Текст книги "Проклятый принц и моя большая заноза (СИ)"

Автор книги: Леон Монтан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

Глава 13. Дикарь срывает маску

Зеркальный лабиринт сошел с ума вместе с нами. Тысячи отражений вспыхивали, дробились и сливались воедино, когда Раэлар вбивался в меня с первобытной, сокрушительной силой.

Я ожидала чего угодно. Я думала, что эльфийская страсть – это нечто возвышенное, плавное, сотканное из лунного света, шепота и грации. Как же жестоко, как восхитительно я ошибалась. То, что сейчас происходило на гигантском бархатном ложе, не имело ничего общего с грацией. Это была первобытная битва, акт абсолютного, тотального доминирования, в котором древний хищник дорвался до своей добычи.

Он не занимался со мной любовью. Он брал меня. Жестко, властно, заявляя права на каждую каплю моей крови, на каждый судорожный вдох.

– Раэлар... – мой голос сорвался на высокий, скулящий стон, когда он перехватил мои запястья одной рукой и с силой вжал их в мягкий бархат над моей головой.

Его вторая рука скользнула под мою поясницу, приподнимая меня, задавая еще более глубокий, почти невыносимый угол проникновения. Каждый его толчок отдавался во мне электрическим разрядом, от которого перед глазами взрывались сверхновые. Разница в наших габаритах была колоссальной. Я чувствовала себя хрупкой куклой в руках гиганта, но эта физическая беспомощность лишь подстегивала мое возбуждение до критической отметки.

– Ты называла меня цветочным эльфом, – прорычал он. Его лицо нависло надо мной, искаженное чистой, незамутненной животной похотью. В черных, лишенных радужки глазах полыхало адское пламя. – Ты думала, мы питаемся нектаром и поем песни деревьям?

– Я... ах... я думала, вы хотя бы... иногда бываете нежными... – попыталась огрызнуться я, извиваясь под его тяжестью. Моя человеческая наглость отказывалась сдаваться даже сейчас.

Раэлар издал низкий, вибрирующий звук, похожий на рык крупного кошачьего. Это не было метафорой – звук действительно зародился где-то глубоко в его грудной клетке, отдаваясь вибрацией по моему телу.

– Нежность – удел слабаков, – он ударил бедрами так сильно, что я вскрикнула, выгибаясь дугой. – Совет cтарейшин тоже хотел от меня нежности. Они хотели, чтобы я был покорным принцем Дома Ночных Звезд. Идеальным, светлым, холодным...

Его губы скользнули по моей скуле, оставляя влажную дорожку, и спустились к шее.

– Знаешь, за что они заперли меня в этом стеклянном склепе на самом деле, Ева? – его шепот обжигал мою кожу, пока его бедра продолжали задавать безжалостный, рваный ритм. – Не за политику, и не за пророчество.

– За... скверный характер? – выдохнула я, впиваясь ногтями свободной руки в его литое плечо.

Он глухо усмехнулся, прикусывая кожу на моем плече. Я дернулась от резкой вспышки боли, которая тут же сменилась горячей волной экстаза.

– За это, – прошептал он.

Пространство вокруг нас потемнело. Тени, таившиеся в углах бесконечных зеркальных коридоров, ринулись к нашему ложу. Они клубились вокруг Раэлара, как живые змеи, сплетаясь с его серебряными волосами, стекая по его напряженной спине. От него исходила волна такой чудовищной, темной магии, что мне стало трудно дышать. Это был концентрированный хаос.

– Я родился с бездной внутри, – его голос стал двойным, демоническим, заполняющим весь лабиринт. – Моя магия – это тьма, которая пожирает свет. Я не умею исцелять деревья. Я умею убивать. Я умею разрушать. Моя сущность – это голод, который эльфы презирают. Они боялись меня с самого моего первого вздоха. Я был чудовищем в идеальной семье.

Он резко вытащил мои руки из-под своей хватки. Я попыталась обнять его, но тени, клубящиеся вокруг, вдруг обрели плотность. Они метнулись к моим запястьям, обвили их, как шелковые канаты, и с силой притянули к спинке ложа.

