Текст книги "Маленькое ночное волшебство"

Автор книги: Лиз Джаретт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

– Ну, как тебе нравится моя комната, Трэвис?

– По-моему, цветов многовато, – буркнул он, перестав затравленно озираться.

Луиза засмеялась.

– Мужчины всегда реагируют на этот интерьер так, словно очутились в ботаническом саду, но женщинам он нравится. И, как показывает практика, на следующее утро мужчины перестают замечать, на что похожи стены. Они начинают обращать внимание на совершенно иные вещи. – Она вдруг подмигнула Трэвису с тем же непередаваемым выражением, что и Дэни несколькими минутами раньше. Дэни стало его жалко.

– Луиза, вы покажете Трэвису его комнату?

Хозяйка проследовала в холл, царственным жестом попросила Трэвиса сложить коробки около кладовой и распахнула дверь соседнего номера. Дэни ожидала увидеть то же буйство цветов на стенах, шторах и покрывале, но она ошиблась. Внутри не было ни единой розы или тюльпана. Наоборот, это было царство прямых линий и темной мебели. Такая же широкая кровать, как и в ее комнате, была укрыта толстым клетчатым пледом. Массивная мебель создавала ощущение покоя и комфорта.

– Комната настоящего мужчины, – сказала Дэни низким голосом. – Кажется, даже во мне просыпается дух истинного мачо.

Трэвис крякнул и поставил сумку на комод.

– Согласен, комната замечательная. По крайней мере, здесь у меня не возникает опасения превратиться в какое-нибудь растение.

– Эй, попрошу не говорить гадостей про мою комнату! Она предназначается только для ценителей истинной красоты и гармонии.

– Именно так чувствуют себя дамы, вкушая завтрак в постели, – подхватила Луиза. – Они сами становятся хрупкими антикварными статуэтками.

– И вы их потом используете для украшения других комнат. – Трэвис раздвинул шторы и отворил дверь французского балкончика. – Бог мой! Вот это я называю настоящим видом из окна.

Дэни пересекла комнату и встала рядом на балконе. Их номера выходили на широкий луг, постепенно переходящий в лесную опушку. Вершины деревьев золотило закатное солнце. Они словно купались в прозрачном вечернем воздухе.

– Знаешь, кажется, я влюбилась в это место.

– Красиво, правда? – Луиза смотрела на них с наивной детской улыбкой. – Есть еще один момент, на который я хотела бы обратить ваше внимание. Если вы все-таки передумаете насчет предварительной подготовки, то вот эта дверь соединяет ваши две комнаты. Желаю приятно провести время. – С этими словами она помахала рукой и вышла, мягко притворив за собой дверь. Трэвис снова издал непроизвольный крякающий звук.

– У тебя не создалось впечатления, словно она настоятельно рекомендовала нам заняться сегодня ночью этой пресловутой предварительной подготовкой? – поинтересовался он.

Дэни с облегчением рассмеялась, радуясь, что Трэвису удалось шуткой развеять возникшую неловкость.

– Не могу понять, почему она решила, будто мы годимся на роль партнеров по предварительной подготовке. Она просто недостаточно хорошо нас знает.

Трэвис кивнул, но не сказал ни слова. Задумчивое выражение, появившееся на его лице, заставило Дэни засомневаться, уж не всерьез ли обдумывает он неосторожное предложение Луизы. Нет, это было бы полным безумием. Она покидает город через несколько дней. Совершенно неподходящее время для любовной связи и предварительной подготовки. Луиза ошиблась – ничего подобного и в мыслях нет ни у нее, ни у Трэва.

Разве не так?

Она взглянула на Трэвиса и поняла, что пытается обмануть саму себя. В чем в чем, а в наблюдательности Луизе не откажешь. И потом, если обе стороны соблюдают условия игры, то каждая застрахована от лишних переживаний.

Она вдруг почувствовала, что не в состоянии больше думать об этом. Тем более, когда Трэвис смотрел так ласково. Силы оставили Дэни. Она опустилась на деревянный шезлонг, стоящий на балконе, и устало прикрыла глаза.

– Знаешь, я хочу просто сидеть и наслаждаться тишиной.

