Текст книги "Целительница из другого мира (СИ)"

Автор книги: Ли Ан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Глава 11
Весенние планы

Весна пришла внезапно, как это бывает после долгой зимы. Еще вчера все было покрыто снегом, а сегодня утром я проснулась от того, что в окно било яркое солнце, а под окном щебетали птицы. Первая мысль – через неделю мы выезжаем в столицу. Вторая – я совершенно не готова.

– Лина, ты опять не спала? – Маэль потянулся в постели, глядя на меня с укором. – Третью ночь подряд встаешь до рассвета.

– Не могу спать. Слишком много всего нужно сделать. Двадцать кристаллов отобрать, статистику систематизировать, речь подготовить…

– И упасть в обморок перед королем от переутомления?

Он был прав, конечно. Но как объяснить это узлу тревоги в желудке? В прошлой жизни максимум, что мне приходилось делать – отчитываться перед главврачом. А тут – король, судьба медицины целой страны, историческая ответственность.

– Иди сюда, – Маэль притянул меня обратно в постель. – У нас все готово. Кристаллы отобраны, статистика безупречна, команда подготовлена. Сейчас тебе нужны силы, а не лишние проверки.

Я прижалась к нему, чувствуя, как напряжение немного отпускает. За окном школа уже просыпалась – слышались голоса студентов, спешащих на утренние занятия.

– Знаешь, чего я боюсь больше всего? – призналась я.

– Чего?

– Что мы станем слишком важными. Потеряем связь с обычными людьми, с реальной медициной. Превратимся в чиновников.

– Не превратимся. Я не дам тебе забыть, кто ты. И ты не дашь мне.

– Обещаешь?

– Клянусь всеми кристаллами памяти и медицинскими трактатами.

* * *

Последняя неделя перед отъездом превратилась в организованный хаос. Я бегала по школе с утра до ночи, проверяя и перепроверяя все детали.

– Василиса, ты уверена, что сможешь продемонстрировать операцию на свиной туше?

– Элиана, я могу эту операцию с закрытыми глазами провести. Не волнуйся так.

– Матрона, акушерские инструменты упакованы?

– В третий раз проверила. Все на месте, даже специальные щипцы для сложных родов, которые мы недавно разработали.

– Студенты для демонстрации готовы?

– Елена и Петр выучили все ответы наизусть. Они блестяще выступят. Вчера репетировали перед всей школой – даже старый Корнелий прослезился от гордости.

Самым сложным оказался выбор нарядов. Я, которая последние годы ходила в простых шерстяных платьях, теперь примеряла парадные одеяния.

– Это слишком, – сказала я, глядя на себя в зеркало. Темно-синее бархатное платье с золотой вышивкой делало меня похожей на придворную даму, а не на врача.

– В самый раз, – возразила портниха, поправляя складки. – Вы же ко двору едете. Там по одежке встречают. Видела я этих столичных дам – павы разряженные, только и умеют, что сплетничать да веерами махать. А вы – ученая женщина, вам нужно выглядеть соответственно.

– А провожают по уму, – буркнула я, но платье оставила. Плюс еще два – зеленое для рабочих встреч и серебристо-серое для особых случаев. Целое состояние потратили.

Еще больше времени ушло на подготовку подарков для двора. По традиции, являясь к королю, нужно было преподнести дары. Но что дарить монарху, у которого есть все?

– Кристаллы с медицинскими знаниями слишком утилитарно, – размышлял Маэль.

– А что если… – меня осенило. – Кристалл с записью исцеления? Не конкретной процедуры, а самой сути исцеления. Король ведь страдает от подагры. Если кристалл облегчит его страдания…

– Гениально! Личная заинтересованность – лучший аргумент.

Мы три дня работали над особым кристаллом. Я вкладывала в него не просто знания о лечении подагры, но и свое искреннее желание помочь, облегчить боль. Маэль добавил алхимические формулы для усиления эффекта. Получился кристалл удивительной красоты – золотистый, теплый, пульсирующий жизнью.

