Текст книги "Яд под кожей (СИ)"
Автор книги: Лена Фарт
Соавторы: Диана Валеса
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)
45
Не знаю, сколько проходит времени, и где я нахожусь. Я лишь чувствую тепло, яркий белый свет, что пробивается сквозь веки. Ещё слышу отдалённо какое-то пиликание. Оно становится с каждой секундой громче.
А потом в мой нос врывается сильнейший запах химии, и я морщусь. Приоткрываю немного глаза, сталкиваясь с расплывчатой картинкой из-под ресниц. Голову тут же простреливает мимолётной болью, и я закрываю глаза.
Чувствую касание к своему телу, а затем и тихое:
– Всё хорошо, Эмили. Отдыхай, – женский голос мне не знаком, отчего я начинаю нервничать.
Где это я?..
Делаю попытку вырваться и убежать, но лишь вяло выдыхаю, так и продолжая лежать с закрытыми глазами. И лишь услышав знакомый голос Терезы, я успокаиваюсь, проваливаясь в дремоту.
– …истощение…на нервной почве…потеря веса…гемоглобин…вот эти витамины…
Я слышу своё дыхание очень хорошо, а всё, что за пределами – отчасти и глухо. Но вот эти обрывки фраз вырывают меня из полубреда, а может это подействовала капельница, которую я вдруг стала ощущать.
– Эмили, – тихий шёпот Адама вызывает по коже мурашки. Или меня отчего-то другого сейчас потряхивает?..
Тёплые сухие и чуть шершавые ладони дотрагиваются до моей руки, пока я не осмеливаюсь показать себя. Я сделала вывод, что нахожусь в больнице. Помню, что у меня сильно кружилась и болела голова у Голден Гласс в субботу вечером. Помню, как Адам бил Алана, а ещё откуда-то взялась Алекс…
Я начинаю сжимать челюсти, готовая вырвать свою руку из его лап, как вдруг дверь в палату распахивается, ударяясь о стену, судя по всему. Жмурюсь от шума, но продолжаю лежать бездвижно.
– Какого чёрта ты тут забыл? Выметайся, – громким шёпотом произносит хищница, чем удивляет меня.
Нет, пожалуйста, деритесь где-нибудь в другом месте…
У меня даже нет сил встревать, попытаюсь отвлечься. Да и это всё же больница, не думаю, что им дадут устроить тут подобное.
– Свали, – сквозь зубы говорит Готье, продолжая водить пальцем по моей ладони.
– Ты глухой, что ли? Идиот! Да это всё из-за тебя вообще-то! Довёл девочку до такого состояния, вали из палаты, больницы, да хоть из города и не зли меня!
– Тебе, блять, чё надо? Съебись.
Слышу тяжёлые, приближающиеся к кровати, шаги. А затем Адам отпускает мою руку.
– Не смей трогать её, Адам. Я серьёзно, если ты продолжишь доводить мою сестру до состояния зомби, я голыми руками порву тебя. Уяснил?
От её голоса у меня на затылке поднимаются волоски, а сердце начинает стучать быстрее. Атмосфера в палате мрачная, невероятно…
А еще…
– Сестра? – мой голос совсем тихий, что его едва слышно.
– Свалил быстро, – рыжеволосая шипит подобно змее, а после я слышу, как Адам уходит, закрывая за собой дверь.
Приоткрываю глаза, наблюдая, как Алекс хмурится, садясь на стул рядом со мной.
– Извини, я и сама недавно узнала. Всё никак не могла найти момент сказать, – она переводит взгляд на окно, за которым ночь, и закусывает губу.
У меня даже боль в голове пропадает, пока я пытаюсь сообразить и разобраться в том, о чём она говорит. И не похоже, что врёт.
И я достаточно быстро прихожу к одному возможному варианту. Вдруг вспоминаю из детства рассказ отца про его дочь. То, как они ссорились с мамой, ведь он часто начал упоминать прошлую семью.
