Текст книги "Яд под кожей (СИ)"
Автор книги: Лена Фарт
Соавторы: Диана Валеса
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
35
Адам Готье
– Ты, блять, точно уверен? – спрашиваю Нейтана через минуту ступора.
– Ты что, не веришь мне? Тому, кто в этом варится уже год?! – он взрывается, а потом я слышу щелчок камеры, и перед моим носом появляется телефон друга. – Полюбуйся, придурок.
Натягиваю штаны, про которые забыл из-за грёбаных мыслей и, нахмурившись, беру телефон в руки.
Пиздец просто… Смотрю на чёткий рисунок, который проглядывается через красноту и выбешиваюсь. Гнев зарождается где-то в груди, распространяясь по всему телу.
– Эй, верни! Сломаешь же! – Нейтан вырывает телефон из моих рук и прячет в кармане. И улыбается, чёрт. Смешно ему, сука…
– И чё делать? – спрашиваю, сжимая зубы. – Она мне на хуй не сдалась.
– Не сдалась, говоришь, – лыбится, ослепляя своей белизной. – А кто она, кстати?
– Рыжая ведьма…
– Оу, – его брови взлетают вверх. – Теперь я меньше переживаю за неё.
– Почему это? – сжимаю кулаки от безысходности.
– Ну как, Эмили твоя истинная, вред ты ей не причинишь. Эй, эй, прекрати так скалиться! Не смей даже, только хуже сделаешь, друга послушай!
Он заглядывает мне в глаза, видя моё состояние, но я его уже не слышу.
– Спасибо за помощь, дальше я сам, – убираю от себя его руки и иду к двери из комнаты.
– Не принимай поспешных решений, Адам! – кричит он мне в след, но мне похуй. Райс сама виновата, что поставила на мне свою грёбаную метку. Ещё и где? На заднице, мать вашу! Пиздец какой-то…
Уверен, моей на ней быть не может. Не привлекает она меня. Не-а.
Это раньше что-то было. То, чего сам не могу объяснить. Некая тяга к девчонке из соседнего дома. Такая она рыжая, яркая… Смотрела на меня хмуро из своего окна.
Отгоняю чёртовы воспоминания и иду к себе, чтобы наконец-то уснуть. Все проблемы завтра решу.
А это нихуя не легко, как оказалось. Решил взять её, снова. Грёбаный придурок. Потом колошматил стену от безысходности. Злость, что жила во мне из-за отца, прошла. Сразу после озера, где я трахнул Райс. Вот прям как отлегло. Сам того не понимая, я облажался. И, охуеть, как сильно.
Поэтому её брошенные слова про насилие ударили. Прямо под дых, аж эрекция пропала после её слов. Правда ненадолго. Пройдя несколько метров, она вновь появилась и, блять, в разы сильнее и больнее.
Кто придумал эту ебаную истинность?.. Какой ублюдок решил, что мы с рыжей подходим друг другу?..
Нихуя подобного! Я ни за что не буду её парнем. Да что там, я вообще не буду ничьим парнем. Пошли они все!
Я пытался побороть в себе эту тягу к её, вдруг ставшему идеальным, телу. Да и раньше она была ничего такая. Аппетитная, но сука, я так ненавидил её… Да, блять, жирная! Жирная она была, ясно?..
Господи, я что решил обелить её?
В пизду, нахуй! Вы что там делаете со мной, чёртовы создатели?! Хотите услышать это от меня?! Да! Да, блять! Она всегда мне нравилась, с самого, сука, детства! Но что я, блять, должен был делать?! Любить ебаную Райс, что отца моего засадила?! Да нихуя, я за семью любую любовь перекрою, ясно!
Пф-ф…
Нервы на пределе…
Я держу себя в руках ровно день. А что, если она действительно не моя истинная? Нахуя ей что-то чувствовать ко мне и ставить ебучую метку, если я доставил ей дохуище проблем?.. Как и она мне, вообще-то…
Пелена ярости слетела с меня, и я стал мыслить шире. Бог ты мой, куда катиться этот мир…
Я совсем неожиданно сталкиваюсь с ней. Просто шёл на приятный запах, что будоражит до искр из глаз. А дальше я собой не владею… Всё.