Сложнее всего было готовить школу к нашему отсутствию. Собрала всех старших преподавателей:

– Анна, ты остаешься за главную по учебной части. Расписание составлено на два месяца вперед, но если что – меняй по ситуации.

– Справлюсь, – кивнула она, хотя в глазах читалась тревога. – Только ты уж возвращайся поскорее. Без тебя школа как без души.

– Магистр Корнелий, административные вопросы на вас. Финансы, закупки, взаимодействие с властями.

– Буду ворчать, но сделаю, – проворчал старик. – Хотя я анатом, а не счетовод. Но ради общего дела потерплю.

– Параша, ты отвечаешь за кристальную библиотеку. Никому не давай самые ценные образцы, только под расписку и для учебы.

– Поняла. Буду охранять как зеницу ока.

В последний вечер перед отъездом мы собрались всей школой в большом зале. Студенты подготовили прощальный концерт – пели песни, читали стихи собственного сочинения (ужасные, но искренние), даже разыграли сценку «Элиана спасает короля от всех болезней». Я смеялась и плакала одновременно.

– Друзья мои, – сказала я, поднимаясь. – Мы уезжаем не навсегда. Максимум на два месяца. Но даже если задержимся – помните: эта школа – наш дом. Мы начинали здесь, и сюда всегда будем возвращаться.

– За нашу школу! – крикнул кто-то.

– За лучшую наставницу! – подхватили другие.

– За медицину будущего! – добавил Маэль.

Все подняли кубки с вином (для студентов – с разбавленным).

– За нас всех. За семью, – закончила я.

* * *

Выехали ранним утром. Две кареты – одна для людей, вторая для багажа. Кристаллы упаковали в специальные ящики с мягкой подкладкой, каждый завернут отдельно. Инструменты в кожаных чехлах. Документы в вощеной ткани от дождя.

Провожала нас половина города. Даже суровый кузнец Борис пришел, стоял в стороне, но махнул рукой на прощание.

– Смотри там, не забывай про нас, простых, – крикнула баба Марфа.

– Никогда! – крикнула я в ответ.

Дорога до столицы заняла десять дней. Весенняя распутица превратила тракт в месиво грязи, кареты застревали, приходилось выходить и толкать. Зато природа вокруг оживала – первая зелень, цветущие деревья, птичий гомон.

На третий день пути остановились в Каменке – крупном торговом городе. Местный воевода, прослышав о нашем проезде, пригласил на ужин.

– Госпожа Элиана! Какая честь! У нас тут эпидемия какая-то, может, посмотрите?

Не могла отказать. Оказалось – корь. Обычная корь, но без правильного лечения косила детей.

– Изоляция больных, проветривание помещений, обильное питье, жаропонижающее из ивовой коры, – инструктировала я местного лекаря. – И прививать здоровых.

– Прививать? Это как?

Пришлось объяснять про вариоляцию – примитивную прививку, когда немного материала от больного вводят здоровому. Рискованно без современных вакцин, но лучше, чем ничего.

– Берете немного содержимого пузырьков от выздоравливающего больного, – показывала я на практике. – Делаете маленькую царапину на коже здорового человека, втираете материал. Через неделю – легкая форма болезни, зато потом иммунитет на всю жизнь.

– Вы святая, – сказал воевода, когда мы уезжали.

– Я врач. Просто делаю свою работу.

Но таких остановок было несколько. В каждом городе находились больные, которым требовалась помощь. К столице мы подъехали уставшие, но с чувством выполненного долга.

* * *

Столица встретила нас шумом, гамом и запахами большого города. После нашего тихого городка это было как удар по всем органам чувств одновременно. Улицы забиты людьми, повозками, животными. Крики торговцев, звон церковных колоколов, ржание лошадей.

– Добро пожаловать в центр мира, – улыбнулся Маэль. – Точнее, в центр нашего маленького королевства, которое считает себя центром мира.

Разместились в академическом подворье – комплексе зданий, принадлежащих Королевской академии. Комнаты простые, но чистые. Главное – есть место для подготовки к аудиенции.

– Завтра представление ко двору, – сообщил распорядитель церемоний, явившийся сразу после нашего приезда. Худой как жердь мужчина в расшитом камзоле смотрел на нас оценивающе. – Надеюсь, вы знаете протокол?

