Текст книги "Мои. Робкий дар убогого мира (СИ)"

Автор книги: Лина Таб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

35

Пока мы едем, я лежу у мужа на плече и ловлю дзен. Это уже случилось, ничего сделать нельзя, а вот если буду истерить и нервничать, могут быть проблемы и не смотря на то, что у меня в семье сильный лекарь, все равно рисковать не хочется.

– Диель, – зову мужа, смещаю голову, чтобы видеть профиль мужа, который тут же разворачивается ко мне.

– Мм? – моей макушки касаются мягкие губы.

– Ты ведь принимаешь отвары?

– Да, Лена, с момента, как стал твоим мужем.

Хмыкаю невесело.

– Вот, а у нас с тобой даже близости не случилось, да даже поцелуев толком не было, – улыбаюсь натянуто и подняв голову с мужского плеча, смотрю на мужа, – поцелуешь меня?

Диель смотрит на меня некоторое время, на протяжении которого в его глазах мелькает сомнение, неуверенность, а еще нотка решимости, будто он рассчитывает прыгнуть в неизвестность, а потом его губы растягиваются в ироничной улыбке и склонившись ко мне, муж осторожно касается моих губ своими.

Целует настороженно, изучает, сплетя паши пальцы на его коленях.

Я отвечаю ему так же неспешно, смакуя вкус его губ и пытаясь понять ощущения, ведь они снова были иными, нежели с остальными мужьями.

Но пожалуй, так и должно быть. Все они разные, все они имеют разные навыки, разный характер, разные эмоции и темперамент.

И вот Диель, спокойный, порой веселый, часто в меру ироничный и несомненно преданный. И его поцелуй, мне кажется, полностью подтверждал это.

Хотя можно ли понять подобное лишь по тому, как человек целует?

Не знаю, возможно, это мое воображение.

Зато возбуждение, которое я чувствую под запястьем, лежащем на бедре, вполне реальное, как и мое, что щекочуще гуляет по телу.

Вот только мы в пути и хоть у меня имелся в прошлой жизни опыт секса в салоне машины, здесь это уже совсем иная ситуация, хотя мысль о ней все плотнее держится в голове, а мое тело, уже играет против нас обоих.

Но честно ли будет так по отношению к Диелю? Он ведь не откажет, но насколько ему будет комфортно и стоит ли подождать до дома?

Эти мысли настолько заполонили голову, что я не сразу осознала, что поцелуй прекратился, а Диель, чье лицо все еще находилось близко, обеспокоенно смотрит на меня.

– Я не так целую? – спрашивает он очень тихо, настороженно касаясь моей щеки.

Моргаю непонятливо, чуть привстаю.

– С чего ты решил? – чешу пальцем нос, хмурюсь. Я конечно понимаю, откуда этот вопрос, но пожалуй, нам надо обсудить один момент.

– Ты ушла будто в себя и остановилась, – отвечает, сглатывая. Смотрит уже так же настороженно, как касался ранее.

– Нет, Диель, ты целуешь ровно так, как надо и даже больше, – я тяну руку к мужу, пробегаясь кончиками пальцами сквозь густые волосы от виска, обхожу ухо и спускаюсь к плечу.

Диель очень сильный. У него хорошо проработанные мышцы благодаря тяжелому физическому труду. Именно поэтому когда-то он мне идеально подошел в качестве помощника.

Мои пальцы уже прорисовывают грудные мышцы прямо сквозь плотную ткань надетой туники, спускаясь к животу, мышцы которого тут же сжались.

Так как муж все еще смотрит настороженно, не предпринимая ничего, я возвращаю внимание его лицу.

– Я хочу заняться с тобой…., – осекаюсь, чем? Сексом? Любовью? Прям как в дешевой мелодраме, – я хочу большего, Диель, – нахожусь с приемлимым ответом, – прямо сейчас, но решила спросить у тебя, сможешь ли ты чувствовать себя комфортно на улице в этот момент?