Я дернулась. Магические путы держали намертво.

– Раэлар! – я широко распахнула глаза, чувствуя, как паника смешивается с совершенно нездоровым, диким возбуждением.

– Тссс, моя заноза. Моя строптивая, бесстрашная ведьма, – он навис надо мной, опираясь руками по обе стороны от моих бедер. Его торс, покрытый бисеринами пота, тяжело вздымался. – Здесь мне не нужно сдерживать свою природу. В этом лабиринте я тот, кто я есть на самом деле, и я собираюсь взять тебя так, как того требует мой внутренний зверь.

Он не дал мне ответить.

Его бедра обрушились на меня с удвоенной яростью. Это был уже не секс, это было соитие двух стихий. Он вбивался в меня до самого основания, заставляя меня кричать в голос. Зеркала тысячекратно отражали мое связанное, извивающееся тело и возвышающегося над ним темного бога.

Раэлар больше не сдерживался. Его клыки, удлинившиеся и заострившиеся, блеснули в полумраке.

Он наклонился и впился зубами в основание моей шеи.

Я пронзительно вскрикнула. Боль была острой, пронзающей. Он прокусил кожу. Я почувствовала, как по моей ключице побежала горячая капля крови.

Но вместо страха меня накрыло первобытной, сносящей крышу эйфорией. Моя хаотичная человеческая магия откликнулась на его зов.

Раэлар зарычал, слизывая мою кровь со своей губы. В его глазах полыхало абсолютное безумие.

– Моя, – прорычал он, слизывая кровь с моей шеи, зализывая ранку своим горячим, шершавым языком. – Моя самка. Моя ведьма. Моя кровь. Теперь каждая теневая гончая, каждый маг в твоем мире будет чуять этот запах. Они будут знать, что ты принадлежишь чудовищу.

Он начал оставлять метки по всему моему телу. Жадные, грубые поцелуи чередовались с укусами. Он метил ключицы, плечи, нежную кожу под грудью. Я извивалась в теневых путах, не в силах сбежать, не в силах даже пошевелиться, полностью отданная на растерзание его инстинктам.

Сенсорный перегруз был тотальным. Я чувствовала его жесткую хватку на своих бедрах, его клыки на своей коже, его огромный, пульсирующий член внутри себя. И я видела это. Зеркала не давали мне спрятаться от собственного бесстыдства. Я видела свое искаженное страстью лицо, свои связанные руки, видела, как этот древний, совершенный хищник клеймит меня.

– Посмотри на себя, Ева, – приказал он, перехватывая мой подбородок пальцами, испачканными в моей крови, и заставляя повернуть голову к ближайшему зеркалу. – Посмотри, как ты растекаешься подо мной.

– Иди... к черту... – выдохнула я, тяжело дыша, хотя мое отражение говорило об обратном. Я выглядела не просто покорной – я выглядела одержимой.

– Ты уже там, любимая, – он хрипло рассмеялся, и этот смех был полон темной магии. – Я твой персональный дьявол. И ты обожаешь то, что я с тобой делаю. Признай это.

Он резко сменил темп. Вместо глубоких, размашистых толчков он начал двигаться короткими, жесткими рывками, задевая самые чувствительные точки внутри меня. Это была пытка. Сладкая, невыносимая пытка, которая сводила мышцы судорогой.

Я начала задыхаться. Возбуждение скручивалось внутри тугой, искрящейся спиралью.

– Пожалуйста... – сорвалось с моих губ. Я дернула связанными руками, пытаясь податься ему навстречу.

– Что «пожалуйста»? – Раэлар остановился. Просто замер внутри меня, тяжело дыша.

Я издала жалобный, скулящий звук, сжимая бедра.

– Не останавливайся...

– Ты умеешь просить, человечка? – его глаза сузились. Тьма вокруг него вибрировала, предвкушая мою капитуляцию. – Та самая Ева Гроули, которая обещала продать меня на опыты? Та, что смеялась мне в лицо?

– Я убью тебя... как только ты меня развяжешь... – прошипела я, выгибаясь дугой, умоляя о трении.

