Текст книги "Фиктивная вдова для миллиардера (СИ)"
Автор книги: Лина Леманн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)
Глава 13
В понедельник чувствую себя разбитой, поэтому пишу Эду, что сегодня буду работать из дома, поэтому по всем вопросам пусть звонит.
– Не переживайте, Николь Александровна, мы как-нибудь справимся, – с плохо сдерживаемым сарказмом говорит помощник, а на заднем фоне слышу веселое щебетание Леночки. Ой, ну да, теперь они точно не пропадут.
Отключаюсь и поворачиваюсь к Марку.
– Я только один день дома посижу, – хлюпая носом, важно сообщаю. Гайдман же улыбается во все тридцать два.
– Сиди дома, женушка. Без тебя как-то справлялись.
– На днях будет выпуск новогодней коллекции, – продолжаю спорить и стараюсь собрать мозги в кучку. Насморк так сильно атаковал меня, что мозг превратился в желе.
– Я все контролирую.
Откидываюсь на подушки со стоном. Это блин, аргумент.
– У меня есть план, – заговорщицки произносит Марк, заставляя снова выглянуть из-под одеяла.
– Говори или молчи вовек! – шутливо говорю и громко чихаю. Мужчина смеется.
– Я и не думал, что жить с женщиной так интересно, – вырывается у него. Сразу хмурится, будто сказал лишнего.
– Ты никогда ни с кем не жил? Даже с Инной?
– Ой, ты слышала эти сплетни? – Марк морщится. – Ходили пару раз на свидания. Я вроде говорил, что у меня в доме односпальная кровать.
– Почему?
– Потому что.
– Так какой план? – перевожу тему, заметив напряжение.
– Предлагаю посмотреть две части «Один дома»!
– Согласна. Только…
– Что?
– Когда мы дома смотрели новогодние фильмы, то ели чипсы с солью и запивали детским шампанским.
Марк смотрит удивленно.
– Может, лучше взрослое? Ты вроде как выросла.
– Не-е-ет! – игриво отнекиваюсь, а сама с ужасом представляю влияние алкоголя на маленького человечка внутри. – Только детское.
– Ладно, пусть будет детское. Момент.
Марк быстро набирает чей-то номер, прикладывает телефон к уху.
– Гном, привет. Нам нужны чипсы и детское шампанское. Да, я серьезно. Да, немедленно! – рыкнул он.
Заказ прибывает ровно через пятнадцать минут, пока Марк настраивал телевизор. Недовольный Гном приносит все сразу в комнату и недовольно хмыкает, увидев наше лежбище. Если при всем этом Гайдман похож на Деда Мороза, который исполняет мои желания, то охранники выступают в роли оленей.
– Останешься? – сонно спрашиваю, когда вторая часть фильма подходит к концу. Я уже прилегла на твердое плечо Марка, и это оказалось так удобно, что я не готова выпускать свою подушку так легко.
– Угу.
Вторник пролетает без происшествий, разве что Марк привозит мне огромную коробку конфет. Мы с малышом безумно счастливы. Но в этот раз Гайдман не остается на ночь. «Дела», – коротко бросил он.
Все еще не решаюсь сходить в клинику. Приходится тайком читать форумы для беременных. Только после этого одолевает жуткий приступ паники, и я всячески стараюсь не заглядывать в телефон до самого вечера. Странный незнакомец не объявлялся, поэтому не понимаю, нужно ли что-то говорить Марку или нет. Наверное, у него и так дел по горло.
По настоянию Марка в среду тоже не иду на работу, несмотря на гораздо лучшее самочувствие. Зато мой скучный день, проведенный за изучением ювелирного рынка, разбавил звонок сестры.
– Мы можем встретиться? – взволнованно просит Лика. – Мне очень нужно поговорить.
– Тот же ресторан, где мы были, найдешь?
– Конечно.
Такой я человек. Если полюбилось мне одно место, буду ходить туда, пока все меню не перепробую.
Лика приехала раньше, поэтому сейчас с трудом встает мне на встречу.
– Сиди, ты чего? – Порывисто подхожу к сестре, обнимаю ее.
– Хотелось обнять тебя, – говорит она тихо и хлюпает носом, а потом и вовсе начинает реветь.
– Эй, Лик, ты чего? – приближаюсь к ней, глажу по спине.
– Я умираю, Николь! Умираю!..