– Берг?
Она усмехается, а затем смеётся. Только вот глаза у неё всё такие же холодные. Как, впрочем, и обычно.
– Скажи. Наш папка ещё тот штамп, – она подмигивает мне, осматривая с ног до головы. – Он тебя сильно достаёт? – кивает на дверь, а потом вдруг впивается в меня светящимся зелёным взглядом.
– А…
Боже, ну и досталась же мне сестрёнка. Дикая хищница, способная поставить на колени любого, а затем и глотку перегрызть. Они чем-то похожи с Терезой. Хотя и недолюбливают друг друга, насколько я успела заметить.
– Ладно. Не переживай, если понадобится помощь, я всегда рядом, – она странно улыбается, чем смущает меня, а затем даёт мне свой номер. А перед тем, как уйти, хлопает по плечу.
Я настолько потрясена новостью и её поведением, что тупо пялюсь ей в след. И сестра, и истинный мне достались с ДНК хищников. Вот же жесть…
Пока я нахожусь в больницу, где меня накачивают какими-то витаминами и заставляют полноценно питаться, я думаю об истинности. А что, если от неё можно как-то избавиться?..
Адам несомненно мне приятен внешне, но вот его характер и вседозволенность мне чужды. Я совсем не горю желанием исполнять всякую его прихоть. Играть роль его марионетки, которой он будет управлять так, как вздумается его дурацкому мозгу.
Морщусь и хватаю с тумбочки телефон. Сразу же лезу в интернет, в надежде найти способ избавить себя от некого притяжения к нему. Тело с разумом соперники в данном случае.
В сети миллион предположений на этот счёт, но в основном там сказано, что это навсегда и неизбежно.
Чёрт побери…
Откидываю телефон, заваливаясь на подушку, и прикрываю глаза. Нужно будет добраться до библиотеки и пошарить там. Возможно, что в сети недостоверная и не полная информация. Я должна попытаться вылезти из этого дерьма.
Меня отпускают домой лишь в понедельник, назначив строгую диету и необходимый набор витаминов, что в дефиците в моём слабом теле. Из больницы меня привозит Алан и сестра. Боже, как непривычно кого-то так называть… Он опять извиняется передо мной, а Алекс хмуро читает то, что мне назначили.
А уже будучи в старом крыле общежития, Тереза возмущается, кричит и бесится, проклиная рыжеволосую хищницу, что опередила её и привезла меня в академию.
Всё же приятно, когда есть те, кому ты дорог. У меня улыбка с лица не сходила, пока я слушала её ругательства.
– Смешно тебе, да? Ты, вообще, за кого? – уставилась она на меня, встав посередине комнаты и уперев руки в бока. Разъярённая какая.
– Прости, – говорю, пытаясь скрыть улыбку. А когда мой взгляд падает на новенький фотик, я вдруг вся подбираюсь. – Слушай, мне нужно сходить в библиотеку, кое-что выяснить. Присмотришь снова за Апельсином, ладно?
Соскакиваю с кровати, захватив телефон, и направляюсь к двери.
– Эй, а ты не охренела? Я тут чё распинаюсь-то? Куда намылилась? Какая библиотека? Этот поганец и так мне всю душу вывернул! Эмили! Не оставляй меня с ним снова!..
Но я уже бежала по коридору, а внутри чувствовала волнение. Мне до безумия хотелось воткнуть в Готье кол. В самое чёртово сердце, чтобы не мучился. И меня не мучал…
Пять дней. Пять грёбаных дней я шерстила эту проклятую библиотеку. Вот в интернете всё легко, а тут… Столько книг, что пока проверишь каждую страницу, можно умом тронуться.
Адам всё также сканировал меня взглядом, а также я заметила, что меня стали избегать парни. Странно это, даже одногруппники игнорировали, когда я спрашивала что-то, связанное с учёбой.
