Текст книги "Космический замуж. Любовь прилагается (СИ)"

Автор книги: Лия Валери

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Глава 5

Её губы… Ох, какие же у неё губы. Этот вкус сводит с ума.

С самой первой минуты, как она вошла в нашу контору, сразу привлекла внимание своей необычностью и правильностью. Вся такая гордая, отчаянная, с дрожащими руками, но с прямым взглядом – она тогда сразу зацепила меня, и уверен Хоука тоже. А сейчас… Сейчас мне просто хочется её съесть как конфетку.

Вкусная. Как и сказал Хоук. А нам, чёрт побери, редко когда что-то одно на двоих нравится. Выпускать её не хочется – губы мягкие, податливые, но в них столько скрытого огня. Хочется сорвать с неё это простое земное платье, хотя нужно отдать должное – в своём скромном наряде она сегодня настоящий фурор произвела. Затмила всех наших разряженных приглашённых гостей.

Сейчас бы подхватить её на руки и унести в комнату. Распробовать всю. Она наверняка везде такая… вкусная. И сладкая. Или где-то солёная от возбуждения…

Но Хоук вцепился в неё с другой стороны и не отпускает. Чувствую, как его пальцы сжимают её талию. Боится, что заберу её и не оставлю ему ни крохи. Эгоист.

Отрываюсь от её губ. Она смотрит на меня, но глаза затуманены, губы влажные и припухшие. Перевожу взгляд на брата. Взглядом спрашиваю. Договоримся?

– Я первый, – хрипло бросает он, и в его глазах читается тот же животный голод. О, хаги! Ни черта это не честно. Только потому, что он увёл её в сад раньше меня.

– Пусть сама выберет, – отвечаю я.

Уля приходит в себя. Щёки пылают, взгляд бегает, не зная, на ком остановиться. Заметно смутилась.

– Мы же договаривались, что это фиктивный брак, без… – она замялась, ищет слова. – Я… я никого не буду выбирать.

Ловлю её на слове. Идеально.

– Правильно, – говорю я, чувствуя, как Хоук настораживается. – Поддерживаю. Можно и не выбирать. Думаю, мы сможем договориться.

Решения, в сущности, всего два. Или драться здесь, в саду, как дикари, распугивая последних гостей. Или…

Пока она не опомнилась, я подхватываю её на руки. Вскрикивает от неожиданности, цепляется за мой пиджак. Она лёгкая, почти невесомая.

– Грэйв!

– Всё хорошо, малышка! Тебе же понравились поцелуи, дальше будет ещё приятнее.

Несу её в дом. Прямо в нашу спальню. Шаги Хоука раздаются сзади. Тяжёлые, быстрые. Кажется, он, наконец, понял мою идею. Или просто не собирается отказываться от своей доли. От нашей доли.

Уля затихла в моих руках, прижалась ко мне, спрятав раскрасневшееся лицо у меня на груди. Её сердце колотится, быстро-быстро.

Фиктивный брак? Да какой может быть фиктивный брак, когда рядом такая сладкая конфетка.

Мои шаги гулко отдаются в пустом коридоре. Она такая лёгкая, в отличие от её взгляда, стыдливого, испуганного, который давит на меня сильнее любой тяжести.

– Грэйв… – снова шепчет она.

– Тише, жена, – успокаиваю её, не сбавляя шага. – Всё по правилам. Ты сама сказала – не выбираешь. Значит, получаешь нас обоих.

Дверь в нашу – теперь и её – спальню бесшумно отъехала. Я переступил порог и, наконец, опустил её на пол. Её колени подогнулись, и она сделала шаг назад, наткнувшись на край большой кровати. Глаза у неё широко открыты, мечутся между мной и Хоуком, который встал в дверном проёме, заполнив его собой.

– Так… – начала она, и голос сорвался. – Я согласия не давала. Нельзя же вот так просто…

Хоук хрипло смеётся, проходя в комнату и перед этим заперев дверь на код.

– Никогда не была с двумя, землянка, – спрашивает он, снимая пиджак. – Не бойся. Мы будем нежными. Тебе понравится.

