Текст книги "Яд под кожей (СИ)"
Автор книги: Лена Фарт
Соавторы: Диана Валеса
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
39
– Тогда давай сделай это скорее и отдай мне Апельсина, – сжимаю кулаки так, что ногти в кожу впиваются, и прямо смотрю на Адама.
Очень страшно, но я не должна показывать свой страх. Не доставлю ему такого удовольствия.
– Хм, Апельсин… – он убирает руки в карманы джинсов и наклоняет голову. – День и ночь, Райс.
Поджимаю губы, пытаясь убить его взглядом из-под бровей.
Ненавижу…
– Не делай такое лицо. Ступай на кухню и приготовь мне пожрать, ведь мне понадобится много сил, правда? – широко улыбается этот ублюдок.
Незаметно выдыхаю от этой новости. Отлично, просто приготовить пожрать. Окей. Ради Апельсина я на всё готова. Но день и ночь…
– Ладно, – отвечаю расслабленно и ухожу на поиски кухни. А в ответ слышу смешок.
Вот же козёл…
Он видно продумал всё до мелочей, раз тут забиты продуктами шкафы и холодильник. Адам всё это время шёл за мной. Я чувствовала его присутствие своей спиной. Она горела от его взгляда.
Чёрт! Я с самого утра на нервах и даже не заметила, что на мне пижамные штаны и футболка.
Дерьмо… и вот так я ходила в столовую на завтрак? А Тереза мне даже не сказала? Ух…
– И что ты хочешь? – мрачно спрашиваю, прикрыв глаза, и упираюсь руками в столешницу.
– Без разницы, – шепчет на ухо, заставляя вздрогнуть от неожиданности.
– Тогда не мешай, отойди, пожалуйста, – прошу, и он, усмехнувшись, отстраняется. Не уходит, садится за стол, но я стараюсь абстрагироваться. Просто приготовлю этот чёртов обед.
Может отравить его?..
Жаль, что тогда я точно не увижу Апельсина.
Решаю приготовить то, что умею и то, на что не потрачу много сил – омлет.
Ну, а что? Буду я ещё изыски всякие готовить дурацкому истинному. Ага… Обойдётся.
Напряжённая я сжимаю зубы, нарезая помидоры, ведь он сверлит во мне дыру. Лучше бы ушёл. Ненавижу его.
Заканчиваю готовку за двадцать минут. Спешила сделать всё быстро, лишь бы спрятаться от его глаз.
– Всё, – выключаю плиту и отхожу в сторону.
Адам прищуривается, вставая со стула, и идёт к сковороде. Поднимает крышку и вдыхает. Хмыкает довольно и говорит:
– Отлично, теперь накладывай, – и выходит с кухни.
Чего?..
Ц, вот же…
Глубоко вдыхаю и делаю, что велел этот мерзавец. Скорее бы прошли эти сутки, тогда я ни за что больше не забуду закрыть дверь в комнату и ни за что не сяду в машину Адама. Никогда!
Когда мы сидим за столом друг напротив друга, Адам поглядывает на меня с очень довольным выражением на лице. Чёртов гад.
– Почему не ешь? – спрашивает, жадно поедая мою стряпню. Пристально взирает на меня стальными глазами и тыкает вилкой в омлет.
– Не хочу, – мрачно отвечаю, сжимая под столом ладони. – Ты ведь мне точно не врешь насчет Апельсина?..
– Не вру, – отвечает он и продолжает уплетать омлет.
Ладно.
Отворачиваюсь, рассматривая кухню.
Тут всё выполнено из дерева: полы, стены, мебель, стол и стулья. А также есть камин из стекла в гостиной, что пересекается с кухней. Этот дом очень уютный. Не то, что его хозяин, от которого у меня мурашки по коже и ненависть в крови.
Он ничего не отвечает, продолжая есть. А мне приходится сидеть напротив, ведь уйти он мне не позволил.
А после этот идиот заставляет меня мыть посуду. Абьюзер! Какого чёрта жизнь связала меня именно с ним?..
Мою посуду, и мои нервы на пределе, я с силой сжимаю губку и тарелку, тру и тру, до боли прикусив губу. Так и хочется развернуться, и запустить посуду в его спокойную и высокомерную рожу.
– Какая-то ты нервная, Райс.
Вот! Вот тут я не выдерживаю и швыряю тарелку в раковину. Она разбивается об мраморную поверхность, задевая переключатель воды, и теперь она брызжет прямо в меня. Ору, пытаясь прикрыться руками, а потом всё прекращается.