– Не выйдет. Сначала тебе придется меня накормить.

– Накормить тебя? – она удивленно приоткрыла один глаз. – Ты достаточно взрослый, чтобы самостоятельно принимать пищу.

Трэвис подошел к ней почти вплотную. Этого оказалось достаточно, чтобы утратить всякую способность рассуждать. Когда же присутствие Трэва перестанет наконец оказывать на нее такое воздействие! Возникало ощущение, словно последние пару дней ее тело ведет самостоятельный образ жизни. Вот и сейчас она помимо своей воли потянулась навстречу, пытаясь преодолеть разделяющие их несколько сантиметров. Потянулась непроизвольно и неодолимо, совершенно забыв недавнее соглашение игнорировать влечение.

– Терпеть не могу ужинать в одиночестве. Тем более я не виделся со своей школьной приятельницей Дэни Карлински много лет.

Дэни не могла не признать разумность доводов, но, видимо, следовало напомнить Трэву о том, что последовало за совместным ужином.

– Если ты помнишь, последняя дружеская трапеза завершилась совершенно не дружеским поцелуем.

– Что ж, наверное, нам стоит просто довериться течению судьбы. Посмотрим, что покажет жизнь, – произнес Трэвис.

– Согласна. А пока давай посмотрим, есть ли в гостинице ресторан.

– Прекрасная идея, – Тревис протянул руку, чтобы помочь Дэни подняться. Без колебаний она протянула свою. Стоило крепким мужским пальцам сжать нежную женскую ладонь, как вновь жаркая волна влечения почти кинула их друг к другу. Перспектива предварительной подготовки принимала все более и более четкие очертания.

– Я всегда за то, чтобы получить все возможные удовольствия, – сказал Трэвис. Он боялся, Дэни услышит, как стучит его сердце. И замер, ожидая ответа.

– Это самая правильная жизненная позиция. Лично мне так кажется. – Дэни улыбнулась загадочно и сексуально. Кровь бросилась Трэву в голову. – Новый опыт всегда оказывается полезным. Иногда, чтобы не наделать ошибок в дальнейшем, стоит провести предварительную подготовку, как ты считаешь?

Трэвис не верил собственным ушам. Всего несколько часов назад Дэни собиралась бороться с влечением не жалея сил.

Он видел: она ждет ответа, но не мог найти слов. Поэтому просто наклонился и коснулся губами ее губ.

– Нахожу идею предварительной подготовки единственно правильным вариантом, – наконец сумел вымолвить он и взял ее ладонь в свою. – Вернемся в гостиницу?

Пальцы Дэни скользнули между его пальцев и сжали его ладонь.

– Отлично. А кто выиграл, мы сможем узнать завтра.

– Даже не сомневайся, обязательно выясним.

Глава шестая

Дэни почувствовала, как дрожат его пальцы. Ей вдруг стало страшно. Преодолевая возникшую неловкость, она приподнялась на цыпочки и поцеловала его.

– Все будет замечательно, – прошептала она, чуть отстраняясь.

– О да, – шепотом ответил он, возвращая ей поцелуй.

Не колеблясь ни секунды, она направилась к двери в его номер.

– Не хочу, чтобы тебя раздражали яркие обои.

– Поверь, я буду смотреть не на обои, – ответил он. Еще на пороге, не успев закрыть дверь, Трэвис взял ее за плечи, повернул к себе и ласково заглянул в глаза. Дэни хотела шагнуть навстречу и сократить до минимума так долго разделявшее их расстояние, но Трэвис удержал ее. – У тебя есть последний шанс для того, чтобы изменить свое решение.

Дэни засмеялась. Какой он все-таки милый.

– Теперь это уже невозможно.

Он улыбнулся. Одной улыбки оказалось достаточно. Дэни почувствовала, как мало владеет собой. Она как кошка прыгнула на него, а он со смехом подхватил ее на руки и понес к кровати. Осторожно, как самую драгоценную ношу, опустил на покрывало и сел рядом.

– Ночь обещает быть исполненной дикой страсти, – он улыбнулся.

– Подозреваю, ты прав, – засмеялась Дэни. Потом спокойно и уверенно, без всяких колебаний стянула через голову футболку.

