Текст книги "Я стану твоей проблемой (СИ)"

Автор книги: Лена Поллина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 30

Тимур

Три месяца спустя

– Ты красивая – шепчу Янке одними губами.

Янка закрывает пудру и, бросив ее в сумку кисло мне улыбается.

– Спать хочу -упав на кожаную спинку скамейки ползет в мои объятия.

Мы сидим в очереди на скрининг. Моя девочка настолько сильно переживает, что в зеркальце раз сто уже посмотрелась.

Начало беременности у нее проходило тяжело. Сильно мучал токсикоз.

Но вот уже месяц Яна чувствует себя намного лучше. Хорошо, хоть перед свадьбой все это успело пройти.

–Агачева… – доносится из приоткрытых дверей.

Янка хитро улыбается и дернув бровью шепчет.

– Эй, это что меня так вызывают, да?

Мои губы тянутся в улыбке.

Тебя конечно…

Янка была самой красивой невестой… Как бы банально это не звучало.

Нашу свадьбу мы праздновали «скромно» в загородном доме в кругу близких и друзей, которых было больше сотни. С моей стороны пришло от силы человек десять. Я не привык к такого рода мероприятиям, пришлось приспосабливаться к громовскому размаху.

Поцеловав жену, выпускаю ее из объятий и следую за ней в кабинет.

В сердце приятно вошкается предвкушение.

Нам сейчас покажут закорючку и назовут ее нашим малышом.

Проследив за движением руки немногословной женщины в белом халате падаю на диван, на который она мне указала.

– Проходите за ширму, раздевайтесь – говорит она глядя на Яну и моя девочка послушно выполняет все указания. Бегло осматриваю кабинет. Нажав на боковую кнопку смартфона проверяю время. Задерживаться мне тут нельзя, по пришедшему сообщению вижу.

И мне везет потому, что уже через пару минут я вглядываюсь в мутный экран и слежу за курсосром.

–Вот ваша ляля. Предположительно девочка, но точный пол на таком сроке сказать не могу. – выговаривает врач, водя датчиком по животу моей жены.

Смотрю на мутный экран и чувствую, как увлажняются мои глаза.

Сума сойти…

Никогда бы не подумал, что взбалмышная, капризная и невыносимо высокомерная Яна Громова посмотрит на меня не свысока, а снизу вверх. Преданно, покорно и с любовью.

Для меня она всегда была ненужным фоном, прилагающимся к своей семье.

Она никогда не разговаривала с окружающими, только блуждала по нам быстрым, скучающим взглядом.

Я в свою очередь не очень-то по этому поводу парился. Но когда она мне в первый раз улыбнулась… Я понял, что она не безэмоцианальная кукла. Она живая…Видимо это и стало началом моих чувств.

Пока врач разговаривает о чем-то с Яной включаю камеру и вытянув руку перед экраном фотографирую маленькое серое пятнышко.

Родственники нас заверяют, что там сидит девочка. Сашка мол, никогда не ошибается.

Я верю.

Врач нам говорит, что малыш развивается в пределах нормы. Советует побольше гулять и даже разрешают бассейн. Перевожу взгляд на жену и слежу, как у Янки дергается горло, когда она сглатывает волнение.

Она мне ни раз признавалась, что ей хочется в воду.

Но Янка у меня молодец. Держится.

У меня много раз на эту тему появлялись размышления. Как взрослый мужик может сотворить такое с младенцем? Подселить что-то потустороннее в малюсенькое, беззащитное тельце. Она для него тогда была не правнучкой, а расходным материалом.

И что он потом хотел с ней сделать?

Вот ей Богу, сам лично бы морду этому уроду набил. И не только этому… На мой телефон еще вчера вечером упало сообщение, что розововолосый придурок вернулся в город.

Я не спал всю ночь, продумывая план.

Когда мы прилетели в Москву я с ноги ворвался в офис этого Егора-Crazy и записав на телефон придурка то, как я из него выбиваю извинения перед Янкой, выложил сопливо-кровавую рожу в его же Тик Ток.

Видео получилось очень резонансным.

«Девочка» с розовыми волосами накатала на меня заяву.

