Текст книги "Тропою артефактов (СИ)"

Автор книги: Лия Тихая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

Глава 27

Буся, воспользовавшись тем, что я наклонилась достаточно близко к сестренке, перебралась ко мне на плечо. Я потянулась и почесала её под подбородком. Бусинка довольно замурчала и спустила лапы с моего плеча.

– О, девчонки! – заметил нас Эдгар. – Заходите. Отпразднуем помолвку.

– Ну, здесь места маловато. И людей не хватает, – не согласилась я. – Давайте в столовой хоть посидим.

– Звучит как разумное предложение, – согласился Алекс, сообразив, что столовая означает наличие еды.

– Тогда я схожу, позову Мика и Беллу, – заявила я.

Не успела я пройти и пары метров, как Алекс нагнал меня. Я улыбнулась, но ничего не сказала. Внутри разливалось приятное тепло и такое… умиротворение, что ли? Как мило, что он тоже пошёл со мной. Парень неуверенно коснулся кончиками пальцев тыльной стороны моей ладони, предлагая взяться за руки. Я почувствовала, как краснеют щёки, и сама взяла его ладонь в свою.

– Почему ты пошёл со мной, а не с остальными? – спросила я.

Бусинка на моём плече вполне по-человечески саркастично фыркнула. Видимо, это было призвано означать: «Ну, и глупые вопросы ты задаешь». Но разве я могла не спросить? Вдруг я сама себе что-нибудь надумаю, а реальность окажется совсем другой?

– Подумал, что тебе не помешает компания, – сообщил Алекс. – Да и их разговоры я понимаю меньше, чем наполовину.

– Да, точно, – смутилась я, вспомнив об этом. – Прости, нам, наверное, не стоило оставлять тебя на них.

– Ерунда, – махнул рукой Алекс. – Даже если бы я понимал, о чём они говорят, то всё равно бы не особо вслушивался… кхм…

Парень вдруг стушевался, словно сказал лишнего, но я так до конца и не поняла, что он имел в виду. Может то, что их разговоры слишком скучные? Если так, то я полностью с ним согласна. Колин – зануда тот ещё, а все мысли Эдгара наверняка занимает спасение жены.

Когда я вспомнила о своей новой способности, то помрачнела. Мысль об ответственности не только за своё собственное счастье, но и за счастье других угнетала. Каждый раз, когда я думала о том, что мне предстоит буквально воскресить людей из мертвых, мне становилось нехорошо. Мысль: «А что если я не смогу?» сразу же возникала в голове, не давая порадоваться возможному возвращению мамы.

Сердце болезненно сжалось, и я не смогла сдержать тяжёлого вздоха. Всегда ненавидела сомнения. В некоторых случаях правда лучше сначала делать, а потом думать. Меньше нервов потратишь. Даже если результат будет не таким, каким должен был быть, то, из-за недостаточно высоких ожиданий, он будет не настолько разочаровывающим.

А сейчас у меня слишком много времени на раздумья, и сомнения сожрут меня живьем ещё до того момента, как я смогу выполнить возложенные на меня обязательства. Даже если я смогу воскресить маму Селены, что вполне вероятно, учитывая произошедшее, то смогу ли воскресить свою? Я же даже не попробовала это сделать.

– Ле-еся-я, – снова протянул замогильный голос, а моих волос коснулась призрачная рука, успокаивающе поглаживая. И я поняла, что своими мыслями о потустороннем мире, чуть не активировала свою способность. Нет, прости, мама, но сейчас не время.

– Лесь? – неуверенно позвал меня Алекс. Буся, сидящая у меня на плече, сосредоточенно пялилась в пустоту. Кажется, она умеет видеть мертвых. – Ты в порядке?

– В относительном, – я натянуто улыбнулась. – Но мы уже пришли, так что обсудим как-нибудь потом.

– Хорошо, – кивнул Алекс и чуть крепче сжал мои пальцы. – Ты… просто знай, что мне можно доверять, ладно? К тому же, хоть я и на испытательном сроке, но мне бы очень хотелось знать как можно больше о тебе и о твоих чувствах.