Я подошёл к ней, загораживая от брата, и положил ладони ей на плечи, чтобы успокоить.

– Уля, посмотри на меня, – тихо позвал я, глядя в её испуганные глаза. – Ты наша жена. Мы хотим тебя. Всю. И мы не привыкли откладывать то, что хотим. Но я обещаю, если тебе что-то не понравится, тебе достаточно сказать «стоп» и мы остановимся.

– Эй, говори за себя, – слышу за спиной голос брата.

Вот придурок!

Я наклонился и снова прикоснулся к её губам, но теперь целовал нежно, медленно, чтобы успокоить её и чтобы она не считала нас жадными варварами. Всё-таки девушка очень нежная, такую давать Хоуку опасно. Сломает и не заметит. Вот только брат настырно тычет пальцем мне в спину.

Мои руки скользнули вниз, к молнии на её платье. Шум застёжки прозвучал оглушительно в тишине комнаты.

Она вздрогнула, когда ткань приспустилась, обнажая плечи. Её дыхание участилось.

Я чувствовал, как Хоук подошёл сзади. Его руки легли на её талию поверх моих.

– Не бойся. Я хочу, чтобы тебе было очень хорошо, – прошептал он ей в самое ухо, и она зажмурилась. – Веришь?

Она не ответила, лишь кивнула. Этого было достаточно.

Хоук мягко, но настойчиво развернул её к себе. Его руки скользнули по её обнажённым плечам.

Я отошёл на шаг, наблюдая, как он наклоняется к её шее, как она закидывает голову назад, тихо стонет.

Да, вкусная. Сегодня ночью она узнает, что значит принадлежать нам обоим.

И, судя по тому, как её пальцы вцепились в руки Хоука, ей начинает это нравиться.

Мне сегодня понадобится всё моё терпение, чтобы не сорваться и быть нежным, потому что моя фантазия уже рисовала такие картины, что кровь кипела от одной только мысли.

Глава 6

(Ульяна)

Мир расплывался в тумане запахов, прикосновений и прерывистого дыхания. Я стояла, зажатая между двумя мужскими телами, и мой разум отказывался воспринимать происходящее. Всё началось с поцелуя Грэйва – такого сладкого и обманчиво нежного. Но теперь…

Хоук, всё ещё державший меня за талию, повернул меня к себе. Его тёмные глаза пылали таким голодом, что у меня перехватило дыхание.

– Хватит этих нежностей, – прохрипел он и впился в мои губы.

Он не уговаривал, не ласкал – он требовал ответа, и моё тело отзывалось. Одной рукой он держал меня за затылок, не давая отстраниться, а другой скользнул по моей спине, нащупывая молнию платья.

Резкий звук застёжки, расходящейся вниз и тяжёлый шёлк пополз с моих плеч, обнажая кожу. Я инстинктивно попыталась подхватить ткань, но Грэйв, стоявший сзади, мягко отвёл мои руки.

– Позволь, – тихо сказал он, и его пальцы коснулись моих обнажённых плеч.

Его прикосновения были противоположностью брата. Он не срывал, а словно снимал платье медленно, сантиметр за сантиметром, обнажая мою спину. Шёлк шуршал, сползая вниз, и вот я уже стою перед ними в одном лишь кружевном белье, дрожа от стыда и возбуждения.

– Боже… – вырвалось у меня, и я попыталась прикрыться руками.

Хоук грубо отвёл мою руку.

– Не прячься, – его голос был низким и властным. – Мы хотим на тебя смотреть.

Его пальцы обвели контур моего бедра, затем скользнули вверх, к застёжке бюстгальтера. Щелчок – и последняя преграда пала. Он сбросил его на пол, и его тёмный, горячий взгляд скользнул по моей обнажённой груди.

Но тогда я почувствовала Грэйва. Он встал позади, прижавшись к моей спине, и его ладони легли на мою грудь, а большие пальцы медленно, почти лениво провели по моим соскам, слегка сжали их, и по моему телу пробежала судорога. Он наклонился, и его губы коснулись моего плеча, оставляя влажный, горячий след. Будто он не целовал меня, а вкушал.

