Текст книги "Развилка (СИ)"

Автор книги: Лена Белова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Наконец мы добрались до поселения, и я впервые увидел здешних аборигенов. Они оказались людьми невысокого роста, со смуглой кожей и черными, как смоль, волосами.

При виде нас поселяне издали ликующие возгласы, напоминавшие чем-то крики лесных животных, а один из них выступил вперед и произнёс, с ужасным акцентом, но всё-таки на общегалактическом языке:

– Добро пожаловать, мы рады приветствовать вас на нашей земле.

– Здрасьте, – небрежно поздоровался я.

– Локи, можешь говорить повежливее? – шепотом попросила меня Лаувея. – И, пожалуйста, воздержись от своих обычных шуточек. Я на видео всё записываю, к твоему сведению. Хочешь, чтобы потом вся галактика смотрела, как лидер Звездного Патруля хамит аборигенам?

– Думаю, это будет забавно, – хмыкнул я, однако про себя решил, что буду вести себя вежливо.

Местные жители отвели нас на большую поляну, в центре которой уже горел огромный костер.

На некотором расстоянии от него были разбиты белые шатры, которые привез Звездный Патруль вместе с прочей гуманитарной помощью. Лаувея говорила мне, что вообще аборигены строят себе деревянные хижины, но все они оказались разрушенными из-за подземных толчков, поэтому нам и пришлось обеспечивать местное население временным жильем.

Неугомонная Кайса куда-то исчезла, а через десять минут вернулась, одетая в платье из листьев – одежду, которую носят местные женщины. Лицо девушки украшали красные полосы различной длины и толщины, я даже не сразу узнал её.

– Теперь я совсем как местная жительница! – смеялась Кайса. – Лаувея, ты тоже можешь переодеться.

Но Лаувея сочла себя слишком взрослой и серьёзной для подобного маскарада, и потому предпочла остаться в своей одежде.

Аборигены угостили нас местными плодами с красной кожицей и белой мякотью. Плоды оказались очень кислыми, и мне с трудом удавалось есть со спокойным лицом, не морщась.

– И как только дикари их едят? – поинтересовался Тор. – У меня аж скулы свело.

– У них, вероятно, иные вкусовые ощущения, нежели и у нас, – заметил я, глядя, как аборигены с удовольствием едят эти плоды.

– Они все тараторят и тараторят, – печально вздохнул Сэм, который сейчас, наверное, от всей души жалел, что не остался на корабле, читать энциклопедию «кибернетика последних лет». – А самое обидное, что мы их даже не понимаем.

И словно бы в ответ на его жалобу к нам подошел местный «переводчик» – абориген, худо-бедно знавший общегалактический язык.

– Я хочу от лица всего племени выразить вам нашу бесконечную благодарность, – произнес он, по очереди пожимая каждому из нас руку, – если бы не вы, люди другого мира, как мы вас называем, мы бы ни за что не справились с последствиями землетрясения. Этот фестиваль устроен в вашу честь.

Тем временем остальные аборигены уселись вокруг костра. В руках у них были какие-то деревянные инструменты, схожие с барабанами.

– Локи, подержи камеру, я буду записывать, – велела Лаувея, бережно передавая мне прибор и доставая портативный компьютер, на котором она с фантастической скоростью печатала свои заметки.

Я был абсолютно уверен, что этот отсталый народ не имеет ни малейшего представления о музыке, и потому был поражен той ритмичностью, с которой они играли на своих примитивных инструментах. У них и впрямь получалась мелодия, причем мелодия красивая, хотя и совсем не похожая на те, которые привыкли слышать мы, цивилизованные люди.

А потом аборигены запели. Пели они, разумеется, на своём странном наречии, и мы ни слова не поняли, но их песня произвела на нас ошеломительное впечатление.

Слушая звучные голоса дикарей и глядя на пляшущие языки пламени, на раскаленные добела угли и на самих аборигенов, я словно бы перенесся в другой, неизведанный мир, полный тайн и загадок. Да, я не понимал, о чем поют дикари, но мне чудилось, что эта песня – не что иное, как история джунглей, история их первобытного народа. Причем история не сухая, книжная, основанная исключительно на фактах, а история чувств, эмоций, ощущений. Никогда ещё музыка и пение не захватывали моё воображение так сильно.

