Текст книги "Почувствуй вкус мести (СИ)"
Автор книги: Лена Фарт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
33. Очередной страх
Я не дышала, продолжая смотреть в одну точку сквозь отражение. Холодные, острые и невидимые иголки вонзились в кожу, отчего мне вмиг стало холодно. Правда это сковывающее чувство быстро переросло в то, где внутренности горели от предстоящего ужаса.
Я прекрасно знала Матея, как и его брата – Стефана. Они ублюдки, что любят доводить слабых, и хоть сейчас я принцесса и даже выше их по статусу, всё же второй сын знает, как я выгляжу и кем являлась ещё недавно. И я даже не совсем была уверена в том, что Матей в курсе о моём новом положении. Он легко узнает меня даже в этом платье и с выпрямленными волосами. И я даже боюсь представить его злость на меня. Он и его брат получили по заслугам, и насколько я знала, лежали в больнице после того, как Тревор и Мартинес побили их... Неужели ублюдков выписали?..
– Эй, – обратился он ко мне, делая шаг ближе, при этом шатался и держался за глянцевую белую стену. – Я Матей, а ты?
Я сжала зубы, молясь, чтобы он ушёл или отключился от перебора алкоголя, ведь то состояние, в котором он находился, могло повлечь за собой такое. И я даже подождала несколько секунд, надеясь, что вот-вот Матей упадёт. Но, чёрт, этого не произошло, и, более того, ублюдок уже стоял рядом со мной, пропитывая воздух ужасным запахом.
– Ты глухая, что ли? – спросил он, наклоняясь ко мне так близко, что я вновь перестала дышать, боясь отравиться едкой и жуткой вонью. – М, я понял. Ты стесняешься, – Матей стал отодвигать мои волосы в сторону, а ведь лишь благодаря им я до сих пор оставалась незамеченной.
Твою мать...
Я попыталась отвернуться и, вообще, убежать, зная наверняка, что он не сможет догнать меня в данным момент. Но боль, которая возникла из-за того, что браслет сцепился с волосами, заставила прошипеть и опустить голову.
– Стой. Я помогу, – Матей схватил моё запястье и принялся кое-как разъединять кристаллики от волосков, только этим, казалось, делал хуже. Дышал громко прямо мне в ухо, а я пошевелиться боялась. Кислорода и так не хватало от того, что я часто задерживала дыхание. А тут и вовсе растерялась, сжалась, ведь воспоминания его жестокости всплыли в памяти. Жгучие и беспощадные. Расслабленность и уверенность треснули под натиском близкого нахождения к Лам де Вель.
В дверь снаружи что-то мощно ударило, отчего Матей дернул мою руку, этим причиняя боль.
– Блять, – он сказал это тихо, после чего вздохнул и оттолкнул меня. Грубо, но я была рада этому. – Нахрена я с тобой вожусь, – он пошёл к кабинке, видимо забыв, что перепутал помещения, я же стала отчаянно и дёрганно пытаться распутать колтун, что благодаря Матею стал только больше.
В итоге, я быстро собралась выйти из уборной и попросить помощи у Натали. Сделала пару шагов к двери, как меня схватили уже за другую руку.
– Убогая?
Кажется, к Матею вернулась отчасти трезвость, поскольку, когда я испуганно взглянула на него, его глаза блестели, а на губах был оскал. Он, вообще, уже теперь не выглядел таким спокойным и пьяным, как прежде.
– Отпусти, – прошипела я, следом стараясь вырвать свою руку из его, пока моя вторая до сих пор была прикована к волосам. Поистине меня настиг ужасный и неловкий момент.
Матей издал смешок, потом ещё один и ещё, пока не начал смеяться, всё так же не давая мне вырваться и уйти из проклятого туалета. Он казался сумасшедшим, а от того пугающим до безумия. Пока я лихорадочно соображала, как поступить, ублюдок обхватил моё второе запястье и с силой дёрнул, причиняя голове такую боль, от которой в глазах резко стало всё плыть, а ноги едва были способными держать меня. Кристаллики с браслета разлетелись во все стороны, звонко отскакивая от напольной плитки, и этот звук отдавал где-то в районе сердца паникой, жуткой и сковывающей внутренности.