– В общих чертах, – ответила я.

Он закатил глаза:

– В общих чертах! Боже, провинциалы… Ладно, слушайте внимательно. Входите через главные двери, когда объявят. Идете по красной дорожке, не сворачивая. Останавливаетесь в пяти шагах от трона. Поклон – глубокий, но не раболепный. Говорить начинаете только после того, как король обратится к вам. Ясно?

– Предельно.

– И никакой самодеятельности! Видел я этих провинциальных умников – начинают импровизировать и позорятся на весь двор.

Когда он ушел, Василиса фыркнула:

– Индюк надутый. Будто мы дикари какие-то.

– Он прав в одном – нельзя ошибиться. Первое впечатление решает все.

Вечер провели в репетициях. Маэль играл короля, я отрабатывала поклоны и речь.

– «Ваше величество, благодарю за честь предстать перед вами…» Нет, слишком подобострастно. «Ваше величество, рада возможности продемонстрировать…» Тоже не то.

– Лина, просто будь собой, – посоветовал Маэль. – Король – умный человек. Он оценит искренность больше, чем выученные фразы.

Легко сказать. Я не спала всю ночь, прокручивая в голове возможные сценарии.

* * *

Тронный зал оказался еще величественнее, чем я представляла. Потолок высотой метров пятнадцать, украшенный фресками. Колонны из белого мрамора. Витражные окна, через которые лился разноцветный свет. И трон – массивное сооружение из черного дерева и золота.

На троне восседал король Владислав, прозванный Мудрым. Мужчина лет сорока пяти, седеющие виски, умные карие глаза, которые, казалось, видели тебя насквозь. Одет просто – темный камзол без излишних украшений, только золотая цепь с гербом королевства.

По обе стороны от трона – придворные. Разодетые павлины в шелках и бархате смотрели на нас с любопытством и легким презрением. Провинциалы, мол, что с них взять.

– Госпожа Элиана, основательница медицинской школы, и магистр Маэль, ваш покорный слуга! – объявил герольд.

Мы прошли по красной дорожке, остановились, поклонились. Я старалась не думать о том, что колени дрожат.

– Госпожа Элиана, – заговорил король. Голос у него был приятный, глубокий. – Слухи о ваших достижениях дошли до нашего двора. Нам любопытно узнать, действительно ли провинциальная школа способна превзойти столичную медицину.

Я подняла голову, встретилась с ним взглядом:

– Ваше величество, мы пришли не соревноваться, а служить. Наша цель – чтобы каждый подданный королевства получал лучшую возможную медицинскую помощь.

– Благородная цель. Но как вы собираетесь ее достичь?

– Позвольте продемонстрировать.

Я кивнула Василисе. Она вышла вперед с кристаллом в руках:

– Ваше величество, это кристалл памяти. В нем записана полная процедура сложной хирургической операции. Любой человек со способностями может усвоить эти знания за минуты вместо лет обучения.

– Покажите, – король наклонился вперед, заинтересованный.

Один из придворных лекарей вызвался добровольцем. Взял кристалл, закрыл глаза. Через минуту открыл их, потрясенный:

– Ваше величество, я… я знаю, как провести операцию по удалению аппендикса! Каждый разрез, каждый шов… Это невероятно!

Шепот прошел по залу. Король поднял руку, требуя тишины:

– Продолжайте демонстрацию.

Следующие два часа мы показывали все. Василиса провела показательную операцию на специально принесенной свиной туше – аккуратно, профессионально, комментируя каждое движение. Матрона продемонстрировала безопасное родовспоможение на манекене. Я провела диагностику одного из придворных, точно определив его проблемы с сердцем по внешним признакам.

– А теперь статистика, – я развернула большой свиток с графиками. – За три года работы нашей школы смертность в регионе снизилась на 67%. Детская смертность – на 73%. Смертность при родах – на 81%.

– Невозможно! – воскликнул главный королевский лекарь. – Такие результаты недостижимы!