– Идиотка, иди в душ, принесу тебе вещи, – он злится, чувствую это по энергетике, что окутала пространство. Ещё бы! Чёртов хищник!
Эмили, нужно успокоиться, он ведь и правда опасен. Забыла, как он собирался отрезать твой язык? Или как поимел на озере?
Хоть Тереза и сказала, что теперь он не причинит мне вред, я всё же должна соблюдать осторожность рядом с ним. Поэтому послушно иду в душ, как и велел Готье. Нужно продержаться до утра и всё это закончится, всё будет как прежде.
Пока я ищу душевую, Адам появляется рядом и протягивает мне вещи, а затем указывает на дверь.
Киваю, забираю стопку из его рук и ухожу в душ. Моя пижама вся мокрая, как лицо и волосы. Чувствую себя некомфортно.
Закрываюсь на всякий случай и быстро споласкиваюсь, использую его гель для душа. Пахнет приятно… Надеваю его вещи… Они мне огромные, ведь я дышу ему в грудь, когда стою рядом. А если учесть, что я похудела… И лучше бы он дал мне шорты, ведь пока я подворачивала штаны – устала. Мне и так не хватает энергии последние дни.
Выхожу осторожно из душевой. В доме тишина.
Может, он ушёл? Хоть бы ушёл…
Но всё мои надежды рушатся, когда я слышу шум из гостиной. Шумно выдыхаю и направляюсь туда. Адам развалился на длинном диване с пультом в руке. Заметив меня и оглядев с ног до головы, он хлопает ладонью рядом с собой.
Понуро иду к нему и сажусь с самого края.
– Ближе, Райс.
Чёрт! Двигаюсь чуть ближе и сижу с прямой спиной, смотря перед собой.
– Ещё ближе.
Агрх…
40
Вот же козёл…
Его наглая рука обвивает меня за талию, притягивает к себе непозволительно близко. Наши бёдра соприкасаются слишком тесно, от этого мне совсем становится некомфортно. Хочу немного отстраниться, но он не позволяет. Громко вздыхаю.
– Да расслабься ты, – слышу его голос сбоку от себя, ладонь на моём животе нежно оглаживает меня через тонкую ткань футболки. – Можешь даже мне на колени сесть, если хочешь.
Издевается. Гад.
Просто абстрагируюсь от всей этой ситуации. Перетерплю. Представлю, что его нет рядом. А лучше представить, что рядом со мной кто-то другой – тот, кто мне нравится. А кто мне нравится? Раньше мне нравился Алан Хадсон, но он тоже оказался козлом… Тогда уж представлять красивого актёра из любимого сериала.
Упорно продолжаю молчать, сидя с прямой спиной. Таращусь в экран плазмы, где начался какой-то фильм. Почему время совсем не двигается с места?.. Сжимаю руками колени. Сбоку слышу громкий выдох, что всколыхнул мои волосы, а затем меня буквально укладывают на диван. Вскрикиваю, когда его руки подтягивают меня ближе спиной к его груди. Руку свою он любезно подкладывает под мою голову, а другой обвивает мою талию.
– А можно я просто посижу? – чувствую, как кожа покалывает от этой чрезвычайной близости, а сердце начинает биться как бешеное.
– Не-а, – слышу я смешок прямо над своим ухом, и табун мурашек проносится по всему телу.
Дурацкий фильм, смысла которого я не смогла уловить вообще, идёт уже тридцать минут. Всё моё внимание теперь поглощено ненавистной персоной, что прижалась ко мне сзади, а в попу упирается то, что не принесёт мне ничего хорошего...
Мой телефон остался лежать в кухне. Благо, успела написать Терезе, что я с Адамом… И что у него Апельсин. Если я завтра не вернусь, то полиции будет легче найти виновника моего исчезновения. Я ведь не знаю, что он задумал на самом деле. Вдруг, у него мозг совсем поплыл, и теперь он на самом деле может меня убить?.. Ох.
Его громкое дыхание опаляет район моей шеи, и я вздрагиваю. Адам уткнулся в мои волосы и дышит порывисто, как-то жадно… Липкий озноб проносится по всему телу, и кажется, парень это замечает, отодвигает прядь волос от моего уха и шепчет:
– Расслабься, я ничего не сделаю. Пока что…
– А может, лучше не надо?.. Неужели, тебе приятно, когда девушка тебя не хочет?..