– Думала, раз теперь принцесса, это остановит меня? Твои прихвостни совершили ошибку, рискнув почесать о нас со Стефаном руки. Грёбаные защитники мусора, – он выплюнул эти слова прямо в моё горящее лицо, после загибая мою руку под таким углом, что я закричала. Не слишком громко, скорее это было похоже на умоляющий писк, и ещё я надеялась, что сейчас кто-нибудь войдёт сюда и прекратит мою казнь. А то, что Матей именно это и собирался сделать, я не сомневалась. – Давай, прислуга, выполняй свои обязанности.
О каких ещё обязанностях он говорил?..
Не в силах терпеть такую боль, а также из-за неудобства положения, мне пришлось опуститься на колени. И это мощно било по самооценке, что я, как думалось, восстановила, хоть и не окончательно. Меня яростью наполнило, особенно, когда Матей схватил меня за волосы, второй рукой продолжая держать мою кисть под неестественным углом. Я понимала, что если попытаюсь вырваться, он её точно сломает.
Мне было страшно даже кричать, хотя связки в горле и так стали заторможенными, не реагируя на приказы мозга. Я словно попала в капкан, из которого не могла выбраться без чьей-либо помощи.
– Вот. Теперь-то ты отсосёшь у меня, принцесса. Настолько убогая, что даже истинный решил избавиться от тебя, – он продолжал смеяться, я же почувствовала влагу на щеках.
Матей отпустил мою кисть, чтобы расстегнуть штаны, и в этот момент я, не обращая внимания на то, что он продолжал сильно сжимать мои волосы на затылке, резко встала. Голова наклонилась назад, но благодаря тому, что ублюдок был пьян, мне удалось это провернуть. А затем я пнула его в пах, попав по его руке. Это подействовало, заставило парня согнуться пополам. Он покрывал меня ругательствами, но вот волосы так и не отпустил. Держал их ещё крепче, казалось, мечтал оторвать.
Меня накрыла паника, я знала, что нужно срочно что-то сделать, иначе разъярённый подонок сломает меня окончательно, и от такого унижения я в жизни не оправлюсь. Поэтому я укусила его руку, а после ударила в лицо. Даже не понимала кулаком или ладонью, на адреналине желала и вовсе выцарапать его глаза. Я сделала пару шагов назад. Собралась убежать, но что-то не позволило это сделать. Рука Матея схватила меня за низ платья, резко дёргая на себя, так, что послышался треск. Ткань разорвалась по шву от такой силы.
– Я тебя убью, сука!
Кусок платья остался в его руке, когда я, наконец-то, покинула грёбаное помещение уборной. Чёрт с ним – с платьем! Я мечтала вернуться в випку и никогда не покидать её без брата и подруги. И в этот раз не собиралась молчать, чтобы в следующий со мной не произошло подобного. Я хотела рассказать всё братьям, которые точно смогут повлиять на Лам де Вель, тем более Мартинес. Он ведь первый принц и у него много власти в стране.
Я не видела ничего вокруг, кроме заветной двери вип-комнаты. Бежала до неё по коридору со слабым освещением, слыша собственный стук часто бьющегося сердца. Мне было плевать на персонал, впрочем и они не старались удивиться или же спросить о моём внешнем виде. Возможно, были привыкшие к различным ситуациям в клубе. И правда, куда им лезть? Не в своё дело... Ещё останутся виноватыми, ведь против богатых людей не пойдёшь. И, скорее всего, все они нуждались в работе и деньгах, как и я раньше. Собственно, мне и не нужно было их внимание. Лишь дверь впереди волновала меня, точнее те, кто за ней находился.
Схватившись за ручку, я распахнула дверь в випку, влетая в неё и следом с громким звуком закрывая. Спаслась, избежав ужасной участи. Выдохнула, только после этого понимая, что в тёмном помещении пусто. Наши закуски и напитки продолжали находиться на столике, поэтому я не могла ошибиться с комнатой. Задавалась лишь вопросом о том, куда подевались Тревор и Натали.
Я подошла на ватных от пережитого стресса ногах к стеклу и взглянула на первый этаж. Подумала, что, возможно, они спустились танцевать, как и мечтала подруга. Но тогда, почему они не подождали меня?.. Почему ушли, не удостоверившись, что со мной всё хорошо? Почему?..
Я стояла у стекла, положив на него ладони. Боль в груди росла в геометрической прогрессии, глаза же слезились от жалости к себе. Я вновь ощущала себя тряпкой, понимая, что сама виновата. Сама ведь позволила Матею поставить меня на колени, сама впадала в панику и сама сейчас винила близких. Надеялась на них, будучи слабой.