Нейтан, Алан…
Последний вообще выбесил одним своим существованием. Я вдруг вспомнил про спор, а потом про то, что Эмили оказалась девственницей. Пиздабол, сука.
Всё дошло до того, до чего я бы не хотел, чтобы доходило.
– Адам Готье, – сухо произносит ректор, когда я сижу в его кабинете. – ДНК хищника, – задумчиво сканирует свои руки.
Я сам охуел, когда в зеркало глянул. Раньше в таких странных случаях думал – кукуха поехала. Я ведь дикий и неадекватный. Слова Вальдеса, мать его. А тут такое…
Кровь в венах закипела, почувствовал зверя своего. Вот кто мне портил всё рядом с Райс, все мои планы к чёртям рушил.
Усмехаюсь тому, что сам ректор взгляд прячет. У него же есть ученики хищники, чего это он так сторонится?..
Уткнулся в свои бумаги и как накатал мне запретов: это нельзя, то нельзя. К Райс не подходить… Ты зверю моему это скажи, ублюдок! Умный дохуя…
Ладно, ослушаться ведь никак, отчислением пригрозил. Впервые. Ещё прокол и всё, тогда я истинную даже понюхать не смогу. Сука…
Что за напасть…
Решаю провести эти выходные в своем загородном доме, который мне достался от матери, как только стукнуло восемнадцать. Я вообще после детдома зажил, можно сказать.
Приезжаю в глушь, ведь тут совсем тихо, да и домов немного. А мой так удачно расположен – в самом конце. Ставлю тачку на блокировку и до вечера пялю телик. Прямо как старик какой, мне разве что пива не хватает.
Нахрен, решаю съездить в местный клуб. Тёлок не склею, так хоть расслаблюсь, может нажрусь. Тачку, правда, придётся там бросить, но сюда такси вряд ли поедет. Вернусь на своих двоих. О, это самая хуёвая идея, но да похуй. Сил нет уже.
Паркуюсь и залетаю в место движа. Я даже не успеваю решить, чем нажрусь, ведь запах истинной окутывает меня, словно яд.
36
Смотрю в лицо парня, которого ненавижу больше всего на свете. Густые брови, которые сейчас сведены на переносице, волевой подбородок с ямочкой и глаза стального цвета, что буравят во мне дыру. Возвышается своим двухметровым ростом надо мной, как бешеный пёс. Дышит порывисто, прищуривается.
– Райс, – сжимает челюсти.
Рад меня видеть, видно. Да так, что я чувствую, как его руки порываются меня придушить. Но мы ведь истинные, он теперь не сможет причинить мне физический вред, а вот моральный…
– Какого чёрта ты тут забыла? – цедит сквозь зубы, нагибаясь ко мне. – Ещё и выпила.
– А ты? – хмурюсь и прямо смотрю ему в лицо.
Вот это да. Раньше я на такую наглость не была способна. Что это на меня нашло? Я не боюсь его нисколечко. Наоборот, во мне прямо кипит яростный гнев!
Ещё и выпитый алкоголь придаёт мне мужества…
– Эмили, не беси. Отвечай на вопрос.
– А кто ты такой, чтобы я отвечала на твои вопросы?
Адам хватает меня за плечи, вцепляясь в меня своими огромными руками. Тянет на себя, пригвождая к своей груди. В нос ударяет его древесный парфюм, который снова мне кажется смутно знакомым.
– Пусти! – начинаю вырываться, но он не позволяет. Держит крепко. Нагибается ниже.
– Я твой истинный, Эмили, – рычит мне в лицо.
– Ты не мой истинный! Ты мне никто! – сильнее начинаю сопротивляться, но вместо того, чтобы отпустить меня, он перехватывает меня за локоть и тянет сквозь толпу к выходу.
Куда?..
Оглядываюсь, в поисках спасения. Терезы не видно, и никто из людей не замечает, как я бью этого ненормального по плечу и пытаюсь вырваться. Только огромный охранник на выходе преградил путь:
– Проблемы? – он смотрит на меня.
– Да! – выкрикиваю.
