Текст книги "Когда миры соприкасаются (СИ)"

Автор книги: Кут Лекс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

глава 41

– Хорошо, Войт. Мы не будем устраивать бойню за это место среди всех присутствующих, я не допущу войны между друг другом, если ты хочешь побороться за власть и силу, я предлагаю тебе это сделать честно. Свергнешь меня, будь по-твоему, мое место займешь именно ты, если же я одержу победу, то этот вопрос будет окончен раз и навсегда и только я буду решать кто будет после меня.

В толпе кто-то начал толкаться, пытаясь показать, что именно его староста заслуживает места Айсгайта, кто-то напирал со словами, что хранитель леса должен остаться прежним, начались споры и недовольства, суматоха и ненависть охватывали толпу, пролилась первая кровь от случайного удара, кто-то упал от толчка, лес погружался в крики и вой, гномы спешили уйти, пока их не затоптали, но не всем удавалось ускользнуть так быстро, как этого требовала обстановка. Мильс старалась успокоить эльфов, нимфы обвивали противников корнями деревьев, защищаясь от нападения. Эта суматоха продлилась недолго.

– Прекратить. – Громогласный окрик Айсгайта заставил всех замереть на несколько секунд. – Хиленс, Мильс, Нира, Войст успокойте свой народ немедленно, иначе это придется сделать мне. Отправьте их по домам, уже нимфы получили ранения, взгляните на гномов. Наш народ должен быть в безопасности.

– И что же ты сделаешь? – Самый разъяренный эльф подошел к хранителю. – Мы тоже хотим иметь свой голос.

Айсгайт подошел к нему вплотную и сказал:

– Высказываться будешь Мильс, а сейчас собери всех и уходи домой, пока мы не разберемся.

– Ха, разберетесь. Я останусь, и ты не сможешь мне… – Сильный удар Айсгайта прервал пламенную речь недовольного эльфа, который отлетел на пару метров от места, где только что стоял.

На Айсгайта навалилась толпа из разъяренных оборотней и эльфов, гномы, воспользовались передышкой и поспешили отправиться домой, эта битва была не их, они были слишком старые и маленькие, чтобы участвовать в подобных спорах. Бронксы, наблюдавшие это из-за деревьев и кустов начинали тихо всхлипывать от страха, а грумпы наблюдали за происходящим с замиранием сердца и восторгом, периодически подначивая друг друга на какую-нибудь гадость, толкались, обсуждая увиденное и боролись, если их мнения не совпадали.

Айсгайт был очень силен, но ему было сложно справиться с таким количеством нападающих, как если бы на человека набросились пятьдесят мартышек, облепляя своими маленькими и хрупкими телами ноги, руки и все тело. Но молодой хранитель, ловко отшвыривал каждого, отлепляя от себя. Самыми сильными в лесу были оборотни, но и с ними Айсгайт справлялся, стоит признать, что не без труда, ведь каждый из них хотел оторвать от него кусок. Каждое свое действие мужчина сопровождал громким криком:

– Я сказал, прекратить!

На помощь поспешила Мильс, которая решила не бороться с противниками, а усмирить сое племя. Она метко вонзила копье в бок эльфа, который набросился на Айсгайта сзади, следом полетела голова другого эльфа, бежавшего нападать на хранителя. Только старосты могли носить с собой оружие в мирное время, но оборотнем оружие не требовалось, с ними всегда были их острые клыки и когти.

Нимфы старались оттащить раненных и вылечить их, но некоторых они оставляли на поляне, не желая им помогать.

Айсгайт собрал всю свою силу и отбросил двух оборотней в лес, громко приказав всем остановиться.

– Войст, ты видишь к чему это приводит? Нимфы не хотят лечить твою стаю.

– Умирают слабые, это естественный отбор. Для них почетно погибнуть за правое дело.

– Да, но только ты стоишь и наблюдаешь за происходящим, позволяя твоим подопечным погибать за тебя. Разве не ты говорил, что вам всем нужен хранитель, который будет защищать весь лес и всех его жителей, в то время, когда ты не можешь защитить даже свою стаю, считая, что они заслуживают смерти? – Айсгайт не стал дожидаться ответа и приказал нимфам позаботиться обо всех раненных, нравится им это или нет.