И браслет...
Я взглянула на запястье, гнобя себя в добавок и за то, что потеряла подарок лучшей подруги. Ей наверняка будет обидно из-за этого...
– Чёрт. Как же я их ненавижу! – прозвучал за спиной яростный низкий голос, а после и громкий звук двери, что снова захлопнулась.
Нет... Только его не хватало.
34. Обнажение души
В тёмном помещение, что было освещено лишь светящейся фиолетовой лентой по всему периметру потолка, наступила оглушающая тишина. Я, почувствовав, как сердце сорвалось вниз, продолжала стоять и смотреть на танцпол, что находился на первом этаже. Ощущение безысходности застигло врасплох. Истинный, одно соприкосновения с которым возродит чёртову метку, находился сейчас за моей спиной, отчего ток электричеством бил по клеткам тела. Кровь в венах бурлила, но не от ярости или же возбуждения. Скорее – от обречённости и последующей гибели. Это было чем-то сопротивляющимся подобному исходу, но в тоже время мозг понимал, что невозможно избавиться от того, что так нагло подкидывала судьба.
Я усмехнулась, видя расплывчатым взглядом своё кривое отражение в стекле. За спиной слышала, как Дамиен уселся на кожаный диван, как стал наливать что-то в стакан. Наверное, наш сок, который потом в несколько глотков выпил. Я хорошо улавливала звуки в тишине, лишь отголоски громкой музыки доходили сюда.
– Вот скажи мне, почему любовь такая хуёвая штука? – задал он вопрос, я же сглотнула. – Почему это, блять, так больно? Это сок, что ли...
Я слышала, как он нажал кнопку, в котором послышался голос официанта, как он заказал алкоголь, но продолжала стоять неподвижно и молчать. И почему он такое спрашивал у меня? Думал, что раз я прошла через всякое, то должна это знать?..
– Она ведь даже слушать меня не хочет. Закинула в чёрный список и счастлива. Я ей нахрен не сдался, сколько бы не просил прощения. Конечно, – он усмехнулся глухо, – я виноват больше всех, признаю...
Он выдохнул тяжело, затем послышался звук кожаного дивана. Дамиен усаживался поудобнее, мне так показалось. Был ли у меня шанс сбежать, не показывая лица?.. После его слов стало ясно, что он не понял, с кем находится в випке, и это, если честно, грело душу и давало надежду на то, что у меня получится избежать очередной метки истинности.
Официант вошёл в комнату, я увидела это в отражении стекла. И лучше бы это был Тревор или Натали, а может и Мартинес, что почему-то до сих пор не пришёл. Звук стекла об стол прошёлся по нервам лезвием. После стычки с Матеем, я ещё больше ненавидела алкоголь, и, зная, что сейчас его начнёт пить Дамиен, становилось жутко. Особенно, вспоминая то, как пару месяцев назад он лишил меня невинности как раз под действием этого ненавистного мною напитка. Который, впрочем, и сейчас наполнял стакан, создавая булькающий звук.
– Истинная связь ни черта не истинная, – вновь подал голос четвёртый сын семьи Лам де Вель. – Как думаешь, если я выпью всю эту бутылку, моё грёбаное сердце сжалится надо мной?
Я приподняла и опустила плечи, лишь бы он не потребовал от меня ответа. Внутри происходило нечто странное, от мимолётной паники до отчаянья. Я почти смирилась с тем, чего не удастся избежать. Хотя в голове жила надежда на спасение.
– Ты, наверное, думаешь, что я жалок? – вновь послышалась его горькая усмешка. И я также думала про себя. Что я жалкая. – Чёртов кретин, что повёлся на пиздёжь. Трус, что не защитил её от собственных, блять, братьев. Давай, садись, выпьем вместе.
В отражении я увидела, что Дамиен на секунду повернул голову в мою сторону.
