Текст книги "Любовь-онлайн. Пилот для лучшей подруги (СИ)"

Автор книги: Лена Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 12

АРТЁМ

Будильник орет так оглушительно, что я подскакиваю, едва не свалившись с кровати. Семь утра. Рейс в девять.

Черт, как же я проспал.

Мечусь по квартире, запихивая в спортивную сумку все необходимое. Щетка, паста, смена белья. Руки дрожат – то ли от недосыпа, то ли от воспоминаний о вчерашнем вечере. Вкус губ Карины все еще преследует меня.

За рулем лечу по пустынным утренним улицам, превышая скорость на двадцать. Красный свет на перекрестке заставляет остановиться, и я невольно хватаюсь за телефон. Последнее сообщение от Полины так и светится на экране – ее вопрос о любви с первого взгляда, на который я так и не ответил.

Зеленый. Газую дальше, пытаясь выбросить из головы образ зеленых глаз Карины и того, как она упиралась ладонями мне в грудь.

Костя уже ждет возле ангара, прислонившись к крылу нашего «Цессны». Широкая улыбка расплывается по его лицу, едва он меня замечает.

– Ну и рожа у тебя, старик! – кричит он, перекрывая шум двигателей других самолетов. – Свидание прошло так хорошо, что забыл про сон?

Швыряю сумку в багажник и молча обхожу самолет, проверяя крепления и состояние обшивки. Костя не отстает.

– Давай, колись. Как прошел вечер с загадочной незнакомкой?

– Нормально прошел.

– «Нормально» – это когда ты приходишь домой в десять и смотришь футбол. А не когда выглядишь, как будто всю ночь боролся с демонами.

Забираюсь в кабину пилота, настраиваю приборы. Костя устраивается на соседнем кресле, не переставая сверлить меня взглядом.

– Ладно, не хочешь говорить – не надо. Но то, что что-то произошло, написано у тебя на лице.

Двигатели набирают обороты. Разбег, отрыв от земли. Сочи уменьшается внизу, превращаясь в игрушечный город у кромки бескрайнего моря.

На высоте десяти тысяч метров становится легче дышать. Здесь, в небе, все проще. Нет сложностей, нет запутанных отношений – только ты, машина и воздушные течения.

Но даже здесь мысли возвращаются к вчерашнему. К тому, как Карина отстранилась в самый последний момент. К ее вопросу про Полину. К звуку захлопнувшейся двери.

Полина. Милая, добрая Полина, которая часами сидит в аэропорту, наблюдая за счастливыми воссоединениями. Которая делится со мной своими самыми болезненными воспоминаниями. С которой у нас может получиться что-то настоящее.

А Карина… Карина – это чистый хаос. Иррациональная страсть, которая способна разрушить все на своем пути.

– Артем, ты меня слушаешь?

Вздрагиваю. Костя смотрит на меня с любопытством.

– Что?

– Я спрашивал, кто она. Та, с которой ты встречался.

– Полина. Ее зовут Полина.

– И как она?

Пауза. Как рассказать о человеке, которого тебя цепляет только по переписке?

– Хорошая. Добрая. Мы переписываемся.

– Переписываетесь? – Костя фыркает. – Это же не настоящие отношения, старик. Хочешь знать женщину – проводи с ней время. Реальное время.

– У нее есть подруга, – слышу, как говорю это, и тут же жалею. Но слова уже вылетели.

– А-а-а, – протягивает Костя, и я вижу, как в его глазах загорается охотничий азарт. – Теперь все ясно. Подруга симпатичная?

Вспоминаю резкие черты лица Карины, ее гордую осанку, взгляд, которым она смотрела на меня вчера – словно видела насквозь.

– Да, симпатичная.

– И что с ней?

– Ничего не с ней.

– Но что-то было.

Черт. Костя всегда умел читать людей. Особенно меня.

– Слушай, а давай устроим двойное свидание! – внезапно оживляется он. – Ты с Полиной, я с ее подругой. Будет весело.

– Нет.

– Почему нет? Отличная идея!

– Потому что нет, Костя. Не суйся.

– Да ладно тебе! Мне давно пора познакомиться с кем-то нормальным. А ты все равно что-то боишься встречаться с Полиной – можно будет спрятаться за компанию.