– Нет, – одновременно со мной отвечает Адам. – Моя… девушка слегка перебрала с алкоголем.
Спокойно отвечает он, но на слове «девушка» всё же сделал паузу…
Девушка?..
Девушка?!
И до меня доходит смысл его слов, только когда он уже выталкивает меня наружу, таща за собой к своей машине. Резко толкает меня к ней. Щёлкает сигнализация.
– Садись в тачку, – достаёт пачку сигарет и вынимает одну.
– Никуда я не сяду, – сжимаю руки в кулаки.
– Сядешь, – голос, не терпящий возражений.
Мельком оглядываю местность. Бежать?..
А этот ненормальный будто чувствует моё состояние и предостерегающе делает ко мне шаг.
– Попробуешь убежать – будет хуже. Поймаю и выебу.
Замираю на месте, таращась на него снизу вверх. Поджимаю губы, обхватив себя руками. Этот жест не ускользает от Адама, потому что он хмурится и выпускает густое облако дыма, снова затянувшись.
– Ну, и чего ты ждёшь, Эмили? Садись в тачку.
– Зачем?.. – он выглядит раздражённым и злым. – Я не хочу в неё садиться. Не хочу, чтобы ты находился рядом. Просто отстань от меня.
Он прищуривается, выкидывает окурок и скалится в улыбке.
– Негоже моей истинной шарахаться по всяким гадюшникам, – суёт руки в карманы светлых джинсов. – Сядешь? Или мне тебя силой затолкать?
– Не сяду! И я уже говорила, что не твоя…
На этих словах он меня обрывает, резко потянув на себя. Звереет прямо на глазах. Открывает дверцу и грубо вталкивает меня в салон. Всё происходит так быстро, что у меня начинает кружиться голова и мне приходится откинуться на сиденье, прикрыв глаза рукой.
Ещё и выпитый алкоголь даёт о себе знать.
И пока я пытаюсь сфокусировать поплывший взгляд, Адам уже оказывается в машине. Дёргаю за ручку, но двери уже заблокированы.
– Вы… Выпусти меня! – поворачиваюсь к нему, сжимая кулаки.
Я готова сейчас с ним драться! До последнего!
Улыбается, поглядывая на мои маленькие кулачки. Захватывает одну из них, обволакивая тёплой ладонью. Сердце почему-то бешено начинает колотиться в груди. Кожа от его прикосновения покалывает. Задыхаюсь от нехватки кислорода в лёгких.
Прикрываю глаза. Это какой-то дурман?..
Адам наклоняется ко мне. Ощущаю жар его тела. И этот парфюм… Он такой знакомый. Его лицо слишком близко, а рука уже оглаживает мою ладонь, тянется, дотрагиваясь пальцами чувствительной кожи. Мурашки бегут по всему телу, а внизу живота вспыхивает пламя.
Напряжение сейчас настолько сконцентрированное, что я судорожно выдыхаю. В глазах Адама мелькают жёлтые искры. Он блуждает по моему лицу каким-то пьяным взглядом.
Пальцы уже добрались до моего плеча и ключиц, нежно касаются оголённой шеи. Облизываю губы, не в силах отвезти взгляда от парня. Губы покалывают и будто бы требуют, чтобы их поцеловали…
Это что вообще такое?..
– Адам… – выдыхаю ему в губы, которые находятся в десяти сантиметрах. – Поцелуй меня…
Что?!..
Это я сказала сейчас?..
Какого чёрта…
И пока до меня доходило осознание, рука Адама зарылась в моих волосах, а его горячие губы накрыли мои, языком проведя по нижней губе, от чего я задрожала и вцепилась руками в его мускулистые плечи. Нежное прикосновение, а столько эмоций и чувств вспыхнуло во мне в этот момент! А затем его язык скользнул внутрь, и я совсем потеряла голову. Из меня вырвался тихий стон, который снёс все предохранители.
А дальше начался самый настоящий ад. Безумие, в котором меня распирало от страсти и вожделения парня, который столько всего мне сделал. Но я не могла остановиться, отвечала ему на дикий поцелуй, от которого меня уносило куда-то в другую вселенную.