– Не бойся, я не пристану к тебе. Кроме Эллы мне наплевать на всех девушек. Не обижайся, но мне действительно похуй на тебя, – он сделал ещё глоток и поморщился. – Возможно, для кого-то и ты будешь самым важным в жизни, как она для меня. И знаешь, – очередная усмешка, от которой сердце сковывало, напрочь лишая рассудка, – так было и раньше. В детстве мы дружили с ней. Интересно, она всё также плохо танцует? А, если бы мы сейчас сыграли с ней в догонялки, она бы смогла убежать? О, я бы побегал за ней, – он часто закивал, а потом поднял голову к потолку и некоторое время молча смотрел на него, пока я вспоминала то, как быстро бегала в детстве. Дамиен ведь и правда не всегда мог догнать меня. Улыбка возникла на моих губах, но я быстро стёрла её.
Всё, что он говорил сейчас... Я уже начала чувствовать, как из глаз побежали дорожки слёз. Боль от потери друга вернулась, несмотря на многолетние усилия. Он словно расковыривал мою глубокую рану, что успела покрыться тонкой коркой. Дамиен жалел о прошлом... А я ждала. Ждала, что он всё расскажет хотя бы неизвестной девушке, которой на самом деле являлась я. То, благодаря чему, он возненавидел меня, и, благодаря чему, разрушилась наша дружба. Но Дамиен продолжал молчать. Минута, две... Пять. Я уже подумала, что он заснул, и теперь-то я смогу уйти отсюда. Найти братьев и подругу...
– Я знаю, что Элла тут, в этом городе. Она же принцесса, – он долго и протяжно выдохнул, после чего поднялся и направился в мою сторону. Это было самым жутким чувством в моей жизни. Чувствовать его близость, но в тоже время не ощущать тревоги, поскольку он не знал, что рядом с ним в випке находился предмет его монолога. Это позволяло трезво оценивать ситуацию, хоть тело и парализовало. – Принцесса моего сердца... Я должен был оберегать эту хрупкую девушку, но вместо этого... – он остановился рядом, засовывая руку в карман брюк, во второй же держал гранённый низкий стакан. Я лишь сейчас заметила, что Дамиен был в рубашке и брюках. Этот стиль так шёл ему. Такой красивый парень с гнилой душой... А его парфюм, что я не раз ощущала, нагло вторгался в ноздри и будоражил саму душу. Проклятая ситуация... Вторая за ночь.
Ладони вспотели так, что, казалось, если я уберу их от стекла, то там точно останутся некрасивые следы. Прямые волосы падали на моё лицо, прикрывая его. И хорошо, что парень не обратил на них внимание, а ещё на порванное у колен платье. Он смотрел на танцпол, и я тоже. Там множество молодых людей танцевали под зажигательную музыку. Веселились, пока две страдающие души стояли в одной из комнат второго этажа. Жалкие и уставшие от препятствий судьбы.
Мне так сильно хотелось спросить «почему?». Очень сильно, но я прикусила язык, чтобы не выдать себя. Не позволить Дамиену играть. Если бы он знал, что говорил это всё не незнакомке, а Элле... Он бы сказал тоже самое?..
Я зажмурилась. Пульс участился, а боль в сердце от неизвестности заныла вновь, и тогда я уже собралась узнать правду. Одна из моих ладоней дрогнула, я сделала глубокий вдох, но не успела произнести ни слова. В этот момент за нами распахнулась дверь, а затем послышался голос Натали:
– Ой, прости, Нора, я думала, что ты одна. Я тогда пока в туалет сбегаю.
Она скрылась за вип-комнатой также быстро, как и появилась. Воздух в помещении, казалось, заискрил. Особенно, когда стакан из рук Дамиена выпал и разбился на мелкие осколки, как и моё сердце в этот момент. Оно словно хрустнуло в груди, после чего парень произнёс, даже не повернув в мою сторону голову:
– Странное совпадение... Мою принцессу зовут также. Только она настолько правильная и хорошая, что ни за что не пошла бы в такое заведение, как «Магия ночи», – он замолчал, и я не знала, что делать: бежать отсюда или всё-таки узнать правду, ведь видела, что Дамиен совсем не тот, что раньше. Он и правда жалел о прошлом... Сам себя загнал в это состояние, натворил делов, потеряв подругу и любовь. Теперь же пожинал плоды своей жестокости и эгоизма. – Прости за это. Я потревожил тебя, ворвался в первую попавшуюся випку.
Он развернулся и, кинув на стол несколько купюр, собирался покинуть комнату. И тогда я не выдержала, набрала полные лёгкие воздуха, что был пропитан его запахом, после чего громко выпалила:
– Почему? Почему ты это сделал?!
