ее обожаю.

– И я, – сказала она и зевнула.

– Пойдем. Наденем маски и приготовимся ко сну. Завтра важный день.

Мы умылись, нанесли маски и собрали волосы в пучки. Сделали селфи, отправили Дилан – она бы это точно оценила. Потом смыли маски и забрались в постель: было уже поздно.

– Спасибо, что пустила меня переночевать накануне свадьбы, – сказала Джилли, когда легла рядом под одеяло. Комната была темной, а в открытое окно тянулся стрекот сверчков.

– Конечно. Завтра большой день.

– Да. Я вот подумала, сколько раз мы ночевали друг у друга в детстве и лежали, болтая о своих будущих свадьбах.

Я усмехнулась. Это правда – мы с пятого класса ночевали друг у друга каждые выходные, по очереди то у меня, то у нее.

– И вот ты получаешь свадьбу своей мечты.

– Да. И уж точно не благодаря моему отцу. Но, к счастью, у меня лучший брат на свете, – сказала она.

У меня внутри все перевернулось, стоило ей упомянуть его. То, что он со мной творил, пока вокруг сидели люди, ни о чем не подозревая. Я крепко зажмурилась, потому что он знал мое тело, как никто другой.

– Он лучший, – прошептала я.

– А ты, Чарли? Ты все еще думаешь о своем свадебном дне? – спросила она.

– Не особо. Я ведь ни с кем не встречаюсь, так что давно об этом не думала.

Я соврала. В последнее время я все чаще ловила себя на том, что мечтаю о Леджере – и понимала, что это неправильно. Знала, что все это временно. Но не могла остановиться, не могла перестать хотеть большего. Я изо всех сил пыталась отдалиться и подготовить себя к тому, что будет дальше… но это было мучительно трудно. И я знала: будет больно. Очень.

Она молчала так долго, что я уже подумала, будто уснула.

– Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне все, да? – тихо сказала она, и голос у нее дрогнул. Это меня встревожило.

– Что? Конечно знаю.

– Я буду любить тебя всегда, Чарли. И ничто этого не изменит.

У меня сердце забилось так, что, казалось, гул стоял в ушах. Меня накрыло чувство вины – я скрывала от своей лучшей подруги огромную тайну. Я ведь никогда от нее ничего не скрывала. Кроме своего вечного влюбленного взгляда на Леджера.

Она знает?

– Я знаю. И ты знаешь, что я всегда тебя люблю, правда? Откуда вообще этот разговор?

Я почти перестала дышать, ожидая ее ответа. Ждала, что она выведет меня на чистую воду. И дело было даже не в том, что между мной и Леджером. Главное – завтра ее свадьба, и сейчас совсем не время поднимать эту тему.

Не время говорить обо мне и моем сердце.

– Ни о чем таком, – сказала она, и мои плечи опустились, расслабляясь. – Просто… я была такой сумасшедшей невестой, все вокруг меняется. Я хотела это сказать. Ты лучшая подруга, о которой только можно мечтать.

– Ты тоже, – прошептала я. – Я тебя люблю. А теперь спи. Завтра твоя свадьба.

– Люблю тебя больше, – ответила она.

Я отвернулась, крепко зажмурилась и молилась, чтобы заснуть. Потому что вдруг поняла: последнюю неделю Леджер был в моей постели каждую ночь.

И мне совсем не нравилось спать без него.

А это – прямой путь к беде.

* * *

Мы с Нэн и Кейли сидели на диване и смотрели, как Джилли выходит в своем свадебном платье. Загородный клуб Хани-Маунтин был самым популярным местом для свадеб в городе, и у него был роскошный номер, где мы готовились. Целая стена зеркал, и Джилли крутилась перед ними. Она была потрясающей. Кружевное платье без бретелек подчеркивало ее фигуру, крошечные жемчужные бусины рассыпались по лифу, а длинный тюлевый шлейф мягко ложился позади. Ее каштановые волосы были заплетены вдоль виска и собраны в красивый пучок на затылке.

– Джилли… – я вскочила, когда она повернулась к нам. – Ты невероятная.

Я видела ее в этом платье на примерках, но увидеть ее полностью готовой – в день, который значил для нее так много – это почти пробрало меня до слез.

– Моя девочка, – Кейли держала в руках телефон и щелкала кадр за кадром. – Ты просто видение.