Слышу, как он вздыхает и сильнее стискивает мою талию, вжимая в себя и толкаясь в мою пятую точку своим членом. Господи…
– Думаешь, у меня есть выбор? – шепчет он злобно. – Ты грёбаная ведьма, Райс.
– Всегда есть выбор… Ты ведь меня ненавидишь… И я тебя ненавижу… Разве, это нормально?.. Давай лучше решим всё по-другому… Ты отдашь мне Апельсина, и я…
– Заткнись, – его рык заставляет меня замолчать.
«И я буду тебе очень благодарна» – хотела я ему сказать. И возможно, даже мои чувства к нему стали бы чуточку получше, но что ж…
Значит, день и ночь… Хорошо, Адам Готье. Но после этого я сделаю всё, чтобы ты ко мне больше никогда не притронулся.
Отлежав покорно в его цепких объятиях два часа, я была рада, что фильм, наконец, закончился. Тело затекло от напряжения, ведь я вообще никак не могла расслабиться. Зато Адаму, похоже, всё нравилось. Он нюхал мои волосы время от времени, водил рукой по талии и животу, но дальше не заходил. Вёл себя вполне культурно, что совсем на него не похоже.
А затем он поднялся первым, проведя по моим волосам пальцами. И ушёл в кухню, кинув на меня какой-то странный до ужаса взгляд. Такой, от которого не знаешь, чего ожидать. Не злой и не нервный, как обычно, а совершенно противоположный…
Присев на диване, разминаю затекшее тело и шею. А затем направляюсь за ним. В кухне остался мой телефон, хочу ещё раз написать Терезе, что со мной всё хорошо. Но сначала я заскакиваю в уборную, чтобы умыться и привести в порядок свои волосы, которые растрепал дурак Адам.
С кухни доносился какой-то звук. И я застываю на месте, наблюдая, как парень нарезает овощи на белой разделочной доске, а затем кидает это всё к мясу, что уже тушится на среднем огне…
– Ты умеешь готовить?.. – таращусь на него, когда он замечает моё присутствие.
– А что такого? – пожимает плечами. – Я рос без матери, а потом и без отца, – переводит на меня слегка прищуренный взгляд.
– Просто… не ожидала. Это так удивительно, – кажется, я покраснела, и мне пришлось отвести взгляд.
Тихонько подошла к столу и взяла свой телефон. От Терезы было два пропущенных. Я написала ей сообщение быстро, обрисовав вкратце ситуацию, что пока что всё нормально…
Кинула ещё раз взгляд на парня, что возился у плиты. Огромный… и высокий. А ещё красивый. Не будь он таким говнюком, я бы влюбилась в него.
Ой… А моя метка на нём тоже есть?.. Если его на мне пробудилась, значит, у него ко мне есть чувства.
Ох, чёрт.
Интересно, кому из нас меньше всего повезло. Ему, что ненавидит меня уже столько лет и готов был убить, ведь я лишила его отца, а теперь оказалось, что я его истинная пара… Или мне, заиметь истинного, что взял меня силой… И зачем он только сделал это?.. Какая ему была вообще разница, девственница я или нет?.. Не хотела думать об этом последние недели, но сейчас, в непосредственной близости от источника всех моих проблем, эта мысль сама собой образуется в моей голове.
Ухожу в другую комнату, чтобы перестать пялиться на него. Сажусь на диван и просто смотрю окно. Как там мой Апельсин... И сама не замечаю, как засыпаю, а когда просыпаюсь, за окном уже темно и часы на стене показывают восемь вечера.
Подскакиваю от того, что натыкаюсь взглядом на парня, что уселся рядом в кресле. Его глаза сейчас снова жёлтые.
– Напугал тебя? – как-то странно спрашивает он.
Киваю. Сложно не напугать с таким-то выражением на лице…
– Ужин готов.
Он поднимается и протягивает мне ладонь. Хлопаю глазами. Отвожу взгляд и встаю сама. Иду за ним и сажусь за стол. Адам накладывает по тарелкам рагу. Пахнет вкусно, и я даже решаюсь покушать.
– Вкусно, – говорю правду, когда съедаю ложку.
Парень лишь усмехается, наблюдая за мной, но меня хватает лишь на полтарелки, и я откладываю приборы, снова разглядывая обстановку вокруг. Да, дом и правда уютный, и мне бы здесь даже понравилось, при других обстоятельствах.
