Текст книги "Четыре души (ЛП)"
Автор книги: Лили Сен-Жермен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)
Но в эфире слышны были только шипение и треск помех. Да и на самой базе никакой жизни не наблюдалось. Если кто и есть, то явно сидит в закутке и не шевелится, как дедушка ЧОПовец с тревожной кнопкой.
– А вот это плохо, – сказал он, выглянув вниз.
– Что там? – я приник к окну.
– Следы на покрытии, видишь?
На покрытии взлётной полосы виднелись чёрные пятна странной формы, похожие на растолстевшую букву Т.
– Следы приземления, они тут были, это не шутка и не мои фантазии.
– А где ты до того с ними пересекался?
– В ста километрах отсюда, там нет базы, они приземлялись, чтобы набрать воды из озера.
– А зачем им вода?
– Без понятия, зачем-то понадобилась. Они чуть половину озера не выкачали, а потом пошли за мной.
– И ты их взорвал?
– Не всех, увы. Потом меня зажарили, я даже не рассмотрел, что там за оружие.
– Весело. Так что? Садимся?
– Садимся.
Он щёлкнул парой тумблеров, после чего начал наклонять штурвал от себя. Я вынужден был оценить мастерство пилота, половина приборов не работает, садится исключительно на глазок. Самолёт завершил последний круг по спирали и начал спускаться на полосу. Я ждал удара, но приземление вышло довольно мягким. Мы прокатились по полосе ещё метров семьсот, потом он аккуратно повернул самолёт и заехал в пространство между ангарами.
– Готово, все на высадку, – весело скомандовал он, вставая с места.
Михаэль и Джулия вяло похлопали.
Высадка была бодрой, трап тут не предусмотрели, точнее, он был, но разложить его было довольно проблематично, особенно изнутри. Пришлось прыгать с высоты примерно в два метра. Я спрыгнул первым, следом Михаэль, тут же обернувшийся, чтобы поймать на руки Джулию, а последним вылез Сабж.
– Представляю вашему вниманию базу военно-воздушных сил, – заявил он, широким жестом обводя окрестности. Обводить, впрочем, было нечего, самолёт стоял между двумя ангарами, позади была взлётная полоса, а впереди – какой-то неприметный кирпичный домик. – Предлагаю приступить к грабежу и мародёрству. Начать советую со склада ГСМ, поскольку горючего на обратную дорогу хватает впритык, не исключено, что садиться придётся раньше.
– Начнём мы с оружейки, – тут же перебил его я. – Если мои расчёты верны – а они верны – база не просто так обезлюдела, тут явно произошло что-то плохое, подозреваю, что в каждом здании нас ждёт орава бешеных зомбаков или кого похуже, а потому предлагаю найти автоматическое оружие.
– Хорошая мысль, а что вас вообще интересует? – спросил священник. – Как я понимаю, обратно нас повезут только тогда, когда вы возьмёте большой куш? Мы вам поможем, но нужно знать, что именно искать.
– Слушайте и запоминайте, – начал перечислять Сабж. – нас интересуют: оружие, боеприпасы, запчасти, детали из твёрдых сплавов, лекарства, горючее, взрывчатка, электроника, наконец, если найдём здесь биолабораторию, нам потребуются мутагены, любые. С любыми характеристиками. Если какой-то предмет вам непонятен, приносите его мне, я определю, стоит ли брать. Грузоподъёмность самолёта около двух тонн, за минусом нашего веса. Думаю, тонны полторы туда точно поместится. Приступаем.
Стоило нам выйти из закутка, как в глаза бросился беспорядок на взлётной полосе. Почему-то сверху не разглядели обломки вертолёта, что валялись неподалёку от ангара, чуть дальше на стене кирпичного здания имелось огромное пятно крови, да не просто пятно, с краёв его обрамляли отпечатки человеческих ладоней, оставленные либо самим погибшим перед смертью, либо его убийцей.
– Оружие наготове держите, – предупредил я. – И смотрите в оба. Сабж, если бы ты командовал базой, где расположил бы оружейку?
Он покрутил головой, поднял палец, потом указал в небольшой домик из панелей, стоявший на углу взлётной полосы.