– Ну-ну…Тише, сестренка. – У меня самой сердце щемит от боли, но что есть мои чувства в сравнении с тем, что испытывает Лика? Моя жизнь не висит на волоске, она продолжится.
– Зря мы пришли в общественное место, – под нос мычит сестра. – Я такая плакса. Просто при маме так сложно не показывать чувства! Почему ты не живешь с нами, Ника? Ты влипла в какую-то историю? Выглядишь по-другому.
– Я… – В горле ком. Врать сестра в глаза один на один не получается, но озвучить правду выше моих сил. – Вышла замуж за богатого мужчину.
Глаза Лики округляются.
– Это не по любви?
– Сложно сказать. Но изначально нет.
– Единственная сестра, и на той свадьбе не погуляла. Эх… Никогда не побываю на свадьбе, – тяжело вздыхает сестра.
– Эй, еще побываешь. Не депрессуй. Есть же лекарство. Так что все будет хорошо!
– Думаешь, наш благородный спонсор никуда не денется? Мне нужно слишком много доз, но одна-две не поменяют ничего.
– Наш благородный спонсор никуда не денется, – подмигиваю сестре.
– Это ты за него замуж вышла? Ради меня? – у Лики забавно дрожат губы, еще с детства это означало, что она вот-вот заревет снова.
– Нет, не ради тебя. Я позже тебе все расскажу. Обещаю. – Беру ее руку, сжимаю. Сестра слабо улыбается.
– Обещаешь, что я доживу до этого?
– Уважаемые дамы, уверен, вы до утра не доживете, если тотчас себе что-нибудь не закажете! – врывается в наш уединенный мир знакомый голос и шутки уровня плинтуса. – Не против, если мы составим вам компанию?
– Против, – цежу. Но два наглых тела придвигают себе стулья и плюхаются на ним. Впрочем, один, надо отдать ему должное, с неохотой.
– Эта злюка всегда против авантюр, а вы, прекрасная незнакомка? – Саша выхватывает руку Лики из моей и целует ее.
– Ха, какой театрал, – сестра искренне улыбается во весь рот, отчего ее бледное от болезни лицо словно светится.
– К вашим услугам, мэм. Меня зовут Саша, а это мой брат Вадим.
– Анжелика. А моя сестра?..
– С ней мы уже знакомы, – недовольно вставляет Вадим. Он так и пилит меня взглядом.
– Так почему вы еще ничего не выбрали? – не унимается Александр. – Позвольте сделать выбор за вас?
– Буду рада. Признаться, я ни в чем из этого не разбираюсь. – Лика скромно опускает глаза на меню, и тут я ловлю взгляд Вадима: он заметно теплеет.
– Тогда буду польщен вас порадовать, – улыбка Саши походит на мартовского кота. Он делает заказ за всех, а потом невольно затягивает всех в разговор.
Оказывается, у нас есть любимые общие книги, такие как «Дочь Монтесумы» или истории про Шерлока Холмса. Лика оживляется и вовсю спорит о значении Джейн Остин для мировой литературы, а Вадим оказывается любителем реализма. В какой-то момент противостояние между ним с сестрой обрело нешуточные обороты, поэтому нас с Сашей пришлось гасить начавшийся конфликт. Но я безумно рада, что Лика отвлеклась, а парни оказались здесь. После разговора с Марком я чувствую себя спокойнее в их обществе.
– Ладно, нам пора. – Встаю из-за стола с облегчением, потому как меня давно мутит и хочется отдохнуть. Да и Лика явно устала.
– Я, наверное, хочу еще остаться, – несмело говорит она и так умоляюще смотрит на меня своими серыми глазами, что я, даже если бы и имела какое-то моральное право, не стала бы ее уговаривать.
– Напиши, как будешь дома, – чмокаю сестру на прощание, пожимаю руки парням.
– Николь, можно тебя? – неожиданно просит Вадим.
– Конечно, давай отойдем.
Родионов поспешно встает со стула и следует за мной к выходу, даже помогает надеть пальто.
– Что такое? – спрашиваю, глядя в зеркало и поправляя шарфик, да краем глаза наблюдая за Вадимом.
– Сколько лет твоей сестре?
– Недавно исполнилось восемнадцать.
Мужчина поджимает губы и медленно выдыхает. На его щеках играют желваки.
– Я не буду лезть в ее личную жизнь, – говорю на прощание и выхожу из ресторана. – Но лично придушу того, кто обидит мою малышку.