– Вот документальные подтверждения, – я передала папку с отчетами. – Каждый случай зафиксирован, каждая цифра проверена.

Король изучал документы молча. Зал замер в ожидании.

– Впечатляюще, – наконец сказал он. – Если эти результаты можно повторить в масштабах всего королевства, мы получим не только здоровое население, но и сильное государство.

– Именно это мы и предлагаем, ваше величество. Создать национальную систему медицинского образования. Пять школ за три года, две тысячи обученных специалистов за пять лет.

– Амбициозно. Что вам для этого нужно?

Я глубоко вздохнула. Момент истины.

– Финансирование из казны. Земли для строительства. Защита от вмешательства местных властей. И главное – сохранение научной и методической независимости. Мы должны учить тому, что работает, а не тому, что принято.

Король откинулся на спинку трона, задумался. Придворные затаили дыхание.

– Канцлер, ваше мнение?

Пожилой мужчина в богатой мантии вышел вперед:

– Ваше величество, экономические выгоды очевидны. Здоровые подданные – это больше налогов, сильнее армия, продуктивнее торговля. Вложения окупятся многократно.

– Главный лекарь?

Тот нехотя признал:

– Должен констатировать превосходство демонстрируемых методов над нашими традиционными подходами. Хотя мне, старому консерватору, сложно это признавать.

– Архиепископ?

Церковник в пурпурной рясе задумался:

– Если это служит спасению жизней, данных Богом, не вижу противоречий с верой. Хотя некоторые методы… необычны.

Король встал. Все склонились в поклоне.

– Госпожа Элиана, магистр Маэль. Мы принимаем ваше предложение. Более того…

Он сделал паузу. У меня сердце ухнуло.

– Назначаем госпожу Элиану Главным королевским советником по вопросам здравоохранения с правом доклада непосредственно королю. Магистр Маэль назначается Главным инспектором медицинского образования с полномочиями контроля качества обучения во всех учебных заведениях королевства.

Я едва не упала. Главный советник? Это же… это же министр здравоохранения, если перевести на современный язык!

– Ваше величество, я… я потрясена честью…

– Вы заслужили. Теперь докажите, что я не ошибся в выборе. У вас есть пять лет на создание лучшей в мире системы здравоохранения. Ресурсы будут предоставлены. Ждем результатов.

Аудиенция окончена. Мы вышли из зала на ватных ногах.

– Мы сделали это, – прошептал Маэль. – Лина, мы сделали это!

– Это только начало, – ответила я, хотя внутри все пело от счастья. – Теперь надо оправдать доверие.

* * *

Следующие дни были посвящены планированию. Нам выделили целое крыло в административном дворце. Кабинеты, приемные, архив. И штат – пять секретарей, десять помощников, двадцать курьеров.

– Я чувствую себя генералом, планирующим военную кампанию, – сказала я, разглядывая карту королевства.

– По сути так и есть, – ответил Маэль. – Только воюем мы со смертью и болезнями.

Мы разработали пятилетний план. Первый год – создание управленческой структуры и подготовка преподавателей. Второй – открытие двух школ. Третий – еще три школы. К пятому году – полностью функционирующая система.

– Северная школа в Новгороде, – я ставила метки на карте. – Торговый центр, много денег, можно привлечь купцов как спонсоров.

– Южная в Киеве, – добавил Маэль. – Политический центр региона, важно иметь там представительство.

– Западная в Галиче – приграничье, много военных травм, хорошая практика для хирургов.

– Восточная во Владимире – тоже военный центр.

– И пятая… – я задумалась. – В Москве. Маленький пока город, но что-то мне подсказывает, что у него большое будущее.

Маэль улыбнулся:

– Интуиция?

– Возможно. Или просто удачное географическое положение.

Параллельно шла работа над учебными программами, стандартами, методическими материалами. Я писала по восемнадцать часов в сутки, пока Маэль силой не уводил меня спать.

– Ты себя угробишь раньше, чем создашь систему здравоохранения.

– Еще один абзац…

– Нет. Спать. Приказ Главного инспектора.

– Злоупотребление служебным положением!

– Зато эффективно.

