Текст книги "Лидория (СИ)"

Автор книги: Лин Эфа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)

Лидория

Глава 1. Дыши

Люди так любят обсуждать, судить, критиковать, ненавидеть и презирать. Мы сеем разрушение вокруг себя, своих близких, детей и всего мира. Мы так и не научились искренней любви, состраданию и милосердию. Всё, что мы умеем, – причинять боль друг другу.

Мы – самое опасное и жестокое существо на земле. И это парадоксально, ведь мы – плод любви.

Я ехала в такси, погруженная в свои мысли. Город уже окутала тьма, и яркие огни витрин и фонарей расцвели, как праздничные гирлянды. Аллеи то тут, то там мерцали разноцветной подсветкой. Влюбленные пары прогуливались, подростки смеялись, а кто-то спешил домой или на встречу. Все звуки города сливались в неразличимый гул голосов, смеха, музыки и шума машин.

Сегодня у меня ночная смена. Я работаю официанткой в круглосуточной пиццерии «Итальянец». В свои двадцать три года это всё, чего я достигла, во всяком случае пока что.

Моё детство было непростым. Отец ушёл из семьи, мать страдала от алкоголизма. Бабушки и дедушки умерли, когда я была ещё маленькой. Я поздний ребёнок, и заботиться обо мне было некому.

У меня не было денег на учёбу, а поступить на бюджет раз за разом мне не удалось. Поэтому я устроилась на работу туда, где не требовалось высшее образование. Но любая работа – это хорошо, пока ты не голоден.

Когда бабушка была жива, она часто говорила мне:

– Николь, запомни: любые трудности можно преодолеть, если есть хлеб, вода и крыша над головой. Никогда не забывай об этом.

Я не испытывала голода. Иногда мне оставляли хорошие чаевые. Снимала комнату в нормальном чистом общежитии. Денег хватало на всё необходимое. Я не росла в богатстве, поэтому вполне довольствовалась тем, что могла заработать официанткой.

– Такая красивая и такая печальная. – вдруг обратился ко мне пожилой таксист, глядя в зеркало заднего вида.

По поводу своей красоты я бы с таксистом не согласилась. У меня была обычная внешность: невысокая, худенькая, со светлыми глазами и длинными темными волосами. На лицо я была милая, но не красавица. Может, со стороны это выглядело иначе, а я просто слишком критично отношусь к своей внешности? Комплименты мне делают часто, но поди разбери, кто из них не врет, чтобы просто познакомиться.

– Печальная? – недоуменно переспросила.

– В свете ночных фонарей ваши глаза выглядят особенно печально. Ни любви, ни детей, только время идёт. Вам бы семью, счастье женское.

Я прямо-таки оцепенела от его слов, глупо хлопая ресницами.

– На работу едете? – резко сменил тему таксист, видя мое замешательство.

– Да, смена ночная. – устало ответила, отворачиваясь, продолжив рассматривать ночной город.

Слова мужчины совсем испортили и без того отвратительное настроение. В личной жизни у меня и правда не ладилось, построить нормальные отношения никак не выходило. Да у меня их и было всего двое, нет в нашей стране мужчин-семьянинов, никто не хочет обременять себя ответственностью и штампом в паспорте, немодно. Зачем, если можно просто так жить с каждой встречной. Отношения обесценились, желание дать что-то женщине исчезло. Слишком много соблазнов, слишком всё стало доступным, мир изменился. И не сказать, что в лучшую сторону.

Мы ехали через большой перекрёсток, когда в нас на огромной скорости врезался джип. Удар пришёлся в правую дверь, где сидела я. Стекло разлетелось, и осколки градом посыпались на меня. Меня отбросило на другой край сиденья, словно тряпичную куклу. Боль пронзила всё тело, а по подбородку потекло что-то горячее и густое. Я закашлялась, стало трудно дышать, в груди словно что-то застряло, перекрывая кислород.

Такси завалилось на бок. Я не знала, потерял ли он сознание или уже умер.

Боль в моем теле была невыносимой. Я попыталась пошевелиться, но конечности меня не слушались. Страх охватил сознание. Я что, сейчас умру?

Вдруг на пассажирском сиденье громко застонали. Оказалось, что водитель пострадал меньше меня. Но моё сознание уже медленно угасало.