– Я тебя услышал. – Вадим придерживает для меня дверь. – Надеюсь, твоя сестра не такая.
– Нет, знаешь, яблоко от яблони… – Скалюсь напоследок и покидаю ресторан. На душе так странно. Вроде вижу улыбающуюся сестру – и внутри тепло. А вот то, каким методом оно достигается, удручает. Моя маленькая и еще совсем не опытная сестра и Вадим. С другой стороны, это не мое дело, а ее личная жизнь, так пусть сама решает, как быть. Не хочу верить, что ей осталось совсем мало. Наоборот, может быть, любовь заставит ее организм бороться?
Бросаю взгляд на офис. За окнами видно движение. Жизнь не стоит на месте. Эх, наконец-то вернусь туда завтра. Уже не терпится погрузиться в дела и не думать о плохом.
Читаю сообщение от Гнома, что они пошли обедать в Макдональдс (мужчины!) и не замечаю, как возле меня останавливается машина. В последний момент улавливаю возникшее ярко-красное пятно перед глазами и останавливаюсь. Вот тогда-то переднее стекло опускается, и оттуда выглядывает довольная физиономия:
– Привет, красавица, а я-то тебя везде ищу! – радостно рычит Денис. – Садись, подвезу!
С трудом сдерживаю желание закатить глаза. Ну что за человек, а? Может быть, это он меня донимается? Тогда все встает на свои места.
– И каким же образом нашел? – саркастично интересуюсь.
– Увидел номера на знакомой тачке. Я, знаешь ли, как и Глеб в них разбираюсь…
– Тогда явно догадался, что меня есть кому подвести, – грубо перебиваю и делаю шаг назад. Денис тут же выскакивает из заведенной машины.
– Ну, извини. Наверное, я не с того начал. – Он разводит руки в стороны и хлопает ресницами, обезоруживающе улыбаясь.
– Наверное.
– Позволь реабилитироваться? Все одно свидание, ну? – не желает униматься мужчина. Складываю руки на груди, он подходит ближе, пытается расцепить их. – Что с тебя будет? Я тебя красть не собираюсь. Готов вон дождаться твою охрану и вместе поехать в другой ресторан.
– Чем тебя этот не устроил? Мне лично он нравится.
– Там у меня конкуренты, – то ли шутит, то ли серьезно отвечает Денис. По его лицу понять сложно. Грозный парень быстро превращается в котенка и наоборот. – Пожалуйста!
– Ладно, и это будет не свидание, – сдаюсь, чтобы он наконец-то Денис наконец-то от меня отстал. – Но только ждем мою охрану и вместе – ты меня слышишь, вместе! – едем в другой ресторан или куда-то еще. Я не голодна.
– Ты сделаешь меня счастливейшим из людей! – Дэн театрально возводит руки к небу.
– Прекрати позерствовать, прошу. Меня это отталкивает.
– Все, уговорила! – тут же соглашается. – Ты замерзнешь скоро. Садись в машину, тепло же там.
Вместо ответа набираю Гнома, но издалека вижу его лысую головушку и широкие плечи. Заметив меня, охранники ускоряются. Денис сообщает им адрес, они понимающе кивают. А я со вздохом занимаю переднее сиденье и натягиваю ремень.
– Не боись, со мной безопасно! – улыбается мужчина, выжимая газ так сильно, что меня припечатывает к креслу. Паника внутри резко нарастает.
– Осторожно! – рычу я после очередного резкого маневра.
– Что, и это тебе не нравится? – разочарованно выдыхает Денис, послушно сбавляет скорость и занимает место в правом ряду «для чайников». Правда, слишком резко, потому как получает злой сигнал сзади.
– Не нравится, – примирительно отвечаю. Нечего быть такой злючкой-мегерой. Пока что мне Денис ничего не сделал. Только он может быть тем самым предателем… Так, этот вечер – прекрасная возможность узнать о нем побольше.
Денис выбирает симпатичный, но очень пафосный ресторанчик с панорамными окнами, из которых виден вечерний город и медленно падающий снег. Собравшиеся здесь люди выглядят презентабельно, отчего я чувствую себя некомфортно в простом джинсовом платье. Хотя мой спутник не парится на счет внешнего вида: обычные джинсы и серый свитер, разве что со знаменитым лейблом. Но даже в простом прикиде Денис привлекает взгляды; я так и замечаю, как официантки стреляют в него глазами.