– Такая мягкая, – прошептал он мне в ухо, и его дыхание заставило меня вздрогнуть.

Хоук, видя это, издал низкое ворчание. Он встал на колени передо мной, его руки обхватили мои бёдра, и он прижался лицом к моему животу. Его щетина больно колола нежную кожу.

– Хоук… – попыталась я протестовать, но голос сорвался.

Он не ответил. Вместо этого его язык провёл влажную линию вниз, от пупка к краю моих трусиков. Его пальцы сжали мои ягодицы, придвигая к себе. Я ахнула, когда его горячий язык скользнул между нижних губ.

Грэйв продолжал ласкать мою грудь, его пальцы выводили на коже невидимые узоры, а губы исследовали мою шею, заставляя меня выгибаться назад. А Хоук…он бесстыже раздвинул мои бёдра, и его рот нашёл самую сокровенную часть меня.

Я вскрикнула, и мои пальцы вцепились в волосы Грэйва. Это было слишком. Два разных прикосновения, два разных ритма. Нежная, тягучая медлительность Грэйва и яростная, требовательная настойчивость Хоука. Моё тело разрывалось на части, не зная, на чём сосредоточиться – на ласках одного или на влажном, мастерском языке другого.

Я уже не могла думать. Во рту пересохло, в ушах стоял звон. Я была просто сосудом, наполненным до краёв ощущениями, которые вот-вот должны были выплеснуться наружу. И в последний момент, когда волна накрыла меня с головой, я не знала, к кому из них я прижимаюсь сильнее.

Когда последние спазмы затихли, оставив моё тело влажным, дрожащим и невероятно тяжёлым, Хоук опустил меня на кровать. Его губы блестели, а во взгляде читалось дикое удовлетворение. Он лёг рядом со мной на кровать, его сильная рука легла на моё бедро словно метка собственности.

И тогда Грэйв, всё это время наблюдавший за нами с тёмным желанием в глазах, приблизился ко мне с грацией хищника.

– Теперь моя очередь, сладкая, – тихо произнёс он и провёл ладонями по моим бёдрам, словно очерчивая контуры, запоминая их. Его большие пальцы медленно, с невероятной нежностью скользили по внутренней поверхности моих бёдер, заставляя их рефлекторно сжиматься.

– Ш-ш, – прошептал он, – расслабься.

Хоук, лежавший сбоку, наблюдал, его глаза сузились. Он наклонился и прильнул губами к моему плечу, словно напоминая, что он тоже тут.

Я была зажата между ними, как ценная добыча, которую они делили. Но в отличие от Хоука, Грэйв не торопился. Он опустил голову и начал целовать мою грудь.

О, Боже… Его губы и язык были такими же искусными, как и его пальцы. Он не просто сосал, он ласкал, исследуя каждый сантиметр моей кожи, заставляя мои соски затвердевать до боли, вызывая тихие, беспомощные стоны, которые я не могла сдержать. Каждое прикосновение его языка заново разжигало во мне огонь.

Пока он занимался моей грудью, его рука скользнула между моих ног. Его длинные пальцы ласкали мою чувствительную плоть, всё ещё влажную и пульсирующую от предыдущего оргазма. Но он не доводил меня до края. Нет. Он играл со мной. Лёгкие, едва ощутимые касания, круговые движения, которые заставляли меня извиваться и скулить от нетерпения.

– Грэйв… пожалуйста… – я сама не узнала свой голос, хриплый и полный мольбы.

Он поднял голову.

– Проси как следует, Уля.

Хоук в ответ на это издал низкое ворчание и прикусил зубами кожу на моей шее, не сильно, но достаточно, чтобы я вскрикнула. Это было предупреждение? Одобрение? Я уже не понимала.

– Пожалуйста… – снова вырвалось у меня.