Дальше я ничего не помню. Обрывки фраз, крики, шум сирен слились в однообразный гул. Иногда на границе сознания мелькал свет, но потом я погрузилась в глухую пустоту. Ни боли, ни света, ни звуков – только тьма и тихий шёпот:

– Тебя ждут. Там твоё место.

Шёпот стих. На мгновение я услышала птичий щебет и почувствовала, как лёгкий ветерок колышет волосы. Но затем наступила пугающая пустота, и всё вокруг окутал леденящий холод. Страшно. Наверное, так умирают.

– Дыши, Николь! Не время умирать! Очнись! – раздался надрывный голос бабушки прямо у уха.

Я резко вдохнула и распахнула веки. Яркий свет ослепил, и я на мгновение прикрыла глаза ладонью, давая им привыкнуть. Проморгавшись, я сосредоточилась на ветвях высоких деревьев. Затем резко села, но голова закружилась, потемнело в глазах, и желудок сжался, угрожая исторгнуть наружу то немногое, что в нем было. Я глубоко задышала через нос, пытаясь сдержать тошноту и прийти в себя. Прошло около десяти минут, прежде чем я смогла немного успокоиться.

Когда головокружение и тошнота прошли, я медленно огляделась. Я была в лесу, но как здесь оказалась? Ночью я ехала на смену в пиццерию, и мы точно попали в аварию – это я помнила отчетливо. Сейчас же я находилась в лесу, который явно не был частью России. В нашей стране не растут секвойи или что-то похожее на них. Это дерево было огромным, с черно-графитовой корой и зелеными листьями-иголочками с серо-голубым отливом. Они росли не только на верхушке, но и внизу, как у обычных деревьев. На некоторые из них можно было легко забраться, а ветви были расположены так густо, что при достаточной смелости можно было добраться до самой вершины.

– Где я, черт возьми? – спросила невесть у кого.

В ответ я услышала тишину. Птичий щебет не считается. Птицы здесь тоже были какими-то не такими. Как и деревья, они выглядели необычно. Я никогда таких не встречала. Слишком яркие, с непривычными окрасами: малиновыми, бирюзовыми, фиолетовыми. И все с каким-то сиянием. Они прыгали с ветки на ветку, напоминая маленькую радугу. Размером с воробья. Щебет тоже похож. Но на Земле точно нет птиц с таким окрасом. Яркие – да, но ни одна не сияет так, как эти. Даже павлин.

Я медленно поднялась. Голова больше не кружилась, и я решила прогуляться, чтобы осмотреться. Нельзя было просто сидеть на месте, вдруг я встречу кого-то, кто подскажет, где я. А может, это просто очень реалистичный сон.

Земля была покрыта обычным чернозёмом, но практически не росла трава. Лишь редкие невысокие кустарники и папоротники. Густой мох покрывал землю, особенно у корней деревьев и на камнях. В некоторых местах виднелись мелкие цветы, похожие на жасмин, но с более сладким и водянистым ароматом. Удивительно, но лес выглядел очень чистым, будто кто-то регулярно его убирал. Листьев и веток на земле почти не было. Казалось, что секвойя, которая не секвойя, совсем не сбрасывает своих листиков-иголочек.

Я шла, оглядываясь по сторонам. Вскоре вышла на широкую поляну и увидела кусочек неба. Обычное голубое небо с белыми облаками, яркое желтое солнце. Но рядом с солнцем по обе стороны от него были еще два спутника: один чуть больше, другой чуть меньше, бледно-розового цвета и голубого. Тут-то мое сердце и замерло.

Неужели я не на Земле? Или нахожусь под наркозом в больнице? Может, я в коме? Или сошла с ума после травмы головы? Что же мне делать? Куда идти?

Я растерялась и села там, где стояла, закрыв лицо руками от отчаяния. Слёзы хлынули горячим потоком – стресс от неизвестности был невыносимым. Ведь ночью я была в своём городе и хорошо помнила аварию. А сейчас, судя по всему, нахожусь в другом мире или на другой планете.

– Дыши, Ника, дыши, – шептала я, вытирая слезы. – Плачем делу не поможешь. Нужно двигаться вперёд. В лесу без укрытия опасно.