– Неправильный ответ, – он медленно, мучительно медленно подался назад, почти выходя из меня, а затем так же медленно вошел обратно.

Я закричала, запрокидывая голову. Искры полетели из глаз.

– Проси меня, Ева, – прошептал он, нависая надо мной, его грудь касалась моей груди. – Назови меня своим господином. Признай, что ты сломлена, что ты принадлежишь мне.

Я ненавидела его в этот момент, и я любила его до потери пульса. Моя гордость, моя хваленая независимость рассыпались в прах под тяжестью его черного взгляда и его пульсирующей плоти внутри меня.

– Да... – всхлипнула я, глядя в его бездонные глаза. – Да, проклятье! Я твоя! Я сломлена! Ты мой господин, мой владыка, мой монстр... Только, умоляю, не останавливайся! Возьми меня!

Удовлетворенный, дикий рык вырвался из его горла.

Теневые путы на моих запястьях мгновенно исчезли.

Мои руки взметнулись вверх, впиваясь в его плечи, притягивая его к себе с нечеловеческой силой.

Раэлар обрушился на меня, как лавина. Теперь он двигался с такой скоростью и яростью, что грань между болью и удовольствием стерлась окончательно. Мы превратились в один клубок из бледной кожи, крови, пота и первобытной магии.

Зеркала вокруг нас начали трескаться от резонанса нашей силы. Амальгама покрывалась паутиной морщин, не выдерживая выплеска темной эльфийской энергии и моего хаотичного ведьминского резерва.

– Ева! – его голос перекрыл звон трескающегося стекла.

Он обхватил меня за талию, приподнимая, вдавливая меня в себя так глубоко, словно хотел сшить наши тела воедино.

Оргазм ударил меня, как прямой удар молнии.

Я закричала его имя, сжимая его бедрами, содрогаясь от мощнейших, разрывающих на части спазмов. Из моей груди вырвался столб белого света – моя собственная, неконтролируемая магия, ответившая на его тьму. Свет ударил в ближайшее зеркало, разбивая его вдребезги.

Раэлар зарычал, вбиваясь в меня в последний раз. Его огромное тело напряглось, как натянутая струна. Он излился в меня потоком раскаленного жидкого огня, содрогаясь в моих руках, утыкаясь лицом в мою искусанную шею. Его рычание перешло в хриплое, загнанное дыхание.

Осколки разбитых зеркал медленно оседали вокруг нашего ложа, переливаясь в призрачном свете, словно снег из алмазов.

Мы лежали, сплетенные воедино, не в силах пошевелиться. Мое сердце билось с такой силой, что мне казалось, оно проломит ребра. Раэлар всей своей тяжестью лежал на мне, но я не хотела, чтобы он отодвигался. Я гладила его по растрепанным серебряным волосам, чувствуя, как его темная магия, теперь успокоенная, лениво ластится к моей ауре.

Он медленно приподнялся на локтях, глядя на мое лицо.

Его глаза снова стали фиалковыми. Зверь насытился и уснул, уступив место мужчине, который смотрел на меня с непередаваемой, болезненной нежностью.

Он провел большим пальцем по моей щеке, стирая сажу и пот. Затем его взгляд опустился ниже, на мои плечи и шею.

Моя кожа была усеяна багровыми отметинами, синяками и засосами. Ранка от его укуса на ключице уже затянулась благодаря его магии исцеления, но оставила маленький, аккуратный шрам в виде полумесяца.

– Я причинил тебе боль, – тихо произнес он, и в его голосе проскользнула тень раскаяния. Он погладил метку от своих зубов. – Мой зверь... я предупреждал тебя, что он не знает пощады.

Я слабо усмехнулась, перехватывая его руку и поднося ее к своим губам. Я поцеловала его мозолистую ладонь.

– Если бы я хотела нежности, я бы не связалась с тобой, ваше высочество, – прошептала я, глядя ему в глаза. – Ты показал мне, кто ты есть, и знаешь что? Твой зверь мне нравится гораздо больше, чем тот высокомерный придурок, который читал мне нотации о морали сквозь стекло.

Раэлар издал тихий, искренний смешок. Он склонился и мягко, невероятно бережно поцеловал меня в губы.