Это было всё, что ему было нужно. Он медленно, не сводя с меня глаз, встал между моих ног. Его руки подхватили меня под колени, раздвинув бёдра ещё шире, открывая меня ему полностью. Я видела его возбуждение – внушительное, готовое. Он прижался к моему входу, проводя головкой вверх и вниз по моей влажной плоти, смазывая себя, доводя меня до исступления этим медленным, мучительным трением.

– Смотри на меня, – приказал он тихо, и я не могла оторвать от него взгляд.

И тогда он вошёл. Медленно. Неумолимо. Сантиметр за сантиметром, заполняя меня собой. Он был таким большим и заполнял каждую частичку меня. Я застонала, мои пальцы впились в простыни, когда он погрузился в меня до самого конца.

Грэйв замер на секунду, его глаза изучали моё лицо, ловя каждую эмоцию. А Хоук в это время не прекращал своих ласк. Его руки ласкали мою грудь, и всё это время я чувствовала внутри себя Грэйва – твёрдого и горячего.

И тогда Грэйв начал двигаться. Каждый толчок был глубоким, достигающим самой моей сути. Он не спешил. Он растягивал удовольствие, заставляя меня чувствовать каждый микрон его движения внутри себя.

Я уже не могла сдерживать стоны. Они рвались из меня при каждом его движении. Моё тело вздымалось навстречу ему, полностью отдавшись этому медленному, сладкому танцу. Хоук приподнялся и захватил мои губы в поцелуй, заглушая мои крики, его язык повторял ритм, который задавал его брат. Прикасаясь языком к моему языку каждый раз, когда Грэйв входил в меня.

Я была в ловушке между ними. Моё сознание снова поплыло и растворялось в море ощущений.

На этот раз это был не взрыв, а долгая, изматывающая судорога, которая вытянула из меня всё, до последней капли силы. Я кричала, зажмурившись, моё тело выгибалось между ними.

Грэйв последовал за мной с низким, хриплым стоном, его тело напряглось, и он излил в меня своё семя.

Глава 7

Едва успела я перевести дух, как Хоук грубо перевернул меня на живот. Простыни были влажными от пота, холодок пробежал по коже.

– Думала, всё? – его хриплый смех прозвучал прямо над ухом. – Мы только начали, землянка.

Его тяжёлое тело прижало меня к матрасу. Я почувствовала, как он прижался губами к моей шее, слизнул капельку пота с виска, и отпрянув, поднял мои бёдра. Он не давал опомниться, не давал прийти в себя.

– Хоук, подожди… – попыталась я протестовать, но после сильнейшего оргазма голос был еле слышным.

Он лишь придвинул меня ближе. Его пальцы впились в мои бёдра, раздвигая их. Я чувствовала его возбуждение – твёрдое, настойчивое – у самого входа.

Резкий, заполняющий толчок заставил меня вскрикнуть. Он вошёл глубоко и сразу, без прелюдий, без подготовки. Моё тело, ещё чувствительное и размягчённое после Грэйва, сжалось вокруг него в новом спазме удовольствия.

– Да… вот так… – его голос сорвался на хрип, когда он начал двигаться.

Его ритм был совсем другим – яростным, почти безудержным. Но прежде чем я успела полностью погрузиться в это новое ощущение, Грэйв встал на колени передо мной на кровати.

Я увидела его возбуждение – такое же мощное, как и у брата. Он провёл головкой по моим губам, влажно и настойчиво.

– Открой рот, Уля, – тихо, почти ласково сказал он.

Я послушно разомкнула губы, и он медленно скользнул внутрь. Солоноватый вкус его кожи смешался с собственным вкусом на моих губах. Я обхватила его губами, чувствуя, как он заполняет мой рот, когда Хоук в это же время заполнял меня сзади.

Двойное проникновение заставило меня застонать, звук получился глухим и прерывистым. Грэйв начал двигаться в том же ритме, что задавал его брат, создавая ошеломляющую синхронность. Я была между ними, полностью принадлежащая им обоим, разрывающаяся между двумя разными, но одинаково интенсивными ощущениями.

Хоук, возбуждённый этой картиной, начал двигаться быстрее, его толчки стали резче. От неожиданности я вскрикнула, и мой крик был заглушён телом Грэйва.