– Почему?
– Там сидела охрана, – объяснил он, – у охраны было оружие. Должно было быть. Даже если стволы там не хранили постоянно, что-то должно было остаться.
– Допустим, – согласился я. – В любом случае, здесь недалеко. Место открытое. Внезапно на нас не нападут.
– Зато нас все увидят, – хмыкнул Сабж.
Не знаю, увидели нас или нет, но до будки охраны мы добрались без происшествий, осторожно приоткрыли входную дверь, заглянули внутрь.
– Может, сперва гранату бросить? – спросил Сабж.
– А там за дверью стоит ящик с динамитом, – парировал я. – Держи дробовик наготове.
В самом деле, даже если внутри сидит страшнейший монстр, четыре выстрела картечью остановят его бросок. Правда, он может быть бронированным, ну, значит, судьба у нас такая.
Внутри было тихо, зато под потолком горели лампы дневного света. Как оказалось, электроснабжение базы не прекратилось, возможно, тут реактор под землёй. Оглядев помещение, я спрятал дробовик и вынул маузер. Так, что тут у нас?
Первое, что бросилось в глаза, – пульт охраны. Широкий стол, удобное мягкое кресло, а перед ним на столе два огромных монитора, каждый из которых был разделён на шестнадцать квадратов, показывающих изображение с камер наблюдения. Видно было не все экраны. Часть была отключена, видимо, сами объективы кто-то сломал. А нижний правый угол левого монитора был залит кровью, которая, надо полагать, раньше принадлежала оператору. Точно, вот и стол залит, кровь свернулась, но выглядела относительно свежей, с неделю назад всё случилось или чуть больше.
– У кого какие версии? – спросил я, оборачиваясь назад.
Версия, как ни странно, нашлась. Всё это время Джулия не выпускала из рук большой блокнот, в котором чёркала что-то карандашом. Теперь она выдернула лист и протянула его мне.
Я поднёс листок к глазам. Потрясающе, рисунок, при кажущейся простоте содержал уйму деталей, а нарисовала она его ещё до того, как мы вошли в будку. Стол, именно этот стол, за ним сидит солдат, классический мордоворот в камуфляже. Смотрит в мониторы, лицо встревоженное, в руке держит микрофон рации, возможно, что-то говорит. А за его спиной странный тип, тощий, с перекошенной рожей и кровавыми потёками из глаз, он подходит и замахивается рукой, а в руке зажат предмет, похожий на кусок стекла. Точно, стекло. Видно, что он себе пальцы порезал, они кровоточат. И всё это нарисовала девочка за пять минут. Круто.
– Ну, в общем, всё понятно, – сказал я. Передавая рисунок остальным. – Солдат сидел тут, смотрел в экран, сзади подошёл некто с острым предметом, с размаху резанул по артерии, а потом… Интересно, труп он с собой унёс?
– Тут было больше трупов, – сообщил Михаэль, оглядывая дальние углы. – Вот тут лужа крови, а дальше… кажется, это рука.
Кисть руки, которую мы обнаружили в углу, была сильно обглодана, более того, присмотревшись внимательно (хоть и противно было), можно было сказать, что грызли её человеческие зубы. Ситуация складывалась хуже некуда, мне всё больше хотелось вернуться на самолёт и скомандовать взлёт. Единственным хорошим событием было то, что рука эта сжимала пистолет, более того, пистолет этот имел в магазине целых пять патронов, видимо, погибший пытался отстреливаться. Пистолет я отдал Михаэлю, так уж вышло, что для ближнего боя у него только револьвер, в барабане которого последние четыре патрона. Обрадовало и то, что найденные на теле вертолёта обоймы, оказались подходящими, теперь у святого отца два полных магазина и ещё пять патронов, для короткого боя хватит, хоть он и невеликий стрелок. Вторым номером я хотел вооружить Джулию, у неё к винтовке осталось девять патронов. Стреляет она неплохо, можно попробовать дать ей автомат.
– Здесь убили человек пять, – подвёл итог я. – Оружие было на телах, а тела утащили.
– Зомби? – спросил Сабж.