И вот только сейчас, целуясь с ним по собственной воле, я поняла, что уже испытывала это всепоглощающее безумие! Это он! Тот самый незнакомец, что целовал меня в Голден Гласс. Громко простонав, я всё же отстранилась.
– Это ты?.. Целовал меня тогда…
На его губах растянулась улыбка, от которой у меня душа рвалась на части. Он лишь облизнулся, а затем вновь накинулся на меня, целуя и прижимая к себе. Руки его огладили мою спину, забрались под футболку и тело реагировало…
Ох, совсем не так, как тогда в аудитории, когда он был груб и пытался разложить меня на столе перед ним. Сейчас моё тело требовало большего. И я сама… О нет!
И пока я пыталась сопротивляться чувствам, он потянул края футболки, снимая её с меня. Выдохнула и упёрлась руками в его плечи.
– Адам…
Но всё мои слова пропали, когда он захватил губами твёрдую горошину сквозь тонкий поролон бюстгалтера, а затем его рука скользнула под чашечку и сжала грудь, отчего жар между ног стал практически нестерпимым. Он провёл языком по ложбинке грудей, опускаясь ниже, покрывая губами каждый миллиметр, а затем замер на долгие секунды, легонько приподняв бюстгалтер.
– Обманщица, – хрипло прорычал Адам, проведя пальцами под правой грудью, где проявилась его метка.
Он перевёл на меня горящие глаза, а я даже не могла ничего сказать в ответ… А после он наклонился и провёл языком по своей метке, прикусил чувствительную кожу и я совсем поплыла.
Слишком чувствительно. Слишком горячо. И сложно сопротивляться.
Адам снова притянул меня за шею, врываясь горчим языком в рот. Требовательно. Алчно. Так, как целовал меня тогда на озере. Укусил за нижнюю губу.
И, кажется, я протрезвела.
Оттолкнула его с лёгкостью от себя, потому что Адам точно от меня этого не ожидал. Поправила бюстгалтер дрожащими руками и натянула на себя футболку, под испепеляющим взглядом парня.
Он не двигался, лишь сжимал силой челюсти.
– Эмили, – прорычал он и снова потянулся ко мне, но я размахнулась и влепила ему пощечину. Звук шлепка разнёсся по всему салону.
– Мерзавец, – прошептала я и обхватила себя руками, – не трогай меня.
Адам лишь оскалился, пронзил меня злым и раздражённым взглядом жёлтых глаз, завёл двигатель автомобиля, выруливая на трассу, ведущую к академии.
Я не смотрела в его сторону, боясь вообще как-то с ним контактировать. А ещё меня грызло ужасное чувство внутри. Я так легко сдалась ему. Стоило просто дотронуться до моей руки, и я растеклась лужицей. После того, что он сделал со мной.
37
Всю дорогу я дрожала от страха. Ведь замечала краем глаза, как его руки, покрытые венами, сжимали с силой руль, как он постукивал по нему пальцами, и как громко выдыхал иногда.
Видимо не только меня окатывало разными эмоциями в его присутствии.
Боже, лишь бы он не лез ко мне, не применял силу. Я же не переживу! И, вообще, буду драться!
Заехав на территорию академии, он остановил машину у моего крыла общежития. На улице темно, лишь свет тусклых фонарей вдоль аллеи и у беседок, освещали территорию. Слабо, но всё же.
Порываюсь открыть дверь и свалить наконец подальше от истинного монстра, но дверь не поддаётся. Зато тяжёлая ладонь Адама падает на моё колено.
– Куда собралась?
– Домой, – пищу, в надежде побыстрее уйти и успокоиться.
– А поцелуй на ночь? – скалится, а в его глазах мелькают золотые искры. Пугают меня до безумия.
Кожа от его прикосновения жжёт.
Какой к чёрту поцелуй?!
– Нет, – говорю всё также с писком в голосе. Страх и смелость одновременно поселились во мне.
Ни за что не дам себя поцеловать! Ну уж нет. Обойдётся, чёртов насильник.