Само моё сознание преобразилось, я стал мыслить и думать иначе. Теперь существование лесных духов, повелевающих этим миром, казалось мне вполне естественным, а города, заводы, космические корабли – наоборот, стали какой-то нелепостью, причем ненужной и даже вредной нелепостью. Я уже с удивлением глядел на свою одежду, а также на своих друзей. Боюсь представить, чем бы все кончилось, если бы дикари не перестали петь, и я не вернулся бы к реальности.

Лаувея сидела, широко раскрыв рот и позабыв делать записи. Но вот она потрясла головой, отгоняя наваждение, и окликнула переводчика.

– Расскажите, пожалуйста, о чем была эта песня, – вежливо попросила она, а затем повернула голову и крикнула мне куда менее учтиво: – Что уставился, Айсберг?! Давай снимай, не видишь, я интервью беру?!

Я направил камеру на аборигена, который начал объяснять:

– Эта песня о том, как, согласно нашим верованиям, был сотворен тот мир, в котором мы живем. По легендам, которые передаются у нас из поколения в поколение, сначала наша земля была пуста и безжизненна. Но потом явились духи, которые и принесли сюда жизнь. Духи леса посадили деревья, духи воды создали реки и озера, духи гор воздвигли непреступные скалы, духи животных создали птиц и зверей, а так же и нас самих. И до сих пор они живут среди нас, обитая в растениях, животных, водоёмах, словом, всюду, и следят за нами. Если мы живем мирно, они посылают нам обильные дожди и хорошую дичь, что обеспечивает нам пропитание. А если же мы враждуем между собой, они шлют нам всякие беды и катаклизмы. Вот как недавно, например. Повоевали мы с одним племенем, в общей сложности тридцать человек убили. Земля напиталась их кровью, духи земли разозлились и… ну, вы сами знаете.

– Но это же всё полная чушь! – воскликнул Сэм, обладавший исключительно рациональным складом ума и отвергавший любое восприятие мира, не являющееся научно доказанным. – Землетрясение – типичное природное явление, вызванное движением литосферных плит. А все эти ваши духи тут совсем не при чем. Вы их сами выдумали.

– Молчи, Сэм, – Кайса, сидевшая рядом с юношей, сильно пихнула его локтем.

Абориген, однако, нисколько не смутился и произнес:

– У вас, возможно, бедствия и вызывают какие-то там плиты, у нас же это дело духов, все знают это.

– Но ведь это же не доказано! – гнул своё упрямый Сэм. – Кто-нибудь из вас хоть раз видел этих так называемых духов?! Не видел? Вот то-то и оно!

– Видели, пришелец, видели, – возразил переводчик.

– Байки всё это! Пока своими глазами не увижу, не поверю! – не унимался Сэм, которому было важно доказать свою правоту и убедить неразумных дикарей в том, что они заблуждаются.

Сэм с большим уважением и почтением относился к точным наукам и потому отличался нетерпимостью к другим взглядам.

– Нет ничего проще. Сходи к расщелине, которая образовалась при землетрясении, и ты увидишь, что из неё бьёт синий свет. Кто может создать такое, если не духи? – сказал переводчик.

Весь Звездный Патруль, включая меня самого, вытаращил глаза от изумления.

– Из-под земли бьёт свет непонятного происхождения? – переспросила Лаувея, не переставая писать.

– Почему же непонятного? – удивился абориген. – Его создали духи земли, я же сказал вам.

Но Лаувея его уже не слушала.

– Мы должны это увидеть, – обратилась она к нам. – Не знаю, как вы, а я не улечу отсюда, пока не узнаю, что это за странный свет, если он, конечно, не является плодом воображения аборигенов. Завтра я беру необходимое снаряжение и отправляюсь к расщелине. Кто со мной?

– Я! – одновременно отозвались четыре голоса.

Нетрудно догадаться, что голоса принадлежали мне, Тору, Сэму и Кайсе.

