Текст книги "Охота на беглую графиню (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25

Трогот утром вышел до ветру и наступил на ладонь девушки. От его громкого крика разом проснулась вся усадьба. Гвардейцев разве что не били.

– Как вы посмели ослушаться моего приказа? – Никого не стесняясь орал на них граф Лабберт.

– Вы нам поручили следить за тёмными углами, а конюшня – она же посередине усадьбы. – Защищались гвардейцы.

Дознаватели осмотрели тело белокурой служанки и пришли к выводу, в этот раз девушку сначала задушили, а потом исполосовали тело ножом. Одержимый не думал прятать тело, или скрывать следы. Множество ударов наводило на мысли, что одержимый был в дикой ярости, когда наносил удары, и мало себя контролировал.

Спешно опросили всех, кто видел эту несчастную накануне. У неё была связь с одним из конюхов, но этой ночью он клялся что она не приходила. Значит ее убили по дороге и подбросили тело? Или убили прямо у конюшни?

Подозрение пало на восьмерых конюхов и их подвергли допросам. Они были помещены по одному в подвале дома и их безостановочно допрашивали, дознаватели сменяли друг друга по кругу. Но все твердили одно и тоже: спали, пили, и ничего не видели.

Новость об убийстве мгновенно облетела всю усадьбу и слуги вдоволь сплетничали на этот счёт.

– Одержимый как будто насмехается над нами. – На очередном сборе молодой граф сложил пальцы рук вместе и задумчиво смотрел в одну точку. Остальные молчали, они чувствовали за собой вину, и готовы были на все, чтобы помочь делу, но не знали как.

– Можно пустить слух, что перед помолвкой графиня приедет в усадьбу. – Предложил самый молодой из дознавателей. Это было его первое серьезное задание, и он всячески старался показать себя с лучшей стороны.

– Чтобы была ещё одна жертва? К тому же, графиня здесь бывает только летом. – Дознаватель Олдрис как то сразу охладил пыл новичка.

– Нет, здесь надо что то другое… – Задумчиво почесывая подбородок произнес Олдрис.

– У меня есть один вариант, но он и мне кажется сомнительным, – после паузы начал он.

– В усадьбе хватает подвальных помещений? Закроем каждого отдельно, наедине с портретом графини. Это конечно очень долгая пытка – одиночеством, но вместе с тем и самая эффективная. Что скажете? – Олдриса вначале даже не поняли, но потом… все приободрились.

Во первых, они точно нейтрализуют одержимого. Во вторых, времени у них было предостаточно, без результатов их никто в столице не ждал. И конечно всем понравилась идея с портретом, именно графиня будет скрашивать одиночное заключение, она же и будет подталкивать одержимого проявить себя. Ещё можно возле каждой камеры поставить гвардейцев, и самим там устроиться, чтобы слушать и наблюдать.

После одобрения, отправили самого нетерпеливого дознавателя к Зензи, чтобы договориться о подвале и найти восемнадцать портретов графини. С последним возникли проблемы, и спешно послали в столицу, чтобы из городского дома Роканов привезти недостающие портреты. Пока освобождали подвалы, вернулись и гвардейцы с портретами.

На следующий день всех разместили по отдельным комнатам в подвале. У каждого был наскоро сколоченных топчан, портрет графини, пара овечьих шкур и горшок под надобности. Который должна была выносить белокурая служанка, под охраной гвардейцев.

Реакция конюхов была незамедлительной. Они грязно ругались и плевали прямо на пол камеры. Привратники ссылались на свои заслуги перед королем и требовали их немедленно выпустить. И только управляющий Горст проявлял спокойствие.

На следующий день конюхи замолчали, а привратники начали сыпать угрозами, дескать они этого так не оставят, они пожалуются его величеству. Горст проявлял спокойствие. Подозреваемых кормили два раза в день, но никто не отвечал на их вопросы, с ними никто не разговаривал и пытка одиночеством продолжалась.

Ещё на следующий день конюхи вернулись к ругательствам, а привратники сделали безуспешную попытку выломать двери. Волнение в подвале, с разными вариациями продолжалось двенадцать дней, а на тринадцатый управляющий кинулся на служанку, еле успели его оттащить.