Трэвис сделал то же самое. Секунду они смотрели друг на друга.

– Твоя очередь, – сказал он.

Вся прелесть любовной связи с мужчиной, который долгие годы был твоим другом, заключается в возможности воспринимать происходящее весело, решила про себя Дэни. Они знали друг друга очень давно, в юности замечательно проводили время, занимались всякой ерундой, делили поровну и радости и горести. Теперь пришло время вместе заняться сексом, чтобы поровну разделить все связанные с ним радости. То, что это будут именно радости, Дэни не сомневалась. Ведь они с Трэвисом очень нравились друг другу.

Она уже была готова расстегнуть бюстгальтер, когда Трэвис наклонился и нежно припал к ее губам. Это был легкий ласковый поцелуй, но тело Дэни вдруг словно воспарило над землей. Она отдалась поцелую полностью, обвила рукам его шею и прижалась грудью к сильной груди. Губы Трэва стали смелее, он вбирал ее в себя, призывая, требуя полного слияния жаждущих тел. Когда его руки прижали ее, Дэни почувствовала, как сильно его желание.

Со слабым стоном наслаждения она позволила своей руке танцующим движением скользнуть вдоль мужской груди, ласкать теплую кожу, гладить сильные мускулы, напрягающиеся под ее прикосновением. Пламя страсти сжигало, ей хотелось большего.

Трэвис испытывал те же чувства. Дэни читала это в поцелуе, который становился все более жадным и ненасытным. Его язык проникал в нее, словно стремился добраться до самой сути и сорвать покров тайны с женского естества.

Не отрывая губ, Трэвис завел руки ей за спину и расстегнул бюстгальтер. Дэни поторопилась сбросить бретельки с плеч, настолько сильно было желание ощутить его ладони на своей груди.

– Ты прекрасна, – шептал Трэвис, – прекрасна и удивительна.

Благодарная нежность затопила Дэни. Он так и не открывал глаз, прикрытых во время поцелуя, но видел, чувствовал ее красоту душой и прикосновениями. Когда он наконец посмотрел на нее, Дэни прошептала:

– Ты тоже прекрасен, Трэв. Для меня ты самый необыкновенный мужчина на свете.

Ласковая сексуальная улыбка зажглась в его глазах. От этой улыбки Дэни вдруг ощутила пустоту внизу живота, которая секунду спустя начала наливаться пульсирующим жаром. Ее спина выгнулась, грудь напряглась. Трэвис наклонился, захватил губами отвердевшую бусину соска и слегка прикусил. Дыхание Дэни сбилось. Трэвис продолжал нежно и настойчиво ласкать ее грудь, поочередно уделяя внимание каждой. Когда томление внутри Дэни достигло пика и невозможно стало терпеть его дальше, она приподнялась и коснулась пуговицы на джинсах Трэвиса.

– Торопишься?

Его улыбка заставляла Дэни терять рассудок. Она даже не сделала попытки притвориться. Ее короткое, страстное, произнесенное на выдохе «да» свело Трэва с ума. Его лицо стало серьезным, страстное желание заострило черты. Время ласковых шуток и поддразниваний осталось позади. Без единого слова он одним движением снял джинсы и помог Дэни освободиться от одежды.

Взглянув на обнаженное тело Трэва, Дэни снова поразилась его красоте. Она долгим движением провела от груди вниз к плоскому втянутому животу, следуя рельефу мускулов, сжимая и слегка надавливая. Это было нечто среднее между лаской и массажем. Жадные ищущие ладони скользнули ниже. Теперь Дэни гладила сильные бедра.

– О-о-о, – только и сумела сказать она, чувствуя, как Трэв напрягает мышцы под ее ладонями.

– Да, я сделан из стали, – улыбнулся он.

– Я заметила, – рука Дэни сжала пик мужского естества Трэва. – Ты просто великолепен.

Их губы снова встретились. Не колеблясь, Трэвис позволил своей руке совершить такое же захватывающее путешествие, что и рука Дэни.

