Текст книги "Когда миры соприкасаются (СИ)"

Автор книги: Кут Лекс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

глава 17

Ждать пришлось недолго. Беллатрикс открыла глаза, и увидела перед собой большое, мужское плечо и резко села на кровати, что вызвало легкое головокружение, Девушка облокотилась одной рукой на мягкую поверхность, а вторую приложила к совей голове.

– Ты в порядке? – Немного взволнованным голосом спросил Айсгайт.

– Да. Немного голова закружилась. Ничего страшного. Ты как себя чувствуешь? – Она отняла руку от головы и посмотрела на полуобнаженного мужчину.

– Мне намного лучше. Почти все прошло. – Он снял с твердой груди марлю, чтобы убедиться, что все зажило. На том месте, где вчера был глубокий след от когтей разъяренного волка, сейчас оставался только большой, грубый рубец.

– Как это? – Беллатрикс не поверила своим глазам, она протерла их, и посмотрела снова. Там, действительно, был только рубец.

– Скоро и шрама не будет.

– Как это? – Она не переставала удивляться.

– Не только на оборотнях все быстро заживает. Повезло что немного крови потерял, иначе, было бы совсем тяжко.

– И не болит?

– На удивление, болит. Видимо он сильно постарался.

Беллатрикс села на стул за стол, давая возможность Айсгайту встать с кровати.

– Я помогу – С этими словами девушка подошла к мужчине сзади, чтобы снять повязки со спины. На лопатках все почти зажило, там были только глубокие шрамы. Но на пояснице, туда, где Льюпин впился своими клыками и пытался выдрать часть тела, оставались еще немного кровоточащие раны. – Тут еще не зажило. Сейчас сделаю новую повязку. – Она взяла кусок марли, намочила его настойкой, приложила к ране и начала его обвязывать бинтом.

– Не туго? – Спросила Беллатрикс, завершив процесс.

– Нет. Хорошо. Спасибо.

– Дай посмотрю шею. – Девушка резво подошла и без задней мысли сняла марлю, пристально вглядываясь в место раны, как, обычно делал ее отец, осматривая свою работу. – Тут все в порядке. Ты здоров. – Она ему улыбнулась. Тут девушка поняла, что стояла впритык к полуобнаженному красивому мужчине, который поглядывал на нее со смешливой улыбкой, сверху вниз. Ее глаза были на уровне его шеи, взглянула в изумрудные глаза исподлобья и немного покраснела. Поспешив скрыть свое смущение, она начала собирать испачканную марлю.

– Ты здоров. Мне пора домой.

– Может, хотя бы позавтракаешь? – Одеваясь произнес Айсгайт, нежный бас которого, сейчас вызывал у девушки мурашки.

– Нет. Спасибо. Мне, правда, пора.

Мужчина был немного расстроен.

– Но не забудь, что ты мне еще не ответил на вопрос. – Ее слова подняли настроение.

– Договорились, приходи, как будет желание.

– А я смогу найти твой дом? В прошлый раз его здесь не было.

– Да, я скрываю его от посторонних глаз, проявляю это место только для нуждающихся – здесь нередко ночуют заблудившиеся охотники, или путники, в метель. Для тебя он будет всегда открыт.

– Ты и так умеешь?

– Я много, чего умею.

– Еще свидимся, только не провожай. Сейчас светло, а тебе нужно поправляться.

Беллатрикс вышла из маленькой хижины и направилась домой. Небольшое, интригующее волнение заставляло, что-то переворачиваться в животе. В прекрасном настроение, она шла домой, напевая какие-то песни себе под нос и немного пританцовывая, проверяя, не провожает ли Айсгайт. Конечно, ей не нравилось, что она никогда не могла побыть одна, но сейчас, настроение это не портило.

Дома ее ждали встревоженные родные.

– Как ее брат?

На мгновение Беллатрикс опешила. Брат? Какой брат? Через пару секунд она вспомнила рассказ Флоры.