Глава 2. Неизвестность

Я посидела еще несколько минут, внимательно осматриваясь вокруг. Все напоминало Землю, но в то же время казалось совершенно другим. Я поняла, что нахожусь не на Земле, но не могла определить, где именно. Это был другой мир? Другая планета? Параллельная вселенная?

Может, это какой-то эксперимент, и меня отправили с колонистами осваивать новую планету? Но как и почему? Без суда, следствия и моего согласия. Я попала в аварию, и это удобный способ замести следы. Мол, умерла и умерла, а в гробу пусто? Спрашивать не у кого, матери дадут ящик алкоголя, и дело закрыто.

Что ж... Представим, что мои безумные догадки совсем не безумны. Где же остальные колонисты? Нас отправили вместе, а теперь мы разбросаны по разным местам. Неужели мы должны искать друг друга? Нет-нет. Это нелогично.

Если нас отправили на другую планету, то где космический корабль? Нас не могли просто бросить. В одиночку мы не выживем, особенно те, кто привык к мегаполисам и цивилизованному миру.

Конечно, корабль должен быть где-то поблизости. Там должны быть экологи, микробиологи, химики, геологи, медики и другие специалисты. Да и всё остальное, то, что необходимо для того, чтобы жить здесь, построить дома, вырастить урожай. Иначе как мы сможем обжиться на новом месте? Строить хлипкие шалаши, жить в пещере, охотиться и заниматься собирательством? Чушь. Мы вымрем еще до конца года от голода, болезней и погодных условий, возможно, ядовитых грибов или нападения хищных животных. Мы банально перегрызём друг другу глотку за лишнюю пригоршню ягод.

Значит, я не на другой планете. Возможно, в параллельной вселенной или в другом мире. Но какая разница? Главное – найти людей или хотя бы выяснить, кто здесь живет. Надеюсь, это не кровожадные твари, а кто-нибудь вполне разумный, и мы будем говорить на одном языке.

Я снова осмотрелась. Не похоже, что это мир-убийца, во всяком случае, пока мне так не кажется. Птицы выглядят миролюбиво. Но, может, они просто сейчас есть не хотят, а с приходом ночи... Меня передернуло, и я поспешно встала на ноги.

– Так… – Я потопталась на месте, нервно потирая ладони. – Что там нам в школе говорили на уроках основ безопасности жизнедеятельности? С чего начать-то, ёлки-палки? Думай, Ника, думай! Чёрт, я ничего не помню! – Я хлопнула себя ладонью по лбу, взвыв от досады. – Ну нет, нет, нет. Думай, вспоминай, ты не дура… Ну, по крайней мере, не всегда. Где я? Чёрт знает вообще где! Ладно, ничего. Начнём с малого: где я сейчас? – Я ещё раз покрутилась по сторонам, будто это могло как-то прояснить ситуацию. – Ну, очевидно, что я торчу посреди леса. Значит, можно считать, что я просто заблудилась. Отлично, уже прогресс. Что делать, если заблудился в незнакомом лесу? Как выбраться? Что поможет выйти к живым разумным существам, желательно не говорящим на языке грибов и деревьев и без клыков и хвостов… Широкий обзор – это первое. Точно! Нужно забраться повыше и посмотреть, что там, неподалёку. Может, увижу домик, дорогу, дым от костра. Или хотя бы что-то, отдалённо напоминающее цивилизацию.

Я побрела назад к деревьям, выбрала, как мне казалось, самое высокое и стала взбираться по нему вверх, это было совсем несложно, так как ветви росли густо и были мало того что широкими, так еще и невероятно крепкими, я словно бы подымалась по высоким ступеням. Минут через пять я оказалась на самой верхушке дерева. Прижавшись к стволу всем телом, осмотрела местность вокруг, насколько хватало взгляда.

Меня окружали миллионы акров густого роскошного леса, изредка проглядывали мелкие полянки вроде той, которая находится внизу подо мной. Еще вдалеке с трех сторон я видела величественные горы, и могу поклясться, они были куда выше Эвереста, хотя я никогда не видела Эверест вживую, но если брать в расчет картинки и видео, то горы, высоту которых я видела сейчас, точно не шли ни в какое сравнение с теми, что есть у нас на Земле.