Это попадание в цель. Я действительно не готов к очередному свиданию с Полиной. После вчерашнего я не уверен, что смогу смотреть ей в глаза, не думая о ее подруге.

– Ее подруга тебе не подойдет, – говорю, глядя на приборную панель.

– А ты откуда знаешь? Дай мне самому решать, кто мне подходит.

Автопилот ровно держит курс на Стамбул. Внизу проплывает синева Черного моря, разбавленная белыми барашками волн.

Мысль о том, что Костя будет флиртовать с Кариной, вызывает во мне иррациональную вспышку раздражения. Чего я, собственно, добиваюсь? Хочу Полину – получи. Хочешь держаться подальше от Карины – держись.

Но представить Костю с Кариной… Представить, как он дарит ей свою коронную улыбку, как прикасается к ее руке, как смешит ее своими дурацкими шутками…

– Хорошо, – слышу собственный голос. – Но если что-то пойдет не так, это твоя вина.

– Отлично! – Костя потирает руки. – Когда вернемся, сразу все организуем. Где встречаемся?

– Не знаю еще. Придумаем что-нибудь.

Оставшиеся время до Стамбула я провожу в молчании, мучительно осознавая, что только что согласился на встречу, которой боюсь больше всего на свете.

Глава 13

АРТЁМ

Через два часа стою посреди номера стамбульского отеля, и вид на Босфор буквально ослепляет. Вода переливается изумрудными бликами под послеполуденным солнцем, и этот цвет мгновенно возвращает меня в прошлый вечер.

Зеленые глаза Карины. Как они потемнели от желания, когда я приблизился к ней на кухне. Как дрогнули ее ресницы, когда она закрыла глаза перед поцелуем. Помню каждую секунду – как ее губы приоткрылись под моими, как она подалась навстречу всем телом, прижимаясь грудью к моей грудной клетке. Тепло ее кожи через тонкую ткань блузки. Этот тихий стон, когда я коснулся губами ее шеи…

Черт. Даже сейчас, в тысячах километров от нее, мое тело реагирует на эти воспоминания. Кровь приливает к паху, и я с силой сжимаю кулаки, пытаясь взять себя в руки.

Что со мной происходит? Один поцелуй не должен так разрушать взрослого мужчину.

Телефон вибрирует, спасая от мучительных воспоминаний. Сообщение от Полины.

«Тем, читала недавно одну книгу по психологии отношений. Автор утверждает, что любовь с первого взгляда – это миф. Что мы влюбляемся в собственные проекции о человеке. А настоящие чувства рождаются, когда принимаем другого со всеми недостатками. Как думаешь?»

Улыбаюсь невольно. Вместо дежурного «как дела» – глубокий вопрос. Именно то, что отличает Полину от остальных. Она заставляет думать, размышлять. С ней хочется делиться мыслями, а не только телом.

В отличие от Карины, с которой думать становится невозможно.

Набираю ответ, сидя на краю роскошной кровати:

«Думаю, твой психолог никогда не служил в армии. Там за секунду понимаешь, кому можешь доверить спину. С людьми так же – интуиция срабатывает мгновенно. Другое дело, что мы часто игнорируем ее сигналы.»

Отправляю и добавляю, не давая себе времени передумать:

«Кстати, у Кости безумная идея насчет двойного свидания. Он очень хочет познакомиться с твоей подругой. Не против компании?»

Палец зависает над экраном. Еще можно стереть. Еще можно притормозить и не создавать себе проблем. Не устраивать встречу, которой боюсь больше всего на свете.

Но представление о том, как Костя флиртует с Кариной, дарит ей свою коронную улыбку, прикасается к ее руке… Этот образ вызывает во мне иррациональную вспышку ревности.

Отправляю, прежде чем здравый смысл возьмет верх.

Встаю и подхожу к панорамному окну. Стамбул расстилается внизу – древний город, где Европа встречается с Азией. Где все смешивается и переплетается, как мои чувства к двум совершенно разным женщинам.

Полина – это спокойствие, стабильность, глубокие разговоры до утра. С ней я чувствую себя защищенным, понятым. Она принимает мою боль, не пытаясь ее лечить.