– Ему намного лучше. Ночью поднималась температура, но я приготовила отвар из Иван-чая и таволги.

– Я горжусь тобой. Это твой первый пациент – Было видно, как радость и гордость переполняли Сальватора.

– Кто вообще такая Флора и почему ты никому ничего о ней не рассказывала? – Строго спросил Гронс.

– Что сделали с собакой? – Кричала Мюз.

– Ты ела? – Интересовалась мать.

Беллатрикс еще не успела раздеться, как ее завалили вопросами. Когда она сняла пальто, Авис ахнула. Посмотрев на свое платье, девушка поняла, что сильно испачкана кровью.

– Это не мое. – Поспешила успокоить родных.

– Он так много крови потерял? Сколько же ему лет, что он выжил? – Поинтересовался отец.

Беллатрикс не знала, что ответить и сказала, что возможно, там еще кровь Флоры и кого-то из местных, потому что они пытались оттащить собаку.

– Что стало с собачкой? – Интересовалась Мюз.

– От нее избавились. – Быстро ответила Беллатрикс, сестра захныкала. – Мюз, она напала на ребенка.

– Мне все равно жалко собаку, могли и на цепь посадить, зачем же избавляться? – Мюз обиделась на весь мир, надув губы ушла в комнату грустить о жестокости жизни.

После того, как Беллатрикс переоделась, она села за стол, чтобы поесть и поняла, что не ела со вчерашнего утра. От всех пережитых событий, девушка и не чувствовала голода, но теперь, находясь дома, успокоилась. И из большого горшка доносился приятный запах ее любимого жаркое с говядиной, она поняла насколько была голодна все это время.

– Так, что за девушка? – Гронс пытался спрашивать ненавязчиво.

– Обычная девушка.

– Она с твоей школы?

– Нет. Она из соседней деревушки. Мы случайно познакомились в лесу.

– Как ты их всех в лесу-то находишь?

– Кого всех?

– Друзей своих. То Льюпин, то она. Еще есть друзья, о которых мы не знаем?

Беллатрикс немного замялась, не зная, стоит ли говорить, что есть Айсгайт?

– Отстань от меня. Я же тебя не расспрашиваю о всех твоих друзьях. – Возмутилась сестра

– Я хочу знать всех твоих друзей, я твой старший брат и должен знать с кем ты общаешься. Ты должна меня с ними познакомить.

– С ними? – Игриво спросила Беллатрикс. – Ты хотел сказать с Флорой? Так ты с ней знаком. А больше знакомить не с кем. Льюпина ты знаешь, но он больше мне не друг. – Она улыбалась так, будто узнала сочную сплетню. Ее глаза горели. – Тебе она понравилась.

– Нет. Не понравилась. Если это все твои друзья, то ладно. Не думаю, что она может представлять угрозу. – Гронс поспешил уйти от разговора и вышел с кухни.

– Милая, скоро твой день рождения. Ты уже придумала кого пригласишь? – Спросила Авис.

– Мам, еще нескоро, он только в феврале. Но возможно, я приглашу Флору – Она специально про нее сказала максимально громко, чтобы Гронсу было слышно.

В домашних заботах и учебе прошел месяц. Беллатрикс не спешила общаться с Айсгайтом, потому что не до конца доверяла другому миру и боялась проникнуться симпатией к новому знакомому. Девушка была очень рада, что перестала быть жертвой чар Льюпина, оглядываясь назад, она поняла почему Дуай так сильно за нее волновался. Он был прав, хорошо, что рядом были друзья, которые не стеснялись говорить свои мысли и старались уберечь ее от ошибки. Каким бы интересным и заманчивым не был другой мир, Беллатрикс понимала, что мир людей намного лучше. Те, кто ее окружали были понятными, знакомыми и безопасными. Какое-то время она пыталась посмотреть на Дуайя другими глазами, не как на друга, а как на молодого, сильного и заботливого юношу, который, если честно признаться, был бы хорошим мужем и отцом.