– Ты сумасшедшая, – пробормотал он мне в губы. – Абсолютно, катастрофически безумная человечка.

– Я твоя человечка, – напомнила я, обвивая руками его шею. – Ты сам это кричал. Так что теперь тебе придется терпеть мое сумасшествие вечно.

Раэлар замер. Его взгляд стал серьезным. Он посмотрел по сторонам, на бесконечные анфилады зеркального лабиринта, часть из которых была разрушена нашим оргазмическим взрывом.

– Вечно, – медленно повторил он. – Мы заперты здесь, Ева. Зеркало в твоей лавке разрушено. Портал закрыт. Моя тюрьма стала нашей общей. Ассасины думают, что я мертв, а совет никогда не откроет эту дверь снова.

Он посмотрел на меня, ожидая истерики, слез, паники. Ожидая, что человеческая женщина, оказавшаяся запертой в карманном измерении без солнца и неба, сломается.

Я вздохнула, потягиваясь на шелковых простынях, как сытая кошка, и лукаво прищурилась.

– Знаешь, я всю жизнь работала в Нижнем Городе без выходных. – Я обвела взглядом роскошное ложе, бесконечные коридоры и огромного, обнаженного, потрясающе красивого эльфа, лежащего между моих ног. – Мне давно нужен был отпуск.

Раэлар недоуменно моргнул.

– Отпуск? – переспросил он, словно не веря своим ушам.

– Ага, – кивнула я. – У нас тут дворец, шикарная кровать. Никаких налоговых инспекторов, тупых клиентов и Маркусов фон Доренов. И у меня есть вечность, чтобы изучить древнюю эльфийскую магию на... практике.

Я скользнула рукой вниз по его животу, дразняще проводя ногтями по мерцающим рунам.

Раэлар шумно втянул воздух. Его глаза снова начали темнеть.

– Так что, владыка зазеркалья, – я игриво куснула его за подбородок. – Даю тебе пять минут на передышку, а потом мы продолжим. Мне нужно убедиться, что твой внутренний дикарь не потерял хватку.

Огромный эльф с древней темной магией в крови обреченно застонал, утыкаясь лицом мне в шею. Но в этом стоне не было ни капли жалобы.

– Я создал монстра, – пробормотал он, прижимая меня к себе так крепко, словно боялся, что я исчезну.

– И теперь тебе с ним жить, – довольно мурлыкнула я. – Приступай к своим прямым обязанностям, господин. Отпуск только начался.

Глава 14. Игры с отражениями

Время в зазеркалье текло по своим, абсолютно безумным законам. Здесь не было ни восходов, ни закатов, ни тиканья часов. Только вечное, призрачное серебристое сияние, льющееся с невидимого купола, и бесконечная анфилада черных мраморных залов.

Я не знала, сколько дней прошло с тех пор, как мы разрушили барьер и оказались заперты по эту сторону амальгамы. Судя по тому, что мои мышцы постоянно ныли от сладкой истомы, а на коже не успевали сходить одни синяки, как поверх них появлялись новые, мой «отпуск» проходил исключительно плодотворно. Раэлар оказался ненасытным. Века заточения и подавления инстинктов превратили его в идеальную, неутомимую машину для доставления удовольствия.

Но эльфийский принц не был бы собой, если бы позволил мне просто валяться на шелковых простынях и наслаждаться жизнью. Его маниакальная тяга к преподаванию никуда не делась. Как только он восстанавливал дыхание после очередного страстного соития, в нем снова просыпался суровый, невыносимо занудный магистр высшего искусства.

– Концентрация, Ева. Ты снова рассеиваешь поток, – раздался холодный, отстраненный голос у меня над ухом.

Я со стоном уронила голову на скрещенные руки. Мы сидели на полу в одном из малых зеркальных залов. На мне была надета только его огромная черная рубашка, рукава которой я закатала до локтей, а подол едва прикрывал середину бедер. Передо мной лежал кусок черного хрусталя, над которым я уже битый час пыталась сплести простейшую эльфийскую иллюзию света.

