Текст книги "Охота на беглую графиню (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 57

Негласно сложилось правило, что на завтраке встречались все, кому граф Готлиб любезно предоставил кров и крышу над головой. А сразу после люди разъезжались по своим делам. На обеде, как правило присутствовали только хозяева дома и Агна с Эммой. Остальные брали с собой сухой паек для перекуса и кувшин с напитками. Ужин тоже не гарантировал присутствия всех домочадцев.

Олег набрал небольшую группу учеников и с утра до глубокой ночи пичкал их знаниями. Он, с помощью семейства Беридов добился, чтобы все трупы простолюдинов перед захоронением проходили через его руки. И на практике показывал ученикам строение тела, попутно удивляя тех, заключениями о смерти.

Также на трупах его ученики проводили первые операции, и учились делать правильные разрезы и накладывать швы.

Столяр Бруно перешел от эскизов к изготовлению первой мебели. Пока это были шкафы, комоды, полки и вешалки. Для мастерской ему купили просторный дом на окраине столицы, с большой территорией. Первой мебелью он был крайне недоволен. Грубо, криво и громоздко. Граф Готлиб не разделял его мнение и выпрашивал образцы для себя, но Бруно был категоричен:

– Эта мебель только для конюшни сгодится. – Но чтобы порадовать графа, изготовил полочки и этажерку в кабинет. А ещё напольную вешалку для верхней одежды. Готлиб Берид был растроган до влажных глаз.

Лена сделала Бруно большой заказ на палочки для канале. Она составила меню для королевского бала, и разрывалась между обучением официантов и наведением порядка на королевской кухне.

Пожалуй официанты, были самой большой проблемой Лены. Люди, отобранные из числа слуг дворца, не отличались чистоплотностью. Мыть руки? Зачем это? Пришлось заказать для всех белоснежные перчатки, чтобы быть уверенной в чистоте.

После первого ее появления на кухне дворца, повара слегли с болью в груди. Она кричала во всю мощь своих десятилетних легких, что они убийцы и отравители. Как можно хранить на грязном полу свежее мясо, вперемешку с корзинами яиц, грязными овощами и посудой?

А затем кухонные работники несколько дней и ночей отмывали кухню и утварь, до тех пор, пока белая тряпочка в руках Лены, которой она проверяла чистоту, не перестала пачкаться.

После чего, она установила правило – при входе в помещение кухни, меняется не только одежда, но и обувь. Горшки для справления личных надобностей, были перенесены в другое место.

Повора и весь персонал кухни шепотом читал молитвы, едва Лена появлялась в дверях.

Эсфирь набрала образцов руды, и до самой ночи засиживалась в лаборатории, проводя анализы и опыты. Её мечтой на будущее, было создание доменной печи.

Агна, после ухода друзей, сидела в легкой задумчивости.

– Я как будто упускаю что-то важное, – она гладила пальцем кружку с остывшим травяным напитком и была погружена в себя.

Рядом за столом сидел будущий банкир Болдер, и расспрашивал Лабберда о социальном устройстве этого мира. Его интересовало все, от вида деятельности потенциальных клиентов, до их домашних животных. Кстати, в этом мире никто не держал в домах кошек или собак.

Близился приход учителя танцев, но Агна пыталась припомнить мимолетную мысль, которая намекнула о себе, в процессе обсуждения банковской системы. Это было нечто особенное и уникальное. И наконец она вспомнила:

– Печатная машинка! – Выдохнув напряжение, Агна улыбалась счастливой улыбкой. – Нам нужна механическая печатная машинка.

– На ней печатать векселя! – Подхватил идею Болдер. – А ещё изобрести печатный станок и печатать деньги. – Его мысль рванула дальше.

– Тогда вначале нужно составить бюджет страны, на несколько лет вперед, дабы избежать инфляции. Но почему бы нет. – Согласилась Агна.

– Подождите, подождите. – Замахал руками Лабберд. – Вначале объясните что вы обсуждаете. – Действительно, так уж повелось, что каждую новинку вначале описывали хозяевам дома, а потом принимались ее внедрять.

Легонько ударив себя ладошкой по лбу, Агна поведала про это очень необычное но крайне полезное изобретение. Вот только его устройство она не знала. Но Лабберд очень заинтересовался и на пару с Болдером они разбирали устройство печатной машинки. До прихода учителя танцев, Лабберд успел за куда-то отправить гвардейцев, и подмигнул Болдеру:

– Я кое что придумал.