– Аккуратнее, – холодно предупредил Грэйв, не прекращая движений. – Ты делаешь ей больно.

– Она может выдержать, – проворчал Хоук, но темп его действительно стал чуть сдержаннее.

Грэйв снова обратился ко мне, его пальцы нежно провели по моей щеке:

– Всё в порядке, сладкая? Скажи, если будет слишком сильно.

Я могла только мычать в ответ, полностью потеряв дар речи от переполнявших меня ощущений. Две пары рук на моём теле, два разных ритма, две волны удовольствия, накатывавшие с разных сторон…

Хоук снова начал ускоряться, но теперь его движения были не такими резкими, а более глубокими и выверенными. Каждый его толчок отзывался эхом во всём моём теле, и я чувствовала, как Грэйв глубже проникает в мой рот в такт этим движениям.

– Она так сжимается вокруг меня, брат, – хрипло выдохнул Хоук, его голос был густым от возбуждения. – Видишь, как ей это нравится?

Его слова заставили меня сгорать от стыда. Но они же подстегнули волну удовольствия, которая снова начала нарастать где-то глубоко внутри.

– Уля, прекрасная страстная девушка. Кто бы мог подумать, – согласился Грэйв.

Хоук ответил низким рычанием. Его пальцы впились в мои бёдра.

– Я ещё не кончил,а уже хочу её снова, – прохрипел он в ответ брату.

Его слова стали последней каплей. Двойная стимуляция, грубая сила Хоука и умелые, точные движения Грэйва свели меня с ума. Моё тело затряслось в новой, ещё более сильной волне оргазма, сжимаясь вокруг Хоука с такой силой, что он застонал, и его движения стали резкими, короткими.

Грэйв тоже достиг пика, его семя заполнило мой рот. С последним, сокрушительным толчком Хоук заполнил меня, его тело напряглось, и он обрушился на меня всем своим весом, тяжело дыша мне в шею.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только нашим тяжёлым, прерывистым дыханием. Я лежала, раздавленная, разобранная на атомы, не в силах пошевелиться.

Первым начал Грэйв. Его пальцы медленно провели по моему потному плечу. Он наклонился и обхватил губами сосок, лениво лаская его.

Я лежала, не в силах пошевелиться, всё моё тело было одним сплошным нервом. Грэйв не прекращал свои медленные, ленивые ласки, его губы обхватили другой сосок, и я бессильно застонала. Это было уже слишком – после такой бури ощущений каждая клетка моей кожи кричала от переизбытка чувств.

– Хватит… – прошептала я, и голос мой звучал хрипло, а тело продолжало отзываться. – Больше не могу…

Грэйв поднял голову, его глаза блестели в полумраке комнаты.

– Врёшь, – тихо сказал он, и в его голосе слышалась твёрдая уверенность. – Можешь.

Хоук, всё ещё тяжело дыша у меня за спиной, медленно поднялся. Его ладонь легла на мою поясницу, горячая и влажная.

– Она и правда вся дрожит, – проворчал он с какой-то дикой нежностью в голосе.

Они переглянулись надо мной, и в их взглядах было что-то, от чего по спине пробежали мурашки. Что-то голодное и неутолённое. Я попыталась отползти, но мои конечности отказались слушаться.

– Ребята, правда… – начала я, но Грэйв мягко перевернул меня на спину.

– Тише, – прошептал он, прижимая палец к моим губам. – Мы позаботимся о тебе.

Его слова звучали как обещание, но почему-то от них стало ещё страшнее. Грэйв опустился на колени между моих ног, его огромные ладони легли на мои бёдра.

– Думаешь, она выдержит ещё? – спросил он у брата, но глаза его были прикованы ко мне.

– Выдержит, – уверенно ответил Хоук. – Она сильнее, чем кажется.

И снова их руки и губы принялись исследовать моё тело. Казалось, они знали каждый мой чувствительный участок, каждое место, от прикосновения к которому я теряла рассудок.

– Пожалуйста… – молила я.