Смотрю серьезно, видя как расширяются зрачки напротив.

Диель теряется, сводит брови, сглатывает, взъерошивает волосы, словом, волнуется.

Мельком бросаю взгляд вниз. Его туника скрывает все от глаз и я не могу понять, насколько муж все еще возбужден или я своим поведением сбила весь настрой. Не щупать же его и именно поэтому, я терпеливо жду.

– Лена, – произносит хрипло мое имя, снова сглатывает, волнуется жутко, смотрит по сторонам, снова на меня, стискивает пальцы, выдыхает нервно.

Я с трудом сдерживаю улыбку, это так мило.

И зато отвлекло меня окончательно от моего отчасти гнетущего состояния, вернув почти прежний настрой, как до новости о…

– Я хочу и если ты тоже, то нам стоит развернуть повозку и съехать в лес, – выдает наконец-то предложение по делу мой муж, слегка, о, как мило, покраснев.

– Разворачивай, – усмехаюсь, облизав губы и развернувшись телом, облокотилась о спинку сиденья, следя, как муж засуетился, явно путая поворот с тормозом на артефакте.

И это настолько непривычно вязалось с казалось бы, уверенным Диелем, что я осознала, муж такой же робкий, боящийся первой близости, как и все мужчины этого мира.

Вот только у конкретно моего мужа было преимущество в знании о том, что я не сделаю ему ничего плохого, не буду принуждать или унижать.

– Диель, – опускаю ладонь на мужское предплечье, чувствуя под пальцами, как тот напряжен, – ты ведь понимаешь, что это не приказ, что между нами не будет никаких отметок, справился хорошо, получил поощрение, не справился, вон из постели? – произношу, старательно выговаривая слова, пытаясь донести до мужа простую истину.

Диель замирает, смотрит на меня взволнованно, краснеет и резко отвернувшись, шумно выдыхает, кивает, вижу как сглатывает.

– Я правда боюсь сделать что-то не так. Особенно на фоне магов, которых учили доставлять удовольствие жене.

– Тебя тоже учили, – улыбаюсь беззлобно, проходясь пальцами по мужскому затылку.

– Учили, – кивает, но не смотрит на меня, сидит словно нахохлившийся воробей, большой такой воробей.

Улыбаясь, рассматриваю затылок.

На удивление, Диель справился с управлением и мы уже стояли в небольшом лесочке, в котором чирикали какие-то птички и пахло землей, травой и чем-то цветочным. Романтика.

– Диель, вы все разные и даже если одинаково учить каждого, вы все равно будете делать все по-разному, – произношу уже серьезно, сложив руки на груди, – мы ведь все живые, у всех свои характеры, да и ситуации у нас разные в момент близости, мы вот сейчас на природе, а не в безопасных стенах спальни и это тоже влияет на то, как оно случится. Я не буду отрицать, понимание, что и для чего ты делаешь важно, в том числе и для получения удовольствия, но если все время сравнивать себя с другими, то может вообще ничего не получиться, да и потенциал, который ты хотел бы вложить будет не растрачен, потому что ты будешь делать по инструкции. Это ерунда.

Муж поворачивает голову ко мне, смотрит пристально, поджимает губы и выдохнув, сползает с сиденья мне в ноги и я уже почти собираюсь возмутиться на тему коленопреклонных положений, как муж опускает свои большие ладони мне на бедра и медленно ведет ими от колена вверх.

Он гладит неспешно и я убрав в сгруди руки, опускаю их на сиденье по обе стороны от себя, расставляя ноги чуть сильнее.

Диель тут же кидает на меня осторожный взгляд и посомневавшись тянется к завязкам на моих брюках.

Вижу, как едва заметно подрагивают его пальцы, как он концентрируется, развязывая шнурок и распахивая ткань.

Теперь уже сглатываю я. Дыхание сбивается, а внизу живота вновь ощущаю щекочущие отголоски желания.

Диель касается осторожно, но тем не менее не пасует. Его ладонь скользит по моему импровизированному белью-парашютам, касаясь там, где мне хочется больше всего.