Я, как на ладони был тогда. И фейсом пальнул и голосом. Хорош на камере получился ничего не скажу. Половина подписчиков тогда грозилась мне выколоть глаза, другая половина переметнулась ко мне. Даже фан страницу создали и начали сливать туда все наши с Янкой фотки и видяхи, которые появлялись в Янкином Тик Токе и инстаграме.

Сумасшедшие дети… От чего фанатеют? От обычного парня, который ничем не выделился. Хотя без ложной скромности скажу, что лучше от такого простого, как я чем от этого морального урода.

Егор оказался пранкером, который обливал прохожих краской, перерезал наушники, выливал на них кофе.

Я считаю, таким пересадка мозга нужна. Этот уже бесполезен, ибо прокис.

Розоволосый Егор потом еще Янкины провокационные фотки и видео с накуренных вечеринок принялся выкладывать. Мол месть за то, что я ему зуб сломал…

Месть…

По морде тоже надо уметь получать. Этот словно в пробирке выращивался. Мужиком-то не назовешь.

Нельзя ему в нормальное общество выходить. Сразу половину рожи на асфальте оставит.

Мы с Киром конечно все подчистили.

В общем в сентябре, я чуть не загремел по статье, но меня вытащил мой тесть.

Он в нашей семье кто-то вроде ангела-хранителя.

Разговор у нас тогда с ним состоялся очень напряженный.

Громов замял дело и постарался спокойно выслушать меня. Спокойно, конечно не получилось. Поорали мы с ним друг на друга немного.

Но когда я в подробностях и деталях объяснил, все что происходило в жизни его дочери и какие последствия гуляли по сети он меня услышал.

В общем, поговорив мы с ним решили, что нужно этого Егора наказать не оставляя улик. Мне, как мужу разрешили действовать самостоятельно, но в рамках громовского контроля.

Я отключу все видеонаблюдение, прикроет меня Ник, он тут на недельку прилетел на совещания акционеров в «Геометрию». Он в предстоящем деле тоже заинтересованное лицо.

К нашему сраному Егору так просто не подобраться. Он охраной обложен, словно президент. Видимо каждый второй мечтает ему нос снести к чертям. Провокатор херов. Вот такие на хэйте только и выезжают, потому что ничего другого предложить аудитории не могут.

Мы с Янкой выходим из больницы и направляемся в сторону парковки. На ходу проверяю время. Стыдно сказать, но мне срочно надо слить куда-то жену, потому что сообщение пришло от Громова. Его парни держат Егора в фокусе больше суток.

Сейчас мой выход.

Мы обязаны этого хера зажравшегося проучить. Это, блядь моя цель и мой долг. На кону честь моей жены. Прошлое у нее конечно не райское, но я ж знал, что ей до святой далековато.

Но не подозревал насколько.

Самое ужасное из всего этого– наличие в ее прошлом наркотиков.

Появись такие видео в сети для Громова будет обеспечен хороший скандал.

Мне б морду этому розоволосому набить, пробраться к компу и Гештальт будет закрыт.

Снесу все к херам, уверен, что мир ничего не потеряет, от того что вся информация находящаяся в его компьютере будет удалена безвозвратно.

Убираю телефон в карман и ежусь от сырости и ветра.

Ноябрь в Москве ощутимо прохладный. С нашим мягким, сочинским не сравнится, конечно.

Тяну руку к белой, пухлой куртке и натягиваю на кудри своей жены капюшон.

– Сейчас поедем в торговик за шапкой – обхватив рукой пока еще тонкую талию тяну Янку на себя и целую холодный нос.

Сколько раз уже делал замечание, что шапка-это основной осенний аксессуар. Теперь она должна не только о себе заботиться.

Янка жмурит нос, изображая ежа и дышит мне в щеку.

– Отвези меня в универ, пожалуйста. Женька мне написала, что нам пару поставили.

С облегчением выпускаю из легких воздух.

Небо на моей стороне.

Янка сто раз пожалела, о том что зажала мне свою машину, потому что ей за руль сесть так никто и не разрешил (я тоже кстати был против), а сам я на машине жены ездить не стал, потому что не люблю я этого. Ей она очень нравится, а я буду чувствовать неловкость от любого маневра. Чужая вещь– большая ответственность.