– Прекрасно! – гневно выплюнула я. – Просто чудесно. Я никогда не выйду из этих дебрей. Тысячу раз заблужусь и умру от обезвоживания раньше, чем от голода и холода.

Температура воздуха, кстати, была нежаркой. По моим ощущениям, сейчас здесь мог быть сентябрь, если здесь вообще есть сентябри, первые деньки, когда воздух еще теплый, а вот ночи прохладные. Я посмотрела на свою одежду, на мне были свободные коричневые из тонкого вельвета штанишки и такого же материала рубашка, но светлее на пару тонов, на ногах невысокие тонкие сапожки из черной ни то кожи, ни то кожзама. Что ж, я хотя бы от холода в ближайшие дни не помру. Но вот что интересно, откуда на мне такая странная одежда, она точно не моя. Однако я от всей души признательна тому, благодаря кому я не оказалась здесь голой.

– Думай, Ника, ну думай же. Думай лучше. – повторяла я себе. – Не для того тебя... Стоп! Точно! Какая же я дурочка глупая! – воскликнула и чуть не сорвалась с дерева вниз, разжав руки от неожиданной догадки.

Испугавшись до икоты, я моментально вцепилась в ствол дерева мертвой хваткой и постаралась восстановить равновесие. Сердце грохотало как бешеное, я постаралась дышать полной грудью через нос, вдыхая свежий воздух, и успокоиться.

– Как же я не поняла сразу очевидного и печального факта? Ведь я сразу об этом подумала, но не придала своим мыслям значения. – Я глубоко вдохнула, и по коже пробежали мурашки. – Я умерла… Я в каком-то другом мире, но на Земле больше нет Ники. Я помню голос после аварии, голос бабушки. Кажется, незнакомый голос говорил, что здесь меня ждут, здесь мое место. А бабушка сказала, что не время умирать. Но выходит, что жить мне придется не на Земле. Интересно, где я теперь? Первый шаг – выжить, найти хоть какое-то поселение.

Я еще раз осмотрелась в поисках возможной дороги или тропы, но в этом проклятом густом лесу невозможно было разглядеть ровным счетом ничего. Раз дороги не видать, что сможет вывести меня к людям? Я бросила взгляд на горы, такие красивые, величественные. Точно! Если есть горы, значит, есть и горные реки. Как найти реку? Ручей! Мне нужно попытаться найти ручей. Ручьи впадают в реки, а реки ведут к городам или селам. Где бы я ни оказалась, на другой планете или в другом мире, параллельной вселенной, людям нужна вода и селиться они будут возле нее. А как найти ручей? Ручьи могут быть в оврагах, я могу прислушиваться к звукам, а еще старательно смотреть под ноги, если повезет, я наткнусь на звериные тропинки, которые могут вывести меня к их месту водопоя.

– Здорово! План есть, хоть какой-то. – Я начала спускаться, бросив взгляд на ближайшую гору. Может, удастся ориентироваться по ней? Хотя вряд ли что-то будет видно из-за густых деревьев.

Спрыгнув с последней ветки на землю, я еще раз порадовалась, что у меня подходящая для путешествий одежда и обувь, жаль, нет ни еды, ни воды, ни огнива, костер развести ночью. Но, может, это и не лучшая идея – разводить костер в незнакомом лесу, мало ли кто нагрянет на огонек.

Глава 3. Другой мир

Не знаю, как долго я бродила по лесу, но по ощущениям не менее четырех-пяти часов, внимательно прислушиваясь к звукам и вглядываясь в тропы, которые могли бы вывести меня к людям. Удивительно, но путь давался мне легко: ветви не цеплялись за одежду, корни не путались под ногами, а ручей отыскался почти сразу, он словно подсказывал верное направление – его журчание становилось то тише, то громче, будто манило за собой, и вскоре я вышла прямо к нему.

Лес вокруг продолжал поражать своей красотой. Деревья с черно-графитовой корой возвышались над головой, их ветви переплетались, создавая причудливые арки. Птицы с малиновыми и бирюзовыми перьями порхали рядом, иногда садясь на ветки прямо передо мной, будто провожая. Цветы с водянистым ароматом встречались всё чаще, и их сладкий запах наполнял воздух.