– Трэвис, Трэвис, – шептала она, не отрывая губ от его рта. Нежные, уверенные, не знающие стыда пальцы доставляли почти мучительное наслаждение. Ее тело аркой выгнулось на покрывале, требуя еще большего, абсолютного слияния. Но Трэвис не торопился что-то менять. Одной рукой он сильно сжимал плечи Дэни, другой продолжал наслаждаться ее страстью. Наконец его ласкающие ритмичные движения вызвали у Дэни такую вспышку наслаждения, что на некоторое время она почувствовала себя ослепленной. Она расслабленно откинулась, позволяя сотрясающим тело спазмам медленно стихнуть.

Постепенно дыхание выровнялось, она приоткрыла глаза и улыбнулась в ответ на ласковую улыбку.

– Понимаю, что повторяюсь, но кроме восхищенного «О-о-о» ничего больше на ум не приходит.

– Счастлив был доставить тебе удовольствие, – улыбнулся Трэвис. – Хочешь попробовать что-нибудь еще?

– Безусловно.

Он сделал движение, пытаясь подняться с кровати. Дэни испуганно схватила его за руку. Трэвис обернулся с лукавой улыбкой.

– Не бойся, я лишь хочу взять презервативы.

Он пересек комнату и вытащил упаковку презервативов из бокового кармана своей вместительной сумки. Дэни бросила понимающий взгляд и не удержалась, чтобы не поддразнить:

– Это называется: «Частный сыщик должен быть готов к любому повороту событий»? Или ты знал, что именно так все и произойдет?

– Наш поцелуй произвел на меня неизгладимое впечатление. Все это время я не переставал надеяться.

Дэни было радостно это слышать. Она забрала у него из рук упаковку и достала презерватив.

– Может, тебе помочь? – заботливо поинтересовался Трэвис.

– Я прекрасно справлюсь сама, – нежно засмеялась Дэни.

Уже в следующее мгновение Трэвис сумел убедиться в этом на собственном опыте. Ласковые умелые движения Дэни сорвали глубокий стон наслаждения с его губ. Закончив волнующий подготовительный момент, Дэни неожиданным движением прижала его плечи к кровати и в одно движение оказалась сверху. К чести Трэвиса надо сказать, что он и не сопротивлялся. Напротив, по счастливому выражению его лица было понятно, какое наслаждение доставляет ему инициатива Дэни.

Дэни медленно впустила его в себя, позволив обоим в полной мере насладиться тесным контактом возбужденных тел. Потом замерла, стараясь насколько возможно продлить первое ощущение. И начала движение. Сначала медленно, потом все убыстряя темп, доводя их обоих почти до сумасшествия. В момент, когда оба были близки к финишу, Трэвис приподнялся, заставил перекатиться на спину и снова погрузился в нее, не отрывая взгляда от бездонных глаз. Они подошли к пику наслаждения одновременно. Когда судорога страсти свела тело, Трэвис выкрикнул ее имя, а потом прижался лбом к ее щеке. Они лежали так некоторое время, пока не успокоился бешеный стук сердец.

Позже, положив голову на плечо Трэва и глядя в темноту широко открытыми глазами, Дэни подумала, что никогда раньше ей не доводилось переживать такого взрыва страсти и такого полного наслаждения. То, что произошло между ними, нельзя назвать просто сексом. Это было нечто большее, слияние не только тел, но и душ. Трэвис словно читал ее мысли и желания. Ни с кем она не испытывала ничего подобного. И вряд ли испытает в будущем. Одно она знала совершенно точно – сегодняшней ночи суждено навсегда остаться в памяти.

Глава седьмая

Дэни чуточку приоткрыла глаза, изо всех сил пытаясь не позволить яркому солнечному свету разрушить очарование прошедшей ночи. Постепенно она поняла, что с пробуждением ничего не изменилось. Или почти ничего. Трэвис по-прежнему спал рядом, перекинув сильную ногу поперек ее бедра.

Внезапно у нее промелькнула странная, почти детская в своей наивности мысль. А что, если замереть, не двигаться и не открывать глаз? Может, тогда удастся остановить время и навсегда сохранить волшебный момент. И чувство счастья и покоя уже не покинет ее. Чувство, не только не испытанное раньше, но прежде просто недоступное пониманию.

– Я читаю твои мысли, – пробормотал Трэвис. Он сонно потянулся и чмокнул ее в спину. – Сегодня утром ты думаешь особенно громко.