Его взгляд направлен туда же и постепенно, я вижу как рядом с серьезностью и сосредоточенностью, с которыми он начал, появляется и желание.

Его дыхание тоже сбивается и тогда, муж склоняется ко мне и целует лобок, прямо сквозь ткань.

Откидываюсь на сиденье сильнее чуть съехав бедрами навстречу.

Пока я не трогаю мужа, даю ему возможность привыкнуть к ощущения, к тому, как касаться меня.

И это помогает. Губы мужа поднимаются выше, целуя мой живот, перед этим расстегнув рубашку на пару пуговиц.

Прикрываю глаза. Мне нравится его горячее дыхание на голой коже, нравится то, как он осторожно касается, гладит, играет с клитором сквозь ткань.

Ощущаю себя какой-то королевишной, именно в такой несуразной формулировке, потому что я полусижу на скамье повозки с расставленными ногами, разместив руки на сиденье и наслаждаюсь тем, как между моих ног работает мужчина. Крупный, накаченный, красивый мужчина. И есть в этом всем своя эстетика.

Но эгоисткой я не была и поняв, что муж стал смелее, я резко подалась вперед и впилась в мужские губы глубоким поцелуем, тут же вторгаясь языком в рот.

Диель сперва опешил, распахнул глаза, а потом, одной рукой притянул меня за затылок ближе, сам тоже подавшись вперед и ответил со всем напором, которого от него не ожидала уже я.

И вот тут огонь в крови разгорелся так, будто в него плеснули бензина. Сильно, ярко, неистово.

Руки мужа стиснули меня за талию, а сам он, все еще стоя на коленях на полу повозки прямо между моих ног, вжимался в меня своим телом, вызывая вполне конкретные желания.

Не прелюдий, не растягивать, а получить сразу все и на максимум.

Именно поэтому, мои руки, словно соревновались на скорость, развязывали пояс на талии мужа, на ощупь, путаясь, а потом, тянулись к поясу брюк, параллельно наглаживая твердый член, который так отчетливо ощущался под пальцами.

Диель тоже помогал, так же быстро, в такой же спешке.

Мы не раздевались до конца, на мне все еще была рубашка, а на муже туника, когда я еще сильнее сползла по сиденье, всерьез держась руками за его спинку, чтобы не свалиться, так как поза была не самой удобной. Но я не хотела ее менять, ведь муж стоял так же на коленях, прекрасно совпадал со мной.

И поэтому, не дав ему усомниться в том, что меня все устраивает, я нетерпеливо приняла его, гортанно застонав и уставившись в небо.

Его бедра были горячими, а движения сильными, ритмичными. Диель не стал сомневаться, приноравливаться долго, он крепче обхватил меня под бедра и вбивался так, будто от этого зависит его статус, положение и вся жизнь.

И это было восхитительно.

Повозку сотрясало, сиденье подо мной скрипело в такт, я шипела сквозь зубы, выругивалась тихо и снова шипела. Впиваясь сильнее пальцами в деревянную спинку и стонала. Стонала много, порой несдержанно до тех пор, пока все не взорвалось яркими красками, а мышцы не стиснули мужа так, что он последовал за мной, впившись пальцами в кожу на моих ногах и замерев на несколько секунд столбом с вытаращенными глазами.

Не ожидал такой реакции от себя? Не знал этих ощущений? Возможно.

Я сама продолжала ловить отголоски собственного оргазма, когда Диель пришел в себя, поспешно ослабил хватку и заторможено, но все же заволновался о моем состоянии, даже извинился, что он так со мной.

Засмеявшись, я успокоила мужа, что это было так, как надо и когда с трудом подтянула тело вверх и кое-как свела ноги, все еще посмеиваясь вместе с выдохнувшим Диелем, без цели, на автомате посмотрела в сторону и тут же мой смех застрял в горле.

– Что случилось? – забеспокоился муж, уставившись в ту же сторону.