Наступил Санта Хиемс – местный праздник зимы. Он всегда проводился в середине января, как символ того, что половина зимы прошла, дальше дни должны были становиться теплее, солнечнее и жителям хотелось скорее проводить зиму, они украшали город красочными игрушками и яркими огоньками. А в праздничную ночь, все выходили на площадь, пели песни, поздравляли друг друга, танцевали, играли в снежки и лепили фигуры из снега.

Окруженная друзьями и родными, через веселую, яркую, суетливую толпу, возле ворот деревни Беллатрикс заметила маленькую фигуру, которая сейчас казалась тенью. Приближаясь, в этой фигуре она узнала Флору.

– Что ты здесь делаешь? – Радостно спросила Беллатрикс, обнимая девушку. – Что-то случилось? – Ее лицо помрачнело, предполагая, что просто так Флора бы не пришла. – Айсгайт в порядке?

– Да. С ним все хорошо. Я не знала, что у вас праздник.

– Да. Сегодня Санта Хиемс. Так что случилось?

– Я не знаю стоит ли тебе говорить об этом сегодня и стоило ли вообще об этом говорить.

глава 18

– Ты уже пришла. Рассказывай.

– Льюпина казнили.

– Что? – Сердце сжалось. Как бы Беллатрикс не была зла, она не желала ему такой участи.

– Ты давно не приходила. Я не знала, интересно ли тебе это, хотела ли ты это знать, но я почему-то волновалась. Подумала, что тебе стоит узнать. – Флора выглядела мрачной и расстроенной, будто она потеряла кого-то дорогого.

– Почему его казнили? Как это произошло?

– Над ним был суд. Он поставил под угрозу не только свой вид, но и вид всех остальных, он мог навлечь на нас войну, еще он использовал внушение, что запрещено, еще и против человека, что вообще немыслимо.

– А как казнят оборотней?

– Его загрызают другие члены стаи.

– Святой дух. Какой ужас. – На глазах Беллатрикс появились слезы, от жалости к глупому Льюпину. – Почему ты так переживаешь?

– Я, по-твоему, бессердечная? – Флора была оскорблена.

– Извини. Я не это имела в виду, просто, ты так злилась на него и сказала, что ему нужно было вырвать все клыки.

– Да, я на него злилась и оставить без клыков было бы милосерднее по сравнению с тем, что с ним сделали. – Она заплакала, уткнувшись в плечо своей доброй знакомой. – И вообще, я всегда страдаю, когда умирает кто-то из нашего мира, мне даже зайчиков жалко, которых съедают лисы или волки.

– Бедняжка. Мне так жаль. Как Айсгайт отреагировал?

– Он мрачнее тучи. Он всегда давал возможность Льюпину наладить свою жизнь и по-своему, оберегал. Когда его хотели изгнать из эльфийской деревни, Айсгайт настоял, что это его дом и им придется смириться с таким положением вещей, он никогда не позволял издеваться над Льюпином и долго терпел, когда тот пытался тебя влюбить, часто разговаривал и даже предлагал помочь ему построить хижину, которую помог бы скрыть от посторонних глаз.

– Я тогда думала, что он его убьет.

– Нет, что ты. Если бы он этого хотел, он бы это сделал за секунды.

– Если хочешь, можешь присоединиться к нам. Отвлечешься. Я понимаю, что сейчас настроения для праздника нет, но, вдруг, это поможет.

– Не думаю, что это хорошая идея. Я не должна входить в мир людей.

– Ты же человек, тебе же можно?

– Можно, на у нас тайна.

Флора увидела приближающегося Гронса и поспешила уйти, но не успела.

– Что обсуждаем? – Он был рад видеть миниатюрную девушку и широко ей улыбался.

– Ничего особенного – Сказала Беллатрикс.

– Ты чего такая расстроенная? – Поинтересовался он у сестры.

– Флора рассказала, что Льюпина казнили. – Только после того, как она это произнесла, Беллатрикс поняла, что совершила ошибку, но отступать уже было поздно. Она была слишком расстроена от таких новостей, чтобы придумывать ложь.