Карина – это огонь, который может сжечь дотла. Чистая страсть, иррациональное желание, от которого перехватывает дыхание. Рядом с ней я чувствую себя живым, но и смертельно уязвимым.

Телефон снова вибрирует, вырывая из размышлений. Полина отвечает неожиданно быстро:

«Отличная идея! Очень жду нашей встречи! Когда и где?»

Столько искренней радости в этих словах, что мне становится стыдно. Полина заслуживает честности. Заслуживает мужчину, который будет думать только о ней, а не мечтать о ее подруге.

И в то же время… разве Карина не заслуживает того же? Или она должна довольствоваться Костей, который коллекционирует женщин как трофеи?

Выхожу на балкон, пытаясь успокоиться. Вечерний ветер с Босфора приносит запахи специй, соленой воды и восточных сладостей. Вдалеке слышится призыв муэдзина к вечерней молитве – звук древний и завораживающий.

Набираю сообщение:

«Завтра, место и время напишу по прилёту. А пока – кусочек Стамбула для тебя.»

Фотографирую панораму города на закате. Золотистые купола мечетей, красные крыши домов, синеву пролива. Для Полины – она любит такие виды, говорила, что они успокаивают и вдохновляют.

Но даже сейчас, глядя в видоискатель, думаю о других зеленых глазах. О том, как они вспыхивали от гнева, когда Карина отстранилась. О том, что она почувствовала в тот момент – сожаление или облегчение?

Отправляю фото и понимаю: завтра, когда вернусь в Сочи, все изменится. Двойное свидание станет испытанием, которое покажет, на что я способен. Смогу ли держать себя в руках рядом с Кариной? Смогу ли быть честным с Полиной?

Или окончательно запутаюсь в собственных чувствах, разбив сердце одной и потеряв шанс с другой?

Вечерние огни Стамбула начинают загораться один за другим, превращая город в россыпь драгоценных камней. А я стою на балконе, сжимая телефон, и понимаю: завтра начнется игра, правила которой я не знаю. И ставка в ней – моя способность снова доверять собственному сердцу.

Глава 14

АРТЁМ

Самолет касается посадочной полосы, и я чувствую, как сердце начинает колотиться быстрее. В Стамбуле было легко делать вид, что завтрашний вечер – просто абстрактная идея. Теперь он превращается в неотвратимую реальность, от которой хочется сбежать.

Костя потягивается в соседнем кресле, довольный как кот, объевшийся сметаны.

– Артем, ты видел, как быстро она отвечает на твои сообщения? – Он размахивает телефоном перед моим носом. – Такой энтузиазм бывает только у женщин, которые серьезно заинтересованы.

– О ком речь? – Занимаюсь послепосадочными процедурами, хотя мог бы выполнить их с закрытыми глазами.

– О Полине, естественно. Хотя ее подружка тоже ничего себе. Как ее там звали?

Пальцы замирают на переключателе. В горле пересыхает.

– Карина.

– Точно. Помню ее из бара. Ледяная королева с огнем внутри – мой любимый типаж. – Костя ухмыляется так, что хочется стереть эту улыбку кулаком. – Хорошо, что ты выбрал Полину. Оставил лакомый кусочек другу.

Что-то острое вонзается в грудь. Мысль о том, как Костя будет «обрабатывать» Карину своими проверенными приемчиками, касаться ее руки, заставлять смеяться, вызывает такой приступ ревности, что костяшки белеют от сжатых кулаков.

Резко выключаю двигатели.

– Не факт, что она поведется на твои штучки.

– Все ведутся рано или поздно. – Костя хлопает меня по плечу. – Просто к каждой замочек свой нужен. А я в замочках разбираюсь.

Выбираюсь из кабины, пытаясь сбросить это липкое чувство. Костя шутит – я же знаю. Он неплохой парень, просто привык легко относиться к женщинам. Но представление о том, что его руки будут касаться Карины, что он будет смотреть в ее глаза, искать способ пробиться сквозь ее холод…

Телефон вибрирует, спасая от мучительных мыслей. Сообщение от Полины:

«Мы так волнуемся! Карина даже платье новое купила. Где будем знакомиться?»