Мильс выступила со словами, что подобная учесть постигнет всех, кто осмелится ее ослушаться. Кто-то из эльфов возразил, что, если бы не копье, она сама бы уже лежала у нимф на лечении, на что сильная и смелая староста, отдала свое копье одному из эльфов, подошла к говорящему и ударила с такой силой, что казалось, был слышен хруст разбивающегося черепа.

– Эльфы, я не просто так стала старостой. Кто осмелится пойти против меня, закроет глаза на веки на этом самом месте. Все идите домой. Войст, тебе я тоже советую отправить всех домой и решить вопрос наедине с Айсгайтом. Ты допустил слишком много страданий и смертей.

Поляна медленно пустела, оставляя Айсгайта и Войста наедине друг с другом. Некоторые оборотни начали сомневаться в правильности поступков Войста. Сегодня никто не спал, каждый род обсуждал происходящее и с замиранием сердца ожидал итога. Нимфы лечили пострадавших, эльфы старались успокоить напуганных бронксов, некоторые оборотни помогали нимфам и эльфам в их труде.

Флоре стало тревожно, она чувствовала боль и страх своих. Ей было страшно уйти из дома, она понимала, что Гронс пойдет за ней и подвергнет себя опасности, попросить Беллатрикс узнать, что происходит, она тоже не могла, это могло плохо кончиться. Всю ночь она терзалась и старалась себя успокоить, прекрасная зная, что, если случилось бы что-то непоправимое, ей бы уже дано об этом сказали. Девушке было очень тяжело придерживаться своего решения остаться среди людей, она не думала, что так рано об этом пожалеет.

Ослабленный ранами Айсгайт уравнял шансы Войста на победу, который планировал просто его добить после нападения оборотней.

Завязалась страшная драка, летели щепки, падали деревья, кровь брызгала во все стороны, летели клочья шерсти оборотня, слышался хруст костей, стоны и крики. Она длилась долго, казалось, что это никогда не кончится.

Лес был погружен во мрак. По небу плыли темные тучи, не давая лунному свету пробиться сквозь них ни на секунду. Стоны утихли, не было слышно и хрипов. Только ветер играл свою грустную мелодию перебирая листьями деревьев и качая траву. Начавшийся дождь смывал кровь с неподвижного Айсгайта. На теле зияли глубокие следы от острых когтей. Казалось, в рваных краях ран проступали ребра. Сломанная рука приняла неестественное положение, а вывихнутое плечо опухло до невероятных размеров. Из носа тонкой струйкой сочилась густая кровь.

Рядом с хранителем замерло бездыханное лохматое тело Войста, с разорванной пастью испачканной багряными подтеками, а пустые глаза смотрели в небо. Сломанная шея лежала на мягкой и влажной траве. Когти на лапах были сломаны. Под спокойно лежавшим большим, пушистым, когда-то сильным телом земля была влажной, но не от дождя.

Долгое время они лежали забытые всеми, словно исход противостояния никого не интересовал. Лес застыл в ожидании победного крика. Но никому и в голову не пришло, что кричать будет некому.

глава 42

Тревожный сон Беллатрикс нарушило легкое постукивание дождя в окно. Ей показалось, что так Айсгайт зовет к себе. Но это был не он – обычное природное явление, питавшее влагой сухую землю, давая силы расти деревьям и цветам. А может, это сам Анимус подавал какие-то знаки? Но почему ей? Это навсегда останется загадкой.

Недолго думая, молодая девушка оделась и поспешила к дому своего друга, не предупредив даже Флору о том, что собирается уйти, хотя ее помощь, могла бы очень пригодиться. Какая-то тревога гнала Беллатрикс и заставляла бежать. В лесной халупу хозяина не оказалось. Сердце билось со страшной скоростью, по спине бежал холодный пот, смешиваясь с усиливающимся дождем. Под ногами становилось скользко от влажной травы и грязи. Девушка не знала куда ей бежать, она начала кричать его имя, но к ней вышел неуклюжий бронкс, который взял девушку за руку и повел вглубь леса. Было ощущение, что дорога никогда не закончится, ветки путались в волосах и били по лицу, тело трясло от холода и страха, руки были ледяными. Подходя к поляне из груди вырвался стон ужаса и отчаяния. Ее взору открылась страшная картина, где лежал неподвижный Айсгайт. Беллатрикс высвободила руки от крепкой хватки бронкса и побежала к другу, поскальзываясь и падая. Ей было страшно до него дотронутся и понять, что жизнь ушла из сильного хранителя, но медлить было нельзя. Девушка приложила ухо к его груди и услышала еле заметное биение сердца, а может, ей просто хотелось это услышать. Беллатрикс громко закричала, пытаясь позвать хоть кого-то на помощь. Кулон, что связывал их с Флорой остался у Гронса. Как можно было о нем забыть? Умоляя бронкса поспешить к нимфам и позвать на помощь, она старалась привести Айсгайта в чувства, пыталась сделать искусственное дыхание, остановить кровь, отрывая от платья куски и прижимая ими раны, била по щекам и не переставала звать на помощь и плакать. Выбившись из сил, оставалось только молить его очнуться, она целовала его лицо и трясла за плечи. К Беллатрикс стремительно приближалось несколько напуганных нимф и бронксов.