– Что? Казнили? За что?

– За предательство – Тихо произнесла Флора. – Я не знаю подробностей, судя по слухам, именно так. Но я надеюсь, что его просто отправили к дальним родственникам.

– Какой кошмар. Он был твоим другом? – Поинтересовался Гронс у Флоры.

– Нет. Но я его достаточно хорошо знала и мне очень жаль, что он так оступился и так был наказан.

– Девочки, я вам очень сочувствую. – Он обнял Беллатрикс, в надежде ее успокоить.

– Извините, что я вам испортила праздник, я не знала, что у вас радостное событие. – Виновато тараторила девушка. Белокурые, длинные волосы спадали с плеч, как водопад, ее глаза были как сиреневый закат теплый и чарующий.

– У тебя такие красивые глаза – Гронс не мог промолчать, восхищенный необычным цветом глаз.

– Спасибо – Она немного смутилась.

– Ты пойдешь с нами? – Заметив, как брат смотрит на новую подругу, Беллатрикс попыталась сделать так, чтобы она не ушла.

– Мы будем рады тебе, но, если тебе нужно погоревать и пережить утрату своего знакомого, мы тебя поймем.

– Я думаю, что нам всем нужно отвлечься, а грустить мы будем завтра – настаивала Беллатрикс

– В любом случае, можно попробовать. – Она протянула руку Беллатрикс, и вошли в деревню, где их встречали радостные лица друзей и родных. Гронс обнимал сестру за плечо и целовал в макушку, показывая поддержку.

Беллатрикс познакомила Флору со своими друзьями и семьей. Весь вечер Гронс любовался необычной девушкой, а Авис и Сальватор с теплом приняли новую знакомую и радовались в надежде, что может быть та станет избранницей сына.

Ближе к рассвету, когда праздник подходил к концу, Гронс настоял на том, чтобы проводить Флору до дома, та испугалась и не хотела, чтобы кто-то из людей знал, где живут нимфы, но согласилась, чтобы он проводил до озера. Гронс вернулся домой с мечтающим взглядом и смущенной улыбкой. Беллатрикс так радовалась за брата, что даже не стала над ним смеяться и шутить. Но начала переживать, правильно ли сделала, что не выпроводила Флору и настояла, чтобы та присоединилась к празднику. Что теперь будет? Может ли у них что-то получиться или Гронс будет страдать в неведении, когда Флоре придется расстаться с ним. Придется ли им расставаться? Она чувствовала себя человеком, который вмешался в судьбы людей и все испортил. Беллатрикс пыталась аккуратно поинтересоваться, на сколько сильно ему понравилась Флора и может ли это зайти слишком далеко, но брат все отрицал, убеждая сестру, что ни о каких чувствах не может быть и речи. Девушка себя чувствовала виноватой перед Айсгайтом, он ей доверил секрет и вместо того, чтобы защищать другой мир, она столкнула их лбами. Айсгайт так старался не допустить отношений между ней и Льюпином, чтобы сберечь гармонию между мирами, а Беллатрикс все портит, будто хранитель строил красивый песочный замок, вкладывая в него кучу сил и времени, а Беллатрик его рушила.

Несмотря на то, что праздник закончился только утром и она не спала всю ночь, сна не было ни в одном глазу. Девушка ворочалась в своей постели и никак не могла успокоиться. Приняв решение о необходимости навестить нового знакомого и разведать обстановку, она потеплее оделась и отправилась в лес. На удивление, хижина нашлась быстро, он, как и обещал, не стал скрывать ее от Беллатрикс. На двери висел знакомый кнокер, она постучалась, дверь открыл Айсгайт, с голым торсом. Впуская девушку в дом, он поспешил надеть рубаху.

– Привет. – Беллатрикс почти шептала.

– Здравствуй. Как праздник прошел?

Она немного испугалась. Неужели он уже обо всем знает?

– Хорошо, а ты от куда узнал про праздник?