Я привстала на носочки и коротко чмокнула его в щёку, заставив нас обоих покрыться лёгким румянцем. Вот и зачем я это сделала? Черт бы побрал мою бесшабашность.

– Спасибо, – излишне быстро произнесла я и постучала в дверь, показывая, что разговор окончен.

Словно назло мне несколько томительных минут ничего не происходило, и мы с Алексом просто стояли в неловком молчании, чувствуя, как напряжение растет. Оно было таким вязким и неприятным, что при желании его, кажется, можно было разрезать ножом. Я уже собиралась постучать ещё раз, когда дверь, наконец, приоткрылась и в коридор выглянула встрепанная Белла.

– Вы что до сих пор друг другом заняты? – за моим недовольством скрывалось смущение. Вот угораздило же нас прийти так не вовремя.

– Это второй заход, – хитро сообщил взлохмаченный Мик, тоже выглядывая из комнаты, за что тут же получил от невесты тычок под ребра.

Алекс смущённо кашлянул. Кажется, чтобы понять суть происходящего, было не обязательно знать язык. Бусинка сначала весело заухала, похлопывая себя крыльями по бокам, а потом и вовсе засмеялась совсем по-человечески. Алекса, кажется, это шокировало. Я понимающе усмехнулась, вспомнив свою реакцию на подобную выходку Буси. Хотя, чего уж греха таить, это и сейчас звучало жутковато.

– А это, должно быть, твой ухажер, который не понимает наш язык, – Белла обратила внимание на Алекса.

– Ага. Но мы здесь не для знакомств и расшаркиваний… – начала я, но меня перебили.

– Так это дело поправимое, – вдруг сообщила Белла и, отодвинувшись, открыла дверь пошире. – Заходите. Сейчас подтянем знание языков.

Я аж замерла от неожиданности. Нет, конечно, это логично – сирены работают с сознанием и подсознанием, так что вложить в чью-то голову знание языка должно быть вполне в её компетенции. Просто это как-то… внезапно. К тому же, мы пришли совсем по другой причине.

Я посмотрела на Алекса. Тот вопросительно смотрел на меня. Вспомнились его слова о том, что он не понимает половину разговоров, которые слышит. Подумалось о том, сколько труда наверняка уходит у Ленки, чтобы одновременно говорить вслух и мысленно транслировать перевод. Потом я представила, как неловко Алекс будет чувствовать себя на нашем застолье и приняла решение.

«Ох, и весело будет, когда все поймут, что Алекс понимает их и без перевода», – злорадно подумала я, уже предвкушая веселье, и потянула парня за собой, заставляя зайти в кабинет.

Селена

Еды мы набрали столько, словно нам предстояло не просто отметить помолвку в узком семейном кругу, а отпраздновать свадьбу и это был банкет человек на сто. Отец предлагал ещё поставить выпивку, но Колин отказался, сославшись на то, что на работе не пьет и вообще к алкоголю глубоко равнодушен. То, что я никогда не пью, и меня от вкуса алкоголя выворачивает, тоже приняли во внимание. Судя по всему, Алекс так же любовью к выпивке не отличался, поэтому, печально вздохнув и пожаловавшись на излишне трезвое окружение, от этой идеи папа вынужденно отказался.

– Только алкоголики пьют в одиночку, – заявил отец. А я подумала, что алкоголики и группами собираются тоже.

Это стремление выпить было мне совершенно непонятно. Никогда не замечала за папой стремления напиться, так что это предложение «отметить как следует», честно говоря, ввело меня в ступор. Ровно до того момента, пока я не поняла: отец очень хочет расслабиться и искренне порадоваться за свою дочь, но тревожные мысли не дают ему покоя. Похоже, мы с Колином очень не вовремя решили пожениться. Я сразу почувствовала себя ужасно виноватой. Колин заметил это, потому что сжал мою ладонь в своей.

– Всё хорошо? – шёпотом спросил он.

– Полный порядок, – кивнула я с улыбкой.

– Понятно, – Колин выпустил мою руку, и на мгновение я почувствовала разочарование. Но он тут же обнял меня за плечи, притягивая ближе к себе. У меня аж слёзы к глазам подступили. Какой же он у меня внимательный и заботливый! Я так его люблю!