Слёзы лились из глаз уже потоком, я не могла разглядеть людей внизу, лишь их расплывчатые силуэты, двигающиеся под биты популярных треков. И даже не знала, остановился ли Дамиен за моей спиной. Скорее всего, ведь звука двери не последовало, только оглушающая тишина давила на перепонки. Я облизнула солёные губы и принялась ждать неизвестно чего, но так и не повернулась к нему. Только вот из-за страха прикосновения и метки, проморгалась и следила за действиями бывшего истинного в отражении.
Он медленно повернулся, казалось, что прошла целая вечность, когда это случилось. А затем стал пристально водить по мне взглядом. По волосам, спине, ногам, вновь возвращаясь в платью. Заметил, всё же...
– Если ты ответишь на мой вопрос, я отвечу на твой, – начала я твёрдо, но на последних словах голос всё же дрогнул.
– Что случилось? – сразу же спросил он, будто бы пропуская мои слова мимо ушей. В нём появилась озадаченность и напряжение.
Но я молчала. Не хотела идти у него на поводу, пока и он не расскажет мне то, что мне, действительно, хотелось знать многие годы. Я ведь постоянно задавалась вопросом о том, почему друг детства предал меня, почему растоптал то крепкое между нами. И спустя несколько секунд, за которые Дамиен даже не пошевелился, он, наконец-то сказал:
– Ты возненавидишь меня ещё больше, Элла. Но, если ты так хочешь... Тебя оклеветали девчонки, а я поверил. Всё просто. Можешь считать меня последним трусом, который поверил отсталому брату, а не верной подруге. Твоя очередь, – он произнёс это так быстро, словно знать о том, почему моё платье в таком виде ему было куда важнее, чем наше общее прошлое.
Я поджала губы, кивнув несколько раз.
Ясно. Значит Дамиен не желал вдаваться в подробности и удовлетворять мой интерес. С чего вдруг я вообще подумала, что будет иначе? Из-за его слов, что он наговорил незнакомке?..
– Твой брат. Матей. Это сделал он после того, как поставил меня на колени перед своей ширинкой, – также быстро выпалила я, желая, чтобы он как можно скорее покинул вип-комнату. Мне хотелось остаться одной, пока не вернулась Натали, и разреветься.
Дамиен медленно подошёл к столу, и я даже не напряглась от этого его движения. Взял бутылку с алкоголем и выпил некоторое количество прямо из горлышка. А затем резко швырнул её в стену, отчего я вздрогнула и зажмурилась. Послышались шаги, после чего хлопнула дверь. Мои ноги подкосились, я упала, и тогда нервы не выдержали – я заплакала.
35. Больница
В эти выходные мне, наконец-то, удалось вырваться в город, чтобы прикупить кое-какую канцелярию, встретиться с Габриелем и папой, которых я не видела уже несколько недель. Как, впрочем, и Натали, но подруга сейчас находилась в том же исправительном учреждении, где подрабатывала летом. Правда уже как пару недель она работала там на постоянной основе, и я жутко скучала по ней.
Солнце сегодня совсем не грело, отчего я одной рукой придерживала горловину куртки, чтобы холодный воздух не проникал под воротник, ведь из-за мыслей, что мешали мне последние дни нормально учиться, я забыла надеть шарф. И руки мои мёрзли, даже несмотря на то, что я была в перчатках. Мне последнее время, вообще, было холодно. Казалось, что лёд поселился в моём сердце, чем заблокировал хоть какую-то надежду на любовь в моей жизни. А я и не хотела ничего менять.
Как-то пару недель назад за мной стал ухаживать светловолосы парень по имени Вайдас. Он был моим одногруппником, и мы даже несколько раз сидели рядом на лекциях. Сейчас уже в академии не ходили слухи о том, что я являлась девушкой Мартинеса, это прекратилось после того, как я вернулась на учёбу. Вайдас казался хорошим и добрым парнем, я знала это наверняка, хоть и не давала никакого шанса на что-либо больше дружбы. Только вот у меня внутри невольно зарождалось чувство отвращения при каждой нашей встречи, особенно, когда Вайдас обнял меня за плечи. Это был дружеский жест, не иначе, а меня словно кипятком ошпарило от этого, и чувство было таким ужасным, что я невольно отстранилась и сбежала от него. Сама не понимала, что со мной не так, но от одной мысли о поцелуи с ним или чего-то ещё, мне хотелось закопать себя под землю. Глубоко и с головой.