Обучение танцам в этот день проходило легко. Пары скользили по залу и с каждым проходом девушки все увереннее повторяли движения и шире улыбались. Учитель танцев, господин Волдо, вполне искренне их хвалил, и говорил что они несомненно будут блистать на балу.

Агна испытывала смешанные чувства от этих занятий. Ее руку обжигали прикосновения Лабберда, вдоль позвоночника бежали мурашки а в животе порхали бабочки. При этом хотелось выглядеть королевой в его глазах и было мучительно стыдно допускать ошибки в движениях. Но она благодарила всех и вся за возможность держаться с Лаббердом за руки и кружиться в танце.

Агна понимала, что молодым здоровым телом руководят в большей мере гормоны. И долго это сдерживать не получится. Вернее, сдерживать то можно, только вот как ее психика на это отреагирует? В чем найдёт выплеск? И она серьёзно задумалась о замужестве. Если Лабберд прав, то вскоре к ней потянутся женихи, и неизвестно какими окажутся.

Лабберд… Он красив, в его серых бездонных глазах можно утонуть и потеряться. Он кристально честен с ней, не скрывает даже поступки, которые его не красят. Заботлив, старается предупредить любое ее желание. И он надежен, это у них вообще семейное.

Ранее они договорились с Лаббердом держаться вместе, или по другому, дружить. Но сейчас этого уже недостаточно. И вот ее размышления подошли к главному. Готова она прожить всю жизнь с этим мужчиной? Разводов в этом мире нет, поэтому попробовать и затем разойтись не получится.

Агна затаила дыхание, подняла глаза на Лабберта и призналась себе, что любит этого мужчину и готова быть с ним рядом, без ограничения на время. А ещё… она хочет рожать детей только от него. Осознание этого освободило её душу от терзаний, и принесло облегчение. Осталось только дождаться предложения от него… или намекнуть.

Глава 58

К балу, помимо танцев, следовало как следует подготовиться. Это в первую очередь платья и украшения, а накануне столь важного события все швеи были завалены заказами. Лабберд сказал, что дальше затягивать с этим нельзя и повез Агну с Эммой в лучшую мастерскую столицы.

Как бы не кривились подруги, против правил не пойдешь, поэтому наскоро собравшись, уже через полчаса ехали в карете к швее.

Мастерская располагалась на достаточно оживленной улице. И возле входа стояли две кареты, в ожидании хозяев. Каменное здание в два этажа, с узкими и высокими окнами, на фасаде красовалась вывеска “Платья от Вильды“. Внутри чистый просторный холл и услужливые девушки у входа.

– Позвольте вас проводить, – обратилась одна из них, и после полученного согласия провела девушек и Лабберта в одну из зал. Небольшое помещение, двумя окнами, ширмой в углу, тремя стульями и квадратным столом посередине. – Позвольте поинтересоваться, вы приехали за готовым нарядом?

– Нет, мы, – Анна перевела взгляд на Эмму, – хотим сделать заказ.

В ответ девушка приветливо улыбнулась и покинула залу, а через несколько минут вошли три женщины. Идущая впереди была дородной дамой. На полголовы выше остальных, с широкими плечами, маленькой грудью, и крепкими руками. Лицо выражало уверенность, но заметив графа Лабберта, ее взгляд потеплел, а большой рот расплылся в улыбке. Одета дама была в темно синее платье с вышивкой по вороту и манжетам. Другие две девушки семенили мелкими шагами следом за выдающейся дамой. Одеты в простые серые платья с завязанными сверху белыми фартуками.

– Граф Лабберд! Очень, очень рада Вас видеть. – Дама растекалась в улыбке всячески выражая свою приязнь, и только скользнула взглядом по девушкам.

– Госпожа Гарди, несказанно рад, что именно Вы будете принимать заказ. – Лабберд казался вполне искренним, – позвольте представить моих спутниц, графиня Анна Рокан и баронесса Эмма Российская.

После приветствия госпожа Гарди по новому осмотрела девушек, и улыбнулась им, правда не так приветливо, как Лабберду.

– Девушкам нужны платья, для предстоящего бала. – Лабберд с нежностью посмотрел на Агну.

– Хм, госпожа графиня и госпожа баронесса желают что-то особенное? Я правильно понимаю, что речь идёт о королевском бале? Боюсь что у нас очень мало времени. – Госпожа Гарди задумалась оглядывая девушек и принялась покусывать ноготь большого пальца.