При этом он был взбешен и орал проклятия и оскорбления в адрес перепуганной служанки. Дознаватели схватили его и потащили к скучающему графу, вот там управляющий всех неприятно удивил. Он кричал про неверную обманщицу и обещал её убить. Граф хотел было что-то уточнить, но дознаватели его остановили:

– Не время. Пусть ярость схлынет. – И действительно, спустя примерно час гнев Горста перешел в рыдания. Дознаватели дали знак и граф приступил к допросу:

– К кому относятся твои проклятия?

– Графиня… Агна… она меня обманула. – Размазывая слезы по лицу начал рассказать Горст. Ему дали выпить вина, и он говорил до самой ночи.

Оказывается, кротость графини он принял за знаки внимания к себе. “Она опускала глаза при виде меня”. Не сразу, но он “понял” что графиня в него влюблена, но между ними лежала пропасть. Он из нищего обедневшего баронского рода, а она – недосягаемая звезда! Вместе с тем она тоже не могла без него и каждое лето приезжала с родителями. Нет, они никогда не обсуждали свои чувства в открытую. Зачем? Она все читала по его горящим глазам, а он видел ответы в ее смущении перед ним.

Летом, рядом со своей любимой он был счастлив, а в ее отсутствие пребывал в яме отчаяния. Однажды он силой овладел белокурой служанкой, та билась в истерике и кричала что у нее есть жених. Он начал ее вразумлять пощечинами, а когда она заявила что обо всем расскажет хозяевам… в общем она не оставила ему выбора. И вот когда он ее душил, то получил самое сильное блаженство.

Но после, не на шутку перепугался, и стал придумывать как избавиться от тела. Оттащил на опушку леса и бросил, а дикие звери ему помогли.

Глава 26

Но Горст понял главное – убийства помогают ему не сойти с ума в разлуке с любимой. И он скрашивал свое ожидание, но старался делать это не очень часто.

А потом любимую отправили в монастырь. Он отчаянно искал выход и однажды потерял бдительность. Молодой граф Рокан застукал его над телом очередной жертвы, и пообещал все рассказать отцу. В общем он тоже не оставил Горсту выбора. Тот выследил его в лесу и убил, а тело бросил, чтобы дикие звери изуродовали его до неузнаваемости.

Весть о помолвке с со старым графом он выдержал стоически. У него было несколько вариантов, но вначале он ждал Агну, чтобы поговорить и узнать все непосредственно от нее. Затем он бы предложил ей побег и брак. Но графиня так и не объявилась, а он ждал каждый день. И когда узнал о ее предательстве, то сорвался…

Управляющего слушали не перебивая, а когда он закончил, граф кулаком ударил его в лицо так, что тот упал со стула.

Семнадцать бывших подозреваемых выпустили из подвала. Привратникам в качестве извенений выдали по золотому, остальным по серебрушке. Обыскали комнату управляющего и в одном из сундуков нашли женские вещи: оборку, сломанную булавку, ложку. Когда у Горста спросили про эти вещи, он вскинулся всем телом:

– Это мое! Не смейте трогать! – Позже выяснилось, что это были вещи графини.

Через день одержимого отправили под усиленной охраной в столицу. Лабберт в письме отцу описал все, что они сделали и что на допросе рассказал Горст. Дальше пусть заканчивает отец. И да, нужен новый управляющий.

Забегая вперёд, вскоре Горста осудили и приговорили к повешенью на центральной площади в столице. А потом зацепили его тело крюками и оставили так на несколько лет – в назидание остальным.

Новость буквально оглушила всех в усадьбе. Граф с дознавателями крепко напились. Вернее громко праздновали победу на одержимым, да еще они раскрыли печальные подробности смерти молодого графа Рокана. В общем имели полное право!

Когда Берд рассказал подругам подробности, Эмма его горячо поздравляла, ведь именно он определил что в усадьбе орудует одержимый. А Габби только поддакивала подруге, она уже думала, что её жизнь не будет хуже, но судьба оказалась оптимисткой.

Берд смущался от похвал девушек но был горд собой. Впервые он не убивал, а наоборот спасал жизни служанок, до которых никому по-сути не было дела. Очень необычное чувство, но ему нравилось. К тому же его высоко оценили дознаватели и звали к себе:

– Год, два научишься и будешь до конца жизни при деньгах! Талант у тебя недюжинный.