– Ты каждый год приходишь к озеру рассказать, как прошел ваш праздник.

– Ты что, подслушивал? – Беллатрикс была возмущена, будто за ней подглядывали, каждый раз, когда она переодевалась или мылась.

– Нет, я не слушал ВСЁ что ты говорила. В лесу одному бывает скучно. К тому же, Флора мне все рассказала.

– Я чувствую себя очень виноватой. Ты злишься? Ты ее ругал? Ты на меня тоже будешь ругаться? – Беллатрикс говорила так быстро, что мужчина не все мог уловить.

– Стоп. Стоп. Стоп. Не так быстро. Почему я должен тебя ругать?

– Это я предложила Флоре присоединиться к нашему празднику.

– И что?

– Я не должна была этого делать. Я должна была помочь ей уйти и отвязаться от Гронса.

– Ох. Льюпин открыл врата в мой личный ад.

– Мне так жаль, прости меня пожалуйста. – Беллатрикс подошла к Айсгайту и взяла его за руку, с широко открытыми, виноватыми глазами. – Прости.

– Все в порядке. Сами разберутся. – Он высвободился из цепких рук девушки.

– Что? Почему?

– Я устал.

Она не знала, что сказать и долго молчала.

– Ты, проходи. Сейчас чай тебе налью. Пальто можешь снять, я печь затоплю.

– Устал? Но разве ты не должен хранить от людей ваш мир, а людей от вашего мира? Что же произойдет, если ты сдашься?

– Сдамся? – Он разозлился, будто кто-то сказал, что он слабак. – Я не сдаюсь. Не многого ли ты от меня хочешь?

– Я думала, что это твое предназначение.

– Да, о котором я не просил. Мне просто нужно отдохнуть один день. Не во всем я могу разобраться. Флора человек и я не могу ее винить в том, что ей мог понравиться человек. Если она сможет держать язык за зубами, пусть делает все, что захочет. К тому же у нее нет силы внушения, все будет честно.

«Ага. Все-таки он ей понравился» – Мысленно Беллатрикс радовалась тому, что интерес Гронса взаимен, но, одновременно, ее это пугало.

– Ты чего стоишь посреди дома? Проходи, присаживайся, коль пришла. – Он в своей спокойной манере начала растапливать печь.

– Тебе не холодно?

– Я рожден самой зимой. Нет, мне не холодно.

– Мне Флора рассказала про Льюпина. Ты расстроен?

– Да. Глупая, жестокая и бессмысленная смерть, но он сам виноват.

– А если Флора полюбит Гронса, ее тоже могут казнить?

– Суд нимф происходит немного иначе, но, своего рода казни существуют.

– А что с ней будет?

– Не рано ли ты об этом беспокоишься?

– Рано? Надо предотвратить ужасные последствия, чтобы потом не переживать, когда они наступят.

– Я не во все могу вмешиваться.

– А что случиться, если ты будешь во все вмешиваться.

– Я просто человек, который не умеет контролировать и управлять чужими жизнями. Я не всесилен.

– Человек? Ты человек? Ты не человек.

– А кто я, по-твоему?

– Волшебное существо.

– Ха. Существо. Да, у меня есть своеобразные силы и способности, но я человек.

– Кстати, ты должен мне ответить на последний вопрос. Думаю, что сейчас самое время.

– Хорошо. Только ответь, сначала, ты на один вопрос.

– Ладно. – Беллатрикс была немного напряжена, не понимая, что вообще его может интересовать.

– Почему ты раньше не приходила?

– А ты скучал? – Ее голос был веселым и немного заигрывающим.

Айсгайт смотрел на нее уставшим взглядом. Такой взгляд бывает у родителей, чей ребенок целыми днями задает вопросы на тему «почему», и, когда вечером ребенок подходит к родителю, тот предвкушая очередной вопрос «почему», испытывает только усталость, потому что на другие эмоции уже нет никаких сил. Он смотрел на нее и не шевелился, медленно моргая. Беллатрикс почувствовала неловкость и ответила:

– Слишком много всего тогда произошло и мне было немного страшно.