Адам убирает со стола посуду, и я не решаюсь ему помочь. Не хочется лишний раз взаимодействовать с ним, но моим планам настаёт конец, когда парень останавливается напротив меня, после того, как всё сделал и подхватывает под бёдра, сажает на столешницу.
Упираюсь ладонями ему в грудь, сдерживая дрожь в теле. А он… смотрит на меня так… Чувственно. Пронзительными серыми глазами. И я теряюсь в его взгляде, и даже не замечаю, как его тёплая ладонь пробралась под футболку и стала оглаживать мою спину.
– Адам… – он не даёт мне ничего сказать, наклоняется и целует.
Нежно.
Прикосновение его горячих губ застаёт меня врасплох. И от того, как он проводит языком по моей нижней губе, я напрягаюсь, потому что сердце затрепыхалось в груди. Он всё делает нежно и бережно… Не напирает на меня, как делал до этого. И я просто теряюсь, и даже боюсь ответить ему. Будто передо мной не тот ублюдок Готье, что грубо обходился со мной.
Адам отстраняется и сталкивает нас лбами. Дышит тяжело. А затем его взгляд снова становится жёстким.
– Ну же, Эмили. Поцелуй меня, – его желваки на челюсти ходят ходуном.
– Адам… А может, не надо?..
Он усмехается.
– Нет, Райс. Сегодня я не намерен останавливаться. Но я не стану напирать. Хочу, чтобы ты сама проявила инициативу.
– Что?.. Думаешь, после того, что ты сделал со мной… на озере, я могу так… – отстраняюсь, и на удивление он позволяет. Даже отходит от меня, и я быстро спрыгиваю со стола.
Я его совсем не понимаю. Чего он добивается?..
– Всё зависит от тебя. Мы уедем завтра отсюда, и я отдам тебе кошака, но ты знаешь, чего я хочу взамен.
– Но это же принуждение! – сжимаю руки в кулаки.
Его взгляд становится твёрже, он прищуривается.
– А мне плевать! – взрывается он.
И стремительно выходит из кухни. Кажется, идёт в зал… А я стою и сдерживаю в себе злость, накатившую так неожиданно на этого парня. Стискиваю челюсти. Чёртов Готье!
Уверенно иду за ним. Нахожу его в гостиной, сидящем на диване, смотрящего в плазму на стене. Быстро подхожу к нему и залезаю на его колени, хватаю его обеими руками за щёки, заставляя смотреть на меня, а после наклоняюсь и прижимаюсь к его губам своими. Он не двигается, и будто вообще не дышит. Никак не отвечает мне.
Отстраняюсь от него.
– Ну же, Готье. Поцелуй меня! – говорю ему в той же манере гневно.
Его глаза вспыхивают жёлтым, и он, обхватив меня за бёдра, рывком притягивает ближе, а затем зарывается в мои волосы своей пятернёй и сталкивает нас ртами. Поцелуй совсем как тогда в Голден Гласс и в его машине. Чувственный. Безумный. И я снова забываю, с кем именно сейчас целуюсь и воспламеняюсь под его руками.
Он рычит, а затем подхватывает меня на руки и встаёт, несёт меня на второй этаж, продолжая целовать губы и шею. Доносит до спальни и аккуратно кладёт меня на огромную кровать, нависнув сверху и ни на секунду не прекращая пытки своим ртом.
Стаскивает с меня футболку, под которой ничего нет и штаны. И поднимается. Стоит надо мной и смотрит на каждый участок моего тела. И там, где скользит его взгляд, вспыхивают неведомые искорки.
Я, правда, делаю это?.. С ним?..
А когда он снимает с себя футболку, кинув её в дальний угол, я вся сжимаюсь и замираю, таращась на его рельефное тело. Поджимаю губы, в полной мере осознавая, что мы с ним собираемся делать сейчас. И уголок разума твердит мне, чтобы я бежала от него. Далеко.
Но Апельсин…
Адам наклоняется ко мне и покрывает жаркими поцелуями мою шею. Пытаюсь абстрагироваться и не испытывать то, чего не должна никогда чувствовать к своему насильнику…
Судорожно выдыхаю.
– Адам… Просто сделай уже это… – вскрикиваю, когда его губы смыкаются на соске, проводя горячим языком, а ладони исследуют каждый участок моего тела. – Хватит… целовать меня…
Но он игнорирует мои слова и спускает ниже к моему животу, целуя и водя языком по чувствительной коже. Руками разводит мои бёдра и садится между ними, жадно пожирая меня глазами.