– Ну-ка, скажи, что ты услышал, – поддразнила Дэни, поворачиваясь к нему лицом. – Сейчас я вообще не в состоянии думать.

Это была неправда. Именно сейчас она думала, каким красивым он выглядит в момент пробуждения. Сразу после сна это мало кому удается, и Дэни знала за собой подобный недостаток. Но Трэвис как будто сошел с рекламного плаката: широкий разворот плеч, ясный взгляд и ослепительная улыбка. С такой внешностью можно продать что угодно.

– Это хорошо, – прищурился Трэвис, проводя рукой вдоль ее обнаженного тела. – Вредно много размышлять после ночи великолепного секса. Чтобы наслаждение нескольких прошедших часов не казалось иллюзией, утром надо первым делом закрепить достигнутые результаты.

Дэни улыбнулась, радуясь, что их впечатления сходятся. Под его умелыми пальцами вновь вспыхнуло и начало разгораться пламя страсти.

– Ты уверен, что результаты следует закреплять именно таким образом? Может, есть другие способы?

– Это единственно верный путь, – Трэвис склонился над ней и потерся подбородком о ее щеку. – Мы должны немедленно доказать друг другу, что прошедшая ночь не была совместной эротической фантазией.

Быстрыми теплыми поцелуями он начал головокружительный спуск вдоль ее шеи. Пока он поочередно ласкал ее грудь, Дэни еще пыталась слабо возражать. Но когда его губы скользнули по бархатному животу, Дэни совершенно потеряла способность рассуждать.

Трэвис окинул номер внимательным взглядом, стараясь убедиться, не забыли ли они какую-нибудь мелочь, но комната казалась девственно чистой. Поистине, Дэни проявила чудеса аккуратности.

После того как они вместе приняли душ – а на это потребовалось много, очень много времени, – она сочла необходимым застелить постель, собрать весь мусор в корзину и даже сполоснула тарелки.

Трэвис подумал, что теперь ей необходимо расслабиться и немного отдохнуть. Он посмотрел на Дэни. Сейчас она приводила себя в порядок.

– Ты славно прибралась, – начал он.

– Не хочу, чтобы Луиза думала, будто мы грязнули.

Трэвис усмехнулся, пересек комнату и встал у нее за спиной. Рука как бы сама собой потянулась за щеткой и долгими плавными движениями принялась расчесывать роскошные густые волосы Дэни.

– А тем более ты не хочешь давать ей повод убедиться в том, что сегодня ночью мы все-таки последовали ее совету. Я прав?

– Я думаю, после моего визита на кухню в твоей футболке она обо всем догадалась. – Дэни откинула голову и прикрыла от удовольствия глаза. – А кроме того, я не уверена, что все произошедшее вмещается в рамки предварительной подготовки.

– Профессиональное мастерство участников соответствует уровню Олимпийских игр, – голосом спортивного комментатора прогнусавил Трэвис.

Оба рассмеялись. Их взгляды встретились в зеркале. Смех медленно угас. Шутка короткой вспышкой осветила жаркие воспоминания прошедшей ночи. Желание обладать начало подниматься внутри каждого, заставляя взгляды потемнеть. Они не могли и не хотели разрывать эту почти мистическую связь.

И хотя Трэвис едва держался на ногах после томительных часов, на протяжении которых он занимался любовью с Дэни, сейчас он мог думать лишь о том, как страстно хочет ее снова. Будь на ее месте другая, пожалуй, можно было бы даже отнести это явление к разряду патологических. Но это была Дэни, и он не находил в своем влечении ничего удивительного.

– Не знаю, как спросить, – неуверенно начал он. – Хочешь поговорить о том, что произошло вчера между нами? – И сам почувствовал, как кровь бросилась ему в лицо. Ну почему он такой глупец! Рядом с ним прекраснейшая на земле женщина, а он одним неосторожным словом, неловким движением может разрушить волшебство только зародившихся отношений. Зачем спрашивать, если она сама не заговаривает об этом. И вообще, разве когда-нибудь раньше его интересовало мнение женщины о той мимолетности, которая волей судьбы случилась между ними?