В других обстоятельствах, он наверное бы согласился, но сейчас он отвечает за беглянок. Поэтому только отнекивался и оговаривал себя, дескать простой конюх и сразу в дознаватели?

Вскоре прибыл новый управляющий. Он обнаружил, что после кончины Роканов, прежний управляющий приложился к деньгам графов, но сами деньги в его покоях не нашли. Все решили что он зарыл их в укромном месте.

Лабберт был оглушен раскрытием тайны смерти семьи Роканов. Дело даже не в том, что семейства, входящие в “Клан шести” неприкасаемые, граф возможно впервые в жизни столкнулся с человеческим злом. Нелепость смерти брата Агны никак не выходила у него из головы. Сколько всего было перечеркнуто свирепой волей одного человека? А ведь граф Рокан был не намного старше Лабберта. Тот мог бы жениться и прожить жизнь, полную впечатлений, встреч, разных событий. А в итоге?

Лабберт сравнивал себя и молодого графа Рокана, это и пугало и не давало покоя, и открывало новые вопросы, на которые Лабберт не находил ответов. И все же, как странно перевернулась его жизнь, всего за несколько месяцев?

Он уезжал из столицы ветренным молодым человеком, любимцем женщин и любителем развлечений. Интересно это ему сейчас? Безусловно, да. Только вот жажда развлечений перестала быть определяющей. Сейчас Лабберту больше всего остального, хотелось найти Агну и узнать, что с ней случилось? Ему стало понятно, что из монастыря она сбежала не желая выходить замуж за старика-садиста. Но почему не пришла к любому из “Клана шести”?

Первоочередной долг каждого из Кранулов, Беридов, Смоканов, Ворсов, Имранов и Роканов защищать друг друга. Иначе все теряет смысл. Агна с детства это знала, так что же случилось с ней? Отец настойчиво твердит что она жива, но не может объяснить ее поступков. И это ещё одна странность, потому что сколько Лабберт себя помнил, граф Готлиб Берид всегда знал ответы на все.

Итогом размышлений Лабберта явилась клятва, которую он дал сам себе: не будет у него покоя и других занятий, пока он не найдёт последнюю из рода Роканов. И он попросил отца выслать ему все сведения о графине: чем увлекалась, кого ей пророчили в мужья? А может… она действительно влюбилась и сбежала, чтобы устроить свою жизнь? Хотя, по рассказам, она была робкой и сомневающийся девушкой, но может ее обманули? Агна, Агна…

И вовсе неожиданным был ответ отца. Агна и Лабберт были предназначены друг для друга. Об этом уже давно договорились их родители.

Ещё через месяц графа Лабберта Берида вызвали в столицу, вскоре он с дознавателями и гвардейцами уехал, и усадьба зажила размеренной жизнью.

Отец Лабберта много повидал в жизни. Он не выбирал себе занятие, просто родился первым в роду Беридов и по праву перенял дела семейства. У каждого семейства в “Клане шести” была своя роль и работа, за которую они отвечали. Бериды были шпионами, дознавателями, поисковиками. Именно они обеспечивали клан информацией о готовящихся войнах и заговорах, впрочем могли сами устроить и то, и другое.

Готлиб наконец-то обрёл счастье – его младший сын примкнул к делу семьи и блестяще показал себя. Он очень гордился младшим, единственное, что омрачало эту радость – Агна. Он переживал за нее как за собственного ребенка. На ее поиски были брошены все силы и люди. Казалось, что каждая травинка в королевстве знает об этом, только вот результатов нет.

Глава 27

Зима перевалила за середину, а в усадьбе продолжалась привычная жизнь. Зензи так организовала работу, что без дела никто не остался.

Стирка и мытьё – это входило в обязанности служанок, а мужчины помогали носить воду и сгребать снег, которого в этом году выдалось много. Примерно раз в месяц в усадьбу приезжал храмовник и проводил службы. Потом ему накрывали богатый стол и неизменно дарили мешочек с монетами.

Эмма с Габби за все время проживания в усадьбе познакомились с обычаями и нравами простых людей. Изучили нехитрую еду и продукты, из которых ее готовили. Научились стирать с применением корня мыльнянки и им же мыть все окружающие предметы. Ближе к весне, они ничем не выдавались из общей массы служанок. И все чаще между девушками возникали долгие разговоры о будущем.