Наконец, в столовую вошли Алекс и Леся в сопровождении Беллы и хитро улыбающегося Мика. Я по его лицу сразу поняла, что происходит что-то не то, о чём не преминула спросить.

«Вы что задумали?» – мысленно поинтересовалась я.

«Увидишь», – загадочно отозвался Мик.

Даже не знаю, как Колин, который знал своего кузена чуть ли ни с самого его рождения, не заметил эту хитрую ухмылочку на его лице. Наверное, в тот момент его больше занимало моё моральное состояние, чем выражения лиц наших друзей.

– А вот и вы! – тут же приободрился отец. Кажется, больше всех он был рад Лесе, которая могла снова связать его с моей мамой. – Давайте, присаживайтесь.

– Полагаю, надо представить вас друг другу, – опомнился Колин. – Эдгар, это Изабелла – невеста Мика. Белла, это Эдгар – отец Селены.

– И Киры, – тяжело вздохнул папа.

– Если хотите, я могу помочь вам прожить боль потери. Заходите на приём, – предложила Белла. Отец прищурился, разглядывая её. Лицо девушки оставалось спокойным и безмятежным.

– Сирена? – наконец, спросил он. Белла кивнула. – Что ж, тогда я бы от вашей помощи не отказался.

«Вы долго», – обратилась я к Лесе, пытаясь понять, причастна ли она к тому, что задумали наши друзья. Олеся невинно улыбнулась.

«Да так, были кое-какие дела, – увильнула она от ответа и поспешно перевела тему. – Думаешь, терапия поможет твоему отцу?»

«Не знаю. Хотелось бы верить, – вздохнула я, но быстро опомнилась. – Так, ты мне зубы-то не заговаривай. Что вы опять натворили?»

«А что мы могли натворить? Не так уж нас долго не было, знаешь ли. Десять минут туда, десять минут обратно и всё, время тю-тю», – Леся пожала плечами.

«Это вы весь этаж решили обойти, раз вам десять минут понадобилось на дорогу? – мысленно хмыкнула я. – Лучше сдавайся. Врать ты совершенно не умеешь».

«Ладно-ладно, – всё же уступила мне Леся. – Только не порть сюрприз остальным».

«Я могила», – мне пришлось постараться, чтобы зажевать рвущуюся наружу совершенно детскую проказливую улыбку. Теперь я отлично понимала Мика, который был не в силах сдержать свои эмоции.

«В общем, теперь тебе не нужно переводить наши диалоги Алексу. Сюрпри-и-из!» – сообщила Олеся.

«Да ладно! – ошарашенно выдала я. – Как так получилось?»

«Белла постаралась, – хмыкнула Леся. – Ты же сама заметила, что нас не было слишком долго для обычной дороги туда и обратно. Вот, теперь ты знаешь, что мы слушали пение сирены».

«Вау, – выдохнула я. – Всё-таки сила Беллы просто невероятна».

«Не то слово, – согласилась Леся. – Когда она первым делом при виде Алекса сказала, что может сделать так, чтобы он начал понимать наш язык, я была в шоке. Ну, и не упускать же такой шанс. Я подумала, что так будет легче для нас всех: и он, наконец-то, не будет чувствовать себя лишним в компании, и нам с тобой не придётся терять время, чтобы переводить ему суть разговоров. Надеюсь, ты не очень обиделась, что мы немного опоздали?»

«Конечно нет! – спешно заверила я её. – Даже мысли не было. Скорее папа хотел поскорее тебя увидеть… ну, ты понимаешь».

«Ага, – поморщилась Леся. – Знаешь, мне так не нравится эта ситуация. Я уже устала нервничать. Алекс предлагал поговорить об этом, а я… я как будто не уверена в том, что у мох переживаний есть смысл… ну, основания».

«Всё хорошо, – остановила я её поток сознания. – Поверь, мы все сейчас на взводе. Никто из нас не спокоен, так что это совершенно естественно. Просто выдохнем с облегчением, когда всё закончится. Будем жить себе долго и счастливо».