И вроде бы, издеваться надо мной и шутить перестали. Алан постарался, хоть и заварил эту кашу. Но даже Мальвин, с которым нам предстояло сделать доклад к следующей среде, вдруг отказался от совместной работы. Меня это огорчило, ведь работа не простая. Что ж, придётся приложить все силы, чтобы набрать нужный бал. Я обязательно справлюсь.
Спустя пять дней, что я пропадаю в библиотеке, что выглядит словно из позапрошлого века, напичканная кучей старинных книг, я вновь собираюсь наведаться туда.
Я сижу в комнате Терезы, ища информацию в сети, где перебрала уже чёртову тысячу сайтов. А подруга собирается в Голден Гласс, заглушать боль от разъедающей нутро любви.
– И чего расселась? Собирайся.
– Не могу, Тереза, прости.
– И кто этот парень? – вдруг спрашивает она, а у меня всё внутри падает, вызываю какую-то странную реакцию на её слова. Какой ещё парень?..
Ах, да. Я же не сказала ей про то, что именно делаю в библиотеке каждый вечер. Решила, что если никому не говорить, то и шансов на успех будет больше. Ведь так?..
– Мм, – стараюсь не ржать, предвкушая её следующую реакцию. – Адам, – вот пусть ловит ответочку, раз такие предположения про меня делает. Хех…
И этот мой ответ стоит её хрюканья и выпученных глаз.
То-то же, нечего так шутить. Парень, ну-да, ну-да. Они меня все игнорят на минуточку!
Сегодня пятница, Тереза уходит снова бухать, а я снова в библиотеку. Каждый решает свои проблемы по-своему.
Сажусь за столик, что расположен в самой середине высоких стеллажей. Надо мной тускло светит настенная лампа, а я уже распахиваю толстую книгу. Пыль, что поднимается в её пожелтевших страниц, тут же ударяет в мой нос, вызывая чих. А потом ещё один, и ещё. В итоге мне приходится закрыть эту книгу. Нужно будет взять с собой маску следующий раз, но всё-таки перешерстить эту древность…
Этой ночью Тереза так и не вернулась. Наверняка где-нибудь у своих друзей осталась. Её с каждым разом уносит всё дальше и дальше. Бедная…
Но я не ухожу в библиотеку, а решаюсь дождаться её. Переживаю, как никак. И когда слышу, что она пришла, тут же иду к ней, а Апельсин, не отставая, идёт следом.
– Ты не ночевала в комнате, – говорю сразу же.
И как радуюсь, узнавая, что она была у Нейтана. Он и правда любит её, не причинял ей такой боли, как мне Адам, не хотел отрезать её язык. Но она не слушает меня, настаивая на своём – Нейтан козёл.
И пока мы с ней говорим об этом, мне на телефон приходит уведомление.
«Эмили, пора нам с тобой поговорить, я сейчас приду»
Твою мать!
Видя это сообщение, у меня начинают трястись руки. Я так сильно боюсь того, что он может вытворить, если придёт, что всё же сбегаю в библиотеку.
Пытаюсь отвлечься от мыслей разных и сажусь за стол, который уже стал родным. Читаю книгу, перелистывая страницы. Так медленно, потому что отвлекаюсь.
Вот о чём это он поговорить хотел?..
О…
Я резко выпрямляюсь, смотря прямо перед собой, когда в мою голову внезапно приходит догадка. Я много перечитала за эти дни, и теперь точно знала, что у хищника, имея свою половинку, нет влечения к кому-то ещё. Он не может хотеть и удовлетворять себя другими.
О, нет…
Он точно хочет делать это только со мной.
Божечки…
Опустила голову на деревянную поверхность. Значит ли это, что он сделает всё, чтобы я была с ним. Но как? Как он себе это представляет? Чтобы я приходила к нему ночью? Не думаю, что Адам дарил бы мне цветы и водил на свидания.
Нервно смеюсь, представляя его романтичным.
О, ему это никак не подходит.
