Текст книги "Девочка криминального Колуна (СИ)"
Автор книги: Лина Вазгенова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
Глава 19
За эти несколько дней весь мой и без того шаткий мир полностью перевернулся, и я осознала, что попала в какой-то чертов капкан.
Единственный имевшийся план провалился. Помощи мне просить не у кого. А сама я не знаю, где могу достать эту чудовищно-огромную сумму денег, чтобы спасти брата.
А еще острое опасение вызывает у меня мое психологическое здоровье, кажется, я сошла с ума. Другого, более точного определения безумию что со мной творится, я подобрать не могу.
Как вспомню этот адский вечер, так хочу умереть.
Эти безостановочно-преследующие меня воспоминания, вызывают в моем мозгу больные, неадекватные мысли и еще, более больные, идиотские чувства, не дающие моей бедной голове покоя, и мешающие осредаточиться на решение проблемы, которая висит надо мной как домоклов меч.
Перед глазами стоит искаженное бешенством лицо, и я не могу унять эту дрожь в теле.
Господи, я такая дура! Рву на голове волосы и загибаюсь от стыда.
Позорище, докатилась.
Зажмуриваюсь до боли, пытаясь заставить себя все забыть.
Забыть и не вспоминать: ни глаз его черных, ни наглых прикосновений, ни проклятых горячих губ, ни себя – идиотку опустившуюся до такого… что даже слов не подобрать.
А перед мысленным взором, как насмешка судьбы, кадры киноленты; он заталкивает меня в туалет и грубо, без колебаний показывает мне мое место в системе своих ценностей, а я…
И в очередной раз, как на реверсе мое больное сознание транслирует мне все, что между нами было, и я едва не рычу от бессилия, а слезы наворачиваются на глаза, и горячими дорожками обжигают мои щеки. Втягиваю с шумом воздух и хорошенечко прикладываюсь затылком об спинку старенького дивана, но не помогает.
Ни черта не помогает!
Я по-прежнему там: вдыхаю запах этого зверя, чувствую на языке солоноватый вкус его крови после своей дерзкой и единственно-верной выходки, и тону в горящем похотью взгляде, от которого внизу живота сладко обрывается, а по коже бегут колкие мурашки и хочется еще…
Это невыносимо! Так душно, липко, стыдно, что хоть в голос ори. Но я молчу. Захлебываюсь сознанием своей вины, уязвленной гордостью, постыдной слабостью, ненавистью к себе, и появившемся в груди удушливым жжением, но молчу… боясь озвучить вслух свои собственные чувства.
И я еще его называла больным. Больная тут только одна и как не печально признавать – это Я. Видимо он хорошенько приложил меня головой.
Никогда раньше со мной не происходило токого сумасбродства.
Как удар в солнечное сплетение.
Неожиданный нокаут.
Нет, этого просто не может быть. Нет, не могли у меня пробудится ненормальные чувства к этому психу.
Влюбиться в зверя.
Господи!
Впервые в жизни…
Какая любовь?… Что я несу!
Он грубый, циничный, жестокий…
Я должна его ненавидеть.
Наверно должна.
А еще мне очень хочется винить его во всех своих бедах, презирать за унижение, за крушение моего душевного покоя, за потерю гордости. Но я знаю, что это тупо.
Боже, как мне перестать думать о нем.
Голову ведь себе не отрубишь.
Наверное, он стал моим проклятием.
За что, господи? За что ты постоянно меня испытываешь?
Не знаю на какую дорожку пнуло бы меня мое отчаянье.
Но как говорится решение проблемы пришло от туда, откуда не ждали. А в моем случае – оно приползло на порог Светкиной квартиры. Всё в синяках, кровоподтеках, садинах, с разбитыми губами и коленями.
Соседка Солнца с третьего подьезда, что провела нас в тот злосчастный клуб, еле живая, сбежала от своего покровителя, который с размахом отметил удачную сделку и сделал Екатерину главным блюдом праздника для подчивания своих партнеров.