Но это была Дэни. А с ней все иначе. Можно сколько угодно шутить про мастерство партнеров и Олимпийские игры. Это не изменит главного – между ними возникла теснейшая связь. Точнее, была всегда. Они оба это знают.

– Мне казалось, мы уже обо всем договорились, – тихо ответила Дэни, продолжая смотреть на него через зеркало. – Мы лишь на практике проверили теорию Луизы о целесообразности предварительной подготовки. Ни один из нас не готов воспринимать это как нечто большее. Ведь так?

Это было не так. Вселенная изменилась за прошлую ночь, и линии их судеб сплелись. Время предварительных игр и тренировок закончилось. Они читали это во взглядах друг друга. Но во взгляде Дэни Трэвис видел еще кое-что – ту самую неготовность принять случившееся. И в глубине души не мог не согласиться – Дэни имеет право на сомнения. Потому что сам раньше не испытывал подобного.

Кроме того, была еще одна причина, по которой не следовало придавать слишком большого значения прошедшей ночи. Совсем скоро Дэни переедет в Нью-Йорк. Это решено окончательно и бесповоротно. Их жизненным дорогам суждено разойтись. Его место здесь, в Чикаго, в «Сыскном агентстве Уолкера». Слишком много времени и труда ушло на то, чтобы достичь сегодняшнего положения. Он не может все бросить и уехать вслед за Дэни. И потом, у него есть определенные обязательства перед Максом. Долгие годы они с братом плечом к плечу противостояли жестокости окружающего мира. Он не вправе бросить его на произвол судьбы. Это было бы предательством. Значит, то, что было между ним и Дэни, – предварительная подготовка, и ничего более.

– Уж не знаю, в чем ты больше преуспела: в теории или практике. Но второе было незабываемо, – грустно пошутил Трэвис.

– Ты меня не обманываешь? – Дэни блеснула своей неподражаемой сексуальной улыбкой.

Руки Трэва скользнули по плечам и шее и коснулись верхней пуговички на ее блузке.

– Нисколько. В практической части тебе просто нет равных.

– Я думала, что хотя бы на некоторое время сумела удовлетворить твою потребность постоянно тренироваться, – прерывающимся голосом сказала она, чувствуя, как его пальцы расстегивают пуговицу за пуговицей.

– Чем больше практики, тем лучше, – он за плечи развернул ее к себе, наклонился и накрыл ее губы своими.

Его расчет оказался верным. Дэни не пришлось просить дважды. В ответ она крепко обхватила его за шею и промурлыкала:

– Сейчас проверим, правду ли ты говоришь.

Дэни пробежала глазами записи, касающиеся Сары Дэвенпорт, и мысленно скрестила пальцы на удачу. Эта дама занималась тем, что разводила собак. Прошлой ночью у одной из породистых сук случились роды, поэтому Сара вынуждена была перенести запланированную встречу. Но сегодня, как она пообещала по телефону, готова уделить им с Трэвом столько времени, сколько потребуется.

Дэни продолжала упорно надеяться на благополучный исход, хотя кое-что в записях сильно настораживало.

– Ты зря так переживаешь. В случае с Сарой я не вижу подвоха, – сказал Трэвис, сворачивая с шоссе на проселочную дорогу, которая вела к дому Сары. – Эта дама счастлива в семье и удачлива в бизнесе. Вместе с мужем, двумя взрослыми дочерями и очаровательной внучкой она занимается милым сердцу делом – разводит породистых собачек.

– Но бабушка предсказала, что она будет вечно благоговеть перед любовью. – Дэни нервно барабанила пальцами по колену, не в силах совладать с волнением. Сара – их последний шанс, последний человек, которого она успеет посетить перед отъездом из Чикаго. – Я боюсь даже задумываться, что может стоять за этим проклятием.

– У меня очень хорошее предчувствие, – сказал Трэвис и прикрыл ладонью ее дрожащие пальцы.

И как всегда в последнее время, простой дружеский жест заставил ее вздрогнуть от всколыхнувшегося желания. Поразительно, как можно хотеть близости с мужчиной, с которым последние десять часов ты почти непрерывно занималась любовью.