Поэтому я как получил предоплату за проект, купил себе «Тайоту РАВ 4» в кредит.

Для Янки это конечно не вау, но после моей развалюхи– рай.

Нажав на брелок ожидаем от автомобиля разрешение сесть. После сигнала дергаю ручку пассажирской двери на себя и пропускаю жену.

Она плюхается на сидение и ежится от прохлады.

– Как назовем нашу доченьку?

Слежу, как медленно тонкие пальцы тянут ремень, и перехватив из них черную полоску ускоряю процесс.

– Торопимся– сухо комментирую свою нервозность.

Времени и правда мало.

Сев напротив завожу машину и, вырулив с парковки отвечаю вопросом на вопрос.

– А ты как хочешь назвать?

Я правда ни разу не думал об имени.

– Арина? – сводит глаза в легком прищуре.

Янка с чего-то взяла, что я захочу назвать свою дочь в честь умершей бывшей девушки. Не знаю, что у беременных происходит с мозгом, но по-моему это нездорово…

– Дарина – ворчу и отрицательно качнув головой пробегаюсь по Янке насмешливым взглядом без слов высказывая «мать, ты чего»?

– Агачева Дарина Тимуровна– тянет мечтательно и смотрит сквозь лобовое – мне нравится.

Повернув ко мне голову влюбленно меня разглядывает.

Не выдержав смотрю на нее в ответ.

Люблю ее. Глупышку свою. Именно поэтому мне надо ускориться.

Ради нее. Не хочу, что бы какое-то чмо запустило ее очередное прошлое в эфир.

Мне первого раза с головой хватило…

Херово смотреть со стороны, как твою девушку облизывает какой-то мудак.

Янка еще тогда так настойчиво вниз ползла. А я представлял, что вот так по накурке она могла ему…

Блядь… Мазохизм жутчайший просто.

Качаю головой прогоняя горечь неприятных мыслей. Сейчас главное не это. Яна моя жена и носит под сердцем нашего с ней малыша. Я обязан быть рядом и защищать ее.

Останавливаю автомобиль возле ворот университета и целую жену на прощание.

– Дождись меня, хорошо. Я пока тоже смотаюсь по делам.

Янка вытягивается в струнку и прикладывает раскрытую ладонь к голове.

– Как скажите, мой капитан.

Усмехаюсь целуя прохладную щеку.

– К пустой голове не прикладывают.

Блуждаю глазами по ее лицу.

Красивая такая…

– Беги давай – шлепаю упругую задницу, которую она уже оторвала от сидения.

Громко засмеявшись и послав мне воздушный поцелуй хлопает дверью.

Когда белая куртка скрывается за дверьми универа я срываюсь с места.

Времени не так много.

Нажав на педаль газа ускоряюсь и уже через пятнадцать минут я на месте.

Ребята Громова дождавшись моей отмашки послали ложняк о проникновении на территорию дома.

Вся охрана ринулась на первый этаж, а я забравшись в спальню к придурку ожидаю его выхода из душа.

Блядь, как он не вовремя-то. Надеюсь, что этот розоволосик не освежает корни. Иначе все затянется, а это ой, как не хорошо.

С серваком я сработал по быстрому. Тот точно уже не оживет. Такой вирус лютый запустил…Подарочек для нежной девочки. Надеюсь понравится.

Ох, Егорка...

Не очень дальновидно было устанавливать в спальне кодовый электронный замок.

Вдруг кто-то шарящий в программах может его взломать и нарушить твои планы?

Нервно кручу зажигалку в руках. Скоро надо будет сворачиваться. Самое главное сделал. Но уйти не отомстивши не могу.

Выходи давай!

К моему облегчению мои глаза натыкаются на его тощую фигуру спустя пару минут.

Лениво шаркая тапками розовая башка выплывает из проема белоснежной двери. Надо отметить, что ремонт у него очень неплохой.

– К-Какого хера? – вопит недовольно хватаясь за трубку на стене, когда в его фокус попадает мой профиль.