Хоук прижался губами к моей шее, а его пальцы скользнули между моих ног.

– Расслабься, Уля, – прошептал он. – Просто почувствуй.

И я почувствовала. Снова и снова, пока мир не рассыпался в калейдоскопе ощущений, а моё сознание не отступило, оставив только тело, отвечающее на каждое их прикосновение. Они были безжалостны в своей ласке, неумолимы в желании выжать из меня каждую каплю наслаждения.

Когда наступила очередная разрядка, я даже отключилась на несколько минут. Я лежала, не в силах даже пошевелить пальцем, и сквозь тяжёлые веки видела, как они переглядываются надо мной с каким-то странным, почти нежным удовлетворением.

Хоук провёл рукой по моим волосам, убирая с лица влажные пряди.

– Всё, – тихо сказал он. – Спи.

И я послушалась, проваливаясь в тёмную, бездонную пучину беспамятства, всё ещё чувствуя на своей коже их прикосновения и смутно осознавая, что они продолжают меня целовать и ласкать.

Глава 8

Я проснулась от того, что мне было невыносимо жарко. Оказалось, что я зажата между двумя мужскими телами, как бутерброд. Грэйв обнимал меня за талию, а Хоук прижимался к моим бёдрам. К своему удивлению, я обнаружила, что ничего не болит, хотя вчера я была уверена, что утром не смогу пошевелиться.

Попыталась аккуратно выбраться из их объятий, но только разбудила их. Мгновение и я снова оказалась в ловушке – теперь уже между двумя проснувшимися и явно заинтересованными мужчинами.

– Я вам что, игрушка? – хмуро спросила я, пытаясь вырваться.

Грэйв покачал головой, его руки лишь плотнее обхватили мою талию.

– Нет. Наша жена.

– Если я ваша жена, то вы должны считаться с моим мнением! – выпалила я, наконец найдя в себе силы для сопротивления. – И вчера вы мне наврали!

Хоук, который уже снова обхватил губами мой сосок, выпустил его, приподнял бровь с преувеличенным удивлением:

– Не может быть!

– Может! – огрызнулась я. – Вы сказали, что остановитесь, если я попрошу. Но вы не остановились. Вы – обманщики. А сейчас – выпустите меня!

К моему удивлению, они послушно разжали объятия. Я выбралась из кровати и начала собирать свои разбросанные вещи, чувствуя на себе их взгляды. Натянула платье и повернулась к ним, подбоченясь.

– Разве тебе плохо, что тебя хотят сразу двое? – недоумевая спросил Хоук.

– Плохо то, что вы эгоисты! – парировала я, стараясь не обращать внимания на их возбуждённые и устремлённые на меня члены.

– Но тебе же тоже было хорошо, – вступил Грэйв, его голос звучал спокойно, но в глазах читалось лёгкое недоумение.

– Да, было, – признала я. – Но это не значит, что я теперь не могу вылезать из вашей кровати! У меня много дел.

– И каких же? – поинтересовался Грэйв, приподнимаясь на локте.

– У меня, вообще-то, бабушка на попечении! И я прогуляться хочу.

– Ну, с бабушкой у тебя робот, – отмахнулся Хоук, – а прогуляться нам тоже полезно.

– Я хочу одна! – твёрдо заявила я. – И вообще, я не разрешаю вам ко мне прикасаться, пока вы не поймёте, что быть эгоистами нельзя.

Грэйв усмехнулся:

– С чего это? Наоборот, эгоистами жить проще.

– Если хотите ещё раз до меня дотронуться, – сказала я, глядя на них с вызовом, – то вам придётся научиться слушать меня.

С этими словами я вышла из комнаты, высоко подняв подбородок. Чёрт возьми, а ведь было приятно поставить их на место!

В своей комнате я быстро переоделась в практичный комбинезон и направилась к бабушке. Дверь в её комнату отъехала, и я застыла на пороге.