В очередом приступе истерики, в котором Катя грозилась отомстить этому уроду, она озвучила вслух, что знает где находится сейф этого старого козла. С пачками денег и документами, а еще, что она даже знает от него код, подсмотрела однажды. Ну и конечно, план дома и распорядок дня своего благодетеля ей тоже был известен.
У Светки моментально созрел план, хорошо хоть чья то голова оставалась светлой.
Сигнализацию и видеонаблюдение закрепили за мной. На Солнце сейф. А на Кате подробный план дома и вся необходимая информация, чтобы провернуть это дело.
Три миллиона двести тысяч наша с Сонцевой доля, а остальное содержимое сейфа, Кате. "Компенсация, физического и морального ущерба."
"Операция по восстановлению справедливости", так мы окрестили данное мероприятие, прошла удачна.
Передав деньги " отцу", наконец выдохнула. Закупившись в круглосуточном продуктами, поехала домой. Захожу в квартиру, включаю свет и сердце обрывается, ухая булыжником вниз…
Глава 20
Я замерла, парализованная от страха и безысходного отчаяния. Тяжело и шумно дыша носом, тщетно пытаюсь справиться с приступом истерики и унять дрожь во всем теле.
Каждую секунду надеясь, что это всего лишь очередная игра моего разгулявшегося воображения. И вот сейчас эти десять амбалов в моей квартире рассеются как мираж.
– Анастасия Валерьевна? – мое собственное имя прозвучало, как приговор. И лишило меня всякой надежды.
– Кто вы? Что вам надо? Как вы вош… И тут мне что то вкололи и договорить вопрос я уже не могла. Перед глазами все начало расплываться, а язык прилип к нёбу.
– В машину ее. – было последние что я слышала.
От резкого звука, видимо встречи пола с тяжелым предметом, пришла в себя. В голове сильно шумело. До такой степени сильно, что от рвотных спазмов сводило желудок. Хотела быстро подняться, но не смогла. От адского приступа боли потемнело в глазах. В ужасе дернулась и поняла, что руки связаны. Затянуты веревками так, что они впиваются в мясо до самых костей.
Паника как и воспоминания обрушились мгновенно, мешая дышать. Теперь когда цепочка событий сложилась, стало еще страшнее. Так страшно, что я кажись заледенела изнутри от этого ужаса, а в голове миллионы мыслей, десятки версий и одна огромная, пугающая до смерти неизвестность.
Но дышать, как оказалось мешали не только паника и страх, но и скотчь лишающий возможности открыть рот чтобы сделать жадный глоток.
Лихорадочно крутитла головой изо всех сил стараясь понять, где я. Но изо крамешной тьмы царящей в помещении, так и не смогла. Глаза должны сначало привыкнуть к темнате, но их режет от жуткой боли в висках.
Еще раз дернула руками и застонала от бессилия… а потом с ужасом услышала, как рядом что то щелкнуло и кислород в груди закончился вовсе. По спине градом покатился холодный пот.
Кто тут? Но вопрос по понятным причинам так и остался на уровне моих мыслей. А до слуха донеслось лишь глухое, рваное, дыхание.
Спокойно… Надо дышать. Считать и дышать. Это когда-то помогало. Иначе паника сведет с ума. И тут все мои жалкие потуги по достижению духовного равновесия летят в тар тарары.
Чья-то огромная лапа обхватывает мою лодыжку и резко дергает на себя.
И если бы не скотч, то я наверное бы оглохла, от своего собственного крика. Я мычала и пыталась вырваться, но этот кто-то вцепился в меня точно стальными тисками. А потом неожидано резко разжал захват и я с ускорением придаваемым силой инерции своего тела отлетела и ударилась головой о стенку.
Хлопок в ладоши и помещение налилось светом единственной лампочки.
Я захлебнулась праведным ужасом узнав в нависшей надо мной огромной, черной тьме – дъявола, захватившего все мои мысли.