– Раэлар, я не рассеиваю поток, я просто засыпаю от скуки, – проворчала я, не поднимая головы. – Мы сидим над этим камнем целую вечность. Моя магия артефактора привыкла к динамике! К взрывам! К реакции элементов! А ты заставляешь меня медитировать на кусок стекла, как будто я укуренная гусеница на грибе.

Принц, сидевший напротив меня в идеальной позе лотоса, грациозно открыл свои фиалковые глаза. На нем были только узкие темные брюки, и вид его обнаженного, рельефного торса с мерцающими рунами никак не способствовал моей академической успеваемости.

– Иллюзия – это не взрыв, смертная. Это тончайшая работа с вероятностями, – произнес он тем самым тоном, за который мне регулярно хотелось ударить его чем-нибудь тяжелым. – В зазеркалье отражение – это не просто оптический эффект. Это потенциальная реальность. Чтобы создать фантом, ты должна заставить свет поверить в то, что форма уже существует. Но твой разум слишком примитивен и хаотичен, ты не можешь удержать образ.

Я резко выпрямилась, убирая растрепанные волосы с лица. Моя гордость, и без того изрядно помятая его постоянным доминированием в постели, радостно вскинула голову, требуя реванша хотя бы на интеллектуальном поле.

– Мой разум примитивен?! – я возмущенно фыркнула, скрещивая руки на груди, отчего ворот рубашки распахнулся, демонстрируя свежую багровую метку от его зубов на моей ключице. – Это твоя магия – сплошная теоретическая муть! Вы, эльфы, просто обожаете напускать туману. «Потенциальная реальность», «заставить свет поверить»... Звучит как дешевая реклама бродячего фокусника!

Желваки на скулах Раэлара дрогнули. Его идеальные брови медленно поползли вверх.

– Фокусника? – переспросил он, и температура в зале мгновенно упала на несколько градусов.

– Именно! – меня понесло, и я уже не могла остановиться. Я поднялась на ноги, потягиваясь, прекрасно зная, как это действует на него. Рубашка задралась, обнажая стройные ноги. Я обошла хрустальный камень и подошла к эльфу, глядя на него сверху вниз с максимально наглой ухмылкой. – Ты столько твердил о своей невероятной, неуправляемой темной силе. О том, что ты владыка этого места, но что я видела? Пару теневых щупалец? Способность менять мебель в спальне? Ого, ваше высочество, моя бабушка-ведьма делала то же самое с помощью щепотки сушеных жаб и крепкого матерного слова!

Раэлар не пошевелился. Он продолжал сидеть на полу, но его глаза... О, его глаза начали стремительно темнеть. Фиалковая радужка растворялась, уступая место бездонной, пугающей черноте, в которой разгоралось адское пламя.

– Ты сомневаешься в моей силе, человечка? – его голос упал до глубокого, вибрирующего баритона, который отдавался у меня где-то в районе желудка. – Ты считаешь магию иллюзий... фокусами?

Я почувствовала, как по позвоночнику пробежал восхитительный, предупреждающий холодок. Инстинкт самосохранения вопил, что нужно немедленно извиниться и сесть обратно за хрусталь, но мой внутренний адреналиновый наркоман ликовал.

– Я считаю, – я наклонилась к нему, опираясь руками о свои колени, так что мой вырез оказался прямо перед его лицом, – что ты просто прикрываешь заумными словами свою неспособность сделать что-то по-настоящему впечатляющее. Ты цветочный принц, Раэлар. Даже здесь, в своей обители тьмы, ты остаешься скучным, правильным теоретиком. Покажи мне реальную магию. Снеси мне крышу или признай, что твой предел – это пускать пыль в глаза.

Секунду ничего не происходило.

А затем Раэлар улыбнулся. Это была не та снисходительная усмешка аристократа. Это был оскал чистого, первобытного зла и предвкушения. От этой улыбки у меня перехватило дыхание, а внизу живота сладко заныло.

– Ты сама напросилась, Ева Гроули, – пророкотал он.

Он даже не встал. Он просто щелкнул длинными пальцами.

Пространство вокруг нас взорвалось.