– Да, бал королевский, а что касается платьев, у нас нет особых пожеланий. Они должны быть легкими, комфортными и красивыми. – Эмма, переглянувшись с Агной ответила за обеих.

– Давайте начнем со снятия мерок, пройдите за ширму пожалуйста, – госпожа Гарди указала на угол залы. Стоящие за ее спиной девушки оживились и направились поправлять ширму. Замеры снимали эти же девушки, весьма ловко орудуя какой то веревочкой с несколькими узелками.

Когда с этим было покончено и Анна с Эммой вернулись на свои места, госпожа Гарди подробно расспросила их обо всем. Договорились, что швеи сами выберут ткани для платьев. Агне предложили красный шелк, а Эмме темно зеленый. По срокам, обещали закончить наряды за два дня до бала, и договорились о первой примерке.

– Лабберд, а почему Вы обрадовались, что заказ приняла именно госпожа Гарди? Или Вы это сказали из вежливости? – Уже садясь в карету поинтересовалась Эмма.

– Потому что несмотря на скверный временами, характер, госпожа Гарди обладает острым взглядом. Дамы всей столицы мечтают, чтобы именно она принимала их заказ. Я слышал, что она самолично ободрала кружева с платья, и тем самым довела его до совершенства.

– Хм, занятная особа. – Заметила Эмма, а после короткого раздумья вдруг оживилась, – поехали обратно.

Пока карета объезжала квартал, чтобы развернуться, Эмма поделилась своей задумкой. Им нужно заказать изящные головные уборы, в тон платью. В этом мире были жесткие требования к внешнему виду женщин. Чем больше закрыто тело, тем правильнее для всех. Это касалось и волос. Не титулованные особы прятали волосы под уродливыми чепцами, которые закрывали даже уши и лоб.

А знатные дамы для этих целей использовали палантин, который закрепляли за груди или под подбородком. Такой плат успешно скрывал не только волосистую часть головы, но и шею с плечами.

– Эмма, может не надо устраивать революцию? – С опаской посмотрела на подругу Агна.

Но Эмма заверила, что все продумала и наряд девушек останется целомудренным. И уже вскоре с жаром объясняла госпоже Гарди как должен выглядеть тюрбан. Для этого она сняла свою накидку и плотно обмотала ее вокруг головы. В качестве украшений она предлагала использовать парчовые вставки, драгоценные камни или перья птиц.

– Вы очень смелые, если хотите в этом пойти на королевский бал. – После раздумий произнесла госпожа Гарди. – Впрочем, всё приличия будут соблюдены. Итак госпожи графиня и баронесса, я сошью вам, эти тюрбаны. – К радости Эммы согласилась она.

– Агна и Эмма! – Уже в карете обратился к девушкам Лабберд. – Нам нужно вернуться домой, там наверняка уже ждут приглашенные мной мастера, для изготовления печатной машинки. И ваша присутствие просто необходимо.

И действительно, в зале для приёма гостей дожидались два господина. Они поднялись при виде входящих Лабберда, Агны и Эммы, но прежде чем приступить к объяснению, граф позвал за будущим банкиром Болдером.

– Господа Алард и Дедрик! Позвольте представить вам графиню Агну Рокан и баронессу Эмму Российскую. – Девушки попеременно склонили головы в знак приветствия.

– А это господа Алард и Дедрик, они вместе изобретают для нас разные интересные вещи, и весьма преуспели в этом. – С почетом представил мужчин Лабберд. Затем в ожидании Болдера мужчины начали обсуждать последние новости, но быстро свернули разговор при его появлении.

– Господа и дамы! – Уверенно начал свою речь Лабберд. – Нам нужно продумать механизм печатной машинки. Что это такое, вам сейчас расскажут Болдер и дамы.

Гости не смогли скрыть снисходительного выражения лица, ну чему молодёжь сможет научить известных изобретателей? Но вскоре их глаза загорелись огнём живого интереса, а руки сами потянулись к листам пергамента, на которых рисовали Бодлер, Эмма и Агна.

Так как никто из них не знал устройства печатной машинки, они рисовали по отдельности её составляющие, которые смогли вспомнить – валик, ручку, клавиши.

– Мы придумали этот аппарат или принцип работы совместно, но знаем как соединить воедино детали. – Закончила за всех рассказ Эмма. – Очень надеемся, что вы сможете нам помочь.