Это необъяснимое явление заинтересовало нас всех. Даже я не жалел, что придется задержаться в этих краях ещё на сутки. Ведь мы, быть может, стоим на пороге великого открытия, которое перевернет мир.

А сейчас пора было возвращаться к кораблям. Мы попрощались с аборигенами, которые не хотели нас отпускать, желая в свою очередь узнать о нашем мире и разглядеть как следует непонятные для них приборы, такие как портативный компьютер и камера Лаувеи.

Но мы не могли задерживаться: и так уже давно перевалило за полночь, а на рассвете мы должны были подняться и отправиться в самую настоящую научную экспедицию.

– Знаете, что я думаю насчет синего сияния? – спросил Сэм, который шагал впереди, освещая нам дорогу фонарем.

– И что же? – поинтересовался Тор, шагающий следом за Воителем.

– Думаю, в недрах этой планеты содержится какой-то новый, неизвестный нам химический элемент, который так светится.

– Но раз он светится, значит, от него исходит излучение, – разумно заметил я. – И излучение это, по всей вероятности, радиоактивное. А мы собрались мирно отправиться к самому источнику радиации, без каких бы то ни было средств защиты. Замечательно! Хотя, для Звездного Патруля это в порядке вещей.

– Не волнуйся, Айсберг, – посоветовала Лаувея, которая шла позади меня. – Если бы это сияние было действительно вызвано радиоактивным излучением, на этой планете никогда бы не зародилась жизнь. Так что можно не опасаться, радиация здесь явно не при чем.

– Но если не радиация, то что же тогда? – спросил Сэм, раздосадованный, что его теория оказалась заведомо неверной.

– Откуда я могу знать, Воитель? – раздраженно спросила Лаувея. – Мы и отправляемся в экспедицию затем, чтобы выяснить это. Завтра всё узнаем.

– Если, конечно, эта загадка окажется нам по зубам, – вставил Тор.

Увлеченно беседуя, мы и не заметили, как добрались до кораблей.

На этот раз Кайса и Сэм нарвали несколько десятков огромных пальмовых листьев и расстелили на полу грузового крейсера, чтобы лежать было не так жестко.

Мы легли ровным рядом, бок о бок друг к другу, но спать никому не хотелось. Все были возбуждены событиями минувшего дня.

– А знаете, я рад, что мы прилетели на эту планету, – заметил я, кладя руки за голову и глядя в блестящий, металлический потолок. – Мы узнали столько всего интересного. А сколько узнаем во время завтрашней экспедиции… Жаль только…

– Ни слова о Пантере, Локи! – перебил меня Сэм, догадавшийся, о чём именно я жалею. – Не вспоминай, не надо.

– Воитель прав, Айсберг, – мягко заметила Лаувея, лежавшая справа от меня. – Я бы на твоём месте подумала лучше о поиске лекарства.

– Да еще недели не прошло с того момента, как я дал это обещание, а ты уже прицепилась! – огрызнулся я, невольно начиная нервничать. – У нас целый год впереди, Нимфа, целый год, понимаешь?

– Если так рассуждать, то ты ни на шаг не приблизишься к решению проблемы ни за год, ни за десять лет, ни за сто. Подумай над этим, Локи!

– Ну не знаю я, где можно достать такое средство! – вспылил я. – Это физически невозможно!

– А раз невозможно, то не надо было обещать, – слова Лаувеи были разумны и логичны, но это злило меня еще больше.

– Если бы я не пообещал, то меня бы среди вас не было! Это моя проблема, Лаувея! Тебе-то до неё какое дело?!

Я приготовился к тому, что девушка сейчас начнет орать на меня в ответ, и потому очень сильно удивился, когда она взяла меня за руку и тихо сказала:

– Мы одна команда, Локи. И проблема одного из нас – это проблема, касающаяся всех. Мы не бросим тебя в беде. Я не брошу.

– И я! – чуть ли не хором отозвались члены Звездного Патруля.

– Ладно, давайте спать, – минуту спустя предложил Сэм. – А то уже рассвет скоро.

– Ты прав, Воитель, – отозвался я, закрывая глаза.

========== Глава 4 ==========

– Ребята, подъем! – голос Лаувеи прозвучал так громко и властно, что я моментально вскочил на ноги, еще не успев сообразить, что происходит.