Внезапно я ощущаю чьё-то присутствие. И левая сторона моего лица начинает гореть. Сглатываю, когда в ноздри пробирается знакомый до ужаса, боли и ненависти запах.
Адам Готье…
Сидит на соседнем стуле, которого до этого тут не было. Смотрит на меня, сверкая желтизной своих глаз, его руки в карманах чёрных джинсов. Чёрные угольные пряди падают ему на глаза, словно он давно не стригся. Небольшая щетина поселилась на его волевом подбородке.
Всё моё тело превращается в один раскалённый нерв. Словно одно его неверное слово или движение, и я тут же вспыхну. Возьму и превращусь в пыль от его тяжелого болезненного взгляда. Как будто ему больно так же, как и мне. Но это ведь мираж, да?..
Понимаю, что не дышала всё это время, потому что голова начала кружиться.
Сердце о рёбра колошматит, пока я во все глаза пялюсь на Адама. Мурашки и мелкие волоски, вставшие дыбом, гуляют по моей коже, пока он, чуть прищурившись, разглядывает моё лицо вблизи.
Время замирает, я замираю…
Но как только его рука, покинув карман, взлетает вверх в попытке дотронуться до моих волос, меня током сшибает. Я соскакиваю, уронив стул с грохотом на пол, и намереваясь убежать от непонятных ощущений. Только вот его сильная стальная рука хватает меня за запястье, заставляя сжать с силой зубы и повернуться к нему.
46
Мы смотрим друг другу в глаза. Я всем видом пытаюсь показать ему, что он мне противен. Но в душе моей что-то щёлкает, когда я вижу на лице Адама выражение полнейшей безысходности и печали.
– Адам, отпусти, – шепчу я ему.
– Нам нужно поговорить, Эмили, – он продолжает держать мой локоть, оставляя на коже непонятные покалывающие ощущения.
– Зачем?..
– Пожалуйста, – и в голосе его столько грусти.
Громко вздыхаю, потупив взгляд.
– Хорошо, но только после этого я уйду, и ты перестанешь меня преследовать.
Адам молчит и ничего не отвечает. Ну конечно, не в его духе отстать от меня. Сажусь за стол, а парень садится напротив меня, положив руки перед собой и сцепив их в замок. Смотрит на меня, блуждая глазами по моему лицу. В библиотеке никого нет, даже смотрящего. Время уже вечернее.
Адам мельком проходится по страницам открытой книги, что я как раз начала изучать.
– Нет никакого способа избавиться от истинности. Ты только зря тратишь время, – говорит он сухо.
– Откуда ты знаешь? – отвожу взгляд.
– Думаешь, я не искал ответы? – он улыбается нервно. – Я даже сдавал анализы на определение истинности, Эмили. И в клинике мне ясно дали понять, что нет никакого способа избавиться от неё, даже если кто-то из нас умрёт. Тем более, у меня пробудился ДНК хищника, что всё усложняет.
– Не может этого быть… Но я читала, что у одной пары в прошлом столетии, ещё когда людей с ДНК хищника было мало, метка истинности исчезла. Вот тут написано, – показываю на статью.
– Она исчезла только у мужчины, у женщины метка осталась прежней. Но в итоге, метка всё-таки вернулась, – говорит Адам. – Я тоже про это читал.
– Но…
– Я настолько сильно противен тебе?.. – в голосе Адама столько горечи, что в груди начинает что-то ныть. – Была бы возможность, я бы разорвал нашу связь, только чтобы не мучить тебя своим существованием. Эмили, – он сглатывает, – прости меня. Я мудак, конченный кретин и мне нет прощения, знаю. Можешь меня не прощать, я всё пойму. Но… я не знаю, как мне быть дальше. Меня разрывает изнутри от того, что ты… не рядом со мной. И это не только грёбанная истинность.
Таращусь на него, его кулаки напряжены. Он отводит взгляд к окну и поджимает челюсти.