Быстро набираю адрес боулинга и время – восемь вечера. Мне нужно шумное, людное место, где будет сложно сосредоточиться на том, на кого смотреть нельзя.

Новое платье. Значит, Карина тоже готовится к этому вечеру. Интересно, о чем она думает? Нервничает ли так же, как я?

Стою перед зеркалом в своем лофте, и отражение показывает мужчину, собирающегося на войну. Черная рубашка подчеркивает широкие плечи, джинсы сидят идеально. Дорогие часы поблескивают в неоновом свете, легкий аромат парфюма – последний штрих. Все как всегда, но сегодня каждая деталь ощущается как часть брони.

План предельно прост: полностью сосредоточиться на Полине. Быть обаятельным, внимательным, найти ту связь, которая возникла в нашей переписке. Выяснить, есть ли у наших отношений будущее.

А еще – полностью игнорировать Карину. Не смотреть в ее сторону больше пары секунд. Не реагировать на флирт Кости. Забыть о том поцелуе на кухне, который до сих пор жжет губы каждый раз, когда я о нем вспоминаю.

Хватаю ключи от мотоцикла. Если сегодня все пойдет по плану, завтра я проснусь с ясной головой и перспективами отношений с женщиной, которая мне идеально подходит.

Боулинг встречает привычным грохотом падающих кеглей, неоновым светом и запахом попкорна. Костя уже дожидается у входа в своем фирменном образе – светлая рубашка нараспашку, художественно взъерошенные волосы, улыбка покорителя сердец.

– Они уже тут, – подмигивает он. – Столик в ВИП-зоне заказал.

Иду следом, мысленно твердя как заклинание: «Полина. Думай только о Полине.»

И тут я ее вижу.

Карина стоит спиной, разговаривая с администратором клуба. Черное платье обтягивает каждый изгиб ее фигуры, подчеркивая тонкую талию и соблазнительную линию бедер. Волосы рассыпаются шелковистыми волнами по плечам. Даже со спины она выглядит как богиня.

Когда она оборачивается, время останавливается.

Макияж подчеркивает невероятную глубину зеленых глаз, а алая помада превращает губы в созревшие вишни. Но главное – в ее взгляде нет привычной ледяной стены. Сегодня Карина выглядит… мягкой. Женственной. До болезненности желанной.

Наши глаза встречаются на мгновение, и пол уходит из-под ног. В ее взгляде мелькает смущение, прежде чем она быстро отворачивается.

– Святые угодники, – шепчет Костя рядом. – Она же просто богиня. Артем, ты точно не хочешь поменяться местами?

Сжимаю зубы и направляюсь к столику. Полина вскакивает навстречу с лучезарной улыбкой. На ней милое синее платье, которое подчеркивает естественную красоту. Она выглядит именно так, как я представлял – уютно, тепло, по-домашнему.

– Тем! – Она протягивает руки для объятий, и я обнимаю ее, чувствуя, как она доверчиво прижимается к груди.

Должно возникнуть тепло, близость, предвкушение. Вместо этого все внимание приковано к женщине в черном, которая наблюдает за нашими объятиями с непонятным выражением лица.

– Привет, – говорю Полине, целуя в щеку. Аромат ее духов – нежный, цветочный – должен успокаивать.

Но ноздри улавливают другой запах. Терпкий, сложный, от которого кружится голова. Карина стоит всего в метре, и я ощущаю ее присутствие каждым нервным окончанием.

– Карина, – киваю ей, стараясь сделать голос равнодушным.

– Артем, – отвечает она, и в ее тоне слышится та же нарочитая прохлада.

Костя выступает вперед со своей убийственной улыбкой.

– А вот и я – Костя, второй пилот и по совместительству лучший друг этого мрачного типа. – Он берет руку Карины и галантно целует костяшки пальцев. – Невероятно приятно наконец встретиться с такой красавицей.

Наблюдаю, как щеки Карины покрываются легким румянцем, и что-то болезненно сжимается в груди. Она улыбается Косте – не своей обычной ледяной усмешкой, а по-настоящему, тепло.

– Взаимно, – произносит она, не спеша убирать руку.