Глава 59

Господам Аларду и Дедрику было примерно по пятьдесят лет. Но это единственное, что их объединяло. Алард худой и с глубокими залысинами, а ещё очень подвижный. Он даже вскакивал во время рассказа несколько раз со своего места.

Дедрик же отличался тучностью и задумчивостью. Его густые седые волосы спускались до плеч. А второй подбородок сильно выделялся, когда он склонялся в задумчивости к столу.

– А вы уверены, что это будет работать так, как вы думаете? – В конце произнес Дедрик.

– Конечно, конечно будет! – Тут же подхватился на него компаньон. – Я ничуть не сомневаюсь, нужно только приложить усилия и эта машинка заработает. – Алард наконец вырвался на свободу и мерял гостевую залу широкими шагами. При этом он внезапно замирал, что то шептал и снова продолжал ходить.

– Не знаю, – качал головой господин Дедрик, – но мы возьмемся за это.

Затем они собрали все исписанные листы бумаги, покрутили в руках карандаш, и прихватив попутно и его, удалились.

– Они обязательно все придумают, они думают как то иначе, и предлагают необычные решения. – Лабберду настолько понравилась идея печатной машинки, что он считал ее своим личным проектом.

Эмма с Болдером оживленно обсуждали какие-то события из прошлой жизни. Они смеялись над одними и теми же фразами и подхватывали речь друг друга. Например Эмма начинала рассказывать какой то случай, а Болдер заканчивал за нее рассказ. Они выглядели вполне гармонично, и кажется не заметили ухода Аларда и Дедрика.

А Лабберд после разговора находился в приподнятом настроении. Он впервые не наблюдал за событиями, а был непосредственно их участником. Радость омрачал лишь неминуемо приближающийся королевский бал. И тот факт, что Агну на танец сможет пригласить любой желающий. Лабберд даже мысль не мог допустить, что к ней будет прикасаться кто то другой, и тем более танцевать с ней у всех на глазах. И он решился.

Пригласив Агну в кабинет отца, он некоторое время стоял и собирался с духом.

– Я готовился, подбирал слова, а сейчас не могу вспомнить ничего. – Виновато произнес он и протянул Агне на вытянутой руке кольцо с крупным сапфиром в окружении небольших бриллиантов. – Графиня Агна Рокан! Я прошу Вас выйти за меня замуж. – И преклонил колено перед девушкой. Она улыбнулась и приняла подарок.

– Я принимаю Ваше предложение! – Слегка покраснев ответила и тут же надела кольцо на палец. А потом подошла и слегка обняла Лабберда, лишь на мгновение замерев в его объятьях. Да, неслыханная дерзость, но во-первых этого никто не видел, а во-вторых Агна не смогла удержаться от нахлынувших на нее чувств. Они ещё немного постояли друг напротив друга, чтобы потом взявшись за руки выйти, и поделиться со всеми своей радостью.

Эмма встретила новость радостным визгом и бросилась на шею подруги. Потом немного замешкалась и обняла Лабберда.

– Поздравляю, поздравляю! – Только и бормотала она. А следом начала расспрашивать. – Как проходят свадьбы? Где будет само торжество? Долго ли ждать знаменательного события?

Лабберд, не выпуская руки Агны, рассказал, что завтра объявят об их помолвке. Хотелось бы сегодня, но уже приближается ночь. Затем они будут ожидать свадьбы, полгода или год, это как договорятся. На этом месте Эмма хмуро сдвинула брови.

– Год? Зачем так долго? Вы уже достаточно знакомы, давайте осенью, после сбора урожая, организуем свадьбу.

Лабберд никак не ожидал такого поворота. Он втайне надеялся, что срок можно будет сократить и сыграть свадьбу зимой, но про осень, он не мог надеяться даже в самых смелых своих мечтах.

Лабберд принялся объяснять, что это может дурно сказаться на репутации Агны, но увидев насмешливый взгляд Эммы все понял.

Агна стояла рядом с женихом абсолютно счастливая, и рассуждения о времени свадьбы ее натолкнули на неожиданную мысль.

– Нужен этикет! – Лабберд смотрел на нее и часто-часто моргал. Они еще не разобрались с печатной машинкой, а у невесты новая идея? Да, скучно с ней точно не будет. – Правила, поведения в обществе. Например, кашлять в локоть согнутой руки, а не на соседа, не приходить в гости без предупреждения, не вытирать пальцы об одежду во время еды.