«Ага», – Олеся немного расслабилась. Её губы тронула лёгкая улыбка.

«И, Лесь… никто не делает тебя ответственной за возвращение мамы. Просто хочу, чтобы ты знала», – вместе со своими словами я послала ей импульс нежности и спокойствия.

«Спасибо, – кажется, Олеся действительно растрогалась. – Я тебя люблю».

«И я тебя, – совершенно искренне ответила я и поднялась со своего места. – Иди сюда, обнимемся».

Олеся обошла стол и сжала меня в крепких объятиях, уткнувшись носом куда-то в район плеча. Я обняла её в ответ, успокаивающе поглаживая по спине. Буся устроилась на моём свободном плече и обняла нас обеих крыльями.

– Это что за приступы нежности? – удивился Мик.

– Не мешай семейным разборкам, – цыкнула на него Леся, незаметно для остальных смахивая слезинку.

– Именно, – поддержала я. – У нас тут может драма происходит.

Когда мы с сестрой, наконец, разорвали объятия и разошлись по своим местам, я заметила нежную улыбку, тронувшую губы Алекса. Как всё-таки приятно знать, что даже если со мной что-нибудь случится, то у Леси будет тот, кто сможет позаботиться о ней.

«Олеся рассказала мне, что ты теперь понимаешь наш язык, – я мысленно обратилась к Алексу. – Очень рада за тебя».

«Спасибо, – кивнул Алекс. – Ваши разговоры оказались гораздо интереснее, чем я ожидал… но сегодня же твой праздник, так что не обращай внимания на меня».

Олеся

До самого конца праздника никто так и не догадался, что Алекс отлично понимает всё, что мы говорим. В некоторые моменты было трудно сдержать смех. Особенно когда Ленка изо всех сил изображала, что усердно переводит Алексу наши слова, а сама в это время говорила со мной, неся при этом полную белиберду, представлявшую из себя бессмысленный винегрет из слов. Что-то вроде: «носок, сова, огурцы, пюре». Ну, вот как тут не расхохотаться? Мне пришлось приложить все усилия, чтобы сдержаться. И я смогла. Можно было гордиться собой.

Когда вечер уже подходил к логическому завершению, Алекс первым поднялся с места и на чистом… не русском сказал:

– Я, пожалуй пойду. Устал немного. Спасибо вам за вечер, – несмотря на свои слова, он не тронулся с места, ожидая реакции Колина и Эдгара.

– Да-да, конечно, – отец Селены махнул рукой даже, кажется, не заметив подвоха. Оно и понятно: я сама тоже не сразу могла различить, говорят со мной на моём родном языке или принятом в этом мире.

А вот Колин остолбенел. Его круглые глаза словно занимали пол лица. Селена закусила губу, сдерживая смех. В столовой воцарилась напряженная тишина. Только теперь Эдгар понял, что что-то не так.

– Подожди, ты на каком языке это сказал? – прищурился отец Селены.

– А на каком надо было? – невинно поинтересовался Алекс.

Тут мы всё же не сдержались и расхохотались. Не сдержалась даже Белла, хотя она никогда не отличалась особой эмоциональностью. И только Колин и Эдгар сидели с лицом лица.

– Что произошло? Как это произошло? – озадачено поинтересовался Колин.

– О, тебе интересно? Ну, слушай, – начал Алекс, сразу же чувствуя себя намного увереннее.

Мне было приятно, что парень чувствует себя спокойнее и увереннее, чем раньше. Кажется, с сегодняшнего дня наша компания будет ещё дружнее, чем до этого. Во многом потому что они теперь нашли общий язык. Я улыбнулась своему же каламбуру и тут же поймала на себе взгляд сестры. Пришлось и с ней поделиться шуткой. Ленка прыснула, прикрывая рот ладонью. Остальные были так увлечены разговором, что не заметили наших переглядок. Что ж, похоже, вечер перестаёт быть томным.

Глава 28

Посидели мы неплохо. Дурацкие шутки, смех и разговоры ни о чём позволили нам на какое-то время забыть обо всём на свете. Внутри поселилась приятная легкость, а с губ не сходила улыбка. Давно я не проводила время так весело.