– Нравится? – спрашивает, галантно пододвинув мой стул.
– Да, здесь мило, – стараюсь улыбаться. К нам подлетает молоденькая официантка и, полностью игнорируя меня, поворачивается к Денису, ласково щебеча:
– Вы уже готовы сделать заказ? Или, может быть, вам порекомендовать?
– Не парься, красавица, я знаю, чем порадовать свою даму. Спасибо.
Девушка поджимает губы и без всякого энтузиазма записывает наш заказ. Денис даже не спрашивает, что я хочу; впрочем, я не против, чтобы за меня решали. Только очень зря, потому как мне принесли море еды.
– Я же лопну, – с грустью выдыхаю.
– Ты такая худая, что тебя кормить хочется!
«Да уж, только скоро моя фигура поменяется», но я не произношу этого вслух. Разговор плавно течет на тему еды, потом переходит на путешествия. Постепенно расслабляюсь. От меня никто ничего не требует, а Денис оказывается приятным собеседником.
– Почему что ты, что Глеб так отреагировали, когда узнали, что мы с Марком поженились? – спрашиваю как бы между прочим. Денис даже не напрягся.
– Понимаешь, мы всю жизнь про тебя слышали, – с легкостью выдает он. Зато я теперь напрягаюсь. – Говорит, что это была любовь с детства. Хотя я могу понять, чем ты его взяла. Ты красивая, умная, не пасуешь перед трудностями. Это очень ценно.
– А он не говорил, что мы друг друга ненавидели в школе?
– Ну, знаешь, от любви до ненависти всего один шаг. Но мы с Глебом не верили, что все действительно получится. Думали, перерастет парень, а он всех под твой типаж выбирал. Даже болезненно это выглядит, не находишь? Эх… Было же время безмятежное…
– Скучаешь по нему? – осторожно спрашиваю, вглядываясь в лицо Дениса. Его взгляд медленно тускнеет.
– Если честно, очень, поэтому давай сменим тему? Я все еще отойти не могу. Иногда думаю: а не махнуть в Америку, новую жизнь начать? Дом бы купить у самого океана где-нибудь в Майами. Яхта, солнце. Кайф. Впрочем, это мечты. Давай о прошлом лучше? Мне есть, что рассказать из нашего юношества… Помню, было дело, когда мы решили угнать машину моего отца…
Дом возвращаюсь уставшая, но в хорошем настроении. Вечер, однако порадовал, хотя я и не думала, что Денис способен так смешить.
С легкостью на душе открываю дверь, кидаю сумку на стул. И едва не спотыкаюсь о крепкие мужские ботинки. Первая мысль возникла наругаться на Марка, но тут же я замечаю вторую пару обуви рядом. Прислушиваюсь. В стороне кухни раздается чужой смех и приглушенный голос Гайдмана. Охранники никогда не заходят дальше порога. Выходит… у нас гости⁈
Глава 14
Вадим. За пару часов до…
– Вадь, ты че, запал? – Саша хлопает меня по плечу, отчего я вдруг выныриваю в реальность. Краем глаза замечаю часы: хм, да я уже десять минут буравлю взглядом дверь, за которой скрылась Лика.
– Нет, просто задумался. – Стряхиваю его руку, завожу мотор. Что-то холодно в машине, и почему Саня не сказал об этом раньше.
– Ой, ну да, – продолжает дразниться брат. Поджимаю губы: не его это дело.
– Она совсем еще малышка. Восемнадцать лет.
– А тебе двадцать девять. Одиннадцать лет разницы. В современном мире это так, тьфу, – ерничает Саша и выкручивает радио на максимум. Тяжелый рок заполняет салон, отчего в голове проясняется.
– Все, Сань, прекрати эти глупости.
– Ты хоть номер спросил?
– Нет.
– А зря.
– Будешь много болтать – домой на метро поедешь, – скалюсь, выруливая на Невский. – Вот тебе будет кайф в забитых вагонах ехать, как селедка в банке.
– Ой, хватит подначивать из-за того, что моя машина в ремонте, – Саша морщится. – Ты же знаешь, я всегда могу вызвать такси. Мы не в детстве.
– Это да. Может быть, пока не поздно, заедем к родителям? – предлагаю, пока этот сводник не продолжить любимую тему. – Как раз недалеко, да и пробки переждем.
– Валяй.
Мы купили родителям квартиру на окраине центра Питера, на тихой улочке с большими коричневыми старыми домами. И погулять есть где, и парковочное место найдется.