Оставаться в усадьбе, никто из них не собирался. Как и планировали ранее, они намеревались бежать в соседнее королевство и там начать новую жизнь. У Габби конечно не будет ее огромного состояния, зато она будет свободна. Берд как не пытался, так и не смог выяснить, для чего “Клан шести” разыскивают Агну. Поэтому было принято мнение, что ей может угрожать опасность, а значит обнаруживать себя нельзя.

– Габби! Чем бы ты хотела заняться, когда мы вновь начнём новую жизнь? – Спрашивала у подруги Эмма, а та только отмахивалась:

– Всем, кроме бухгалтерского учёта! – И подруги хохотали, потому что в прошлом Габби свою жизнь посвятила именно этой работе.

– Я заметила, что еда здесь абсолютно простая, и в основе ее обычное зерно. Свари – и будет каша, размели – и будет хлеб. Мы можем привнести новые идеи в этом направлении. – Эмма перечисляла возможные варианты и преимущества своих знаний.

– Мода здесь консервативная, предлагать мини и купальники нет смысла. – Продолжала она размышлять вслух.

– Хорошо бы изучить законы и запатентовать какие нибудь изобретения. – Габби эта идея понравилась больше всего. Знаний у них на двоих хватает, опыта тоже. На первое время деньги есть.

– Надо поделиться с Бердом своими мыслями. Пока мы здесь, может его помощник все выяснит?

– Хорошо, а если возникнут какие-либо непреодолимые проблемы, чем мы еще можем заработать себе на безбедную жизнь? – И поиск ответов продолжался снова и снова.

Весна ворвались неожиданно ярким солнцем и потеплением. Снег из пушистого превратился в прочную твердую корку, а возле стволов деревьев появились первые проталины.

Как то вечером Берд позвал подруг погулять и завёл разговор о предстоящем переезде.

– Думаю, что надо переезжать по зиме, потому что потом дороги размоет месяца на два, и придется ждать пока они просохнут, а там уже и лето. Мы приедем в Западное королевство как раз к концу зимы, пока вы обустроитесь, найдете себе работу, там уже и лето начнется. При этом я уверен, что до осени вы устроите свою жизнь.

– А ты?

– А я вернусь к своей работе, но и к вам буду заезжать в гости. – И тут стало грустно всем. Бегство сроднило их, поэтому мысли о расставании навивали тоску. Но вместе с тем, все понимали, что они не могут оставаться втроем, уж сильно они отличаются.

– И когда выезжаем?

– Скоро! Но первым уеду я, чтобы не было подозрений о нашем знакомстве. А через два-три дня поедете вы. То есть вам надо попрощаться со всеми и дойти но развилки. А там я буду вас ждать. – Вариант Берда нашли удачным и стали готовится к переезду. Ну как готовится, ждать команды от Берда.

Дни становились все теплее и время отъезда неумолимо приближалось, а Эмма с Габби неожиданно загрустили. Они прожили в усадьбе достаточно долго и спокойно, несмотря на все перипетии. Ни с кем особо не подружились, но ровный нейтралитет привёл в итоге к хорошему отношению со всеми. Мужчины подруг уважали, за то, что те не валялись с ними на сене. А женщины не видели в них соперниц, живут тихо, не сплетничают и подлости другим не устраивают. При этом от работы не отлынивают.

Подруги неожиданно для себя стали волноваться за цветники. Они столько сил потратили на приведение их в порядок, даже подумывали весной навозом цветы удобрить, да видимо не придётся. Как за розами будут ухаживать другие? Будут ли заботиться о них так же как подруги? И ещё… вряд ли им когда нибудь доведется сюда вернуться, а они здесь оставили по кусочку своего сердца… Эээххх.

Еще через несколько дней Берд скомандовал:

– Пора! – и вскоре пронеслась новость, что помощник старшего конюха уходит. Он к тому времени успел разбить несколько сердец, и время от времени, подругам попадались служанки с влажными глазами. А в день его ухода, слезы лились рекой.

Трогот звал возвращаться в любой момент:

– Уж больно ты хороший работник.