* * *

Через месяц мы были готовы возвращаться домой. Планы составлены, финансирование получено, полномочия оформлены. Но перед отъездом нужно было решить еще множество вопросов.

Король выделил нам не просто деньги – он дал карт бланш на реформирование всей системы здравоохранения. С одной стороны, это была невероятная возможность. С другой – ответственность, от которой кружилась голова.

– Смотри, что я выторговал у казначея, – Маэль вошел в мой временный кабинет с грудой документов. – Ежегодное финансирование в размере ста тысяч золотых! Это больше, чем тратят на всю королевскую гвардию!

– Серьезно? Как ты это сделал?

– Показал расчеты. Каждый спасенный крестьянин – это минимум двадцать лет налогов. Каждый выживший ребенок – будущий солдат или ремесленник. Каждая спасенная роженица – еще пять-семь детей для королевства. Чистая математика.

– Циничненько.

– Зато эффективно. Казначей чуть не расцеловал меня, когда понял масштаб экономической выгоды.

Я рассмеялась. Мой идеалист-алхимик научился говорить на языке политиков и финансистов. Адаптация прошла успешно.

– А у меня тоже новости, – я достала свиток с королевской печатью. – Указ о создании Медицинского совета королевства. Я – председатель, ты – заместитель. И смотри, кто еще в составе.

Маэль пробежал глазами список:

– Главный королевский лекарь, архиепископ, командующий военными госпиталями… Это же вся верхушка! Они согласились?

– После нашей демонстрации у них не было выбора. Либо присоединиться к реформам, либо остаться за бортом истории.

– Политик из тебя получается не хуже, чем врач.

– Это по необходимости. В Москве я могла позволить себе быть просто медиком. Здесь приходится быть и врачом, и администратором, и дипломатом. И знаешь, что самое странное? – сказала я Маэлю накануне отъезда, когда мы паковали последние документы.

– Что?

– Три года назад меня уволили из московской больницы. Сказали, что я не умею работать в системе, не способна на административную работу. А теперь я фактически министр здравоохранения целого королевства.

– Жизнь полна иронии.

– Или справедливости. Запоздалой, через другой мир, но справедливости.

В последний день король принял нас лично, без свиты. Мы встретились в его личном кабинете – уютной комнате с видом на королевский сад. Никакой помпезности, только книги, карты и удобные кресла.

– Присаживайтесь, – король жестом указал на кресла напротив. – Хочу поговорить неформально, без протокола.

Мы сели. Я нервно теребила край платья – без официальной обстановки король казался еще более проницательным.

– Расскажите мне честно, – начал он, наливая вино в три кубка. – Сколько времени потребуется, чтобы результаты стали заметны по всему королевству?

– Если все пойдет по плану, – ответила я, – первые результаты будут видны через год. Существенное снижение смертности – через три года. Полная трансформация системы – пять-семь лет.

– Долго. Но я готов ждать. У меня есть сыновья, внуки. Хочу оставить им здоровое королевство.

Он помолчал, глядя в окно.

– Знаете, мой отец умер в сорок лет от болезни, которую сейчас вы лечите за неделю. Мать – в родах с моим младшим братом. Из восьми моих братьев и сестер до взрослого возраста дожили трое. Это считалось хорошим результатом.

– Это изменится, ваше величество. Обещаю.

– Верю. Поэтому и даю вам такие полномочия. Но предупреждаю – будет сопротивление. Старая гвардия, церковь, знахари, даже часть знати. Готовы?

– Мы уже сталкивались с сопротивлением, – ответил Маэль. – И победили.

– То была деревенская склока. Здесь будет большая политика. Но я прикрою вас своим авторитетом. По крайней мере, первое время. Госпожа Элиана, могу я задать личный вопрос?

– Конечно, ваше величество.

– Вы не отсюда, верно? Есть в вас что-то… иномирное.

Я застыла. Он знает?

– Не бойтесь, я не инквизитор. Просто за годы правления научился видеть людей. Вы смотрите на мир глазами человека, видевшего нечто большее. Откуда вы?