Усмехается, сверля взглядом мои губы, а затем подаётся вперёд с молниеносной скоростью. Но я каким-то боком успеваю залепить ему ещё одну пощёчину. А после кричу, спрятав лицо в ладонях, ведь двери-то заблокированы.
Адам громко ругается, и я слышу щелчок двери.
– Вали, – сухо произносит, но я чувствую, как в машине портится энергетика. Становится до невозможности тяжёлой.
Поэтому пулей вылетаю, запнувшись о первый же попавшийся корень. Благо у меня получается удержать равновесие.
Залетаю в комнату, которую пыталась открыть целую минуту, ключ никак не хотел попадать в замочную скважину. Конечно же, руки-то дрожат.
Апельсин, не переставая, мяукает. Ругает свою хозяйку, за то, что уехала надолго. Кормлю его, переодеваюсь и прячусь под одеяло. Слышу, как сердце в ушах стучит.
За что мне это?..
Еще и тот незнакомец, что периодически снился мне. Такой вкусный и объятия его приятные…
А это оказался – он!
Вот же дерьмо!
Даже тут испортил мне визуал прекрасного парня. Идиотский просто…
Если бы я не была пьяна, то ни за что не позволила ему прикоснуться ко мне.
Ещё и сама просила поцеловать…
Тело не слушается, и пока я думаю о нём, оно непроизвольно испытывает желание.
Да он никогда не простит меня за отца. А я никогда за то, что он сделал на озере.
Смысл тогда? – спрашиваю у непонятно кого, выглядывая из-под одеяла, и смотрю в потолок.
С такими тяжёлыми мыслями я засыпаю. Просыпаюсь утром от головной боли. Наверное, сказался алкоголь и нахождение в компании Готье.
Сладко потягиваюсь, вспоминая, где лежат таблетки от головы. Сползаю с кровати и ищу их. Затем, найдя упаковку, иду на кухню за водой.
И вот что-то не даёт мне покоя. Хмурюсь, пытаясь понять. Чувствую, что что-то не так. Дело в Терезе? Она пришла?
Подхожу к её комнате и только поднимаю руку, чтобы постучать, как до меня доходит.
Апельсин!
Я не слышу его утреннего голодного мяуканья!
Бегу в свою комнату, распахиваю дверь…
– Чёрт! – выругиваюсь, вспоминая, что не заперла вчера дверь.
– Кис, кис, кис, – хожу по коридору, даже в душевую заглядываю. – Где же ты, мелкий паразит, – шепчу, заглядывая в каждый уголок старого крыла.
Может он забежал к Терезе в комнату, когда она пришла из клуба?..
Стучу в её дверь, но мне отвечает тишина. Стучу сильнее, а потом слышу тихий стон.
– Тереза! Тереза, открой! Апельсин у тебя?
– Отвали, – слышу приглушённо. – Дай поспать.
Стучу снова и снова, пока на пороге не появляется злая, не выспавшаяся подруга с запахом перегара. Протискиваюсь через неё, ища своего малыша. Уже даже слёзы на глазах появляются от страха за пушистика.
– Что за кипишь с утра? – спрашивает, садясь на кровати, и трёт глаза.
– Апельсин пропал, – всхлипываю.
– Куда?
– Не знаю.
– Ты куда вчера пропала? Я из-за тебя весь клуб на уши подняла. До охраны добралась. Уехала с каким-то парнем… – усмехается, сверля меня гневом.
– Тереза. Меня забрал Адам. Спасибо, что переживала, но мой телефон остался в клубе, не могла предупредить. Прости ещё раз, но…давай поищем Апельсина… – чувствую, как слеза скатывается по щеке.
– Ц-ц, – глубоко вздыхает. – Иди первая, я догоню, – тянется к своим вещам. – Потом всё расскажешь.
– Хорошо, – киваю и вылетаю на улицу.
Тереза присоединяется к поискам лишь через двадцать минут. На улице сегодня солнечно и она морщится. Но помогает. Мы прочесываем трижды всю территорию академии. А она не маленькая.
– Не переживай, найдём, – успокаивает меня Тереза, когда мы направляемся на завтрак в столовую.