– Ты слишком много плохого мне сделал…
– Я был влюблён в тебя с самого детства, – облизываю нижнюю губу, не переставая таращиться на Адама. Его откровения вгоняют меня в ступор. – Наблюдал за тобой из окна. И на той дискотеке, ещё до того, как моя жизнь пошла по пизде, я впервые тебя поцеловал. Ты меня не узнала тогда…
– Подожди, так это был ты тем парнем?..
Он кивает и улыбается. Мой первый поцелуй… Тоже был с ним.
– Если бы я тогда был чуточку смелее, то возможно у нас бы всё сложилось иначе, – он вздыхает. – Я не хочу на тебя давить, но просто знай, что я сожалею. И нет никакого способа избавиться от нашей связи. Ты моя истинная пара, и как бы сильно я не старался держаться от тебя подальше, просто физически не могу, ведь грёбаный ДНК хищника не позволит этого сделать. Куда бы ты не отправилась, я последую за тобой, потому что ты моя… истинная. И то, что внутри меня, мои инстинкты… Понимаешь?.. Это сложно.
– Понимаю, – киваю ему.
Ведь я читала про хищников и то, как проявляется истинность у них в паре. Им намного сложнее, ведь они навсегда привязаны к своей паре и вдали никак не могут держаться. Хищники всегда будут стремиться быть ближе. Людям с этим намного проще, ведь у них нет инстинктов, которые бы заставляли их это делать.
– Всё, чего я желаю сейчас, так это чтобы ты была в безопасности и тебе ничего не угрожало. И понимаю, что самая главная опасность для тебя – я. Обещаю тебе, что больше никогда не причиню тебе вреда. Просто поверь мне, – смотрит на меня своими серыми глазами, на дне которых скопилась глубокая печаль.
Он точно не врёт и не лукавит. Ему больно. Даже в его движениях ощущается это и в тоне голоса.
– Я верю, что ты не причинишь мне вред, но и ты меня пойми, пожалуйста. После того, что было на озере… Да и вообще с самого начала… Ты грозился отрезать мне язык, запугивал, унижал, а после так вообще надругался надо мной… – сглатываю. – Это не забыть.
Адам проводит пятернёй по своим чёрным волосам и громко выдыхает.
– Ты даже не дашь мне шанс всё исправить?..
– Как ты собираешь исправить то, что уже сотворил?
Смотрит друг другу в глаза долгие секунды, а после Адам поджимает челюсти.
– Дай мне шанс. Всего один. Начнём всё сначала…
– Нет, Адам, – мотаю головой.
– Тогда, что мне делать?.. Я подыхаю без тебя.
Обхватываю себя руками и отвожу взгляд.
– Не знаю.
– Ты разве не чувствуешь то же, что и я? Эту связь между нами?.. Когда душа рвётся на части от того, что ты не можешь дотронуться до своей любимой?..
– Не чувствую, – нагло вру, ведь я просто подавляю в себе это чувство, заменяя его гневом и ненавистью.
От его слов всё внутри скручивает.
Поднимаюсь и хватаю телефон со стола. Быстро миную библиотеку, покидая зал. Позади слышу тяжёлые шаги Адама. На улице в лицо бьёт прохладный ветер, от которого хочется закрыться.
– Эмили, – Адам перехватывает меня, разворачивает и притягивает к себе за талию. Обнимает так, будто бы я сейчас исчезну. – Я люблю тебя…
Замираю от его слов, уткнувшись в его твёрдую грудь. Даже слышу стук его сердца, что бьётся даже быстрее моего сейчас. Его запах и тело действуют на меня так сильно, что мне хочется прижаться к нему плотнее, обнять и наконец, избавиться от этой боли, что живёт в моей душе.
Меня рвёт на части, как и говорил Адам до этого. И такое чувство, будто он тот человек, который мне сейчас нужен… Но нет!
Отстраняюсь от него, почувствовал сразу холод.