Меня заколотило, стоило представить, для чего этот псих привез меня сюда. Дрожа всем телом, я старалась не смотреть на него и взять контроль над своими разнузданными чувствами. Чтобы не выдать ни своих глупых эмоций, ни своего гибельного страха.
– Ну здравствуй Настенька.
Глава 21
– Ну здравствуй Настенька. – дъявол медленно обходит помещение напоминающие мне склеп по кругу, держа руки в карманах. А у меня перед глазами проносится вся моя недолгая жизнь.
– Что? Не рада встрече? – не скрывая сарказма усмехается, только вот во взгляде ниединого намека на насмешку, в нем ярость и едва сдерживаемое бешенство.
– Так вот ты какой цветочек аленькай. – подходит почти вплотную, присаживается около меня на корточки и срывает скотч с моего лица. От резкой боли я вскрикнула и сглотнув тугую слюну провела языком по пересохшим губам.
– А я тебя не дооценил. – хрипло тянет гласные. Сверля пристальным взглядом мой рот.
– Признаюсь впечатлен.
– Что Вам нужно? – стуча зубами с трудом выдавливаю из себя, пятясь назад. Не зная правда, чем это может мне помочь.
– Что мне нужно? – издевательски повторяет и тут же морщится как если бы съел что-то противное на вкус, сжав пальцами переносицу.
– Ты собиралась зажарить меня сука! И спрашиваешь что мне блядь нужно? – рычит доводя мой пульс до бешеных скачков.
А в следующую секунду разъяренный дъявол хватает меня за шею и со всей дури впечатывает в стену. Затылок обжигает острой болью, перед глазами темнеет и тут же взрывается огнями новогодней эллюминации.
Закашливаюсь задыхаясь, но ему плевать, давит еще сильнее на горло.
– Ты! Сука! Ты кого тут из себя корчишь передо мной? – цедит дрожащим от гнева голосом, обжигая горячим дыханием и своей близостью.
– Если бы не мой спермотоксикоз клюнувший меня в одно место, то сегодня блядь твоими молитвами я бы в лучшем случае загорал на больничной койке в реанимации, а в худшем, кормил бы червей на кладбище тем немногим, что от меня бы осталось.
– Кто меня заказал, тварь? Говори?
– Имя сука? Я знаю что для моего устранения обратились за услугой к организации "Лернейской гидры". Ноухау этой конторы, шлюхи обученные подрывной технике.
– Я вас не понимаю. Какая гидра? – впившись ногтями в его запястье, хриплю и пытаюсь вырваться, но он наваливается всем весом, распиная меня на матрасе.
Соприкосновение с его крепким, сильным телом, подобно электрическому разряду, прошибает до самых костей. По коже пробегает мороз и тут же становиться невыносимо жарко. Дышим загнано и смотрим друг другу в глаза.
Он, готов разорвать меня, а я провалится сквозь землю за свою больную реакцию на близость этого зверя.
– Ты сука конечно очень ловко прикидывалась невинной овечкой и не менее профессионально вывела из строя систему сигнализации, и видеонаблюдения, но вы просчитались.
– Да если честно мы и сами забыли что устанавливали скрытые камеры, которое автоматически включается когда из строя выходит основной блок ведения видеонаблюдения. Из за взрыва правда пострадало несколько аппаратов, но та часть где ты колдуешь над проводами системы сигнализации отлично сохранилась и скоро не сомневайся, моя команда айтишников востановит ту часть где ты, или твоя шлюха подружка, не знаю как у вас распределены роли в вашем тандеме умело закладываете бомбу в хозяйском секторе.
– Тогда тоже станешь отпиратся?
– За твоим любимым Дракошей мои парни уже выехали.
– Не трогайте его. Давид, он вообще не… – договорить не успеваю, я даже не успеваю ничего понять, как его кулак впечатывается в стену в паре сантиметров от моего лица.
– Даже так? – выплевывает он с такой яростью, что кажется еще чуть-чуть и свернет мне шею.