– Чего ты боялась?

– Я слишком мало знаю о твоем мире и не доверяю ему, слишком много новых правил и секретов из-за которых кто-то может пострадать. Для меня это было слишком тяжело.

– Я тебя понял. Спасибо за честность. – Он бросал паленья в печь и смотрел на огонь, сидя на корточках.

– Ты расскажешь о том, как ты стал тем, кем стал?

Айсгайт тяжело вздохнул, будто фильм, мелькали перед его глазами картины воспоминаний.

глава 19

Холодная зима, вьюга недавно улеглась, деревья трещали от мороза, через высокие сугробы пробиралась босоногая девушка, в одной ночной рубашке, ветер трепал ее черные, длинные, растрепанные волосы, в руках она несла плотно укутанный сверток с плачущем младенцем, вдали, за ее спиной виднелись с десяток факелов и были слышны мужские крики, которые, как охотники, гонящие дичь, выслеживали бедную девушку. У нее по ногам текла кровь, оставляя за собой красный след, указывая жестоким убийцам дорогу. Она еле добралась до озера и положила младенца на берег, у самой воды. Она молилась: «Анимус, спаси мое дитя. Великий Анимус, молю тебя, спаси ребенка, он ни в чем не виноват. У него чистое сердце. Пусть он служит тебе».

Казалось, что на мгновение время остановилось, поднятые с земли снежинки зависли в воздухе, эхо от криков мужчин замерло, волосы девушки послушно упали ей на грудь. Чья-то невидимая рука коснулась ее головы, казалось, что-то вырывает из груди ее сердце, чтобы разглядеть его содержимое. Ему было доступно все. Он видел все.

Молодой королевский сын приехал в деревню, по поручению отца, чтобы проведать дальние земли его владений. Это было одно из первых поручений. Суровый отец хотел, чтобы сын знал и умел все, ничего не боялся и не гнушался любой работы. Каждый житель должен был знать наследника в лицо. Среди стражи был предатель, который хотел уничтожить молодого принца и был убит на месте, но юноша получили небольшое ранение. Его выхаживала молодая девушка, которая тихо шептала заговоры и знала целебные свойства любых растений. Она умела снимать боль прикосновениями, останавливать кровь словами. Для местных жителей, девушка была святой, к ней приходили в самые сложные моменты и любил каждый: от ребенка до старика. Все относились к девушке бережно и с почетом.

Она понравилась принцу. Но его смущали ее способности. Втираясь в доверие, юноша узнавал все больше и больше, а доверчивая девушка, которая не встречалась с предательством и жестокостью, в свой адрес, которая не боялась людей, медленно влюблялась в красивого молодого человека.

Чувства откликались взаимностью. Некоторое время они были окутаны счастьем. Король был недоволен тем, что принц отлучился так надолго, но надеялся, что тот просто вкусил свободной жизни, скоро перебесится и вернется домой. Но королю донесли, что юный принц всерьез увлекся местной врачевательницей с особенным даром, тот хочет на ней жениться и она ждет от него ребенка.

Король был в ярости. Такого позора он не мог допустить, в столь раннем возрасте уже обзавестись ублюдком, еще до того, как родился первый законный ребенок, еще и от какой-то ведьмы. Жениться на исчадье ада? Привести ее в королевство и поселить рядом с королем? Тогда он издал указ, что все жители, которые обладают какими-либо способностями являются ведьмами и колдунами – детьми сатаны, обрекающие королевство на страшные муки. Все болезни, неурожай, войны, голод, засуха – это все наказание за поклонения злым силам, которые поддерживают волшебные силы в ведьмах. «Уничтожить всех!» – говорил король.

Люди разделились на два лагеря: одни помогали скрываться людям, обладающие даром, другие на них начинали охоту. Король обещал награду каждому, кто будет участвовать в их поимке.