– Мне нужно идти…
Разворачиваюсь и бегу подальше от моей погибели. Ведь если он снова меня обнимет, окутывая своим теплом и запахом, то я сдамся…
На следующий день я узнаю, что у Терезы с Нейтаном всё наладилось. И я очень рада за них. Ведь эта парочка реально заслуживает счастья.
И будто бы я тоже должна уже забыть обо всём плохом и жить дальше, не обращая внимания на человека, чья тень следует за мной, куда бы я ни пошла, но отчего-то на душе пусто и тоскливо. И его признание в любви… Он открылся мне, рассказал о том, что чувствует, что ему больно. Но я так не могу.
С Алекс я теперь вижусь каждый день. Она заглядывает в мою аудиторию и проверяет моё самочувствие. Говорит, чтобы обращалась к ней по любым вопросам, если мне понадобится помощь. А ещё она всех моих одногруппников запугала своей грозной персоной, дав им понять, что если меня кто-то тронет, то она их в лепёшку раскатает… Прямо так и сказала. Перепугала всех. Даже меня.
В столовой Тереза теперь всегда сидит с Нейтаном. И мне приходится быть с ними третьей лишней… Благо, Готье не присоединяется. Они сюсюкаются и тискают друг друга, отчего я смущаюсь. Заставляют меня есть. Иногда Тереза кормит меня прямо с ложки…
Сегодня она сама выбрала мне еду, где больше овощей. И под её пристальным взглядом я стараюсь запихивать в себя рагу с курицей. Мимо проходит Адам, поставив гранатовый сок в стеклянной бутылке передо мной. Я лишь уловила его спину. Он теперь каждый день мне что-то подсовывает. Просто ставит и уходит, ничего не сказав, лишь мазнув по мне взглядом.
Смотрю на сок и не решаюсь его взять.
– Пей, – говорит Тереза. – Видишь, как мы все за тебя переживаем и пытаемся откормить? – она улыбается. – И Адам тоже.
Отвожу взгляд. Мне приятна его забота, и это даже мило, но…
Нейтана сегодня нет. Он уехал домой по делам, поэтому я сегодня обедаю только с Терезой.
– Хочешь, чтобы я дала ему шанс?.. – тихо спрашиваю её, продолжая смотреть на сок.
– Нет. Пусть ещё помучается и осознает свои ошибки в полной мере, – говорит Тереза, улыбаясь. – Да пей ты уже этот сок!
Она открывает мне его и протягивает. Беру и делаю глоток, а затем смотрю на Терезу.
– Пока что?.. А потом?..
– Посмотришь на его поведение. Решать только тебе.
Вздыхаю. Да, я ещё не готова.
После лекций возвращаюсь в общежитие, а Тереза уезжает к Нейтану домой. Сегодня пятница и у них планируется семейный ужин. В комнате я долго лежу на кровати и не двигаюсь. Какая-то апатия последнее время. Ничего не хочется. Ещё и эти дожди каждый день нагнетают обстановку. Апельсин сегодня тоже не в духе. Он мало поел и улёгся спать у меня под боком. Рыжий уже неплохо так вырос, скоро мне придётся тесниться с ним на узкой кровати. Так и засыпаю.
Утром я убираюсь в шкафу, вытащив оттуда все вещи. Перебираю всё, выкидывая ненужное. С верхней полки вытаскиваю коробку с нитками, которая раскрывается, и всё содержимое падает прямо мне на голову.
Чёрт!
Пыхчу и собираю всё обратно в коробку. Нитки разлетелись по всем углам. Ещё и Апельсин разошёлся, стал гонять клубок по полу. Еле отобрала у него. Потискала засранца и принялась складывать джинсы в шкаф.
Поворачиваюсь, чтобы взять ещё стопку одежды, и вдруг замечаю Апельсина, который упорно жуёт нитку.
– Апельсин! – подрываюсь к нему, а затем вытягиваю изо рта длинную нитку, которую он едва не проглотил.