– Напугала, Нимфа, – проворчал Тор, опуская на пол Мьельнир, который он призвал секунду назад. – Я уж думал, невесть что случилось.

– И случилось: мы проспали рассвет! Вернее, вы проспали. Я-то уже давно на ногах и успела собрать все необходимые приборы и снаряжение. Ваши рюкзаки стоят возле трапа. Ну как дети малые, честное слово!

– Вставай, Сэм, поднимайся! – Кайса безуспешно пыталась разбудить крепко спящего юношу, тормоша его за плечи.

Кончилось тем, что Сэм сонно пробормотал: «Отстань, я спать хочу» и перевернулся на другой бок.

Тогда я присел на корточки рядом с ним и крикнул прямо на ухо:

– Корабль заминирован, сейчас рванет!

Услышав это, Сэм подскочил как ошпаренный и пулей бросился к выходу, оступившись на трапе и упав на наши рюкзаки.

Мы дружно расхохотались. Причем Сэм, понявший, что его разыграли, смеялся вместе с нами.

– Надо было заснять этот эпизод на камеру, Нимфа, – подмигнул я Лаувее.

– Мне сейчас не до ваших глупых шуток, – серьезно сказала девушка, надевая рюкзак. – Пора выдвигаться в путь.

Мы тоже надели свои рюкзаки и зашагали следом за корреспонденткой, которая чуть ли ни бегом бежала по тропе, даже не останавливаясь, чтобы сфотографировать представителей флоры и фауны джунглей. Я знал, что Лаувея не успокоится, пока не разгадает тайну загадочного свечения.

– А всё-таки мне жалко этих дикарей, – подал вдруг голос Сэм. – Темные люди: живут в лесу, словно животные, и у них ничего нет. Ни нормальных домов, ни книг, ни компьютеров, ни космических кораблей.

– Зато нет и оружия массового поражения, – разумно заметила Кайса. – Отравленными стрелами много народа не убьешь. А у нас при помощи ядерного оружия можно и целую планету уничтожить. А ядерное оружие у нас и появилось благодаря научно-техническому прогрессу. Так что еще неизвестно, кому в результате лучше.

– Самое смешное, что вы оба правы, – заметила Лаувея. – Развитие цивилизации – это палка о двух концах. С одной стороны, у людей цивилизованных планет больше возможности для саморазвития и самосовершенствования. В центральной галактике люди сколько живут, столько и учатся. Это не только знания, но и духовно-нравственное развитие. А дикари научились выживать в лесу, и все, им этого достаточно. Они даже не задумываются над тем, чтобы развиваться дальше. У них практический склад ума, развитие ради развития их не устраивает. Зачем им, к примеру, решать интегральные уравнения, если это не поможет им на охоте?

– Но это же не значит, что они совсем не развиваются, – вмешался в разговор Тор. – Ведь все цивилизации, включая и нашу, начинали свое развитие как раз на таком уровне.

– Конечно, Тор, развитие есть, но оно неосознанное. Я говорила о том, что их познание мира неразрывно связано с их повседневной жизнью, с их насущными потребностями. А у нас, посчитайте, сколько существует моделей и теорий, не нашедших своего практического применения; у первобытных цивилизаций такого не наблюдается. Так вот, с одной стороны у дикарей меньше возможностей для саморазвития, но с другой, как верно заметила Кайса, у них меньше возможностей и для самоуничтожения. И это очень важно. Как вы думаете, почему мы, обладая мощнейшим оружием, до сих пор не развязали ядерную войну?

– Потому что даже «Чёрный Квадрат» понимает, что в случае ядерной войны пострадают абсолютно все. Она никого не обойдет стороной, включая и тех, кто развязал её. Это слишком мощные силы, а мы достаточно разумны для того, чтобы отказаться от их применения, – задумчиво произнёс Тор.

– Вот именно, разумны! – обрадовалась Лаувея. – А если дать ядерное оружие дикарям и научить их обращаться с ним, бьюсь об заклад, через месяц они все друг друга уничтожат. Их интеллект еще не дорос до этого, понимаете? Поэтому в Центральной Галактике еще давным-давно был издан закон, запрещающий вмешиваться в развитие отсталых цивилизаций и снабжать дикарей какими бы то ни было достижениями научно-технического прогресса. Они сами, без посторонней помощи, должны дойти до этого. Иного пути нет. Ой, смотрите, что там!