– Если и зомби, то неправильные. Такие, как те солдаты с вертолёта. Один из них стрелял, он знал, как это делается. Думаю, это особый подвид умных тварей. Не удивлюсь, если по нам откроют огонь.
А Джулия продолжала радовать. Она вырвала ещё один листок из блокнота, судя по порядку их расположения, этот рисунок она сделала ещё раньше. Так, полуголый мужик, крепкий, но не богатырь. Толстая шея, хотя нет, не шея, шеи у него нет вообще, это голова, странная бугристая голова, отчего она стала такой, мне неизвестно, но выглядело это так, словно мозг внезапно распух и начал распирать череп изнутри. У него даже волосы торчали клочьями, кожа растянулась, а волос на большую площадь не хватило. А ещё отлично получились глаза, даже в нарисованном виде они выглядели так, что смотреть в них не хотелось.
– Начинаю понимать, – сказал Сабж, сминая листок.
– Просвети, – предложил я.
– Чуть позже, когда увижу тварей.
– Может, они ушли?
– Допускаю, если живых людей тут не осталось, могли и уйти. Но я предпочитаю думать, что они где-то прячутся. И мне очень интересно посетить лабораторию.
– Уверен, что разберёшься?
– Должно быть что-то, вроде дневника эксперимента. Помнишь бумаги, что сгорели в доме? Здесь должно быть то же самое, только целиком. А ещё куча препаратов, которыми пичкали подопытных, мутагены и культуры смертельных вирусов. Это не просто золотое дно, это близко к мировому господству.
Мы уже собрались уходить, когда Сабж остановился, вернулся за стол и стал тыкать клавиши компьютера. Камеры на экране сменяли друг друга, потом видео исчезло, зато появился план зданий.
– Арсенал не указан, – заметил он.
– А где сидели военные? – спросил я.
– Вот тут, штаб, вот тут находились свободные от смены солдаты гарнизона.
– Выясни, где находилась лаборатория, склад ГСМ и ангары с техникой, а потом пойдём, посмотрим на военных.
Когда группа вышла на улицу, нас по-прежнему никто не атаковал, но при этом обстановка давила на нервы, в голове стоял какой-то гул, странно, никто из нас, кроме, может быть, Джулии, умереть по-настоящему не может, при этом откуда-то взялось отвратительное чувство страха.
До штаба дошли минут за пять, я ещё отметил, что наверху есть вертолётная площадка, возможно, оттуда и улетел последний вертолёт. Попутно выяснили, что дорога от здания, где должна была находиться лаборатория, до штаба представляет собой кровавую дорогу, явно кто-то пробивался с боем.
– Здесь баррикада, – заметил Сабж, заглядывая внутрь. – А ещё кровь, и гильзы, много гильз. Тут бой был.
Баррикада была довольно слабой, стулья и столы, сваленные в кучу у входа, чтобы хоть немного замедлить наступление врага, но, как видно, не помогло. Потом, оказавшись уже внутри, я понял, что укрывшиеся здесь военные удержали врага снаружи, но подверглись нападению изнутри. Кто-то из укушенных обернулся?
– Смотри, они пытались лечиться, – заметил Сабж, указывая на кучу использованных шприцов, разбросанных по полу.
– Подозреваю, не помогло, – сказал я. – На полу лежали запаянные пузырьки с остатками синей жидкости, но никаких надписей на них не имелось.
Пройдя поворот коридора, мы, наконец, увидели первого выжившего. Нет, не так, первого, кто был похож на выжившего. Солдат в изорванном и окровавленном камуфляже сидел на полу спиной к нам и, раскачиваясь из стороны в сторону, что-то бессвязно мычал.
– Эй, вы живы, – позвал я, стараясь не отводить ствол пистолета от коротко стриженного затылка.
– Яаа? Жив, даа, – говорил он так, словно страдает дефектами речи, но таких, насколько я знаю, в армию не берут.
Мы обошли его спереди. Да, в самом деле, солдат. Вот только сильно пострадавший. Левая рука оторвана, а культя перетянута жгутом, правая щека вырвана, наружу торчат зубы, нет одного глаза, а второй не открывается из-за большой гематомы. При этом единственная его рука лежала поверх автомата, неподалёку валялись в беспорядке несколько полных магазинов, а прямо под ногами я увидел пять использованных шприцов и два пузырька из-под лекарства с остатками синего раствора.