Вот же маленький… И где только нашёл, я ведь всё убрала.
Быстро раскладываю футболки и закрываю шкаф, услышав, как у Апельсина начался рвотный позыв. Его резко вырвало сливками, что он недавно пил, а в конце вышла жидкость с кровью… У меня чуть сердце не остановилось…
Я хватаю телефон и начинаю искать информацию, с чем это может быть связано, а затем вспоминаю, как вытянула нитку из его рта… О нет! В интернете пишут, что нужно срочно везти животное к ветеринару.
Быстро одеваюсь и сую вялого котёнка в небольшой шоппер. Выбегаю на улицу и пока быстрым шагом иду, пытаюсь вызвать такси, но как назло, приложение глючит по непонятной причине, ещё и дождь усиливается. Капюшон не спасает.
Я добегаю до главных ворот академии, где находится будка охраны, в надежде узнать у них, можно ли сюда как-то вызвать такси, но в будке никого нет!
У меня уже начиналась истерика. Я прижала Апельсина к груди, сунув его вместе с шоппером под свою ветровку, чтобы хоть как-то прикрыть его от дождя и поплелась к дороге, рыдая и сглатывая сопли. Котёнок даже не вырывался и выглядел очень болезненным. Господи…
Хоть бы кто-нибудь остановился и довёз меня до города… Но в такую погоду кто вообще может здесь проехать?..
Я уже вымокла до нитки, когда рядом со мной на повороте остановился чёрный автомобиль, а из него стремительно вышел Адам и подошёл ко мне.
– Эмили, что случилось? Ты плачешь? – он был в одной чёрной футболке.
– Апельсин… – шмыгнув носом, сказала я, приоткрыв ворот ветровки. Оттуда выглядывал слегка испуганный рыжик.
– Садись, – он резко распахнул переднюю дверцу и помог мне забраться в салон, а затем и сам сел в машину.
Мы ехали довольно быстро и перед ветеринарной клиникой были уже через двадцать минут. Врач осмотрела Апельсина, сделала ему какой-то укол. Сказала, что ни в коем случае нельзя было вытягивать нитку, и скорее всего, я что-то ему внутри повредила. Лучше бы он её проглотил. Рвоты больше не было, и врач сказала понаблюдать за котёнком до вечера, если такое снова повторится или его состояние ухудшится, то привезти его в клинику.
Адам стоял у меня за спиной и хмурился, слушая врача. А я лишь смотрела на то, как котёнок сидит, поглядывая то на меня, то на врача…
Господи, я так перепугалась… Адам ещё что-то спрашивал у врача, пока я гладила Апельсина. Затем ему вынесли переноску, куда сразу же залез испуганный котёнок. Только уже сидя в машине, я поняла, что Адам за всё расплатился и даже купил ему переноску и ещё какой-то лечебный корм.
– Сколько я тебе должна?.. – спросила я, когда мы подъехали к академии, и Адам припарковался.
– Ничего не нужно. Это за причинённый моральный ущерб, – говорит он, смотря на меня.
Отвожу взгляд и выхожу из машины. Адам вытаскивает пакет и переноску с котёнком. Парень молча провожает меня до старого корпуса, и даже доносит всё до двери моей комнаты. Ставит на пол пакет и переноску.
– Врач сказала, если станет хуже, привезти кота снова, – говорит он, сунув руки в карманы чёрных джинсов. – Напиши мне, и я отвезу вас. Даже если его не нужно будет никуда везти, всё равно напиши. Я буду ждать.
– Не нужно… Ты и так помог... – отвожу взгляд от парня, прикусив губу. – Я очень тебе благодарна за помощь.
Адам кивает, а затем разворачивает и уходит к выходу.
– Адам, – зову я и быстро подбегаю к нему, когда он оборачивается. Обнимаю его за торс и шепчу: – Спасибо.
Я даже сама не знаю, как мне объяснить мой этот порыв… Будто бы тело действовало само в этот момент.