Внезапно деревья расступились, и мы вышли к невероятных размеров расщелине, из которой действительно бил ослепительный холодный синий свет.

– Ничего себе! – воскликнула Кайса, усиленно моргая глазами, которые, как и у всех нас, тут же заболели от этого сияния.

– Да, действительно странно, – согласился Тор.

Лаувея бесстрашно подошла к краю пропасти и заглянула вниз, но тут же резко развернулась и сообщила нам, протирая слезящиеся глаза руками:

– Из-за этого света вообще ничего не видно!

– И как же мы тогда узнаем, что является его источником? – растерянно спросил Сэм.

– У нас есть темные очки, я положила каждому в левый карман рюкзака, – Сообщила Лаувея, уже надевая свои очки и вновь заглядывая в пропасть.

– Ну, что там? Что? – спросил нетерпеливый Сэм.

– Да ничего особенного, – пожала плечами Лаувея. – Обычная расщелина, не считая, конечно, этого странного света.

– И что теперь будем делать? – поинтересовался Тор, садясь на землю.

– Это же очевидно, – Лаувея фыркнула, искренне удивившись вопросу громовержца. – Надо спуститься в расщелину, только и всего.

– А как ты собираешься это сделать? – спросил Сэм.

– У нас на корабле было две скалолазные верёвки. Я с самого начала предполагала, что нам придется спускаться вниз, и потому взяла их с собой. Мы крепко привяжем веревки к толстым стволам, обвяжемся сами и аккуратно спустимся до той глубины, до которой позволит верёвка. Надеюсь, этого будет достаточно.

– А подъем?

– Тор вытащит нас на поверхность.

– Кого это – вас? – тут же поинтересовался громовержец.

– Меня и еще одного члена команды, кто захочет, – ответила Лаувея. – Веревки у нас, к сожалению, только две. Ну, кто со мной?

– Я с тобой, – это были мои первые слова за всё время экспедиции.

Я даже не успел всё взвесить и обдумать, эти слова вырвались у меня непроизвольно. Я просто представил себе, как Лаувея, такая хрупкая и беззащитная, в одиночку спускается в бездну, из которой к тому же льется синий свет неизвестного происхождения, и мне стало жутко.

Но Лаувея, похоже, вовсе не страшилась предстоящего нам мероприятия. Её сжигал энтузиазм, ей не терпелось приступить к делу.

– Тогда надевай очки и делай обвязку, – девушка кинула мне маток веревки.

– Лучше я вас обвяжу, – Тор выхватил веревку у меня из рук и тут же принялся за дело.

– Не доверяешь нам с Лаувеей? – спросил я у брата.

– Доверяю, конечно, по части всяких там научных теорий, – хмыкнул громовержец. – Но узлы вязать… Думаю, будет надежней, если вы доверите это мне.

– Что ж, если я сорвусь в пропасть, моя смерть будет на твоей совести, – улыбнулся я брату.

– Даже думать об этом не смей, Локи, – Тор погрозил мне кулаком и принялся обвязывать Лаувею.

Когда веревки были надежно привязаны к стволам, а также и к нам самим, остальные члены Звездного Патруля пожелали нам удачи, и мы с Лаувеей начали осторожно спускаться вниз.

В темных очках было видно гораздо лучше, глаза не щипало, но определить источник таинственного света было по-прежнему невозможно. Пока было ясно лишь, что он находится где-то внизу.

Чем ниже мы спускались, тем холоднее становилось. Солнечные лучи не проникали в бездну, это было царство подземного холода.

– Ты не замерзла, Нимфа? – спросил я у своей напарницы, которая спускалась в расщелину в шортах и топе.

– Нелепый и глупый вопрос, Локи, не требующий ответа, – стуча зубами, отозвалась Лаувея.

– Если всё спускаться и спускаться вниз, через какие-то время станет теплее, – заметил я. – Ядро планеты ведь раскаленное.