И что было самым жутким, это то, что вчера всё повторилось. Уже с другим парнем – Дэзлом, как было написана на бейдже, висящем на его шее поверх служебной одежды. Он работал на территории академии, и, когда я направлялась в свой корпус, задумавшись о чём-то, то не заметила корень, торчащий из-под кучи листвы, которую Дэзл как раз убирал в тот момент. Я запнулась, но не упала лишь благодаря тому, что парень меня поймал. И тогда я вновь ощутила странную брезгливость, словно тело не желало таких прикосновений.
На самом деле, я сама не желала ничего подобного. Ни с кем. Но мне была непонятна сама реакция моего тела, ведь это пугало и вводило в ступор. Будто бы разум отделился от сердца навсегда, потому что головой я понимала, что в моей жизни ещё будет любовь и женское счастье. Не скоро, но, несомненно, будет. Правда, уставшее и разбитое сердце сдалось, не желая ускоряться от приятных эмоций. Оно болело, хотя и уже было незачем и не отчего.
Или же...
Я остановилась у высокого старого дерева, не имеющего ни одного пожелтевшего листа. Да, вообще, никаких не имело. А затем оглянулась. Это был вход в центральный парк Отто, а через дорогу виднелось огромное современное здание голубого цвета. Королевская больница – самая большая в стране, имеющая четырнадцать этажей и множество докторов различных направлений. Я стояла и смотрела в ту сторону, мысленно задаваясь вопросом о том, что, вообще, сейчас тут делала?.. Зачем пришла к нему?.. Я ведь хотела побыть в замке и закупиться канцелярией, но вместо этого пялилась туда, где многие недели лежал Дамиен.
Та ночь в клубе продолжала сниться мне каждый день. Матей, который теперь был закрыт в исправительном учреждение; Дамиен, который превратил своего брата в неузнаваемого человека... Наверное, когда кровь с Матея смыли, то всё стало не так плохо, но тогда было жутко такое видеть. Только вот отбитые на всю голову люди всегда немного везунчики, совсем немного, но справедливость такая штука, что не сразу наказывает того, кого необходимо. Поэтому-то, Матей успел разбить голову Дамиену в самый последний момент перед тем, как отключиться. Я думаю, это случилось благодаря алкоголю, что заглушал боль и пускал по венам второго сына семьи Лам де Вель адреналин.
Грёбаный ублюдок, которого мысленно я четвертовала много-много раз. И было обидно за бывшего истинного, поскольку он защищал меня в тот момент, а сейчас лежал в больнице, наверняка с перебинтованной всё-то головой...
Ветер быстрым потоком вновь устремился мне под одежду, заставив задрожать и покрыться колкими мурашками. Ноги устремились вперёд к дороге, перейдя которую, я в итоге оказалась у Королевской больницы.
Чёрт...
Плюнув на всё, что тревожило меня, я вошла в здание и направилась к стойке, после чего узнала, что сейчас как раз можно было навестить Дамиена. И, когда я сняла верхнюю одежду и надела специальный белоснежный халат, то подумала, что мой мозг совсем обнаглел, раз вытворял такое. Но я, будучи немного злой на саму себя, подошла к заветной двери на четвёртом этаже и там простояла ещё несколько минут, не рискнув войти к Дамиену. Почему-то я думала, что таким образом покажу, что заинтересована в нём, что уже не держу обиду и готова простить. Но это не совсем было так. Конечно, в ту ночь в клубе он поведал о своих чувствах и искренне жалел о прошлом, только вот...
Я даже не могла свои внутренние чувства описать в отношении бывшего истинного. От одного воспоминания, как он унижал меня, хоть и словесно... Точнее, словесно было куда больнее, словно ножом по сердцу...
Я сделала глубокий вдох, наполнив лёгкие больничным запахом лекарств. Потянула руку к белой матовой двери, как она распахнулась сама, затем показывая в проёме светловолосую женщину с яркими синими глазами. За её же спиной стоял суровый крупный мужчина, который как раз в этот момент взял трубку звонившего телефона. Мне не понадобилось много времени, чтобы понять, кто сейчас выходил из палаты Дамиена. Миссис Рахель и мистер Шарль – его родители, которых я впервые увидела в живую так близко, а не вдалеке на территории поместья в Пагре.