– Вас укусили, – прокомментировал я очевидный факт. – Вы пытаетесь спастись. Так?
– Не помо-гает, – сказал он, стараясь произносить слова отчётливо, что с травмой лица было затруднительно. – Я скоро стану, как… они. Луучше смееееерть!
Он заплакал единственным глазом.
– Давайте так, – я присел рядом, стараясь выдерживать расстояние так, чтобы он не мог дотянуться зубами. – Вы мне кое-что расскажете, а я вас просто застрелю. Утроит?
Он кивнул, отчего из раны в глазнице вытекла порция крови.
– Вот и отлично, – сказал я, по-прежнему не убирая пистолет. – Первый вопрос: эти самые «они», где они сейчас?
– Пряаачутся, – он огляделся, словно хотел найти их рядом. – Они хорошо прячутся, он им приказывает, а они делаюууут. Без него они тупые, но он умный.
На этих словах солдат закашлялся и сплюнул на пол кровавый сгусток.
– Насколько они умны? Что умеют делать?
– За-засады, прячутся под столом, а потом выпрыгивают и кусают. Пару раз видел, как они стреляют, но не попадают, ни разу. Мозгов не хватает правильно направлять.
Дальше солдат говорил непонятно, если то, что я разобрал, верно, то у многих заражённых в руках оружие, но оно разряжено, а перезарядить они не могут, не хватает мозгов.
– Сколько их? – я подобрал с пола целый шприц в упаковке, а из инвентаря вынул склянку с морфием.
– Подопытных было… больше двух сотен. Плюс врачи… врачи, которые опыты ставили. Ещё персонал и охрана. Всего человек шестьсот. Не знаю точно.
Правый рукав у него был почти полностью оторван, я выбрал на плече неповреждённое место и сделал укол. Некоторое время он молчал, потом, когда наркотик начал действовать, смог приоткрыть единственный глаз и продолжил говорить, речь его была почти нормальной:
– Мы не сразу узнали, что они вырвались, Умник – так мы его зовём – взял под контроль кого-то из персонала. Своими он управлять мог и раньше, а на людей действовал слабо. Кто-то из охраны открыл дверь, выпустил одного Умника, тот выпустил остальных. Умника держали отдельно, а потом освободили его. Потом была тревога. К тому моменту почти все в здании были укушены, только Ллойд, который охранял вход, начал стрелять. Мы тогда узнали… всё узнали, но они стали прятаться, мы вызвали помощь, но нам не ответили, думаю, услышали, но помощи не было. Они потом испортили связь. Всё испортили.
– С этим ясно, восстание зомби, а где они прячутся?
– Везде, – он начал чаще дышать, видимо, развязка была близка. – В зданиях, особенно любят подвалы… они не любят солнечный свет, врачи говорили, что их солнце даже убить может, не сразу, а часов за восемь. Кажется, начинается…
– Скажи, на базе есть оружие?
– Оружия много, часть лежит в штабе, здесь, там, в конце коридора железная дверь. На вышках есть пулемёты, внутри лаборатории есть своя оружейная. В кабинетах у учёных были пистолеты, думаю, там и остались… всё, розовый туман перед глазами, значит, уже сейчас…
Глаз его стал меняться, сосуды набухли и стали лопаться, он замычал что-то нечленораздельное, а потом я пустил ему пулю в лоб. Голова мотнулась назад, потом тяжёлое тело рухнуло набок.
Я осторожно вытащил автомат из-под его руки, вынул флакон с водкой и смыл пятна крови на поверхности металла и пластика. Уже хорошо, есть автомат и куча патронов. Не такая уж куча, всего четыре магазина, а степень заполненности остаётся загадкой. Подняв оружие, я поднёс его к глазам.
Штурмовая винтовка HK 416, патрон 5.56Х45, прицел открытый, возможно использование любых прицелов, совместимых по типу крепления. Режим стрельбы одиночный, автоматический. Урон в зависимости от боеприпаса, качество превосходное, ёмкость магазина 30 патронов
Эти скупые строчки сказали мне о многом. Теперь смогу стрелять много и часто, впрочем, у меня на это винтовка есть. А кому дать автомат?