Папа как всегда сдержанно обнимает, а мама, наоборот, едва сдерживает слезы. Вроде ж и наведываемся раз в две недели, только все равно она так реагирует.
– Кстати, Вадь, мне есть что тебе сказать, – говорит мама, пока Саша и отец уходят на кухню. – Отойдем в гостиную?
– Ладно.
Пропускаю ее вперед. Мама хмурится, а это всегда не к добру.
– Что случилось? – спрашиваю первым, пока она пытается подобрать слова.
– Вадь, сыночек, если бы я тебе вдруг сказала небылицу, ты бы мне поверил?
– Смотря о чем, – отвечаю осторожно. Мама любит смотреть телевизор, там какой только иногда ерунды не наговорят. Уж я-то как журналист знаю.
– Мне тут звонила баба Валя, ну, что через дом от нас живет. Помнишь ее?
Киваю. Навязчивая такая старушка, никак не хотела верить, что я журналист, пока не стал ее выписывать все журналы, где печатаюсь. Теперь вон маме дифирамбы поет обо мне.
– Она мне про заметку рассказала, которую ты написал… Про твоего друга… Марка.
Эти слова заставляют напрячься и сжать кулаки. После Саши Марк был для меня самым близким другом, родственной душой. Прошло уже больше месяца после той жуткой аварии, хотя у меня до сих пор ощущение, что он не умер, а просто уехал.
– Ну, – выдыхаю, с трудом сдерживая эмоции.
– Знаю, прозвучит… нереально. Но Марк приходил к нашему старому дому на той неделе.
– Блин, мам, это даже не смешно! – гневно восклицаю и встаю с кресла. – Этой твоей Валентине фиг знает сколько лет. Столько просто не живут.
– Здоровье у нее отменное, зрение и мозги тоже, – на полном серьезе протестует мама. Хватает меня за локоть в попытке удержать.
– Что ты хочешь? – медленно выговариваю каждое слово. Внутри меня все бурлит. Не потому что я не верю. Наоборот. Я хочу верить. Крохотное зернышко надежды хочет верить, что Марк жив, и никакие доводы рассудка его не уничтожают. Мамины слова рушат все преграды здравого смысла.
– Узнай у его близких…
– Чтобы сойти за сумасшедшего? – иронично ухмыляюсь. Мы обсуждаем шизоидные домыслы какой-то старухи из тьмутаракани, а часть моего мозга всерьез прокручивает альтернативные исходы из этой ситуации. Внутренняя жажда проверить и обезоружить все факты жжется внутри. Только… разве ж Марк не пришел бы ко мне лично? Если только… не обвиняет меня в своей смерти!
– Ну, почему же… – мнется мама.
– Ладно, я съезжу в его квартиру. Если поцелую дверь, мы закроем эту тему раз и навсегда, а твоей Вале выпишем посещение психиатра.
– Ладно, – быстро соглашается она.
– Мама, ну, где вы там? – зовет Саша из кухни.
Мама виновато улыбается и шмыгает мимо меня на кухню. У меня же нет ни малейшего желания сесть за стол и слушать папины байки под коньяк и шансон. Коль пришла в голову мысль, ее разубедить нужно и уничтожить на корню.
– Я пошел, мам. Сань, ты домой на метро! – громко сообщаю.
– Ага, – отзываются из кухни, а я уже закрываю дверь родительской квартиры.
Тянет закурить, но я бросил, хотя в кармане до сих пор лежит дежурная сигарета как тренировка силы воли.
– Ну я и дурак, – задумчиво произношу вслух, пока греется машина. Нет, серьезно, я сейчас нажму на педаль газа и поеду в квартиру к этой напыщенной девушке. До сих пор не понимаю, что Марк в ней нашел. Вот ее сестра – другое дело. Милая, нежная и еще такая невинная…
Так, хватит.
Дорога до квартиры, где прошло много тусовок, пролетает словно за считанные секунды. Останавливаюсь у дома, который привычно горит множеством окон с пестрыми гирляндами. Новый год почти у всех… Но у тех самых окон никаких украшений нет. Свет горит только на кухне.
Не выдерживаю и достаю сигарету. Как-то и человек с зажигалкой сам подворачивается. И вот я стою во дворе, курю, глядя как устремляются кольца дыма вверх. Бред. Бред. Бред. Что я здесь делаю?