– Ебаря значит своего выгораживаешь? Он блядь нипричем. А ты стало быть причем? Вспомнила все таки сука. – утробно рычит мне в щеку, сверля меня взглядом одержимого психа.
– Мои ребята уже взломали вашу базу.
– И совсем скоро у меня на столе будет полный отчет по вашей организации.
– Да… И чуть не забыл. Твоя подружка уже здесь.
Глава 22
Меня захлестывает обреченное бессилие, жгучая злоба и я едва ли не рычу от ненависти к такой судьбе. Я стараюсь не вестись на провокацию, но не могу справиться с внутренними бесами.
– Самоутверждаешся урод? Похищая, связывая и насильнно удерживая беззащитных девушек. Только так чувствуешь себя крутым мужиком со стальными яйцами? – шиплю не в силах молчать, хотя понимаю что от этого ненормального можно ожидать чего угодно и лучше лишний раз не нарываться, но это сильнее меня.
– Ты бы блядь девочка за языком последила, а то как бы не пришлось тебе твоим помелом эти стальные полировать. А какой я крутой мужик ты обязательно узнаешь. Не хочу тебя разочарововать. – хищно ощеревшись, выплевывает он с такой яростью, что кажется еще чуть-чуть и свернет мне шею.
– У моего языка для полировки есть объекты поаппетитней и посвежее. – срывается с губ прежде, чем успеваю подумать. Хотя мне уже плевать, что со мной будет. Меня несет, прорывает, как назревший чирь.
– Вижу, ты осмелела. – утробно рычит дъявол, сжав пальцами мои щеки, заставляя морщиться от боли, приблизив свое лицо к моему почти вплотную.
– Считай…, что уже нет. – выдыхает мне в губы.
О чем это он…? И тут до меня доходит смысл этой брошеной фразы.
– Не смей его трогать. Слышишь, уро… – Но договорить мне не удаётся, крепкая рука сдавливает мое горло с такой силой, что в глазах темнеет и я начинаю, как выброшенная на берег рыба, рвано хватать ртом воздух.
Он сверлит меня своим жутким взглядом и я слышу пугающий до мандража хруст его зубов, и кажется даже, как ходят желваки на его щеках.
А еще от гнева у него подрагивают сжатые в тонкую полоску губы и как у змея Горыныча раздуваются ноздри, того и гляди, огонь повалит.
И я уже просто не выдерживаю, меня накрывает.
– Ненавижу! Ненавижу! – ору вне себя от отчаяния и едкой горечи. У меня связанны руки и поэтому в ход идут ноги. Я брыкаюсь, выгибаясь всем телом и беспорядочно выбрасываю удары.
– Успокойся блядь. – злобно рявкает это животное, прикладывая меня затылком о матрас.
– Еще раз дернешся. Пристрелю. Как суку. Поняла? – угрожая, сжигает меня диким, полыхающим взглядом.
Да, я поняла. Очень хорошо поняла. Только сейчас это уже не имеет значения.
– Да пошел ты. – Ору, захлебываясь слезами, ибо предел пройден, чаша полна и сказывается накопившиеся напряжение, и я больше не могу выносить все это.
– Тупая сука. – встряхивает меня как куклу и отшвыривает от себя выбивая дух. Я падаю, разбивая об пол губы и колени, и как в предсмертной агонии хватаю жадно бесценный воздух. Изо рта льется кровь смешанная с пеной, а в ушах словно звенит трехтонный отливной колокол.
В один шаг дъявол сокращает разделяющее нас расстояние и присев возле меня на корточки, приподнимает за подбородок мое лицо.
Этот холодный взгляд, полный презрения выжигает дыру у меня на лбу. Я же только сейчас по-настоящему осознаю, насколько он в бешенстве и не в себе.
– Что вам от меня надо? – произношу дрожащим голосом.
– Трахнуть тебя хочу, Настенька. В качестве моральной компенсации. – рычит, скользя пальцами по моим разбитым губам.