– Здравствуйте, – поприветствовала я их тихо и отошла на пару шагов назад. Мне, вообще, хотелось сбежать, ведь я чётко осознавала, что монстров Лам де Вель породили эти двое людей.
Женщина кивнула мне, а затем, смотря в пол перед собой, поспешила по коридору на выход, а мужчина следом за ней с кем-то по-деловому говоря по телефону. Я смотрела им вслед, так и не решаясь войти к парню, что почему-то засел в мыслях все последние дни. Что я ему скажу?.. Зачем явилась?..
– Простите? – миссис Рахель остановилась и повернулась ко мне. – А... Вы кто?
Мне отчего-то стало страшно, я сделала ещё шаг назад, закрыла дверь и посмотрела на номер палаты. Он совпадал с нужным мне, но я отрицательно покачала головой, сказав, что ошиблась.
В тот день я так и не навестила Дамиена, доехала до замка и до самого утра не могла заснуть. Но на следующий день всё повторилось, я снова обнаружила себя у того старого дерева рядом со входом в центральный парк. Стояла и, прищурившись, смотрела на больницу, пытаясь понять, что это за странности со мной происходили. Я переживала, что ли?.. Или скучала?..
Нет. Бред какой-то!
В итоге, спустя ещё неделю, также на выходных я распахнула эту грёбаную матовую дверь, решив, что если сделаю то, что так сильно меня мучило, то, возможно, успокоюсь.
Войдя в тёмное помещение, поскольку окно была зашторено, я сразу обнаружила Дамиена. Сердце сделало кульбит, а в горле встал ком. От одного вида того, как парень, казалось, спал на больничной койке, меня передёрнуло всю. И, не давая себе шанса на побег, я подошла к стене, где взяла одиноко стоящий стул, а после подтащила его ближе к кровати. Села на него и смотрела на темноволосого парня, сканируя его лицо пристальным взглядом.
В ту ночь в клубе, когда я сидела у стеклянной стены и избавляла себя от накопившихся слёз, ко мне пришла Натали. Оказалось, что она вслед за мной покинула випку, когда я отправилась в уборную. Ей было некомфортно разговаривать с отцом при Треворе, вот она и пошла найти тихое местечко. А когда вернулась, то не обнаружила моего брата и меня. Поэтому решила спуститься вниз и попросить воды, поскольку сок был очень сладким, хоть и прохладным. И про кнопку вызова официанта Натали не знала. Она ещё некоторое время побыла на первом этаже рядом с барной стойкой, где выпила стакан воды под свою любимую музыку, пока не поняла, что задерживается. И она вернулась в комнату, где обнаружила нас с Дамиеном, даже не подозревая, что это был именно мой бывший истинный, что доставил мне немало проблем.
У меня тогда сильно закружилась голова, поэтому мы с подругой пошли на улицу, чтобы подышать воздухом. И там уже обнаружили Стефана, с которым разговаривали мои браться, а ещё Матея и Дамиена, находящихся без сознания, и которых грузили в машину с надписью «Королевская больница».
Выплыв из тяжёлых мыслей, я взглянула на повязку Дамиена, которой была обмотана его голова. Кроме неё, ничего не выдавало недуга бывшего истинного, он казался просто спящим здоровым парнем. Первым моим порывом было поправить его прядь волос, упавшую на глаза, только я быстро отдёрнула руку, вспомнив, что любое прикосновение пробудит чёртову метку. Натали в уборной клуба собрала все кристаллики браслета, а после я съездила в мастерскую, где починила его, и сейчас подарок подруги лежал в моей комнате в академии за ненадобностью. Было не совсем комфортно носить его с тугими рукавами куртки, да и, пока Дамиен лежал тут, я не нуждалась в подобном. И, если честно, не думала, что буду сидеть тут сейчас так близко к тому, кого большую часть жизни ненавидела. Скорее не так... Я большую часть жизни хранила лучшие воспоминания из детства, задавалась вопросами про то, почему он растоптал нашу дружбу, а ненависть на четвёртого сына семьи Лам де Вель появилась уже позже, когда я устроилась служанкой в проклятое поместье Пагры.
Я переборола себя, смотря на эту дурацкую прядь, так и не посмев притронуться к Дамиену. Выдохнула, затем встала и ушла, надеясь, что теперь-то моё дикое желание явиться к нему пропадёт.