Черный мраморный зал с тихим хрустом исчез. Пол ушел у меня из-под ног, я инстинктивно вскрикнула, взмахнув руками, но не упала. Я повисла в абсолютной, дезориентирующей бесконечности.

А в следующую секунду реальность собралась заново.

Я стояла в самом центре гигантской сферы. Вокруг меня, сверху, снизу, со всех сторон не было ничего, кроме огромных, идеально чистых зеркал, образующих многогранный купол. Ни дверей, ни окон, ни швов. Только я и тысячи, миллионы моих собственных отражений, уходящих в головокружительную, невозможную бесконечность.

Сенсорный удар был такой силы, что меня качнуло. Я закрутилась на месте. Везде была я: испуганная, растрепанная девчонка в мужской рубашке.

– Раэлар? – позвала я, чувствуя, как паника начинает щекотать горло. – Где ты?

– Я везде, моя заноза, – его бархатный, глубокий голос зазвучал не из одной точки, а со всех сторон сразу, многократно отражаясь от стеклянных стен. – Ты хотела посмотреть на фокусы? Ты хотела, чтобы я снес тебе крышу? Смотри внимательно.

Я обернулась. В одном из огромных зеркал прямо передо мной отражение вдруг изменилось.

Там стояла не я. Там стоял Раэлар. Он был одет в ту самую черную рубашку, в которой я впервые увидела его. Его глаза полыхали черным огнем. Он смотрел прямо на меня, а затем... он сделал шаг вперед.

Он шагнул сквозь стекло.

Поверхность зеркала разошлась рябью, как вода, выпуская его в центр комнаты. Он остановился в двух шагах от меня, высокий, подавляющий, идеальный.

Я облегченно выдохнула, собираясь сказать какую-то колкость, но слова застряли в горле.

Сзади меня раздался тихий, шелестящий звук.

Я резко обернулась. Из зеркала за моей спиной выходил... еще один Раэлар. Абсолютно идентичный. С той же хищной ухмылкой, с тем же горящим взглядом. Он был обнажен по пояс, на его теле мерцали древние руны.

– Какого... дьявола? – прошептала я, пятясь назад, но уперлась спиной во что-то твердое и горячее.

– Дьявол здесь ни при чем, – мурлыкнул третий голос прямо мне на ухо.

Я вскрикнула и дернулась в сторону. Третий Раэлар, материализовавшийся из бокового зеркала, стоял так близко, что я чувствовала жар его тела.

А затем вышел четвертый.

Они окружили меня. Четыре высших эльфа. Четыре хищника с одинаковыми лицами, одинаковыми черными глазами и одинаковой, сжигающей дотла аурой вожделения. Лабиринт отражений вокруг нас тысячекратно умножил эту картину. Я была центром пульсирующей, безумной вселенной, состоящей только из него.

– Это... это иллюзии, – мой голос дрожал. Я пыталась убедить свой мозг, что всё это не по-настоящему. – Это просто свет, фантомы.

Один из фантомов – тот, что стоял передо мной в рубашке – медленно поднял руку.

– В зазеркалье, Ева, – произнес он, и его губы двигались синхронно с остальными тремя, – фантазия и реальность – это одно и то же. Ты бросила мне вызов. Ты сказала, что я скучный. Что ж... давай проверим, насколько хватит твоего хваленого человеческого разума.

Его пальцы коснулись моей щеки.

Я ахнула. Прикосновение было абсолютно реальным. Кожа к коже. Но оно было обжигающе ледяным, как прикосновение самого стекла.

В ту же секунду Раэлар, стоявший у меня за спиной, положил свои огромные ладони мне на талию. И его руки были раскаленными, как кузнечные горны.

– Раэлар... стой... – я попыталась вырваться, но горячие руки на талии сжали меня мертвой хваткой, притягивая к твердому мужскому животу.

Третий фантом, стоявший слева, шагнул ближе и зарылся длинными пальцами в мои волосы, оттягивая голову назад, открывая беззащитную шею. Его прикосновение ощущалось как чистый, пульсирующий электрический ток.

Четвертый фантом опустился передо мной на колени.