– На такую глубину нашей веревки не хватит, – возразила девушка.

– Знаю, это я так, чисто гипотети… – внезапно я ощутил, что стою на чём-то твердом.

Лаувея тоже приземлилась рядом со мной и воскликнула:

– Это же металл, Локи! А может, и не металл, а какой-то другой прочный материал. Но суть в том, что эта поверхность создана руками человека! Ты понимаешь хоть? Это сделали разумные существа. Невероятно…невероятно…

– Смотри, свет бьет оттуда, – я указал на неровное отверстие, пробитое в этой гладкой поверхности. – Судя по всему, мы стоим на крыше какого-то подземного сооружения. Ну что, будем спускаться внутрь?

– И еще один глупый вопрос, Локи, – фыркнула журналистка. – Неужели ты в этом сомневаешься?

Отверстие было узким. Я оцарапал себе руку о его острый край, но всё же нам с Лаувеей удалось проникнуть в это странное помещение. Оказалось, светились сами его стены, но источник синего сияния нас уже мало волновал. Дело в том, что помещение оказалось библиотекой. Тысячи книг стояли на полках. И сделаны они были не из бумаги, а из какого-то другого материала, чем-то напоминавшего пластик.

– Они написаны не на общегалактическом языке, – сообщила мне Лаувея, бережно перелистывая страницы одной из книг. – Я не знаю этого языка.

– И что ты думаешь по этому поводу? – поинтересовался я у девушки.

– Думаю, что раньше, очень-очень давно, когда центральная галактика ещё не была развитой и даже не подозревала о космических путешествиях, на этой планете проживала удивительная цивилизация, обогнавшая по своему развитию центральную галактику на десятки тысяч лет. Но потом у них произошла какая-то катастрофа, которая стерла их цивилизацию с лица земли, не оставив никакой памяти о ней. Возможно, уничтожено было вообще все живое, кроме примитивных микроорганизмов, которые начали эволюционировать заново. То есть эта планета как бы живет второй раз, понимаешь?

– А библиотека?

– А библиотека была расположена глубоко под землей и потому сохранилась. Возможно, люди предвидели неминуемую катастрофу и специально создали подземное хранилище своих знаний, в надежде на то, что когда-нибудь другие цивилизации найдут его. Благородные люди… Они хотели передать накопленный ими опыт другим, несмотря на то, что им самим было суждено погибнуть.

– А синий свет зачем?

– Возможно, их глаза нуждались именно в таком освещении, мы ведь даже не знаем, как выглядели представители той древней цивилизации. Вполне вероятно, что они не являлись людьми, в нашем понимании этого слова. А возможно, они специально оставили этот свет, чтобы облегчить поиск своей библиотеки.

– А что нам-то делать со всем этим?

– Мы должны сообщить обо всём Агентам Света, обязательно. Пусть они разберутся с этими книгами, попытаются их расшифровать. Мы не можем брать на себя такую ответственность, это слишком серьезно.

– Да, Лаувея, ты права, но ведь одну-то книгу можно взять, не так ли? Как трофей. Всё-таки именно мы нашли подземную библиотеку, так что имеем на это полное право.

– Хорошо, бери, только Агентам ни слова, а то отберут, – Лаувея хитро рассмеялась и сунула мне в рюкзак первую попавшуюся книгу. – Когда доберемся до цивилизации, попробуем перевести её на общегалактический язык, это же так интересно.

– Ну что, поднимаемся?

Лаувея вместо ответа достала своё средство связи, включила его и сказала:

– Нимфа вызывает Тора.

– Тор на связи.

– Поднимай! Только сначала Локи, а я еще хочу здесь походить.

– Что вы там такое нашли? – с интересом спросил громовержец.

– Подними Локи, он тебе все расскажет. До связи.

Через несколько секунд я почувствовал, что меня тянут наверх. Я помогал Тору, отталкиваясь от края расщелины ногами. Минут через двадцать я вновь увидел свет. Не синий, а самый обыкновенный, солнечный.

– Ну, что там? – хором спросили друзья, подбегая ко мне.

Всем не терпелось узнать, что же мы обнаружили.