Рассаживаемся за столик, и я понимаю, что попал в ловушку. Я рядом с Полиной, как и планировал. Костя галантно предлагает Карине место напротив меня. Теперь весь вечер она будет в прямой видимости, и притвориться, что ее тут нет, не получится.

– Итак, начнем с коктейлей? – Костя уже изучает карту. – Дамы, что желаете?

Полина просит мохито, Карина заказывает что-то с виски. Конечно. Она даже в алкоголе не может выбрать что-то простое и сладкое. Во всем должна быть сложность.

Кладу руку на спинку стула Полины, демонстративно оказывая ей внимание.

– Как дела в кондитерской? – спрашиваю, наклонившись ближе.

– Замечательно! – Глаза светятся энтузиазмом. – Мы с Кариной думаем о расширении. Может, откроем второй филиал.

– Серьезно? – Поворачиваюсь к Карине, хотя планировал этого избегать. – Где планируете?

– На Мацесте, – отвечает она, и я замечаю, как нервно крутит браслет на запястье. – Там хорошая проходимость, но конкуренция не такая жестокая.

– Разумный ход. – Наши глаза снова встречаются, и на секунду мне кажется, что мы опять на той кухне. Одни. В шаге друг от друга. Я помню тепло ее губ, вкус ее поцелуя…

Костя громко хлопает в ладоши, разрушая наваждение.

– Ладно, хватит болтать! Давайте играть! – Он вскакивает и протягивает руку Карине. – Прекрасная дама, не продемонстрируете ли свою технику?

Карина смеется – низко, бархатисто, и этот звук проходит электрическим разрядом по всем нервам. Она принимает его руку и встает, и я не могу оторвать взгляд от того, как платье подчеркивает каждое движение.

Полина мягко касается моего запястья.

– Тем, все нормально? Ты какой-то напряженный.

Оборачиваюсь к ней с улыбкой, которая дается через силу.

– Все отлично. Просто рабочая неделя выдалась адской.

Беру ее руку и переплетаю наши пальцы. Ее ладонь теплая, мягкая, доверчиво ложится в мою. Именно такие прикосновения я искал – спокойные, комфортные, без этого болезненного электричества, которое пронзает каждый раз при случайном контакте с Кариной.

Но даже держа руку Полины, не могу не смотреть, как Костя помогает Карине выбрать шар, как его ладонь задерживается на ее талии, показывая правильную стойку. Как она смеется его шуткам, запрокидывая голову назад.

Вечер только начался, а мой тщательно продуманный план уже рассыпается в прах. И самое страшное – кажется, мне это даже нравится.

Глава 15

АРТЁМ

Четырехместный столик в боулинге превращается в поле битвы. Делаю глоток, и жжение в горле кажется детской забавой по сравнению с пожаром, который разгорается в груди каждый раз, когда взгляд скользит к дорожке.

Костя стоит позади Карины, его руки направляют ее движения, показывая, как правильно держать шар. Она неловко сжимает тяжелый шар пальцами, и я представляю, как эти же пальцы касались моей щеки на кухне кондитерской. Как они дрожали, когда я притянул ее к себе.

– Тем? – голос Полины возвращает меня в реальность. Она наклоняется ко мне, и волна ее духов окутывает теплом ванили и жасмина. – Ты так напряжен. О чем думаешь?

– О работе, – лгу я с легкостью, отработанной годами службы. – Расскажи еще про новые рецепты.

Ее глаза загораются, и она начинает рассказывать про шоколадные пирожные с лавандой. Я киваю в правильных местах, изображаю интерес, но все мое внимание приковано к тому, как шар Карины катится по дорожке, неловко виляя в сторону. Два кегли падают с глухим стуком.

– Катастрофа! – смеется она. Звук пробегает по коже мурашками.

Костя подходит к ней, берет за руку таким же уверенным жестом, каким я когда-то брал руки других женщин, не подозревая, что значит по-настоящему хотеть прикоснуться к кому-то. Он что-то шепчет ей на ухо, и я вижу, как Карина краснеет не от смущения, а от удовольствия. Игриво толкает его в плечо, и мою челюсть сводит так, что зубы скрипят.

– … поэтому я и подумала о мини-пирожных для фуршетов, – продолжает Полина, не замечая, что я слежу за каждым движением женщины в черном платье.