Мой мозг отказался это обрабатывать. Логика рухнула. Я чувствовала их всех одновременно. Четыре разных, но абсолютно реальных физических воздействия.

– Ты называла меня теоретиком, – шептал ледяной фантом, нежно поглаживая мою щеку, пока его большой палец мазнул по моим приоткрытым губам.

– Я покажу тебе практику, которую ты не забудешь до конца своих дней, – рычал раскаленный фантом у меня за спиной, прижимаясь возбужденной плотью к моим ягодицам сквозь тонкую ткань рубашки.

– Ты будешь умолять меня о пощаде, – вибрировал электричеством голос третьего, чьи губы прижались к моей шее, оставляя обжигающую, влажную дорожку поцелуев.

Фантом, стоявший на коленях, медленно, неотвратимо потянул мою рубашку за подол вверх.

Я закричала. Не от страха, от мгновенного, ошеломляющего сенсорного перегруза. Моя нервная система взвыла от количества стимулов. Лед, пламя, электричество, шелк, жесткие мужские руки, горячее дыхание и бесконечные, кружащиеся отражения вокруг нас, в которых я видела, как меня поглощает этот совершенный монстр.

Рубашка слетела с моих плеч, разорванная невидимой силой. Я осталась абсолютно обнаженной в центре этого сводящего с ума хоровода.

– Нет... это невозможно... так не бывает... – всхлипывала я, мотая головой. Мои ноги подкосились, но четыре пары сильных рук удержали меня на весу.

– В моем мире бывает всё, – хором, многоголосым демоническим эхом ответили они.

Горячие руки со спины скользнули на мою грудь, властно сжимая ее, сминая затвердевшие до боли соски. В то же самое время фантом передо мной впился в мои губы глубоким, свирепым поцелуем, его ледяной язык проник в мой рот, выбивая остатки воздуха. Фантом слева кусал мои плечи, оставляя горящие метки.

А тот, что стоял на коленях, раздвинул мои бедра. Его горячее дыхание коснулось моего самого чувствительного места, а затем влажный, шершавый язык уверенно и безжалостно скользнул по моему клитору.

– А-а-а-ах! – мой крик разорвал поцелуй. Я выгнулась так резко, что едва не сломала спину.

Мое сознание разорвалось на части. Я не могла сфокусироваться. Если бы меня ласкал один мужчина, я бы могла отдаться ритму, но их было четверо. Они атаковали каждую эрогенную зону моего тела с нечеловеческой, математически выверенной эльфийской жестокостью. Я захлебывалась в ощущениях.

– Смотри на нас, Ева, – приказал ледяной фантом, отрываясь от моих губ. – Открой глаза. Смотри в зеркала.

Я с трудом разлепила тяжелые веки, сквозь слезы абсолютного экстаза глядя на стеклянные стены.

Там, в тысячах отражений, я видела картину немыслимого разврата. Бледная девушка, распятая в воздухе в руках четырех одинаковых, потрясающе красивых демонов. Они покрывали поцелуями мое тело, они сжимали мою плоть, они сводили меня с ума. Границы между реальностью и фантазией стерлись. Где был настоящий Раэлар? Был ли он одним из них, или он был всеми ими одновременно?

Я перестала понимать, где заканчиваюсь я и начинается его магия. Моя собственная магия артефактора, подогретая этим диким возбуждением, начала хаотично выплескиваться наружу. Вокруг нас заискрили белые и золотые вспышки.

– Раэлар! – рыдала я, извиваясь в их руках. Удовольствие было настолько острым, что переходило в агонию. – Хватит... пожалуйста! Я не выдержу! Мое сердце не выдержит!

– Признай, что моя магия – это не фокусы, – горячо прошептал фантом за моей спиной, его пальцы скользнули внутрь меня, пока тот, что был на коленях, продолжал терзать меня языком. Двойная стимуляция вышибла из меня последний дух.

– Признаю! Признаю, проклятье! – визжала я, цепляясь пальцами за серебряные волосы фантома слева. – Ты бог! Ты владыка! Ты самый невероятный маг во всех мирах! Только закончи это! Возьми меня!

Зал зеркал содрогнулся от оглушительного, торжествующего мужского рыка.