Посмотрев на свой коллектив, я понял, что автомат давать некому. Михаэль и Сабж стрелять не умеют, только в упор, а потому зря сожгут патроны. А таланты Джулии оставались для меня загадкой. Впрочем, можно ведь поступить по-другому, дать ей мою винтовку, а себе взять автомат. Да и какая разница, если мы сейчас вскроем оружейку.
Подхватив автомат, я вручил свой маузер девочке, она приняла с благодарностью, явно знает, что с этим делать. Но я всё же растолковал, как правильно заряжать и целиться. В нагрузку дал пять обойм. Как ни странно, силы детских пальцев хватило, чтобы оттянуть затвор и вдавить ряд патронов в магазин.
Мы отправились туда, где должна была находиться оружейка. Стальная дверь нашлась, вот только она была заперта, а попытка найти ключи, закончилась тем, что мы обнаружили двух зомбаков. Они сидели в кабинете напротив, который раньше выполнял функции офицерской столовой. В окно проникал свет, видимо, даже те крохи ультрафиолета, что пропускало стекло, были им неприятны, а потому они прятались под столом.
Вопреки ожиданиям, среагировали они мгновенно, выскочили из-под стола и бросились в нашу сторону. Видимо, очнулись от спячки, когда услышали мой выстрел. Мы успели. Я выстрелил первым, пробив голову тому, кто был слева, вторым сработал Михаэль, арбалетный болт пробил горло второму, да не просто пробил, а пригвоздил его к стене.
Заражённый кадавр убит
Опыт +1150
А уже после этого сработал Сабж, как я и предполагал, выстрелил он из дробовика, из обоих стволов с интервалом в полсекунды. Случилось то, что и должно было случиться после применения такого калибра в замкнутом помещении. К счастью, стены оказались не такими прочными, а картечины не дали рикошета. Зато обоих заражённых размазало по стенам тонким слоем.
– Дорогой друг, – я помотал головой, пытаясь избавиться от звона в ушах. – Не мог бы ты не применять дробовик в закрытых помещениях? Любая картечина могла прилететь обратно, побывав в теле заражённого. Что-то мне не хочется стать таким.
– Виноват, испугался, – он принял к сведению мои слова, заменил патроны в стволах, а сам дробовик спрятал в инвентарь, взяв вместо него револьвер. – Давайте потрошить оружейку.
Ключи мы так и не нашли, но зачем нужна ключи, если есть взрывчатка. Прекрасно понимая, что груз за дверью ценный, Сабж сработал ювелирно, заложил три заряда вокруг замка, размотал провод и велел всем отойти за стену.
Пока он готовил подрыв, я смог разглядеть убитых тварей. От людей не особо отличаются. Одеты в больничные пижамы. Явно подопытные, сбежавшие из камер, цвет лица напоминает утопленников, а из глаз постоянно сочилась кровь, застывая на щеках бурыми полосами.
Грянул взрыв, затянувший дымом почти весь коридор. Когда дым и пыль осели, Сабж подошёл к стальной двери и одним лёгким движением распахнул её.
– Прошу внутрь, господа, трофеи ждут.
Трофеи ждали, вот только безымянный солдат лукавил, когда говорил, что оружия много. Его было много раньше, в пирамидах было место для пары сотен стволов. Нам же досталось всего шестнадцать хеклеров и один пистолет-пулемёт, который я повертел в руках и положил обратно. Оружие неплохое, вот только патроны к нему хранились где-то в другом месте. Я надеялся найти пулемёт или хорошую снайперскую винтовку, но всё это забрали раньше, надо полагать, лежат где-то на базе или используются зомбаком в качестве дубины. Что же, с учётом огромного количества автоматных патронов, поход свой мы уже оправдали.
– Берём всё и тащим в самолёт.
По дороге нас никто не тревожил, мы смогли спокойно перенести автоматы и патроны в самолёт. Последних было больше десяти тысяч, что хватит для обнуления всего поголовья зомби на базе. А потом, когда мы победим, можно поискать товар подороже.