Крепкие ребята, по указке нимф, подняли еле живое тело хранителя и понесли к нему домой. Лесные лекари разбежались в разные стороны: кто за склянками, кто за травами и микстурами, а Беллатрикс шла за новыми неуклюжими друзьями. Войдя в дом, они уложили еле живое тело на кровать и стояли в стороне у двери, пока их не попросят уйти.

Девушка решила ни на кого не надеяться. Попросила бронксов растопить печь, вскипятить воду, вышла на улицу и начала звать хоть какую-нибудь птицу:

– Я знаю, что кто-то меня слышит, лесные помощники, кто-нибудь отзовитесь, вы очень нужны своему хранителю. – Она стала переходить на крик. – Вы, пернатые бездельники, быстро прилетели сюда, иначе я лично из вас всех суп приготовлю! – Беллатрикс не знала, что они не понимают человеческого языка, тогда к ней на помощь пришел один из бронкосм и что-то прощебетал.

На ближайшее дерево село две совы и три ворона.

– Зовите Флору, вы знаете где она. Она здесь нужна срочно! – Бронкс все сразу переводил птицам.

Птицы переглянулись между собой, не понимая кому отдан приказ.

– Они не понимают, кому именно ты говоришь. – Тихий смущенный голос неуклюжего человечка пояснил почему они не спешат улетать.

Тогда Беллатрикс указала на одну сову и одного ворона. Бронкс что-то сурово буркнул, топнул ногой, и птицы мигом улетели. Девушка поблагодарила своего помощника и поцеловала его в макушку, на что тот слегка покраснел и заулыбался.

Времени не было, войдя в дом, она пошарила в вещах Айсгайта и из нескольких его рубах сделала тряпки для перевязки, ловко приложила свои самодельные бинты к ранам и сказала бронксам, чтобы те их зажали.

Напуганные существа не хотели этого делать, отворачивались и отходили от нее, на что девушка приказным тоном сказала сделать это, но разрешила отвернуться и не смотреть. Время тянулось невероятно долго, Беллатрикс не знала, чем еще может помочь, у нее не было ни ниток, ни иголки, чтобы зашить раны, не было никаких отваров, чтобы обработать их, никаких микстур, чтобы успокоить боль и воспаление. Через мгновение, прибежали три нимфы, которые стали хлопотать над израненным телом хранителя леса. Еще через мгновение прибежала встревоженная Флора.

– Что произошло? – Она почти кричала.

– Я не знаю. Я его таким нашла в лесу. – Беллатрикс плакала от бессилия.

Девушкам ничего не оставалось, как только ждать пока нимфы закончат свое дело. Когда те собирались уходить, Флора с огромной яростью начала выяснять, что произошло:

– Глейт рассказывай. Что у вас случилось?

Невысокий, темноволосый мужчина рассказал о том, что произошло сегодня ночью.

– Почему вы оставили его там? Почему никто не пошел проверить как обстоят дела? – Белатрикс была в ужасе и от того, что случилось и от равнодушия всех, кто был в этом лесу.

– Нам сказали сидеть и ждать, пока кто-то из них не придет и не заявит о победе.

– Ты понимаешь, что если бы еще чуть-чуть, то никто бы и не победил? – Флоре хотелось ударить этого трусливого и слабохарактерного юношу.

– Почему никто из старост не решил проверить обстановку? Почему ни одна птица не прилетела и не сообщила о случившемся? – Беллатрикс нападала как коршун на птенца в гнезде.

– Старосты успокаивали панику и бунты среди своих племен.

– Вы что, всю ночь паниковали и бунтовали? Разве так можно? – Флора никак не могла успокоиться и принять происходящее.