Лабберд только закатил глаза, как много ему предстоит узнать и помочь осуществить будущей жене.

На ужине собрались все, даже Эсфирь пораньше закончила работу в лаборатории и примчалась отпраздновать помолвку. Лена каждый прием пищи превращала в отдельное событие. В этот раз она украсила стол яркими розочками из моркови и листьев салата.

В честь помолвки на стол подали какое то особенное вино из запасов графа Готлиба, а перед каждым поставили серебряные кубки, украшенные драгоценными и полудрагоценными камнями. Первым поздравил молодых отец Лабберда, он даже пустил слезу, при этом. Сидящие за столом подняли бокалы за здоровье молодых. Агна едва пригубила вино, и заметила:

– Какой странный вкус. – Сразу после чего бокал выпал из ее ослабевшей руки, а сама она стала заваливаться на сидящего рядом Лабберда.

За общим гомоном не сразу заметили, и только после крика жениха время остановилось. Он тряс тело Агны и спрашивал у нее, что случилось. Первым подскочил на месте Олег, а потом буквально перепрыгнув через стол начал прощупывать пульс на ее шее. К этому моменту поднялась паника, которую он оборвал одним рыком:

– На стол ее! – дело в том, что стол в гостевой зале был огромен, и всегда был занят наполовину. На вторую, свободную половину тут же и положили Агну. Олег подобрал ее бокал, внимательно обнюхал и даже лизнул, после чего сплюнул слюну и передал бокал Эсфирь, – это по твоей части.

Профессор химии тут же выхватила бокал и бросилась бегом из залы.

– Мне нужна вода, тёплая много, и воронка. – Олег раздавал приказы, спокойным и уверенным тоном. – Теплое молоко и тряпки. Ещё тазики, будем промывать желудок.

Лабберд не отпускал руку Агны, и Эмме пришлось его буквально оттаскивать.

– Не мешай, Олег справится. – Незаметно для себя она перешла в общении на “ты”.

Все остальные замерли и только наблюдали за работой Олега. Скоро он начал раздавать приказы и им.

Спустя примерно час, Олег привёл Агну в чувства, промыл желудок и напоил молоком. После чего ее отнесли в покои, из которых Эмма наотрез отказалась выходить, и заявила что она будет сидеть здесь до утра. Лабберд тоже порывался остаться, но Эмма его вытолкала, сказав что Агну нужно переодеть, и вообще ей нужен покой, а Лабберд пусть займётся разбирательством и поиском виновных. К этому времени всем стало ясно, что Агну пытались отравить.

Глава 60

Агна пришла в себя утром, сильно болел желудок и слегка саднили губы. Рядом на кровати спала Эмма. Агна вернулась к событиям вечера накануне и улыбнулась, вспоминая помолвку. А следом вспомнила и про нехорошее вино. Остальное было как в тумане, кричал жених, суетились слуги, но больше всего лютовал Олег. Агна поморщилась, вспоминая как он промывал ей желудок, Пресвятая Дева, и это в присутствии всех! А еще проведя языком по губам, обнаружила, что в результате реанимационных действий, ей кажется повредили губы в нескольких местах.

– Ничего, до свадьбы заживёт! – Мечтательно произнесла она хорошо знакомую фразу, и легонько погладила Эмму по руке.

Подруга открыла слегка красные и припухшие глаза и обняла Агну.

– Я так за тебя испугалась! – после чего рассказала, как страшно это выглядело со стороны. – Олег сказал, что тебе лучше день отлежаться. Я сейчас попрошу, чтобы завтрак принесли сюда. Но скорее всего, вместе с завтраком придут все. Я слышала, что всю ночь подъезжали и уезжали кареты.

Эмма спала не раздеваясь, она слезла с кровати, попыталась разгладить складки, образовавшиеся за ночь, потом только махнула рукой и выглянув в коридор сообщила что Агна проснулась.

Спустя короткое время в покои Агны пришли Олег и Лабберд. Олег поздоровавшись, приступил к опросу и осмотру Агны. Он проверил пульс, осмотрел глаза и горло и констатировал, что все обошлось. Потом взял Агну за руки и рассказал:

– Тебя пытались отравить. Ядом был смазан кубок, Эсфирь определила, что яда наносили много, чтобы наверняка тебя убить. Но ты сама себя спасла, сделав лишь один глоток. Сегодня у тебя постельный режим. А с завтрашнего дня разрешаю вернуться к нормальной жизни. – Констатировал двенадцатилетний доктор. – Я поеду работать, вечером снова зайду. – Сказал он покидая покои.