Выбрасываю окурок, подхватываю закрывающуюся дверь подъезда. Поднимаюсь на нужный этаж. И замираю. Какого хрена не могу и шага сделать? Всего один остался до дурацкой двери. Всего один…
Нечеловеческим усилием заставляю себя преодолеть это расстояние и нажать на звонок. Веселая трель разрушают мертвую тишину моих нервов. Через несколько за дверью раздаются шаги, щелкает замок. В голове проносятся тысячи извинений, которые я мог бы сказать Николь за вторжение. Нашим отношением уже вряд ли что-то навредит.
Но когда я вижу Марка, моего лучшего друга, слов не остается.
Николь
Тихо крадусь на кухню и вижу там… Вадима! Который, к тому же, пьет что-то из моей чашки. От неожиданности картины так и замираю в дверях, а Марк, заметив меня, разворачивается с доброй улыбкой. Подходит ко мне, целует в висок.
– Как провела вечер, Ник? – пробирающим до мурашек голосом спрашивает он. А я не могу отмереть, глядя на Вадима. В голове хаос: как теперь выкрутиться? Убийца сознался? Где полиция? Что делать?
– Снова привет, Николь, – здоровается Вадим, отсалютовав мне чашкой.
– Вы сегодня уже виделись? – удивляется Марк. Родионов чуть напрягается, а я выдыхаю.
– Да, мы сидели в ресторане Саши вместе с Ликой, но наше уединение нарушили некоторые личности. – Позволяю Марку себя обнять за плечи и прижать к себе. Облокачиваюсь спиной о кухонный гарнитур, чтобы лучше видеть Вадима. У меня как раз в ящике нож недавно заточенный лежит…
Парни тем временем переглядываются с хитрыми улыбками, и мне сразу кажется, что от меня что-то скрывают.
– Вы так и будете молчать? – бухчу. – Марк?
– Не злись. – Меня снова целуют в висок. – В последнее время я плохо скрывался и кое-где наследил. Не скажу, что расстроен, скорее наоборот. Меня выследили.
– Каким образом? – Нет, ну нож еще может пригодиться!
– Помнишь, я тебе рассказывал про дом Родионовых? Меня там увидела одна женщина, которая решила, что я воскрес из мертвых…
– … и не смогла промолчать, – вставляет Вадим. – Они с моей матерью плотно общаются, так что обе готовы поверить во что угодно.
– А ты как поверил? – спрашиваю. Сужаю глаза. Говори как есть. Пока подозрения не сняты.
– Моя профессия проверять теории, – пожимает плечами Вадим.
– Мы как раз детство вспоминали. Николь, будешь чай или кофе? Присаживайся. Ты, наверное, устала.
– Да я, наверное, пойду в комнату. Только… – Умоляюще смотрю на Марка. Не хочу произносить подозрения вслух. Гайдман понимающе кивает.
– Минутку.
Иду в спальню. Марк появляется как раз в тот момент, когда я переодеваюсь.
– М-м-м, – слышу за спиной. Сразу же захотелось прикрыться. Щеки заливает румянец. – Красивая.
– Мог бы и постучаться.
– Могла бы и дверь на замок закрыть.
– Все точно в порядке? – Натянув теплую кофту, поворачиваюсь к Марку. Но стоит увидеть его взгляд, как ком в горле застревает. Он такой… такой манящий, наполнен желанием. Внизу живота встрепенулись бабочки.
– В абсолютном.
Мужчина подходит ко мне и целует. Уже через пару секунд его язык врывается в мой рот, а я и не сопротивляюсь. То ли от шока, то ли просто не хочу. В приглушенном свете наш поцелуй получается таким интимным, но не пошлым. Между нами рождается какая-то неосязаемая близость, наш мирок.
– Если что, кричи, – напутствую напоследок шутливо, когда Марк отстраняется.
– Обязательно.
Дверь он оставляет приоткрытой, видимо, чтобы я слышала обрывки разговоров. Оно мне и не надо только. Хотя невольно все равно погружалась в их истории из детства, местами улыбалась как дурочка. Тело погрузилось в приятную дремоту, но главные слова, сказанные уже в прихожей, я услышала:
– Я помогу тебе найти этого гада. Даже если это будет мой брат.
Не знаю, чудится ли мне, как на той стороне кровать прогибается, и вскоре меня обнимает сильная рука. Даже если это сон, мне он очень нравится.