– У нас начался разлад между собой, кто-то занимался ранеными и следил за ними, кто-то ругался между собой, а старосты пытались уладить вопрос. Это была тяжелая ночь, Флора. – Глейту хотелось от нее отмахнуться.

– Почему мне никто не сказал? Почему меня не позвали? – Флора впилась своими глазами в расстроенного мужчину.

– Ты теперь с людьми. Разве ты не чувствовала нашу боль? Так быстро этот дар теряется? – Через слова сочился злобный яд.

Она действительно все чувствовала, но побоялась потерять то, что только что приобрела.

– Молчишь. Мы пойдем, можешь проследить за его состоянием. – Глейт дождался своих подруги и вышли из дома.

– Оставьте мне все необходимое – Раздраженно приказала Флора, перед их уходом. – Милые, вы тоже можете идти, вы отлично потрудились. – Она поспешила выпроводить и бронксов.

– Ты что-то чувствовала и ничего не сделала?

– Я не поняла, мне казалось, что это волнение после свадьбы. – Флора не могла признаться подруге в том, что просто побоялась за Гронса.

– Ладно. Что нам теперь делать?

– Ждать, надеяться и молиться. Больше нам ничего не остается. Я постараюсь снять боль, но я боюсь, что он не очнется. – У Флоры по щекам потекли слезы.

Беллатрикс, глядя на свою подругу тоже расплакалась. Они постарались друг друга успокоить, но у них ничего не получилось.

– Знаешь, я думаю, тебе нужно пойти домой, я останусь. Если мы обе не вернемся, Гронс с ума сойдет. – Беллатрикс начала беспокоиться не только за Айсгайта, но и за всех, кого знала.

– Иди ты, я останусь и прослежу, чтобы все было хорошо.

– Нет. Теперь ты его жена, за меня он будет меньше беспокоиться, чем за тебя. К тому же, ты сможешь правильно объяснить.

– Ладно, я буду приходить.

Флора немного замешкалась перед тем, как уйти, но не стала задерживаться. Беллатрикс осталась с Айсгайтом и с замиранием сердца ждала, что тот издаст хоть какой-то звук, свидетельствующий, что он приходит в себя.

Флоре было крайне сложно объяснить Гронсу, что произошло, а он, в свою очередь напирал:

– Флора, я понимаю, что ты не все мне можешь рассказать, я не прошу обо всем, но подобные секреты меня убивают.

– Гронс, милый, я не знаю, что именно тебе сказать. Я сказала все, что могла. – Девушка не могла сдержать слезы.

– Почему ты мне не рассказала про Айта? Могла бы просто сказать, что знакома с ним и он ваш с Беллатрикс друг. Большего я и не просил бы.

– Я не знаю. Мне еще так сложно сориентироваться между двумя мирами. Мне страшно сказать что-то лишнее. Извини меня, это не из-за того, что я хочу от тебя что-то скрыть, а потому что я не все могу рассказать. Надеюсь, ты понял, что я имею в виду.

– Я понял, о чем ты говоришь. Иногда, я ощущаю тоже самое. – Гронс крепко обнял свою новоиспеченную жену и постарался успокоить. Злость сменилась сочувствием и грустью, он понимал, что им придется очень нелегко.

– Я буду навещать его и подменять Беллатрикс, хорошо?

– Я могу вам помочь.

– Нет, не нужно.

– Почему? Мы же уже с ним знакомы.

– Пожалуйста, поверь мне, не нужно этого делать.

– Хорошо. Я тебе поверю. Мне придется придумать, что говорить маме. Ладно, так и скажу, что вы помогаете другу вылечиться от какой-то болезни.

– Да, спасибо тебе огромное. Ты самый добрый и чуткий человек. Мне очень повезло с тобой.

Беллатрикс все это время сидела на полу и держала Айсгайта за руку, пряча свое лицо в его ладони.

глава 43

Днем к ней пришла Флора и принесла немного еды, заставляя подругу поесть хоть немного, рассказала про реакцию Гронса, которая успокоила сестру. Они просидели до вечера молча, надеясь, что Айсгайт выкарабкается. Позже Флора ушла домой.

Так прошло три дня, девушки сменяли друг друга на какое-то время, поддерживали, приносили еду и старались отвлечься от тяжелых мыслей.

– Знаешь, то что он до сих пор не умер – очень хороший знак, он справится. – Флора искренне верила в это.