Ухмыльнувшись встаю с кресла, в котором ожидал свою «подружку». Широко расставив ноги наклоняю голову на бок, заталкивая кулаки в карман.

Рано.

– Ну привет – хмыкаю, смотря изподлобья.

Провожу глазами снизу вверх и обратно, словно решая какую часть тела буду ломать первой.

Для себя я уже давно решил, что сломаю в первую очередь – нервы.

Хочу, что бы он подергался.

Егорка меня слушается.

Психованно дергается, дерзит, угрожает.

Во вторую очередь я ломаю нос умелым ударом об колено.

– С-сука! – вопит истеричка, а я делаю главное, для чего сюда пришел.

Наклоняюсь низко-низко. Так, что бы этот хер глаза мои видел

– Янку за километр обходить будешь, понял?

– Да щас, ага – пытается острить, но голос уже неплохо дрожит. Немного подшатнул я его уверенность. Уже неплохо.

– Узнаю, что лезешь к моей жене меня ничего не остановит. Ты же сам видишь. Могу еще палец отрезать – тянусь к раскладному ножу и медленно обнажаю лезвие.

–Да понял я! Понял – вопит с ужасом косясь на холодный металл.

– Повторять не надо? – подбородком указываю на нож.

Быстро мотает головой, стирая с носа кровь. По-моему от ее вида этому недомальчику становится нехорошо.

Ну капец, приехали!

Столько говна людям сделал и никто тебе ни разу по морде не заехал?

Кровь горячая бурлит во мне требуя сделать больнее.

Забираю из его рук телефон и делаю финальное, в солнышко.

Нахожу черное приложение с ноткой и за пару касаний удаляю пятнадцати миллионный аккаунт.

Я совсем поехавший, знаю.

Оставляю Егорку выкрикивать жалкое «нет» и выскакиваю на балкон, снимая блокировку дверей.

С балкона лихо перелезаю на дерево, а с дерева сигаю через забор, где меня уже ждет мой подельник.

Он тут заряжен на план "Б".

Хорошо, что до этого не дошло.

Кивнув ему, разбегаемся по машинам и выезжаем с поселка.

По дороге снимаю все блокировки и удаляю программы с которых заходил.

В этот раз сработали чисто: ни камер ни свидетелей.

Теперь у меня только одно невыполненное дело осталось.

Не планировал я в ближайшее время это делать, но видимо час настал.

Набираю Ника и задаю короткий вопрос

– Ну что все в силе?

С того конца летит бодрое

– Конечно! Едем!

Эпилог

Яна

Два года спустя

– Пап! Загляни пожалуйста Даринке в подгузник, кажется там все плохо.-Швырнув на диван пачку подгузников и салфеток, несусь в нашу с Тимуром комнату на детский плач.

Пару дней назад в нашей семье появился новый житель.

Я закончила кормить, когда Даринке было полгода и мы с дядей Сашей вывели из меня Мавку. Я даже не помню, как это происходило. Словно меня накурили самой жесткой травой.

Но зато потом со мной стали происходить странные вещи.

Я немного набрала вес, округлившись в нужных местах. У меня стали светлее волосы и, главное: меня не тянет в воду. Я обожаю плавать, все-таки всю жизнь этим занимаюсь, но когда волнуюсь или переживаю у меня не горит кожа, как раньше. Наша семья о этой чертовщины избавилась раз и навсегда.

Я тогда словно дышать по-другому стала.

Кстати, мы все-таки перебрались в Сочи, как только я закончила универ. Нашей доченьке тогда едва исполнилось два месяца.

Нам тут лучше. Тим приспособился к работе на удаленке, иногда все вместе летаем в командировки в Москву и живем там несколько дней, бывает больше недели.

Родители в такие моменты самые счастливые люди, потому что Даринка у них любимица. Они у нас ее иногда забирают с ночевкой, разрешая нам побыть вдвоем.

И вот как-то в такой командировке мы с мужем оставили Даринку у родителей и махнули в клуб.

Боже! Мы так напились тогда…

Через месяц тест вновь выдал две полоски.

Я думала, что сойду сума.

Пришлось вновь прощаться со свободой и вынашивать Агачеву еще одну копию.