И это меня нифига не успокаивает. Вот где его ещё искать? Он ведь такой маленький и беззащитный…
Реву всю дорогу. И даже не соболезную больной голове Терезы, что постоянно за неё держится.
Беру первое попавшееся из еды, но всё равно ничего в рот не лезет. Тупо жду, когда Тереза наестся.
И вот тут мне вдруг приходит сообщение на телефон, который мне отдала подруга. С незнакомого номера.
«Твой рыжий у меня, жду у ворот»
Роняю телефон, тут же резко наклоняясь за ним, случайно ударяюсь головой об стол, шиплю, соскакиваю со стула и лечу на выход.
За считаные секунды добегаю до ворот академии. Пульс на высоте, дыхание сбилось напрочь.
Бедненький мой, мамочка идёт за тобой…
Замечаю такую знакомую машину, что кровь в венах стынет. Шаг сразу замедляется, но котёнок важнее всех страхов вместе взятых.
– Привет, – произношу, закусывая губу и сжимая влажные ладони. – Где Апельсин?
Адам стоит у своей машины и курит сигарету. Затягивается, выпуская густой дым, сканируя меня взглядом, а затем открывает машину.
38
Котёнок в машине?
Подхожу быстрым шагом к открытой передней двери, заглядывая внутрь. Сканирую цепким взглядом весь салон, но рыжика нигде нет.
– Я не вижу, – осторожно поворачиваюсь к Готье.
Он выкидывает сигарету, направляясь к водительской двери.
– Садись, отвезу тебя к нему. Не буду же я кота в машине держать. Испортит мне салон, – отвечает и садится внутрь.
Чёрт. Надеюсь он не обманывает. Хотя откуда бы он узнал, что Апельсин пропал?.. Значит, он точно знает, где он!
Без раздумий сажусь следом за ним, руки дрожат, сердце колотится. Сглатываю горький ком в горле и сдерживаю слёзы в глазах. Я даже не откидываюсь на спинку, сижу с прямо спиной, схватившись за ручку двери.
– А где ты его нашёл?.. – спрашиваю, поджимая губы. – С ним всё хорошо?..
Адам задерживает взгляд на моих покрасневших от слёз глазах, а затем усмехается.
– Всё с ним норм, Райс.
Судорожно выдыхаю, снова устремив взгляд на дорогу. Мне реально сейчас не важно где я и с кем нахожусь. Я даже не чувствую какой-либо угрозы или паники. Всё, о чём я сейчас могу думать – Апельсин.
Бедный мой котёнок. Как же он оказался за пределами академии?.. Неужели вышел за забор, а там его могли погнать дикие животные… Он совсем ещё маленький и беззащитный. Сжимаю сильнее ручку двери, шмыгнув носом.
Я так сильно люблю животных и привязываюсь к ним, что для меня они намного ценнее, чем кто-либо. У меня был кот в детстве, я так сильно любила его. Мы выросли вместе, спали вместе. Он будто бы был единственный, кто меня понимал. И для меня он был как друг, сын и брат. Ни кого не воспринимал, кроме меня. А после его ни стало. Заболел и умер, когда мне было семнадцать лет. Не было ни дня, чтобы я не вспоминала его. И Апельсин сейчас для меня как отдушина.
Снова шмыгаю носом и замечаю, что мы уже выехали на трассу и едем в сторону города.
Почему так далеко?
Неужели, Апельсин всё же ранен и Адам отвёз его в ветеринарную клинику… А если его укусил дикий зверь или он попал под машину…
Даже не могу сейчас спросить у него, потому что сердце болезненно сжимается.
Господи, хоть бы с ним всё было хорошо!
Но на повороте в город мы заворачиваем на другую более узкую дорогу, едем минут пять, и останавливаемся на территории двухэтажного кирпичного дома.
– Он здесь? – вытираю проступившие слёзы.
– Ага, – говорит Адам.
Быстро выхожу и жду, когда Адам тоже выйдет из машины. Оглядываюсь по сторонам в поисках котёнка. Здесь только лес и, кажется, небольшое озеро с пирсом.