– Я надеюсь, что ты права.

Флора вернула кулон Беллатрикс, на тот случай, если та срочно понадобится.

Пока девушки заботились о хранителе леса: делали перевязки, старались снять боль и отеки, жители леса замерли. Это был сложный период для всех. Старосты старались успокаивать свой род, не допускать бунтов и сомнений. Смерть Айсгайта означала бы приближение хаоса и постоянных споров, он не оставил приемника.

Раны мужчины постепенно заживали, но он все еще не приходил в себя. Беллатрикс боялась, что он может умереть от голода и жажды, что ему не хватит сил справиться. Измученная девушка перестала походить на саму себя, почти не ела и старалась не отлучаться ни на секунду. От постоянных примочек и стирки тряпок, кожа рук грубела, от бессонных ночей лицо осунулось и появились синяки под глазами, от того, что она спала на стуле за столом, ломило тело. С каждым часом отчаяние становилось сильнее и тяжелее.

– Ммммм. – Тяжелое мычание вырвало Беллатрикс из-под тяжести безысходности, и острой стрелой пронзила сердце надежда. Она подбежала к мужчине и начала осыпать его лицо поцелуями, не задумываясь о том, как он мог их расценить.

– Тебе лучше! Тебе лучше? – Она говорила почти шепотом, чтобы не спугнуть счастливый момент. Страх, что это почудилось затмевал рассудок. Казалось, что девушка сходит с ума.

Но Айсгайт открыл глаза и попытался выразить удивление.

– О, святые духи, как я счастлива. Наконец-то ты очнулся. – Девушка подбежала к столу, чтобы дать ему чай, который она заваривала снова и снова, каждые полдня, в надежде, что он очнется и захочет пить.

Сначала, он будто не узнал в этой похудевшей и измученной девушке Беллатрикс, но, когда понял, что перед ней она, постарался улыбнуться.

– Я долго так лежал?

– Четыре дня.

– Четыре? Должно быть ты шутишь. Я не мог так долго пролежать и остаться в живых.

– Мог. Мог. Ничего не говори, ты слишком слаб. Я тебя накормлю.

– Нет. Я не хочу. – С этими словами мужчина ушел в глубокий сон.

Беллатрикс испугалась, что он снова долго не сможет очнуться. Она позвала Флору, чтобы рассказать о радостном событии.

– Я боюсь, что он больше не очнется. – После короткого рассказа, по приходу подруги, Беллатрикс поделилась своими переживаниями.

– Я уверена, что он очнется. Он просто спит. Сходи домой, тебе больше не о чем волноваться, отдохни, поспи, поешь. Я побуду здесь, а вечером ты меня заменишь? Ты выглядишь очень измученной. Сейчас бояться больше нечего. Ты такая молодец.

Девушки попрощались и Беллатрикс счастливая направилась домой, понимая, что за это время сильно проголодалась. По возвращению, ей не стали задавать лишних вопросов, Гронс держал оборону, успокаивал маму и объяснял той, каким важным делом заняты девушки. Что отец бы очень гордился тем, какой становится Беллатрикс.

Дочку встретила обеспокоенная, но гордая мать, она быстро приготовила обед, накормила ее и нежно обняла, поддерживая и ободряя.

Беллатрикс почувствовала, что сейчас она дома, после смерти отца, у нее давно не возникало этого ощущения покоя, душевной тишины и нежности. Девушка была очень рада тому, что мама вновь становилась ее теплой, милой и доброй мамой.

Еще недолго она побыла в кругу семьи и отправилась спать, сон не заставил себя ждать и минуты. Казалось, что тело просто отключилось от переутомления.

Флора проверила все раны и царапины, большинство из них уже зажили, но самым глубоким ранам требовалось больше времени и сил. Она заметила, что некоторые швы были другими и поняла, что они расходились и Беллатрикс сшивала заново. «Великолепная работа» – подумала Флора. Почти все воспаления уже прошли.

Через некоторое время Айсгайт снова проснулся и больше не уходил в длительный глубокий сон.

– Где Беллатрикс? – Он был обеспокоен.

– Не волнуйся. Она дома, пошла отдыхать. Как ты себя чувствуешь?

– Странно, у меня все болит.

– Ничего странного в этом нет, ты бы себя видел. Страшно представить каково было Беллатрикс.

– Что ты имеешь в виду?