Зензи вообще ему в пояс кланялась:

– Спаситель ты наш, душегуба обнаружил, души невинные спас. Не уезжай, а?

Даже подруги подхватили вирус печали и пустили слезу. Правда потом охотно посмеялись над собой.

Сразу после ухода Берда, в тот же день, подруги заявили и о своем уходе. Зензи только руками всплеснула:

– Не пущу! Розы то без вас погибнут.

– А Вы назначьте других девушек, мы их с охотой всему научим. – Зензи горячо подхватила эту идею и подруги рассказали будущим садовницам особенности ухода за привередливыми цветами.

А через два дня девушки со всеми попрощались и ушли в сторону развилки. Там их ожидала знакомая карета и веселый Берд.

– Привет подругам! – Радостно приветствовал он их у кареты.

– Прыгайте внутрь, и поехали отметим начало вашей новой жизни. Какой по счету? Надеюсь последней. – В карете он выдал им по паре теплых легких сапожек и плащей и подруги с удовольствием их натянули.

– План такой. Сегодня доедем до Руны, там остановимся на день-два. Приоденем вас и прямиком поедем в Западное королевство. – С этими словами Берд стукнул по стенке кареты, и та повезла подруг в новую жизнь.

По дороге остановились на обед в трактире небольшого городка и вкусно наелись, запивая жирные сосиски слабым пивом. Не съели и половины от того, что заказал Берд, поэтому собрали остатки с собой. А перед сумерками приехали в Руну. Здесь весна полностью вступила в свои права. Ручьи воды смывали нечистоты, скопившиеся всю зиму с мостовых.

Берд выбрал трактир с комнатами для постояльцев. В тепло натопленных комнатах девушек быстро разморило. Сил хватило только чтобы помыться теплой водой и наскоро перекусить.

Глава 28

Разбудил подруг свет, а затем и яркое весеннее солнце. Они потянулись всём телом и окончательно сбросили оковы сна. После утренних процедур и сборов, спустились на завтрак в трактир.

– Вы уже думали, что потребуется вам купить из одежды? – Вопрос Берда обескуражил подруг. У них вроде все есть. И они переглянулись между собой. Деньги тратить было никак нельзя, неизвестно, когда подруги найдут работу, а жилье им потребуется с первого дня, да и еда тоже.

– Берд, давай не пойдем за покупками? Одежда у нас есть, обувь тоже. На первое время нам хватит. А потом с заработанных денег купим. – В ответ тот молча положил перед каждой по мешочку.

– Я разных монет положил. Этого должно хватить как минимум до зимы, и не вздумайте отказаться. Я давно так не веселился, как с вами, а про наши приключения… я их вообще никогда не забуду. – Очень неудобно и даже стыдно брать монеты от человека, который итак их спас. Но по его рассказам, у него их много, а вот подругам деньги лишними не будут. Кроме того, на краю сознания теплилась мысль, что вскоре они смогут обрести финансовую независимость и вернуть долг.

– Берд! Ты самый добрый человек на свете! – С влажными от избытка чувств глазами, благодарили подруги Берда. А ему опять было очень приятны их благодарности.

Берд все же уговорил подруг пройтись по магазинчикам и лавкам.

– Вы должны знать как одеваться, и как вести себя на улице и в разговорах с людьми, поэтому пошли учиться. – Настаивал он. И конечно выиграл спор. Затем была длинный и изматывающий поход по вонючим лужам.

Берд заводил подруг в магазины готового платья, но там они выбрали только новые нижние сорочки. Верхние платья были или черезчур вычурными, или траурными. Почему то не было повседневных.

– Вообще-то не принято покупать готовые платья. Дамы выбирают швею и приносят ей ткань, ну либо покупают у нее. Но это занимает какое-то время. – После пояснения Берда стало понятно, почему нет в продаже готовых платьев на повседневную носку – их пошив планируют и ожидают. А вот если внезапно пригласили в гости или случилось несчастье – ждать некогда, тогда и прибегают к покупке готового платья.

Берд сводил подруг в магазины тканей и показал как ведут себя женщины при покупке. Вначале долго перебирают варианты, переходят от дешёвых тканей к более дорогим, потом обратно. И наконец измучившись, просят помочь продавца подобрать им необходимую ткань. Но покупку совершают не сразу, а спустя ещё несколько десятков показов.