– Отличная идея, – бормочу, делая еще глоток. Не помогает. Только обостряет каждое ощущение, каждый звук ее смеха режет по нервам.

Костя возвращается к столику, небрежно обнимая Карину за плечи. Этот жест выглядит естественно, словно они знакомы годами, а не полчаса. Ее плечо идеально помещается под его ладонью.

– Твоя очередь, приятель, – подмигивает он мне. – Покажи дамам, на что способен ас авиации.

Встаю слишком резко. Полина вскидывает брови от неожиданности.

– Сейчас вернусь.

Подхожу к дорожке, выбираю самый тяжелый шар. Мышцы напрягаются, и я чувствую, как накопленная за вечер ярость перетекает в руки. Делаю замах и пускаю шар с такой силой, словно хочу пробить стену. Страйк. Все десять кеглей разлетаются с оглушительным грохотом.

– Ого! – восхищается Полина, хлопая в ладоши. – Это же профессиональный уровень!

Но я смотрю на Карину. Она тоже хлопает, но медленнее, задумчивее. В ее зеленых глазах мелькает что-то, что заставляет сердце пропустить удар. Понимание? Или она тоже чувствует это болезненное электричество между нами?

– Мой ход! – Костя направляется к дорожке с коронной развязной походкой.

Карина проходит мимо, возвращаясь к столику, и на мгновение наши плечи соприкасаются. Электрический разряд пробегает от точки контакта по всему телу, и я понимаю, что весь мой план летит к черту.

Сажусь рядом с Полиной, кладу руку ей на спину. Она доверчиво прижимается, и мне становится тошно от собственной фальши.

– Ты такой сильный, – тихо говорит она, ее рука ложится мне на бедро. – Наверное, в небе тоже все контролируешь так же уверенно.

– Стараюсь, – отвечаю деревянным голосом.

Костя делает спэр и возвращается с победным видом. Садится рядом с Кариной. Я замечаю, как она не отодвигается, когда его колено касается ее ноги под столом.

– Рассказывай про полеты, – просит Карина, поворачиваясь к нему всем телом. – Это правда так романтично, как в кино?

В ее голосе звучит неподдельный интерес, и что-то злое скребет когтями изнутри. Она никогда не спрашивала меня о работе с таким энтузиазмом.

Костя оживляется. Он обожает быть в центре внимания, особенно женского.

– Однажды мы летели над Альпами на закате, – начинает он историю, которую я знаю наизусть. – Небо было цвета расплавленного золота, а горные пики казались кружевом на этом фоне…

Полина что-то говорит про новую кофемашину, но слова не доходят. Я смотрю, как Карина слушает Костю: наклонив голову, приоткрыв губы от восхищения. Как ее глаза блестят в неоновом свете, когда он рассказывает про турбулентность над Атлантикой.

– И вдруг приборы показали критическое снижение давления в одном из двигателей, – продолжает Костя, наклоняясь ближе, чтобы перекричать музыку. – Пришлось экстренно сажать самолет в Цюрихе…

Карина ахает и инстинктивно касается его запястья.

– Боже, как страшно! Ты настоящий герой!

Что-то лопается у меня внутри с почти слышимым треском.

– История преувеличена раза в три, – говорю громче, чем нужно. – Никакой экстренной посадки не было. Обычная процедура по регламенту.

Костя удивленно поднимает бровь, а в глазах Карины вспыхивает знакомый холодный огонь.

– Как интересно, – произносит она тоном, от которого холодеет кровь. – Значит, мой спутник не только обаятелен, но и скромен.

«Мой спутник». Эти слова бьют точнее снайперского выстрела. Она называет Костю «своим», и ревность взрывается в груди, как граната.

– Полина, – резко поворачиваюсь к ней. – Потанцуем?

Она моргает от неожиданности, потому что здесь нет танцпола, только крохотная площадка у бара, где пара подвыпивших девчонок пытается двигаться под хиты девяностых.

– Конечно, – соглашается она с улыбкой, которая режет хуже любого упрека.