– Идём дальше? – спросил я, рассматривая новый автомат, старый я положил в общую кучу, новый хорош тем, что его не нужно чистить, а ещё на нём стоял коллиматорный прицел.
– Может, девочку оставим здесь? – предложил Михаэль.
Джулия резко замотала головой.
– Нет, святой отец, возразил ему Сабж. – Самолёт – никакая не защита, толпа мотивированных зомбаков его легко вскроет. Самое безопасное место для неё рядом с нами. К тому же, не забывайте, что самолёт для нас – единственный путь к спасению, если его сломают, мы застрянем здесь. А когда в нём никого нет, он просто железка, атаковать железку никто не станет.
– Что же, – священник вздохнул, но спорить не стал. – Идём.
Глава 2
Глава десятая
Прежде, чем мы отправились на поиски ценностей, пришлось посетить склад горючего, тут ничего изобретать не стали, просто укатили двухсотлитровую бочку с бензином, а потом с великим трудом затащили её в самолёт. Сабж сказал, что заправиться можно потом, для взлёта хватит запаса в баке.
– Вход в лабораторию с южной стороны, – сказал Сабж, сверяясь с планом. – Но часть грузов заносили отсюда, вот, видите, ворота. Если они не заперты, мы сможем пройти в технические помещения, а оттуда уже в сами лаборатории.
– Скоро стемнеет, – заметил Михаэль, указывая на солнце, склонившееся к горизонту.
– Это не страшно, – отмахнулся Сабж, – тут электроснабжение не нарушено, прожекторы гореть будут, так что всё увидим.
– Зато они перестанут прятаться, – заметил я. – Оружие из рук не выпускайте.
Ворота технического помещения были открыты, оказавшись внутри мы увидели длинный ряд мусорных контейнеров, небольшой пандус для спуска и подъёма тяжёлых грузов, а ещё лестницу на второй этаж.
На втором этаже находился пост охраны, где мы нашли останки солдата, обглоданные до сухих костей. То, что это солдат, мы определили по нескольким лоскутам формы. Оружие его было на месте, но ствол автомата оказался погнут. Судя по количеству стрелянных гильз на полу, ствол этот перегрелся от стрельбы, а уже потом его согнули. С собой брать не будем, нет смысла, лишний груз. Подобрали только дюжину пустых магазинов.
Сейфы, документы, столы с компьютерами, большие кресла, обшитые кожей. Всё это напоминало офис небольшой фирмы, а не секретную лабораторию. Кроме того, тут физически негде было держать сотни подопытных.
– Есть у меня мнение… – начал было Сабж, рассматривая очередной зал с парой столов и люстрой под потолком.
Договорить он не успел, из-за каждого стола выскочили мутанты и бросились на нас. Их было всего трое, но это были сильные развитые твари, скорость и быстрота реакции которых впечатляла неимоверно. Они даже не бежали в нашу сторону, просто прыгнули и полетели по воздуху.
Но и мы не подкачали. Первого принял на клинок ножа отец Михаэль, да не просто принял, а так и удержал в полёте. Ноги зомби болтались в метре от земли, а на окровавленной физиономии застыло выражение крайнего удивления.
Второй столкнулся с нашим лётчиком, тот, хоть и не обладал такой силой, умел реагировать быстро. Прежде, чем мутант долетел до нас, в него прилетели три пули из револьвера. Убить не убили, но подкорректировали траекторию полёта, в итоге он приземлился на четвереньки у ног Сабжа, где и был пришпилен к полу эстоком.
Что произошло с третьим, я не понял, летел он прямо на Джулию, явно выбрав самого слабого на вид члена группы. Девочка успела выставить руку, зомбак не долетел до неё, просто рухнул на пол и отключился.
– Итак, – сказал я, осматривая поле схватки. Святой отец уже стряхнул зомби с клинка, а потом просто и без церемоний сломал ему шею ударом ноги в тяжёлом ботинке. – Теперь мы имеем представление об их уровне. Сильные, быстрые, убиваются… как они убиваются?
– Мой умер, – отец Михаэль показал на труп дважды мёртвого зомби, который по-прежнему придавливал ногой.