Сама не замечаю, как начинаю пятиться. Дернулась, стукаясь головой о стену, а сердце точно пропустив тяжелый удар, заколотилось, как сумасшедшее.
– Тихо девочка, сейчас уже поздно головой биться. – издевательски бросает, следя за моей реакцией.
– Но прямо сейчас, у тебя еще есть выбор…
– Я могу просто нагнуть тебя раком и отодрать, как последнюю шлюху. Или…
Глава 23
– Или… – делает паузу.
Прожигает меня своим дъявольским взглядом и медленно ведет второй рукой по внутренней стороне моего бедра, забираясь под толстовку.
А внутри меня ядерный взрыв и меня колотит, как припадочную, от смеси немого, внутреннего возмущения, и неуправляемого, стихийного страха.
Боже! Я очень хочу верить…, искренне хочу верить, что именно в этом конгломерате причина моего сумашедшего состояния. Ибо, если это не так, то я ненормальная и хочу своего палача.
До дрожащих коленок, пульсирующей промежности и насквозь мокрых трусиков. А это уже клиника и диагноз, причем… ни один доктор…
Вздрагиваю, теряя нить мысли, когда низкий, наполненный злобой голос, пробирающий до самого нутра, режит мой слух.
– Или. – повторяет с нажимом. – Ты тварь, говоришь мне, кто меня заказал. – теперь уже яростно рычит мне в ухо, сминает мои губы своим большим пальцем и нагло просунув свою другую руку под резинку моих спортивных брюк касается меня между ног.
Удовлетворенно хмыкает и без церемоний сдвигает мои трусики.
– Мокрая сука. – раздраженно выплевывает.
– А я все гадал, откуда у молодой, приличной девочки повадки профессиональной шлюхи. Неужели от природы бывают такие чувствительные малышки? Или может, еще более похожий на чудо вариант, – конкретно на меня такая реакция? А нет, ни хуя не чудо, все как всегда банально, очередная блядь.
Я же превращаюсь в идиотку. И не понимаю ни слова из гневной речи мужчины, издаю звук напоминающий стон, и практически перестаю дышать от этого неправомерного проникновения.
А через секунду, мое тело бьет предсмертная, крупная дрожь от остро-нахлынувшего, непристойного удовольствия, когда дьявол с шумом втянув запах моей кожи, круговыми движениями своих пальцев, распределяет густую смазку по моим влажным, набухшим складочкам.
Мне стыдно и до слез противно от своей примитивности, самонеуважения, и как оказалось, еще и не высоких моральных ценностей. Веду себя, как какая-то, легко доступная, озабоченая, похотливая девица. Которую не смущает ни то что она в плену, ни грязный пол, ни связанные руки, ни то что пальцы доставляющие это нездоровое удовольствие принадлежат уроду, который угрожает не только мне, но и моим друзьям, и из-за которого у меня сейчас жутко щиплют разбитые губы, и колени. О растоптаном достоинстве и говорить нечего. Моя девичья гордость еще пытается меня отрезвить крича – "Он ведь тебя с дерьмом смешивает, а ты… Очнись, наконец!", но я ее словно не слышу.
– Кто заказчик? – шипит этот змей мне в ухо, прерывая этим самым мои самобичивания.
Но от жгучего стыда я не в силах выдавить ни звука, поэтому прикрыв глаза, отчаянно мотаю головой.
– Значит, не скажешь? – уточняет мои мотания это животное.
Я же как болванчик продолжаю дергать этим отростком на шее.
– Хорошо подумала? – задает вопрос, приподнимает за подбородок, и фиксирует своей лодонью мою вихляющую голову.
– Я ничего не знаю. – жалко выдыхаю. Слабым голосом. Пытаясь взять себя в руки и справиться с наваждением.
– Я так понимаю, останавливаемся на первом варианте? – звучит точно приговор.
Удерживая за щеки мое лицо, испепеляя глазами, вдавливает одновременно в мой рот и мою промежность свои пальцы, заставляя меня громко вскрикнуть, а мое тело отозваться новой волной жара от ощущения наполнености, и солоноватого вкуса его кожи на языке.