– Гарретт захочет снять с тебя это платье в ту же секунду, как увидит. Ох, девочки… – пробурчала Нэн. – Ты настоящая женщина.

– Мам! – глаза у Кейли стали вдвое больше, и она откинула голову, расхохотавшись. – Давай хотя бы до церемонии притворимся приличными, ладно?

– А какой в этом вообще смысл? – прошептала Нэн мне на ухо, и я хихикнула.

Кейли поправляла жемчужные пуговицы на спине у Джилли, и Нэн оттащила меня в сторону.

– Как ты держишься?

– Отлично. День особенный, и я безумно рада за Джилли и Гарретта.

– И я, – она кивнула. – И твой день тоже скоро придет, девочка. Обещаю.

Я рассмеялась – не имела ни малейшего понятия, о чем она, – и, как всегда, немного смутилась из-за мысли о том, что она догадывается насчет меня и Леджера. Он сомневался, знает ли она, но вела она себя вокруг меня подозрительно.

– Спасибо, Нэн. Я тебя люблю.

Она улыбнулась:

– И я тебя. Ты видела, как вчера на меня смотрел дедушка Гарретта, Бенджамин? Этот мужчина горячее самого дьявола.

Я прыснула:

– Ему бы повезло, будь вы вместе, Нэн.

Послышался стук, и Каролин заглянула в комнату:

– Пора, дамы. Леджер уже здесь. Отец Гарретта проведет Нэн и Кейли к их местам, а Чарли подготовит шлейф Джилли у дверей.

Мы кивнули. Кейли прошептала что-то дочери, от чего у меня мгновенно сжался горло комом. Мысли о моей маме всегда жили во мне, но теперь, глядя на них двоих в день свадьбы Джилли, мне было особенно тяжело. Я подняла взгляд – Леджер смотрел прямо на меня.

Мы вышли в фойе, где на круглом мраморном столе стояла огромная цветочная композиция. За стеклянными дверями начиналась церемония.

Пора было выдать мою лучшую подругу замуж.

Кейли взяла мою сумочку, а отец Гарретта вошел и встал между женщинами – они обхватили его под руки, и он повел их наружу. Каролин поставила Джилли прямо перед дверьми, а я в своем шампанском атласном платье без бретелек наклонилась, чтобы выправить ее шлейф и уложить его идеально.

Когда я поднялась, взгляд упал на Джилли – в глазах заслезилось, и я замахала рукой перед лицом, пытаясь отогнать слезы.

– Даже не смей плакать, Шарлотта Томас, – рассмеялась она, сама звуча не лучше.

– Не буду. Увидимся у алтаря.

– Я буду там, – подмигнула она, а я просунула руку под локоть Леджеру. Он улыбнулся сверху вниз:

– Готова, Божья коровка?

– Да. Погнали.

Каролин открыла дверь и напомнила Леджеру поспешить обратно за сестрой.

Когда двери закрылись за нами и музыка оркестра потекла откуда-то с зеленого газона у озера, он наклонился к самому моему уху:

– Ты потрясающая. Ты просто выбила у меня дух.

Ты всегда выбиваешь мой.

Я улыбнулась и покачала головой:

– И ты выглядишь очень даже ничего.

Мы двинулись по проходу – бирюзовая гладь озера блестела вдали. Территория выходила прямо к воде, и солнце щедро освещало пространство. Ряды стульев были украшены нежно-розовыми и белыми цветами. Мой взгляд поймал папу, сестер, зятьев – они улыбались мне. Весь город был здесь, и я впитывала каждую деталь. Кто-то отчаянно замахал рукой и я едва не рассмеялась, когда увидела, что это Робби. Кажется, Леджер тихо зарычал, и мне стоило огромных усилий сохранить невозмутимое лицо.

Леджер подвел меня к месту, где стоял Гарретт, и чмокнул меня в щеку – сомневаюсь, что это было предусмотрено планом, но я не жаловалась. Я оглядела зрителей – Дилан, сжав губы, беззвучно сказала: «Он такой горячий», изображая обморок. Я отвернулась к Гарретту – тот сиял, как ребенок перед прилавком с конфетами, которому уже надоело ждать.

На секунду я задумалась: каково это – идти к мужчине, который ждет тебя у конца прохода?

И в голову пришел только один мужчина.

Тот, который клялся, что ни за что на свете не женится.