– А мой не хочет, – прокомментировал Сабж, продолжая держать врага на клинке, как жука на булавке. Тот хрипел, извивался, но умирать отказывался наотрез.
– Видимо, нужно повредить мозг или позвоночник, – заключил я. – Впрочем, тот солдат умер от выстрелов в корпус, правда, выстрелов было много, больше десятка, возможно, один из них пробил спинной мозг. Попробуй его потыкать.
Сабж несколько раз вынул клинок и снова погрузил его в спину зомби, тому с каждым разом становилось всё хуже, после восьмого ранения он благополучно растянулся на полу и затих. Я присмотрелся, позвоночник был цел, но зомбак точно умер, мне пришёл опыт.
– Значит, всё-таки убить можно, – сделал я вывод, – хотя и трудно. А что с последним?
С последним было непонятно, он, вроде бы, оставался жив, вот только не мог двигаться, не мог говорить или, хотя бы, рычать. Он вообще мог только моргать глазами. Что именно произошло с ним, знал только один человек, но он был крайне неразговорчив.
– Это ты сделала? – спросил я у Джулии.
Она кивнула.
– Ты можешь сделать так ещё раз?
Снова кивнула.
– Тогда береги силы, пользуйся лучше пистолетом.
Она снова кивнула и крепко сжала мой Маузер, Хеклер для неё был тяжеловат.
– Так что сказать хотел? – напомнил я Сабжу, когда он добивал противника уколом эстока в ухо.
– Я хотел сказать, что никто не станет делать лабораторию в таком месте, оно даже не защищено никак. А вот эти, – он ткнул ногой одного из упокоенных, – они в пижамах, явно сбежали из концлагеря. Значит, лаборатория всё же здесь.
– Ничего не понял, но очень интересно, – сказал ему я. – Ты чего сказать-то хотел?
– Надо искать вход в подземные помещения. Именно там держали подопытных, именно там хранятся запасы медикаментов.
– Сабж, ты гений, – серьёзно сказал я. – Есть мысли, где этот вход?
– Он может быть замаскирован, но им часто пользовались, это факт. Надо искать помещение, где есть вторая дверь.
Я удивился, но решил последовать совету. И, как ни странно, такое нашлось. В одном из кабинетов нашлась довольно широкая дверь в стене, открыв которую, мы обнаружили лестницу вниз.
– И что? – спросил я, на всякий случай, шёпотом. – Тут даже запора нет?
– Может быть, есть внизу, а здесь смысла нет, все свои, только то, что не нужно видеть, скрыто от глаз персонала.
Осторожно, стараясь не шуметь (что, впрочем, было бессмысленно после того, что мы сделали наверху), мы стали спускаться. Внизу действительно был контрольно-пропускной пункт, раздвижные двери, как в лифте, сделанные из полупрозрачного серого бронестекла. Сейчас они намертво застыли посередине, приоткрыв проход шириной сантиметров сорок. Рядом находился пост охраны, было даже кое-что, что можно было с натяжкой назвать останками охранника. С натяжкой, потому что осталось от него немного, пара костей, да клочья формы. Оружие, кстати, тоже пропало. Электричество на базе имелось, но конкретно здесь свет отчего-то противно мигал, заставляя щуриться.
Когда все четверо протиснулись внутрь, я попробовал что-то разглядеть. Ага, вон там коридор, а по бокам кабинеты. Чуть дальше какие-то лаборатории.
– Не расходимся, держимся группой, стволы не опускать.
Тут мне в голову пришла идея.
– Джулия, ты можешь сказать, где сейчас они?
Девочка вздохнула, потом на пару секунд закрыла глаза, а когда открыла их, уверенно указала на ту дверь, откуда мы пришли. И тут самое время было восхититься паранормальными способностями ребёнка, да только я уже без всяких способностей слышал топот многочисленных ног на лестнице, они, наконец, сообразили, что на их базе кто-то безобразничает, а потому надо его поскорее съесть.
– Занять оборону, – скомандовал я.
Собственно, занимать здесь оборону было несложно, вот дверь, вот враги, что буквально катятся лавиной вниз по ступеням, вот узкий проход, что не так-то просто преодолеть, вот мы со скорострельным оружием, которое даёт преимущество даже слепым и безруким стрелкам.