Бедная девушка рожала в подвале доброй соседки. Роды были тяжелыми, она потеряла много крови. Был слышан крик, доносившийся из окна, свидетельствующий о том, что ее скоро найдут. Страх за младенца придал силы, изможденная девушка выбежала на улицу, в чем была и побежала к священному озеру.

Принц никак не попытался защитить свою возлюбленную, боясь гнева отца. Он знал, что любимая сейчас страдала, производя на свет плод их любви, но юноша покорно подчинился отцовскому приказу и возвращался домой под пристальным наблюдением охраны. Он прекрасно понимал, ЧТО сделают с девушкой и ребенком, но молчал. Юноша мог соврать и защитить ее, он мог скрыть ее, но страх отцовского наказания был сильнее любви.

Кто-то из соседей доложил, что видел, как девушка с младенцем выбегала из деревни и сказал, что та, скорее всего бежит к озеру. Показывая дорогу, он вел стражу прямиком к ней. Добрая соседка хотела их задержать, но была убита на месте.

«Не спасай меня, не защищай меня. Спаси его» – Девушка мысленно молилась богу.

Ветер поднял младенца и бросил в озеро.

«Что ты делаешь? За что? Нет! Мое дитя!» – Вопли девушки прорезались сквозь рыдания.

Мужчины догнали несчастную, осмотрели округу, один из них заметил, что на поверхности воды качалась детская пеленка и медленно уходила под воду. Все прислушались. Вокруг стояла тишина.

«Она его утопила. Я в этом уверен.» – Послышался голос одного из стражников – Тащи ее, завтра сожжем. Проклятая ведьма – Он пнул девушку, как старую, надоедливую собаку.

Горький крик душевной боли девушки разносился эхом в самые дальние уголки леса. В ней не было страха за себя, в ней жили только страдания и боль от потери самого дорогого и драгоценного что у нее было – она потеряла своего ребенка. Вдруг, она услышала голос, который раздавался в ее голове:

– Он будет жить. Он будет мне служить. Ты оберегала людей, свой дар и всех вокруг. Теперь он будет оберегать лес и мои дары от людей.

Девушка обернулась и увидела, как младенец лежал на впервые замерзшей поверхности озера, его маленькие ручки тянулись к чему-то невидимому, он не плакал.

На душе девушки наступил покой, и она сделала последний свой выдох, тело обмякло. Стража бросила бездыханное девушку на том самом месте, где она испустила дух, как ненужную тряпку.

Анимус отдал младенца на воспитание нимфам, которые с нежностью о нем заботились, эльфы учили его охотиться, оборотни учили драться и защищаться, гномы были вместо бабушек и дедушек, грумпы – бородатые, крепкие ребята построили ему хижину, когда тот был совсем маленький и учили проказничать.

Айсгайт был наделен большой силой, быстротой и выносливостью. У него было много задач: он должен был хранить лес от пожаров, животных от истребления, помогать сохранять секрет об этом мире, охранять озеро, что было временным пристанищем для душ. Айсгайт должен был правильно распределять души: кому-то он давал возможность стать нимфой, кого-то направлял в лучший мир, не упокоенные души становились русалками, что затягивали людей на дно озера. Айсгайт должен был беречь людей от этой участи, но не всех он должен был спасать. Озеро ему открывало будущее и показывало человеческую душу, что приходили, моля о излечении от тяжелых болезней или спасении, когда русалки пытались кого-то утащить.

Когда юноше исполнилось восемнадцать лет, Анимус, убедившись в том, что тот будет верным помощником даровал Айсгайту долголетие. Когда проходило сто лет, Айсгайт становился старше на год.

Это было двести лет назад. Сейчас ему было двадцать лет. У молодого человека был дар общения с животными, управлением погодой, но только в качестве забавы, он не мог сделать так, чтобы летом пошел снег, он мог управлять ветром, усиливать дождь или метель. Используя ветер, он мог подсказать дорогу заблудившемся, также юноша обладал даром быстрого исцеления, но он чувствовал боль, жару, а если ранения были серьезными, он мог умереть.