Мы уже собрались расходиться, но Эдгар остановил меня, дотронувшись до моего плеча. И по его выражению лица я сразу поняла, о чём пойдёт речь. Настроение стремительно ухнуло в пропасть. Вот обязательно было делать это именно сегодня?

– Мы можем поговорить? – спросил отец Селены с надеждой.

Ленка остановилась и посмотрела на меня взволнованно. Как мило, что она решила позаботиться о моих нервах. Но ничего, я большая девочка – сама справлюсь. Я кивнула ей, показывая, что всё в порядке. Сестра слегка нахмурилась, но ничего не сказала.

– Да, конечно, – повернулась я к Эдгару и немного натянуто улыбнулась.

Честно говоря, мне в целом было не очень комфортно находиться рядом с Ленкиным отцом. Впрочем, и ему, я полагаю, тоже. В конце концов, я напоминала ему о второй дочери. Уже, как оказалось, не погибшей, но всё же. Сейчас Кира находилась за много-много световых лет от нас, и я была единственным шансом на её возвращение. И единственным способом связаться с Адрианой. При этом я всё ещё оставалась незнакомым, чужим человеком, по воле судьбы влезшим в их счастливую семью.

– Я хотел бы попросить… Я понимаю, что это должно быть очень изматывающе, но… – Эдгар снова замялся.

– Связать вас с женой? – уже готовясь входить в связь с потусторонним миром, спросила я.

– Если не трудно, – тут же просиял мужчина.

Я прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Теперь замогильный шёпот, произносящий моё имя, и прикосновения холодных рук уже не казались такими жуткими. Я знала, что меня ждёт, знала, кто выходит со мной на контакт, и эта осведомлённость позволяла сдерживать страх.

– Всё, можешь открывать глаза, – раздался над моим ухом голос матери.

Я уже почувствовала холодок её присутствия, но всё равно вздрогнула от неожиданности. Глаза тут же распахнулись. Мама рассмеялась, глядя на моё испуганное лицо. А Адриана и Эдгар, кажется, решили устроить семейную ссору.

– Почему ты мучаешь девочку? Она и так устала за день, испереживалась вся. Не дави на ребёнка, – тон Адрианы был строгим, а выражение лица очень серьёзным. Честно говоря, я даже не сразу поняла, что речь идёт обо мне.

– Но, милая, – попытался возразить мужчина. – Я всего лишь хотел поговорить с тобой. Увидеть тебя ещё раз.

– Я понимаю, – кивнула Адриана. – Но у девочки чувство, что как только она перестанет быть нужной, её просто выкинут. Подумай о ней.

– Да я бы ни за что так не поступил! – вполне искренне возмутился Эдгар.

Мне вдруг стало жутко неловко. С чего я вообще решила, что отец Селены может быть плохим человеком? Ленка его так сильно любит, рассказывала о нём только хорошее, а я… она ведь не относится к моей маме с предубеждением. Так почему я отвечаю ей этим?

– Это знаем мы с тобой, знает Селена, но для Олеси ты всё ещё незнакомец, не забывай, – голом Адрианы смягчился. – Тебе надо с ней говорить, а не со мной.

– Не нужно, – спешно заверила я её и тут же потупилась. – Простите меня за мои домыслы. Мне очень стыдно.

Честно говоря, в тот момент я была готова провалиться сквозь землю. Я словно вернулась на много лет назад, в далёкое детство, когда училась в школе. Помню, в младших классах мы с одноклассниками сломали парту. Случайно, конечно. То ли упал на неё кто-то, то ли стучали по ней, развлекаясь. Но самым неприятным в ситуации оказались не заплаченные за это деньги.

Ещё до того, как всё рассказали родителям, чтобы те возместили ущерб, всех виновников происшествия выстроили в ряд (нас было трое) и заставили извиняться перед всем классом и перед учителем. Математичка стояла скрестив руки на груди и смотрела на нас сверху вниз таким взглядом… со смесью брезгливости, превосходства и злорадства. У меня в тот момент всё внутри сжалось.