В его глазах сейчас столько эмоций, от которых меня бросает в жар.
– Ты такая красивая, – на выдохе произносит он.
Прикусываю губу и не могу отвезти от парня глаз. Его руки скользят по моим бёдрам, губы целуют больное колено и спускаются ниже…
– Стой… – хочу отползти от него, когда он губами проводит по внутренней стороне бедра, оставляя засос. – Перестань!
Но Адам рывком притягивает меня обратно, наклоняется ниже и проводит горячим языком между влажных складок. Прогибаюсь в спине от неожиданного ощущения и громко вскрикиваю. Это слишком чувствительно и так ярко, что перед глазами начинает всё плыть, а когда он продолжает движения своим языком, я теряюсь где-то в пространстве. Стоны безудержно рвутся из моего рта, и я никак не могу больше сопротивляться. Всего несколько движений его языком, а я уже содрогаюсь в оргазме.
Кричу и хватаюсь за его густую шевелюру, сама, не понимая, чего хочу, чтобы он продолжил или чтобы перестал… Он продолжает мучить меня между ног, целует бёдра. А я лишь могу прикрыть глаза и стонать.
– Адам… Пожалуйста.
Сама не знаю, о чём прошу.
Парень отстраняется и смотрит на меня, а затем стягивает с себя брюки вместе с боксерами, а я могу лишь наблюдать из-под приоткрытых век за его действиями. Вспыхиваю ещё больше, когда вижу его член… Большой, увитый венами.
Адам снова порывисто целует меня в губы, проталкиваясь в меня языком, сминает грудь и сосок. Я вся горю, и хочу большего с ним. Как бы это страшно не звучало. Моё тело… Какое же оно продажное.
Парень кусает мою нижнюю губу и дотрагивается до меня внизу горячей головкой, водит по складкам, срывая с меня предательский стон. А после упирается в моё лоно и медленно входит. Замираю от неожиданных ощущений внизу живота. Я думала будет снова больно, но эти ощущения слишком приятные. Цепляюсь за его плечи и вонзаю ногти в кожу.
Он останавливается и смотрит мне в глаза своими жёлтыми.
– Тебе больно? – выдыхает мне в губы.
– Нет…
И он продолжает входить в меня, заполняя собой полностью. Целует меня, совершая медленные жаркие толчки, от которых я растворяюсь на атомы. Тело горит, током прошибает позвоночник от каждого его движения во мне.
Разве можно испытывать вообще что-то подобное?..
– Эмили… Какая же ты… Охуительная… – рычит Адам мне в шею и покрывает её поцелуями.
А я ничего не могу, кроме как тонуть в невероятных ощущениях и стонать под ним его имя.
Завтра я буду жалеть об этом.
41
Я дрожу всем телом, ощущая сладостные мурашки, что пробегают по моей коже. Сегодня она особенно чувствительная. Особенно к прикосновениям Адама. Думаю, это из-за нашей нелепой истинности.
Он переворачивается на кровати, садится, продолжая удерживать меня в своих руках. Непроизвольно обхватываю его торс ногами, ведь он до сих пор во мне. Чувствую, как его член распирает меня и пульсирует. У меня от этого голова кружится, не переставая.
– Самая красивая, – его голос тихий и хриплый.
И мне слишком жарко, чтобы попытаться хоть что-либо сказать ему в ответ. Я плавлюсь в умелых руках Адама, теряюсь в наслаждении.
Он пальцами оглаживает моё лицо, водя по нему тёмным стальным взглядом с редкими, но такими яркими золотыми искрами. Смотрю в них заворожённо, пока он не начал снова двигаться во мне, унося в другую реальность.
– Такая рыжая, – шепчет, убирая пальцем прилипшие волоски на моём лбу. – Такая сладкая, – чувствую его обжигающе влажный язык на своём подбородке, который он сразу же прикусывает. И с меня срывается выдох. – Я…
Он не договаривает, смотря мне прямо в глаза, продолжая гладить моё лицо.
Мне это нравится до безумия, но и плакать хочется от бессилия. Чёртов ублюдок, лишающий меня права выбора. И это мой истинный, который мне нравится. Внешне! Внешне да, он красивый. Но во всём остальном я ненавижу его. И пусть сейчас он ломает мой мир, я не поддамся.
Тело упорно отказывается слушаться хозяйку, оно жаждет ласки и удовольствия. И я поддаюсь…
Начинаю медленно двигаться на Адаме. Прикрываю глаза, чувствуя, как щёки горят.