Веду ее к импровизированному танцполу. Обнимаю за талию, и она прижимается ко мне: мягкая, теплая, пахнущая знакомыми духами. Должно быть хорошо. Она идеальна: добрая, искренняя, без острых углов и ледяных стен.

Но вместо тепла я чувствую только вину, острую как лезвие.

Через ее плечо вижу наш столик. Костя что-то азартно рассказывает, размахивая руками, а Карина смеется так, как никогда не смеялась со мной. Непринужденно, естественно. Рядом с ним она расцветает, сбрасывает ледяную маску.

И тогда происходит то, чего я боялся больше всего. Костя наклоняется и говорит что-то Карине прямо на ухо. Она поворачивается к нему, и их лица оказываются в опасной близости. Между ними повисает пауза – та самая, которая предшествует поцелую.

Руки сжимаются на талии Полины до боли.

– Тем, ты делаешь больно, – тихо говорит она.

Разжимаю пальцы, но не могу оторвать взгляд от столика. Костя берет руку Карины и рассматривает серебряный браслет на ее запястье – тот самый, который я заметил в самый первый день.

– Красивая работа, – слышу его голос даже через музыку. – Винтажная?

– Подарок, – отвечает она, и в голосе звучит что-то мягкое, интимное.

Возвращаемся к столику. Полина садится ко мне вплотную, ее рука лежит на моем колене. Я должен ответить на близость, показать, что ценю ее. Накрываю ее ладонь своей, переплетаю пальцы, пытаюсь почувствовать хоть что-то похожее на то, что происходит со мной каждый раз при взгляде на Карину.

Ничего. Только тепло и комфорт, которого мне отчаянно не хватает – и которого катастрофически мало.

– Твоя очередь, красотка! – Костя возвращается и галантно протягивает руку Полине.

Она встает, и я остаюсь наедине с Кариной. Первый раз за весь вечер. Она делает глоток коктейля, смотрит в сторону дорожки, куда ушли Полина и Костя. Линия ее шеи в неоновом свете кажется точеной из мрамора.

Тишина натягивается между нами как струна. Должен сказать что-то нейтральное, поддержать светскую беседу. Вместо этого произношу:

– Костя тебе нравится.

Не вопрос. Констатация факта, от которой физически больно.

Карина медленно поворачивает голову. В зеленых глазах мерцает опасный огонь.

– А тебе Полина. – Она делает еще глоток, не отводя взгляда. – Мы оба на свидании, Артем.

Мое имя в ее устах звучит как приговор.

– Полина замечательная девушка, – говорю хрипло.

– И Костя потрясающий мужчина. – Карина наклоняется вперед, и аромат ее духов – терпкий, сложный – ударяет в голову. – Остроумный, обаятельный.

Сжимаю стакан до побелевших костяшек.

– Тогда все прекрасно.

– Прекрасно, – соглашается она, и в голосе звучит вызов.

Полина возвращается с довольной улыбкой, потому что ей удалось сбить семь кеглей из десяти. Костя аплодирует и обнимает ее за плечи в поздравительном жесте, но его взгляд скользит к Карине.

– Все хорошо? – спрашивает Полина, садясь рядом. – Вы выглядели такими серьезными.

– Обсуждали погоду, – отвечает Карина с невинной улыбкой, которая меня не обманывает ни на секунду.

Остаток вечера я играю роль. Обаятельный спутник, внимательный слушатель, успешный мужчина на свидании. Смеюсь шуткам Кости, задаю Полине вопросы про работу, делаю все правильные комплименты.

А внутри все яснее понимаю одну простую и разрушительную истину.

Я сижу не с той женщиной. Держу не ту руку. Вдыхаю не тот аромат. Каждая улыбка Полины ощущается упреком, каждый смех Карины в ответ на шутку Кости, как удар ножом.

Когда мы наконец выходим из боулинга, прохладный воздух ударяет в разгоряченное лицо. Полина берет меня под руку, прижимается к плечу, и это простое движение ощущается как предательство по отношению к ней, к себе, ко всем нам.

А в нескольких шагах от нас Костя что-то шепчет Карине на ухо, и она тихо смеется, как смеются женщины, когда им действительно хорошо с мужчиной.

И я понимаю, что сегодня я не просто проиграл. Я проиграл дважды.