Тогда мои одноклассники, привыкшие видеть меня вечно весёлой озорной девчонкой, впервые увидели, как я захлебываюсь слезами, вызванными страхом и чувством вины. Мне даже слово «простите» выдавить из себя было безумно сложно, но учительницу это не остановило. Она стояла и сверлила меня взглядом до тех пор, пока я не смогла пробормотать что-то отдалённо напоминающее извинения. И даже тогда просто высокомерно кивнула, словно сделала мне величайшее одолжение.

Когда на родительском собрании маме об этом рассказали, она, ни секунды не сомневаясь, написала жалобу директору. Ещё и остальных пострадавших от непрофессионализма «заслуженного учителя» нашла. Её увольнения мы так и не добились – кажется, даже директор боялся связываться с этой суровой женщиной. Зато нам сменили учителя математики.

Мама успокаивающе погладила меня по голове, заставляя вынырнуть из воспоминаний. Адриана тут же кинулась ко мне, беря за руки.

– Ну, что ты, деточка, – ласково произнесла она. – Ты тут точно ни в чём не виновата. Мы взрослые люди и должны заботиться о ваших чувствах. И я не только про Селену, но и про всех вас, включая Мика и Беллу.

– Верно, это я должен извиняться, – согласился Эдгар. – Прости, Олеся. Я не подумал, что ты можешь неправильно понять меня. Ты для нас очень важна. Не только потому, что ты занимаешь тело моей дочери. Ты стала для Селены близкой подругой и поддержала её тогда, когда нас не было рядом. Конечно, мы ещё мало знакомы, но я уже считаю тебя важным человеком.

– Спасибо, – я выдохнула с облегчением, невольно прижимая руки к сердцу. – Но я вас хорошо понимаю. Мне тоже очень хочется, чтобы мама поскорее вернулась к жизни.

– Мы все хотим, чтобы это поскорее закончилось. Но если случится что-то плохое или что-то пойдёт не так, то никто не будет винить тебя. Мы отнесёмся с пониманием.

Мама попыталась обнять меня, но вместо её тёплых рук я ощутила только пробирающий до костей холод. Мне стало так грустно. Безумно захотелось обнять мамочку, снова прижаться к ней… Холод постепенно сменился теплом. Поняв, что это сработала моя способность, я крепко обняла маму. Она немного растерялась. Кажется, ощущение было непривычным. Или, может, она просто отвыкла чувствовать себя живой? В общем, к тому моменту, когда она решилась пошевелиться, я уже успела отстраниться и сделала пару шагов назад. Мне пришлось заставить себя сфокусироваться на чём-то другом, чтобы отменить действие способности. Сердце сжалось от жалости и грусти.

– Ладно, я что-то устала. Пойду отдохну. Вы ведь не против? – Я виновато улыбнулась.

– Конечно, Лесенька, – кивнула мама. – Отдыхай, солнышко.

И я сбежала обратно в каюту. Ленка, кажется, собиралась расспросить меня о нашем разговоре с её отцом, но мне удалось свернуть на другую тему, а потом и вовсе сослаться на головную боль и уйти спать.

Разбудил меня приступ паники. Я даже не сразу поняла, что это сработала одна из моих способностей. Действуя скорее неосознанно, поставила щит. Бусинка, спавшая до этого на моей подушке, сонно приоткрыла один глаз, а потом и второй. Видимо, моё тяжёлое дыхание её сильно встревожило.

Ведомая испугом и желанием, наконец, вдохнуть полной грудью, я вышла из каюты и столкнулась в дверях с Алексом. Спросить о том, что происходит и почему он здесь, я не успела – он приложил палец к губам и прошептал: «Подыграй мне». Моё сонное сознание, полное тревоги и мыслей о том, что кому-то из моих близких людей грозит смертельная опасность, работало чуть медленнее, чем обычно, поэтому я рефлекторно кивнула.

– Пойдём со мной. Я отведу тебя в безопасное место, – сказал Алекс громче, чем это было необходимо и, взяв меня за руку, потянул за собой.

– Куда мы? – беспрекословно следуя за ним, спросила я.

– Туда, где тебе ничего не будет угрожать, – бросив на меня до странности быстрый взгляд, ответил парень.