Утром нахожу Марка на кухне. Он меряет шагами пространство, а на столе лежит недоеденный завтрак.
– Доброе утро, – сонно здороваюсь и, едва переставляя ноги, ползу к кофемашине. Тело быстро отвыкло от ранних подъемов, так что я с трудом оторвала себя от кровати.
– Ты почему проснулась? – Марк хмурится и останавливается.
– Так на работу пора, – улыбаюсь, стараясь подавить зевок.
– Может, еще денек?
– Нет, мне уже скучно. Пора погрузиться в бурную деятельность!
– Сегодня я буду ночевать в доме, но завтра вернусь. – Марк отворачивается к окну. Он выглядит отстраненным. – Никуда не ходи без моего ведома и обязательно звони, если что-то пойдет не по плану.
– Ты чего такой строгий? – Ужасно хочется обнять Марка за талию, и я не отказываю себе в этом удовольствии. Обвиваю руками его стальной пресс, а он даже дыхание задерживает.
– Все будет хорошо, – шепчу ему в спину. Ах, как же роскошно пахнет этот мужчина! Утыкаюсь носом между лопаток и просто дышу его телом через белую ткань футболки.
– Я же говорил, что лучше не видеться с кем-то. А ты ослушалась.
– Ей было плохо. – Провожу пальчиком между лопаток, Марк инстинктивно сводит их, а его руки покрываются мурашками. Во какая я соблазнительница! Но продолжаю ворковать примирительным тоном: – Не могла же я отказать сестре. Поэтому и прошла в проверенное место.
– Ладно, только больше так не делай. Что еще ты вчера делала? Я столько времени провел с Вадимом, что забыл поинтересоваться банальными вещами.
– Слушала истории из юношества твоего и Дениса.
– Наслушалась?
– Наслушалась.
– Теперь кто, Глеб на очереди? – цедит Марк. Его спина вмиг окаменела.
– Эй, ты что, ревнуешь? – обхожу его, заглядываю в глаза. Он демонстративно задирает голову. – Ой, детский сад.
– Тебе пора на работу.
Ладно. Убираю руки и спешу в спальню. Совсем скоро уже буду опаздывать в салон. Думаю о нем с раздражением: хочется уже быть собой и покончить с этой клоунадой.
Леночка встречает меня слащавой улыбкой.
– Ой, Николь Александровна, как же хорошо, что вы вернулись! – лебезит она, следуя по пятам в кабинет. – Чай, кофе? Здесь никто в ваше отсутствие не был. Я лично охраняла.
Скептичным взглядом прохожусь по коротенькой юбке и выпяченной из розовой блузки груди размера четвертого. Из нее такой же удачный сторож, как из тойтерьера. Порываюсь погнать ее за кофе, но вспоминаю, что читала статью о его вреде на малыша при чрезмерном употреблении. Приходится согласиться на чай.
В остальном же, меня захватывает бурная деятельность и суета. Эд принес портфолио новых фотографов, так как прежний никуда не годился. Отобрала парочку и устроила им стресс-тест вместе с Инной. По итогу остался молоденький парень, только-только из училища, но с огромным талантом. Ему удалось передать то, что показывала в своих работах дизайнер.
– Не хотите пойти обедать в столовую? – вдруг предлагает Инна, когда фотограф отправился обрабатывать пробные фото. – Вы туда так ни разу не спускались. Вы вообще обедаете?
– Спасибо, я как-то не знаю, уместно ли…
– Конечно! Познакомитесь там с другими или пообщаетесь в неформальной обстановке. Сказать по правде, там не существует цензура и можно высказаться.
– Ах, вряд ли меня захочет кто-то слушать, – отвечаю с улыбкой, но соглашаюсь. Почему бы и нет? Интересно, что говорят в народе обо мне и вообще.
Однако, ничего эдакого я не услышала. Наоборот, у нас веселые люди в компании работают. Я познакомилась с отделом логистики, там главные юмористы сидят. Честно, с шуток про поставки смеялась долго.
Поэтому поднимаюсь наверх в хорошем настроении. Леночка тут же влетает в кабинет за мной. Там на стуле уже сидит Эд. Он нетерпеливо поглядывает на часы.
– Николь Александровна, к вам Эдуард, – лепечет секретарша.
– Спасибо, Лена, я вижу. – Девушка хочет еще что-то сказать, но все-таки уходит молча с глупой улыбкой.
Сажусь в кресло. Складываю руки на груди.