– Тор, вытаскивай Лаувею, – велел я брату.

– Дай хоть дух перевести, – отмахнулся громовержец.

– Ну ладно, не торопись. Лаувее там хорошо: она в своей родной стихии, там же библиотека.

– Библиотека?! – в один голос переспросили друзья.

И я принялся рассказывать обо всем, что мы увидели, а также о догадках и предположениях корреспондентки. Тор тем временем вытащил Лаувею.

– Так там действительно подземная библиотека? – уточнил он у девушки, помогая ей избавиться от веревки. – Или это очередная шутка моего младшего брата?

Лаувея всё подтвердила, и тогда остальные члены Звездного Патруля тоже захотели спуститься в расщелину и посмотреть на всё своими глазами. Кайсе и Сэму я разрешил, а Тору нет, потому что некому будет поднимать его на поверхность.

– Вот был бы здесь Халк, тогда другое дело, – сказал я расстроенному брату. – Он бы с легкостью тебя вытащил. Да не переживай ты так, все равно ты библиотеки не любишь.

Тор рассмеялся, смирившись со своей участью.

***

К кораблям мы вернулись только к вечеру. Несмотря на то, что вся команда ужасно вымоталась, я велел всем немедленно готовиться к отлету: надо было отправляться на базу Агентов, чтобы рассказать Леоноре о нашей необычной находке, а затем лететь в Асгард.

Грузовые корабли мы поставили на автопилот, и они полетели на базу своим ходом, управляемые компьютером. Мы же поднялись на борт, проверили, что ничего не забыли, и убрали трап.

Затем я забил в компьютер нужные координаты, экипаж занял свои места, и наш корабль оторвался от поверхности этой удивительной планеты, на которой мы пережили столько незабываемых приключений.

========== Глава 5 ==========

Прилетев на Базу, мы сразу же, даже не заходя в штаб-квартиру, направились в командный центр, чтобы сообщить Леоноре о нашем открытии.

– Извините, можно зайти? – вежливо спросил я, постучав в дверь кабинета Леоноры.

– Заходите, – ответили мне.

Мы аккуратно, один за другим, стараясь не толкаться, зашли в кабинет. Помимо Леоноры там находилась и Фригга. Женщины, облаченные в металлические доспехи (видимо, совсем недавно вернулись с задания), внимательно изучали трехмерное голографическое изображение космического корабля.

– Нет, десятый не подойдет. Двигатели недостаточно мощны, видишь? – Фригга легким движением руки увеличила двигатели.

– А если четырнадцатый? – спросила Леонора.

Голограмма сменилась, теперь женщины разглядывали другой корабль.

– Что скажешь, Фригга? Двигатели здесь мощнее на пятнадцать процентов.

– Да, но у четырнадцатого плохая маневренность. Он больше подходит для тарана.

Агенты Света настолько увлеклись своей работой, что совсем не замечали того, что происходит вокруг них. Мне пришлось громко кашлянуть, чтобы на нас, наконец, обратили внимание.

– Привет, – улыбнулась нам Фригга. – Ну как ваша миссия? Доставили гуманитарную помощь?

– Вы даже представить себе не сможете, что мы там обнаружили! – выпалила Лаувея, не дав мне ответить.

– И что же? – спокойно поинтересовалась Леонора.

На этот раз я даже не попытался заговорить, предоставив возможность отчитаться Лаувее, которая аж подпрыгивала на месте от нетерпения.

Корреспондентка подробно описала все наши приключения, начиная с того вечера, когда мы отправились на фестиваль аборигенов.

– Поразительно, – только и сказала Леонора, выслушав рассказ девушки, по стилю напоминавший статью в научно-популярном журнале. – Мы немедленно отправим туда учёных, это ведь открытие столетия. Возможно, информация, которую содержат те книги, откроет перед нами неведомые ранее возможности. Кстати, а почему я не вижу среди вас Дану?

Мы с друзьями переглянулись и все как один опустили глаза. Лаувея тяжело вздохнула, Сэм переминался с ноги на ногу, Тор закусил губу, Кайса густо покраснела, словно это она была виновата во всем, а я просто стоял, глядел на свои ноги, которые словно приросли к полу, и чувствовал, как учащается пульс, как ускоряется биение сердца. Зачем, зачем было поднимать эту тему и пробуждать во мне совсем ещё свежие воспоминания, несущие боль и горечь утраты?