Тревога отчего-то вдруг улеглась. Нет, её отголоски всё ещё ворочались где-то внутри, но я снова смогла спокойно дышать. Сознание медленно, но верно начинало работать, строя логические цепочки. Почему Алекс забрал только меня? На корабле не сработал сигнал тревоги, значит мы не атакованы. Ленка даже не проснулась и теперь не знает где я. Да и парень ведёт себя как-то странно. Что-то тут нечисто…

Селена

Когда я проснулась, никого в каюте не было. Не обнаружив ни Леси, ни Бусинки, я подумала, что они наверняка решили прогуляться до столовой, не сомневаясь в аппетитах арвинута. Может это она Леську и разбудила, потребовав срочно накормить свою царственную особу. Улыбнувшись своим мыслям, я неспешно привела себя в порядок и, позёвывая, вышла из каюты.

В столовой обнаружились только завтракающие Мик и Белла. Я нахмурилась. Странно. Куда Леся могла деться в такую рань? Не просто так же она шатается по коридорам.

– Доброе утро, – я заняла место рядом с друзьями. – Олесю никто не видел?

– Нет, – жуя ответил Мик, чем заслужил недовольный взгляд невесты.

– Мы думали, вы придёте вместе. Что-то случилось? – забеспокоилась Белла.

– Просто её нет в каюте, – я задумчиво ковыряла вилкой еду. Аппетит как-то сразу пропал.

– А к Алексу ты заглядывала? – поинтересовался Мик, остававшийся всё таким же невозмутимым.

– Нет, – покачала я головой. – Не заглядывала.

– Ну, так они, наверное, вместе где-то гуляют. Свидание, может, у людей, – пожал плечами Мик.

– Вполне возможно, – согласилась Белла, расслабляясь. – Алекс тоже ещё не появлялся на завтраке.

– Да, скорее всего так и есть, – согласилась я, успокаиваясь.

Думая, что не стоит разрушать романтическую атмосферу, я не стала писать Лесе. Мы спокойно позавтракали, ещё немного посидели, обсудили вчерашний праздник. Только тогда в столовой появился отец.

– Привет. Как там Алекс? – спросила я.

– Выполняет своё задание, – сообщил отец, попивая кофе.

– В смысле? – нахмурилась я, сразу понимая о чём речь. – Они с Лесей уже на бандитском корабле?

– Да, – совершенно спокойно отозвался папа.

– Почему ты нас не предупредил?! Почему ты так спокоен?! Когда они ушли?! – я тут же заволновалась. Хотелось вскочить с места и кинуться следом.

– Это неважно, – ответил отец. – Сейчас мы ничем не можем им помочь.

Я знала, что он прав, но волнение за сестру было сильнее здравого смысла. Сердце колотилось при мысли о том, какой опасности подвергается Леся. Её выдернули из постели и куда-то поволокли. И Буся, похоже, увязалась за ней. Ну, хоть кто-то сможет её защитить. Эта мысль совершенно не успокаивала, и я поджала губы.

– У меня к тебе только один вопрос. Леся знала о том, что ей предстояло уйти уже сегодня? Ты ведь рассказал ей? – я нахмурилась в ожидании ответа.

Отец отвёл взгляд, и у меня внутри всё похолодело. То есть Лесю силом выдернули из кровати, ничего не говоря и потащили в неизвестном направлении. Как бы она не подумала, что Алекс предатель.

Олеся

– Ты предатель! Трус! – кричала я громко и возмущённо, так что слышал меня, наверное, весь корабль. Тем более, что он был в разы меньше того, на котором я привыкла путешествовать. – Я тебе верила, а ты! Как ты мог так со мной поступить?!

– Кира, прошу, выслушай! – отчаянно воскликнул Алекс.

Судя по обращению, он распознал в моих словах фальшь и решил подыграть этому фарсу. А ведь хорошо играет. В нём однозначно пропадает актерский талант. Мог бы сниматься в российском кино… ладно, признаю. Звучит как сомнительный комплимент.

– Не хочу! Ты просто лжец! Мне не о чем с тобой разговаривать, – скрестив руки на груди, я демонстративно отвернулась.