– Слушаю.
– Николь Александровна, у меня прекрасные новости! Один крупный московский бизнесмен, который владеет несколькими торговыми комплексами в центре города, согласен встретиться с нами и обсудить условия для будущей точки, – на одном дыхании выдает Эд. Такое чувство, что он долго репетировал речь.
– Хорошо. Я жду его у себя в кабинете.
– Вы не поняли. Он не любит формальности. Любая встреча с ним проходит вне стен офиса.
– То есть.
– В ресторане, например. Некоторые бизнесмены ведут переговоры в ресторане.
– То есть в формате свидания?
– Нет! В формате переговоров, – у Эда аж глаз дернулся.
– Ладно. Во сколько? – уже отворачиваюсь к компьютеру, когда меня убивают наповал слова помощника:
– Через десять минут в «Форели».
– Через десять минут⁈ – ошарашенно переспрашиваю. – Так же не делается!
– Он не любит ждать, так что вам стоит поторопиться. Вот, я подготовил необходимые документы. Подойду чуть позже, здесь срочные дела. Впрочем, я все равно не нужен, – говорит Эд мне в спину, когда я вылетаю в коридор. И почти врезаюсь в спину Глеба. Он-то что тут забыл?
– Николь, можно с тобой поговорить?
– Нет, у меня совсем нет времени. – Огибаю мужчину, но он идет за мной к лифту, Эд остается возле стола секретарши.
В тесной кабинке, где стоим только мы вдвоем, ужасно душно.
– Я бы хотел встретиться в другой обстановке, не когда ты на работе, – примирительно говорит Глеб.
– У меня много работы, мне некогда, – отрезаю и утыкаюсь взглядом в панель, где попеременно зажигаются этажи. Три. Два. Один. Фух.
Вылетаю из лифта, быстро пересекаю холл. Глеб молча идет следом, но успевает придержать мне дверь.
– Подожди.
– Что ты хочешь? – разворачиваюсь к нему, задираю голову. Но этот пронзительный взгляд заставляет меня замешкаться.
– Ты мне нравишься, Николь. Очень, – прямо говорит мужчина. Его голос словно музыка, приглушенный тон зазывает в мир неведомых глубин. – Я хочу позвать тебя на свидание.
– Слушай, Глеб, это плохая идея, – стараюсь говорить как можно ровнее, чтобы сразу понял: здесь без шансов. Это Денису можно потешить самооценку, но с Глебом такой фокус не пройдет. Он опытный охотник.
– Ты еще в трауре?
– Можно и так сказать.
– Когда он закончится? Я готов ждать.
– Не стоит… И… лучше не торопи меня. – Когда Глеб вот так смотрит, противостоять ему невероятно сложно. Щеки невольно заливаются румянцем, и вообще я словно испытываю стыд за отказ. Наверное, это такая психологическая манипуляция. – Извини, мне пора работать.
Делаю несколько шагов вперед и, уже увереннее, увеличиваю скорость. Хочется скрыться от этого взгляда и побыстрее. Найти безопасное место.
– Подожди, Ника!
Но я игнорирую. Упорно иду к дороге, лавируя между людьми. Лена сообщила, что переговоры пройдут в неформальной обстановке, поэтому на встречу мне лучше пойти одной. Блин, это волнительно. Лучше думать о том, как получить выгодное место для нашего магазина в Москве, чем смущаться как школьница.
– Осторожно! – кричат сзади, и меня резко дергают в сторону. Через пару секунд мимо пролетает иномарка и врезается в столб, который размозжил ее капот на две части, войдя почти до лобового стекла.
По сторонам слышны крики «Скорую!», «Полицию», но я просто смотрю в то место, где шла, не глядя по сторонам.
Меня крупно трясет. Ноги едва держат от шока, поэтому не сразу понимаю, что Глеб прижимает меня к себе и поглаживает волосы.
– Тише, все хорошо, – приговаривает он.
«Мой малыш мог погибнуть!» – проносится в голове, и от стресса скручивает живот. Не могу сдержать рвотный позыв: меня выворачивает прямо на тротуар, а Глеб заботливо придерживает мои волосы. По окончании дает платок.
– Может, дождемся скорой? – взволнованно спрашивает он. Я лишь мотаю головой. Не могу говорить. Язык не поворачивается. Глеб понимающе кивает. – Хорошо, я отвезу тебя домой. Моя машина за углом.