Комната представляла собой настоящий хаос. Бабушка, видимо, с самого утра была занята «строительством». Она стащила всю мебель в центр комнаты, соорудив нечто, отдалённо напоминающее башню. Терми метался вокруг, беспомощно пища:

– Я пытался воспрепятствовать! Прошу прощения! Она была так настойчива…

Я закатила глаза и с отчаянием хлопнула себя ладонью по лбу.

– Боже, – прошептала я. – Такое ощущение, что меня окружают одни дети.

Одни – которые не знают слова «хватит» в постели, другая – которая строит башни из мебели вместо того, чтобы спокойно завтракать.

– Бабушка кушала? – спросила робота, тот закивал, на его лице экране появилась довольная улыбка.

– Что ж, это хорошо. Тогда оставляю тебя с ней. А мне пора работать.

Захлопнула дверь, недослушивая жалобу Терми о том, что ему тоже нужен выходной.

Я шла по саду, наслаждаясь непривычной тишиной. Воздух был свеж и наполнен ароматами незнакомых растений. В руках я сжимала портативный сканер. Устройство мягко гудело в руке, анализируя ДНК каждого растения. Я искала цветок – «слезу феникса», как его называли в земных отчётах. Вытяжка из него была последней надеждой для бабушки. На Земле, в архивах, я нашла упоминание об этом растении, способном замедлить, а возможно, и остановить процесс эрозии памяти. И всё, что мне было известно – оно растёт где-то здесь, на Экзоне. На Земле это лекарство стоило как свой личный корабль, поэтому мне было проще пересечь галактику и сделать это лекарство самой.

Я присела на корточки, чтобы просканировать невзрачный кустик с серебристыми листьями, как вдруг услышала за спиной знакомые тяжёлые шаги. Я вздохнула и обернулась.

– Я же сказала, что хочу одна.

– Мы подумали над своим поведением, – раздался спокойный голос Грэйва.

Они стояли передо мной, выглядя непривычно… смирёнными? Хоук, обычно такой буйный, переминался с ноги на ногу, а Грэйв смотрел на меня с лёгкой, почти что виноватой улыбкой.

– Обещаем, будем нежными, – сказал Хоук, и в его голосе прозвучала такая искренняя решимость исправиться, что я едва сдержала улыбку. – И не будем эгоистами. Твоё слово для нас – закон, жена.

Я выпрямилась, уперев руки в боки и пытаясь сохранить серьёзное выражение лица.

– Хорошо. Я вас выслушала. Посмотрим, как вы дальше себя будете вести. Слова словами, а дела я сама оценю.

Грэйв кивнул, скрестив руки на груди. Его взгляд упал на сканер в моей руке.

– Тебе помочь? Сканируешь что-то?

Я покачала головой.

– Нет, спасибо. Я сама. А вам разве на работу не надо? В вашу… контору?

Хоук усмехнулся и опёрся плечом о ствол ближайшего дерева, отчего его ветви затрепетали.

– Мы решили взять выходной. Ну и, если верить вашим земным традициям, у нас же медовый месяц. – Он бросил на меня долгий, многозначительный взгляд. – Который мы очень хотим провести со своей женой.

Я почувствовала, как по щекам разливается краска. Они были невозможны. Абсолютно невозможны. Всего несколько часов назад они вели себя как дикари, а сейчас стояли передо мной, такие большие и – странно это осознавать – почти что послушные, предлагая провести «медовый месяц».

– Медовый месяц, – повторила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – А по-вашему, по-экзонски, это как? Бегать за женой по саду и мешать ей работать?

Грэйв сделал шаг вперёд, его глаза сверкнули.

– По-нашему это значит быть рядом. Всё время. И помогать жене во всём, что ей нужно. – Он наклонился чуть ближе. – Например, подержать этот сканер. Или… отогнать назойливых насекомых.

От его близости у меня перехватило дыхание. Чёрт возьми, они явно играли нечестно. Использовать против меня мои же собственные слова и делать вид, что они такие образцовые мужья.

Я шагнула назад.

– Ладно. Хорошо. Только… не мешайте. И помните о своём обещании.

– Обещание помним, не переживай. – тихо ответил Хоук. – Ну а теперь говори, чем тебе помочь.