А я уже чувствовала, как трепетно забилось собственное сердце в волнении, как предвкушающе выделилась слюна и протрезвела голова.

– О, не может быть, это же… – шепчет неверяще Диель, напрочь забывая о том, чем мы только что занимались и что мы оба без штанов, впрочем, как и я.

– Нарасы, – шепчу блаженно, не веря, что такой ценный продукт, как грибы, коих тут вообще крайне мало, растет так близко к людям и его до сих пор никто не срезал и не выкопал грибницу. Да, она была совсем маленькой, и грибы, которые судя по книге, которую я изучала, могли расти весьма увесистыми и достигать пары килограмм, сейчас лишь пробивались среди травы. Но это несомненно были они.

Финансовая часть полностью заполонила мое сознание, в голове уже мелькали варианты того, как мы разведем грибную ферму, как будем готовить из грибов новые блюда и продавать сами грибы в свежем виде, выставив за них не хилый ценник.

– Копаем грибницу, – произношу уверенно, ломанувшись вперед и тут же, чуть не грохнувшись с повозки, так как меня стреножили валяющиеся на полу брюки.

Благо у мужа реакция была отличной.

Под взрыв хохота, я быстро натянула одежду, как и муж и полетала навстречу своему новому проекту.

– Лена, – лишь услышав вслед, – нам копать нечем, надо съездить домой за лопатой, – смеялся Диель, следуя за мной.

– Пальцами, Диель, мы будем рыть пальцами, – смеялась в ответ, ощущая, как внутри легко и хорошо.

36

Вернулась домой в приподнятом настроении.

Деловито и частично опасливо осматриваюсь, ведь после того, как мы с Диелем вырыли оказавшуюся не такой уж маленькой грибницу нарасов, я вспомнила, что дома намечалась драка.

Но тем не менее, сейчас дом был цел, признаков драки нет, мужья стекаются встречать нас без следов вины или признаков недавней возможной драки.

Подперев деловито не очень отмытые от земли руки в бока, я рассматриваю Микайю, который по переданной информации грозился убить своего друга, но муж в порядке, хотяяя…

Перевожу прицельный взгляд на Сая, щурюсь, но мой лекарь отвечает мне едва заметным отрицательным качком головы.

Значит, не залечивал никого.

– Лена, ты как себя чувствуешь? – спрашивает осторожно Микайя и все-таки делает шаг ко мне.

Затем еще один, и еще, видя что я не сопротивляюсь, в итоге аккуратно обнимает, целуя в висок.

От мужа пахнет выпечкой и еще теплом, домашним и уютным.

– Нормально, – буркаю, позволяя обнять себя и сама прижимаюсь щекой к плечу.

Следом ощущаю за спиной еще одни руки, крепкие, сильные. Это Карья. Муж молчалив, но понимает меня. Его касания спокойные, успокаивающие, мозолистые ладони гладят по спине, а горячие губы касаются в легком поцелуе затылка.

Выдыхаю тяжело, отстраняюсь, тем не менее, стиснув напоследок ладонь Микайи и улыбнувшись губами Карьи, который взирал на меня внимательно и молчаливо.

Сай все еще был самым сдержанным в отношении меня, он будто старался не навязываться вперед, не смотря на то, что было между нами.

Поймав взгляд его бледных глаз я натянула на лицо кривенькую улыбку и вздернула вопросительно бровь, как бы намекая, что не против.

Сай едва заметно выдохнул, и то это было заметно лишь по резкому движению плеч и сделав несколько шагов ко мне, занял место отошедших в сторону мужей и удерживая аккуратно мою голову, коснулся в поцелуе уголка губ, затем виска, а потом прижал к плечу, и все это выглядело, будто какой-то ритуал, но под моими пальцами довольно быстро билось его сердце и я понимала, что муж просто волнуется, хоть и не показывает намеренно, не пытается контролировать свое состояние, зато вот мне вдруг стало легче, остатки рези и песка в глазах после рыданий ушли, да и горло уже не саднило. Легкость в теле появилась.