И во время всей прогулки он обращал внимание на то, как одеты женщины, как они держатся и ведут себя. Например знатным дамам нельзя появляться на улице в одиночку, их непременно должна сопровождать служанка, или отец или компаньонка. Две молодые девушки это тоже не очень прилично, но приемлемо.

К концу прогулки головы у девушек шли кругом от наплыва информации, но они сжав зубы все запоминали. Потому что от этих советов отныне зависит их новая жизнь.

Домой они вернулись с совершенно сырыми ногами и распухшим от новых знаний головами.

– Завтра продолжим ваше обучение. – Ехидно улыбнулся Берд и ушёл просить, чтобы подавали ужин. А подруги только обреченно вздохнули. Надо, так надо.

На второй день Берд начал рассказывать как отличить служанку от знатной дамы.

– Это мы знаем, по одежде и по торопливым движениям. – Берд оценил наблюдательность Эммы. И задал следующий вопрос:

– А вы то, кем будете в Западном королевстве? – И попал, что называется не в бровь, а в глаз. Про это девушки совсем не задумывались.

– Проще всего быть крестьянками – спросу с вас меньше. Только вот никак вы на них не похожи. Знатными вы тоже быть не сможете, потому как молоды еще, и должны быть с опекуном. – Берд замолчал и многозначительно обвел подруг взглядом.

– Не томи, говори уже! – Эмма сдалась первой.

– Вы бастонáды! – Не без гордости за свою выдумку произнес Берд и упер руки в боки. Но на лицах подруг он не увидел ни радости, ни даже понимания.

– Вы и этого не знаете? Ладно, бастонада, это незаконнорожденная дочь знатного отца, барона или графа. Допустим, вы – сестры по отцу, но от разных матерей – служанок. Отец вас любил и учил манерам, вы жили с ним под одной крышей, но… он недавно умер, а его законные братья вас просто выгнали. И вы перебрались в Западное королевство в поисках лучшей доли. Так понятно? – Девушки готовы были броситься ему на грудь и расцеловать. Все же самое то главное они не учли. А он позаботился и об этой стороне их жизни.

– Берд! Тебя нам Пресвятая Дева послала! Мы бы давно пропали без твоей помощи и заботы! – Вообще, говорить слова благодарности нужно почаще, особенно если есть за что. А Берд их заслужил честно.

– Ладно вам, пошлите уже обратно. Завтра последний переезд и мы на месте. Что от меня зависело, я все сделал, дальше вы сами. Я вас устрою и буду навещать, но вы должны сами налаживать свою жизнь, раз в служанках жить не захотели.

– Грустно как то ты говоришь. – Шмыгнула носом Габби. Но Эмма пресекла её коротким ударом локтя в бок.

А в столице Срединного королевства, в одном из самых роскошных особняков граф Готлиб Берид разговаривал с младшим сыном. После возвращения из усадьбы Роканов, тот изменился до неузнаваемости. Пропала ветреность и жажда развлечений. А на смену им пришло желание учиться. Лабберт попросил подыскать ему лучших учителей по сыску, выслеживанию, и изучению поведения людей.

Всю зиму он впитывал знания и постигал неизвестные науки. Его интересовало все, и вместе с тем обучение давалось ему легко. Лабберт удивлял своих учителей, когда те устраивали ему проверки на улице. Он мог перевоплотиться и в слугу и в попрошайку, да так, что не сразу и отличишь.

А ещё ему поручали следить за маститыми дознавателями, при этом он не должен был себя обнаружить. Плохо у Лабберта обстояло только с воровством, да, его и этому учили. В половине случаев, его ловили и начинали бить, правда охрана быстро вмешивалась, и серьёзного вреда графу не наносили. Но с синяками и разбитым носом он походил.

– Чем думаешь заняться, сын? – У Готлиба Берида был свой подход к воспитанию. Он старался не прямо указывать сыновьям что делать, а подводить их самих к решению, которое требовалось.

– Отец! Мне нужно найти Агну, я ни о чем другом думать не могу. Я хочу закончить это дело! – Готлиб еле удержался чтобы не подпрыгнуть от радости в кресле. Это именно тот ответ, который он ждал от сына!