– Из места, где медицина продвинулась очень далеко, но потеряла душу, – ответила я честно. – Здесь я пытаюсь создать медицину, которая будет передовой, но человечной.

– Мудрый подход. Удачи вам. И помните – если будут проблемы – пишите напрямую.

– Спасибо, ваше величество. За доверие.

– Это вам спасибо. За надежду на лучшее будущее.

* * *

Обратная дорога казалась короче. Может, потому что мы теперь знали, куда едем и зачем. В каждом городе нас встречали как героев – весть о королевских назначениях опередила нас.

– Главный советник! – восклицали местные воеводы. – Какая честь принимать вас!

– Та же Элиана, – отвечала я. – Просто с большими полномочиями и большей ответственностью.

Но самым волнующим было возвращение домой. Вся школа высыпала встречать нас. Транспаранты, цветы, слезы радости.

– Рассказывайте! – требовали все.

И мы рассказывали. О дворце, о короле, о демонстрации, о назначениях.

– Так ты теперь министр? – округлила глаза Параша.

– Типа того, я Главный советник.

– А я думала, ты просто наша Элиана останешься, – вздохнула Анна.

– Я и осталась вашей Элианой. Просто теперь с дополнительными обязанностями.

Вечером, когда праздничный ажиотаж улегся, мы с Маэлем сидели в нашей любимой лаборатории. На столе лежали королевские указы, планы будущих школ, списки необходимого оборудования. Но сейчас мы просто сидели рядом, держась за руки, и переваривали произошедшее.

– Знаешь, что меня больше всего пугает? – призналась я.

– Что?

– Скорость перемен. Три года назад я была никем в этом мире. Год назад – просто провинциальным лекарем. А теперь – второй человек в королевстве по медицинским вопросам. Это слишком быстро.

– Или в самый раз. Смотри – если бы ты поднималась по карьерной лестнице традиционным путем, сколько бы это заняло? Двадцать лет? Тридцать? А сколько людей умерло бы за это время от излечимых болезней?

– Логично. Но все равно страшно.

Маэль притянул меня к себе:

– Помнишь, что ты сказала, когда мы только начинали? «Если не мы, то кто? Если не сейчас, то когда?» Это все еще актуально.

– Помню. Просто тогда речь шла об одной школе. А теперь – о целой стране.

– Принцип тот же. Только масштаб больше. Зато и возможностей больше. Представь – через пять лет тысячи врачей будут работать по всему королевству. Десятки тысяч спасенных жизней. Может, сотни тысяч.

– Когда ты так говоришь, это звучит как сказка.

– Это наша реальность. Которую мы создаем сами. Страшно? – спросил он.

– Ужасно. Но восторг перевешивает страх.

– Справимся?

– А у нас есть выбор?

– Всегда есть. Можем отказаться, вернуть полномочия.

– После такого шанса изменить мир? Ни за что.

– Знала, что ты так скажешь. Поэтому и люблю.

– Только поэтому?

– Ну еще ты красиво оперируешь, варишь отличные отвары и не храпишь.

– Романтик.

– Реалист.

Мы рассмеялись. Впереди была титаническая работа. Создание национальной системы здравоохранения с нуля. Но мы были готовы.

– Кстати, – вспомнила я. – Мы же собирались пожениться первого мая.

– Уже апрель кончается.

– Успеем?

– Для тебя – что угодно. Даже свадьбу за три дня организую.

– Не надо подвигов. Простая церемония, только для своих.

– Ты – Главный королевский советник. Теперь у тебя не может быть простой свадьбы.

– Посмотрим.

За окном над школой всходила луна. Наша маленькая провинциальная школа, ставшая центром медицинской революции. Кто бы мог подумать три года назад?

– Знаешь, о чем я думаю? – сказала я.

– О чем?

– Хорошо, что меня уволили из той больницы. Иначе я бы никогда не попала сюда, не встретила тебя, не создала все это.

– Судьба?

– Или невероятное везение.

– Или то и другое.

Мы сидели в тишине, держась за руки, и думали о будущем. О школах, которые построим. О врачах, которых обучим. О жизнях, которые спасем.

Весенние планы превратились в весенние свершения. И это было только начало.