– Спасибо, – шепнула мужу на ухо.

Сай лишь внимательно заглянул в мои глаза, облизал осторожно собственные губы и не выпустил меня из объятий, хотя позволил развернуться.

– А где Сахи? – задаю вопрос, осматриваясь.

Но никого, кроме четырех моих мужей нет. Диель остался стоять немного в стороне, где остановился, когда мы зашли и подпирал плечом дверной косяк. Задав ему молчаливый вопрос лишь взглядом, получила в ответ неопределенное пожимание плечами и немой вопрос взглядом о том, идти ли искать.

Качнув отрицательно головой, вернула внимание остальным мужьям, которые продолжали хранить молчание.

Холодок тут же побежал по телу.

– Где Сахи? – повторяю холодно, уже с нажимом.

Микайя вздрагивает, его взгляд на миг, но дернулся в сторону окна.

– Он куда-то ушел? – произношу резко.

– Лена… – произносит осторожно Карья, делая шаг ко мне и снова обнимая меня.

Резко разворачиваюсь, пригвождая хмурым взглядом, сталкиваясь с его невозмутимым.

– Где⁉ Сахи⁉ Спрашиваю последний раз! – сейчас мой голос мог бы дать фору местным Рейнам и это чувствуют все.

Руки Карьи на моей талии едва заметно сжимаются, а он сам ощутимо подбирается. Микайя фонит паникой, а взгляд Сая просто становится напряженным. Даже Диель отлипает от деревянного косяка и делает пару шагов ко мне. На его лице растерянность.

– С ним все в порядке, – выдыхает почти спокойно Карья.

Я лишь вздергиваю вопросительно бровь, намекая на продолжение.

Вот что за игры в молчанку?

– Лена, прости, – выдыхает дрогнувшим голосом Микайя, – но мы с ним немного… – замолкает, кусает виновато губу.

– Подрались? – следует мой резкий вопрос, без капли тепла в голосе.

– Не успели, – Микайя кидает взгляд на Карью.

Понятно, Карья их разнял.

– И? Куда испарился сам Сахи после?

– Он ушел к остальным рабам, считая, что изначально там его место, а он и так позволил себе лишнего и таким образом надеется, что ты его хотя бы не продашь, а позволишь остаться рядом с тобой и… – мой первый муж метнул настороженный взгляд на мой живот.

Напоминание о моей беременности тут же прошло дрожью по телу. А еще, чувство сожаления и беспокойство о Сахи затопили голову.

Выдохнув громко, я закрыла глаза и потерла лоб.

Но эмоции поддавались плохо и я понимала, что сейчас же могу расплакаться. Вот второй раунд в мои планы точно не входил и потому, призвав всю силу воли, а вернее мои несчастные силы, которые не знали, за что хвататься и бахали со всего размаху там, где прорывало если я не контролировала, я пересилила порыв, ощутив легкую слабость и выпутавшись из объятий Карьи и Сая, направилась в сторону купальни.

– Скажите Сахи, чтобы не дурил и возвращался в дом, я не собираюсь и не собиралась его продавать, – кидаю сухо, даже не оборачиваясь и скрываясь в комнате с лоханью.

Оказавшись в помещении одна, витиевато выругалась, в очередной раз убедившись, что лекарь из меня никудышный. Вот стоило поддать эмоциям и я бахнула бесконтрольно все силы, чтобы успокоить небольшую истерику забыв обо всем, чему меня учил Сай.

Раздевшись, я быстро залезла в лохань, намереваясь быстро помыться и пойти полежать. Просто полежать и ничего не делать.

Такое я себе не позволяла давно. А тут небольшое, но все-таки магическое истощение, пусть и по собственной дурости вынуждало пойти отдохнуть.

Меня не трогали, в дверь не стучали, хотя шаги за дверью слышала неоднократно. Бдят, возможно волнуются.