Я шла вдоль ручья вниз по течению, пока не заметила, что лес начал редеть. Между деревьями замелькали открытые пространства, а журчание ручья сменилось более мощным шумом – похоже, впереди был водопад или широкий поток. Моё сердце забилось чаще: если есть вода, значит, рядом могут быть и люди.

Вскоре я вышла к широкой долине. Передо мной раскинулись ухоженные поля с незнакомыми растениями: высокие стебли с золотистыми колосьями, кусты с крупными фиолетовыми плодами, ряды каких‑то корнеплодов. Чуть дальше виднелись деревянные дома с соломенными крышами, окружённые садами с яркими цветами. Над крышами вился лёгкий дымок – кто‑то готовил еду. Широкая и бурная река огибала небольшое поселение.

Я замерла, не веря своим глазам. Люди! Наконец‑то я нашла людей! Очень надеюсь, что людей!

Собравшись с духом, я направилась к ближайшему дому. У колодца во дворе хлопотала женщина средних лет в длинном льняном платье с вышивкой по подолу и рукавам. Рядом играли двое детей – мальчик лет десяти и девочка помладше.

Заметив меня, женщина замерла, прикрыв рот рукой. Дети тут же бросились к ней и спрятались за юбку. Ясное дело, опасались незнакомку.

– Простите, – тихо сказала я, останавливаясь в нескольких шагах. – Я не причиню вам вреда. Я заблудилась и ищу помощи.

Женщина пристально посмотрела на меня. Ее взгляд задержался на моей одежде, которая явно выделялась среди местных жителей, и это тоже было странно, потому что одежда была явно не моей, но и на одежду местных тоже не похожа. Судя по их поселению, внешнему виду и одежде, здесь царила эпоха, близкая средневековью, а я одета и не по земному, и не по здешнему. Но да ладно, разберемся со всем по очереди.

Тем временем женщина и дети продолжали рассматривать меня как диковину. Мое измученное лицо и дрожащие руки, вероятно, тоже привлекли внимание женщины. Она вздохнула, оценив мою внешность и, возможно, степень моей опасности. Затем, проявив сочувствие, сделала шаг навстречу.

– Кто ты и откуда пришла? – спросила она на языке, который я каким-то чудом понимала, но я точно знала, судя по незнакомым звукам, вырвавшимся из ее рта, говорили мы не на русском.

– Меня зовут Николь. Я… не знаю, как сюда попала. Знаю только, что попала в аварию, ехала на такси, а очнулась в лесу. И я, кажется, толи не на своей планете, толи не в своем мире... Не сочтите меня безумной... – промямлила я, густо краснея и потупив глаза в землю.

– В лесу Иллириэн? – уточнила женщина. – Это далеко от поселений. Как ты выжила? Там водятся вепри‑тень и ночные мотыльки.

– Я их не встретила, – покачала головой я, округлив глаза. – Просто шла, пока не нашла ручей, а потом вашу долину. Кажется, в лесу я провела не больше пяти часов, но не уверена...

Женщина переглянулась с детьми, что-то беззвучно им сказала, и те побежали к дому.

– Пойдём в дом, – пригласила она меня. – Ты выглядишь уставшей. Мы накормим тебя и поможем. Меня зовут Лиара, я жена старосты этой деревни. А ты, выходит, попала в Лидорию – наш мир за гранью завесы. Сюда нет-нет да и попадают чужемирцы, как ты. Не спрашивай почему, никто толком и не знает, все домыслы, просто так иногда случается. Совсем нечасто, но бывает. Ты вот третья за последние сорок зим. И все приходят именно через Иллириэн, забредают в нашу деревню, она ближе всего к лесу, или находятся неподалеку, а бывает и просто умирают, если пошли в противоположную сторону от деревни. Многие поговаривают, что пришедших чужемирцев может быть куда больше, да только могли не пережить ночи в лесу, там же кого только не водится, запросто можно стать чьим-то ужином, ну или, говорю же, не в ту сторону ушли.

Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы облегчения – я выжила в аварии, и меня не сожрали в лесу, и женщина мне попалась, видно, что добрая.

– Лидория… – прошептала я. – Значит, я действительно не на Земле.