Одно утешало – что касается взаимоотношений, им с Трэвом удалось удержаться в рамках благоразумия. Луиза была права – если у двоих одинаковые взгляды на происходящее, никакой секс не сумеет превратить простую дружбу в нечто большее. Сама Луиза в течение нескольких лет успешно претворяет это правило в жизнь, а значит, им с Трэвом тоже удастся пройти по грани. Ведь раньше оба весьма успешно избегали серьезных отношений, потому что умели верно определить приоритеты и расставить акценты: главное в жизни – карьера. И сейчас ни один из них не собирается разрушать планы другого.

Да, у них все получится. А как только кошмар с бабушкиными заклятиями останется позади, Дэни вообще будет самой счастливой женщиной на свете.

– Что ж, будем надеяться, на третий раз нам обязательно повезет, – сказала Дэни, когда Трэвис припарковался на площадке перед группой симпатичных домиков. Один из них был выстроен в стиле американского ранчо. Перед входом раскинулся роскошный цветник, а вдоль забора протянулось низкое белое строение. Дэни догадалась, что это был собачий питомник.

Стоило выйти из машины, как до ушей донесся многоголосый лай. Сомнений не осталось – Сара жила именно здесь. Интересно, не возражают ли соседи против постоянного шума?

Они направились ко входу в дом, но тут из-за питомника показалась пожилая женщина и приветливо замахала им рукой. С каждым шагом надежда все сильней разгоралась в душе Дэни. Сара выглядела веселой, счастливой и довольной. Ничто в ее облике не указывало на угнетенное или подавленное состояние духа. А уж тем более на благоговение перед любовью.

– Я так рада, что вы наконец добрались, – заговорила Сара, энергично потрясая руку Дэни. – Мой муж Рон был уверен, вы непременно заблудитесь, ведь я вечно путаю правый и левый поворот, когда объясняю, как к нам проехать. – Она улыбнулась. – Но меня утешала мысль, что вы истинная внучка Фрэды. А уж она всегда достигала того, к чему стремилась.

– Не спорю, – улыбнулась в ответ Дэни. – Но на этот раз все решения принимал Трэвис. Мне даже не пришлось вмешиваться.

– Одно твое присутствие освещало мне путь, – засмеялся тот. – Без тебя я не смог бы доехать и до ближайшей бензоколонки. Знаете, – обратился он к Саре, – мы составили на редкость удачный тандем. Возможно, в будущем нам стоит заняться экстремальным туризмом.

Дэни радостно засмеялась. Здорово, Трэв все такой же шутник, каким был в школе. Ей нравилась окружающая их атмосфера дружбы и молодости, словно школьная пора еще не кончилась.

– Пойдемте в дом, – пригласила Сара. – Хочу познакомить вас с мужем и внучкой. Все эти годы я столько рассказывала им про Фрэду, что они начали обвинять меня, будто я хочу быть на нее похожей! Может, в этом и есть доля правды. Ведь у нее просто выдающийся характер.

– Не могу с вами не согласиться, – улыбнулась Дэни, проходя вслед за Сарой. Всю переднюю часть дома занимала ветеринарная лечебница, состоящая из приемной и смотрового кабинета. – Вы ведете прием на дому?

– Одна из моих дочерей – ветеринар. Сегодня у нее выходной, поэтому нет посетителей. В другие дни здесь не протолкнуться.

Сразу за смотровой располагалось помещение, очень напоминающее миниатюрный госпиталь. В дальнем углу они заметили высокого седовласого мужчину и девочку-подростка, которые заботливо склонились над детской кроваткой. Подойдя ближе, Дэни поняла, что это специальная лежанка для больных животных. На ней лежал перебинтованный лабрадор.

Сара подошла к мужчине, который выпрямился навстречу и нежно приобнял ее за талию.

– Это мой муж Рон, – сказала Сара и положила руку на плечо девочки. – А это – моя любимая внучка Лорен. Знакомьтесь, пожалуйста.

– Рад встрече с вами, – сказал Рон, пожимая протянутые руки. – Хотя ваш визит лишает меня давнишнего удовольствия подтрунивать над женой. Теперь я хорошо подумаю, прежде чем говорить Саре, что она подражает Фрэде. Вдруг начнет сыпать проклятиями, как и ее подружка.