Пока мылась, мысли и эмоции полностью пришли в норму, рыдать не хотелось, рычать и все крушить тоже. Было спокойно, хотя тело немного, но испытывало слабость, пальцы потряхивало и очень хотелось лечь.

Отмыв грязь после грибной охоты, я наскоро вытерлась и сразу же ушла в спальню, нацепив на себя чистую одежду и тут же рухнув на кровать.

Минут пять я пялилась в потолок и перестала лишь тогда, когда скромно постучав, на пороге появился молчаливый Сай.

– Лена, прости, я могу проверить твое состояние?

Муж держал дистанцию, лицо непроницаемо, даже не улыбнулся.

– Проверяй, – кидаю равнодушно, снова пялясь в потолок.

Муж бесшумно подходит ко мне и садится на самый край кровати.

Я ощущаю его напряжение.

Муж заносит надо мной руки, сканирует, хмурится. Вижу боковым зрением.

– Сай, – зову мужа, отчего он совсем немного, но вздрагивает.

Смотрит вопросительно.

Перевожу уже прямой взгляд на мужа.

– Пара вспышек злости и вы все начали меня бояться? Я не могу разозлиться? Даже ты, кто сразу понимал, что я другая вдруг стал тихим и осторожным, – произношу сухо, без обвинений, скорее с намеком на усталость.

Сай опускает взгляд на свои руки, которые убрал от меня, потом снова смотрит на меня.

– Прости, Лена, – произносит тихо, – это видимо что-то внутри нас. Реакция на возможные последствия, – произносит тихо, даже не свойственно ему, хотя голос кажется спокойным.

– Думаешь, я бы могла наказать кого-то из вас, даже если бы сильно разозлилась? Плетей? Продать? Отлучить от себя? Делать вид, что вы пустое место, хотя никто из вас не дал ни единого повода для этого, но вы все по умолчанию начали вести себя так, будто ощущали вину.

– Мы и ощущали. Не хотели говорить о Сахи, потому что не были согласны с его решением и боялись разозлить или расстроить тебя еще сильнее.

– Понятно, – выдыхаю, – Микайя точно не подрался с Сахи?

– Точно. Карья не допустил, хотя ругались они громко. Хорошо, что тебя не было здесь в этот момент.

– Микайя и громко, – хмыкаю удивленно.

Сай улыбается в ответ одними уголками губ.

– Тебе сегодня лучше полежать, Лена. Истощение слабое, но оно есть, тем более, вместе с беременностью, нужно быть более осторожным, ведь ребенок может быть магом, а ему в этом случае нужен стабильный магический фон для формирования будущих потоков, – произносит аккуратно Сай, смотря серьезно и пристально.

А у меня от его слов вновь холодок по телу, теперь уже от волнения за будущего ребенка.

– Я могла навредить этой бесконтрольной вспышкой⁇ – я резко сажусь на кровати.

– Могла бы, но не успела, в любом случае, я бы вмешался и подстраховал. Лежи, пожалуйста, так ты быстрее восстановишься.

Сай бережно, но настойчиво укладывает меня обратно на подушку.

А я лишь громко выдыхаю, осознавая всю степень своего потенциального залета.

Так, надо лучше себя контролировать. Где мой хваленый холодный самоконтроль в конце концов?

От самокопания меня отвлекает звук открывшейся двери, где на пороге кучкуются, словно нашкодившие дети, все мои мужья. Все, кроме Сахи.

Еще раз выдохнув и прикрыв на миг глаза, я вновь взглянула на них уже мягче.

– Заходите, – произношу спокойно и даже улыбаюсь уголком губ.

Мужья переглядываются с Саем и между друг другом и тихо входят, выстраиваясь с шеренгу.

Это неожиданно забавляет и я фыркаю, не сдержавшись.

– Ну что вы как не родные-то? Ждете, пока я вам всем выдам плетей или что? Даже ты, Диель? – смотрю на своего мужа, который вообще не участвовал в конфликте, а все равно ведет себя так, будто боится.

Мужья не оценили мою шутку, напрягшись всем телом.