Как только мы оказались на корабле, Алекс шепнул мне, что позже всё объяснит, но объяснения были не нужны. Я сразу поняла что происходит. В конце концов, мы уже обговаривали, что именно я и Алекс станем засланными казачками, так что догадаться было нетрудно.

– Я делаю это ради тебя! Они обещали, что тебя не тронут. Я просто хочу, чтобы ты выжила, понимаешь? – его голос звучал тихо и пробирал до мурашек.

Я даже на мгновение засомневалась в том, что Алекс не перешёл на сторону врага. С таким талантом он мог легко нас всех одурачить. Но потом вспомнила обращение «Кира». Если бы он правда хотел меня в чём-то убедить, то назвал бы настоящим именем.

– Ты делал это из любви ко мне? – я даже умудрилась заставить себя пустить слезу.

– Да, дорогая, – он взял меня за руки и посмотрел в глаза. В его взгляде я заметила искорки веселья, из-за чего чуть не подавилась смешком, поэтому поспешила заключить Алекса в объятия и спрятать лицо у него на груди. – Ты прощаешь меня?

– Да, милый. Не могу не простить, – я погладила его по щеке.

Конечно, я не думала, что наш первый поцелуй произойдёт так скоро и при таких обстоятельствах, но чего только не сделаешь ради убедительности. Обняв Алекса за шею, я прижалась к его губам своими. Парень не растерялся и, притянув меня за талию ближе, ответил на поцелуй.

Нежное, но при этом немного властное прикосновение его губ пробрало меня до мурашек. Честно говоря, я думала, что мой первый поцелуй будет гораздо хуже, учитывая, что уровень практики у меня почти нулевой, не считая парочки измученных помидоров, павших смертью храбрых. Но у Алекса, кажется, практики было больше… или дело в моих заниженных требованиях?

– Классно целуешься, – шепнула я, отстранившись.

– Спасибо. Но я теперь вообще забыл, зачем мы здесь, – шепнул он в ответ, вызывая у меня улыбку, но быстро опомнился. Его интонация снова сделалась ужасно трагичной. – Теперь ты согласна остаться здесь и помочь нам?

– За тобой я готова пойти хоть на край света, – состроив жалобно-наивное личико, ответила я, рефлекторно поглаживая его шею кончиками пальцев и, кажется, мешая этим ему сосредоточиться.

– Так… – Алекс даже зажмурился, пытаясь собраться с мыслями. Я сжалилась, переместив руки ему на плечи, за что получила полный благодарности взгляд. – А что насчет твоей сестры?

– Ну, она сама выбрала свою судьбу, влюбившись в «хорошего мальчика», – я хмыкнула, высвобождаясь из объятий возлюбленного и делая пару шагов назад.

В этот момент вспомнилось, как будучи совсем маленькой девочкой, я мечтала о съёмках в кино. Сейчас же я чувствовала себя если не звездой, окружённой кучей камер, то актрисой на ярко освещённой театральной сцене.

– Знаешь, она такая вся наивная и добрая. Хочет помогать всем и вся. У неё эти… «моральные принципы», – я насмешливо фыркнула.

Забавно, что даже в желании выставить Ленку плохой в глазах окружающих, я назвала черты, которые в нас с ней общие. Ну, что плохого можно сказать о человеке, который буквально ангел небесный… Надеюсь, её более циничный отец не даст Селене влипнуть в неприятности, пока меня не будет рядом.

Тут я заметила в углу под потолком знакомое белое пушистое пятно. Вот же..! Мысленно выругавшись, я накинула на Бусинку невидимость, параллельно пытаясь понять, насколько плохо то, что она за нами увязалась. Конечно, здорово, что если нам вдруг понадобится, мы сможем припугнуть бандюганов огромной котосовой, но ведь Буся ужасно непоседливая и вечно голодная. Как бы это не сыграло против нас…

– Она не идёт с тобой ни в какое сравнение, – тем временем продолжал Алекс, мягко коснувшись моего плеча. – Пойдём, нам нужно помочь одним хорошим людям, чтобы те помогли нам.