В одно мгновение три фантома – ледяной, электрический и тот, что был на коленях – разлетелись на тысячи серебряных искр, растворяясь в воздухе.

Остался только один. Тот, что стоял за моей спиной. Настоящий, горячий, пылающий от первобытной, животной похоти.

Он развернул меня к себе лицом одним мощным рывком. Его глаза были двумя черными дырами, из которых сочилась тьма. Его грудь тяжело вздымалась. Он не дал мне времени на передышку. Подхватив меня под бедра, он одним шагом прижал меня к гладкой поверхности ближайшего зеркала. Холод стекла обжег мою пылающую спину.

Раэлар вошел в меня одним мощным, сокрушительным ударом, до самого основания.

– Моя, – проревел он, и это слово эхом ударилось о стеклянный купол.

Я вцепилась зубами в его плечо, чтобы не закричать слишком громко, но это не помогло. Сенсорный перегруз от фантомов создал такую колоссальную базу возбуждения, что первый же толчок настоящего, плотного мужского тела стал детонатором.

Оргазм обрушился на меня, как цунами. Он был настолько сильным, что я буквально ослепла. Я не могла дышать. Мои мышцы спазмировались с такой жестокостью, что Раэлар зарычал, чувствуя, как я сжимаю его внутри себя. Волны экстаза накатывали одна за другой, выкручивая меня наизнанку, стирая мою личность, оставляя только чистый, первобытный инстинкт.

Зеркала вокруг нас не выдержали.

С оглушительным, хрустальным звоном огромные грани сферы начали трескаться и осыпаться, не выдерживая выплеска нашей объединенной, хаотичной энергии. Дождь из серебряных осколков падал вокруг нас, но ни один из них не касался нашей кожи – тьма Раэлара щитом укрывала нас от разрушения.

Он вбился в меня в последний раз, содрогаясь всем своим огромным телом. Его горячее семя наполнило меня, смешиваясь с пульсацией магии. Он уткнулся лицом в мою шею, тяжело и загнанно дыша.

Я безвольно висела в его руках, прижатая к единственному уцелевшему куску зеркала, не в силах даже открыть глаза. Мое сознание медленно возвращалось в тело, собираясь по кусочкам после этого абсолютного, тотального уничтожения.

Раэлар медленно поднял голову. Он осторожно, почти нежно опустил меня на ноги, но продолжал удерживать за талию, зная, что я упаду.

Пространство вокруг нас снова изменилось. Осколки исчезли, купол растворился. Мы снова стояли в малом зеркальном зале, на полу которого сидели час назад. Кусок черного хрусталя сиротливо валялся в углу.

Я прислонилась лбом к его груди, вдыхая запах пота, озона и мужской силы. Мои ноги дрожали так, что стучали зубы.

Принц зарылся пальцами в мои растрепанные, мокрые волосы. Его дыхание все еще было тяжелым, но в движениях сквозила абсолютная, уверенная в себе грация победителя.

– Ну что, маленькая ведьма, – его голос был хриплым, полным темного, порочного удовлетворения. Он приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть в его фиалковые глаза, в которых плясали смешинки. – У тебя еще остались сомнения в моих магических способностях? Или мне стоит показать тебе еще пару... фокусов?

Я сглотнула, глядя на его самодовольную ухмылку. У меня не было сил даже на сарказм. Мое тело было выжато до последней капли.

– Если ты... – я прерывисто вздохнула, прижимаясь к нему крепче, – если ты покажешь мне еще хоть один фокус... я умру от разрыва сердца. И тебе придется выносить мой труп из этого лабиринта.

Раэлар тихо, бархатисто рассмеялся, подхватывая меня на руки.

– Не дождешься. Я не позволю тебе умереть, Ева. Ты слишком нужна мне живой. Нам еще столько предстоит изучить.

Я уткнулась носом в его шею, закрывая глаза. Моя провокация обернулась моим же полным разгромом. И, проваливаясь в сладкий, изматывающий сон прямо у него на руках, я с ужасом и восторгом понимала: я буду провоцировать его снова и снова, пока мы не сведем друг друга с ума окончательно.