– Я сейчас обижусь, если вы и правда считали, что я буду наказывать кого-то.

Диель первый отмер и выйдя из ровной линии, подошел к кровати, усаживаясь с другого от Сая края и укладываясь на собственное предплечье, чтобы дотянуться до меня, касаясь лбом моего виска.

– Извини, просто мы правда волновались и не знали, как к тебе подойти, – произносит тихо на ухо и положив шершавые пальцы мне на щеку, повернул голову к себе, тут же коснувшись губ своими.

Воспоминания о том, что было между нами несколько часов назад еще были свежи и я позволила ненадолго, но углубить поцелуй.

– Все нормально. Такие вспышки видимо мне теперь будут свойственны из-за нового положения, но это не значит, что вам стоит меня начинать бояться, – бурчу тем не менее недовольно.

Следующим ко мне подходит Карья, садясь прямо на пол у кровати, берет мою прохладную ладонь своими большими мозолистыми и очень горячим пальцами и целует каждый пальчик, вызывая внутри теплые мурашки и улыбку.

Муж ничего не говорит, но жмется к моей руке, все еще удерживая ее в своей.

Я же ловлю взгляд Микайи, который скромно топчется у двери.

– Микайя, – произношу довольно мягко, – ну мы-то с тобой больше всего вместе прошли, именно с тобой, были притирки к этому миру, к его реалиям. Ты-то уж точно не должен больше меня бояться, зная, кто я.

Микайя сглатывает, кусает губу и сдвинувшись с места, идет ко мне, усаживаясь в ногах и опуская ладонь и взгляд на мои ноги.

– Да, Лена. Но я все еще боюсь оказаться ненужным, боюсь ошибиться, боюсь не защитить тебя, – произносит подавленно.

– Ты делаешь все это и стараешься с самого первого дня. Я ценю это и ценю тебя. У тебя нет ни единого повода сомневаться и бояться. Ведь мы вместе и так будет всегда.

Муж вскидывается, а его глаза прикипают к моему лицу. На губах появляется робкая, едва заметная улыбка.

– И вы все, – я обвожу взглядом своих мужчин, – вы все мои. Не собственность, не подчиненные. Вы мои мужья, с равным мнением, с равными чувствами, с равными условиями. Если мы вместе и этого хотим, то так оно и будет. Даже если мы поссоримся, то нам нужно лишь успокоить эмоции и поговорить, и все! Но даже в момент ссоры, мы все равно вместе. Мы не ждем наказания, не ждем выговора, мы просто успокаиваемся и решаем конфликт. Понятно? – произношу строго.

Раздаются тихие робкие ответы. Мужья переглядываются между собой и вижу, немого, но их отпускает.

– Раз тут мы решили, то заберите главного виновника торжества с самовольной ссылки и отправляйте его ко мне, потому что я теперь не могу рисковать и вставать чтобы искать его самостоятельно, – усмехаюсь.

Мужья не сразу понимают, о чем я и первым соображает Микайя.

– Сахи уже забрали и отправили мыться, – произносит он немного настороженно.

– Все-таки забрали…? А сам он сопротивлялся? – вздергиваю бровь, повернувшись к наиболее сильным мужьям.

Карья встречает мой взгляд невозмутимо, а Диель лишь виновато опускает взгляд.

– Он не хотел, считая, что ему не место в доме, – повторяет Карья ту информацию, что я уже слышала, – пришлось ему доходчиво объяснить.

– Вам же не пришлось его бить? – произношу мрачно.

– Нет, но подтолкнуть в нужном направлении были вынуждены, сообщив, что ты беспокоишься о нем и кроме того, что тебя нельзя волновать, ты в магическом истощении, – произносит Диель.

– Понятно.

– После этого он ломанулся к тебе, – продолжает Карья, – но так как до этого он возился вместе с рабами в огороде, пришлось отправить его мыться, а сами мы пошли узнать, как ты и можно ли к тебе.

– Понятно, сами боялись, но друга тащили, – хмыкаю задумчиво, – одобряю.