Лабберд стоял все это время возле кровати невесты и не сводил с нее глаз.

– Вы выглядите похуже Агны, – не удержалась от едкого замечания Эмма. – Присаживайтесь на край кровати, не ровен час, упадете прямо здесь. Лабберд действительно провел самую страшную ночь в своей жизни. Он присутствовал на допросах слуг и совершенно забыл о сне. Единственное, что придавало ему сил, так это слова Олега – с Агной все будет хорошо.

Жених поколебался лишь мгновение, а потом сел на кровать и взял руку Агны в свои. После чего рассказал, что на ужине пропала одна из служанок, ее нашли позже задушенной. Работала в доме несколько лет, тихая, спокойная, дружелюбная. Ночью подняли с постелей дознавателей, они допросили слуг несколько раз, но те ничего нового не могли сказать.

Следом принесли завтрак. Лабберд порывался уйти, но Агна с Эммой его упросили остаться. Эмме нужно было сходить переодеться и помыться, а перепоручить заботу об Агне она согласилась только Лабберду. Конечно неприлично оставлять мужчину в покоях молодой девушки, но пока не закончится расследование, это лучшее решение.

Но остаться наедине им не дали. Следующим пришел граф Готлиб. Он окинул взглядом Агну и устало выдохнул.

– Ох и напугались мы, девочка. – А потом присел к ней на кровать, с другой стороны и тяжело вздохнув сообщил, что даже не догадывается, кто мог желать смерти Агны.

Тут же заглянул Болдер, он извинился, поискал глазами Эмму и после того, как ему сообщили что она ушла переодеваться, вышел.

К расследованию подключили даже преступный мир столицы, но все ниточки оборвались вместе со смертью служанки. И в дальнейшем не удалось найти главного злодея.

А сын графа Готлиба – Эберт, отчаянно сражался с ветряными мельницами. На следующий день после “знакомства“ с Эсфирь, он проехал несколько контор отца, где все служащие, ему единодушно сообщали, что не владеют никакой информации об этой девушке. И чтобы отвести гнев от себя, посылали его в другие места, или к охране. К середине дня он буквально озверел от тщетности поисков.

Охрана, почти со слезами на глазах отвечали, что только сопровождают эту девушку, а подробности совершенно не знают. И что им приказано самим графом Готлибом ни с кем не обсуждать его гостей. Поэтому они сильно рискуют, и вообще им пора ехать по срочному заданию.

Единственное, что удалось выяснить, это место, где проводит все свое время искомая девушка – выкупленный недавно дом по соседству. Туда и направился Эберт, но был остановлен гвардейцами у ворот, и никакие титулы или близость к семье не помогли.

– На территорию посторонним нельзя, только если сам граф Готлиб даст разрешение. – Разводили руками гвардейцы.

Сквозь прутья решётки, Эберт рассмотрел карету девушки, и принял решение – ждать ее, когда она куда нибудь поедет. Он сгонял свою охрану за едой и удобно устроился в карете у ворот. Гвардейцы подходили несколько раз, и умоляли его уехать, но он лишь отвечал что никому своим присутствием не мешает, и останется здесь сколько захочет.

Эберт ждал до самой темноты, а когда свет в окнах дома погас он радостно потирал ладони, но Эсфирь не появилась, а вскоре и лошадей из кареты распрягли и увели в конюшню. На все вопросы, гвардейцы упрямо отвечали что не могут ничего рассказать. Пришлось Эберту возвращаться домой с пустыми руками.

Перед сном он вновь вспомнил все свои поиски и пришел к выводу, что без визита к отцу ему не обойтись. А приехав на следующий день, попал в гущу событий – накануне пытались отравить графиню Агну Рокан.

По дому ходили посторонние люди, тряслись слуги, плакали служанки. Граф Готлиб принял сына радушно, только объяснил, что случилось. Затем ему сообщили, что графиня проснулась. В общем поговорить вновь не удалось.

Дабы собраться с мыслями, Эберт решил прогуляться по парку, вокруг дома, и проходя мимо забора, огораживающего дом графа и неприступную крепость Эсфирь, обнаружил калитку. Оглянувшись по сторонам, как воришка, Эберт толкнул калитку и она поддалась.