– Дракоша же против не будет? – издевательски уточняет, выпивая мои эмоции, скабясь хищным оскалом.
– Как он терпит такую прошмандовку? – обжигая дыханием яростно выплевывает.
– Хотя знаешь, я его понимаю.
– Красота – страшная сила. Смотришь на тебя, сучку, и мозги едут.
Прижимается вплотную, и припечатывает своей огромной сваебойной установкой мое подрагивающее тельце к стене. А меня парализует от этой тесной близости. Запаха, въедающегося даже в кожу. И охватившего необъемлевого ужаса.
О, Господи! Он что, серьезно намерен трахнуть меня прямо тут на полу?
Глава 24
Утробное рычание, резкий рывок и удар позвоночником о жесткий матрас.
В голове колокольный звон, а мое расплоставшееся тело подмято под дъяволом. Молниеносное движение его рук и мои колени разведены в стороны, а огромный, твердый бугор его штанов упирается мне между ног.
Это конец…, содержимое последних, вспыхнуло яркой картинкой на задворках моего сознания.
Я не выдержу.
Он просто разорвет меня этим, и все.
От паники начинаю задыхаться и вцепившись ногтями в его руку, удерживающую меня на месте пытаюсь достучаться до него.
– Нет! Пожалуйста… Не надо! – начинаю сопротивляться изо всех сил, но дъявол молча, впечатывает меня лицом в матрас и не церемонясь, стаскивает до середины бедра мои спортивки, похабно бросая:
– Смотрю Дракоша у нас большой поклонник Уолта Диснея? Или его возбуждают только шлюхи в трусах для девствениц?
Этот урод смеется, а я готова провалится сквозь землю от унижения. Но уже в следующую секунду от натужного веселья этого психа не остается и следа. Передо мной зверь. Рычащий, сверкающий глазами, тяжело и жадно дышащий. Готовый разорвать меня.
– Данил Сергеевич. – спасение пришло откуда не ждали. Дверь со скрипом приоткрылась, выбив из моего мучителя недовольное рычание.
– Какого хуя блядь?
– У нас гости.
– Кто?
– Точно не знаем. Есть предположение, Лирнейские за своими пришли.
Из горла мужчины вырвалось шипение, а после меня швырнуло на пол.
Грубо матерясь, он вышел, вернее, просто оказался в несколько шагов у двери, которая за ним тут же и захлопнулась.
Раздались выстрелы.
Я содрогнулась всем телом, беззвучно воя от ужаса.
Из-за связанных рук, я даже не могла закрыть уши, чтобы не слышать этих страшных звуков несущих смерть.
Надеюсь, его там пристрелят, и он больше не вернется. Прошептала в сердцах. Испытав двоякое чувство.
Ведь те, кто это сделает, могут оказаться еще страшнее… Или не могут?
Я поняла, что теряю время. Возможно это мой единственный шанс выбраться отсюда. Опомнившись, с трудом натянув штаны, вскочила на ноги.
Бросилась к двери несмотря на звуки выстрелов. Даст бог пронесет, а может поймать пулю и не самое худшее в моей ситуации? На то, что это животное оставит меня в живых, я не очень бы и надеялась.
Дверь оказалась заперта.
Я почти взвыла от разочарования… Я не слышала щелчка… Как он успел?
Но все же успел.
Еще несколько раз, изо всех сил дернула дверь и поняла, что это напрасно. Ее не заело и не заклинило, она действительно заперта.
Смахнув слезы бессилия, отправилась изучать помещение.
Ничего.
Просто стены.
Один матрас и стул приваренный к полу. Хорошо хоть чисто и нет никаких ползучих тварей.
И освещение.
Пусть одна тусклая лампочка, но это уже не темнота.
Время замирает. Я уже не слышу выстрелов.
Кажется, проходит вечность и видимо я отключилась.