– Где моя дочь? – жестко и требовательно спросила Леонора, глядя почему-то именно на меня.

Я собрал всю свою силу воли и поднял на женщину глаза.

– Мы не знаем.

– В каком смысле? – в голосе Леоноры звучала сталь.

Я не мог ответить, язык во рту словно бы онемел, но тут на выручку пришел Тор.

– Она улетела ночью на одном из грузовых кораблей. В неизвестном направлении. Никого не предупредив.

– Это правда? – спросила у меня Леонора.

Мне оставалось только кивнуть головой.

– И ты хочешь сказать, что даже не представляешь, почему Дана могла поступить так? – и снова вопрос был обращен не ко всей команде, а исключительно ко мне.

Я не мог заставить себя солгать, хотя обычно это удавалось мне с поразительной легкостью, как само собой разумеющееся. «Просто скажи „да“, и всё будет хорошо!» – твердил я себе. Но не мог.

– Звездный Патруль, покиньте помещение, – велела Леонора моим друзьям. – Я буду говорить с вашим лидером.

Команда подчинилась. Лаувея, проходя мимо меня, ободряюще коснулась рукой моего плеча. Ведь она, как и я, знала, как всё было на самом деле.

Теперь я остался совсем один. В поисках поддержки я посмотрел на Фриггу, но та изучала строение космического корабля под номером шестнадцать и никак не реагировала на происходящее.

– Садись, – Леонора подвинула ко мне стул, а сама села напротив.

Я чувствовал себя подсудимым на допросе. Хотелось крикнуть, что я здесь ни при чём, что я ни в чём не виноват, а еще лучше, вскочить и кинуться бежать. Но подобное поведение, пожалуй, только усугубило бы моё положение, и потому я просто молча сидел, опустив голову.

– Давай поговорим начистоту, Локи, – голос Леоноры немного смягчился. – Расскажи мне, как всё было.

– Мы с ней поссорились, – чуть слышно ответил я, так и не поднимая на женщину глаз.

– Поссорились? Из-за чего?

Я молчал.

– Говори правду, Локи.

Я молчал.

– Дана моя дочь, я имею право знать.

Я молчал.

– Хватит играть в молчанку, отвечай.

– Какая теперь разница, из-за чего Дана ни с того ни с сего решила покинуть команду? – неожиданно вмешалась в разговор Фригга. – Всё равно мы уже не в силах что-либо изменить. Это был её личный выбор, так что обвинять Локи или кого-то ещё просто неразумно.

– Мне важно знать, – казалось, Леонора прикладывает все свои силы, чтобы не потерять самообладание.

– Локи не скажет, – покачала головой Фригга.

– А если… – начала Леонора, но моя мама оборвала ее:

– Нет. Проникать в его сознание я не позволю. Это экстренное средство. Его можно применять лишь в крайних случаях и уж никак не в личных целях.

Леонора плотно сжала губы и напряженно поглядела в окно, борясь с собой. Я подумал, что ей сейчас, наверное, почти так же плохо, как и мне.

– Ты Агент Света, не забывай, – мягко сказала Фригга.

Леонора вздохнула, обхватив голову руками.

– Да, ты права, нельзя было даже помыслить о таком, прости. Мне стыдно за то, что происходит со мной сейчас. То, что простительно обычному человеку, для Агента Света высшего уровня просто неприемлемо. Думаю, это звание присвоили мне по ошибке. Дай мне пять минут, Фригга. Пять минут, не больше, и мы закончим начатое дело.

С этими словами бледная как полотно Леонора вышла из кабинета.

– Что это с ней? – удивленно спросила Лаувея, осторожно переступая через порог. Вслед за ней в помещение зашли и остальные.

– Ей тяжело сейчас, – ответила Фригга, не отрываясь от изучения голограммы. – Три ее дочери погибли, причем две из них оказались предательницами, с мужем она развелась, а теперь вот ещё и Дана бесследно исчезла.