Дэни улыбнулась, моментально почувствовав глубокую симпатию ко всем членам этой семьи.

– К сожалению, в каждой шутке есть доля правды. Моя бабушка имеет привычку изрекать некие предсказания. И мы здесь именно для того, чтобы убедиться, что на судьбу вашей жены они не оказали никакого влияния.

– Ничего дурного я не замечал, – сказал Рон и чмокнул жену в макушку.

– А что Фрэда предсказала бабушке? – поинтересовалась Лорен. – Что у нее выпадут все зубы или спина покроется шерстью?

– Эй! – Сара притворилась возмущенной.

– Ах вот вы о чем! – подхватил Рон. – Тогда должен заметить, предсказание давно сбылось!

Сара отвесила ему шутливый подзатыльник, и все засмеялись.

– Теперь вы понимаете, за что я всю жизнь люблю этого человека? Он постоянно заставляет меня смеяться, – заметила Сара.

Дэни видела, атмосфера в этом доме напоена любовью. Они могли сколько угодно подшучивать и подтрунивать друг над другом, но главное оставалось неизменным.

– Моя бабушка предсказала твоей бабушке вечное благоговение перед любовью, – объяснила Дэни Лорен, радуясь в душе, что они с Трэвом отыскали наконец случай, который позволит предотвратить глупый судебный процесс. – Не стоит относиться к этому серьезно. Многих людей любовь ослепляет и заставляет благоговеть, но обычно на очень короткий срок.

– Это то самое, о чем ты говорила? – спросила Лорен у бабушки.

– То самое? – Дэни внутренне похолодела. Только забрезжившая в душе надежда угасла.

– Разве вы не знали, что моя жена занимается разведением собак? – вмешался Рон.

– Знали. Сара выращивает собак для благотворительных организаций, – коротко ответил Трэвис.

– Бабушкины собаки работают с больными детьми в приютах. – Лорен с любящей улыбкой смотрела на Сару. – С теми, кто долго жил без родителей, без дома и поэтому заболел. Или родился с какой-нибудь тяжелой болезнью. Благодаря бабушкиным собачкам они быстрее учатся ходить и даже говорить. Собаки помогают детям быстрее адаптироваться. Да, бабуля? Наша бабуля – наша гордость.

– Не я, – просто сказала Сара. – Наши собаки – наша гордость. Всю жизнь работаю с ними и до сих пор не перестаю удивляться, откуда в них столько любви и терпения. Пожалуй, большинству людей следует у них поучиться.

Дэни согласно кивала. Только глупец мог не понять, о чем говорила Сара. И даже глупцу должно быть понятно, что после этой истории Фрэде придется-таки выложить кругленькую сумму по решению суда.

– Вы работаете в рамках какой-то социальной программы? – осторожно поинтересовался Трэвис.

– Совершенно верно. Я ее автор и вдохновитель. Она называется «Исцеление любовью». Поверьте, я и думать не думала о Фрэде в тот момент. Просто любовь действительно помогает детишкам выздороветь.

– Понятно, – только и сумела сказать Дэни.

– Выдумаете, предсказание вашей бабушки сбылось? Что ж, возможно, вы правы. Я благоговею перед любовью. Но не перед человеческой, а перед любовью моих собак к больным детишкам.

Дэни думала, у нее ни за что недостанет сил улыбнуться в ответ на доброжелательную улыбку Сары. Хотя было действительно приятно смотреть в открытое лицо милой женщины, судьба которой сложилась так удачно: прекрасная семья и любимая работа, облегчающая жизнь больным детям. Но в самой глубине существа ей хотелось закричать «нет» и затопать ногами в бессильной ярости. Усилием воли ей удалось погасить назревающий эмоциональный взрыв. Дэни искренне улыбнулась.

– Я рада, что предсказание сбылось именно таким способом, – сказала она, глядя на Трэвиса. В ответ он посмотрел на нее с симпатией и сочувствием. И Дэни вдруг стало легче. В конце концов, это ведь еще не конец света. Тем более, вопреки бабушкиным проклятиям, а может быть, именно благодаря им, все эти люди были счастливы.