Подскочила на ноги, когда дверь с грохотом распахнулась, и тут же с грохотом закрылась.
На этот раз я очень отчетливо расслышала, как провернулся ключ, и как щелкнул замок.
Вернулся.
Сердце пропустило удар.
Я не сразу смогла его рассмотреть. Глаза какое-то время после пробуждения привыкали к свету.
А когда рассмотрела…, пожалела что не слепая.
С ободранной кожей.
Злой.
В крови, стекающей с плеча и с бешенством, настоящим, неподдельным бешенством в огромных черных глазах, которые кажется, сейчас разрослись до пределов моей жизни и впитывали в себя мой ужас.
Рвано дыша, он приблизился ко мне почти вплотную, обдавая терпким запахом алкоголя.
И я отчётливо понимаю, ТЕПЕРЬ ЭТО ТОЧНО КОНЕЦ!
Он не просто пьян, он в хлам и кажется, совершенно без тормозов. У него такой дикий, похотливый взгляд, будто оглодавшую зверюгу спустили с цепи.
– На колени. – рявкает, потянув за волосы вниз, заставляя меня упасть.
Резко рванул замок на штанах, – и тут же мне в лицо уперся его возбужденный, чудовищно огромный член.
– Не надо. Нет. Я не хочу. – я почти заскулила, панически мотая головой из стороны в сторону.
– Мне похуй что ты хочешь. Просто заткнись шлюха и открой пошире ебальник. – он легко зафиксировал мою голову и, надавив на скулы стальной хваткой, все-таки, заставил меня это сделать.
Резким толчком вбил свой член в мой рот, заполняя меня до горла, до судорожных спазмов.
Я снова дернулась, но тяжелая рука прижала мой затылок, вдалбливаясь еще резче, и еще сильнее.
– Твою мать! – глухо зарычал и вышел из меня. А я почувствовала, как по щекам потекли слезы.
Снова схватил меня за волосы и поволок к матрасу.
Швырнул, одаривая синяками и ушибами мои бока и спину, выбивая из легких весь воздух, и бесшумной тенью опускаясь рядом.
– Неееет! – Волны паники ошпарили меня с новой силой. Я задыхалась, при этом ритмично открывала рот.
Приподнял за затылок, привлекая к себе.
– Я тебя пока только трахнуть собираюсь, а не убивать. Так что дыши. – злобно прошипел мне в губы, обжигая своим горячим, хмелным дыханием.
Успокоил… Смешно.
Только в нашем случае, эти понятия однозначны.
Подняла глаза и вздрогнула от того, что его две черные бездны настолько близко, а в них мое отражение мечется от ужаса.
Пригвоздив, мое, едва дыщащее тело к полу, одним движением руки это животное содрало с меня штаны вместе с бельем, и раздвинув мне ноги в стороны, надавливая на разведенные колени, одним резким толчком, ворвалось внутрь.
Боже! В глазах потемнело и тут же окатило ледяным потом.
Хриплое. – Сука! – режит слух, а между ног ощущение, точно вогнали раскаленный лом.
Рвущийся наружу крик, как комок из острых игл застрял в горле. Кажется, что меня разодрали, действительно разодрали изнутри и все мое тело пошло трещинами.
И я задыхаюсь от боли, которая внезапно становится настолько невыносимой, что я плачу как маленькая девочка, широко раскрыв глаза, не веря, что это происходит на самом деле.
Дъявол же застыл, наверное, любуясь той невыносимой мукой, которая читалась на моем лице.
Оскал зверя приобрел что-то похожее на … изумление? Разобраться я не успела.
Его кпепкие пальцы сдавили мои скулы. Утробно рыча, он пытливо смотрел мне в глаза, точно собираясь пронзить меня своим дъявольским взглядом. Будто бы членом было не достаточно? Или словно, можно подумать, он бы мог увидеть там что-то еще, кроме боли, и обжигающих слез.
– Это ни хера не значит. – пробормотал, кажется, не очень уверенно и, наверное, сам для себя.