То, что происходит между нами сегодня, полнейшая противоположность тому, что было на озере. Адама Готье словно подменили. Чёртов мерзавец пытается пробраться в моё сердце. А оно у меня в отчаяние, мечется между здравым смыслом и продажным телом.
Ни хрена ты, Адам, не получишь от меня больше… Никогда...
Мы принимаем душ уже глубокой ночью, когда моё тело полностью расслабленно и удовлетворено. Он не выпускает меня из рук всё это время. Сам несёт на руках из комнаты, также на ручках уносит в ванную, где сам меня нежно моет своим гелем для душа и губкой.
Это действительно чертовски охренительно, но не пошёл бы он в зад?..
Наконец-то помыв меня и себя, Адам выводит меня за руку к зеркалу. Я не узнаю этого человека последние несколько часов.
Он встаёт за моей спиной и, взяв пушистое белое полотенце, начинает вытирать моё тело. Медленно, при этом невесома целую разгорячённую и сверхчувствительную кожу. Трепет зарождается в груди, ток стреляет в подушечки пальцев.
Твою мать, зачем Адам Готье вообще появился в моей жизни?..
Наблюдаю из-под полуопущенных век за нашим отражением. И всё очень хорошо видно, ведь зеркало не успело запотеть. Я упираюсь ладонями в раковину, когда его рука касается моего соска. Он ведёт носом у основания моей шеи, я чувствую его горячее дыхание. Моя кожа уже покрылась крупными мурашками, хоть тут и душно.
А потом мой взгляд падает на метку под моей грудью. Она изменилась. Я чётко вижу её в отражении на своём хрупком теле. Смотрю на неё и мне улыбаться хочется.
Получается, Адам влюблён в меня?..
О, вот бы посадить этого монстра на поводок, чтобы не смел красть маленьких рыжих беззащитных котиков.
Но вид мой остаётся прежним, я ничем не выдаю своих мыслей. А потом чувствую, как он касается метки. Поднимаю взгляд, сталкиваясь с его, вдруг ставшим жёлтым. Ухмыляется. Видит тоже, что и я.
Я устрою тебе персональный ад, ублюдок.
***
После стольких оргазмов я естественно сплю крепче медведя в спячке. Уношусь в мир снов, уходя от этой мрачной действительности.
А проснувшись, замечаю перед собой Адама. Он опять смотрел, как я сплю?..
Хмурюсь, окидывая его сонным взглядом. Стоит, возвышаясь надо мной, умывшийся и полностью одетый.
– Доброе утро, – один уголок его губ на секунду поднимается. – Уже не так тепло, чтобы завтракать на балконе и смотреть на охренительно прекрасный вид, но и так сойдёт, – он достаёт руку из кармана джинсов и ведёт ею в сторону, призывая проследить за ней взглядом.
Прокашливаюсь и незамедлительно краснею, вспомнив почему я кашляю. Господи…сколько же стонов из меня вышло вчера?..
Стыд лавиной обрушивается. Отвожу от Адама взгляд, как раз туда, куда он указал. На столике справа от кровати стоит чашка кофе и булочки.
Замираю. Он мне что, завтрак принёс?..
– Не торопись, поешь нормально, потом поедем к твоему рыжику.
Слышу смешок, а после Адам уходит. А я остаюсь в замешательстве. Вот так вот? Ни черта не понимаю…
Желудок просит пищи, жалобно скуля, когда до меня доходит запах ароматного кофе. Тянусь за чашкой и, прикрыв глаза, делаю такой нужный глоток, ведь я из-за Готье совсем не выспалась.
И вообще, весь вид дурацкого истинного меня напрягает. Он странно косится на меня по дороге к машине и постоянно пялится, когда мы едем в академию, чем неимоверно бесит. Я лишь губы поджимаю и молча злюсь. Мне вот Апельсина забрать бы, а там я ему всё выскажу. Потому что, если сейчас сказану что не так, боюсь он меня так просто не отпустит.
Он берёт мою ладонь и переплетает наши пальцы, при этом смотрит на дорогу. Вырываю свою руку, как ошпаренная, двигаясь ближе в дверце.
Ну уж нет! Чего это он удумал?.. Так просто решил использовать меня?..
Краем глаза вижу его желваки, гуляющие по челюсти. Злится.
И пофиг, главное, чтоб котёнка вернул мне, а остальное я переживу.