– Это она нашла тебя на поляне. Ее бронс проводил. Ты был в ужасном состоянии. Нимфы тебя немного залатали, но даже я ужаснулась твоему виду, когда пришла.

– Она сказала, что я пролежал четыре дня.

– Да, так и есть. Ты долго не мог прийти в себя, она все время была рядом, я только иногда ее подменяла, чтобы Беллатрикс могла сходить домой и немного отдохнуть.

Айсгайт заулыбался.

– Тебя что так обрадовало?

– Мне приснился очень странный сон. Что она меня целовала. – Немного одурманенный от обезболивающих настоек Айсгайт и не подумал, что может сказать что-то не то. – У меня какой-то странный туман в голове.

– Это нормально. У тебя была сильная боль, я самостоятельно ее снять не могла, поэтому мы давали тебе некоторые настойки, через пару часов все пройдет.

– Было бы очень хорошо. А то мне не очень нравится такое состояние.

– Говоришь, сон странный приснился. Наверно, тебе бы хотелось, чтобы это было правдой? – Хитрая Флора решила воспользоваться таким состоянием друга и узнать, что он думает и чувствует к Беллатрикс.

– Стоп. Я тебя знаю, ни слова больше не скажу. – Его речь была заторможенной, но он успел кивнуть на ее вопрос.

– С каких пор у тебя от меня секреты? – Девушке было достаточно того, что она узнала.

– Прекрати меня допытывать.

– Хорошо, не буду тебя мучить, ты еще слишком слаб. Давай, я тебя накормлю.

Флора настояла на том, чтобы хранитель хоть немного поел, иначе у него не будет сил на восстановление. Она подала ему небольшую тарелку бульона, который принесла ранее для Беллатрикс.

Перекусив, Айсгайт снова почувствовал слабость и погрузился в сон. Счастливая Флора, немного прибрала на столе – убрала лишние склянки, которые больше бы не пригодились, собрала все травы в мешочки, выбросила лишние тряпки и еще раз осмотрела, как заживают его раны.

Вечером, на смену, пришла Беллатрикс. Флора рассказала о беседе с Айсгайтом и ехидно улыбнулась, та немного покраснела, и попыталась скрыть смущение. Только сейчас она поняла, что очень уж поддалась своим эмоциям.

Девушки вновь попрощались, но на этот раз, они расставались в приподнятом настроении с надеждой на самое лучшее.

– Ты вернулась. – Разум мужчины перестал был затуманен настойками и микстурами, он уже мог нормально говорить и понимать.

– Да, недавно пришла. Я очень рада, что ты выздоравливаешь. Ты не представляешь, какой страх одолевал от мысли, что ты не очнешься.

– Мне жаль, что тебе снова пришлось за мной ухаживать, еще и так долго.

– Это не проблема. Главное, что ты лучше себя чувствуешь, мне было не тяжело.

– Флора сказала, что ТЫ меня нашла. Почему так вышло?

– Я не знаю. Это странно. Меня разбудил дождь и почему-то мне показалось, что это ты. Очень странно, видя дождь, я никогда не думала, что это можешь быть ты. Я пошла сюда. Но тебя не оказалось, я тебя звала, но пришел только забавный и неулюжий человек, похожий на ребенка.

– Это бронксы.

– Он меня привел к тебе. Это было ужасно. Я думала, ты мертв. – Беллатрикс пыталась подавить слезы, вспоминая этот кошмар, но голос невольно подрагивал.

– Да, я помню, что был там. Но после того, как я выключился, ничего не помню.

– Нимфы сказали, что оборотень хотел занять твое место, почему? Они мало что рассказали, только то, что была жуткая бойся, все друг с другом ссорились, дрались, эльфы убивали эльфов. Какой кошмар. Что произошло?

– Это был Войст. Оборотень. Он решил, что я слаб, раз разрешил Флоре и Гронсу пожениться и захотел занять мое место.

– Не может быть. Это все из-за свадьбы? Какой кошмар.

Айсгайт подробно рассказал о случившемся и попросил не рассказывать о причинах произошедшего Флоре и Гронсу.

– Обещаю, что ничего не скажу. Что теперь будет?

– Все как прежде. Я остаюсь на своем месте.

Прослышав о выздоровлении Айсгайта, старосты решили собраться и явиться к хранителю леса, чтобы приклонить перед ним колено, в знак своего повиновения и верности.