Парень идёт в сторону дома, и я быстро шагаю за ним. Он открывает дверь и пропускает меня внутрь. Застываю на пороге, думая, что сейчас кто-то выйдет из хозяев, но в доме стоит гробовая тишина. Разуваюсь и прохожу дальше, зову Апельсина по имени. Оглядываю весь первый этаж, даже не замечая, что Адам облокотился о дверной косяк и наблюдает за мной с хитрой ухмылкой на лице.
– Его здесь нет… А второй этаж?.. – снова начинаю дрожать.
– Проверь, наверное, он там, – отвечает мне парень.
И тут я тоже не вижу в нём ничего подозрительного, потому что горе застилает глаза. Едва не бегу на второй этаж по лестнице, а Адам шагает за мной. Осматриваю две комнаты, останавливаюсь у балкона в спальне с большой кроватью, дверь которого сейчас закрыта.
– Его нигде нет! – развожу руками. – Он точно тут?..
Парень усмехается и подходит ко мне, становится вплотную и начинает смеяться…
Громко, заливисто. И тут я понимаю, что меня просто надули. Он обманным путём заманил меня в этот дом.
– Апельсина тут нет, – говорю я, и горячие слёзы всё же срываются с моих глаз.
– Нет, – подтверждает он, перестав смеяться, и блуждает глазами по моему заплаканному лицу.
Шмыгаю носом и протискиваюсь мимо него, но он перехватывает меня за плечи, впечатывая в свою грудь.
– И куда ты собралась? – интересуется эта скотина.
– Искать котёнка! – выкрикиваю в истерике и начинаю бить его по груди. – Ты гад! Разве можно вот так поступать?.. Апельсин сейчас где-то совсем один, ему страшно… Или ещё хуже, с ним что-то случилось… Пока я тут нахожусь… вдруг… он уже… – захлёбываюсь слезами и соплями, пытаясь вырваться.
– Да всё нормально с твоим кошаком! – он сильнее прижимает меня к себе, обвив за талию руками. – Перестань истерить, дурочка. Он сыт, в тепле и на мягкой подстилке спит.
Поднимаю на него глаза, перестав дёргаться.
– А где?..
– Не скажу, – усмехается, а затем пальцами начинает стирать мои слёзы с щёк.
Меня обдаёт жаром и гневом одновременно.
– Зачем ты меня сюда привёз, если Апельсина тут нет? Ты знаешь, где он. Так отвези меня к нему!
– Не-а, Эмили. Проведём день и ночь вместе, и если мне понравится, то я, конечно, отдам тебе рыжего. Зачем он мне сдался? – он продолжает блуждать по моему лицу, задерживая серые глаза на губах.
– Что?..
И тут до меня, наконец, начинает доходить его коварный план… Меня из жара бросает в холод.
– Ты специально его украл?..
– Огорчу, я лишь нашёл его на территории академии, орущего на всю округу ночью, – улыбается. И чего он такой довольный?
– Где он сейчас?!
– Я же сказал, Райс. Завтра я тебя к нему отвезу.
– Я тебе не верю, – толкаю его в грудь. – Ты врешь! Отвези прямо сейчас!
Он усмехается и достается из кармана брюк телефон. Разблокирует его, нажимает на экран и показывает мне фотографию Апельсина. Он кушает что-то из маленькой мисочки, а на другом фото, удобно спит на чёрном пледе.
– Мерзавец…
– Ох, Эмили, – он качает головой, явно довольный тем, что сделал. – Да тебя ж легко обмануть. Ты слишком доверчивая. У меня на тебя сегодня большие планы, – улыбается как-то криво и смотрит на меня безумным взглядом.
– Какие ещё планы?.. – сглатываю ком в горле.
– Ну, как какие? Ночь любви, разумеется.
– Ни за что! Ты ко мне больше не прикоснёшься! – дёргаюсь и, наконец, вырываюсь, но это лишь потому, что он сам меня отпускает. Порываюсь к двери из спальни.
– Если убежишь, кошака тебе не видать, – доносится до меня его мрачный голос. – Останешься и отдашься мне по собственной воле – я верну его. Обещаю.
Прирастаю ногами в пол в дверном проёме, сжимая руки в кулаки.
И что мне делать?.. Отдаться Адаму Готье по собственной воле?..