Мужья улыбаются уже более смело и именно в этот момент на пороге замирает фигура Сахи.

Он будто весь посерел и сжался за то время, что я отсутствовала, а у меня, стоило встретить его взгляд, который он упорно держал прямо, а не опускал вниз, все сжалось внутри.

Мы молчали пару минут, и это время опустилось какой-то тяжестью на плечи.

Мужья повскакивали со своих мест и очень быстро, сгруппировавшись, покинули комнату, подтолкнув ко мне Сахи. Думала еще дверь закроют, но нет.

Сахи же, натянутый как струна, медленно двигался ко мне. Его глаза жадно осматривали меня, взволновано следили за каждым вздохом.

А поскольку я молчала, так как все слова как-то улетучились и не планировали формироваться во что-то вразумительное, Сахи добрел до кровати и сел рядом, с идеально ровной спиной и напряженным телом. По его взгляду и поведению явно читалось, что он бы скорее рухнул вновь на колени и просил прощения, но с ним похоже провели беседу и теперь сам Сахи держался молодцом, хоть и очень боялся.

А потом, он так же аккуратно, осторожничая, склонился ко мне, укладываясь головой на мои бедра, но не надавливая весом. Его взгляд сконцентрировался на моем животе и такой тоской от него повеяло, что я вздрогнула.

Сахи тут же вскочил, устремив виноватый взгляд вниз.

– Ложись обратно, если хочется, – произношу тихо.

Я уже не испытываю злости. Волнение о Сахи, волнение о том, как он относится к тому, что он станет отцом, беспокойство о том, как мы все будем справляться. Это все кучей наваливается на меня, и тоже самое, я читаю в глазах Сахи.

Мой милый мальчик вновь укладывается мне на ноги и опускает ладонь на мой еще плоский живот. Прикрывает глаза и гладит. Невесомо почти, но в этих касаниях столько всего, что меня накрывает тоской. Не своей, его.

– Сахи… – произношу хрипло, – мы справимся, – произношу скорее для нас обоих.

– Не лишай меня возможности быть рядом с ним. Я сделаю все, что скажешь, Лена, только пожалуйста, не разлучай нас, – произносит Сахи то, от чего у меня волосы дыбом встают.

– Что? – я привстаю на локтях, шокировано глядя на Сахи, который сильнее прижался ко мне.

Сахи вздрагивает. Открывает глаза и смотрит на меня.

Да, я не ошиблась, во взгляде тоска.

– С чего ты вообще решил, что я лишу тебя возможности общаться с собственным ребенком? – произношу шокировано.

Мне казалось, мужья поговорили с ним.

Но видимо, у него сформировалось что-то свое.

– Сахи, я бы ни за что не стала бы наказывать тебя. Не стала бы разлучать вас, не стала бы продавать тебя. Я не понимаю, что творится в твоей голове, но это все уже случилось, – я кидаю взгляд на свой живот, – и нам придется принять новые реалии, придумать что-то, чтобы защитить и его и всех нас. Но это все внутри нашей семьи. А ты, часть моей семьи, Сахи. Даже если я разозлилась, даже если сильно. Это не значит, что я тут же откажусь от тебя, или будут играть тобой и тем, что ты чувствуешь. Ты уже отец моего ребенка, Сахи и им останешься, – произношу ровным голосом, не зная до конца, нашла ли я достаточные слова, чтобы донести все то, что хотела, мне казалось нет.

Но взгляд моего мальчика лучился таким безграничным счастьем, что я поняла, все правильно. Он понял.

– Я люблю тебя, Сахи. Для меня ты уже муж и им останешься, – запускаю руку в кудрявые волосы, которые еще были влажными после мытья, глажу по голове, держа лучистый взгляд своим и наполняясь чем-то теплым.

– Я тоже тебя люблю, больше жизни, – произносит тихонько, но очень уверенно Сахи и робко улыбнувшись мне, сжимает мои бедра в объятиях.