За секунду до того, как толпа выскочила из-за очередного поворота лестницы, я и Сабж бросили туда по гранате. Вряд ли столь живучих тварей убьёт осколками, да и фугасное действие у гранат невелико. Зато они могут сбить их с ног и устроить мешанину на лестнице, которую так легко усилить градом пуль.
С гранатами угадали, при этом бронестекло защитило от осколков нас самих. Первые трое, что, отталкивая локтями товарищей, бежали за добычей, покатились кувырком, следующие споткнулись об них и повторили их трюк, а третью партию мы дожидаться не стали, просто ударили из трёх автоматов по куче живых (или не совсем) тел.
Магазин на тридцать патронов вылетал непозволительно быстро, но, заранее предугадав подобное развитие событий, я поставил рядом Джулию, которая просто сунула мне в руки заряженный автомат. А пока я расстреливал его магазин, успели перезарядиться Сабж и Михаэль.
Гора тел у входа росла, часть ещё шевелилась, кто-то получил увечье, кого-то придавили до перелома костей, но следом продолжали лезть новые. Коридор узкий, тут даже десять человек друг другу мешать будут, а их не меньше сотни. Только здесь среди кадавров стали попадаться солдаты в изорванной форме и бывшие врачи и учёные в белых халатах, измазанных кровью.
Но пули брали всех. Пусть не с первого попадания, а с пятого, десятого или пятнадцатого, но тварь обязательно умирала, а мне прилетал опыт, за себя и за Сабжа. А после первого десятка убитых благополучно апнулся уровень.
– Стой! – Сабж ухватил меня за рукав. – Они закончились.
Я некоторое время продолжал смотреть на кучу человеческих тел высотой чуть ниже потолка, а потом сообразил. Кто-то в глубине пока шевелится, но основная масса мертва, а новые по лестнице поступать перестали.
– Сколько их тут? – я даже вспотел от беспрерывной стрельбы, ствол автомата раскалился, а гильзы под ногами мешали ходить. В воздухе висел пороховой угар, но его постепенно вытягивало вентиляцией.
– Сообщений пришло примерно семьдесят, ещё половину накинем на святого отца, сотня с небольшим.
Я вынужден был с ним согласиться. Сотня человек, засунутая в узкий коридор, уложенная в несколько слоёв, да к тому же перемешанная, словно в гигантском блендере. А в дверь уже затекал ручеёк крови, грозивший превратиться в полноводную реку. А кровь заразная, достаточно одной царапины, а потом… Как в игре этот момент обыгран? Буду ходить зомбаком, пока меня не пристрелят, а потом воскресну. Может, и нет, но проверять не хочу, не говоря уже о том, что само зрелище вызывает отвращение.
– Странно, – сказал священник, опуская автомат.
– Что именно? – спросил я.
– Их поведение, им словно команду отдали. Сначала послали в атаку, а потом, увидев, что ничего не выходит, приказали отступить.
– Думаю, так и было, у них ведь есть этот умник. Вопрос только: он нас видит их глазами?
– Допускаю, что не глазами, – Сабж указал на камеру видеонаблюдения.
– Отлично, – я выругался шёпотом, чтобы не слышала Джулия. – Эта тварь сидит за монитором и смотрит.
– Я смотрел в монитор, этих помещений там не было, – заметил отец Михаэль.
– Разумеется, – сказал Сабж, – видео из этих помещений не станут выводить на пульт охраны, не положено солдатам такое знать. Хотя, подозреваю, если бы солдаты это смотрели, успели бы среагировать на ЧП. Ладно, куда дальше?
Я посмотрел на гору трупов, потом на почти полностью перекрытые двери, потом на реку крови, потом на Сабжа. Вообще-то, мы за добычей пришли, но добычу ещё найти нужно, а меня уже от этого места воротит. Может, автоматами обойдёмся? Шестнадцать штук, каждый по сто-сто двадцать монет, да ещё патроны. Немного? Думаю, достаточно, чтобы вернуться. Но нет, я отсюда не уйду. Как минимум, уникальная добыча может заинтересовать того, кого я ищу.