Забегаю в комнату и подойдя к кроватке беру Арсюшу на руки.

В этот раз у нас мальчик.

Целую своего малыша в розовую щечку и прислушиваюсь к разговору в гостинной.

– Иди, меняй – отпихивает полученное задание папа.

Они прилетели с мамой и Настей к нам на выписку.Я рада, что у них получилось к нам выбраться. Девчонки сейчас накрывают стол.

– Это тебе сказали менять – возмущается другой папа. Тот, который Никита. – Когда Янка меня зовет она так протяжно говорит па-а-ап… А сейчас она это тебе сказала.

– Не неси херни… Придумал ху..

– Так не спорьте! Оба меняйте! Один салфетки взял, второй подгузник– шикаю на родителей, выглядывая из комнаты.

С театральными вздохами мои отцы плетутся к столику .

– Я салфетки взял – усмехается папа.

Ник закатывает глаза и, принимается за работу.

– Вот дочь выросла… Вся в свою мать! Только задания всем бы раздавала.

Тихо смеюсь и качая головой отворачиваюсь.

Они у меня порой, как дети.

Освобождаю грудь и с трепетом пристраиваю сосок в мелкие губкешки своего сыночка. Тот жадно хватает его и начинает лопать. Я еще в роддоме поняла, что аппетит у него , как у Тимки. Мой маленький проглотик.

– И что ты против моей жены опять прешь? Бесит она тебя так что ли? – возмущается папа, щелкая каналами. Бездельник.

– Не бесила б, не сбежал бы… – ворчит Ник, характерно откашливаясь от запаха.

Смеюсь и повернувшись осторожно хватаюсь за ручку двери и, потянув ее на себя, закрываю.

Пусть водятся. Хочу побыть с сыночком.

Укладываюсь на кровать и вожу по нежной, розоватой щеке указательным пальцем, мурлыча под нос какую-то колыбельную.

Сладкие щечки сминаются от довольной улыбки и губки разжавшись выпускают грудь.

Прячу ее в несексуальном лифчике для кормления и вдыхаю молочный аромат малыша.

Чувствую, как рядом пружинит матрас.

– Классный такой, да?– шепчет мне на ухо Тим.

Он только что из душа, поэтому принес с собой аромат моего любимого геля для душа.

Втянув носом его запах тянусь к Тимкиным губам и оставляю поцелуй.

– А это что? – кивает на бирку, которая была все эти дни привязана на ручке сыночка.

– Это привязывают, что бы малышей не перепутать – деловито поясняю наблюдая, как татуированная рука тянется к голубой ленте.

Тимур с Ником оказались безумными парнями.

После моего первого скрининга они поехали в тату салон и набили себе такие же деревья, как у папы и дяди Саши.

Таким образом они выразили благодарность за меня и за то, что папа их не оттолкнул, а принял.

Обоих.

Конечно на это у них ушла ни одна неделя, но когда они довели татуировки до ума и этот шедевр увидел папа...

Он был приятно удивлен и я даже заметила, как увлажнились его глаза, но вопреки своим эмоциям он сказал сухое

– Пиздец вы поехавшие… – и обнял каждого.

Он весь вечер их тролил, но обманка работала плохо. Ему нравилось знать, что вокруг него с каждым разом становится все больше преданных людей.

Мой папа по– другому просто не умеет.

Улыбнувшись своим воспоминаниям смотрю на мужа.

– А почему фамилия и имя мамы написано, а не малыша? – удивляется Агачев словно впервые видит такую бирочку.

– Потому что его родила я –отвечаю на глупый вопрос и поправляю Арсюшке чепчик.

– Агачева Яна Андреевна – цокает Тим и устало качает головой.

Перевожу на него вопросительный взгляд, который он тут же перехватывает своим.

– Янка, ну ведь словно прожевали и выплюнули…

Я закрыв рот ладошкой тихо смеюсь и с обожанием разглядываю Тима.

В влюбленных глазах моего мужа пляшут черти.

Вновь тянусь к губам и зацеловываю любимую улыбку.

Я уже говорила, как сильно я его люблю?

Так вот, я умножаю свое признание на миллион.

Конец