– Не волнуйся, – мягко улыбнулась Лиара. – У нас гостеприимный край. Многие приходят сюда случайно, но остаются по зову сердца. В деревне-то нашей народ дружный, как одна большая семья живем. Сама увидишь, если не захочешь домой возвращаться. Не во всей Лидории, конечно, сладко живется, но у нас хорошо.

– А что, отсюда можно как-то вернуться в свой мир? – удивилась я.

– Говаривают, что можно, – пожала плечами она, мягко подталкивая меня к крыльцу. – Вроде бы Темный маг Ашинар может отправить куда нужно за особую плату. Но, право слово, с этим нелюдем лучше никаких дел не иметь.

Я озадаченно кивнула, проходя в любезно приоткрытую для меня хозяйкой дверь. Внутри дома было уютно и просторно. На стенах висели связки сушёных трав, на полках стояли глиняные кувшины и миски. Дети – их звали Эрин и Миллан – накрывали на стол.

Лиара усадила меня у очага и налила в чашку горячего напитка с пряным ароматом.

– Пей, это отвар из листьев таали. Он придаст сил.

Я сделала глоток – напиток оказался сладким и терпким одновременно. Усталость постепенно отступала. На удивление я была абсолютно спокойна, каким-то образом чувствовала, что мне здесь не навредят, и еще как-то сразу смирилась с тем, что я в другом мире. Наверное, это странно, что я не паникую и не боюсь, но я старалась об этом не думать.

– Расскажите подробнее про Лидорию, – попросила я. – И про завесу. Что это такое?

Лиара села напротив, задумчиво глядя на огонь.

– Завеса – тонкая грань между мирами. Иногда она истончается, и люди попадают к нам. Или наши – к вам, но это редко и по желанию, а не как в твоем случае, вися на волоске от смерти. То есть от нас по желанию, а к нам без выбора. У тех, кто к нам попадает, обычно это происходит в моменты сильных потрясений: во время катастроф, стихийных бедствий или когда душа находится между жизнью и смертью. Видимо, твоя авария стала таким моментом. Почему попадают именно к нам, точно никто не знает, но так уж повелось, что Лидория – место для заблудших. А о том, что попадают в моменты между жизнью и смертью, мы поняли из рассказов тех, кто сюда попадает. Ты вот в аварию свою попала, уж не знаю, что такое попасть в аварию на такси, но суть такова, что была ты на волоске от смерти, оттого и попала к нам. У всех чужемирцев одна и та же история, только на разные лады, у кого-то несчастный случай, кого-то хотели убить, кто-то со скалы сорвался, кто-то от простуды занемог, но все одно – присмерти и к нам, как во спасение.

– Но почему именно сюда?

– Этого никто не знает. Завеса выбирает сама, вроде б то, а по какому порядку, поди его разбери. Возможно, Лидория была тем местом, где ты должна была оказаться, и все те, кто приходил сюда до тебя. Мы, простой народ, не шибко-то и пытаемся в этом разобраться, есть оно, да и есть, нам вреда не несет, уже хорошо.

В этот момент в дом вошёл высокий мужчина с седыми висками и добрыми глазами – староста деревни, муж Лиары, догадалась я. Он улыбнулся мне и кивнул в знак приветствия. Выпорхнувшие на улицу дети за несколько минут до этого точно рассказали отцу о моем появлении, поэтому он мне ничуть не удивился.

– Добро пожаловать в Лидорию, Николь, – сказал он. – Мы поможем тебе освоиться. Здесь ты в безопасности, во всяком случае, пока ты в нашей деревне, здесь люди хорошие и нелюди тоже.

Я глубоко вдохнула, чувствуя, как напряжение последних часов покидает меня. Впервые за долгое время я ощутила нечто, чего давно не испытывала, – надежду. Но мое любопытство не иссело, мне хотелось узнать побольше о мире, в котором я оказалась.

– Спасибо, – прошептала я, и на этот раз слёзы были не от отчаяния, а от облегчения. – Спасибо вам за всё. Но мне бы хотелось узнать о вашем мире побольше. Расскажите? Что за нелюди такие? И кто такой Темный маг Ашинар?

Орвин и Лиара переглянулись, Орвин – муж Лиары. В комнате повисла тяжёлая пауза. Эрин и Миллан замерли у стола, даже перестали раскладывать хлеб и сыр по тарелкам.